Моя будешь. Без вариантов

Лена Ручей

Моя будешь. Без вариантов

Глава 1. Начало Дня Св. Валентина

– Жень, что с тобой? – вошла Людочка, секретарша Валеры, с папкой подписанных документов и уставилась на меня.

– А что со мной? – попыталась улыбнуться я, но новая волна боли внизу живота заставила сжаться, отражаясь мучением на лице. – Люд, у тебя нет с собой обезболивающего? – спросила, переждав пик.

– Нет, – покачала та головой. – Что болит то-то?

– Да, – махнула рукой. – Пустяки. Каждый месяц вот так…

– А-а-а… – сообразила та. – У меня те же проблемы были, пока замуж не вышла. Бывало, даже сознание теряла в такие дни. А теперь всё нормализовалось. Пора и тебе уже… Не знаю, что тянешь? Такой мужчина за тобой ухаживает, а ты… Он же серьёзно настроен, – убеждала она так, словно от моего согласия ей светила годовая премия.

– Люда, а у тебя-то какой интерес? – усмехнулась я.

– Дура ты, Женька, вот что я тебе скажу, – поджала та губы. – Другая вцепилась бы в него, и под венец давно потащила. А ты, как пятикопеечная монета… Зря тянешь. Охотниц на Валеру пруд пруди. Пока ты ломаешься, уведут мужика, потом локти кусать будешь.

– Люд, ты меня доконать решила? – уронила я голову на стол, еле сдерживаясь, чтобы не застонать. – Всё хорошо у нас с Валерой…

“Сказать ей, что мы решили подать заявление или нет? – размышляла я, но, вспомнив, как Люда мне по секрету рассказывала секреты коллег – передумала. – Меньше знает, лучше коллектив спать будет”, – подумала и добавила:

– А всё остальное у меня только с мужем будет.

– Ну, как знаешь, – пожала та плечами. – Кстати, он уехал на совещание, потом дела там у него в мэрии какие-то. Так что обещал быть только завтра. А ты, коли такая исполнительная и все отчёты сдала в срок, думаю, можешь сегодня идти отлёживаться. Всё равно сегодня от тебя толку не будет никакого.

– Ой, Люд! – просияла я от такой возможности. – А ты прикроешь меня, если что?

– “Если что” – не будет, – успокоила она меня. – Но, если Рачковская вдруг тебя потеряет, скажу, что ты уехала по поручению Валерия Алексеевича.

– Спасибо тебе! – я была готова сейчас молиться на неё. – Пойду тогда в аптеку и домой: сил нет терпеть… До завтра, Люд! Я твой должник!

– Угу. Станешь мадам Погодина, не забудь про меня… – подмигнула, выходя из кабинета.

Моя верная KIA, слегка припорошённая падающим с утра снежком, ожидала на служебной стоянке.

“Надо будет на мойку завтра съездить, а то моя красотка из красненькой превратилась замарашку”, – размышляла, счищая снег с крыши, в ожидании, когда прогреется. По радиоведущие мололи всё в подряд, но из потока их речи уловила “День святого Валентина”.

“Точно! Сегодня же четырнадцатое февраля! Валера, скорее всего, пригласит вечером куда-нибудь посидеть. Надо бы и ему сюрприз приготовить, – задумалась, выезжая на проспект.

До дома, где мы снимали с подругой квартиру, навигатор показывал езды сорок минут. Моя ласточка плыла в потоке машин, а я крутила головой, прикидывая, куда заехать, чтобы присмотреть любимому подарок.

Хоть и не распространялась я на работе о своих чувствах, на самом деле, давно и по уши была влюблена в нашего босса. С самого того дня, когда устроилась на работу и пришла подписывать к нему первый свой отчёт. Он так смотрел на меня тогда, что я краснела, как школьница. А когда невзначай коснулся руки, думала, сердце выпрыгнет из груди…

У меня тогда ещё не было машины. Свою ласточку, правда, неновую, я купила в кредит совсем недавно. В тот день шёл дождь, и я, растяпа, была без зонта. До метро рукой подать, но мокнуть не хотелось. Поэтому топталась под козырьком у входа в надежде, что кто-то из сотрудников предложит подвезти.

Этим “кто-то” оказался директор и подвёз не до метро, а до самого подъезда.

С тех пор прошло полгода.

А недавно он сделал мне предложение…

Оставалось только выбрать дату и подать заявление.

“Вот здесь и в аптеку зайду и посмотрю Валере что-нибудь памятное, – завернула я на стоянку торгового центра недалеко от съёмной квартиры.

Купив найз, Спазмалгон и воду в соседнем киоске, проглотила сразу две таблетки.

“Теперь дождаться, когда они подействуют и будет мне счастье”, – выдохнула я, прислушиваясь к тупой, надоедливой боли. – Что же присмотреть Валере?”

Обошла первый этаж, поднялась на второй. Боль притихла и ощущалась как сильная усталость в пояснице. Очень хотелось прилечь. Поэтому постаралась держать в голове его образ, выбирая запонки и зажим для галстука.

Стоили они недёшево. Но, поколебавшись, решила, что до зарплаты не так далеко, доживу.

Полюбовалась серо-синим мраморным рисунком на камушках, прикупила в киоске валентинку с сердечками и, сложив всё в фирменный пакетик, довольная отправилась домой, предвкушая, как порадую его вечером.

Ксюха недавно уволилась с прежней работы и теперь бегала по собеседованиям. В надежде отлежаться в тишине, поднялась на свой седьмой этаж.

Глава 2. Это край

Вошла и поняла, что полежать в одиночестве мне не удастся.

Ксюха не только была дома, но и притащила кого-то в гости, судя по мужским полусапожкам, задвинутым носами под полку. И этот кто-то был для неё значим, раз подруга убрала вечно разбросанные вещи по местам.

Переобувшись в тапочки, сняла пуховик. В шкаф влажный убирать не стала, повесила на вешалку, чтобы просох.

Ополоснув руки в кухне, включила чайник и присела к столу в ожидании, пока закипит.

Томная громкая музыка в комнате подруги раздражала.

“Скорее бы уже выйти замуж и съехать отсюда, – вздохнула я, заметив, бокал, который я купила специально для Валеры, стоит возле раковины грязный. – Сто раз говорила, чтобы для своих гостей не использовала мою посуду. Нет же! Неужели нельзя было взять другой?” – злилась я.

За стенкой слышалась возня.

“В салочки она там с гостем играет, что ли?” – усмехнулась. Послышался хохот, Ксюхин визг. – Вот звезда!” – покачала головой. Музыка послышалась громче. Видно, открыли дверь.

– Вот и попалась, маленькая шалунья! Сейчас я тебя отшлёпаю! – пророкотал, перекрываемый эротическими всхлипами певицы, мужской голос.

Стало неловко, словно я подслушиваю. А чтобы пройти в свою комнату, мне бы пришлось пройти мимо них.

“Ну, Ксюха даёт, – покачала головой. – Как так? Едва знакома с мужиком и уже домой привела”.

То, что они едва знакомы, я была уверена.

Если бы это был её постоянный парень, я бы знала. Но она последнее время никуда по вечерам не ходила. Даже раздражала порой. У меня практически не было возможности побыть с Валерой наедине. А к себе он не приглашал. Говорил, что дома постоянно кто-то обитает: то мать, то брат. Так что, свою девственность, мне было легко хранить.

“Нет, сегодня я ей обязательно скажу, что это не дело. Мало того что сама что-нибудь подцепит, так ещё и мне запросто подставу устроит. Вот, вдруг Валера пришёл бы сейчас. Подумал бы, что и я такая ветреная, раз мы подруги”, – сопела я про себя слушая, как комодик в прихожей ритмично бьётся в стенку. – Звездец! Что соседи подумают? В комнате уже всё опробовали, что ли? – расстроилась я не на шутку. – Не хватало ещё, чтобы хозяйке пожаловались на нас. Соседка и так как-то странно смотрит на меня”.

Я её часто встречала по утрам, когда шла на работу, а та с собачкой с прогулки возвращалась.

“Вот ненормальная! – я готова была сгореть со стыда, слушая, как Ксюха придыхает: “О да!... Ещё!... Накажи свою не послушницу!...”

– Тогда на колени! – прохрипел мужик и совершенно голая Ксюха бухнулась на коврик.

Всё остальное я помнила плохо. Под руки подвернулся чайник с кипятком. Он и полетел в прихожую. Целилась в голову наездника.

Не попала.

Чайник грохнулся не долетев. Долетели брызги. Ксюха взвыла: “Бли-ин! Дура, что ли?”

– Ты откуда тут? – вскочил с пола… Валера!... Пялясь на меня, словно увидел пришельца.

– От верблюда! – под руки попалась сахарница.

С меткостью у меня ещё в школе была засада. В баскетбольное кольцо я не попала ни разу. Вот и сейчас, Валера отпрянул за угол, а стеклянная ёмкость ударилась всё в ту же стену, в которую они только что долбились комодом. Песок и стёкла разлетелись в разные стороны.

– Женя, успокойся! – грозно прикрикнул Валера, прячась в комнате подруги.

Я взяла со стола бокал с сердечками, покрутила его в руках взвешивая.

Ксюха воспользовалась паузой и, проскочив в ванную, захлопнула дверь.

“Как тараканы… – мелькнуло в голове.

– Женя, не надо всё видеть в чёрно-белом цвете, – выглянул из-за угла тот, кого я считала лучшим из мужчин. Он уже натянул брюки и теперь застёгивал рубашку. Именно под неё я сегодня выбирала комплект из запонок ему в подарок. Пакетик с валентинкой всё ещё лежал в сумке…

– А какого цвета по-твоему то, чем вы тут занимались? – мне показалось, что я сплю и всё это происходит не со мной. – И давно вы так… “балуетесь”? – голос был сиплый, не мой. Закашлялась.

– Мы как раз сегодня хотели тебе всё рассказать, – выглянула из ванной Ксюха в банном халате.

Я обнаружила в руках всё тот же бокал. Подкинула его, поймала и не целясь метнула в прихожую. Просто очень хотелось его разбить. Чтобы никто больше не пил из него…

– Ай! Вс-с, – обиженно всхлипнула бывшая подруга. – Точно повёрнутая! Валер! Убери от меня эту бешеную! Смотри, у меня синяк теперь будет, – причитала в прихожей.

Я вышла, подобрала неразбившийся бокал и замахнулась на неё. Бить не собиралась. Просто хотела напугать. Но Валера, перехватив руку, больно заломил её, подталкивая меня в комнату:

– Женя, успокойся! Ксюша тут ни при чём.

– А кто причём?! – дёргалась я, но он не отпускал.

– Никто ни при чём, – буркнул он, заталкивая меня в комнату и отпуская там. – Просто я полюбил другую.

– А если бы мы успели пожениться? Ты бы мне также сказал? – слёзы уже свербели в носу и застилали глаза, но я не могла позволить им пролиться.

Хватило с меня и этого унижения. Большего удовольствия Ксюше я не собиралась доставлять.

– Но мы же не женаты, – пожал тот плечами.

– Пошёл вон! – прошипела я, замахиваясь бокалом.

Он в мгновение ока оказался за дверью. Выждав, пока та захлопнется, повернула в ручке замок.

Оставаться в этой квартире я больше не могла. Достав чемодан и сумку, покидала туда вещи. Чёртов бокал на столе мозолил глаза. Оставлять здесь не хотелось. Но, и портить им чужие стены – тоже. Я и так пожалела, что не сдержала свой гнев.

Решив, что выброшу в контейнер на улице, закрыла чемодан, сумку и выдвинулась в прихожую. Сахарный песок неприятно хрустел под ногами. Переобулась. Надела пуховик, шлёпанцы отряхнула, как могла и сунула в карман чемодана.

Прошла в кухню, прихватила свой парный бокальчик, вспомнив примету, что надо всё забрать, чтобы никогда не возвращаться и, оставив ключи на полке, прежде чем выкатить чемодан в коридор, громко пропела всплывшую в памяти частушку:

– Добиться многого на свете

Любовники помогут ей

Она зовётся "бизнес – леди"

Но знаем мы таких ледей…

На душе было так скверно, что хотелось подвывать соседской собачонке. Та, видимо, была дома одна и, чувствуя меня за дверью, жалобно поскуливала.

“Как же вы могли так со мной поступить? – безмолвно обращалась я к двум самым близким людям в один миг ставшим для меня чужими. – Как вы могли?... – я не замечала слёз, стекающих по щекам ручейками…

Сев за руль, я откинулась на спинку сиденья и смотрела в одну точку. Гнев сменился обидой, затем опустошением. Казалось во мне всё онемело, и я больше не способна была что-либо чувствовать.

Спокойствие было мнимым, но так я хоть могла не только жалеть себя, но и думать.

“Что же теперь делать?!” – начал доходить до меня кошмар новой реальности.

Завела машину, но куда ехать, никак не могла решить.

Я только что потеряла не только иллюзию счастья, но и работу.

А ежемесячный платёж по кредиту за машину никто не отменял, и день проплаты уже был не за горами.

“И ночевать негде… – на глаза снова навернулись слезы, готовые пролиться. Мимо прошла парочка. Девушка прижимала к груди розу, а парень держал её за руку, заглядывая в лицо. Что-то рассказывал. Она ему улыбалась… – Ненавижу тебя, святой Валентин!” – включила передачу, трогаясь с места, не в силах больше смотреть в их счастливые лица…

Глава 3. Чёрт! Откуда ты?!

Из сумочки надрывно вопил телефон, разрываясь мелодией, установленной на маму.

Поискав взглядом, где лучше остановиться, завернула всё к тому же торговому центру, где днём выбирала Валерию подарок.

Только теперь почувствовала невероятный дискомфорт и поняла, что если сейчас же не доберусь до дамской комнаты, то очень рискую. Мысленно извинившись перед мамой, решила сначала зайти в кафе и привести себя в порядок, потом взять кофе и тогда уже перезвонить.

Оказывается, даже в моей ситуации можно было почувствовать что-то рядом стоящее со счастьем, когда приступила к третьему пункту своей программы: уселась за столик с чашкой кофе и круассаном.

Позвонить маме сразу, означало пить холодное безвкусное пойло. Поэтому ещё раз мысленно попросила её подождать и вдумчиво, наслаждаясь каждым глотком, выпила свой эспрессо, наблюдая, как голуби под окном делят один кусок булочки. Потом внимание притянули два неопрятных мужика неопределённого возраста. У одного из них в руке был пакет, другой пытался до него дотянуться, но у него не получалось. Они что-то горячо выясняли…

Вздохнула, почувствовав себя сейчас такой же бездомной.

Я же квартиру вместе с Ксюхой снимала не из-за желания жить с подругой, а чтобы платить сэкономить. Ведь цены на съём жилья в Москве были космические.

Поэтому, даже очень прилично зарабатывая, приходилось экономить.

Одну ночь сегодня я рассчитывала переночевать в хостеле, а вот что делать дальше, придумать не получалось.

Денег на карте было в обрез. А за квартиру принято было платить за два месяца вперёд.

У меня таких денег не было…

Я платила кредит по максимуму, чтобы выплатить поскорее, поэтому деньги оставляла только на необходимое, а остальное перечисляла в зачёт будущих платежей.

Телефон затрезвонил снова. На дисплее высветилось “мама”, и я взяла трубку:

– Да, мамочка, здравствуй! Видела твой вызов, прости, хотела сейчас перезвонить.

– Здравствуй, Женя! Ты простыла? – голос мамы звучал встревоженно.

– Нет, мам, всё хорошо у меня, – нарочито весело проговорила я.

–Точно? – продолжала допытываться она. – Что-то ты в нос говоришь.

– Да не, мам, – придала голосу побольше бодрости. – Это у меня аллергия.

– Какая аллергия в феврале, дочь? У тебя же на пыльцу она, весной только случается.

– Эм-м… Так сегодня же День святого Валентина… Вот мне Валера и принёс цветы. А там лилия. Я понюхала и вот, – лгала беззастенчиво я, не придумав другого объяснения. Просто волновать маму не хотелось.

– Женечка, я вот чего звоню-то, – к моему счастью, мама сменила тему. – Полина с подружкой в Москву всё просятся, что сказать? Не помешают, если у вас с Ксюшей остановятся?

– Эм-м… – снова растерялась я. Говорить маме, что у меня всё плохо вот так, по телефону, совсем не хотелось. – Мама, а я же тебе главное не сказала, хотела сюрпризом явиться, но раз так – признаюсь, у меня отпуск и я еду домой, прямо сейчас.

Мама от неожиданности замолчала.

Но, что говорить про неё, если я сама от себя была в шоке.

То, что я сейчас выложила маме, не наблюдалось даже на подкорке сознания.

– Вот это новость! – воскликнула мама. – Ты не с Валерой ли едешь? Пора уже нам познакомиться…

– Нет, мам, он не может, он же начальник. Ему не у кого отпрашиваться… – заюлила я.

– А ты на чём собираешься? На поезде?

– Нет, на машине, – лихорадочно прикидывала я, что так будет лучше.

“Отсижусь у мамы недельку, мозги на место поставлю, резюме по электронке разошлю. Да и за квартиру платить не придётся…”

Мама запричитала: “Ты же не гони” и “будь аккуратной”, но я её заверила, что за рулём сама аккуратность. Тогда, взяв с меня слово, что я буду обязательно отвечать ей на звонки, пожелала доброго пути и отключилась.

Я понимала, что озадачила её. Мама теперь решает, что купить, и что приготовить к моему приезду.

Но и сама своим решением была обескуражена не меньше.

Только чем больше я думала об этом, тем идея поехать в родной Волхов нравилась мне всё больше.

По крайней мере, я уже не чувствовала себя настолько потерянной, как до разговора с мамой. А предвкушение повидаться с близкими грело душу.

Правда, ехать всю ночь за рулём немного пугало: у меня ещё не было такого опыта вождения. Но, пообещав себе, что если начнёт клонить в сон, обязательно вздремну где-нибудь на заправке, отогнала навязчивую тревогу.

Прикупив в киоске воду и плитку шоколада, вернулась в машину.

Сев за руль, оценила грязные разводы на стекле, мешающие обзору и вспомнила, что резинки на дворниках собиралась поменять уже на прошлой неделе. Но заехать в автоцентр так и не собралась. До сегодняшнего дня на дороге было сухо, и проблем они мне не доставляли.

Но по трассе в такую даль, да ещё и ночью ехать с плохим обзором было небезопасно.

“Ничего! Вот сейчас и заеду. А заодно и колёса подкачаю там”, – вспомнила, что водитель служебной машины, Василий Петрович, порекомендовал это, сказав, что машина может быть неустойчивой на дороге из-за разного давления в шинах.

Выстроила в яндекс навигаторе маршрут до Волхова, и вбила в поисковик “Автотехцентр”. Выбрав наобум “Алмаз-Avto”, тронулась в путь, включила радио на волне “Шансон”.

Лучше бы этого не делала.

Снова нахлынули пережитые сегодня эмоции. Певица пела о разбитой любви.

Проникновенная музыка сопровождала её западающие в душу слова:

“ Разбитую любовь не склеить никогда.

Беги как можно дальше от меня.

Беги навстречу снам, лети по холодам,

Но больше никогда мы не будем рядом”...

Из памяти сейчас словно стёрлись грязные воспоминания сегодняшнего дня. Зато под мелодию песни я вспоминала наш с Валерой первый поцелуй…

Он тогда проводил меня. Было темно и промозгло. С утра моросил дождь…

Всего один короткий поцелуй, и в душе запорхали бабочки. Оказалось, что душевное состояние совсем не зависит от природных явлений…

Вот и сейчас шёл мокрый снег, а мне тоскливо было не из-за погоды.

Дворники елозили по стеклу, оставляя грязные подтёки.

“Блин, скорей бы доехать и поменять их, – раздражённо вздохнула я, маневрируя в потоке. – Ни хрена не видно!” – показалось, что именно сейчас они испортились окончательно.

Пробка, наконец, рассосалась, и я прибавила скорость. Но разгоняться не было смысла, по навигатору скоро был поворот налево к автотехцентру.

Светофор не работал. Долго стояла, пропуская встречный поток. Сзади какой-то нетерпеливый водитель посигналил, подгоняя меня.

Выждав удобный момент, тронулась. Но он стал объезжать меня. Пришлось затормозить, пропуская и теряя время для своего манёвра.

Торопливо бросила взгляд на встречную полосу, никого не увидела и нажала на газ.

“Чёрт! Откуда ты?!” – пронеслось в голове и я, что есть силы надавила на тормоз, чтобы избежать столкновения с движущейся справа машиной. Но мою KIA, несло на тот самый автомобиль, который двигался по встречке.

Удар.

Толчок.

Подушки безопасности сработали, но я этого уже не видела.

Глава 4, 5. Попала, так попала

– Живая?! – низкий мужской голос проник в сознание сквозь шум набегающих волн моря. Попыталась разлепить глаза и увидела… Ничего не увидела. Словно в белую стену упёрлась взглядом. В области носа чувствовалась тупая боль. В горло сочилась солоноватая жидкость, приходилось всё время сглатывать…

Попыталась пошевелиться, но эта стена сдавливала, не позволяя двигаться.

– Эй! Вытащите меня отсюда! – выкрикнула, не понимая, что происходит.

– Щас! – откликнулся тот же голос. И я с надеждой на скорое спасение замерла в ожидании. Но ничего не происходило.

Поводив взглядом, догадалась посмотреть ближе. Ещё ближе. И, наконец, дошло, что передо мной не стена, а что-то пухлое из ткани. Всплыл в памяти момент, как меня заносило на непонятно откуда взявшуюся низкую белую машину, и догадалась, что прижата к креслу подушкой безопасности.

Пошевелилась, прислушиваясь к своим ощущениям.

Голова болезненно гудела и слегка подташнивало.

Попыталась сдвинуть подушечный модуль, чтобы выбраться – ничего не получалось. Зато поняла, что в горло стекает кровь из носа, а значит, и по подбородку – тоже она…

Крови я с детства боялась. Фобия, видимо, появилась оттого, что мама брала меня с собой на работу, в больницу, когда не с кем было дома оставить.

В панике задёргалась:

– Выпустите меня отсюда! Пожалуйста, выпустите!

Послышалось свистящее шипение и дышать стало чуть легче.

– На вот, и запрокинь голову, – буркнул всё тот же мужской голос и в руке оказалась тряпка. Приложила её к носу, послушно касаясь темечком подголовника, и покосилась на обладателя руки, похожей по размеру на кувалду.

– Спасибо, – прогнусавила, поймав враждебный взгляд мужчины. – А вы кто? Медбрат?

– Угу. Смерть твоя! – зло сплюнул он отворачиваясь.

Его ответ напряг.

“Наверно, в него влетела”, – догадалась.

– Это я вашу машину помяла? – виновато промямлила я. – Простите, пожалуйста! Вы не расстраивайтесь, у меня есть полис ОСАГО, вам возместят ремонт, – попыталась хоть как-то успокоить его.

– Да засунь ты его себе… – раздул ноздри он, плотно сжимая губы, – свой полис! Ты хоть знаешь на какую сумму попала?! М-м? – упёрся в меня бешеным взглядом светло-синих глаз.

По спине пробежали мурашки. Если бы не этот его агрессивный настрой, я бы посчитала, что в нём есть что-то странно-будоражащее.

“Адреналина мне, что ли, недостаточно сегодня?” – запрокинула снова голову я, понимая, что пока сижу в машине, он меня не тронет. А вот на улице – не факт. Вон, кулаки как сжимает…

– Я же не специально! – шмыгнула носом, вспоминая предыдущие события этого дурацкого дня. – И вообще. Что не покроет страховка, суд рассчитает, и выплачу я вам всё потихоньку. Не беспокойтесь.

– Выплатишь?! – он посмотрел на меня как на идиотку. – Ты хоть примерно представляешь, сколько такая машина стоит?

– Нет. А сколько?

– Лучше тебе не знать, – прорычал он, продолжая сверлить меня недобрым взглядом. – А коли не выплатишь, то… Отработаешь!... – последнее слово процедил сквозь зубы, словно выплюнул.

“Кажется, Женя, предыдущие злоключения – семечки, по сравнению с этим… – задумалась, подбирая эпитет. – Бандюганом, не иначе”, – передёрнуло. Ноги стали замерзать. Пошевелила пальцами и обнаружила, что подушка уже сдулась, провисая мешком через руль. Перевела взгляд выше и сквозь заляпанное лобовое стекло увидела масштаб бедствия: моя ласточка врезалась в какой-то крутой спорткар…

“Зашибись! – сглотнула я ком в горле. – Вот теперь, Женька, точно полный звездец!”

– Нечего на меня кричать! Без вас тошно, – проснулась во мне храбрость загнанного в угол зверька. – Где Гаи?!

Он со вздохом потёр ладонью щетину на подбородке, и отвернулся, не удостоив меня ответом.

“А вот и они”, – неподалёку остановилась машина с характерными наклейками и мигалкой. Следом за ней парковалась карета скорой помощи.

Глава 6. (Захар) Тот же день. Утро.

– Захар, ты спишь там, что ли? – рявкнул отец на моё мычание, прогоняя остатки сна.

Посмотрел на часы, они показывали восемь тридцать.

– Уже нет, – поморщился. Отца мог выносить только дозированно. А слушать с утра было испытанием.

– За-а-рик, – сонно пихнула в бок Алина, – иди в кухню, дай поспать, – капризно сложила она губки.

Покосился на сочный персик, торчащий из-под одеяла… Но раздражение взяло верх.

– Ещё раз услышу “Зарик”, вылетишь отсюда в чём есть, поняла? – рыкнул на неё, прикрыв микрофон.

Отец нудно проговаривал детали семейного ужина, который был посвящён памяти нашего деда Валентина, и ежегодно проводился в день его рождения четырнадцатого февраля.