Искажение

– Сынок, ты как? – ласково спросила она.

– В порядке, – сухо ответил он, натянув улыбку. Он перевёл взгляд на толпу впереди и среди них заметил мужчину. Он стоял около машины, затягивая сигарету, устремив свои узкие глаза прямо на них.

«Соязволил выйти в люди?» – подумал Владислав и перевёл взгляд к матери, затем поспешно убрал руку с плеча.

– Со мной всё хорошо, а тебе не надо идти к нему?

Она тут же обернулась, затем взяв Владислава под руку, направилась к мужу.

– Он что-то не в духе сегодня, – пробормотала она.

Его уголки губ на миг приподнялись: «Как и всегда. На этот раз, наверное, потому что не его похороны».

Волочась за матерью, Владислав смотрел вдаль, на крыши домов. Где-то среди них стоял заброшенный дом его старых друзей. Они давно разъехались, живут неподалёку, в соседнем городе. И всё же, почему-то он не смог вновь наладить с ним связь. Один раз он нашёл друга в соцсетях, написал – в ответ тишина. Страница оказалась заброшенной.

Завёлся двигатель и Владислав глянул на машину перед ним.

«Скорее бы домой» – с грустью подумал он и плюхнулся в сиденье.

Дорога обратно оказалась намного короче той, что он прошёл утром. «Не так уж и далеко, – промелькнуло в мыслях у Владислава, когда он выходил из машины. – Пешком минут пятнадцать».

Дома их ждал уже накрытый стол. Он занял весь зал. Гости начали рассаживаться и две пожилые женщины позвали Владислава к себе.

– Давай не стесняйся, садись с нами. – В хриплом голосе слышалась нежность.

Смотря на их лица, что-то знакомое промелькнуло в его давних воспоминаниях: две женщины, стояли рядом и улыбались. Кожу только начали покрывать морщины. Их звонкий смех послышался вдали, но вскоре угас.

«Как же их звали?» – задумался Владислав и присел рядом.

– Ты, наверное, уже нас не помнишь, – проговорила одна из них, седина уже полностью окрасила её волосы. – Маленький совсем был, когда в гости приходил. Такой спокойный мальчишка. В песочнице любил играть, постоянно что-то лепил. Помню, позвала тебя кушать, а ты даже не оглянулся и не услышал, наверное. Я опять зову: Владислав, идём кушать. Потом только оглянулся.

Лёгкий румянец показался на щеках Владислава.

– Я не помню этого, – робко ответил он.

– Да где уж там помнить, – присоединилась к разговору другая, намного моложе своей собеседницы. – Тебе годика два было.

Всё затихло, остался только звон ложек, стучащих о тарелки. С другого конца стола изредка доносились слова. Зал наполнился ароматами еды: запечёного мяса с картошкой, супа с лапшой. Горячий пал, казалось поднимался к потолку.

Владислав потянулся к блину и сложив его обмакнул в мёде.

Послышался звон и мужчина средних лет, встал из-за стола..

– Прошу минуточку внимания.

Все взгляды сразу устремились к нему.

– Я знал Светлану Юрьевну с малых лет. Очень многое мы с ней пережили, конечно, было и хороше и плохое. Да, куда же без этого. Хочу сказать, что такой доброй и умной женщины, не сыскать во всём мире. Пусть земля ей будет пухом.

Все гости подняли свои стаканы, Владислав повторил за ними, но протянул чуть выше.

– Не чокаясь, – шепнула ему в ухо пожилая женщина.

Смутившись, Владислав глотнул и тут же ощутил горечь. Застолье продолжалось ещё несколько часов, упоминаний о Светлане Юрьевне больше не было. Вскоре начали разносить пакетики с конфетами и кружками внутри. Владиславу протянули одну. Он взял.

"Спасибо не говорят"

– Да где уж там помнить, – присоединилась к разговору другая, намного моложе своей собеседницы. – Тебе годика два было.

Всё затихло, остался только звон ложек, стучащих о тарелки. С другого конца стола изредка доносились слова. Зал наполнился ароматами еды: запечёного мяса с картошкой, супа с лапшой. Горячий пал, казалось поднимался к потолку.

Владислав потянулся к блину и сложив его обмакнул в мёде.

Послышался звон и мужчина средних лет, встал из-за стола..

– Прошу минуточку внимания.

Все взгляды сразу устремились к нему.

– Я знал Светлану Юрьевну с малых лет. Очень многое мы с ней пережили, конечно, было и хороше и плохое. Да, куда же без этого. Хочу сказать, что такой доброй и умной женщины, не сыскать во всём мире. Пусть земля ей будет пухом.

Все гости подняли свои стаканы, он повторил за ними, но протянул чуть выше.

– Не чокаясь, – шепнула ему в ухо пожилая женщина.

Смутившись, Владислав сделал глоток, ощутив, как горький напиток стекает по горлу.

Вскоре начали разносить пакетики с конфетами и кружками. Один протянули ему. Он молча взял.

«Спасибо не говорят», – напомнил он себе, уставившись на яркую обёртку.

За окнами начало темнеть, людей становилось всё меньше. Когда дом опустел, начался привычный вечер. Владислав мыл посуду, аккуратно складывая её на полки. Вновь опустив руки под струю воды, он вспомнил, как в детстве, точно также помогал прабабушке убирать со стола. Она наливала ему тазик тёплый воды. Вручала губку и жидкость для мытья посуды. После пары помытых тарелок, пены набиралось достаточно и с этого момента посуда оставалась нетронутой.

Наступила ночь, но пролетела незаметно и тянувшийся, казалось бы целую вечность вчерашний день наконец-то закончился. Владислав сидел около окна, смотря на промилькающие мимо деревья. Солнце медленно вставало из-за горизонта и казалось, что само небо пропиталось свежестью наступающего дня. Вдалеке виднелся туман, края облаков покрасились в золотистый оттенок.

«Надеюсь, я вернусь сюда не скоро» – размышлял он и по привычке сжал край футболки.

Взгляд его остался пустым, сердце болезненно ныло. Боль отступит ещё не скоро.

Несколько часов дороги, пролетели, как миг. Вскоре, Владислав прибыл в город, вместо привычный тишину, улицу наполнил гул. Жизнь продолжала идти дальше, не смотря на раны, оставшиеся в душе, словно ничего и не было.

Проходя мимо витрины, Владислав остановился. Он вглядывался в своё отражение: сначала рассматривал волнистые волосы, которые так не любил расчёсывать по утрам, затем на свои щёки.

«Я так похудел» – заключил он.

Затем опустил взгляд на шрам.

«Придёт ли он?»  – промелькнуло в его мыслях. Владислав вновь поднял взгляд, ждал, что вот-вот объявится тот семнадцатилетний паренёк. Никто не пришёл.

Глава 4. Встреча

Именно сегодня, отчего-то солнце светило слишком ярко. Её лучи не грели, а обжигали кожу, из-за чего хотелось побыстрее спрятаться. Слишком громкие звуки, оглушали, заставляя закрывать уши. Слишком отчётливо ощущался каждый шаг или вздох. День предстал слишком нереальным.

Владислав не помнил, как добрался до дома. Пелена накрыла глаза и только щелчок ключа привёл его в чувства.

Он дёрнул ручку. В квартире ощущалась пустота и одиночество. Пробившийся к нему в комнату луч света – единственное, что сейчас могло согреть эти безжизненные и холодные стены.

Обессиленно он плюхнулся на стул, откинувшись на его спинку. Взгляд его замер, как и дыхание. Руки безжизненно свисали.

«Холодно» – пронеслось в его мыслях, затем всё стихло.

Прошло несколько часов, а он всё так и сидел неподвижно, больше походя на труп. Что-то тёплое он почувствовал на кончике пальца. Взгляд лениво опустился вниз.

Солнечный луч коснулся его руки.

– Эй, – послышался знакомый, но приглушённый голос. Он доносился откуда-то издалека.

– Евгений!

Владислав глянул в сторону зеркала и склонив голову остановил взгляд на щель в ткани. В ней ничего не было видно.

– Взрослый я! – продолжал звать голос. Владислав попытался встать. Его тело стало заметно тяжелее, ноги не слушались. Ухватившись за край стола, ему удалось подняться. Волочась, он приблизился к зеркалу и резко дёрнув ткань, скинул её. С той стороны на него устремился пристальный взгляд.

– О! Явился! Я уж подумал, что ты там помер.

– Как ты меня назвал? – уточнил Владислав. Его взгляд стал суровым, а в глубине глаз скрывалось что-то холодное, что замерзало все эти годы.

– Е-евгений, – растерявшись ответил юноша. – Если ты, это я из будущего, то и имена у нас должны быть одинаковыми.

– Меня зовут Владислав, – сторого произнёс он, – не называй меня больше тем именем.

Настала неловкая тишина, которую нарушало дребезжание электрического чайника.

– Давно сменил имя? – уточнил Евгений, нервно сжав ластик в правой руке.

– Да нет, всего лишь пять лет прошло.

– А почему именно Владислав… что за Владислав вообще, ну и отстой.

– Само собой вышло, когда шёл в паспортный стол. Это первое, что пришло ко мне в голову. Ты, наверное, не поймёшь, но это имя показалось таким родным, словно оно было со мной с самого рождения.

– И такое бывает, – откликнулся Евгений, затем смолк. Вот уже минут двадцать он сидел перед зеркалом, задумчиво уставившись на чёрный экран.

— Что-то не так? — Поинтересовался Владислав, в это время наливая себе горячий чай. Евгений поднял отрешённый взгляд, теперь уже уставившись на кружку в руках собеседника

– Нет, с чего ты взял? — пробормотал он, затем подняв взгляд к потолку и загадочно улыбнулся.

«Он что-то скрывает, – смотря на себя из прошлого, заключил Владислав, – чему я мог так радоваться тогда?»

Их двоих отвлекла вибрация в телефоне. Евгений тут же потянулся к экрану. Высветилось сообщение и его улыбка стала шире.

— Погоди, я отвечу, — произнёс он, печатая сообщение.

Владислав кивнул, затем из его груди вырвался тяжёлый вздох. Кружка со звоном опустилась на стол. «Девушка», — пронеслась в его мыслях догадка.

– Первые отношения? – поинтересовался Владислав, как только Евгений отлип от экрана. Его глаза округлились, затем он поспешно отвёл взгляд.

– Да какой там? Просто общаемся. Да и какие могут быть отношения, ей 32, мне 17.

Настала тишина. Щёки Евгения пылали, в правой руке он начал сжимать ластик.

Его взволнованный взгляд блуждал по комнате, словно что-то выискивая. Это продлилось несколько секунд, затем он замер, а его правая рука нервно сжалась в кулак. С его губ сорвался тяжёлый вздох.

– Её здесь нет, – заключил Владислав. Он тут же понял, что так беспокоило юношу по ту сторону зеркала.

Его губы коснулась горькая улыбка, сжав в руке стакан с остывавшим чаем. Он опустил взгляд, вглядываясь в свои черты. Лицо изменилось, немного вытянулось, не осталось ничего детского. Взгляд стал суровее, как и он сам.

– Прошло уже много лет, с тех пор, как мы прекратили общение, – почти шёпотом произнёс он и глянул в зеркало, дожидаясь своей реакции из прошлого.

Евгений сидел опустошённый, во взгляде его промелькнула боль и немой вопрос, который он боялся задать.

– Я слишком поздно осознал, что двое сломленных людей не смогут исцелить друг друга, – добавил Владислав.

Евгений опёрся на руки, закрыв ладонями лицо. Комната наполнилась тишиной, пропитанной горечью.

– Стыдно признать, но я уже начал забывать, как она выглядит, – нарушив тишину признался Владислав. – В этом нет ничего странного, ведь я видел её только на фотографиях, которые тут же терялись среди наших бесконечных переписок.

Он попытался вспомнить Анну, в мыслях тут же появился размытый профиль девушки: русые волосы, густые ресницы и серо-зелёный глаза, которые будто всегда были устремлены в даль. В этот момент его сердце сжалось, и будто пришло осознание, что она всегда была где-то впереди.

На столе завибрировал телефон, звук слышался даже через зеркало. Опустив на него печальный взгляд, Евгений увидел сообщение, отправителем была Анна.

Он поднёс руку к загоревшемуся экрану. Его пальцы дрожали. Прошло несколько секунд, а он всё не мог себя заставить ответить ей.

«Он сомневается, – заключил Владислав, – действительно, есть ли смысл жертвовать своим временем, зная, что в будущем ваши пути разойдутся».

– Не спеши, – вдруг сказал он, – может быть, зная будущее, ты сможешь его изменить.

В этот миг юноша в зеркале начал размываться. В глазах его отражался страх, но он всё же поднял телефон и вскоре страх сменился радостью. Евгений исчез, оставив Владислава наедине с самим собой.

Юноша откинул голову, пустым взглядом сверля белоснежный потолок. Уголки губ его дрогнули, а по щеке скатилась слеза.

Следующий день показался владиславу странным. Впервые за долгое время, он ощущал лёгкость в своём теле. Он раньше не видел столько прекрасного, но теперь он был восхищён небом. Оно казалось ему глубоким, похожим на океан. Ветер дарил освежающую прохладу, заставляя его дышать полной грудью. Собственная одинокая квартира, ему теперь казалась намного уютнее, словно до неё наконец-то смогли дойти солнечные лучи. Всё это казалось сном, однако, вскоре стало кошмаром. Когда он увидел, как через кончики его пальцев прошёл свет.

Владислав сидел, склонившись над чёрным экраном телефона. Ни сообщений, ни звонков, только пустота.

«Кому я могу написать?» – размышлял он, затем зашёл в список контактов: Мама, Прабабушка, Работа, Больница, Банк, такси… Он всё пролистывал их, пока не дошёл до самого конца. Никого.

В его жизни не существовало того человека, которому он мог высказаться. Однако, всё же, кое-что было. Владислав зашёл в интернет, в поисковой строке вбил: искусственный интелект.

Открылся сайт, высветилась бездушная строфа:

– Привет. Чем вам помочь?

Владислав протянул руку к клавиатуре, кончики пальцев дрожали.

«Что же мне написать? – задумался он, утопая в мыслях. – В последнее время в моей жизни происходит кое-что странное. Прабабушка подарила мне зеркало, не знаю как, но в нём я встретил себя из прошлого…»

Курсор пульсировал, прошло несколько минут, сообщение так и не было отправлено. Стерев своё предложение, Владислав напечатал по-новой, затем снова стёр.

– Я знаю, что это прозвучит, как бред, но после встречи с собой из прошлого я чувствую, что… исчезаю. Я не знаю, что мне делать. Своими действиями я повлиял на своё прошлое. Если я помогу ему и стану тем, кто хоть немного поддержит… значит, я исчезну?

Шли минуты, Владислав сверлил глазами зелёную стрелку, так и не решаясь отправить. Внезапно, экран потух, истекло время. В отражении показался хмурый взгляд юноши. Он замер, став картинкой. В глазах читалась пустота.

Включив телефон, Владислав закрыл вкладку.

Глава 5. Горькое осознание

После того дня, Владислав немного изменился. У него появилась новая привычка. Он приходил в аллею и выбирал скамейку, что была дальше от всех людей. Ему нравилось сидеть одному, вдали от их глаз. Может быть это просто была усталость от неприветливых взоров или же что-то другое.

Этот вечер, как и предыдущий протекал спокойно. Солнце почти скрылось за горизонтом, окрасив деревья и небо в алые тона. Включились фонари, а издали доносились чьи-то голоса: обрывки фраз, незнакомый смех.

Телефон в кармане брюк завибрировал, очередное сообщение из группы: Soul. Не читая текст, Владислав скрыл сообщение. Его мысли снова вернулись к прошлому.

«Если бы всё сложилось по-другому, может быть я мог быть обычным, например, как он?» – Его взгляд задержался на парне, пробегающем мимо. Высокий с высоко поднятой головой. Волосы аккуратно уложены, глаза улыбались, той самой улыбкой, что Владеславу не была доступна. Юноша подмигнул девушке, в чёрном платье, затем раздался её смех.

Сердце болезненно заныло.

«Завидую, – мелькнуло в мыслях, – но, если бы он прожил мою жизнь, сомневаюсь, что он бы сейчас таким был»

– Твоя ситуация отличается от большинства, – вдруг всплыли слова знакомой из прошлого.

«Верно, то, что прожил я, многим может показаться незнакомым. Они меня даже не поймут, да и таких людей , наверное, нет. А что же мне на это ответила мать:

– Моя жизнь тоже была не сладкой. Скрипнув зубами, он судорожно сжал край футболки. «Неужели я ещё и виноват в этом? Никогда я не забуду. Никогда. И простить не смогу тоже. Я не обязан, а ещё – меняться ради кого-то, размечтались. Почему я должен это делать? Да кто вы вообще такие? Вас даже не было тогда. Пока все строили воздушные замки из любви. Я прошёл свой путь один. Никто мне не нужен»

Вскочив, Владислав рванул прочь.

«Чёрт!» – пронеслось в его мыслях.

Внезапно он столкнулся с незнакомцем.

– Эй, осторожней надо.

– Завались, – сухо ответил Владислав, в его голосе прозвучала сталь. Он поднял суровый взгляд на юношу. Паренёк, на вид лет восемнадцати, попятился назад, округлив глаза от страха.

По дороге домой его мысли занимало лишь одно слово: «Ненавижу»

Добравшись до дома, Владислав замер на пороге. Он опустил уставший, уже остывший взгляд на пол.

«Я превращаюсь в них, – подумал он, а его губы искривились в усмешке.  – Я ведь не раз говорил ей, что это она меня сделала такой»

Пройдя вперёд. Он плюхнулся на кровать.

«Может быть, если бы она захотела, то смогла бы всё исправить. Хотя, у неё всё получается только портить, вместо того, чтобы научить сына любить, всё совершенно наоборот. Я знаю лишь, как сделать больно»

Владислав потянулся к одеялу и укутавшись, уставился на зеркало в углу. «Если так подумать, чему вообще мог научить человек своего ребёнка, если его не научили любить»

– Моя жизнь тоже не была сладкой, – вновь всплыли слова матери, но как ни странно. На этот раз они не вызвали гнев.

«А ведь это правда, её жизнь точно сладкой не назовёшь. Её родители ведь никогда не поддерживали, когда она вышла замуж, папа нас оставил, она хотела вернуться. Бабушка лишь сказала ей: – Это твой ребёнок, сама и смотри. Без друзей, без семьи, совсем одна, как и … я».

Он сжал простынь: «Это не оправдывает то, что она сделала, но из всех людей на земле – она, одна из тех, кто может меня понять».

На удивление, после этой мысли, впервые за столько лет, тяжесть, что сковывала его всё это время, ослабла. Глаза начали слипаться и Владислав погрузился в сон.

На следующий день ветер принёс тучи и серое небо заглядывало в окно. Нависая над городом, оно грозило дождём. Евгений чем-то походил на него. Он опустил тяжёлый взгляд на стол. Рука с ручкой зависли над белым листом. Вначале страницы виднелось лишь одно слово: « Почему?»

– Что ты делаешь? – поинтересовался Владислав. Его взгляд скользнул к телефону, лежавшему по левую руку Евгения. Экран включился, но звука не последовало, затем высветилось сообщение. Не сложно было догадаться кто ему написал.

«Похоже он поставил беззвучный режим»

– Вы поссорились?

Нахмуренные брови Евгения выдали его. Он отвернул голову от телефона. Щёки его надулись, как у хомяка.

– Не знаю, я даже не понимаю, дружили ли вообще!

Настала тишина, затем послышался скрежет и шорох листа. Евгений взял ручку и начал портить лист каракулями, выводя круги и непонятные линии. Он замер и глянул на Владислава.

Его взрослая версия, сидела за столом, подперев левой рукой подбородок, а в правой держа тонкую книжку. Его глаза проходились по тексту. Грудь спокойно вздымалась. Вдруг, его глаза замерли, еле заметно приподнялась бровь, а уже через пару секунд он поднял взгляд на Евгения.

Юноша смял лист.

– Тебе что, тоже всё равно на меня?

Владислав замешкался, его бровь приподнялась ещё выше. Он закрыл книгу, прижав большой палец страницами, чтобы не потерять нужную.

– Нет. С чего ты взял?

– Я же вижу, общаемся мы через раз. Да и то, наверное, когда у тебя проблемы, – сквозь зубы процедил он.

– К сожалению, я не умею читать мысли и не могу помнить все моменты десятилетней давности. Что у вас случилось?

Евгений опустил взгляд, с его губ вырвался раздражённый звук, похожий на рёв.

– Ей вообще на меня насрать, пишу всегда я. Я ей две недели не писал, а она мне написала только тогда, когда попала в больницу. И что я должен теперь сделать поехать к ней? А с фига ли?

На этот раз Владислав отложил книгу. Его ладонь сжалась в кулак, а во взгляде читался холод.

– Кажется, я начинаю припоминать, – произнёс он и в его голосе читалась горечь. – После того дня наше общение навсегда прекратилось. Я вспылил, написал ей, что если она вспоминает обо мне только тогда, когда ей плохо, то я не гожусь для такой роли и нам лучше разойтись.

Владислав смолк, уголки его губ приподнялись и на лице появилась сломанная улыбка.

– И что она ответила? – не выдержив, спросил Евгений. Его ладонь сжалась в кулак, отчего заболели пальцы.

Тишину в квартире прерывало щебетание птиц, доносившееся из приоткрытого окна. Владислав прислонился к столу, облокотившись на левую руку. В глазах защипало.

– Я не помню, – прошептал он, однако, Евгений всё равно услышал его. Он замер, растерянным взглядом сверля макушку Владислава.

– К-ак, как не помнишь? – в его голосе слышалась дрожь. – Нет, погоди! Ты не можешь не помнить.

– Но это действительно так, – Владислав поднял взгляд, на этот раз в них читалась горечь. – Я помню только, что мешкался. Тебе нужно решить, насколько она важна для тебя. Ты действительно сможешь её так отпустить?

Экран телефона снова загорелся. Пришёл ответ он Анны. Евгений с ужасом глянул на первую строчку. Его силуэт стал размываться и вскоре исчез.

Владислав глянул на свою правую руку. Вновь она стала прозрачной, через неё отчётливо виднелся линолиум.

– Надеюсь, я не ошибся.

Глава 6. Жизнь Евгения.

Евгений открыл свою тетрадь с воронами, ту самую, которую он будет хранить и дальше, даже когда испишет последнюю страницу.

«Сегодня 5 декабря 20ХХ года. Прошёл месяц с того самого дня, как я встретил себя из прошлого.

Внутри смешались непонятные чувства. Я в ужасе, но одновременно с этим и в предвкушении. Я разочарован, хотя в последнее время мне всё больше нравится тот, кто сидит по ту сторону зеркала. Если честно, мне, кажется, в будущем я стану менее чувствительным. Хочу ли я быть таким? Могу ли я это предотвратить? – Евгений выпрямился. Его рука дрогнула, отчего контур буквы стал толще. Взгляд тут же метнулся к зеркалу, а из груди вырвался усталый вздох. В его отражении, казалось не было ничего, что напоминало бы Владислава. Вместо потухших мрачных глаз, яркие, в которых ещё горит огонь. Немного круглое лицо с мягкими чертами, оно не сравнится с погрубевшей кожей из его будущего. Движения скованные, в них так и веет неуверенностью, словно его заставили петь на публику. В то время, как каждый жест Владислава выглядит твёрдо, также, как и его голос.

«Я ведь совсем на него не похож, – дотрагиваясь до лица, заключил он. —

Отчётливо помню, каким видел себя из будущего. Высокого, с накаченным телом, конечно же, успешным с машиной и двухэтажным домом. Я ведь начал идти к своей цели… что же пошло не так? Что меня остановило?»

Мысли затягивали его, как воронка в болоте, но ответа так и не последовало. Подперев щёку рукой, он перечитывал своё письмо, всё время возвращаясь к последней строчке. В голове кружили вопросы, словно стая птиц, но остался лишь один: Почему?

Позади слышалось тиканье и с каждым разом, их механический звук становился всё громче, тяжелее, словно сбивался с ритма.

– Чёрт! – выругался Евгений и закрыл тетрадь. Его раздражённый взгляд метнулся на стену. Часы показывали без пятнадцати час. Он остановился на минутной стрелке, каждый оборот приближал его к Владиславу. Поворотный момент? А может это он и есть.

«Смысл ходить к одной паре?» – устало подумал он, проводя пальцем по столу, словно рисуя круг.

Телефон завибрировал. На экране высветилось сообщение.

Бикрост: Я жду около подъезда. Евгений улыбнулся, напечатал «иду» и хотел скрыть приложение, как ему пришло ещё одно.

На этот раз от Анны. Сухое, как ему показалось предложение: Как дела? «А точно ли ей это интересно? Какая разница, как мои дела. Также, как и всегда, ты же знаешь».

Тяжело вздохнув, Евгений скрыл чат, накинул курту, затем схватил сумку  и вылетел на лестничную площадку. Отчётливо слышались его шаги, словно на его ноги надели железные сапоги.

Навалившись на дверь, он нажал на кнопку, заиграл домофон. Впереди показался силуэт юноши. Он стоял уткнувшись в телефон, из под шапки виднелись рыжие пряди и чёрный шнур от наушников.

– Димооон! – закричал Евгений и повис на спине друга. Тот не удержавшись рухнул.

– Ах ты, скотина, – заорал паренёк, затем вскочил и помчался за другом, но не догнал и кинул в того свой рюкзак. Тот долетел и врезался в спину.

Когда Евгений обернулся, заметил, как Дима стоит согнувшись, хрипло дыша.

Подняв рюкзак, он протянул его другу. Тот вырвал его из рук и раздражённо цыкнул.

– Я тебя больше ждать не буду, – буркнул он и заглянул в экран. Всё это время в наушниках играла музыка.

– Я же не опоздал.

– Я бы не торопился с выводами, – поднося экран телефона к лицу Евгения, сухо произнёс Дима, – мы уже как пять минут должны быть на паре. Если мне позвонят родаки, сам будешь с ними разговаривать.