Где-то всегда светит солнце

Глава 20

Следующим утром мы встретились с Полом за завтраком. Дэвид еще спал: после ужина у мэра он ездил еще куда-то и вернулся только под утро. Я проснулась от шума его машины, когда уже начинало светать.

– Как ты? – спросил Пол, с беспокойством посмотрев на меня.

– Нормально, – ответила я, накладывая себе овощей.

– Тебе не надо больше ездить одной в мастерскую, – сказал он.

– Пол! – Я возмущенно подняла на него глаза. – Мне надо закончить картину! Ты же был согласен!

– Это было до того, как он организовал ужин у мэра, чтобы с тобой встретиться, – спокойно произнес Пол.

– При чем здесь это? Я же говорила: я хочу закончить картину не для него.

– Твой юрист сказал, что Стивен подписал с ним контракт.

Я вздохнула. Полу надо было стать детективом.

– Он не спрашивал моего разрешения.

– То есть ты об этом уже знала?

– Он сказал мне позавчера.

– Ричард устроил вам встречу вчера, не так ли?

Пол отложил приборы и скрестил руки на груди, устремив на меня проницательный взгляд. Разговаривать с ним было все равно что проходить проверку на детекторе лжи.

Я отвела глаза, это и послужило для него ответом.

– Я мог сразу догадаться…

Он раздраженно потер ладонью подбородок.

– У Ричарда всегда была слабость к романтическим историям.

– Пол, это ничего не изменило! – воскликнула я.

– Что он сказал тебе? – спокойно спросил Пол.

Я раздраженно поджала губы. Это было слишком личным, чтобы с кем-то делиться. Да и глупо было думать, что Пол поверит его словам.

– Кристина, скажи мне. Я должен понимать, чего еще от него ожидать.

– Он сказал, что женился по желанию отца и давно не живет с женой.

– Он может сказать тебе что угодно!

Его реакция была такой, как я и предполагала.

– Он сказал правду! – с обидой выпалила я.

Пол усмехнулся:

– Я поражаюсь, сколько в тебе наивности.

– Ты его совсем не знаешь! – с обидой крикнула я.

– Ты тоже! – Он повысил голос вслед за мной.

Я никогда не умела вести аргументированный спор и просто встала, собираясь уйти.

– Подожди! – взял меня за руку Пол. – Милая, ты же знаешь, я беспокоюсь за тебя.

– Знаю…

Я готова была расплакаться.

– Он не хочет тебя отпускать, а ты собираешься ехать одна в мастерскую.

Я подняла на него глаза:

– Пол, ты думаешь, я сразу прыгну ему на шею, если увижу? Он женат, и между нами ничего не может быть.

– Я рад, что ты это понимаешь, – облегченно сказал он. – Но вчера…

– Я не сказала ему ни слова!

– …все было написано на твоем лице.

– Я должна закончить эту историю, Пол.

Он вздохнул и прижал меня к себе.

– Бедная моя девочка, – тихо произнес он. – Я бы так хотел помочь тебе.

Я с мольбой взглянула на него:

– Тогда, пожалуйста, поговори с Дэвидом. Он хочет, чтобы между нами были отношения, а я нет. Я люблю его как брата.

Казалось, мои слова совсем не удивили его.

– Милая, – он посадил меня на диван и сам сел рядом, – просто твои мысли сейчас заняты другим. Мне кажется, между тобой и Дэвидом все правда может получиться. Я вижу, он влюблен в тебя и он меняется ради тебя…

– Пол, но я…

– Кристина, ты слишком накрутила себя. Просто общайтесь как обычно, и дальше увидим, куда это приведет, – с улыбкой сказал он.

Я больше не могла вымолвить ни слова, меня словно поразил гром. Я не понимала, как он может говорить такое, как он может не понимать, что для меня это невыносимо.

* * *

Я была рада уехать из дома и оказаться в одиночестве. Кружащиеся в танце фигуры на холсте напомнили мне о тепле, которое наполняло меня изнутри, когда я только придумала эту картину. Несмотря ни на что, мне хотелось помнить те эмоции и тот день в пещере.

Привычным движением руки я взялась за инструмент и боковым зрением заметила записку, упавшую на пол. Это был его, красивый и ровный, почерк.

«Теперь я точно уверен, что ты любишь меня», – прочитала я и услышала шаги.

Вскинув голову, я встретилась с ним взглядом.

– Привет, – просто сказал он.

– Ты не можешь сюда приходить, – хрипло произнесла я.

– Почему? – спросил он, задорно сверкнув глазами.

– Как «почему»? Мы не можем продолжать встречаться. Ты женат! – воскликнула я.

– Кристина, я же все объяснил… – с грустью начал он.

Я покачала головой:

– Нет, это неправильно. Как ты попал сюда?

– Ты забыла, что я люблю тебя удивлять? – улыбнулся он.

– Если тебя кто-нибудь увидит, я не смогу больше приезжать сюда!

От этой мысли у меня на глаза навернулись слезы.

– Уедем вместе, прямо сейчас! – возбужденно сказал он, притягивая меня к себе. – Тебе не надо к ним возвращаться!

– Нет! – Я отстранилась от него и сделала шаг назад.

– Я люблю тебя, Кристина! – с жаром воскликнул он. – Когда думаю, что ты с другим, я готов умереть! Прошу, уедем туда, где нас никто не найдет!

Он опять попытался обнять меня, но я не дала.

– Амир, я не хочу ни от кого скрываться. Не хочу никому причинять боль!

– Все смирятся, поверь!

– Нет, я не могу!

– Я приду завтра… и послезавтра, пока ты не скажешь: «Да», – произнес он, легонько дотронувшись кончиками пальцев до моей щеки, и, больше не говоря ни слова, ушел в подсобку.

Через пару минут я зашла следом, но его уже не было – он вылез через окно.

Мой разум говорил об одном, а чувства – о другом. Я знала, что не могу быть с ним. Я повторяла это постоянно, но не могла заставить себя перестать его любить. На моей щеке еще осталось тепло от его прикосновения. Я приложила ладонь к этому месту и поняла, что никому не скажу о его приходе, потому что больше всего на свете мне хотелось увидеть его еще раз.

* * *

Сама судьба словно благоволила моему желанию. В тот вечер никого не было дома – никаких приставаний Дэвида, никаких расспросов Пола, никто ни о чем не мог догадаться. Ночью во сне я летала в буквальном смысле как птица, то поднимаясь, то опускаясь, упиваясь обтекаемостью моего тела. Мне было абсолютно не страшно, я не боялась высоты, я наслаждалась ею. Подо мной было море, очень тихое и спокойное, волны лишь поблескивали на солнце мелкими штришками. Вдалеке виднелись скалы, возвышающиеся над водой, – Синий утес, место, где мы гуляли с Амиром. Я знала: он ждет меня там. Легко развернувшись, лишь сменив наклон тела, я направилась туда, к нему, но тело перестало меня слушаться. Я больше не управляла полетом. С невообразимой скоростью я стала приближаться к камням. Столкновение было неминуемым, оставалось лишь мгновение, я уже видела трещины в камне на расстоянии вытянутой руки…

Я проснулась, часто дыша и чувствуя себя опустошенной и разбитой. Я доверяла интуиции, когда могла ее расслышать сквозь разум и советы других, которые мне частенько давали самые разные люди, особенно близкие. И сейчас я чувствовала: этот сон – плохое предзнаменование. Мне не стоит больше встречаться с Амиром. Но наши мысли иногда имеют так мало веса, когда говорят эмоции. Когда я представила, что больше никогда его не увижу, меня охватило отчаяние, сердце забилось быстрее, а тело бросило в жар. Я безвольно сдалась своему желанию, дав себе обещание, что это будет последний раз.

Глава 21

Я встала позже, чтобы со всеми разминуться, особенно с Полом. Я боялась, что он обо всем догадается, только взглянув на меня. Но то, чего мы сильнее боимся, скорее с нами происходит. Несмотря на привычки, закрепленные годами, Пол остался дома дольше обычного на целый час. Он сидел в кресле и работал за ноутбуком, умышленно дожидаясь меня.

– Милая, доброе утро! Ты не заболела? – обеспокоенно спросил он. – Выглядишь немного уставшей.

– Все хорошо, просто плохо спала.

Я старалась выглядеть спокойной, но внутри паниковала.

– Может, тебе сходить к врачу? Он выпишет тебе снотворное, – предложил он.

– Нет, скоро все пройдет.

Пол недовольно глянул на меня, но не стал спорить и пододвинул мне тарелку.

– Сегодня у нас яблочный пирог. Как у тебя продвигаются дела с картиной?

– Надеюсь закончить ее сегодня. Вчера получилось многое сделать.

Я хотела взять чашку, но пальцы так дрожали, что я не смогла ухватить ручку.

– Отлично! Давай завтракай, и вместе поедем. У меня встреча неподалеку, решил как раз взглянуть на твою картину. Дэвид сказал, она не похожа на все твои остальные работы.

У меня перехватило дыхание. Я с ужасом уставилась в свою тарелку, судорожно соображая, что делать.

– Кристина, все в порядке? – Пол дотронулся до моей руки. – Может, тебе остаться дома? Мне не нравится твое состояние.

– Нет, все в порядке!

Во мне проснулось самообладание. Неужели желание увидеть его было настолько сильным?

– На тебя столько всего свалилось за последнее время, – озабоченно добавил Пол.

– Правда, все нормально! – улыбнулась я. – Не переживай, я просто задумалась о картине. Знаешь, Стив попросил сделать серию. Думаю, это хорошая идея…

– Нет уж, обещай, что закончишь эту картину и отдохнешь. Мы же собирались слетать на остров.

Я была так возбуждена, что готова была пообещать что угодно, хоть прыгнуть с парашютом.

– Да, ты прав, так и сделаем!

Пол остался доволен. Всю дорогу до мастерской мы беззаботно болтали, обсуждая будущий отпуск, театр и спектакли, куда еще стоит сводить Дэвида. Я удивлялась сама себе: я если не обманывала самого близкого человека, то бессовестно скрывала от него правду. И ради чего? Ради того, чтобы еще раз увидеть человека, с которым я не могла и не должна была быть вместе.

Я нарочно долго возилась с замком в мастерской и громко разговаривала, чтобы дать Амиру возможность спрятаться, ведь я была уверена – он там.

Пол, ни о чем не подозревая, подошел к картине и долго ее рассматривал.

– Да-а, ты права, ее стоит закончить, – наконец сказал он с улыбкой.

– Я рада, что тебе нравится!

Я считала секунды, когда он уйдет.

– Дэвид забронировал вам какой-то ресторан на сегодня, – сказал он, бросая на меня свой фирменный взгляд.

– Да? Он не говорил…

Внутри все сжалось.

– О, жаль, видимо, я испортил его сюрприз…

– Ты мог бы пойти с нами. Я бы была очень рада! – с надеждой попросила я.

– Нет, милая, вам лучше будет вдвоем.

Мои надежды, что он образумит Дэвида, таяли, как лед на южном солнце.

– Он настоятельно просил, чтобы я больше времени давал вам проводить наедине…

А чего я ожидала? Дэвид все-таки был его сыном. Конечно, он занял его сторону, да и, наверное, действительно верил, что делает доброе дело.

– Ну что ты? – заметил он мое расстройство и погладил по щеке. – Вы всегда с ним чудесно ладили. Почему бы просто не перейти на другой уровень, еще больше сблизиться?

– Да… – безнадежно кивнула я.

– Вот и отлично! – Пол предпочел не замечать моих сомнений и глянул на часы. – Мне уже пора, встреча через пять минут… Увидимся вечером или завтра утром, как у вас пойдет! – весело ухмыльнулся он своим мыслям.

– Хорошего дня! – попрощалась я и, не успев закрыть за ним дверь, услышала голос Амира:

– Я тебя больше к ним не отпущу!

– Ты с ума сошел? А если Пол услышит?

Я бросилась к двери, но Пола, к счастью, уже не было видно.

– Мне все равно! – Он взял мои руки в свои. – Я не могу смотреть, ка́к они оба ведут себя с тобой! Прошу, уедем со мной!

– Амир…

Я посмотрела в его темные глаза и сказала то, что должна была:

– Это наша последняя встреча…

Голос дрогнул, но я быстро собралась с силами и договорила:

– Картина почти закончена, нас больше ничего не будет связывать.

– Ты этого не хочешь, – твердо произнес он.

– Хочу!

Я опустила взгляд на свои руки. От волнения они покрылись красными пятнами.

– Посмотри на меня, Кристина, – сказал он, дотрагиваясь до моего лица.

– Нет!

Я знала, что если сейчас подниму голову, то лишусь всяких сил сопротивляться ему.

– Уходи теперь! – выкрикнула я и отвернулась.

Через мгновение он обнял меня сзади.

– Скажи мне, смотря в глаза, что не любишь меня и хочешь, чтобы я ушел, – прошептал он, наклоняясь к моему лицу.

Я ощущала его дыхание совсем рядом.

– Иначе мы будем стоять так до вечера, – произнес он.

Даже не видя, я знала, что на его лице заиграла улыбка. Это разозлило меня: он, как и все, пользовался моей слабостью.

– Хватит со мной играть! – закричала я, разворачиваясь к нему. – Ты должен уйти! Сейчас же!

Я толкнула его в грудь, но он перехватил мои руки и притянул к себе. Еще мгновение, и наши губы соединились. Я потеряла разум. Желание полностью подчинило меня. Я обхватила его шею руками и прижалась к нему всем телом, страстно отвечая на его поцелуй. Казалось, я умру, если отпущу его.

Я не видела ничего и никого вокруг, поэтому не могу сказать, когда пришел Дэвид, но видел он достаточно.

– Вот зачем ты ездила сюда! – прошипел он, отталкивая Амира. В его руках были цветы, и он с размаху бросил их на пол. – Оставь ее в покое, ублюдок!

Дэвид с размаху ударил его в лицо. Амир медленно потрогал свою щеку, словно приходя в себя, потом так же неожиданно бросился на Дэвида:

– Не смей мне указывать, что делать!

Он с силой толкнул Дэвида. Тот глухо ударился об стену и упал на холсты, поставленные в углу.

– Остановитесь! – закричала я. – Хватит!

Меня никто не слышал. Дэвид рассек себе лоб о край рамы. Увидев на своей ладони кровь, он еще больше разъярился и с диким воплем кинулся на Амира. Они были словно два диких зверя, борющихся за добычу. Ярость, как и желание, отключает все другие чувства. Они бешено били друг друга, не обращая внимания на мои попытки разнять их.

Отчаявшись докричаться до них, я вспомнила о водителе и побежала звать его на помощь. Он, откинувшись на сиденье, смотрел видео, глупо улыбаясь и явно не ожидая, что подработка, на которую он так охотно согласился, обернется проблемами. Увидев мое раскрасневшееся лицо, он так испугался, что подкинул телефон, уронил его под сиденье и застрял там рукой, пока пытался достать. В общем, охранник из него вышел так себе.

Когда мы забежали обратно в мастерскую, Дэвид как раз запустил стулом в голову Амира. Слава богу, он увернулся.

– Прекратите! – взмолилась я, подбегая к ним.

Амир отвлекся на меня и тут же получил удар в ребра.

– Господи, Дэвид! – ухватила я его за руку и едва не получила банкой краски по голове. – Хватит!

Со лба Дэвида капала кровь. Его глаза были красными от злости, а зубы стиснуты в жутком оскале.

– Отойди с дороги! – процедил он.

– Нет! – твердо ответила я. – Вам надо прекратить!

– Мистер Уильямс… какие будут указания? – нерешительно спросил водитель, топтавшийся на пороге. Более неудачной кандидатуры на его место найти было нельзя.

– Ты болван! Куда ты смотрел? Как он вошел сюда? – заорал на него Дэвид.

– Он не виноват, он не видел! – заступилась я за бедолагу, который от страха побелел и вот-вот собирался упасть в обморок.

– Ты вообще не лезь! Как ты могла? – с презрением поднял он на меня глаза.

– Не говори с ней так! – зарычал Амир за моей спиной.

– А то что? – Дэвид дерзко дернулся в его сторону. – Забудь о ней! Больше ты ее не увидишь!

– Это ты забудь! Она любит меня! – возбужденно проговорил Амир, делая шаг ему навстречу.

– Прошу вас, перестаньте! – взмолилась я, вставая между ними. – Так мы ничего не решим!

– Что тут решать? – Дэвид с силой дернул меня за руку по направлению к двери. – Ты едешь домой!

– Нет! Мне надо закончить картину! – отчаянно воскликнула я, пытаясь освободить свою руку.

– Думаю, ты уже достаточно потрудилась сегодня. Отведи ее в машину! – крикнул он водителю, который так разнервничался, что уже был похож на привидение.

– Она сама вправе решать, что делать, – сказал Амир, преграждая нам путь.

– Убирайся отсюда.

Голос Дэвида стал пугающим.

– Я тебя с ней наедине не оставлю, – отрезал Амир.

Дэвид рассмеялся. Мое терпение лопнуло:

– Все! Хватит! Оставьте меня одну! Это моя мастерская! Уходите оба!

– Эта картина ему не достанется! – раздраженно воскликнул Дэвид и бросился к холсту.

Я побежала следом:

– Дэвид, не надо! Картина здесь ни при чем!

Я попробовала остановить его, но он не церемонясь оттолкнул меня, ища что-то острое среди моих инструментов.

– Я никогда тебе этого не прощу! – закричала я отчаянно. – В этой картине вся моя душа!

Он замер, не оборачиваясь.

– Пожалуйста, дай мне закончить ее, – прошептала я, кладя руку на его плечо. – А потом я сделаю как вы скажете.

Мне было сложно давать такое обещание, но иначе я бы не спасла картину.

– Кристина, ты не обязана его слушать. Я смогу защитить тебя, – сказал Амир, с болью наблюдая за нами.

– Мне не нужна твоя защита, Амир, – твердо сказала я. – Дэвид и Пол – моя семья, а у тебя есть своя.

Я закончила фразу, но не нашла в себе сил взглянуть на него еще раз. Я слышала, как закрылась дверь, – они оба вышли, обмениваясь ругательствами. Я даже как будто слышала мысли обоих, но – где-то далеко. Все внимание я сосредоточила на картине. У меня почти не оставалось времени: я знала, скоро появится Пол и мне придется уйти.

Я выбивала волны, изгибающиеся на заднем фоне, и видела скалы из своего сна. Столкновение все-таки случилось.

Глава 22

Пол приехал через час, зашел и молча остановился в дверях. На его лице было разочарование. Я взглянула на него и отложила инструменты, закончив работу над картиной – одна линия волн так и осталась нечеткой.

– То, что говорит Дэвид, правда? – спросил он на удивление сдержанно.

Я кивнула. Он тяжело вздохнул:

– То есть он был здесь, когда я заходил утром?

Я опять кивнула.

– И ты знала?

Казалось, он не хочет в это верить.

– Да, он приходил и вчера.

Не знаю, зачем я ему это сказала. Наверное, хотела еще больше упасть в его глазах.

– Ты просто потеряла голову! – закричал он. – Я не узнаю тебя! Ты осознаешь последствия?! Хочешь стать его любовницей?

Я опустила голову, готовясь покорно выслушать все, что он скажет, но он схватил меня за плечи и затряс:

– Кристина, ты понимаешь, что делаешь? У него есть жена! Вы не можете быть вместе! Я не дам этому случиться! Никогда!

Я заплакала. Мы никогда не общались в таком тоне. Он остановился:

– Прости, милая, прости, я сам уже схожу с ума…

– Поехали домой, – попросила я.

* * *

Остаток дня я провела в лихорадочном состоянии, мечась по спальне как раненый зверь. Угрызения совести мучили меня, разъедая едкими щупальцами все внутри. Мне было стыдно, что я поддалась чувствам, забыв обо всех. Я представляла Ямину на месте Дэвида и готова была провалиться сквозь землю. Я до крови впивалась ногтями в тело, чтобы хоть как-то заглушить запоздавшее раскаяние, скручивающее мои внутренности в узел для того, чтобы потом так же противно и медленно растянуть их обратно, высосав из меня все силы.

Пол с Дэвидом вернулись поздно, пропустив ужин. Как, впрочем, и я, потому что не смогла заставить себя выйти из комнаты. Я услышала подъехавшую машину, а спустя несколько минут – их тихую перебранку. Вот они поднимаются по лестнице, и через секунду Дэвид появляется в моих дверях, фокусируя на мне пьяный взгляд.

– О, наша милая Кристиночка! Как ты поживаешь?

Он сделал нетвердый шаг в мою сторону.

Пол вошел следом за ним:

– Дэвид, тебе надо лечь в постель!

Он попытался взять его за локоть, но тот нервно одернул руку и с обидой взглянул на меня:

– Что ты в нем нашла? А?

– Дэв, прости, – пролепетала я.

– «Прости», – хмыкнул он. – Мне интересно, что было бы, если бы я не пришел. Ты бы отдалась ему прямо там, на цементном полу?

Я ошарашенно замолчала. Пол дернул его:

– Дэвид, прекрати!

Но его было не остановить:

– А он говорил тебе, как будет потом? Вы будете заниматься сексом втроем или он будет ходить к вам по очереди?

В его глазах стояли слезы, но он все выкрикивал и выкрикивал эти мерзкие слова, пока Пол не вытолкнул его за дверь.

– Милая, прости его, он очень пьян.

Я опустила глаза, чувствуя, как рыдания сдавливают горло. И стоило мне только открыть рот, как громкий всхлип вырвался из меня и слезы градом потекли по щекам.

Пол прижал меня к себе:

– Ну что ты, моя хорошая, не переживай так. Дэвид говорил все это из обиды.

– Я очень виновата перед ним. Мне не надо было туда ехать сегодня.

Пол вздохнул:

– Да, не надо было.

– Мне следовало сразу все тебе рассказать.

– Что он хотел? – спросил Пол.

– Просил уехать с ним.

– А ты? – настороженно уточнил он.

– Сказала, что это невозможно. Я бы никогда на это не пошла! – воскликнула я.

– Ты понимаешь, что, придя сегодня опять к нему, ты дала ему повод думать, что это не так?

– Я сразу ему сказала, что это наша последняя встреча, – начала оправдываться я.

– Ты говоришь одно, а действиями показываешь другое, – холодно произнес он.

Мне нечего было возразить.

– Тебе не стоит больше туда ездить, – добавил он.

– Да, я знаю, – согласилась я.

– Лучше вообще сейчас никуда не ездить…

Я посмотрела на него. Он был абсолютно серьезен.

– Кристина, я не допущу, чтобы он увез тебя. И если для этого надо запереть тебя в этой спальне, я сделаю это!

– Хорошо, да, ты прав, я побуду дома… – согласилась я.

– Отлично, что мы сошлись во мнении, – улыбнулся он и поцеловал меня в лоб. – А теперь ложись, у тебя был тяжелый день.

Перспектива сидеть взаперти меня пугала. Поверить, что Амир уедет из города через неделю или две, было невозможно. И сколько тогда мне придется быть затворницей? Месяц-два или, может, год? А может, и не один? Но что мне было делать?

* * *

Следующим утром, когда я проснулась, дома уже никого не было. На этот раз они оба уехали раньше, чтобы не пересекаться со мной. Я чувствовала себя отвратительно, но знала, что заслужила это.

Я спустилась в сад и бездумно бродила, сделав несколько десятков кругов. Потом взяла книгу и какое-то время бегала глазами по строчкам, но скоро закрыла и ее. Моя душа не находила себе места. В моей всегда спокойной и размеренной жизни вдруг все так резко изменилось, и я не знала, как вернуть все обратно. Смирится ли когда-нибудь Амир? Забудет ли свои обещания и меня? Как будет вести себя Дэвид после вчерашнего? И как мне вести себя с ним? Все эти вопросы не давали мне покоя.

– Кристина, дорогая, где ты? – раздался голос Матильды где-то из-за деревьев.

– Да, Матильда, что такое? – Я вышла к ней навстречу, наскоро вытерев слезы.

– Дэвид не может до тебя дозвониться. Просил передать, чтобы ты нарядно оделась к ужину.

Я вопросительно взглянула на нее. Просьба была крайне странной.

– Не спрашивай, я сама ничего не знаю, – отмахнулась она. – Он еще и меню мне прислал такое, будто у нас прием короля намечается. Ладно, дорогуша, я побежала, у меня времени в обрез! – быстро проговорила она и мелкими шажками засеменила обратно.

* * *

К ужину я оделась в голубое платье достаточно простого кроя. Ужин все-таки был домашним, и вечерний наряд казался мне неподходящим. Но Дэвид, сам приехавший домой в новом черном смокинге и рубашке с запонками, отправил меня переодеваться:

– Крис, я же попросил одеться в вечернее платье. Надень то, что я подарил.

Совсем ничего не понимая, но чувствуя за собой вину, я молча выполнила его просьбу. Потом все вместе мы спустились недалеко от дома на полянку, украшенную белыми цветами и широкими лентами; под ветвями старого дуба устроились музыканты. Я взглянула на Пола, но он выглядел не менее озадаченным, чем я, и изумленно вертел головой.

– Дэвид, если это твоя очередная шутка… – начал он.

– Нет-нет! – поспешил успокоить тот. – Если все готовы, то я начну…

Он прочистил горло и поднял на меня глаза:

– Прежде всего, я хочу попросить прощения за свое поведение…

Он протянул мне небольшой букет пионов.

– …Это было недостойно и низко с моей стороны.

– Не стоит, Дэв. Я понимаю, ты был очень зол, – пробормотала я.

– Кристина, скажи, что прощаешь меня, – попросил он нетерпеливо.

– Конечно. Я не могу сердиться на тебя из-за этого, – ответила я.

Мне стало не по себе. Дэвид никогда так быстро не прощал обиды, а уж тем более не шел первым извиняться.

Он засиял и кивнул музыкантам. Они начали играть медленную мелодию. Я еще больше занервничала и посмотрела на Пола – тот наблюдал за нами с улыбкой.

Дэвид взял мои руки и продолжил:

– Кристина, папа, вы знаете, я был не самым примерным сыном и не самым лучшим другом, но недавно я осознал, что пора меняться. Кристина, я люблю тебя…