Эпюра желаний. Часть I из V - Точка отсчёта

Ночью, когда Кристина уже спала, Настя лежала с открытыми глазами и слушала общагу: капало из крана в конце коридора, где-то бубнил телевизор, за стеной кто-то смеялся во сне.

И вдруг решение, которое ещё вчера казалось почти правильным, стало чужим.

«Что я делаю?» — подумала Настя.

Она списалась с незнакомым мужчиной, который был старше её на шесть лет, и послезавтра собиралась встретиться с ним в кафе — на следующий день после того, как её жизнь развалилась. Не отойдя. Не подумав. Как будто кто-то другой создал этот профиль, написала «хочу вспомнить, что мне может быть хорошо», нажала «отправить».

Настя нашла в темноте телефон. Палец завис над перепиской с Александром. Написать «прости, я передумала» было легко — одна строчка.

Она уже почти набрала.

А потом вспомнила голос Олега за дверью шкафа.

«Она никуда не денется».

Так спокойно, так уверенно, будто это про вещь, которая всегда лежит на своём месте.

И вспомнила, как весь их последний год она заранее знала каждый его вопрос, каждое движение, каждое «ты подумала?». Как ждала, что он позовёт. Как оправдывала. Как была удобной.

«Не денется».

Настя стёрла недописанное «передум» и закрыла телефон.

Дело было даже не в Александре. Она его не знала. Может, завтра развернётся у дверей кафе и уедет — и это тоже будет нормально. Но она поедет. Не ради него. Чтобы доказать себе: она может куда-то деться. Может выбрать. Может встать и пойти.

С этой злой, тихой мыслью она наконец уснула.

Настя пришла в кафе за десять минут до встречи. Москва снова была тёплой. От утреннего дождя остались только влажные листья у бордюров, блеск на асфальте и тяжёлый запах нагретого города. Она надела джинсы и простую футболку — не хотела выглядеть слишком вызывающе, будто незнакомый мужчина уже мог решить о ней что-то по вырезу или длине рукава.

Александр пришёл ровно в назначенное время. Он оказался выше, чем казался на фото, с тёмными волосами и серыми глазами. Он улыбнулся, когда увидел её, — коротко и осторожно, словно не решаясь улыбаться в полную силу. Потом будто спохватился, что слишком пристально смотрит, и отвёл глаза к меню.

— Привет, — сказал он, садясь напротив. — Ты выглядишь… как человек, который почти не спал.

— Почти угадал, — усмехнулась Настя. — Можно сказать, я защищала диссертацию по наивности. С треском провалилась.

Он заказал кофе, и они начали говорить. Настя рассказывала о себе — о танцах, об учёбе, о родителях, о том, как поступила на «Строительство уникальных зданий и сооружений» после олимпиады и теперь учится рассчитывать то, что в городе обычно кажется неподвижным и само собой разумеющимся. Александр слушал, задавал вопросы, смеялся над её шутками. Она чувствовала себя с ним легко, свободно.

Настя не стала рассказывать Александру про танцы — про то, как в центре зала она переставала быть «удобной» и становилась просто собой. Просто подумала, что в зале никто никогда не называл её скучной. Там от неё ждали не удобства, а движения.

— Слушай, — сказал он, когда они допили кофе. — Я не хочу торопить. Но если тебе хочется увидеться ещё — не как свидание с обязательствами, а просто как вечер, где тебе спокойно, — я буду рад.

Настя замерла.

— Ты зовёшь меня к себе?

Александр не отвёл взгляд.

— Только если ты сама этого хочешь. Если нет — правда, ничего страшного. Можем ещё просто увидеться здесь. Или вообще не решать сегодня.

Насте стало жарко — и страшно, но не так, как раньше. Не из желания понравиться, не из страха оказаться недостаточно хорошей.

Просто впервые за долгое время Настя почувствовала, что может сама сказать «да» или «нет». И оба ответа будут принадлежать ей.

— Я не знаю, готова ли, — сказала она честно.

Александр кивнул.

— Тогда не будем решать сейчас. Без обещаний.

Настя посмотрела на него и поняла: именно это спокойствие, а не напор, делает её смелее.

Они договорились встретиться через два дня — у него. Без обещаний. Без роли, которую нужно выучить зара