Демоны на Пути Перемен

Тем временем Ралфина поставила у ног Эйрвена фонарь, протянула ему чашку с отваром и прошла в угол помещения, где стояли книги в красивых кожаных переплетах. Тонким пальчиком достала она одну из них и, поправив длинную ветку зеленого цветка, вернулась. Эйрвен же пригубил отвар и прикрыл глаза, наслаждаясь напитком, таким же вкусным и ароматным, как и в родном королевстве.

– Нравится травяной отвар с жасмином? – заметила Ралфина, присаживаясь на ручку кресла, совершенно позабыв о приличиях. Ее изящные руки протянули Эйрвену книгу. – Цветки и листья жасмина мне привозят из Золотой Равнины, что находится на юге Шинтая. Поэтому вам знаком напиток и его аромат.

– Главнокомандующий Первым легионом и по совместительству мой друг пьет этот отвар каждый день. Уловив тонкие нотки, я невольно вспомнил его и столицу. Я смотрю, у вас здесь находится много всяких диковинок, они все с разных уголков континента? – Эйрвен стал внимательно рассматривать деревянные стеллажи, книги и прочие безделушки, будто открыл сундук с секретами.

– Верно, даже само помещение сделано из темного дуба, который простоял много лет в Мусцидном лесу. Здесь и фарфор из Северной Нави, пара колокольчиков из Морозной Долины, есть черный жемчуг и другие редкие камни с Бирюзовых островов, даже есть маленький ножичек из мелефийского сплава. Увы, это говорит о том, что я любознательна, но мир за пределами Цитадели никогда не видела.

– К сожалению, мы узники своих и чужих страстей, – подытожил Эйрвен, выпив напиток с наслаждением и поставив чашку на низкий столик из нефрита. Он удивился и этому дорогому и редкому предмету: белый нефрит уже давно не продается, а пылится под стеклом в замках, как редкая вещь.

– Почему именно о Небесных Богах? – задала вдруг весомый вопрос Ралфина, облокотившись о спинку кресла. – Вы попали в самую богатую знаниями библиотеку, может быть вам найти другую рукопись? У меня есть разрешение на чтение дневников Альфарда Асцелла. А может быть, вы хотите почитать о знаменитых сражениях? О героях и злодеях?

– Я ничего не нахожу о последнем Боге, вот и подумал, что мудрец Аларик знает больше.

Ралфина задумчиво покачала головой, соглашаясь.

– Я тоже интересуюсь этим вопросом, но, к сожалению, безуспешно. Собираю много заметок о магии, о благословениях и о проклятиях Богов, но вот Пятый Небесный Бог… – Ралфина задумчиво коснулась пальцами локона: он мешал ей, и она невольно стала накручивать его на указательный палец. – Я читала в одной рукописи, что его облик похож на дикое огромное животное, кажется, есть даже рисунок, подтверждающий догадки мудрецов. Бог не благословляет магией, как остальные, у него нет идола и нет постоянного места обитания. Возможно, это самый посредственный среди Богов. Чем же он привлек вас?

– В Суири я тоже не заметил идолов Небесных.

– Идолы Небесных Богов находятся в саду и в западной части города у ратуши, – ответила тихо Ралфина, коснувшись теперь ткани платья: она почувствовала смущение. – Мой отец сразу же приказал убрать их после окончания Великого Пришествия, но перед праздником вдруг поставил на свои места. С возрастом он стал сентиментальным. Слава предкам, ничего не произошло, и горожане отнеслись к этому спокойно.

– Вы ожидали бунта, когда вновь поставили идолов? – Эйрвен опустил светлые глаза на руки принцессы и прикусил нижнюю губу, понимая ее тревожность: он и сам волновался.

– Предположения малого совета я слышала всякие, начиная от поджога недоброжелателей до возвращения Бога, – говорила Ралфина, а заметив взгляд Эйрвена на своих руках, тут же убрал их за спину. – Но ничего не произошло, словно этот идол ничего и не значит теперь.

– Вас это беспокоит? – вздохнул Эйрвен, не отрывая от нее взгляда.

– Беспокоит. Ведь Шесть Королевств начинали путь с Богами, с верой в гармонию и справедливость, с благословениями, что даровали Небесные. Что же с нами будет, если мы позабудем свои истоки? Мы уже потеряли благословенных, отстранили сумрачных воронов и совсем позабыли Последнего Небесного Бога. Боюсь, что через пару столетий, о Богах, о магах и воронах забудут все. Хотя, если Боги или же магия вернутся…

Эйрвен погладил корешок книги, раскрыл ее и листая ветхие страницы, начал:

– Вы же понимаете, что мы говорим о запрещенных вещах? А еще вы говорите с человеком, который носит на шее немесфем. – Эйрвен вдруг почувствовал, как принцесса вздрогнула, но ее мимолетный испуг не взволновал его. – Я не буду углубляться в историю Великого Пришествия, в появление Богов, но как благословенный Богиней Агвидой, скажу вам, что мы действительно теряем истоки и могущественную силу.

– Что это значит?

– Приведу пример. Прошла сильнейшая гроза в деревне, погубила урожай, смыла дома, и люди попросили Богиню Агвиду убрать дожди, грозы и тучи, оставляя навсегда над ними яркое солнце. Как вы думаете, что стало бы с урожаем, да и с самой природой, если бы воля человека исполнилась? Я думаю, что последствия были бы ужасающими. Так и с благословением Небесных Богов. Неужели мир останется прежним без них? Сколько еще простоит эта библиотека? Сколько еще лет продержатся многие здания, в которых существует естественная магия? А предметы? Артефакты? Созданные магами лекарства? А что на счет разумных существ? Когда вы в последний раз слышали о тифлингах?

Ралфина прикусила губу, мысленно соглашаясь со словами Эйрвена: эти мысли посещали и ее. Но она решила не усугублять напряжение между ними, ведь они действительно говорят на запретные темы, и тут же решила изменить тему:

– Эйрвен, а что мне в тайную комнату поместить из Шинтая?

Эйрвен сначала открыто удивился сменной темы разговора, но затем задумчиво отложил книгу на нефритовый столик, с пола поднял фарфоровую чашку Ралфины и тоже поставил ее на столик, а затем, немного подумав, ответил:

– Мое королевство достаточно богатое, властное и знаменито оружием и винами, но не думаю, что вам будут приятны эти безделушки. Они больше подходят мужчинам. Хотя я поражен до глубины души вашей стрельбой из лука. – Эйрвен коснулся пальцами ожерелья на шее. – Но что, если я вам подарю что-то от себя?

Ралфина выпрямилась и озарила Эйрвена любопытным взглядом. Ее сердце застучало намного быстрее. Эйрвен же достал из сапога тонкий ножик, отрезал прядь волос, оторвал небольшой листок пергамента и протянул все это ей.

Принцесса удивилась:

– Вы дарите мне свою прядь волос?

– Эта прядь имеет естественную магию в течение ста дней. Она поможет вам в случае опасности или заболевания. Это как летающие книги, их нельзя уничтожить при помощи мелефийского сплава, огня, заклинаний или темных артефактов, потому что магия впиталась и действует естественным образом в течение своего времени. А с естеством еще никто не осмелился бороться.

Ралфина, держа в руках пергамент и прядь волос, спустя мгновение аккуратно сложила их, завязала лентой, которую вытащила из своих волос, и убрала в потайной карман платья. Ее глаза с теплом взглянули на Эйрвена: он привстал с кресла и видимо собрался покинуть библиотеку.

На самом же деле его лицо вспыхнуло краснотой.

– Для начала я верну вам ваш плащ. Благодарю за помощь в лесу, – смущенно начала она, доставая сложенный плащ с полки и протягивая его Эйрвену: в его душе тут же затаилась надежда. – Затем я одолжу вам рукопись мудреца Аларика, это копия, так что не тревожьтесь. И еще, я тоже хочу сделать вам подарок. – Ралфина направилась к пустому узкому пространству в стене между полками. Ее рука вдруг скользнула в движущуюся темноту этого тайного пространства и вытянула оттуда сверток. – Но еще, Эйрвен, вы ведь знаете, что библиотеку построили при правлении Альфарда?

Эйрвен, поглаживая ткань своего плаща, недоумевающе кивнул: конечно же, он знал об этом. Как поклонник истории Шести Королевств, он прочитал (благодаря другу Кайлу) не мало рукописей.

– Так вот, мы с вами находимся в потайном месте первого царя. – Улыбнулась Ралфина, заметив, как Эйрвен невольно приподнял плечи. – Здесь хранятся магические артефакты, рукописи и рисунки мудрецов, королей и знатных господ первых лет правления. По моей просьбе – эти знания удалось собрать и переместить сюда. Но еще здесь удалось сохранить тайное пространство, о котором мало кому известно. Оно способно выдать человеку один раз нужную страницу. Мне неведанно, когда это знание пригодиться. Но вот – ваш подарок. А такие подарки, я еще никому не дарила.

Жар и холод стали постепенно обволакивать тело Эйрвена. Он смущенно и в то же время восхищенно взглянул на принцессу. Его сердце то останавливалось, то бешено колотилось. Он нервно сглотнул, когда горькие мысли прошептали сердцу: «Неужели принцесса Ралфина и есть тот самый таинственный человек? Нет! Она мне доверила в руки свиток, а не ящик, да и не знакома она с моим отцом. Нет. Это не она».

Он опустил на свиток глаза, аккуратно раскрывая его.

– Язык довольно старинный, – протянула Ралфина, слегка приподнимаясь на носочки: Эйрвен был на целую голову выше нее. – Тут говорится об обряде возвращения воспоминаний? Это что – заклинание? Заклинание возвращения памяти?

– Вы уверены, что это подлинный экземпляр? – неожиданно голос Эйрвена стал глубоким.

– Библиотека Шести Королевств имеет только настоящие оригинальные издания и их копии. Уверяю вас, Эйрвен, то, что вы держите в руках – есть истинный труд. И если это заклинание возвращения воспоминаний, то перед вами рукопись мага. – Ралфина взглянула в глаза Эйрвена: – Почему вам выпала именно эта рукопись? Вы имеете провалы в памяти?

– Что? Провалы? Никак нет! Не понимаю, почему мне попало именно это… – Эйрвен забеспокоился.

– Не думаю, что здесь есть путаница, но оставьте у себя свиток, он вам рано или поздно пригодиться, – улыбнулась Ралфина, касаясь на миг пальчиками плеча принца.

Эйрвен, заметив искреннюю улыбку и мимолетное прикосновение, успокоился. Он прислонил к груди книгу, плащ и свиток с заклинанием, будто самые ценные вещи в Шести Королевствах.

– Благодарю вас, Ралфина, за еще одну прекрасную встречу и за ценные дары. Хоть ваш брат против нашего …

– Ох, мой брат известен своим болтливым языком и пылким нравом, но как его сестра, скажу вам, что он хороший человек. Просто к нему нужен особый подход.

– Это ваш девиз по жизни? – поинтересовался Эйрвен, рассматривая лицо, волосы и открытые плечи Ралфины: они казались ему в томном свете особо привлекательными.

– У меня много девизов. А есть ли девиз жизни у вас?

– Есть, – еле слышно ответил Эйрвен, все еще не отводя от принцессы взгляда.

Их глаза неожиданно встретились. Воздух стал заметно жарче. Но как вдруг стал звучать громко колокол, который располагался на главной площади и всему городу оповещал время. Этот гулкий звон прозвучал десять раз, отчего Ралфина испуганно воскликнула:

– Предки, вы же опаздываете на Великий Совет! Еще не хватало, чтобы вас еще и мой отец не желал видеть. Скорее поспешите в Поднебесные Врата.

***

– Доброе утро, Суалоцин Веритате.

На позолоченный стул села королева Бофрарии Грания Адара, шурша платьем из тафты с пышной юбкой. Грания была подвижной и веселой, но, увы, старой: Суалоцин услышал, как хрустнули ее коленки. Она поправила седые волосы, что были собраны в высокую прическу по последним увлечениям, и положила на огромный стол руки: родовой золотой перстень Дома Адара сверкнул на указательном пальце.

Королева часто посещала знатный город Суири как с поводом, так и без. А все потому, что королевство Бофрариа располагалось вблизи за горными хребтами Катаранскит. Хоть и Грания была самой солидной из всех ныне живущих королей и королев, ей не раз доводилось решать горячие споры и принимать важные решения на Великом Совете – Правитель Рейнард восхищался ее жизненным опытом и мудростью, а так же позволял иногда оставлять последнее слово за ней.

Грания подняла светлые, слегка помутневшие от жизненного опыта глаза на короля Суалоцина и проговорила:

– Думаю, все еще отдыхают.

– Да, ночь удалась, – ответил Суалоцин, широко улыбнувшись.

Пронзительный взгляд его скользнул по зале, в которой проходил ежегодно Великий Совет: стены из серого камня, открытые большие окна, на потолке две огромные подвесные лампы, а в середине залы примостился огромный круглый темный стол, вокруг которого небрежно стояли стулья с массивными подлокотниками. Так же его взгляд привлекли серые, покрытые зеленым мхом, валуны разных размеров, обрамленные позолоченными столбиками и лентами: видимо для того, чтобы никто не налетел на них.

«Надо же, валуны до сих пор сохранились. Интересно сидели ли на них Альфард Асцелла и Небесные Боги?» – пронеслось размыто в голове у Суалоцина.

Вдруг открылась двустворчатая дверь, и в залу вошел Правитель Рейнард. Он уважительно поклонился присутствующим и сел на свое роскошное кресло, позади которого стояли два гвардейца. Внешний вид его сегодня был не менее статным, чем на открытии праздника: на плечи была накинута бархатная белая мантия, свисающая до пола, на груди висела шелковая тесьма с драгоценными камнями, а седую голову украшала корона из чистейшего золота. Его лицо выглядело свежим, а взгляд ясным.

– Доброе утро, Грания. Суалоцин. – Карие глаза Рейнарда взглянули сначала на королеву, затем на короля, а затем на пустеющие стулья. – Кажется, остальные испытывают терпение Правителя, раз посмели опоздать?

– Припоминаю поход на земли Бофрарии, – проговорила Грания хриплым голосом, явно смягчая гнев Рейнарда. – Разбойники настигли врасплох мои деревни и около года держали нас в страхе. Но с помощью гвардейцев и воинов других королевств нам удалось разогнать разбойников, и наградой был крепкий медовый напиток. Как сейчас помню, рассвет встречали мы втроем.

– «Где бы ни был пир или голод, мы должны не забывать о гармонии и справедливости», – произнес высказывание Альфарда Асцелла король Суалоцин.

Рейнард удивился словам короля далеких земель и взглянул на него с уважением. Суалоцин Веритате был высоким и пожилым, светловолосым и светлоглазым. Выглядел худощаво, но легкие струящиеся ткани и жемчужные нити в волосах придавали его образу свежесть.

Дом Веритате вот уже пару столетий правил единственным королевством-городом Дроистен на Бирюзовых островах, где царило вечное цветущее лето. Именно поэтому Суалоцина чаще называли королем Бирюзовых островов, а не королем Дроистена. Королевство редко проявляло единомыслие, но Великий Совет пропускать ни один из королей не смел никогда.

– Вы правы, – с легкой грустью проговорил Рейнард и колко добавил: – Что же, пока дожидаемся остальных, Грания, поведай мне, что происходит между тобой и королем Нильсом? До нас дошли вести о ваших разногласиях.

– Ох, так и знала, что вы об этом спросите! – фыркнула, словно старая кошка, королева и повертела головой в разные стороны: ее лицо вдруг стало недовольным, а у рта появилось еще больше морщин. – Но интересует вас явно не конфликт между двумя королевствами, а причина – сумрачные вороны.

– Сумрачные вороны посмели рассорить два соседних королевства? – удивился громко король Бирюзовых островов, слегка подперев рукой голову: на его лице заиграл жгучий интерес. – Ходят слухи, что они стали вести еще более скромный образ жизни, чем прежде. Не конфликтуют, не разбойничают, не предают и не убивают. И все реже используют свое древнее мастерство – пик самосовершенствования. Хотя на турнире они привлекли к себе много внимания. Особенно тот молодой человек. Это мог быть младший сын Каллана Унукалхай?

– Люди королевства Веафвер охотились на моих землях без моего согласия, – звучный голос с легкой хрипотцой королевы развеял туманные воспоминания о воронах. – Бофрариа славится разнообразием животных, и они подлежат строгому подсчету. Но люди Веафвер тайно охотились на моих землях и погубили за месяц около ста редких животных и рыб. Небесные Боги благословили мои земли, но о людях позабыли – армия мала и слаба. Мне пришлось обратиться к вождю сумрачных воронов. Младший сын Каллана принял мою просьбу о помощи.

– У тебя хватило смелости обратится к ним за помощью? – вновь удивился король Суалоцин. – И Великий Совет одобрил? Или ты… не спрашивала позволения?

– Можешь ругать меня, сколько душе твой будет угодно, Рейнард. – Закатила глаза королева и вновь недовольно фыркнула. – Прошу прощения, но, если бы я дожидалась гвардейцев из Суири, веафверы погубили бы еще больше животных. Шатры сумрачных воронов оказались совсем рядом, вот я и обратилась к ним. Прошу еще раз прощения за мою нетерпеливость, Правитель. – Грания сложила руки у большой груди и увела взгляд на валуны, словно извиняться для нее являлось укором гордости.

– Тогда почему же произошел конфликт между тобой и Нильсом? – задумчиво поинтересовался Суалоцин, пытаясь уловить хоть одну ниточку в разговоре шумной и старой королевы. – Веафверы нарушили границы, погубили животных, и за это ты прогнала прочь их с земель, прибегнув за помощью к кочевникам.

– Верно, но король Нильс ответил мне в письме, что я сговорилась с воронами и взяла в плен его воинов! – Расшумелась королева, уже жестикулируя. – Видите ли, не могли они охотиться без его разрешения на моих землях.