Госпожа для отверженных – 2

– Восемьдесят, – назвала я новую сумму.

– Моя последняя цена – восемьдесят пять, прекрасная Натали, – заявил Азамат. – Заберёте и целителя с магическим даром, и эту настойку, которую он приготовил, – махнул он на бутылку с зеленоватой жидкостью.

– Это целебный отвар из семи трав, он придаёт силы, – пояснил Эрик.

– Заметьте: на эти семь трав я тоже потратился, – произнёс торговец.

– Хорошо. Договорились, – кивнула я.

Эрик просиял, а Азамат удовлетворённо улыбнулся и подвёл меня к следующему невольнику – кудрявому блондину, на столе перед которым стоял сиреневый минерал в виде пирамиды.

– Дайте догадаюсь: это геолог, – предположила я. – И у него дар находить драгоценные камни.

Азамат рассмеялся:

– Нет, раба с таким даром я бы никому не отдал, оставил бы себе. Это Клайв. На столе перед ним – музыкальный артефакт. Если нажать на верхушку пирамиды – зазвучит мелодия. Клайв обладает выдающимся талантом: он покоряет всех своим голосом. Он певец. Позвольте ему это продемонстрировать.

Не дожидаясь от меня ответа, парень тряхнул кудряшками, ткнул пальцем на пирамидку, и под зазвучавшую приятную мелодию вдохновенно запел какую-то балладу о любви.

Его голос и правда был глубоким, бархатным. Я бы сказала, оперным.

Вот только певцы мне в Ривасе точно были не нужны.

Посмотрела на Ирнела – тот мягко покачал головой, подтверждая мои мысли о том, что кудрявого парня нам брать не стоит.

Время было дорого, поэтому я оборвала это выступление на середине песни:

– Спасибо, достаточно.

Микаэль тут же нажал на пирамиду, вырубая музыку, и певец обиженно притих, надув губы.

– Сколько вы хотите за… – начала было я, и Азамат обрадованно воскликнул, перебив:

– За такой талант – двадцать серебряных!

– Вы не поняли, – покачала я головой. – Сколько вы хотите за пирамидку? Меня интересует лишь она. У Клайва чудесный голос, но я не любитель песен. Мне нравится просто музыка.

– Вам нужен только музыкальный артефакт? – изумился Азамат. – Ладно, отдам вам его за пять серебряных.

– Три, – уже привычно начала торговаться я.

– Хорошо, согласен! – хохотнул торговец, вскидывая руки. – И, раз уж вы ценитель музыки, вам точно придётся по душе Тайрин – наш музыкант, – подвёл он меня к коротко стриженому шатену, перед которым на столе лежал музыкальный инструмент наподобие скрипки.

– Какие мелодии вы любите, госпожа? – шатен схватил свой инструмент, горя желанием показать мне свой талант.

– Не хочу вас расстраивать, но пирамидки мне будет достаточно, – мягко сказала я.

Тайрин огорчённо вздохнул, и Азамат подвёл меня к следующему невольнику:

– А это у нас Майкл.

Симпатичный, мускулистый, зеленоглазый – этот брюнет источал уверенность, а его взгляд был цепким и проницательным.

Этот парень был одним из двух, кто стоял перед пустым столом…

Глава 11. Гений торга

Натали

*

– Столик пустой, – озвучила я очевидное.

– Всё верно, – весело улыбнулся Азамат. – Попробуйте догадаться, прекрасная Натали, в чём хорош этот невольник.

– У меня нет времени на игры, – покачала я головой.

– Давайте три попытки, не больше, – предложил «араб».

– Хорошо, – согласилась я. – Гаремник?

– Нет, – хохотнул торговец, а в глазах невольника проскользнула уязвлённая гордость.

– Танцор? – предположила я.

Майкл нахмурился ещё больше, а Азамат развеселился вовсю:

– Нет!

– Мебельщик? Может, именно он изготовил этот стол? – озвучила я ещё одну версию.

– И снова нет, – махнул рукой торговец.

– Телохранитель, – буркнул за моей спиной Микаэль. В его голосе тесно сплелись ревность и заинтригованность.

– В точку! – воскликнул Азамат и добавил: – Но не просто телохранитель, а самый что ни есть элитный.

– Кого охранял? Графиню, герцогиню, принцессу? – по-военному чётко спросил его Дениз.

– Королеву, – сдержанно ответил Майкл.

– Ты не местный, – догадалась я, вспомнив, что местная правительница – не королева, а императрица.

– Верно, госпожа, – кивнул он. – Я маркиз Майкл Ридуан из королевства Иладия на планете Ренотан.

– Небольшая поправочка: ты раб Майкл в империи Аншайн, – одёрнул его Азамат.

– Дай угадаю: король внезапно понял, что юный наследник престола слишком похож на телохранителя его супруги, и приказал тебя казнить? – хохотнул Брендон. – Но сработал артефакт «Ловец», который спас тебя от гильотины в последний момент?

– Почти, – Майкл испепелил его взглядом. – На королеву было совершено покушение. Брат задумал её устранить, чтобы самому занять трон. Я успел заслонить Имеральду своим телом, когда раздался взрыв. Она не пострадала, а я был серьёзно ранен. Потерял сознание. Когда очнулся – был уже здесь, в рабских цепях.

Он с такой нежностью произнёс имя «Имеральда», что меня осенило:

– Ты любил её.

– Люблю до сих пор, – честно ответил парень.

Троица за моей спиной с облегчением выдохнула.

– Майкл, я же запретил тебе говорить подобное покупательницам! – возмутился Азамат. – Ты явно нарываешься на то, чтобы получить статус отверженного и отправиться гладиатором на Арену!

– Предпочту славную смерть в бою, нежели вот это всё, – железным тоном парировал брюнет.

– То есть ты согласен убивать ни в чём не повинных рабов, которых выпихивают на погибель на потеху толпе? – вскинул бровь Микаэль. – Большинство из них – беззащитные, слабые и больные, которые ни разу в жизни меч в руках не держали.

– Я никому не желаю зла, – тряхнул головой парень. В глубине зелёных глаз промелькнуло отчаяние человека, загнанного в ловушку.

– Если решите его купить, госпожа, то разве что с большой скидкой, – флегматично изрёк Брендон.

– Самоуверенный, дерзкий. Не любит подчиняться приказам. Думает, что он умнее всех. С таким будут проблемы, дорогая госпожа, – авторитетно заявил Микаэль.

– Потребуется много времени и сил, чтобы пообтесать характер этого маркиза Ридуана, – добавил Дениз.

– Решать только вам, – мягко произнёс Ирнел.

Я же пребывала в растерянности.

С одной стороны, мне было жалко этого симпатягу, влюблённого в свою королеву, которая теперь была для него недосягаема. Вдобавок Азамат вполне мог исполнить свои угрозы и отправить дерзкого раба на Арену.

И, наверное, я была единственной, кто может дать Майклу свободу, хотя бы через полгода.

С другой стороны, упрямый характер этого маркиза был очевиден, а лишние проблемы мне ни к чему.

Видя, что я колеблюсь, Азамат принялся торговаться:

– Смотрите, какой он красавчик. Вся эта дурь в виде влюблённости в далёкую королеву у него скоро пройдёт, и он будет обращать всё своё мужское внимание только на вас. А как телохранитель – он настоящий профи, можете быть уверены! Но, если захотите, вы легко можете перевести его в гаремники. Я отдам вам его за полцены, всего за пятнадцать серебряных. Хорошо, за десять.

Я продолжила колебаться.

Кинула взгляд на Ирнела – тот просто пожал плечами. Мол, добавить тут нечего, всё очевидно, решай сама.

– А ты что скажешь? – спросила я Майкла. – Ты сам хочешь стать моим рабом?

Тот опешил:

– Вам правда интересно моё мнение?

– Правильный ответ «да!» – зашипел на него Азамат.

– Иначе я бы не спрашивала, – повела я плечом.

После минутного раздумья Майкл уверенно кивнул:

– Хочу.

– И почему? – с интересом уточнила я.

– Я здесь уже пять дней. Из всех дамочек, которых я тут видел, вы самая милая. Нежная, хрупкая, симпатичная. Мне будет приятно вас охранять. Вдобавок никто другой не спрашивал моего мнения, – ответил брюнет.

– Вот видите – он согласен. Берите его за десять серебряных, – быстро подвёл итог Азамат, пока сделка не сорвалась.

– За пять, – отозвалась я и добавила: – Вместе со столиком.

– Никогда не думал, что меня купят, как придаток к мебели… – опешил Майкл, а «араб» расхохотался:

– Да вы просто гений торга, леди Натали!

Глава 12. Просьба

Натали

*

Азамат всё же согласился продать мне Майкла со столиком за пять серебряных. Поворчал немного, что сам приобрёл этого негодника в два раза дороже, а теперь вынужден отдать за бесценок.

– Иду на уступки исключительно ради ваших прекрасных глаз, милая леди, – заявил торговец.

Всем было ясно, что запугать бывшего маркиза Ареной или просто смертью было невозможно, и вдобавок он был слишком прямолинеен. В этом он напоминал мне Джереми. Даже не знаю, кто бы его купил. Этот мужчина не привык кому-либо подчиняться, был слишком упрям и открыто заявлял, что влюблён в королеву с родной планеты.

Так что в этом случае Азамат поступил по принципу: «с паршивой овцы хоть шерсти клок».

Договорившись со мной о цене насчёт Майкла, торговец подвёл меня ещё к одному невольнику, стоявшему перед пустым столом. Очень симпатичный зеленоглазый шатен пристально наблюдал за каждым моим движением и мимикой. Казалось, его очи заглядывают мне прямо в душу.

– Ещё один телохранитель? – предположила я, скользнув взглядом по его рельефному мускулистому торсу в белой рубашке и накачанным рукам.

– Можно и так сказать, – загадочно улыбнулся «араб».

– Госпожа, позвольте я вам всё объясню, – бархатным голосом обратился ко мне шатен и неожиданно поставил на столик перед собой игрушечную модель кровати. Немного корявую – из палок и тонкой проволоки, но в целом аккуратную и добротную.

– Гаремник, – криво усмехнулся Микаэль.

– Ренни! – закатил глаза Азамат. – Ну что за самодеятельность?! Когда ты успел соорудить эту игрушку из навоза и палок? Убери немедленно с глаз госпожи такое позорище!

– Нет, мне нужно, чтобы она поняла, – помотал тот головой. – Я сделал эту модель сам, без инструментов. Получилось не слишком идеально, но надёжно. И никакого навоза тут нет, только ветки сакуры и найденная на дороге проволока.

– Ну допустим. И что? – строго спросил его торговец.

– Госпожа Натали! – шатен неожиданно опустился передо мной на колени. – Я вас умоляю: купите меня! Заберите меня с собой, очень вас прошу!

Я опешила. Разведчики нахмурились, Ирнел улыбнулся, а Азамат одобрительно выдохнул:

– Вот это правильное поведение, молодец. Продолжай в том же духе!

– Формально я, конечно, гаремник, – заявил мне Ренни. – Только я прекрасно понимаю, что гаремники вам не нужны. Трое парней за вашей спиной вам очень близки, и они сильно вас любят. Так что как постельный раб я буду лишним. Здесь у меня нет шансов. Но я всё равно умоляю вас купить меня. Я могу быть кем угодно, выполнять любую работу. Я умён, сообразителен, инициативен. Всё делаю на совесть. Могу быть разнорабочим на подхвате, вашим личным посыльным или секретарём. Я успел заметить, что вы интересуетесь мебелью. Купили Майкла вместе со столом. Смею предположить, что вы переехали в новый дом и теперь вам его нужно обставить. Если мне дадут инструменты – я сделаю любую вещь: кровать, стул, шкаф. Всё, что пожелаете!

– Но почему? – растерянно спросила я.

– Не хочу быть чьей-то интимной игрушкой, – тряхнул головой Ренни. – Я наблюдаю за вами с той самой секунды, как вы вошли в этот шатёр. Вижу, с каким уважением и сочувствием вы смотрите на рабов. И с каким обожанием к вам относятся ваши невольники. Лучше я уйду сейчас с вами и буду выполнять самую грязную работу в вашем поместье, нежели меня купит какая-нибудь грюзга, и я до конца дней буду вынужден её ублажать.

– Поднимись с колен, пожалуйста, – сказала я, и Ренни тут же подчинился.

В его глазах светилась настолько отчаянная мольба, что она разрывала мне сердце.

– Ты местный? – уточнила я.

– Нет, я с Далайры, – ответил он. – Я родился свободным, в купеческой семье. Но отец влез в крупные долги в казино и пустился в бега, мать от потрясения сошла с ума. Мне тогда едва исполнилось восемнадцать. Забота о двух младших братьях и сестрёнке легла на мои плечи. О матери тоже: я смог устроить её в хорошую лечебницу для душевнобольных. Брался за любую работу. Несколько лет проработал грузчиком в порту. А потом произошёл несчастный случай: при погрузке порвались верёвки, и меня придавило тяжёлыми брёвнами. Потерял сознание от адской боли, а очнулся уже здесь, рабом.

– Сочувствую, – искренне сказала я.

– Спасибо, госпожа Натали, – отозвался Ренни, продолжая смотреть на меня с мольбой, и повторил: – Купите меня, пожалуйста, я вас очень прошу!

На всякий случай посмотрела на Ирнела – тот уверенно кивнул.

– Сколько? – спросила я притихшего Азамата.

– Вместе с кроваткой? – улыбнулся торговец.

– Да, – невольно улыбнулась я в ответ.

Глава 13. Юрист

Натали

*

– Я пока не могу озвучить вам сумму, милая леди, – после долгой паузы, которая показалась мне вечностью, заявил Азамат.

Ренни шумно вздохнул и снова замер.

– Что это значит? – опешила я, будучи готовой, что «араб» загнёт цену до небес.

– Мне надо подумать. Дайте мне на это минут десять, ладно? А пока я веду свои внутренние монологи, позвольте показать вам других специалистов, которые тоже жаждут уйти сегодня с вами, – сверкнув белозубой улыбкой, заявил торговец.

Мне было безумно интересно, какие мысли крутятся сейчас в его голове.

Кинула взгляд на Ирнела – тот с задумчивым видом неопределённо повёл рукой.

Интуиция подсказывала, что возражать бесполезно, так что я позволила Азамату увлечь меня к очередному столику.

– Госпожа Игнатова, я Норман Дей, – поклонился мне худощавый брюнет лет двадцати пяти с короткой аккуратной причёской. При взгляде на него возникала лишь одна ассоциация: клерк. Офисный работник.

А на столе перед ним лежала толстая книга.

– Библиотекарь? – предположила я после того, как приветственно кивнула в ответ.

– И это тоже, – кивнул он. – Но основная моя профессия несколько другая: я юрист.

Я прикинула в уме, зачем мне юристы в Ривасе, и пришла к выводу, что незачем.

Наверное, Норман увидел отражение этих мыслей на моём лице, потому что быстро затараторил:

– Прошу вас, госпожа Игнатова, не спешите отказываться от меня! В жизни могут возникнуть совершенное непредвиденные ситуации, и лучшего юриста, чем я, вам не найти! Тем более, что я принесу вам клятву верности, в которой обязуюсь ставить ваши интересы выше своих собственных. А всё свободное от юридических дел время я могу заниматься вашей библиотекой. Буду пополнять её книгами на ту сумму, что вы мне выделите, и наведу там идеальный, чёткий порядок. Могу даже стать разнорабочим или секретарём. Да хоть гаремником – я справлюсь с любой задачей!

– Прыткий, внимательный, возможно умный, – вынес свой вердикт Микаэль. Фраза про гаремника ему не понравилась, но в целом он смотрел на парня спокойно. Ден с Брендоном тоже.

– Нам пригодятся юристы, Ирнел? – спросила я своего управляющего.

Тот почему-то нервно теребил рукав своей рубашки, то и дело кидая внимательные взгляда на Азамата. Видимо, уловил что-то странное в мыслях торговца.

Этот момент меня напряг.

– Смотря какая у него квалификация. Расскажи о себе, Норман. Ты местный? И на каком основании ты считаешь себя отличным юристом? – пристально посмотрел на парня телепат.

– Я был лучшим в главной юридической академии Аншайна, – заявил брюнет. В его голосе проскользнули нотки горечи. – И да, я местный. Моей матушкой была ныне покойная министр юстиции, леди София Дей.

– И как ты стал живым товаром? – удивлённо спросила я.

– После академии я устроился на работу в крупную юридическую фирму. Однажды вечером возвращался домой, и на меня напали трое в тёмном переулке. Защищаясь, одного нечаянно убил. Меня тоже сильно ранили. Когда очнулся в тюремной больнице – меня успели осудить за непреднамеренное убийство сына гранд-дамы провинции Лаутанд и приговорили к ста годам в тюрьме строгого режима. Я смог подать апелляцию, и наказание смягчили: в память о былых заслугах моей матери, а также благодаря моей безупречной репутации мне предложили выбор: пятьдесят лет на каторге либо принять статус бесправного раба и отправиться на аукцион невольников. Я выбрал второе. Меня приобрёл господин Азамат Лауден. А всё моё имущество перешло в казну. И теперь я стою перед вами в надежде, что вы заберёте меня отсюда. Готов стать для вас кем угодно, – в его чёрных очах светилась мольба.

Я снова посмотрела на Ирнела – он кивнул.

В Ривасе юрист мне понадобится разве что через полгода – оформлять всем вольную.

Но переступить через Нормана и проигнорировать его умоляющий взгляд я не могла. Тем более что мой телепат его одобрил.

Видя, что я не тороплюсь озвучивать своё решение, Норман добавил:

– Я совершенно согласен с той оценкой, которую дал вам Ренни Таунсенд. Вы очень милая, добрая и очаровательная. За свою жизнь я насмотрелся всякого, но ваши рабы относятся к вам с обожанием – это говорит о многом. Господин Лауден сейчас сказал: «позвольте показать вам других специалистов, которые тоже жаждут уйти сегодня с вами». Я жажду. И буду счастлив служить вам верой и правдой до конца своих дней.

– Сколько? – повернулась я к Азамату.

– Двадцать серебряных, – чётко озвучил сумму «араб».

– Не многовато? – хмыкнул Дениз.

– Вместе с документом на этого раба я отдам вам большую папку с его грамотами, дипломами, похвальными листами и благодарственными письмами. Несмотря ни на что он невероятно ценный специалист, – отметил Азамат.

– Учитывая его криминальное прошлое, давайте договоримся на пятнадцать, – предложила я.

От слов про криминальное прошлое Норман поморщился, как от зубной боли, но промолчал, покорно опустив голову.

– С книжечкой? – весело махнул Азамат на пухлый том. На синей обложке с медными завитками ничего не было написано.

– А что там? – полюбопытствовала я.

– Юридический справочник для составления разного рода документов, – пояснил Норман. – Последняя редакция.

– А, понятно. Давайте с книжечкой, – ответила я Азамату, думая, что в хозяйстве всё пригодится.

– Тогда шестнадцать, – поставил он условие.

– Хорошо, – согласилась я.

– Вот и чудно. Знаете, я определился, за какую цену готов продать вам Ренни Таунсенда, – заявил «араб».

Ренни замер, забыв дышать, а я уточнила:

– И за какую же?

– За один, – заявил торговец.

– Серебряный? Золотой? – не поняла я.

– Если золотой, то это просто грабёж! Один золотой – это тысяча серебряных! – возмутился Брендон.

– За один поцелуй, – сверкнул на меня знойными очами Азамат.

Глава 14. Неожиданный поворот

Натали

*

– Да как ты смеешь, торговец, заявлять, чтобы гранд-дама провинции Артильон расплачивалась своим телом?! – гневно рявкнул на «араба» Микаэль, плавным движением задвигая меня к себе за спину. – Она тебе что, доступная девка из Дома утех?

Ден и Брендон синхронно встали к нему плечом к плечу в готовности порвать наглеца на бантики.

А лицо Ренни вытянулось от потрясения. Впрочем, челюсти остальных невольников тоже отвисли.

– Гранд-дама? – Азамат пошатнулся, как от удара, а его лицо побелело. – Вы серьёзно?

– Разве похоже, что это шутка? – усмехнулся Ирнел. – Или вы намекаете, что леди Натали Игнатова не выглядит достойной этого титула?

– Н-нет, ну что вы, очень д-даже выглядит! – заикаясь, затряс головой Азамат. – Правда она такая… такая… невероятно мягкая, светлая, добрая. И вообще очаровательная. Никогда бы не подумал, что среди гранд-дам есть настолько милосердные леди, которые с уважением относятся даже к рабам.

– Я могу составить юридический иск к господину Азамату Лаудену за публичное оскорбление гранд-дамы, – воодушевлённо выступил вперёд Норман, радуясь возможности так быстро доказать свою полезность. – Наказание за подобное деяние весьма сурово: он не только заплатит вам огромный штраф за моральный ущерб, но и лишится статуса свободного человека. Сам окажется в рабстве и будет продан с аукциона.

Торговец схватился за сердце, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба.

– Полагаю, со стороны господина Лаудена это была просто неудачная шутка, – вышла я из-за спины своих защитников. – На самом деле он имел в виду один серебряный. Верно?

– Да-да, конечно, – лихорадочно затряс головой Азамат. – То есть нет, разумеется, нет! Я не возьму с вас никаких денег, прекрасная госпожа! Наоборот: я дарю вам всех своих невольников, которые находятся перед вами в этой палатке!

– Тридцать человек? – опешила я. Вот это поворот…

Ирнел довольно крякнул, разведчики одобрительно кивнули.

– Каждый из них – настоящий профи! Вот, посмотрите, это выдающийся ювелир, – подвёл он меня к брюнету лет сорока, на столике перед которым лежало изящное колье. – Это вязальщик, – махнул он на рыжего парня с ямочками на щеках. – Он будет вязать вам что угодно и из чего угодно: от шарфов до корзин. Тот, перед которым стоят атласные туфли – обувщик. Этот, с арбалетом – охотник. С удочкой – рыбак. Здесь на столе разложена белая рубашка: перед вами опытный гладильщик, прачка и гардеробщик в одном лице. А как вам это великолепное платье? Кажется, оно именно вашего размера. Его сшил этот замечательный портной. А тут на столе сияет подкова, потому что поставленный рядом с ней крепыш – кузнец. Перед глиняным горшком – гончар.

У меня уже шла кругом голова от всех этих перечислений и вообще от такого неожиданного поворота, но я увидела перед брутальным лысым парнем странный предмет и не удержалась от вопроса:

– А это что за совочек?

Лысый качок аж дёрнулся от моих слов, но ничего не сказал.

– Это сапёрная лопатка, прекрасная леди! – пылко объяснил Азамат. – Перед вами сапёр экстра-класса, который способен создать и обезвредить любую известную на Аншайне бомбу.

Я нервно хихикнула, не представляя, как задействовать минёра в Ривасе.

А мои разведчики уважительно присвистнули.

Лысый брутал посмотрел на них с одобрением.

– А этот скромный красавчик, перед которым лежит кинжал из шевронской стали – Атамайн Бейн, оружейник.

– Ого, – восторженно протянул Микаэль. Его друзья были с ним совершенно согласны.

Длинноволосый мускулистый брюнет коротко им кивнул, а мне отвесил поклон.

Азамат тем временем затараторил дальше:

– Здесь, как видите, поставлен игрушечный дом из камня. Потому что перед вашими прекрасными очами находится дипломированный архитектор. Тут, около мешочка с зерном – мельник. На этом столике часы, и возле них стоит часовщик. Это свеча из воска и обаятельный блондин – свечник. Соседний столик с небольшой бочкой из липы: тут у нас бондарь. Возле милой фаянсовой безделушки в виде собачки – дрессировщик. Три видных парня в центре – это наши работяги: инженер-строитель, каменщик и плотник. Перед первым лежит молоток, перед вторым – кусок мрамора, а перед третьим – добротный небольшой топор.

Ну, последние трое очень даже пригодятся в Ривасе. Архитектор, наверное, тоже. И кузнец. И охотник с рыбаком, что называется, в тему. Да и остальные, можно сказать, подходят. Особенно гончар, бондарь и свечник. Посуда, свечи и бочки всегда нужны, в том числе их можно отправлять на продажу.

Что делать с часовщиком и ювелиром – я пока не знала. Впрочем, ювелир – это творческая профессия. Пусть создаёт картины из полудрагоценных и обычных камней.

– А это что? Книга? – спросила я, когда Азамат подвёл меня к последнему невольнику в палатке – интеллигентного вида мужчине лет шестидесяти.

– Нет, это блокнот. Положен чисто символически, поскольку перед вами бухгалтер, – с готовностью пояснил работорговец.

Ну, в принципе, полезный человек. Пусть всё подсчитывает и следит за своевременной уплатой налогов.

– Ясно, – отозвалась я, продолжая пребывать в смятении.

С одной стороны, это же здорово – заполучить тридцать рабов бесплатно! Да ещё каких!

С другой стороны, я совершенно не представляла себя в роли госпожи и вообще тихо паниковала – как их всех накормить, одеть, обуть, и где нормально расположить на ночь.

Впрочем, нужно мыслить позитивно и помнить, что через полгода все эти везунчики обретут свободу. Может, кто-то из них даже захочет остаться в Ривасе.

– Я рад, что сумел вам угодить, госпожа Игнатова! – взмахнул руками Азамат. – А эти двое – музыкант и певец, от которых вы отказались, теперь тоже ваши. Сможете выгодно их продать или подберёте им любую другую работу. Так что я вручаю вам всех этих невольников, а также все столики и их содержимое!

Тридцать рабов, тридцать столов и двадцать девять предметов. Неплохо так затарилась… Да ещё не потратив ни единой монеты. Мой внутренний хомяк пребывал в тихом шоке от эйфории.

Представляю глаза Джереми, когда мы всё это каким-то чудом доставим в Ривас…

– Вы кое-что забыли, – напомнил Брендон.