Он, она и лимоны

Марко сплюнул и решительно зашагал к дому. На ходу бросая, что он вернул одну козу и ее надо доить. У дома повернул налево и, обогнув его, скрылся из виду.

Я же осталась у сарая, разглядывая подростка. Тот во все глаза пялился на меня.

Глава 7

– Меня зовут Катерина. Марко спас меня из рабства, да со страху я все забыла. Вот и попросила, чтобы он взял меня с собой.

Слуги, они самые пронырливые в доме. Не хватало еще, чтобы слухи пошли. Поэтому я представила официальную версию событий.

– Невеста вы его? – склонив набок голову, оценивающе оглядывал меня подросток.

– Нет. Мне просто пойти некуда.

– Ну это не мое дело. Хозяину давно пора жениться.

На этих словах он потерял ко мне интерес. Прислонил к стене дома вилы и направился в дом. Откуда вскоре вышел, неся в руках кусок тряпки и деревянное ведро.

Прошел мимо меня и отодвинул в сторону жердь. Дверь тут же повалилась на землю с глухим треском, а он деловито вошел внутрь.

– Да не реви, сейчас, вот так. Стой смирно. Нет, вначале доиться. Ну ладно, давай играть.

Мне понравилось такое отношение к козе. И что парень разговаривает с ней, и что согласился играть. Это характеризует человека с лучшей стороны.

Тем временем из-за стены дома показалась группа людей. Первым шел, опираясь на палку, пожилой худощавый мужчина. Седые волосы, глубокие морщины на лице, недельная щетина. Одет в коричневый удлиненный пиджак. Или, может, это называется сюртук? Зеленые брюки чуть ниже колена. На ногах гольфы и кожаные туфли.

Он подслеповато щурился и, судя по всему, не заметил меня, стоявшую у сарая.

Следом шла старушка божий одуванчик. Улыбалась и громко что-то говорила. На ней было надето длинное черное платье, а сверху накинута шерстяная шаль. В такую-то жару? На голове белый смешной колпак, такие обычно надевают поварята на кухне.

За ней полная женщина, навскидку лет сорок. В сером платье, в несвежем переднике и тоже в смешном колпаке.

Ну а замыкали шествие двое мужчин возрастом ближе к пятидесяти. Одеты, как подросток, в серые рубахи навыпуск и серые же штаны.

И, наконец, последним шел Марко.

– Отец! – обратился он к старику, который уже заходил в двери дома. – Позволь тебе представить Катерину. Мы вместе бежали из плена, но она не помнит ничего о себе и своей семье. Я не мог ее бросить и привел к нам.

Марко махнул рукой, чтобы я подошла.

Старик остановился, развернулся, подслеповатыми глазами оглянулся вокруг.

– Здравствуйте, – я присела, чуть склонив голову.

– Кати, позволь представить тебе моего отца – барона Алонзо Терини.

– Ась? Марко невесту в дом привел? – старушка божий одуванчик улыбалась беззубым ртом.

– Не, это потерянная. Поживет с нами, пока все не вспомнит, – прокричала ей на ухо полная женщина в переднике.

– Не невеста? – огорченно отозвалась старушка.

– Нет. Не помнит ничего. Вот Марко ее в дом и привел.

– Так в дом привел, стало быть, невеста, – не унималась старушка.

– Да тихо вы, расшумелись. Дайте на невесту посмотреть, – прервал всех старик.

Я глянула на Марко. Его эта ситуация веселила, он только развел руками: дескать, я предупреждал.

– Ты почему одна? И я никого не сватал. И не припомню, чтобы кто приходил, – старик почесал затылок.

– Я не невеста Марко. Я от испуга все забыла, кто я и из какой семьи. Вот и попросилась с вашим сыном.

– Так ведь тебе нельзя к нам, – поднял брови старик.

– Папа, умирать на берегу одной тоже нельзя. Я дал клятву оберегать Кати, пока она не вспомнит, куда ее отдавать.

Но и это объяснение старику не понравилось. Он хмурился все сильнее.

– А как она будет жить у чужих? Так нельзя.

Потом нагнулся к Марко и заговорческим тоном, но достаточно громко произнес:

– Она, случаем, не воровка, не уличная девка?

– Нет, она помогла мне нашу козу поймать и вернуть.

Видимо, Марко надоели эти разговоры, и он ловко сменил тему.

Что тут началось! Вот кому радовались совершенно искренне и очень громко. Даже старик довольно хрюкнул и разгладил бороду рукой.

Тут как нельзя кстати появился подросток с ведром. Выставил его наружу, одной рукой придерживая козу, которая норовила вырваться на волю.

К нему поспешили двое мужчин на помощь, и совместными усилиями они водрузили дверь на место, подперев ее шестом.

– Давайте зайдем в дом, мы голодные и очень устали, – предложил мой спаситель, и новый виток суеты охватил всех.

Пожилая женщина всплеснула руками и стремглав влетела в открытую дверь. За ней чинно последовал старший барон, затем Марко подхватил под локоть старушку и кивнул мне. Я расценила этот жест как приглашение следовать за ним.

Первым помещением в доме был небольшой холл, от него шли проходы налево и направо. А прямо находилась лестница на второй этаж.

Вся процессия повернула налево, в первую открытую дверь. Просторное помещение. С потолка свисают пучки трав, чеснок и лук, плетеный в косы. В центре стол с придвинутыми стульями. Вдоль стен корзины, кувшины, небольшие бочонки, короба и ящики.

Во главу стола сел старший барон. Слева от него старушка, а справа Марко. Не долго думая, я заняла место рядом с ним.

– Гия! – прикрикнул хозяин. – Чего копаешься, подавай на стол все самое лучшее. Сын живым вернулся. Праздновать будем.

– Кати, познакомься, это Летиция, моя няня, – показал Марко на старушку божий одуванчик. – Она уже и забыла, сколько ей лет. Нянчила еще мою матушку.

При этих словах он вновь повторил недавний жест – прикоснулся ладонью ко лбу, к губам и груди. Надо будет уточнить, что означает этот жест.

– На кухне хлопочет кухарка, она же служанка Гия. А во дворе остались два сыровара Клето и Сэвино.

Меж тем проворная Гия поставила на стол кувшин и четыре бокала. Следом появилась тарелка с нарезанным ароматным сыром. Затем пиала с растительным маслом. На отдельной тарелке лепешки, лук, чеснок и восхитительные спелые томаты.

Марко разлил из кувшина содержимое по бокалам, я принюхалась. Нет, вино не буду.

– Можно мне воды. Простой воды, – попросила я.

– Гия, подай Кати воды, – крикнул Марко в сторону.

Кухарка, бормоча себе под нос, вынесла из кухни мне кружку с водой.

– Ну, за невесту моего сына! – торжественно поднял свой бокал барон-отец.

Марко, не удержавшись, прыснул от смеха, я закатила глаза. Ну вот как им объяснить правду?

Глава 8

Все осушили свои бокалы.

– А много ли приданого с невестой дали? – слеповатая и глуховатая няня говорила громко, но при этом склоняясь к старшему барону.

– А вот сейчас она сама нам и расскажет, – перевел стрелки на меня хозяин.

– Приданого у меня нет. Совсем. Только то, что на мне.

Отец поморщился при этих словах, но все же окинул взглядом мое рваное платье. Или мне почудилось.

– Давайте поедим, а потом Кати нужно отдохнуть, – прервал разговор глухого со слепым Марко.

– Гия, подготовь для Кати комнату. И посмотри одежду и сандалии для нее, – крикнул он в сторону кухни.

Служанка вновь что-то пробурчала себе под нос, но потом вышла и направилась в коридор.

– Спасибо, – одними губами прошептала я.

Еда. Простая, сытная, вкусная. По примеру остальных я макала кусочки лепешки в масло и ела. Сыр откусывала попеременно с томатом и урчала от волны сливочного вкуса. Я никогда так вкусно не ела. Даже блюда в нашем ресторане не приносили мне столько восторга. Правда, обляпалась соком от помидоров. Но платье все равно безвозвратно испорчено.

– Для сеньориты Кати готова комната на женской половине. Я дверь оставила открытой, – с этими словами вскоре вернулась Гия.

Я перевела взгляд на Марко.

– Проводишь меня?

– Папа, Кати устала и желает отдохнуть. Я провожу ее до комнаты, – сразу поднялся он.

– Да не надо тебе ходить, пусть сама поднимется. Посиди с отцом. Я ведь думал, что никогда тебя больше не увижу.

– Оставайся. Только объясни, куда мне идти, – шепнула я.

– По лестнице на второй этаж и там налево. Дверь открыта.

– Благодарю всех за теплый прием и вкусную еду, – я встала и присела, склонив голову.

Кажется, так делали реверансы в древности. Но это тоже следует уточнить.

Марко с отцом тут же поднялись и поклонились мне в ответ. Вот это я понимаю – воспитание.

Вышла из-за стола и направилась в коридор, там по лестнице вверх. Украшений никаких. Но сам камень, что создавал прохладу, открытые окна, через которых дом наполнялся ароматом трав, тишина – все это радовало, убаюкивало и успокаивало.

А поднявшись на второй этаж, я вспомнила. Я же прямиком из моря. Голова пропитана солью. Тело тоже. Не понимаю тех, кто говорит, что тело после морской воды колется и чешется. У меня такого нет. Правда, немного кожу стянуло. Но проблема в другом. Мне следует помыться перед тем, как сменить одежду. Ну и не мешало бы раздобыть обувь.

Что делать? Отрывать Марко от разговора с отцом не хотелось. И тут я вспомнила про двух сыроваров, что остались на улице. Они же слуги, да? Значит, помогут мне воду натаскать. Куда? Это я пока не решила. Вообще, могу и на улице ополоснуться.

И тут я начала метаться. Спустилась на пролет вниз, но сообразила, что мне потребуется чистая одежда и полотенце. Поднялась наверх. А как с грязными ногами в комнату пойти? Остановилась в дверях, разглядывая интерьер и обдумывая дальнейшие действия.

Напротив двери находилось узкое длинное окно, но оно давало достаточно света. Возле него на полу сундук. И слева еще один. Крышки обоих подняты, и по виду они далеко не новые.

Справа от входа высокая постель. Мне до середины бедра примерно. Заправлена, как мне видится, домотканым ковриком. Или это такое покрывало? На нем лежит серый балахон, шнурок и белая длинная сорочка под горло с длинными рукавами. А возле кровати стоят… деревянные колодки. Этакие сабо со вздернутыми носами. Пусть. Главное босой не бегать.

Напротив кровати камин.

Весь пол в комнате закрывает полосатый домотканый коврик всех оттенков серого. А у входа пузатый горшок с крышкой. Интересно, это и есть мой туалет?

Задрала одну ногу – посмотрела на ступню. Практически чистая. Поэтому смело шагнула в комнату, подхватила одежду, надела колодки. Порядок. Полотенца, правда, нет, но стоит жара. Волосы могу промокнуть платьем, что надето на мне. Оно уже высохло. А рубашку накину на влажное тело – будет не так жарко.

Лихо развернулась и… едва не свалилась с колодок. Высота подошвы сантиметра четыре. Опасно и крайне непривычно.

Как бы осторожно и медленно я ни переставляла ноги, деревянные колодки, стукаясь о камень, издавали глухой стук. Я словно корова с колокольчиком на шее. Весь дом будет слышать мои передвижения.

Спуститься по лестнице – тот еще квест. Но, закинув одежду на плечо, я держалась рукой за перила лестницы и, пусть медленно, зато без происшествий, спустилась. И вышла на улицу.

Яркое солнце заставило зажмуриться. Как хорошо! Интересно, какое сейчас время года? Лето, это понятно, но начало или середина?

Проморгавшись, я разглядела трех работников возле сарая. Они ремонтировали дверь.

– Простите, что отвлекаю. Мне нужно помыться. Не поможете набрать воды и показать место, где это можно сделать?

Работники повернули головы, переглянулись между собой и… продолжили крепить дверь.

С одной стороны, это правильно. Сохранность единственной кормилицы крайне важна. Но с другой стороны… я вроде как госпожа и попросила их помочь в вежливой форме. А может, надо было орать, как это делал Марко? Возможно, здесь такое общение принято.

Я стояла и переминалась, не зная, как следует поступить. А вдруг дело в том, что я не хозяйка в доме и мои просьбы можно игнорировать?

Не дождавшись внятного ответа, я решила обойти дом, осмотреть окрестности. А попутно подумать, как добиться желаемого.

Глава 9

Я начала обходить дом слева, откуда Марко совсем недавно вывел всех. Мягкая зеленая трава под ногами, а я в колодках. Сняла их и, подхватив в руки, зашагала босиком. Так полезней и безопасней.

За домом начинался пролесок из деревьев, похожих на те, что растут во дворе. А перед ними полукруглый, обложенный камнями колодец. Рядом стояла жердь, один конец которой надо держать руками, к другому привязывается ведро и опускается вниз. Конструкция простая и понятная. Если работники все же не придут мне на помощь, справлюсь сама.

Чуть левее под навесом свален всякий хлам. Почерневшие бочки, крышка от сундука, половина колеса, грубо отесанные доски… Видимо, это местный сарай. Только почему в таком виде? В том смысле, что не огорожен?

Итак, деревья. Таких я ранее не встречала. Это не хвойники, не березы или липы. Я не ботаник, но основные деревья своей широты мне знакомы. А вот эти совершенно иные. Я направилась к ним, разглядывая поближе. Серые стволы, кудрявые кроны и глянцевые темно-зеленые листья.

Я потрогала один лист и поднесла руку к носу. Не может быть! Это лимоны? Запах ни с чем не спутаешь. Но плодов, сколько я ни смотрела, не увидела. Сорвала листок и размяла в руках. Ошибки быть не может. И сколько их здесь? Десятки? Сколько глаз хватает. А куда девают урожай?

Сразу начала вспоминать о применении лимонов. Что из них изготавливают? Косметику? В этом я ничего не понимаю. Разве что протирать лимоном лицо, говорили, отлично отбеливает, но вместе с тем и сушит кожу.

Употребление в пищу? У нас в ресторане лимоны использовали в основном для заготовок, добавляли в соусы и вымачивали в них рыбу. Ну и, конечно, для украшения блюд. Но даже для нас ящика лимонов хватало на неделю. А здесь целый лес. Как их использовать? А вдруг я чего не знаю?

Одни вопросы.

С этими мыслями я углубилась в лимонную рощу. Прикасалась рукой к стволам деревьев, от них также исходил характерный запах. Гулять здесь было приятно. Густая листва создавала мягкую тень, но легкий ветерок проникал сквозь нее, отгоняя насекомых. Или дело в самих деревьях? Но в любом случае назойливой мошкары здесь нет.

И тут вдали между деревьями я заметила каменное строение. Оглянулась на дом. Он почти скрылся из виду. Настолько глубоко в рощу я зашла.

Может, это соседи? Где границы баронского участка? Помнится, когда мы заходили в ворота, я заметила невысокую каменную изгородь. Если она простирается вокруг всего поместья, то я ее не миновала. Значит, это по прежнему земля баронов.

С этим убеждением я и направилась рассматривать постройку. Серый камень, как две капли похожий на тот, из которого выстроен дом. Но, в отличие от дома, здесь присутствовали полуарки, заостренные вверху, косы из камней, венки из них же и колонны, чуть выступающие из фасада. Над входом треугольник с изображением герба.

Сам размер строения невелик. Метров пять вдоль и столько же поперек. Получается ровный квадрат. Я два раза обошла его кругом, любуясь изяществом и красотой, пока меня не осенило – это же склеп. Я тут же одернула руку от прохладной стены.

Вот, значит, где вся семья и слуги Марко прятались во время нападения. И точно, пока я не зашла в рощицу, склепа не разглядела. А врагам не до того было: разграбили, угнали скот и к всеобщей радости не стали искать хозяев.

Я прогулялась еще немного, но сколько ни присматривалась, других построек не обнаружила. Поэтому повернула обратно к дому.

Справа я увидела навес со старьем, а слева разобранное, разоренное деревянное строение. Внутри покосившиеся полки, полукруглые каменные подставки и неприятный кислый запах. Неужели это все, что осталось от сыроварни? Жалкое зрелище.

Я продолжила обход и с другого конца дома обнаружила лавочку под тенью лимонного дерева. Но и лавочка была разрублена, исколота, как будто варвары глумились над теми, кто до них отдыхал здесь. Шутил или сидел в задумчивости, обдумывая очередное решение.

Присела и я на краешек, осмысливая увиденное. Чтобы мне выжить в этом мире, требуется помочь выжить этому семейству. Марко говорил, что основной доход они имели от сыроварни. Сейчас и коз нет, и само производство разрушено. Как они будут выживать и собираются ли восстанавливать?

Чем могу помочь я? Какую идею предложить?

Открыть домашний ресторанчик? Деньги, проходное место, реклама, повара. Где это все взять?

Выращивать на продажу уникальные овощи или фрукты? Кто этим будет заниматься? Где взять семена или рассаду? Кто будет возделывать землю?

Вязать я не умею, да и где брать шерсть? Шить тоже не обучена. Предложить модели женских и мужских нарядов, конечно, смогу. Только вот, насколько я смогла понять, общество здесь крайне консервативное. Ни одна дама не согласится надеть юбку и блузку. Еще и мне достанется за подобные вольности.

Что еще? Не знаю. В том смысле, что пока не знаю, но думаю постоянно над этим, вспоминая все дела и задумки из своего мира.

Плохо, что я совершенно не знаю потребностей этого общества. Может, их заинтересуют сказки о путешествиях или других мирах, рассказанные в лицах? Или игры для развлечения и детей, и взрослых? Пока не попробуешь – не узнаешь.

А может так случится, что отгадка лежит на поверхности, да я прошла мимо. В любом случае следует начать с изучения быта и жизни людей.

Вот какие прослойки общества здесь существуют? Знать и крестьяне? А разоренных баронов к какой отнести? А храмовники? А те, кто ходит в море? Подходить к любому вопросу следует системно. А сейчас у меня совершенно нет информации.

Но самое важное лично для меня случилось. У меня появилась крыша над головой и еда. Пусть все считают меня невестой Марко. Время все расставит на свои места.

Ну и самое главное – у меня есть человек, с кем я могу говорить не таясь, рассказывая свои мысли, предлагая проекты и спрашивая совета. А вот, кстати, и он. Вышел из дома и оглядывает двор. Уж не меня ли ищет?

Глава 10

– Марко, я здесь! – помахала ему рукой.

Задумчивое выражение его лица сменилось улыбкой, и он поспешил в мою сторону.

– Ты весь дом всполошила, а сама куда-то ушла.

Опять непонятное он говорит.

Оказалось, что здесь не принято мыться. Да-да. Причем все наставления идут от храмовников. Дело в том, что в этом мире нередки эпидемии чумы, оспы и других смертельных болезней. Храмовники утверждают, что болезнь проникает в тело через кожу. Поэтому мыться не следует.

О существование вирусов, что можно разглядеть только под микроскопом, здесь неизвестно. Как и сами микроскопы. Про гигиену тоже слыхом не слышали, а ведь кто-то в древности прекратил эпидемии или значительно снизил смертность от них, просто научив людей перед едой мыть руки. Хорошо. А мне, привыкшей принимать душ два раза в день, что делать?

– Мы живем вдали от людей. Здесь тебе опасаться некого. Да и с братом, если что, я поговорю. И воду тебе нагрели и отнесли в комнату, – смутился Марко. – Мы используем мыльный корень для мытья тела, тебе следует это знать. Я попросил, и мешочек с ним отнесли к тебе. Намочи в воде и… Дальше сама поймешь.

– Спасибо, Марко. А вот скажи, для чего вы выращиваете лимоны? Я правильно их назвала?

– Бесполезные они, – махнул он рукой. – Цветами женщины украшают одежду. Ставят на стол для запаха, да и мошка их боится. Эти деревья росли у нас всегда. Матушка очень любила под ними прогуливаться. И как воспоминание о ней осталась эта роща. А в твоем мире как их используют? – он с надеждой смотрел на меня.

Рада бы его обрадовать, да нечем. Поэтому рассказала про лимонады, соусы и добавку к рыбе.

После чего мы немного помолчали, а потом я пошла мыться.

Воду эти непутевые в кадке поставили прямо на домотканый коврик. Намочу ведь. Почему не подумали убрать его. Ну да ладно. Высохнет. Самой я такую громадину не передвину, а звать на помощь не хочется.

Раздевшись, я почти полностью погрузилась в теплую воду. Хорошо-то как. Все же повезло мне с попаданием. Сразу оказался рядом человек, что взял меня под свое крыло. Привел в свой дом. Накормил. И вот сейчас я принимаю ванну.

Остальные новости не такие радужные. Насколько я понимаю, запас продуктов у семьи небольшой. Основной источник дохода утрачен. Как они, вернее мы, будем выживать?

Единственная мысль, что приходила на ум, заняться земледелием. Здесь климат теплый. Воткни палку – и само все вырастет. Нужно сходить в близлежащую деревню и взять семена или рассаду полезных растений, чтобы вырастить для еды. Пусть скромно, но уже не пустой стол. И хорошо бы сделать запасы. Только как? Я не умею, всегда покупала в магазинах или употребляла свежие овощи и фрукты.

Надо повспоминать, вдруг что сушить можно. Хотя… Про это и местные наверняка знают.

Стоп! Я даже подпрыгнула от осенившей меня мысли. Мы же живем у моря, а оно соленое. Помнится, у кого-то в романе я читала, как героиня добывала соль, скопившуюся комками в скалах у моря. Скалы у нас есть, значит, и соль будет.

А соль в Средневековье была на вес золота. Это я точно знаю. Значит, надо организовать ее добычу, потом растолочь в порошок, сложить в мешочки и отвезти на рынок.

Нет, надо не на рынок, а сразу в порт! Как лихо я придумала маркетинговый ход. Доставлять товар сразу к кораблям. Приезжим, на мой взгляд, такое удобство придется по душе. Считай, не надо задерживаться, искать товар, сразу как прибыли – обменяли деньги на соль, ну или товары. Мы и от них не откажемся. Часть себе оставим, часть продадим.

На этом покой меня покинул. Мысли неслись впереди меня и требовали начать осуществлять задуманное немедленно.

Что касается мытья – я же в море помылась. Сейчас только соль смыть с тела и волос. А это я уже сделала.

Накинула прямо на влажное тело нижнюю рубаху, сверху платье, что принесли мне недавно. Волосы отжала старым платьем. После чего задумалась.

Это платье лишь немного потрепано. Оторванный рукав с легкостью можно пришить. То же касается кружев. Постирать, высушить – и будет почти как новое.

Определенно, его следует привести в порядок и повесить в шкаф. Неизвестно, что меня ожидает впереди. Вот потребуется наряд в гости сходить, или в город съездить, или на деловую встречу надеть. Не пойду же я в одежде служанки.

Точно – стирать, шить и хранить. Кстати, под платьем у меня была надета тончайшая сорочка. И с ней поступить точно так же – привести в порядок и оставить до лучших времен. А они непременно наступят.

Я спустилась вниз и нашла Марко, сидящего за столом с отцом и няней.

– Можно отвлечь тебя от разговоров с семьей?

Он удивленно приподнял брови, я же отчаянно кивала в сторону двери. Ну же! Разве ты не видишь, что меня озарила идея?

– Что случилось? Ты так быстро справилась. Или что-то не так?

– Все хорошо, даже отлично. Я придумала, как спасти твою семью от нищеты. Пойдем скорее к морю, я все тебе покажу.

Чтобы эффект был именно таким, на который рассчитываю, я ничего объяснять не буду. Продемонстрирую на месте. Затем и расскажу про свои планы и умные ходы по сбыту.

– Ты рыбу ловить придумала? Так вся деревня этим занимается, да и лодки у нас нет.

Марко послушно шел, но продолжал меня расспрашивать.

– Нет, это не рыба. И лодка нам не потребуется. Сейчас сам все увидишь.

Я хмыкнула, наблюдая, как все больше он теряется в догадках.

– А куда идем-то?

– К морю. Ну прояви толику терпения. Я хочу не просто рассказать, но и показать, что именно я придумала.

Ласково уговаривала его не злиться.

Колодки мешали идти быстро, поэтому я их сняла и, босая, привела своего спасителя к морю.

– Вот! – показала рукой на скалы. – Наше будущее состояние!

Глава 11

Я хихикнула, видя недоумение на его лице. Он переводил взгляд с меня на скалы и обратно и никак не мог взять в толк, что я пытаюсь ему донести.

– Соль! – произнесла я с видом победительницы и показала на скалы. – Мы будем добывать ее и продавать.

Странное дело. Марко ничуть не обрадовался, а, наоборот, сник.

– Чтобы это сделать, нужно вступить в гильдию.

– Ну вступим, делов-то? – недоумевала я.

– Не все так просто. Новичков принимают неохотно и далеко не сразу. Всего несколько человек в год. Да и потом не разрешают им продавать соль больше отведенного. И в только тех местах, что укажут. Добывать – сколько угодно. Кроме этого половину от вырученных денег нужно отдать в королевскую казну. Из оставшейся половины треть отдать в гильдию. А чтобы примкнуть к ним, нужно заплатить сто монет серебром. Да и не могу я позорить род, вставая рядом с рыбаками в гильдии.

Насколько я уяснила из его слов, гильдия устанавливает квоты на продажу и новичкам создает не самые благоприятные условия для обогащения.

Что касаемо чести, здесь я доверилась словам Марко. По всей видимости, знати действительно зазорно работать в этом мире. Но честью сыт не будешь.

– А если не вступать в гильдию? Мы живем на берегу моря. Где у нас ближайший порт? Можем соль приносить к кораблям и продавать сами. Понемногу. Как гильдия об этом узнает? И как накажут в случае этого?