Бросаешь мне вызов, Тихоня?

Глава 1

Раяна

Тонкий бомбер, который был великоват мне на два размера, совсем не грел. Поежившись от холодного ветра, пробирающего до костей, упрямо шла вперед, согнувшись под зонтом, будто это могло согреть. Если верить карте, которую я открыла в телефоне, осталось совсем немного. Отмахнувшись от тревоги, которая не покидала последние несколько дней, напомнила себе, что мне нужны эти деньги. Даже не так. Мне они очень нужны.

Остановившись на углу, проверила, правильно ли я иду.

Повернуть направо… и… через двести метров должен быть тот самый клуб. Надо поспешить, Настя просила не опаздывать, могут не впустить. А вот и она звонит. Как только отключила экран, телефон почти сразу снова засветился в руке, издавая тихую классическую музыку.

Не опаздываю, но ноги отказываются идти в тот клуб, Настя уверяет, что все будет хорошо, но те жуткие сцены, которые она так красочно описывала, будто сама была им свидетельницей, оставили неизгладимый след на моей почти девственно-кристальной детской психике. Шутка, конечно. Я знала, каким злым бывает этот мир. Если тебя некому защитить, жалеть никто не станет. Вот поэтому тревога никак не отпускает. Мало успокаивает факт, что работать мы будем в зале. Я ведь все равно буду знать, что на нижнем ярусе, возможно, кого-то убивают. Закрытые бойцовские клубы пропитаны насилием и жестокостью.

Поежившись, приняла вызов, зная, что начнет отчитывать. Терпеть этого не могу. Ну, она вроде как за меня поручилась и предупреждала несколько раз, чтобы я не опаздывала.

— Я уже подхожу, — заявляю сразу, чтобы не дать ей меня отчитать. Да и зарядка на телефоне на последнем издыхании, сядет в любой момент.

— Яна, я ведь просила! Жду две минуты и захожу без тебя, — никогда не смолчит. — Видимо, тебе не нужны деньги… — сбрасываю вызов и ускоряюсь. Настя будто получает удовольствие, возвышая себя надо мной. Зонт от порывов ветра тянет назад, он только тормозит движение. Нажав кнопку, складываю его, не обращая внимания на капли дождя, падающие на лицо и за шиворот, ускоряю шаг.

— Извини, — пытаясь отдышаться, последние сто метров я почти бежала. Настя вредная, могла и не дождаться. Вздернув нос, она фыркнула и поспешила к двери.

— Замерзла тут из-за тебя, — буркнула она, нажимая звонок.

В отличие от меня, одета сестра была в теплую куртку и шапку. На ногах ботинки, а не кеды, как у меня. На ней чуть ли не зимний комплект одежды, а на улице всего лишь конец сентября.

Два здоровых амбала под два метра в высоту и практически столько же в ширину открывают перед нами тяжелую металлическую дверь. Тихо сглатываю. То ли хмурятся, то ли они всегда такие «доброжелательные и приветливые». Настя сует им под нос пропуска. Посмотрев, они открывают дверь шире. Дружным кивком головы приглашают пройти внутрь.

— Вам прямо, потом налево, — произносит один из парней, указывая направление. — Администратор вас встретит и все объяснит.

— Я здесь уже была, — выдает им Настя и ускоряется. Замечаю, как на ее грубый выпад охранник зло оскалился, порой моя сестра бывает непозволительно груба.

Администратор – молодая женщина в строгом брючном костюме и туфлях на невысоком каблуке – встречает нас строгим взглядом. Она не классическая красавица, скорее ухоженная женщина, дорогая. Именно это слово приходит на ум, когда смотришь на нее. Легкий макияж подчеркивает приятные черты лица, волосы собраны в высокий хвост, золотые украшения дополняют образ.

— Надевайте, быстрее, — после того, как Настя здоровается, Лена – администратор – протягивает вешалки с формой. Я не забыла поздороваться, просто Лена не ответила Насте на приветствие, я посчитала, что говорить необязательно, лучше осмотрюсь.

С той поры, как только мы вошли в это здание, беспокойство не покидает. Впечатлила меня дверь на входе, ее с трудом двигали здоровые охранники. А если нас отсюда не выпустят?

— Пошевеливайтесь, — командует Лена. Замечаю, что остальные официанты уже переоделись, тут не только девушки, среди официантов несколько парней. При них, что ли, переодеваться? Настя, не смущаясь, скидывает с себя верхнюю одежду, я замечаю, что парни косятся украдкой, хоть и делают вид, что занимаются своими делами. — А ты что стоишь? — дергает меня за плечо администратор.

— Я…

— Поднимайтесь наверх, начинайте раскладывать еду на столы, — командует она, не выслушав ответ. Не очень и хотелось, но пренебрежение задевает. Мы остаемся с Настей одни, я спешу переодеться, пока кто-нибудь не вернулся.

На мне одежды меньше, поэтому переодеваюсь быстро. Натянула юбку, сняла платье, надела рубашку. Юбка мне кажется коротковатой, она на ладонь выше колена, но оттянуть вниз не получается, на бедрах и талии сидит как влитая. Фартук немного исправляет положение. Из рюкзака вытаскиваю черные балетки.

Настя возится долго, макияж поправляет, глаза чуть ярче подводит, губы. Прическу делает. Пучок и пучок, а она челку укладывает, концы подкручивает, брызгает лаком.

— Настя, ты же спешила, — не хочется, чтобы Лена нам при всех сделала замечание.

— Там знаешь какие мужики… — мечтательно вздыхая, произносит сестра. — Обратит на тебя внимание такой – и можно несколько лет шикарно жить за его счет. Думаешь, я на такие мероприятия таскаюсь за зарплату? — хмыкает она. — Тут каждый ищет себе спонсора… — отворачивается от карманного зеркальца, которое держала перед лицом, и снисходительно смотрит на меня. — Ну, кроме тебя… — усмехаясь. — Идем, — спрятав весь свой скарб в сумку, берет меня за руку и тащит за собой.

— Парни тоже? — зачем мне это знать? Прихожу к выводу, что незачем, просто болтовня помогает снизить градус напряжения.

— А они чем хуже? Думаешь, не хотят красивой жизни? Просто у них шансы... практически равны нулю. Дамочки, что любят посещать такие мероприятия, готовы платить бойцам за ночь с ними, а не официантам. Престарелых богатеек возбуждает грубый секс, — понижает Настя голос. — Они сюда за эмоциями приходят. Смотрят на кровь, пот, накачанные тела, на боль – это их возбуждает, — со знанием дела говорит она, будто брала у них интервью. — Мальчики-официанты – скорее для мужиков, которые любят мальчиков, — обрывает резко речь, натыкаясь на взгляд Лены.

Включаюсь в работу, краем уха слушаю жуткие истории, которыми охотно делятся девчонки, когда остаются без надзора. Напоминаю себе, что за несколько часов работы я получу пять тысяч. Подумаешь, подносить бокалы с напитками и убирать пустую посуду со столов.

В зале играет музыка, появляются первые гости. Получаем последние инструкции от Лены. Она знает, что у меня есть опыт работы официанткой. Во время летник каникул приходилось подрабатывать. В этом году получилось устроиться в приличный ресторан, а не в забегаловку, поэтому проблем с обслуживанием быть не должно.

Столы не ломятся от обилия еды, все достаточно лаконично, но дорого. Как поясняют девушки, с которыми я уже успела познакомиться, сюда не приходят поесть, все это «аперитив» перед главным блюдом под названием «кровавое зрелище».

А я бы поела…

Мой желудок требует еды, сегодня не получилось ни пообедать, ни поужинать. На завтрак только перехватила два стакана кофе и пирожок.

Фуршет длится больше часа. Мы разносим напитки, кружась среди многочисленных гостей. Есть мнение, что официанты – безликие тени, на них редко кто обращает внимание, но это не так. Я стараюсь не смотреть людям в глаза, чтобы оставаться тенью, но без мужского внимания все равно не остаюсь: недвусмысленные улыбочки, комплименты, сказанные тихо, чтобы никто и не понял, что мне его сделали.

Рассматриваю украдкой гостей: наряды, украшения, макияж, прически. Кажется, что у этих людей нет проблем. Но это не так, они есть у всех. Слушаю, о чем они говорят: бизнес, экономика, предстоящий бой, ставки…

На разносе остается два бокала. Притормаживаю за спинами дам, вслушиваясь в их негромкий разговор.

— …я вся теку, когда Демон на ринге, — именно эта фраза, произнесенная с придыханием и стоном, заставила мои ноги на несколько секунд врасти в пол. Где-то я уже слышала это прозвище, пыталась вспомнить, но кроме морозца по коже моя память ничего не подкидывала.

— Ты не одна, Дина, — смеется другая. — Трусы мокрые у всех дам в зале. Этот парень о-о-очень горяч, — закрывает глаза и закусывает нижнюю губу. Мне хочется тупо захихикать, так комично выглядит ее лицо. — Жаль, не продается, — резко выходя из образа. Рука с разносом дрогнула, переход был неожиданным.

— Я бы этого мальчика баловала-а-а… — с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. Теткам явно под пятьдесят, может, полтинник с плюсом, а они о мальчиках.

— Что застыла? — рявкнула третья так, что я чуть не выронила разнос. Наверное, заметила осуждение на моем лице, которое ну очень сложно было скрыть. Плохая из меня «тень».

— Шампанского? — спокойно, с уважением в голосе.

— Не нужно, — поставив мне на разнос полупустой бокал.

— Я слышала, он трахается, словно зверь. У него почти не падает… — последнее, что до меня долетело, когда я отходила от этих дамочек. Все-таки я закатила глаза…

Глава 2

Раяна

В неудачный момент я вернулась из кухни, пришлось стоять с пустым, опущенным вниз подносом, словно часовой у раздвижных дверей, пропуская гостей. Через полчаса немного подвыпившая публика стала расходиться. Скоро должен был начаться бой. Захватывающее кровавое зрелище, ради которого они оставили свои дела. Хотя не все пришли ради зрелищ, есть те — и их большинство, — кто надеется выиграть в сегодняшних ставках. Если верить Насте, основной заработок «Подземелья» — бои, на которые делаются неприлично крупные ставки. Опасный и грязный вид бизнеса. Платят здесь неплохо, но по возможности такие места стоит избегать.

Выстроившись у стенки, официанты ждали, когда зал покинут последние гости. Нужно было унести посуду и остатки закусок на кухню, помочь поварам и посудомойкам с уборкой. Чем быстрее закончим, тем скорее попадем домой. Мне можно было не спешить, в общежитие я все равно не попаду. Попроситься к Насте? Тетя Люда наверняка узнает от дочери о деньгах, которые нам должны заплатить, не выпустит из дома, пока не отберет в лучшем случае половину. Дешевле переждать на вокзале или встретить рассвет в каком-нибудь жилом дворе. Не впервой.

Возле меня остановился мужчина, которого я старалась избегать последние минут сорок, слишком говорящим взглядом он наградил меня при первом столкновении. Ему было за пятьдесят, с посеребренной шапкой волос, светлыми прозрачно-серыми глазами, немного крючковатым носом и узкими губами. Чем-то похож на известного актера. Осмотрелся, сделал еще несколько шагов в мою сторону. Подошел непозволительно близко. Пришлось отступить, неприятный холодок, пробежавшийся по позвоночнику, предупреждал об опасности. Заметив мой маневр, ухмыльнулся.

— Раяна… какое красивое имя, — имя только что прочитал на бейдже. — Сама ты тоже очень красивая, — от приторно-сладкого голоса хотелось поежиться. Настя предупреждала, чтобы я не демонстрировала свой характер, а так хотелось ответить. — Позвони, — засунул мне в нагрудный карман рубашки визитку. У меня моментально отвалилась челюсть. Он, видимо, мне одолжение сделал. Я не оценила.

— Ты знаешь, кто это? — подлетела ко мне Настя. — Что он хотел? — дергая меня за локоть.

— Сказал, чтобы в следующий раз я ела перед началом таких мероприятий, а то мой желудок слишком громко урчит, — пожала плечам. В подтверждение моих слов желудок громко откликнулся.

Мне не жалко отдать Насте его визитку. Звонить и общаться со стариками ради мимолетно красивой жизни я никогда не стану. Я рано потеряла отца, таких девочек обычно тянет к дядям постарше, но меня бог миловал.

— Точно больше ничего не говорил? — подозрительно покосилась на меня. Может, отдать ей визитку? Не отдам. Вляпается во что-нибудь, я останусь виноватой. Да и вряд ли этому мужчине понравится, что я раскидываюсь его контактами. — Иди на кухню и поешь, — буркнула Настя. После окончания банкета нам разрешают взять столько, сколько сможешь съесть. Все остальное забирают или выбрасывают повара.

Голодной оказалась не только я. Перекусывая, мы пили дорогое, разлитое в бокалы шампанское. В теле появилась приятная легкость и сонливость. Убрались мы достаточно быстро. На часах первый час ночи, парковка перед клубом полностью забита, а это значит, что на нулевом этаже продолжаются бои. Мне нужно думать, где переночевать.

Получив пять тысяч, одной из первых отправилась переодеваться. Спешила, не хотела светить бельем перед незнакомыми парнями. Во мне слишком много заморочек. Девочки в моем возрасте намного проще себя ведут. Сложив в рюкзак просохший зонт, закинула его на плечи. В раздевалку как раз пожаловали ребята. Сложив бомбер, перекинула через руку и вышла из раздевалки ждать Настю.

По коридору шла Лена. Пройдя мимо, резко остановилась и спросила:

— Форма где?

— Повесила на плечики и оставила на дверке шкафа, как вы и просили.

— Хорошо. Другие еще не переоделись? — заглядывая в телефон, который завибрировал у нее в руке.

— Переодеваются, — но она уже не слушала. Говорила по телефону.

— Хорошо, Антон, сейчас принесу. Закуски тоже? Хорошо, поняла, — цокая каблуками, она отходила все дальше. Закончив разговор, обернулась. — Как тебя?.. — придирчиво осматривая мои кеды. Платье на мне приличное, я в нем на учебу хожу, а кеды нужно постирать. Они тоже приличные, выглядят стильно, но я сегодня много ходила, они запылились, а потом я попала под дождь…

— Раяна…

— Точно, Раяна. Помоги мне спустить напитки и закуски вниз, — не просьба. Меня поставили перед фактом, можно было бы и отказать, на сегодня мой рабочий день закончился, но подумав, решила согласиться, вдруг еще раз возьмут на подработку.

— Да, конечно…

Глава 3

Раяна

Плетусь за Леной, запихивая бомбер в рюкзак, чтобы освободить руки. Повара быстро собирают поднос с закусками. Открыв бар своим ключом, администратор достает три бутылки элитного алкоголя.

- Ты неси закуски, - составив бутылки на поднос, а возьму напитки. – Разобьешь еще.

Настю не успела предупредить, что ухожу с Леной. Впрочем, если она опять будет краситься, я устану ее ждать.

Дверь нам открывает незнакомый охранник, как я поняла, вход служебный. Тишина остается позади. Морщусь от шума. Крики, свист, визг бьют по барабанным перепонкам. Нам нужно спуститься, расстояние приблизительно два лестничных пролета. Останавливаемся где-то посередине, я так понимаю, нам нужно пройти мимо клетки, в которой сейчас идет бой. Обезумившие от адреналина зрители подскакивали со своих мест, кричат, беснуются, охрана не может удержать их на месте. То ли бой важный, то ли проигрывают большие деньги. Застыв с подносом, пытаюсь разглядеть из-за чего весь этот «восторг».

- Демон! – скандируют в основном женщины. Опять это прозвище отзывается в голове. Более внимательно пытаюсь рассмотреть бойцов. Демон… Где же я о тебе слышала?.. Что-то такое неприятное… В этом я почему-то уверена.

- Рокки… - кричат в основном молодые мужчины. Те, что постарше хмурятся и недовольно наблюдают за боем.

Над клеткой висит большой экран. Именно на нем я наблюдая за боем. Мне кажется, я безошибочно определила, кто из них Демон. Он молодой, взгляд холодный и будто пустой. Нос был не один раз сломан, это можно понять по слегка искривленной переносице, но в целом нос ровный. Волевой подбородок, острые скулы, о которые можно порезаться. В глаза бросаются пухлые жесткие губы, которые он кривит в циничной злой усмешке.

Его не трогают удары, которые он будто специально пропускает. Скалится раззадоривая противника. Он ведет себя уверено, получая звериное удовольствие от самого процесса. Складывается ощущение, словно Демон вышел на прогулку. Уходит от удара, еще от одного. Противник выглядит уставшим, измотанным. Когда на лице Демона появляется абсолютное спокойствие, в мою душу заползает страх…

Удар! Если после такого его соперник выживет, то вместо мозгов у него гвозди. Еще один удар в падении, я зажмуриваюсь, не выдерживая жестокости.

Рефери ведет отсчет, Рокки не поднимается…

- Демон победил… - объявляет ведущий, а я думаю о том, что не ошиблась. Он действительно выглядит демонически.

Лена перекладывает поднос в другую руку. Мы все еще ждем, когда освободят проход. Администратор тихо бурчит, мне не слышно о чем, но понятны интонации. Рука затекла, я вслед за Леной перекладываю поднос.

Как только появляется проход, мы спускаемся. На нас никто не обращает внимания. Зрителей в зале остается немного. Кто-то уходит разочарованным, кто-то улыбается. Рокки помогли уйти. Если я не ошибаюсь, мы идем в том же направлении.

Обернувшись, замечаю, как дамочки суют Демону свои визитки, когда он идет по проходу. Он не посмотрел на не одну из них, смяв визитку, которая ему все-таки попала в руку, кинул раздраженно на пол. Проходим небольшой коридор, притормаживаем у двери с охраной.

Нас пропускают внутрь. Это кабинет. Большой и дорого обставленный. Я прячусь за Леной, есть в энергетики этого места, что-то нехорошее. За столом сидит мужчина лет тридцати пяти, Рокки лежит на диване, прикладывает к лицу лед. Еще один мужчина сидит в кресле, ноги закинуты на журнальный столик, он неотрывно что-то делает в компьютере, даже взгляд на нас не поднял.

- Что так долго? – грубый голос владельца этого царства резанул слух.

- Не пройти было. Извини, Антон, - нервничает она. Старается угодить, загладить вину, которой за ней нет. Куда делась другая Лена? Она забирает у меня поднос, расставляет перед этим Антоном тарелки, возвращает мне пустой. Я бы ушла, но Лена не торопится. Обхаживает хозяина, откуда-то несет стаканы…

Рокки убирает лед с лица. Один глаз заплыл, но это не мешает ему нагло меня разглядывать. Я красивая. И это приносит массу проблем в мою непростую жизнь. По возможности, я предпочитаю быть незаметной. Не всегда подучается.

Раяна

Плетусь за Леной, запихивая бомбер в рюкзак, чтобы освободить руки. Повара быстро собирают поднос с закусками. Открыв бар своим ключом, администратор достает три бутылки элитного алкоголя.

— Ты неси закуски, — составив бутылки на поднос, — а я возьму напитки. Разобьешь еще.

Настю не успела предупредить, что ухожу с Леной. Впрочем, если она опять будет краситься, я устану ее ждать.

Дверь нам открывает незнакомый охранник, как я поняла, вход служебный. Тишина остается позади. Морщусь от шума. Крики, свист, визг бьют по барабанным перепонкам. Нам нужно спуститься, расстояние приблизительно два лестничных пролета. Останавливаемся где-то посередине, я так понимаю, нам нужно пройти мимо клетки, в которой сейчас идет бой. Обезумевшие от адреналина зрители подскакивают со своих мест, кричат, беснуются, охрана не может удержать их на месте. То ли бой важный, то ли проигрывают большие деньги. Застыв с подносом, пытаюсь разглядеть, из-за чего весь этот «восторг».

— Демон! — скандируют в основном женщины. Опять это прозвище отзывается в голове. Более внимательно пытаюсь рассмотреть бойцов. Демон… Где же я о тебе слышала?.. Что-то такое неприятное… В этом я почему-то уверена.

— Рокки!.. — кричат в основном молодые мужчины. Те, что постарше, хмурятся и недовольно наблюдают за боем.

Над клеткой висит большой экран. Именно на нем я наблюдаю за боем. Мне кажется, я безошибочно определила, кто из них Демон. Он молодой, взгляд холодный и будто пустой. Нос был не один раз сломан, это можно понять по слегка искривленной переносице, но в целом нос ровный. Волевой подбородок, острые скулы, о которые можно порезаться. В глаза бросаются пухлые жесткие губы, которые он кривит в циничной злой усмешке.

Его не трогают удары, которые он будто специально пропускает. Скалится, раззадоривая противника. Он ведет себя уверенно, получая звериное удовольствие от самого процесса. Складывается ощущение, словно Демон вышел на прогулку. Уходит от удара, еще от одного. Противник выглядит уставшим, измотанным. Когда на лице Демона появляется абсолютное спокойствие, в мою душу заползает страх…

Удар! Если после такого его соперник выживет, то вместо мозгов у него гвозди. Еще один удар в падении, я зажмуриваюсь, не выдерживая жестокости.

Рефери ведет отсчет, Рокки не поднимается…

— Демон победил! — объявляет ведущий, а я думаю о том, что не ошиблась. Он действительно выглядит демонически.

Лена перекладывает поднос в другую руку. Мы все еще ждем, когда освободят проход. Администратор тихо бурчит, мне не слышно, о чем, но понятны интонации. Рука затекла, я вслед за Леной перекладываю поднос.

Как только появляется проход, мы спускаемся. На нас никто не обращает внимания. Зрителей в зале остается немного. Кто-то уходит разочарованным, кто-то улыбается. Рокки помогли уйти. Если я не ошибаюсь, мы идем в том же направлении.

Обернувшись, замечаю, как дамочки суют Демону свои визитки, когда он идет по проходу. Он не посмотрел ни на одну из них, смяв визитку, которая ему все-таки попала в руку, кинул раздраженно на пол. Проходим небольшой коридор, притормаживаем у двери с охраной.

Нас пропускают внутрь. Это кабинет. Большой и дорого обставленный. Я прячусь за Леной, есть в энергетике этого места что-то нехорошее. За столом сидит мужчина лет тридцати пяти, Рокки лежит на диване, прикладывает к лицу лед. Еще один мужчина сидит в кресле, ноги закинуты на журнальный столик, он не отрывается от монитора компьютера, даже взгляд на нас не поднял.

— Что так долго? — грубый голос владельца этого царства резанул слух.

— Не пройти было. Извини, Антон, — нервничает она. Старается угодить, загладить вину, которой за ней нет. Куда делась другая Лена? Она забирает у меня поднос, расставляет перед этим Антоном тарелки, возвращает мне пустой. Я бы ушла, но Лена не торопится. Обихаживает хозяина, откуда-то несет стаканы…

Рокки убирает лед с лица. Один глаз заплыл, но это не мешает ему нагло меня разглядывать. Я красивая. И это приносит массу проблем в мою непростую жизнь. По возможности я предпочитаю быть незаметной. Не всегда получается.

— Это кто? — заинтересованно. Видимо, усталость, ноль косметики на лице и пучок на голове не до конца портят мой вид.

— Официантка, — медленно и как-то растерянно тянет Лена.

— Оставь ее мне…

Глава 4

Раяна

Звенит в воздухе неприятностями…

Делая шаг назад, осматриваюсь. Можно отсюда сбежать? Вот о чем вопил эти дни мой инстинкт самосохранения. В таких местах никогда нельзя расслабляться. На карте Москвы есть дофига красных зон, «Подземелье» — одна из них. Такие места лучше обходить.

Отступать нельзя, нельзя ставить себя в позицию жертвы. Но когда на тебя двигается машина-убийца, обтянутая человеческой кожей, ты забываешь обо всем, чему научила улица.

«Оставь ее мне…» — будто вещь у друга решил одолжить! Как быстро меняются наши приоритеты, когда мы чувствуем угрозу. Несколько минут назад я жалела урода, наблюдая за его бездыханным телом на ринге. А теперь жалею, что он очухался. Звериные инстинкты живут в каждом из нас, просто определяются и проявляются по-разному.

Ловлю на себе вопросительный взгляд Лены.

«А не прифигела ли ты?» — всем своим видом даю понять, еще и головой мотаю.

— Мне пар спустить, бабками не обижу, — замечая мою реакцию, Рокки решил поуговаривать.

— Нет, — твердо, несмотря на парализующий страх.

— Антон, — оборачиваясь к владельцу кабинета. — Хочу эту девочку… — кивнув на меня, будто непонятно, о ком речь. Я не совсем понимаю, кто тут хозяин. Рокки ведет себя нагло и развязно.

— Ну и что ты выкаблучиваешься? — обращается ко мне, поднося стакан с янтарной жидкостью к губам. Мне не нравится его ухмылка, мерзкая такая, заставляет кожу покрыться холодным потом. Он развлекается. Понимает, что обладает силой и властью, ему ведь ничего не будет, если позволит Рокки меня изнасиловать.

— Я не проститутка, — прячу гонор, возмущение, страх. Спокойный ровный голос дается тяжело. Осознание того, что теперь я нахожусь в клетке, бьет по натянутым нервам. Противников у меня двое, они опытнее и на своей территории, у меня нет ни единого шанса выбраться отсюда целой и невредимой.

— А мы и не говорим, что ты шлюха, — продолжая ухмыляться, его взгляд давит, размазывает по полу. — Но мужика придется уважить, девочка, — противно тянет последнее слово. Отказываюсь, мотая головой. Ему не нравится, голос становится жестким и злым, пропадает ухмылка с лица: — У нас тут существует правило: чемпион может выбрать любую девочку в зале, — пытается продавить. На улицах действуют такие же законы. Не верю я в это правило, чувствую, что он его только что выдумал, чтобы меня дожать. Чтобы сама пошла с Рокки, но я этого делать не собираюсь.