Вероника и хрустальный шар

Дома, оставшись одна, Ника поспешила в спальню, занавешенную тяжёлыми шторами, и села перед шаром. Свечи отражались в шаре, и ничего… Ника устала, голова кружилась, она вспомнила, что с раннего утра ничего не ела. И когда она уже собралась прервать сеанс, увидела его. Она снова стояла у окна своей бывшей квартиры. К подъезду дома подошёл хромой. Он поднял голову и посмотрел на тёмные окна квартиры Леры, было два часа ночи. Затем в квартире зажёгся свет фонарика и потух. На небе ярко светила полная луна, и её свет мягко освещал квартиры дома напротив. Вот тень проскользнула в спальню к Лере, и Ника с ужасом увидела фигуру с ножом, зажатым в руке, которая несколько раз опустилась и поднялась. Ника зажмурилась. Когда она открыла глаза, то увидела себя сидящей перед шаром, который тускло светился, изображения в нём не было.

«Надо позвонить Фёдору», – забилась в голове у неё мысль. Через минуту она пересказывала ему увиденное.

– Если это хромой, то это меняет всё. Он проходил у нас, и в свете последних событий мы можем забрать дело себе. Надо всё узнать про Ивана, какое он имеет к этому отношение. – И Фёдор отключился.

Ника посмотрела на часы: было двадцать три часа пятнадцать минут. Ей надо было спешить. До назначенной встречи оставалось мало времени. Уже перевалило за полночь, когда она подъехала к дому Леры. У подъезда её ждали Лиза и незнакомый парень. «Участковый», – поняла она. Они поднялись на Лерин этаж, дверь была закрыта и опечатана.

– Ну и что дальше? – спросил участковый, который назвался Василием.

Ника позвонила в шестьсот тридцатую квартиру.

– Геннадий? – спросила она пьяного, заспанного, едва соображавшего мужика лет тридцати-сорока.

Тот, оглядев их и подъезд, заметив участкового, пропустил в квартиру. И заплетающимся голосом рассказал, что, когда вчера ночью поднимался по лестнице домой, лифт не работал, навстречу попался хромой мужик в тёмной куртке с капюшоном. Лица он не разглядел. Дверь квартиры Леры была приоткрыта. И он замолчал. Ника забрала ключ от квартиры Леры, участковый дал им пятнадцать минут. Они оглядели прихожую, гостиную, везде царил порядок. Полиция изъяла бутылку вина и взяла на экспертизу продукты, остатки былого ужина.

– Что ищем? – спросила Лиза.

– Ищем кольцо.

И Ника описала его: камень золотой опал. В спальне стоял запах запёкшийся крови и ещё какой‐то неуловимый синтетический аромат, незнакомый запах, который перебивался злом и ужасом. Такие эмоции испытала Ника, зайдя туда. В квартире царил беспорядок, но следов борьбы не было. Поиски кольца ни к чему не привели. Зато в цветочном горшке был найден небольшой флакон, который издавал тот незнакомый Нике аромат.

Ника сфотографировала флакон в присутствии участкового и Геннадия и положила в пакет, предусмотрительно захваченный ею. «Плохая идея», – подумала Ника, покидая квартиру.

– Завтра сделаем обход квартир, ты своего дома, а я бывшего своего, может, ещё кто‐то видел хромого.

И они разошлись. Вечером Ника отдала на экспертизу флакон Фёдору. Он страшно разозлился, начал ей выговаривать, что она, как всегда, лезет туда, где опасно, и что экспертиза флакона теперь может ничего не дать, так как он изъят не по правилам. Ника его не слушала. Она страшно устала, но разрывалась между двумя делами: или лечь спать, или пойти к шару. Фёдор, увидев, что Ника едва держится на ногах, замолчал. Да и не мог он долго сердиться на неё.

– Мы забрали дело себе, так как Иван – тот самый человек, к которому ушла первая жертва хромого. С чего всё и началось. Да и твоя находка флакона может всё изменить. Так как хромой до ареста работал в фармацевтической компании, последней разработкой которой было создание сильного психотропного препарата, при передозировке которого наступал глубокий сон. Поэтому ни Лера, ни Иван не услышали проникновение в их квартиру. Если во флаконе обнаружат следы препарата, то это косвенная улика против хромого. Надо найти свидетелей, которые его видели в день и ночь убийства. Он теперь главный подозреваемый. Леру завтра отпустят домой под подписку о невыезде. Сиди завтра дома, обход есть кому сделать без тебя. Отдыхай!

Ника предложила забрать Леру к себе, пока идёт следствие. Фёдор согласился. Она поднялась в студию и решила переоборудовать в ней нишу. Там, где хранились чистые холсты, краски и другие принадлежности для рисования, будет кабинет. Они с Фёдором повесили тяжёлую штору, не пропускавшую свет, занесли стол и кресло, свечи и шар. Ника довольно улыбнулась. У неё появилось место для занятий магией. Леру было решено разместить в гостиной.

Стояла поздняя ночь, Фёдор спал рядом спокойным сном. Нике, несмотря на усталость, не спалось. Её тянуло к шару. Она бесшумно поднялась по лестнице наверх. Фёдор сказал ей, что они не могут найти следы хромого. Он как в воду канул. Ника, глядя в хрустальную белизну шара, шептала: «Покажись, покажись, где ты?» И вдруг увидела хромого у подъезда дома Леры. Зажёгся свет включённого фонарика мобильного, и хромой вошёл в квартиру Леры и стал что‐то искать. «Флакон ищет», – догадалась Ника. Не найдя, он прошёл на кухню, открыл холодильник и достал из него продукты, включил чайник и как ни в чём не бывало принялся есть, найдя самое безопасное по его меркам место. Изображение в шаре мигнуло, и Ника увидела Геннадия, стоявшего у окна противоположного дома, который наблюдал за окнами Леры. Он стоял и курил. В это время хромой, словно почувствовав, что за ним наблюдают, подошёл к окну. «Они смотрят друг на друга», – поняла Ника, увидев злобный блеск глаз хромого. Она побежала к Фёдору.

– Хромой в квартире Леры, за ним наблюдает Геннадий из дома напротив. Скорей!

Но когда сотрудники следственного комитета прибыли на место, хромого не было, дверь квартиры Леры была распахнута настежь, а Геннадий лежал у подъезда противоположного дома, истекая кровью. Его отправили в больницу. Как позже выяснилось, Геннадий вздумал начать собственное расследование и решил, что самое безопасное место наблюдения за домом, где произошло убийство, – дом напротив.

Когда Фёдор прибыл домой, занимался новый день. Не обнаружив Нику ни в спальне, ни в гостиной, он поднялся наверх. Из кабинета с шаром раздавалось шумное дыхание и выкрик: «Ха!» Сердце тревожно забилось у него в груди. Он распахнул штору. Ника сидела с закрытыми глазами и каждый свой выдох заканчивала звуком «Ха!».

– Ты что делаешь? – шёпотом спросил он у неё.

– Уже закончила, сегодня трудный день, отпустят Леру, а я две ночи плохо спала. Нужно восстановить силы. Эти дыхательные упражнения называются «Три драгоценных выдоха тибетских монахинь Ани». Все упражнения надо повторить трижды. Вдох и выдох по глубине одинаковы. При первом выдохе направляешь его на макушку головы и представляешь, как распускается цветок лотоса. Вдох «лотос» снимает усталость ума. Второй вдох называется «водопад». Делаешь глубокий вдох, а выдох должен выходить через затылок прохладной водой водопада, ты чувствуешь, как он стекает по спине. Это дыхание снимает напряжение тела. Третий вдох называется «солнце». После вдоха выдох направляешь в солнечное сплетение в виде золотой тарелочки с лучами. И ты наполняешься радостью жизни, спокойствием и безмятежностью. Каждый выдох заканчиваешь протяжным «Ха!».

Они помолчали.

– Сегодня отпускают Леру, можно ли нам взять одежду из её дома? – спросила она.

Ника позвонила Лизе, и они все вместе поехали забрать Леру. Исхудавшая, бледная, больная на вид, она больше не производила впечатление сильного, решительного доктора. «Словно сломленное молодое деревце», – подумал Фёдор. Перед этим они сами заехали к ней домой, решив, что для Леры это будет тяжёлым испытанием, и собрали необходимые вещи.

А между тем убийца всё ещё был на свободе. Экспертиза подтвердила наличие остатков сильнодействующего нейролептика во флаконе, пары́ которого усыпили Леру и Ивана. Раствор из флакона был вылит в землю комнатного цветка. Также при опросе жителей двух домов он был опознан. Его видели накануне и в день убийства входящим в подъезд Леры. Также его обнаружили и на видеорегистраторах машин, припаркованных во дворе домов. Было видно, как он выбегал из дома после убийства, время совпадало. И был свидетель его нападения на Геннадия, который спугнул его, иначе того бы постигла участь Ивана. После операции жизни его больше ничего не угрожало.

Ника приготовила обед, и они, сидя за столом, слушали краткий отчёт Фёдора. Он поблагодарил Лизу: это она нашла двух свидетелей. Осталось найти и арестовать убийцу. Взяв с них слово, что они будут находиться все вместе в доме Ники, Фёдор ушёл. Уложив подруг в гостиной, одну на диван, другую на софу, Ника решила посмотреть, не подскажет ли ей шар, где находится преступник. Она села на кресло и задремала.

А в это время хромой, который уже второй день наблюдал за ними, стоял на противоположной стороне улицы и смотрел на дом. Он знал, что его искали, но каждый раз опережал следственный комитет, надолго не задерживаясь на одном месте. Поел, поспал и дальше. Злоба, ненависть раздирали всю его сущность. Он ещё не насытился. На очереди были две блондинки, которые помогали полиции. Пока он с ними не разберётся, он не успокоится. Он видел, как утром они привезли брюнетку, как дом на набережной покинул полицейский с собакой. Будут отдыхать, понял он.

Ника внезапно проснулась. Когда она посмотрела в шар, то ужаснулась. На противоположной стороне улицы, у перехода, стоял хромой. «Он направляется к нам!» Сердце ухнуло у неё в груди и остановилось. Первый звонок она сделала Фёдору, сказав, что хромой идёт к ним. Фёдор усмехнулся. Всё утро спецназ следственного комитета сидел в неприметной машине недалеко от дома в засаде. Устав гоняться за убийцей по всему городу, они решили испробовать этот вариант, слив в Сеть информацию о подругах Леры, которые активно помогали найти преступника. И кажется, они правильно рассчитали. Вот уже час они наблюдали за ним по камерам, установленным в парке и рядом с домом. Стоял тёплый день, сентябрь, народу в окрестностях парка было много. Было решено брать его в подъезде. Вероника жила на последнем, восьмом этаже, выше только чердак и крыша. На чердаке, рядом с люком, дежурили спецназовцы. Люк решили оставить открытым, ещё одна западня. Все остальные выходы были заблокированы. Когда хромой вошёл в подъезд, спецназ активировался, дом был окружён. Было дано разрешение стрелять на поражение при непредвиденных обстоятельствах.

Хромой решил подняться по лестнице пешком, что‐то тревожило его, не давало покоя. Но в доме было тихо, никто не попался ему навстречу, и даже лифт проехал только один раз вниз. Он успокоился. Подойдя к двери, он прислушался: за дверью не раздавалось никаких звуков. «Спят!» – решил он. Вероника, позвонив Лизе, попросила разбудить Леру и подойти к люку. «Хромой идёт!» – этой фразы было достаточно. И вот они уже все в студии, лестница поднята, люк закрыт. Без лестницы попасть к ним было невозможно. Они притихли, умом понимая, что попасть к ним нельзя, но их сердца выскакивали из груди.

Хромой достал отмычку и стал открывать дверь, послышался шум поднимающегося лифта, и кто‐то поднимался по лестнице. Он занервничал, дверь никак не хотела открываться, лифт приближался. Он рванул к люку. «Пережду на чердаке», – принял он решение. Когда он откинул крышку люка и просунул голову в темноту чердака, его втащили наверх и надели наручники. Дело было сделано.

Вечером все собрались за столом, и Фёдор рассказал им все детали операции.

– Всё, девчонки, живите спокойно, всё теперь будет хорошо!

Он посмотрел на усталые, осунувшиеся лица подруг.

– Вам надо отдохнуть, съездите куда‐нибудь все вместе. И давайте выпьем за то, чтобы всё это забылось, как страшный сон.

– За дружбу, – подхватила Лиза.

– За любовь и счастье, – сказала Ника.

– Спасибо вам, мои дорогие подруги, что верили мне и боролись за меня, – воскликнула Лера.

Было решено поехать на две недели в дом отдыха «Сибирский медведь», расположенный в окрестностях города.

Первую ночь они спали спокойно без тревог и тягостных сновидений.

Фёдор обещал сам купить путёвки, им осталось собраться и взять отпуск на работе. В свете общественного резонанса, после показа их фотографий в новостях, отпуск им дали, даже Нике, работающей в городском училище искусств, хотя учебный год только начался. После шопинга по магазинам чемоданы были собраны. Лерину квартиру выставили на продажу. Она как могла держалась, но слёзы непроизвольно капали у неё из глаз. Время, необходимо время, чтобы залечить раны.

Часть вторая

Перезагрузка

Вероника разбудила всю компанию в семь утра. Предвкушая поездку, она находилась в приподнятом настроении, да и вчера позвонили из местной галереи, где были размещены пять её картин, и сообщили, что все картины проданы. Поэтому с утра она намеревалась увезти ещё пять картин, и надо было заехать в новый магазинчик, открытый недавно на выезде из города, под названием «Магическая лавка». Вероника собиралась заняться во время отдыха картами Таро. В магазин она взяла с собой Лизу и помогла выбрать ей кристалл розового кварца.

– Сейчас растущая луна, – сказала она ей, – надо будет зарядить его. Розовый кварц – это камень любви. Хватит тебе быть одной. Такая красавица, и одна! Ну почему, Лиза?

Та, как всегда, промолчала. Ну и что она могла сказать Нике? Ей двадцать пять, безоглядно влюбиться не получается. Да и кто попало ей не нужен.

Вероника купила себе две колоды карт Таро.

– Они разные, – ответила она на немой вопрос Лизы, – для разных раскладов.

Подумав, купила ещё непонятные Лизе принадлежности.

Всю дорогу в санаторий Ника строила планы:

– Приедем, будем жить по распорядку, встаём в шесть утра, пробежка, душ, бассейн, дыхательные тибетские упражнения. И ещё кое‐что у меня есть в запасе. Будем делать перезагрузку жизни, начнём с чистого листа. – И она повернулась к Лере: – Лерочка, очень прошу тебя, ну не скорби ты так по Ивану, ведь ничего не изменится, жизнь продолжается! Хочешь плакать, плачь, но не рви ты своё сердце, твоей вины нет, что случилось, то случилось… Надо настроиться и жить дальше. Тяжело, но надо постараться…

Она вздохнула и замолчала, остаток пути провели в молчании.

Санаторий «Сибирский медведь» состоял из трёх семиэтажных зданий, расположенных вдоль широкой аллеи в сосновом бору. Высокие величественные сосны, разбросанные по всей территории санатория, вызывали необъяснимое чувство восхищения и восторга. Корпуса санатория гармонично слились с первозданной природой. Один корпус принадлежал МВД, второй – следственному комитету, и третий – ФСБ, и поэтому возникало чувство защищённости и покоя. По другую сторону аллеи были расположены деревянные домики со всеми удобствами, четырёхместные, объединённые общей террасой, но с отдельным входом. Один из таких домиков и снял Фёдор.

Выгрузили вещи. Лиза с Лерой поселились в одной половине домика, в другой Ника, Фёдор и Антей. Договорились встретиться через час, чтобы пойти на обед в корпус, принадлежащий следственному комитету. Ника обнаружила просторную комнатку без окон, где стояла гладильная доска и утюг. Убрав всё это в гостиную, она переоборудовала её под свой кабинет, перенеся туда журнальный стол и кресло, застелила чёрной скатертью, поставила свечи и хрустальный шар. Всё может пригодиться, решила она. Там же разместила ноутбук и положила карты Таро. В комнате нашлось место и для мольберта, холстов и красок. Она осталась довольна.

В ресторане, сидя за столом, все почувствовали умиротворение. Даже Лера не казалась отчуждённой и несчастной. Ника старалась всех развеселить, рассказывая смешные истории.

Под конец, разглядывая публику, она, закатив глаза к потолку, сказала:

– Где‐то здесь находится жених Лизы, правда, он об этом ещё не знает! – И засмеялась. – Девчонки, расслабьтесь, вы как натянутая струна, нам всем надо научиться радоваться жизни, и давайте не будем откладывать это на потом.

Она посмотрела на Фёдора, и его обдало животворящей волной любви. В глазах её заструилась энергия, пламя, огонь, у него закружилась голова. «Что она делает со мной!» – в который раз подумал он.

– Всё, сейчас идём осматривать окрестности, потом отдых, и встречаемся на ужине, – командовала она. – И никаких возражений! Завтра всё по плану, день начнём с пробежки. Чем больше будем заняты, тем меньше будет тягостных мыслей.

К основной аллее примыкали многочисленные дорожки, которые разветвлялись в лесу, соединялись и возвращали всех на основную аллею. По одной из них они подошли к голубому озеру, в котором отражались белоснежные кипы облаков. Плескалась рыба, на мостке сидели двое рыбаков, которые помахали Фёдору рукой. Полюбовавшись озером, они нашли дорожку, которая огибала озеро.

– По ней и будем бегать, – решила Ника, – и заодно любоваться красотой озера, сосен и ив, склоняющих свои ветви прямо в воду.

На том и порешили.

Когда они остались одни, Фёдор схватил Нику, притянул к себе, и они на мгновение замерли в объятиях друг друга, чувствуя, как в унисон застучали их сердца.

Зазвонил телефон Фёдора, и он неохотно разомкнул объятия.

– Извини! Как ты понимаешь, мне приходится здесь работать, у нас совместная операция с ФСБ. Подробности тебе лучше не знать. Сейчас я оставлю тебя ненадолго, не скучай, до ужина постараюсь освободиться. – Он повернулся к Антею: – Остаёшься за главного, защищай Нику.

Тот замахал хвостом, умными глазами глядя на Фёдора. Фёдор ушёл. Ника пошла в тёмную комнату, она зажгла свечи рядом с шаром и стала вглядываться внутрь.

– Покажи, подскажи, что меня ждёт? Всё ли будет хорошо?

Шар не отзывался, и Ника решила разложить карты Таро. Значения карт она изучила давно, но раскладывала редко, так как особой необходимости в этом не было. В последние два дня она чувствовала, что что‐то происходит с ней, силы, прежде дремавшие в ней, рвались наружу. Она решила сделать расклад на свой род.

В раскладе выпала семёрка посохов, маг и рыцарь жезлов, императрица. В совокупности это обозначало, что её род был носителем эзотерических знаний, более того, это была боевая магия. Поэтому у неё наблюдается импульсивность в действиях и поступках. То есть ей необходимо научиться обуздывать свою энергию, контролировать свои силы. Ника задумалась, вспомнив, как часто ломались с ней рядом электрические приборы, перегорали лампочки. А ведь это происходит в том случае, когда энергия не находит выхода. Вероника снова подошла к шару, но он оставался прозрачным.

«Пойду в гости к девчонкам, – решила она, – заодно погадаю Лизе».

Войдя в соседнюю дверь, она поразилась тишине, которая встретила её. В комнате царила гнетущая атмосфера. Вероника с возмущением уставилась на подруг.

– Ну сколько можно пребывать в таком настроении? Мы зачем сюда приехали? Мы приехали для перезагрузки! Девчонки, встаём и идём мыть руки по методике «Обезвреживаю будущее»! Давайте начнём!

Она подошла к раковине и открыла воду.

– Тщательно намыльте кисти рук. Представьте, что на кистях скопились все негативные события, переживания, тревоги. Представили? Теперь смывайте, приговаривая: «Вода – сок жизни, всё смывает, от всего плохого снаружи меня очищает!» Теперь нальём в стакан воды, выпьем и скажем, что вода очищает меня от всего плохого изнутри! Так будете делать каждое утро в течение всего времени пребывания здесь, пока не избавитесь от тягостных мыслей. Что ещё придумать для вас, не знаю! Давайте для начала помедитируем.

Она села в позу лотоса.

– Сели, повторяйте за мной, ни о чём не думая: «Ом мани падме хум». Поём все вместе.

Она запела грудным голосом, Лиза с Лерой подхватили. Некоторое время в комнате звучали напевные голоса, и девушки с удивлением почувствовали энергетический подъём.

– Вот так‐то лучше, хватит нам всем страданий! – сказала Ника. – А теперь приятное: я буду гадать Лизе на суженого. Сколько же можно ей быть одной?

Она открыла новую колоду карт Таро. Ничто так не греет сердца, как гадание на любовь. Все оживились, и даже Лера на миг забыла о своих переживаниях.

– Итак, первая карта, что было. – Ника вытащила тройку мечей. – А была у тебя, Лиза, безответная, тайная любовь!

Она на мгновение задумалась и вытащила вторую карту. Выпала императрица.

– Это то, что в настоящем! Эта карта говорит, что ты, Лизонька, готова к новым отношениям и ожидает тебя скорое знакомство, гармония и любовь. Кто бы сомневался. – И она засмеялась. – И что будет в будущем? Третья карта – верховный жрец, а четвёртая – рыцарь кубков! Какой великолепный расклад, думаю, на днях, а может даже сегодня, ты встретишь мужчину своей мечты. Всё зависит от тебя, будь сама собой, и всё будет хорошо! Собирайтесь на ужин, и чтобы были неотразимы! Ровно в восемнадцать часов встречаемся на террасе.

Ника поспешила к себе, но Фёдора до сих пор не было.

Он появился к ужину и был чем‐то расстроен. Ника решила его не тревожить. На ужине Фёдор, оглядев девушек, заметил, что они неуловимо изменились. Стали более спокойными, более позитивными, что ли… Он никак не мог определить точно, что изменилось. Но увиденное его обрадовало. Может, и правда они не зря приехали сюда. Если бы не его работа, то всё было бы ещё лучше.

Они уже заканчивали ужинать, когда увидели, что к их столу приближается статный, с военной выправкой мужчина.

– Фёдор, представь меня своим красавицам, – сказал он.

– Полковник ФСБ Константин Северцев, мы давние знакомые, – сказал Фёдор.

Константин по очереди посмотрел на каждую.

– Вероника Ольховская, художник, Валерия Егорова, врач, и Елизавета Бережнова, риелтор, – представил девушек Фёдор.

Ника заметила, как взгляд полковника остановился на Лизе, и заулыбалась. «Всё идёт как надо. Не забыть бы зарядить кристалл кварца, пока полная луна».

Полковник пригласил девушек в корпус ФСБ. Завтра после ужина в двадцать часов у них вечер отдыха с танцами. Он ещё раз посмотрел на Лизу и удалился. Лиза с удивлением заметила, что сердце у неё в груди забилось сильнее: полковник ей понравился.

Вечером перед сном Ника ещё раз зашла к ним, и они, промыв розовый камень под проточной водой с солью, положили его под лунный свет на три ночи.

Наступил вечер следующего дня.

– Лиза, Лера, вы должны быть сегодня ослепительны. Да, ты, Лера, тоже! Забудь всё хотя бы на один вечер. Тоскуй, страдай, плачь, но в другое время. Сегодня ты будешь танцевать. Поверь, так надо. Тебе надо вырваться из омута, в котором ты пребываешь. И никого ты не предаёшь, ты лишь станцуешь хотя бы два танца. Никакие возражения не принимаются.

В назначенное время они встретились на террасе. Лиза была в тёмно-синем платье, благодаря которому её глаза на бледном лице казались синими озёрами. Лера, в чёрном вечернем кротком платьице, смотрелась как девочка-подросток, на шее у неё переливалось жемчужное ожерелье. Ника надела красное платье, подняла волосы в высокую причёску и приколола к волосам алую розу. На ногах красные туфли… Когда Фёдор в чёрном костюме вышел на террасу, то, увидев их, воскликнул:

– Ну, девчонки, вы бесподобны!

В огромном танцевальном зале играл оркестр. Официанты разносили шампанское и лёгкие закуски. К ним подошёл Константин и пригласил Лизу на вальс. Леру пригласил на танец майор.

– Ждём танго? – спросил Фёдор.

Ника кивнула головой. Когда оркестр заиграл аргентинское танго, они вышли в центр зала и сразу приковали к себе всё внимание. С каждым их движением в зале нарастала атмосфера страсти и любви. Казалось, воздух в зале сгустился. Ника, как огненный красный туман, скользила по паркету. Каждое её движение, взгляд призывали к любви, были её прелюдией, она словно говорила партнёру: без тебя нет для меня жизни! В зале замолкли разговоры, только музыка и двое, слившиеся в страстном танце. Когда танец закончился, они исчезли, унося с собой волшебство этого вечера.

Они поспешили к себе в номер, где остались наконец одни. Когда Ника заснула, Фёдор, глядя на неё спящую, посетовал, что так и не решился ей сказать, что ему надо отлучиться.

Сколько это займёт времени, он не знал. То, что он скрывал, было строжайшей тайной. Это была совместная операция с ФСБ. После убийства генерала МВД след привёл в этот санаторий. Были выявлены исполнители и главный подозреваемый, но было мало улик, чтобы предъявить обвинение. И самое неприятное: его обнаружили, он чувствовал, что за ним следят. Поэтому было решено, что он должен вступить в открытый контакт с подозреваемым, ему обещали прикрытие, поддержку, но как это будет и во что это выльется, предсказать было невозможно. Задействованы, замешаны высокие чины. Опять коррупция, и убийство вдобавок. И хотя операция была расписана, но предвидеть всё нельзя. Встреча назначена на сегодня.

Фёдор загрустил от мысли, что, может быть, видит Нику в последний раз. Нет, он не может так поступить с ней, просто уйти. Он решил оставить ей небольшое послание. Открыв ноутбук Ники, он написал, чтобы она не беспокоилась о нём, он скоро вернётся. И что он очень её любит… Если случится непредвиденное, чтобы она обращалась к Андрею, это тот майор, который танцевал с Лерой. Он поможет…