Элементарная Магия. Книга 1. Неискренность

Тамил подключает переходник, вводит пароль на планшете и продолжает:

– Они ничему не научатся, будут постоянно бегать за помощью к наставникам, чтобы те по итогу выполняли их работу.

– Наставник Лили скончался, – тактично замечает Аяна, убирая выбившиеся пряди темных волос за уши. – Она едва вступила в должность, как он умер от инфаркта.

– С таким подопечным сложно не словить инфаркт.

Ану передергивает, она вздыхает и закатывает глаза.

– Она всего лишь уронила визуализатор, не устраивай из этого трагедию.

Тамил смотрит на нее испытующе. Карие глаза темнеют, практически сливаясь со зрачком, густые брови слегка дрожат.

– Сохраняйте субординацию, мисс Спарк. Мы пока не коллеги и для вас я все еще мистер Поло.

В разговор, грозящийся перерасти в перепалку, вмешивается Эдвард – он откашливается, на всякий случай дважды.

– Коллеги, – он поджимает губы, настолько непривычно для него прозвучало это слово, но с каждым далее сказанным благозвучный голос обретает уверенность. – Сегодня первый день лета и, тем более, воскресенье. Не очень хочется надолго задерживать вас в выходной, когда вы могли провести время с семьей или посвятить его личным интересам. Предлагаю начать собрание.

Глава 2

– Как раз наступлению лета и посвящена тема сегодняшнего собрания. Гидрометцентр уже предоставил несколько вариантов прогноза погоды на сезон – с незначительными отличиями, но все сходятся в одном: предстоит засуха.

Эдвард с иронией отмечает, что именно на слове «засуха» во рту появляется сухость.

Он смотрит на собравшихся за столом, янтарные глаза бегают, ища поддержки. Ана двумя пальцами совершает круговые движения (Эдвард слышит в голове ее «Продолжай»). Элла смотрит на него с неприкрытой гордостью, как будто он и ее внук тоже. Тамил не отрывается от планшета. Аяна, обычно спокойная и даже безынициативная, заметно оживляется в ожидании, когда новоиспеченный Верховный Элемент закончит вступление.

– В это время года Земля особенно уязвима и всем остальным Элементам – то есть, нам, – необходимо бросить все усилия, чтобы минимизировать последствия засухи и уберечь урожай. – Он отхлебывает воды из бутылки, заботливо поставленной Лили на стол, выдыхает и обращается к Поло: – Тамил, системы водоснабжения?

– Работают исправно, как и в начале весны, – безэмоционально отвечает он, не сводя глаз с плоского экрана.

– Эдвард, – Аяна поднимает руку. Он кивает, разрешая ей высказаться. – Мне доложили, что часть ветровых турбин на предприятии Барнсов прекратило работать. Может, ты располагаешь информация, почему?

Аяна нажимает на кнопку визуализатора – и над столом возникает голограмма. Включается видео, снятое с высоты птичьего полета, на котором показываются вальяжно крутящиеся лопасти ветровых турбин. Затем камера движется левее и в кадр попадает причина тряски.

– Я беседовал на днях с мистером Барнсом. Из пятидесяти шести турбин у одиннадцати подходят к окончанию сроки поверки. Они на техобслуживании.

Аяна хмурится.

– Гидрометцентр сообщал о движениях ветра? Просто, если лето готовит засуху, скорее всего, и ветер будет неблагосклонен. Сорок пять турбин достаточно, чтобы обеспечить энергией птицефабрику? Она питается от ветряной станции Барнсов.

Эдвард машинально тянется к шее – он мнет ее, когда нервничает или не может дать однозначного ответа на вопрос. Аяна это замечает и тихо вздыхает, поникая, как цветок под палящим солнцем.

– Я понимаю твои опасения. Я поговорю с мистером Барнсом при встрече и узнаю, на каком этапе техобслуживания находятся турбины и когда их запустят снова. И с ветром тоже поговорю, – Эдвард подмигивает Земной.

Она лишь кивает.

– Аяна, – обращается к ней Тамил, – на водоснабжение жалоб нет?

– Пока нет.

– Жители Неона жаловались, – Ана впервые подает голос, заставляя присутствующих обратить на нее внимание. – На ржавчину. Люди со вчерашнего утра не могут помыться и приготовить еду, а предприниматели терпят убытки.

Тамил смотрит на нее исподлобья.

– Подвоз питьевой воды к домам организован. Я был на месте вчера днем. Ремонтные работы ведутся, обещают закончить к вечеру, – заученно произносит он, после чего выпрямляется и недовольно щурится, осматривая Ану. – Поднимайте руку прежде, чем что-то сказать. И одевайтесь скромнее, вы на собрании, мисс Спарк.

Ана поджимает губы, издает то ли возмущенный, то ли ехидный смешок и одаривает Тамила пламенным взглядом.

– Вы не туда смотрите, мистер Поло.

Эдвард слышит, какими словами на самом деле Ана покрывает Тамила, и, едва улыбаясь, покачивает головой. Есть особое удовольствие наблюдать за тем, как во время конфликтов реакция не совпадает с внутренним состоянием. Одна лишь надежда, что это двое не изничтожат друг друга прежде, чем преемник Водного начнет стажировку.

– Со своей стороны я гарантирую мгновенную реакцию в случае возникновения пожаров. Надеюсь, Тамил будет мне в этом содействовать. Оперативно, – на этот раз Элла делает выпад в его сторону, отчего Тамил шумно выдыхает и театрально прикрывает глаза ладонью. Он раздвигает указательный и средний палец и, подглядывая, переводит взгляд с Аны на Эдварда, с него на Аяну.

– Молодежь, вы лучше разбираетесь в современных терминах, – примирительным и наигранно уставшим тоном обращается к молодым коллегам Тамил. – Скажите, сейчас происходит буллинг или что-то другое?

– Что-то между, – Аяна подавляет смешок и продолжает: – Тебе просто напоминают о том, что необходимо сделать с твоей стороны. Хоть и не в самой мягкой форме. Мы все заинтересованы в том, чтобы лето в этом году прошло удачно для Солено. И да, – она становится серьезней, интонация приобретает стальные нотки, – девяносто процентов лесных пожаров возникает по вине людей. Они оставляют в траве стеклянные бутылки, напиваются на пикниках, плохо тушат костры. И курят, также не туша сигареты. Штрафы неэффективны, потому что, вы понимаете, я единственный Элемент в своем поколении и физически не могу просмотреть каждое дерево и увидеть нарушителей. А фестиваль Очищения вообще моя головная боль! Такое название, а столько мусора… Может, у кого-нибудь есть предложения, как воззвать к чувству стыда и совести людей?

Все затихают, потому что ответ для Аяны неутешительный – воззвание людей к пониманию и бережному отношению к окружающему давно не работает, ни через кнут, ни через пряник.

Магия построила Солено, поселила здесь людей и создала Элементов как высшую силу. В эру религиозного почитания люди относились к Магии и Элементам со страхом и почтением, ведь от их душевного состояния и взаимодействий с окружающим миром зависело само существование Солено.

Когда общество и стихии, как показалось зажившейся и уставшей Магии, повзрослели настолько, что могли дальше жить без ее указки, она решила покинуть мир. Она рассчитывала, что Элементы смогут управлять Солено вместе, как когда-то управляли ее чревом, но ошиблась – избалованные и жадные дети стали спорить, кто будет Верховным Элементом. Тогда они еще не имели человеческой стороны, представляя из себя сгустки чистой энергии своих стихий. Их споры сопровождались наводнениями, пожарами, снежными бурями и землетрясениями. Из источника сил Солено никем не контролируемые стихии стали для острова угрозой.

Магия вернулась, но ненадолго – чтобы исправить совершенные детьми ошибки и наказать.

– Вы были так близки к тому, чтобы уничтожить Солено, хотя должны были его защищать! Я лишаю вас Элементарного состояния.

Четыре стихии столкнулись с невероятной болью преображения, оставшись лишь с половиной той силы, которой владели. Молнии терзали Воду, Огонь прочувствовала собственный жар, Земля потеряла ощущение величия, а Воздух – масштаба.

Магия была в гневе.

– Теперь вы – наполовину люди и зависеть вы будете от них так же, как они от вас. Вы будете не только служить на благо Солено и людей, но и сочетаться с ними узами брака, потому что стали смертными, а со смертью одного из вас начнет умирать Солено. Вода и Воздух, ваши силы примут ваши сыновья, Земля и Огонь, ваши дочери заменят вас, когда они достигнут четверти жизни, а до тех пор вы будете обучать их, чтобы каждое новое поколение Элементов никогда не уничтожило Солено! И лишь люди могут решить, нужен ли им Верховный Элемент, и выберут они его сами. Это будет их воля и вы обязаны будете с ней согласиться.

Наученные печальным опытом стихийных бедствий, возникших из-за споров Элементов за власть, люди пришли к решению выбрать Верховный Элемент – им показалось, так будет проще и поможет избежать конфликтов в будущем. Они долго совещались, пока не сошлись на том, чтобы отдать эту ответственность Воздуху – самому обособленному из детей Магии, практически не имеющему слабостей перед братом и сестрами. Не все стихии смирились с таким раскладом, но волю людей, как завещала мать, исполнили.

С тех пор Солено непрерывно развивался и процветал, появились искусство, наука, промышленность, высокие технологии, пока время не дошло до наших дней, где люди воспринимают Элементов не как божеств, а их силы – не как дары, а дань им, людям. Сели на шею, как выражается Тамил.

С каждым годом пропасть между Элементами и людьми растет, взаимные претензии накапливаются и находят отражение в растущей беспечности людей по отношению к окружающему миру. Солено держится лишь на том, что люди осознают невозможность существования без Элементов, а Элементы понимают, что без людей их собственные жизни не имеют смысла.

Ане становится душно, она обмахивается краями блузки.

– Можно… – нерешительно начинает она, затем останавливается, искоса смотрит на Тамила и поднимает руку. Эдвард с Аяной одобрительно кивают. – Можно попробовать популяризировать волонтерство. Не все люди, простите, тупое и необразованное стадо. Как правило, радикальное всегда развивается параллельно адекватному. Есть такие, кто хотел бы помогать окружающей среде, но не знает, с чего, как и где начать.

Ана отмечает, что собравшиеся ее по-настоящему слушают, даже Тамил, хоть и с полузакрытыми глазами. Алые губы решают. Она осознает всю наивность затеи и максималистскую позицию, но все равно продолжает:

– Задействовать СМИ, соцсети, медийных. Только сделать это по-умному, сконцентрироваться на молодом населении, которое еще способно к пересмотру своих ценностей, но и найти точки воздействия на более взрослых. Можно привлечь братьев Аяны, они знают, что нужно Земле, хоть и не являются Элементами, и будут наставниками. К тому же их много, есть разброс в возрасте, а значит, и целевые аудитории будут разными.

Аяна тянется рукой к длинному хвосту, пропускает волосы меж пальцев и начинает задумчиво наматывать прядь на мизинец.

– В этом есть зерно. Но боюсь, эта кампания повторит судьбу предыдущих – в лучшем случае станет сезонной модой, а не образом жизни.

– Солено тоже не сразу построился, – Эдвард вклинивается в обсуждение и потирает подбородок. – СМИ и соцсети новая великая сила, они управляют людьми намного эффективнее, чем мы. Если мы решим перейти к осуществлению подобной инициативы, их ресурсы окажутся ключевыми.

– То же самое говорили про интернет, до него про телевидение, а еще до него про радио – новая великая сила и рычаг воздействия. Есть только один момент – люди, да и мы тоже, в меньшей степени используем эти инструменты для обучения и саморазвития.

Элла звучит уверенно, но устало, и Ана поникает.

«Не стоит озвучивать на собрании придуманную за завтраком на коленке идею», – думает она и вносит это в свой «Элементарный чек-лист» – так она называет свод правил, которым планирует придерживаться, когда сама станет Полноправным Элементом. И тут же добавляет подпункт: «Особенно с алыми губами».

Все, чего ей сейчас хочется – перехода к другой теме. Просто отмалчиваться, пока Эдвард не распустит собрание. Она не проконтролировала горделивое желание выделиться и внести свежести в здешнюю духоту, а ответить за него не может.

Эдвард слышит каждую мысль в голове Аны, в том числе и те, что касаются ее предложения, и решает помочь. Но прежде, чем заговорить, он подпирает кулаком подбородок, дважды поднимает и опускает большой палец.

– А если начать с поддержки уже функционирующих волонтерских организаций и дать финансирование? Сейчас оборудованием, спецодеждой и питанием волонтеры обеспечивают себя сами. Как раз можно снабдить тех, кто планирует работать на фестивале. И выделить на них места с активностями для всех возрастных групп. Детям преподносить информацию в игровой форме, на аудитории подростков и молодых взрослых использовать мемы и самоиронию, что касается взрослого населения, то надавить на традиционные ценности и чувство безопасности. И, самое главное – теория вместе с практикой, а не вместо нее.

«Твою Магию, ну зачем? Я услышала, как эта идея звучит вслух, и еще больше убедилась, что она бредовая», – слышит Эдвард отчаянные мольбы Аны. Он не может ей ответить – он чтец, а не телепат, поэтому лишь пожимает плечами и подмигивает.

Ана только сейчас замечает, что на протяжении всей речи он поднимает и опускает большой палец, это уже походит на нервный тик. Только когда она отвечает на обусловленный жест, повторив его, Эдвард кладет руки на стол.

– Кто будет вести эти активности? А разрабатывать? Эдвард, я хочу услышать мисс Спарк, а не твою озвучку.

Ана выпрямляется и нехотя смотрит на Тамила – уголки его рта слегка натянуты. Она набирает в грудь воздуха и медленно выдыхает.

– Старшие волонтеры. Заинтересованные медийные. И братья Аяны. Флауверсы все на подбор модели, на них даже просто захотят прийти и посмотреть, а красивых хочется и слушать, – она смотрит на Земную, которая молчит все это время и разглядывает сложенные в замок руки. Комплимент генетике Флауверсов делает свое дело, от улыбки щеки становятся пухлее.

– Молодые Элементы и стажеры тоже вполне ничего, если вы делаете ставку на привлекательных и харизматичных, – своими словами Элла смущает внучку, Эдварда и Аяну, на чьих и без того разгоряченных лицах уже преобладает красный цвет. – Одни мы с тобой, Тамил, не у дел, нам только стариков поднимать.

– Я не настолько стар, Элла.

Тамил откровенно скучает, к идее Аны он относится скептически. Пропаганда волонтерства не нова и существует еще со времен, когда индустриализация стала IT своего времени, ключом, опорой и двигателем общества к прекрасному будущему. Эко-направление не выходит из моды, но всегда стоит особняком, являясь скорее кружком по интересам, а не выработанным, работающим как часы процессом.

– Тамил, я понимаю, предыдущие попытки призвать людей к бережному отношению, мягко говоря, не оправдались, – Эдвард читает его, чем немерено раздражает. – Но это действительно так, новое поколение людей, простите за каламбур, неосознанно стремится к осознанности. Просто на них созданы другие рычаги воздействия – блоги, мемы и подкасты, а не принуждение и агрессивная реклама. Старые методы как раз наоборот еще больше подталкивают их к бездействию.

– Какие все стали нежные, – бурчит Поло.

Но Эдвард продолжает настаивать:

– Море, реки и озера тоже страдают от беспечности людей. Если дать шанс подобной инициативе, а она сработает, то и ты будешь в выигрыше.

Аяна наконец-то начинает говорить, тщательно подбирая каждое слово:

– Идея требует доработок. Ана, можешь быть со мной связи? Идея твоя, полагаю, у тебя и наброски ее реализации имеются. Делись ими со мной в личном чате, пиши свои вопросы, а я, по мере возможности, буду отвечать, одобрять или отклонять. И давать дополнительные контакты. И да, – она наконец-то расслабляется, плечи мягко опускаются, – я поговорю с братьями.

Ана ненадолго замирает, пытается переварить ситуацию – ее идею одобряют? Такой исход кажется ей невероятным, нереальным, но тешит ее эго, заставляя приосаниться.

– Мисс Спарк, – Ану передергивает, она стреляет в Эдварда недовольным взглядом.

«Ну что ты начинаешь, какая мисс Спарк, Эдик».

«Эдик» прикрывает рот ладонью, трясясь от еле сдерживаемого смеха.

– Будьте на связи с Землей. К следующему собранию Совет ждет конкретных идей и их внедрение в программу фестиваля. Меня тоже держите в курсе.

Темы обсуждения, озвученные в утреннем сообщении Лили, заканчиваются и Эдвард уже хочет распустить собравшихся, но Тамил упрямо его останавливает.

– Остался один вопрос.

Эдвард сосредотачивается на воздухе, обволакивающем седеющую голову старшего коллеги, и вздрагивает.

– Опять меня прочитал? – Тамил указывает на лоб. Он начинает злиться. – Это злоупотребление способностями, тем более, в отношении другого Элемента, и, еще пуще, в первый день на новом посте. Твой отец такого вторжения в личное пространство себе не позволял.

Эдвард болезненно морщится, сжимает веки и мнет переносицу. Не от замечания Тамила, а от того, что прочитал.

– Подводницы.

Всего одно слово заставляет всех за столом затаить дыхание.

– Подводницы, Эдвард. Я снова хочу поднять вопрос изучения Подводниц.

Глава 3

– Когда ты уже успокоишься?

– Когда мне одобрят изучение Подводниц, Элла, – Тамил закипает.

Лицо Эллы приобретает маску искреннего удивление, но ускоряющееся сердцебиение прямо указывает на нарастающее беспокойство.

– Они разве недостаточно изучены? Происхождение известно, назначение тоже, обитают преимущественно в Темноводной, но могут заплывать и в Славную, имеют иммунитет к силам минимум трем из четырех Элементов, смертельно ядовиты, людей убивают быстро и безболезненно, Элементов долго и мучительно.

Тамил хмыкает от столь дилетантским рассуждений.

– То, что ты озвучила – результат наблюдений, с твоей стороны не совсем точных. Нет у Подводниц иммунитета к силам Элементов, они порождение двух из четырех стихий, это не одно и то же. Легенды, фольклор, исторические справки, рассказы очевидцев, личное взаимодействие и лишь немного прикладная работа собрали базу данных об этих существах. К слову, благодаря ей великие умы смогли создать антидот, и теперь раненного Подводницей Элемента можно спасти, – Тамил делает паузу и устремляет взгляд на притихшего и побледневшего Эдварда. – Науке известны их анатомические особенности, состав яда, средняя продолжительность жизни, но это все основано на изучении выброшенных на берега трупов.

– Я считаю, этого вполне достаточно, – Элла тверда, но пятки под столом начинают отбивать ритм. – Подводницы опасны для людей и Элементов, они подлежат уничтожению, а не спа в лабораториях.

– В этом и есть проблема, Элла. Они не живут за пределами водоемов. Отлов Подводницы в аквариум работает ровно настолько, чтобы она умерла, едва ее транспортируют в лабораторию. Вывод напрашивается – они привязаны не к воде, а к местам, где живут. Изучение Подводниц дошло до этапа, когда теперь осталось только наблюдение за ними в их естественной среде обитания.

Эдвард выпрямляется и поднимает голову, глаза дергаются под опущенными веками.

– Ты прекрасно знаешь, почему это невозможно, – медленно начинает он. – Подводную лабораторию, о которой ты говоришь каждый раз, когда поднимаешь тему Подводниц…

– О ней сегодня я еще не говорил, чтец.

– Надо из чего-то строить. Из чего? Для когтей и зубов Подводниц любые металлы и стекло – все равно, что бумага для кошек. В нашем мире нет материала, который они не разорвали бы…

– Потому что практически все в нашем мире состоит из материалов земного происхождение, – на выдохе заканчивает за Эдварда Аяна. – Лаборатория всегда будет находиться под угрозой, и люди, которые будут там работать, в частности. Подводницы все уничтожат.

– Мне не нужны люди… – неуверенно отвечает Тамил, но Эдвард довольно резко его останавливает.

– Ты не морской биолог, Тамил, и команда тебе нужна. А даже если и да, и ты утаиваешь от нас ученую степень, то в постоянной опасности будешь уже ты.

– Они меня не убьют, они… – Водный сжимает челюсти и настраивается на волну прибоя, опасаясь сболтнуть или подумать лишнего. – Они мне не навредят.

Эдвард, не в пример гибкому телосложению, остается несгибаемым в своих суждениях.

– Ты Элемент, они рождены, чтобы убивать нас. Они приемная родня Воды и Земли, силы этих стихий им не вредят, им не страшен Огонь, их единственная слабость – Воздух. Может ли Воздух обеспечить безопасность? Тоже нет, воздух под водой не имеет власти, это пшик! – с каждым словом Эдвард повышает голос, в висках противно стучит, в голове вихрем крутятся мысли всех собравшихся за столом.

– Хочешь, чтобы Кай сменил тебя раньше положенного срока?

Подобная манипуляция действует на Тамила, как красная тряпка на быка, и поднимает в нем бурю.

– То есть, сочиненный от скуки и потенциально провальный проект мисс Спарк мы берем в разработку – а она ведь еще стажер! – а изучение главных врагов людей и Элементов снова откладываем?

Настает черед Аны возмутиться.

– Ты сравниваешь ужа с гадюкой! Мой потенциально провальный проект, – она делает кавычки, – в худшем случае разочарует и провалится, а твой похоронит людей, тебя и нас – потому что придется тебя спасать! Откуда у тебя уверенность, что ты такой особенный и Подводницы тебя не тронут?

Ана мечет искрами, уложенные волосы электризуются, на шее проступает пот, она активнее прежнего машет воротом блузки.

– У меня нет гарантии, что Подводницы меня не тронут, – признается Тамил. – Так же, как и у вас, что они в щепки разнесут лабораторию, едва она будет опущена в воду.

– Ты правда глупый или притворяешься? – Ана выкатывает глаза и подается вперед. – Тебе точно сорок девять, а не девять? Ты обвиняешь людей в беспечности, в то время как сам беспечен по отношению к их жизням. Нужны ли людям новые открытия о Подводницах, ты у них спрашивал?

Элла осторожно пинает ее ногу под столом и кивает на ногти – взволнованные синие язычки пламени показываются и трепещут.

– Опять люди! Не слишком ли мы много о них думаем?

– Это наша работа, Тамил – думать о людях и Солено, – Аяна вжимается в спинку кресла, завидев грозовые облака вокруг Водного и почуяв запах костра. – Все, чего хотят люди в отношении Подводниц – их уничтожения. Слишком много горя они принесли людям и Элементам.

– Нельзя позволять личному горю стопорить науку!

Его желания опять остаются проигнорированными. Больше тридцати лет он отдал служению людям, практически не пренебрегая правилами и законами, усердно выполнял работу – и вот благодарность. Элементы не бессмертны, а продолжительность жизни, как правило, ниже, чем у людей, Элла является одной из немногих, кому удалось перейти семидесятилетний рубеж. Тамил не может быть уверен, что после того, как Кай войдет в должность Полноправного Элемента, он успеет воплотить давнюю мечту.

Обводя собрание разъяренным взглядом, он понимает, что добился желаемого – задеть чувствительные струнки души каждого из собравшихся. Аяна съеживается и виновато смотрит вниз. Элла каменеет, Тамил чувствует подступающие к ее глазам слезы. Ана сжимает ладони в кулаки и прерывисто дышит. Жидкости в организме недостаточно, погорит чуть больше и обезвоженность обеспечена, но чего хватает сполна, так это посаженной на хрупкую цепь ярости.

Ему это нравится, он решает добить.

– Элла, мисс Спарк, Эдвард, – он смотрит на совсем притихшего и скрючившегося как креветка Экхарта, – я прекрасно понимаю ваше желание стереть с лица Солено Подводниц. И осознаю ваше недоверие ко мне и моему проекту. Очень трогательно, что вы, в том числе, думаете и о сохранности моей жизни в случае его реализации, когда моя стихия не смогла сохранить жизни ваших родных…

Эдвард вскакивает с кресла, и оно с грохотом падает на кафельный пол. Ветряные потоки кружатся вокруг него, колышут каштановые волосы и полы рубашки. Он слышит не только завывание ветра и мысли собравшихся с ним в одном помещении. Слух улавливает голоса людей, вышедших на работу в выходной день и находящихся этажами ниже. Их сплетни, смех, ахи, охи и вздохи. Постукивание пальцев по клавиатуре. Открывающиеся и закрывающиеся автоматические двери. Срабатывание терминала вендингового аппарата с последующим падением газировки и шипением пузырьков внутри жестяной банки. В общую какофонию вмешиваются звуки с улицы – автомобильные гудки, музыка, пищание светофоров, и Воздушный чувствует перегруз. Он закрывает уши руками и пытается сосредоточиться на собственных мыслях.

Память подкидывает текст детской поэмы, и Эдвард цепляется за нее, как за спасительную соломинку.

В большом белом пузыреМагия рожает –В чреве двое сыновейРебра ей ломают.Спорят Воздух и Вода,Кто быстрей родится.Но бежит вперед Земля –Не терпит сестрица…Первой родилась она –Появился остров.Устремился вслед Вода,А за ним и Воздух.

Ему надо успокоиться. Сосредоточиться. Укротить Воздух.