скачать книгу бесплатно
Людей – 9 чел. м.п.
Известные на сегодня деревни: Олухново, Тюшино. В среднем на 1 крестьянский двор – около 6 десятин. Итого в обеих боярщинках у помещика Кости:
Деревень – 12;
Дворов – 20;
Земли – 21 обжа (т.е. 105 дес.). Из этих обеж Костя пашет на себя 2 обжы (барская запашка). Его угодья: в Святом озере Косте пятый жеребей, что принадлежал ранее Кипреяновской Арзубьева. В озере Стречине ему пятой же жеребей, что принадлежал ранее Кипреяновской.
– «Деревни монастырские Воскресенского монастыря, что конец Никитцкие улицы, волостка Захаровская, Яковля сына Хромово, что им дал князь велики противу их обеж».
Ранее принадлежали Захару Яковлевичу Хромому с Новгорода, а ныне – Воскресенскому монастырю. Главная деревня – Починок (13 дворов, 9 обеж земли, 13 чел. м.п.). Всего у монастыря:
Деревень – 9;
Дворов – 32;
Земли – 26 обеж (т.е. 130 дес.);
Людей – 32 чел. м.п.
В среднем на 1 двор приходится 4 десятины, менее обжы.
– «Деревни Кипреановские Арзубьева на Святе озере за Новоторжцы, что им дал князь велики против их земель Новоторжских.
За Тимохою, Олександровым сыном»:
Деревень – 4 (в одной деревне двор есть, но пашни еще нет);
Дворов – 4;
Земли – 3 обжы (т.е. 15 дес.);
Людей – 4 чел. м. п. В среднем на 1 двор – около 4 десятин.
Деревни Сенки Александрова:
Деревень – 3;
Дворов – 4;
Земли – 4 обжы (20 дес.);
Людей – 4 чел. м. п. В среднем на 1 двор – около 4 десятин.
Известные деревни – Святое, Мокрицы, на Рядку на реке Остреце.
Деревни Ивашко Степанова:
Деревень – 3;
Дворов – 3;
Земли – 4 обжы (т.е. 20 дес.);
Людей – 4 чел. м. п. В среднем на 1 двор – около 7 десятин.
Деревни Фомы Онофреева:
Главная – деревня Тул (двор Фомин, сам живет и его люди; обжа);
Деревень – 6;
Дворов – 5;
Земли – 7 обеж (т.е. 35 дес.);
Людей – 5 чел. м. п. В среднем на 1 двор около 7 десятин, а деревня Мокрица пуста.
– «Деревня Яхнова Гора своеземцова Мишка Демехова»:
Деревень – 1;
Дворов – 2;
Земли – 1 обжа (т.е. 5 дес.);
Людей – 2 чел. м. п. В среднем на 1 двор – 2,5 десятины.
Сводная ведомость по погостам Бологовского края 1495—1498 годы
№ п\п! деревень с сельцами и починками! дворов с боярскими! людей муж. п.! земли в десятинах!
– ! – — – ! – — – ! – — – ! – — – ! – — – ! —
1.! Бологовский! 186! 448! 469! 2150!
2.! Сеглинский! 193! 491! 557! 2092,5!
3.! Рютинский! 183! 413! 439! 1632,5!
4.! Вознесенский! 142! 311! 348! 1327,5!
5.! Туренский! 137! 267! 292! 1230!
6.! Пиросский! 121! 210! 222! 1042,5!
– ! – — – ! – — – ! – — – ! – — – ! – — – ! —
ИТОГО:! 962! 2140!2327! 9475,0!
_______________________________________________
В среднем на один двор приходилось по всей Бологовщине 4,43 десятины пахотной земли. Общее число жителей с учетом женского пола нужно увеличить минимум в два раза, т.е. составит примерно 4654 человек обоего пола. Средняя наполняемость деревни: дворов – 2,2; людей – 2,4 чел. мужского пола.
Перепись 1550 – 1560 годов
Со времени первой переписи 1495-х годов прошло полвека, и новгородские пятины, уже при царе Иване IV Грозном (1530—1584), были московскими чиновниками обследованы вновь. Писцовые книги 1550—1560 годов зафиксировали большие изменения не только в фамилиях землевладельцев – помещиков, но и в хозяйственной жизни. Деревни, села пустели, многие исчезли, обезлюдели, превратившись в «место, что была деревня», т.е. в пустоши и урочища. Много земли не обрабатывалось, многие хорошие покосы не выкашивались. Даже отдельные поместья исчезали, а землю приходилось возвращать великому князю, что для государственной казны было крайне невыгодным.
Большие изменения затронули бывшую волость купцов Шалимовых. Она превратилась в заурядную волостку, разделившись на две части и при этом сильно деградировав. Одна часть – во главе с сельцом Медведево – после Шалимовых оказалась в руках Молчана Яковлевича Каменского, а ныне (на момент переписи 1550-х годов) принадлежит Иванцу (Ивашке) Григорьевичу Каменскому. У него 3 деревни «живые», а 4 деревни пусты. Всего 21 обжа земли (105 десятин), из них 14 обеж (т.е. 70 десятин) запущены, вышли из землепользования. Московские помещики оказались хуже татар. Угодья те же, что были при Шалимовых полвека назад (озера Бологое и Кафкино – по участку в каждом).
Вторая часть – деревни Хирово, Озеревичи и другие (всего 7 деревень) после Шалимовых досталась семейству помещиков Бакакиных – Истоме Ивановичу Бакакину, а ныне принадлежит его детям – Иванцу и Васке Истомовым Бакакиным. Из 21 обжы 8 обеж пусты, зарастают бурьяном, кустами. По всему видно, как при московских хозяевах Земля Новгородская доходит «до ручки».
Волостка Федоровская с центром в Бологой Горе в 1495 году принадлежала князьям Пужбальским (Иван и Семен Пужбальские). После них попользовался волосткой Сенка (Семен) Офросимов и братья Федор и Кузьма Семеновичи Бологовские. На середину ХVI столетия ею пользуются братья Федко, Васюк и Микифорок Семеновичи Офросимовы. Центр – сельцо Бологая Гора с 6 деревнями, всего 21 обжа пахоты (т.е. 105 десятин). В сельце Горка с 4 деревнями и починком живет помещик Григорий Петрович Арцыбашев с детьми – Невзор, Керий и Тороп. Тороп Григорьев Арцыбашев, по всей видимости, живет отдельно, в деревне Подшвино, где имеет 5 обеж пахоты (из них 3 обжы пашет на себя, т.е. барскую запашку, а 2 обжы «со крестьяны»).
Другой, бывший центр волостки – 1495 года, деревня Даниловская в переписи 1550 года вообще не упоминается.
Часть волостки после Пужбальских и детей Бологовского великий князь передал в поместье Косте Ивановичу Офросимову с сыном Богданцом – 6 деревень и 19 обеж (т.е. 95 дес.). На момент переписи поместье исчезло, все 19 обеж: «Ныне то поместье пусто все и не пашет и сено не косит нихто, и хоромов нет».Деревни превратились в пустоши. Такая участь постигла и былую деревню Высокое: за истекшие 50 лет бездарного помещичьего произвола деревня стала пустошью Высокое. Теперь она возродится усадьбой только в ХVIII столетии, когда эти места приглянутся Мельницким.
Относительно крупным поместьем оставались деревни и земли вокруг сельца Зазмеинского (владеют помещики Заболоцкие – Степан и Михалец Терентьевичи Заболоцкие). У них в наличии кроме сельца еще 21 деревня, 44 обжы (т.е. 220 десятин). Это такие деревни, как Огрызково, Раменье, Подол, Дорогини, Прудищи и другие. Угодья изобилованы хорошими пожнями – покосами. Сена накашивают до 1000 копен на отхожих пожнях по реке Коломнице, возле Кафкина озера до Лисьей реки (Лисиницы), на Семи Нивицах; на речке Боло?жице под Великим Ельником накашивают еще 60 копен.
Деревни новгородки Марфы Розстригиной после 1495 года были переданы в поместье Волынским (деревня Царево, где поселилась «москвичка» Марья Дмитриевна Волынская с сыном, и к ней еще 12 деревенек с 21 обжею (т.е. 105 дес.). В середине ХVI столетия этим поместьем заправляла вдовая жена Волынского Ульяна Ивановна Волынская. Но у нее поместье заметно поубавилось – всего 4 деревни (2 из них пусты): «обжу пашут на Ульяну (барская запашка), а со крестьяны 2 обжы, а 4 обжы пусты, 3 обжы пашут наездом, а обжа не пахана». Земля оставалась, а людишки, судя по всему, разбегались или вымирали. Это деревни: Захарьино, Долгое, Бор, Котово.
Деревни Глубочиха, Подлипье, Мишнево и другие с угодьями – озерами Долгое, Видомле, Конское, Зеревичи, Бологовское, Глубокое, Островец принадлежали князю Богдану Ростовскому.
Бывшие деревни Кипреяновские Арзубьева (новгородца) по переписи 1495 года принадлежали помещику Косте Власову (Брюхову) – 6 деревень, 9 обеж. А позднее это небольшое поместье досталось Ивашке Лопухину, после его смерти – сыну Авису Ивановичу Лопухину. Но и это поместье «осталося за делом, царя и великого князя пустошь Микулино, 2 обжы пусты, и хоромы обвалялися, не пахано и сено не кошено». Это – район озер Святое, Стречино.
Почти не затронули новые веяния группу монастырских деревень, принадлежавших Воскресенскому монастырю (всего 9 деревень с центром в деревне Починок); только одна деревня из 9 пуста; обеж – 26 (т.е. 130 дес.) – сколько и имелось 50 лет назад.
Перепись 1648 – 1678 годов
В настоящее время в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) в фонде Поместного приказа (Ф. 1209) хранятся записные вотчинные книги XVII века. В писцовых книгах содержится список лиц и населенных мест, упоминаемых именно в Бологовском погосте (это абсолютно уникальный архив в превосходной степени). В связи с возложенной на Поместный приказ функцией контроля за движением феодальной собственности в книгах также регистрировали светские земельные сделки, как правило, фиксирующие переход владений в другой род (акты купли-продажи, завещания, заклада, передачи в приданое и другие). Записные вотчинные книги представляют собою рукописи, писанные приказной скорописью XVII в. Они состоят из копий челобитных заинтересованных лиц, приказных памятей, текущих выписок, актов и других документальных материалов.
Следует отметить, что первично делопроизводство по регистрации вотчинных сделок велось в столбцовой форме. После завершения дела его материалы полностью переписывались в книги для удобства при использовании в дальнейшем, по листам книг проставлялись скрепы дьяков и подписи участников сделок, что придавало им правовое значение. Книги более позднего времени отличаются как форматом, так и характером регистрационных записей.
Весь этот материал документов, находящихся на хрнение в РГАДА, позволяет изучать содержание рукописных книг с середины XVI и до начала XVIII века. В этих документах отражены все направления русской жизни, и что интересует нас особенно – в частности генеалогия широких слоев служилого сословия государства.
В 1648 году проживал в Бологое со своими крестьянами Андрей Тимофеев сын Пестриков. В 1678 году Бологое и Огрызково писаны за его детьми, Михаилом Андреевым сыном Пестриковым и Мартемьяном Андреевым сыном Пестриковым.
«За Мартемьяном Андреевым сыном Пестриковым Село Бологое а в нем двор ево помещиков, да во дворе бобыль Тимошка Фомин у него сын Микитка осми лет да племянники Афонка Федка Куземка десяти лет Федка пяти лет Деревни Огрыскова а в ней крестьяне во дворе Васка Федоров у него дети Елисейко Исачко 10 лет у Елисейка сын Поликарпко 3 лет да племянники Матвейка Устинко 15 лет Мирошка 13 лет Терешка 11 лет во дворе Сенка Григорьев у него братья Карпушка Мишка Федка Алешка 15 лет Ивашка 12 лет Афонка 10 лет Трошко… у него дети Гришка 10 лет Тимошка 3 лет…» (РГАДА, ф.1209, Писцовые книги XVII – XVIII вв.)
К топонимике города Бологое
Версии есть различные, вплоть до квази-«патриотичных» притянутых «за уши» надумок (Бо?лого – хорошо, как надо, «доброе» и т.п.), никак не связанных смыслом. Напомним, что любые искажения – это ещё варианты, как разночтения, так и ошибки письма. Неполногласный вариант Благое иногда находит проявление в топонимии региона, но не существенно. В основу предлагаемой нами версии положен природный фактор.
В ближайших окрестностях города Бологое есть целый ряд объектов с исторически сложившимися названиями, игнорировать которые, занимаясь топонимикой, мы не имеем права: озеро Болого?е, село, город Болого?е, Боло?гое Болото (1909 год: село Бологое Болото – НЖД, 48 жилых строений, 120 жителей, ж.д. служащие, расположено на озере Бологое; почти самостоятельное селение на территории нынешнего города, известное ныне как Елагино; название «Бологое Болото» официальное), Боло?гая гора и сельцо, усадьба Боло?гая Гора («сельцо Бологая Гора, а в нем церковь Илья Пророк…» – 1550 год), речка Боло?жица («… на отхожих пожнях на речке на Боложицы под Великим Елником…» – 1550 год). Все эти названия однокоренные. Истина здесь.
Гора Боло?гая есть, но слова (прилагательное, что существенно при склонении) «бологий, бологая» нет даже в «Словаре редких и забытых слов» (Сомов В. П., М., 2006 г.) и других специфических словарях. Слово «боло?гий» утеряно.
Пришлось слово реанимировать путем знакомства с Бологой горой непосредственно. Исследование местности показало, что главным признаком рельефа, конфигурации Бологой горы является ее пологость, имеющая форму слабой синусоиды. В словаре В. И. Даля: «пологий – покатый, наклонный, откосый, скосоватый, идущий некруто под гору или в гору, не по уровню, а исподволь, склоном или подъемом. Один бок горы крутой, другой пологий». Все это очень точно подходит к Бологой горе (находится в окрестностях города). Наши предки не любили мудрить. Названия, прозвища давали по главному признаку. Особенность окружающего рельефа как бологого, покатистого и легла в основу названия Боло?гой горы (сегодня мы бы назвали ее – Пологая гора), озера Боло?гого (берега действительно пологие), а от него селения Боло?гое.
Вот поэтому предки в XV – ХVI вв. писали: «… над озером Боло?гим», а не над озером Болого?е, потому что слово – прилагательное, в творительном падеже. На протяжении последующих столетий прилагательное «боло?гий» постепенно забылось (в чем нет ничего особенного, уж коли, как видели выше, исчезали – забывались целые поместья, деревни), став существительным, закрепившись в названиях «Болого?е» (озеро и селение) – субстантивированное прилагательное среднего рода.
Так что Болого?е – от старинного слова «боло?гий», уже затерянного во времени и памяти, т.е. «пологий». А фраза ХV века должна произноситься: «сельцо Боло?гое над озером над Боло?гим».Почувствуйте ее музыкальность!
"Апрель 2021 г в Бологое-2" Сухая пастель, наждачное полотно.
Выводы
• Потеря независимости Новгородской боярской республики и последующее включение ее пятин и погостов в состав Московского государства в короткий срок привело к существенной деградации хозяйственной жизни в Бологовском погосте Деревской пятины.
• Бологовский погост в составе независимого новгородского государства был во многом более развит, стабилен организационно, самодостаточен, что полностью подтверждает перепись 1495 – 98 годов. Господство Москвы ничего хорошего краю не принесло. До 1478 года новгородским (бологовским) крестьянам жилось лучше.
• Меньше всего московские веяния затронули монастырское землевладение, что лишний раз подчеркивает незаинтересованность новых светских феодалов в развитии территорий. Рвачество. В такой ситуации свои могли быть хуже чужих, что подтвердит гражданская война в период польской интервенции ХVII века.
Глава 3. ХVIII век
Историческая топография Бологовского края
Пред нами «Генеральной геометрической план города Валдая и его уезда состоящему в Новгородском наместничестве сочинен в новгородской межевой конторе в 1788 Года генваря 10 дня» с гербом Императрицы Екатерины II. Фотокопия 2006 года сделана с оригинала не очень качественной сохранности. На 14 листах крупного формата размещена практически вся Бологовщина: села, сельца, деревни, водяные мельницы, дороги большие – столбовые и проселочные, озера, реки и ручьи, болота, сенные покосы, лесные массивы, пашни, мосты, столбы и ямы. Все географические объекты подписаны не очень разборчивым почерком, но в большинстве случаев разобрать можно, тем более зная современную географию Бологовского района.
Документ представляет несомненный интерес для краеведов – районщиков, всех интересующихся исторической географией, современным состоянием темы, подлинностью названий, исторической ретроспективой Бологовщины. Воспользуйтесь интерактивным поиском старых карт, путем наложения координат на сайте www.etomesto.ru (http://www.etomesto.ru/) (старинные карты с наложением на современные).[7 - Книга «История одной фотографии. Как легко узнать свою родословную.»2018. Денис Валерьевич Соколов (https://ridero.ru/books/istoriya_odnoi_fotografii/)]
Сельцо Бологое и окрестности
Сразу бросается в глаза, что уже к концу ХVIII века относительно густозаселенными были земли, примыкающие к озеру Бологое с востока: два сельца – Бологая Гора и Долгое; пять деревень: Медведево, Горка, Высокая, Подлипья, Починок. В северо-западной части озера Бологое – сельцо Бологое и сельцо Данилово (на мысу; в 1495 году – княжеская «деревня Даниловская»). Севернее озера Бологое, на некотором удалении от него, за ручьем Безымянным, впадающим в небольшое озерцо Змейно, почти на самом его берегу, размещалась довольно обустроенная в сравнении с другими деревнями окрестностей деревня Агрызково. На удалении от Агрызкова (на северо-восток) – деревня Пруды. На значительном удалении от озера Бологое (западнее) отмечены сельцо Орефино, рядом деревня Горка, южнее озера Осовец – деревня Затворец; примыкает к южной оконечности озера Славенское деревня Григино. Других сельцов и деревень в ближайших окрестностях озера Бологое на карте нет.
Сельцо Бологое в 1495 году являлось центром небольшой экономической волостки и принадлежало князю Семену Ивановичу Пужбальскому, который и жил здесь же. К сельцу князя тогда относились всего три деревеньки, в которых было 6 дворов, 6 человек мужского пола с 25 десятинами пахоты. Конечно, это были далеко не все владения князя (основные за пределами нашего края), но сам факт, что он избрал местом своего жительства именно сельцо на берегу озера Бологое, говорит о привлекательности места.
В ХVI веке, вероятно, после смерти князя Семена сельцо Бологое (и в виду его экономической слабости) временно теряет свое значение. Хозяйственная жизнь всей этой (Федоровской) волостки сосредотачивается в сельце Бологая Гора (в 1495 году сельцо принадлежало князьям Ивану и Семену – детям князя Ивана Пужбальского, а князь Иван – отец Пужбальский был хозяином деревни Даниловской). Важный экономический центр края 1495 года княжеская деревня Даниловская в переписи 1550 года вообще не упоминается. На карте уезда 1788 года – «сельцо Данилово». На середину ХVI века Федоровской волосткой с центром в Бологой Горе владели братья Офросимовы (Федко, Васюк и Микифорок Семеновичи). Наиболее живучим и стабильным оказывалось это сельцо. Оно устояло даже в тяжелые десятилетия первой половины ХVI столетия и последующие времена (вплоть до 1917 года).
Деревня Высокое 1495 года к 1550 году стала пустошью Высокое, на карте уезда 1788 года снова присутствует «деревня Высокая» – возродилась несколько ранее, чем на мысе озера рядом с нею появится усадьба Высокое Мельницких До них пустошь, а значит, и деревня Высокая располагали 15 десятинами пахоты (т.е. общей сложностью хорошее поле). В виду запустения и «ненужности» эти обжы помещика Офросимова были переписаны на детей Семена Бологовского Федора и Кузьму. В 1793 году земли деревни Высокая уже принадлежали вышневолоцким помещикам Мельницким, которые в бологовском крае владели также землями деревень Долгое, Агрызково, Медведево, Макарово, Лопатино, частью земли села Бологое, передавая их по наследству. В сельце Бологое одной из первых Мельницких жила барыня Степанида Богдановна Мельницкая (по всей видимости, вдова, с взрослыми детьми). Бологовские земли ей достались в приданое от отца, после замужества за Мельницким «отъ Богдана Мартемьянова сына Пестрикова, которое онъ, Пестриковъ, поступаютъ въ придные за дочерью его девицею Степанидою недвижимого Новгородского въ селе Бологове именiе началось 734г… (деревня Бабье, пустоши: Машутина, Горы, Высокое, Ардеева, Ломъ, Лыщъ, Мощаново тожъ, Лучкина…» (РГАДА, ф.1209, Писцовые книги XVII – XVIII вв).
"Дм.Солунского домовая церковь. Бологое-2". Сухая пастель, крафт-бумага.
По озерам, речкам и ручьям окрестностей Бологое конца ХVIII века
По сравнению с 1495 годом изменения накопились преимущественно в названиях. Упомянутая карта Валдайского уезда конца ХVIII века (задолго до грандиозных земляных работ в период строительства ж. д. Бологовской станции) помогает уяснить ряд моментов, остававшихся непонятыми при ознакомлении с переписью 1495 года.
На карте 1788 года: озеро Змейно (озеро в 1495 и 1550 годах не упоминается, но в 1495 году было «сельцо Зазмеинко», немного позднее – «сельцо Зазмеинское», где жили помещики Заболоцкие; на современных топографических картах переименовано в озеро Огрызковское), озеро Бологое, озеро Озеревко (Озеревно, деревня Озеревичи 1495 года), озеро Осовец (в 1495 году – деревня Осовец), озеро Славенское (между озёрами «Рай-городок», бывший сторожевой славянский пост Х века, перед ним сейчас турбаза «Озёрная»), озеро Глубокое (деревня Глубочиха 1495 года), озеро Конское (две деревни 1495 года – «Коньско» и «Коньское»), озеро Видемля (деревня Видемле 1495 года), озеро Долгое, еще одно озеро Бологое (Боло?гая гора), озеро Починское. Практически все названия идут из ХV столетия. Подавляющее большинство названий озер – прилагательные. Два озера с одним названием – Бологое. Вероятно, одно из них – то самое, что возле сельца Бологая Гора под горой в переписи 1495 года, и осталось загадкой – озеро Болозское. Составители карты уезда не были знакомы с результатами работы дотошных московских переписчиков из ХV столетия и озеро Болозское назвали озером Бологое, хотя и понимали, что это второе озеро с таким названием (возможно, сохранили, осовременив, смысл уже вышедшего из употребления слова «болозский»). На современных картах – это озеро Кабино (кстати, а в чем смысл такого названия?). Все отдано на откуп случая и умотворчество каких-то «темных лошадок». Из всего сказанного следует, что название озера Бологое (главного) идет от Бологой горы, от сельца Бологая Гора, от расположенного у подножия маленького озерца Бологое (Болозское). Версия, что «бологое есть пологое», сохраняет статус прилагательного в названии, получает в связи с этим еще одно подтверждение.
Один из основоположников отечественного болотоведения (в будущем – академик) В. Н. Сукачев в 1903 – 1904 годы детально исследовал некоторые болота и озера в окрестностях Бологое. По данным нивелировки железной дороги, станция Бологое находится на высоте 164 м над уровнем моря, а уровень озера Бологое еще ниже метров на 9. Озеро Змено (Огрызковское) и прилегающие к озеру Бологое земли как раз в районе станции лежат «среди значительной величины котловины, занятой большим болотом – Зменским (на карте Злинским). В юго-западной части этих болот лежит озеро Б. Змено (Б. Злино)». Через Бологовщину проходит крупная геологическая структура – Крестцовско – Валдайский прогиб по линии Валдай – Бологое. Находясь на Бологовском тектоническом разломе, наша местность медленно опускается, что ведет к еще большему ее заболачиванию.
Как выше сказано, судя по карте – плану уезда, в северо-западной части озера (примерно там, где ныне церковь Троицкая и начинается дорога в Замостье) находилось сельцо Бологое. Через него шла проселочная дорога, в скором времени разветвляясь, на деревню Агрызково (прямо) через овраг и еще далее – через ручей Безымянный и (направо) на деревню Медведево. Медведевская дорога после развилки пересекала речку Боложицу (упомянута еще в 1550 году, а в наше время известна как Бологовка, Нефтянка). От речки Боложицы небольшое сельцо Бологое находилось на значительном расстоянии. Кроме речки Боложицы на карте 1788 года: из озера Озеревно вытекает «речка Озерева»; в озеро Славенское впадает «речка Славенка», она же вытекает из него, впадая в крайнюю южную часть озера Глубокое, с другой стороны сюда же впадает ручей или речка (без подписи) из озера Конское; озеро Видемля питают две речки – Знаменка (в южной части озера) и Шеметовка (в северной; в 1495 году была деревня Шеметово).
Окрестности озера Кавтино на конец ХVIII в
Из деревни Огрызково проселочная дорога («Петровская», «на Петров хутор» совсем не там, где проходит ныне «на Чаполово») через леса, оставляя в стороне пахотные угодья (при этом сельцо Дорогань, а в 1495 году была «деревня Дороган», остается значительно левее), ведет нас, ближе и ближе примыкая, к северной оконечности озера Кавтино (1495 год – «озеро Кафтино»), в деревню Святое, что на берегу одноименного озера (названия с 1495 года). Путь неблизкий, нужно проехать несколько мостов, а, возможно, и гатей, пересекая речку с нынешним названием Коломенка (1550 год – «река Коломница») в самом ее устье, проехав по мосту через протоку из озера Тюшино (1495 год – деревня Тюшино) в озеро Кавтино, которая называлась речкой Остречинкой (этим мостом, но уже в бетонном варианте пользуемся мы и ныне; на Остречинке ближе к озеру Тюшино был еще один мост; 1495 год – «река Острец» по мужскому языческому имени того времени – Острец; «озеро Стречина»).