Сиротка. Давай не будем врагами

— Вот и узнаю из письма, — хитро подмигнула она, пихнув меня локтем в живот. Я притворно охнула.

Марта, наша нянечка, плакала открыто. У неё вообще слёзы всегда наготове были: то суп пересолила — плачет, то малыш впервые слово сказал — тоже плачет. В общем, по любому поводу, но зато искренне, от всего сердца.

— Возьми пирожки, — всхлипывала она, суя мне свёрток. — И шарф. В городе ветра.

— Марта, сейчас август, — вздохнув, напомнила я, даже зная, что спорить бесполезно.

— Сейчас август, а завтра внезапно снег пойдёт, — беззлобно проворчала она, повязывая шарф вокруг моей шеи.

Я обняла её, потом Тирсу, потом мелких, которые повисли на мне гроздью и не хотели отпускать. Самый младший, Лис, сунул мне в карман деревянную пуговицу.

— На удачу, — важно сказал он, сверкая рыжими глазами. Такие же рыжие волосы смешно торчали во все стороны.

Я тогда засмеялась, охваченная трепетом и волнением...

Мне исполнилось восемнадцать. По правилам приюта я больше не могла оставаться, а работы для меня там не было. Да я и не собиралась. Мне казалось, впереди ждёт что-то хорошее. Не великое, нет. Я не была дурочкой из сказок, которая верит, что за поворотом её подберёт принц на белом коне. Я хотела найти работу. Честную, пусть тяжёлую. Снять угол. Купить себе сапоги без дырки в подошве. Может, накопить на лавку с травами или маленькую пекарню.

Нормальные мечты обычного человека.

… а потом на дороге у старой мельницы я разозлилась. Совсем глупо разозлилась.

Колесо телеги застряло в грязи. Хозяин орал на лошадь так, будто бедная животина сама выкопала яму и залезла в неё назло. Я попросила его остановиться. Он послал меня туда, где, по мнению взрослых мужчин, всем девчонкам без рода и денег самое место.

Я вспыхнула. Внутри — не снаружи. Сначала просто в груди стало горячо, потом жар поднялся к горлу, к ладоням, к кончикам пальцев.

— Хватит! — зло выкрикнула я, на мгновение потеряв рассудок.

И телега поднялась...

Не сильно. Всего на ладонь над грязью. Но поднялась. Колёса провернулись в воздухе, лошадь шарахнулась, хозяин сел прямо в лужу, а я стояла посреди дороги с сияющими руками и думала только одно: Ну всё. Теперь точно не возьмут в пекарню...

И всё равно продолжила путь. Добралась до города, остановилась в небольшом трактире, а уже на следующий день туда явились люди из академии.

В чёрно-золотых плащах. В сапогах, которые стоили дороже всего нашего курятника. Они задавали вопросы, смотрели на мои руки, проводили над головой тонкой серебряной пластиной, которая звенела, как рассерженная оса. Дали подержать какой-то камень, который вспыхнул в моей руке, словно спичка…

… хорошо трактир не спалили. Повезло, можно сказать.

А потом сказали, что я должна ехать с ними. Не попросили. Именно сказали. Или приказали? Такое ощущение, будто меня, как преступницу, увели под конвоем. Никто из посторонних не посмел вмешаться. Всем было страшно…

… особенно когда на земле вспыхнул магический круг и появился сияющий переход портала, на который понадобилось пять голубых камней.

Я таких сроду не видела.

И вот теперь я стояла в академии Высших Искр, где учились наследники древних магических родов, и понятия не имела, как мне не опозориться в первые же пять минут. Или всё же секунд?

— Вы Рия? — раздался сбоку мягкий, мелодичный голос.

Я вздрогнула и обернулась.

Неужели успела влипнуть в неприятности? Но я ведь и трёх шагов от главного входа не сделала…

Передо мной стояла стройная девушка в строгом сером платье. На груди — значок с эмблемой академии: восемь лучей, сходящихся к белому пламени.

— Да вроде бы, — отозвалась я неуверенно. Откуда она может меня знать?

Такая красавица, даже немного завидно стало.

— Меня зовут Таша Феррин, я представительница учебного совета, также отвечаю за дисциплину. Вам передано приглашение из императорского дворца, посыльный просил срочно вручить лично в руки, — бесстрастно вымолвила она, глядя на меня совершенно безразлично.

Во взгляде не было ни отвращения, ни неприязни, ни намёка на эмоции. Ну да, я ведь пустое место для аристократов. Но могла бы она хотя бы удивиться немного тому, что такую, как я, зачем-то пригласили во дворец.

Не мне же одной удивляться…

— Вы не ошиблись? Это точно мне? — уточнила на всякий случай.

Она протянула плотный конверт, запечатанный белым воском. На печати был солнечный диск с императорским гербом. Я уставилась на него так, словно он мог укусить.

Девушка скользнула взглядом по листку в руке, сверяясь с информацией.

— Рия. Без фамилии. Новая адептка факультета совершенных чар? — скептически вздёрнула тонкую тёмную бровку.

— Кажется, ошибки и правда нет… — растерянно пробормотала я.

Но что мне делать с этим приглашением?

Видимо, увидев замешательство на моём лице, представительница совета продолжила:

— Карета будет ожидать у западного входа через полчаса. Вас сопроводят, — пояснила снисходительно.

Сжалилась бы над бедной сироткой, я и так не знала, куда деваться, а тут ещё это…

— Простите, а отказаться можно? — улыбнулась неловко.

Девушка посмотрела на меня с таким выражением, будто я спросила, можно ли отказаться от восхода солнца.

— Это приглашение Его Императорского Величества, — вымолвила она, менторским тоном констатируя очевидное.

— Значит, нельзя, — потупилась я.

— Значит, не советую, — надменно предупредила она. Развернулась и ушла, оставив меня с конвертом в руках.

Я несколько секунд смотрела представительнице вслед, потом медленно прижала письмо к груди.

Работу найти хотела. Просто работу. Может, с проживанием. Может, даже с выходным раз в неделю…

А теперь меня вызывает император.

Замечательно…

1.3

***

Во дворец меня везли в карете с императорским гербом. А вот сопровождающая, судя по всему, работала в академии: видимо, одна из деканов. Женщина лет сорока на вид с гладко зачёсанными в пучок волосами, в строгой серой форме с нашивками на рукавах: всю дорогу она объясняла правила поведения, но я запомнила только половину. Нельзя говорить первой, нельзя поворачиваться спиной, нельзя задавать личные вопросы, нельзя прикасаться к вещам, нельзя смотреть на его величество дольше положенного.

На последнем пункте я с трудом удержалась от вопроса, что стало с теми, кто его нарушил, но очевидно же, что ничего хорошего.

… меня снова бил внутренний мандраж.

Нет, ну к императору мне зачем? Как он вообще про меня узнал? И почему выслал за мной экипаж так быстро, словно очень спешил…

Дворец оказался не зданием, а целым городом из белого камня, стекла и золота. Башни уходили в облака. Над крышами парили светящиеся сферы, внутри которых плескался огонь. Стража в серебряных доспехах стояла у ворот так неподвижно, что я сначала приняла их за статуи.

Потом одна статуя моргнула, и я едва не споткнулась от удивления.

— Дышите ровнее, — тихо подсказала сопровождающая, чинно шагая рядом.

— Я стараюсь, — отозвалась шёпотом, пытаясь унять нервную дрожь.

— Не очень успешно, — поддела она, но лицо оставалось бесстрастным.

— У меня выдался насыщенный день, — улыбнулась неловко, пытаясь оправдаться. Чего хотите от сироты из глуши? Я не знала правил этикета, кроме тех, что мне там привили, не умела ходить по струнке. Сопли на кулак не наматываю — уже замечательно…

Сопровождающая бросила на меня быстрый взгляд и вдруг слегка улыбнулась одними уголками. От этого стало легче. Совсем немного…

Император принял меня не в тронном зале, как я опасалась, а в небольшом кабинете с высокими окнами, выходящими на сад. Хотя слово небольшой здесь было, конечно, неуместным. В этот кабинет поместилась бы вся наша приютская столовая, кладовая и ещё классная комната в придачу.

Его Императорское Величество Адэн Сольвей стоял у окна, в которое задумчиво глядел.

Я видела его портреты на медных монетах и праздничных плакатах, которые вывешивали в деревне раз в год, но в жизни он оказался другим. Немного старше, немного более уставший. В волосах больше серебра, чем золота, а лицо такое, будто он давно потерял спокойный сон.

В серых глазах плескалась вселенская тоска, от которой даже у меня что-то ёкнуло в груди.

Я остановилась и присела в подобии реверанса, низко склонив голову, как учили.

— Вечная слава Вашему Величеству, — вымолвила, как мне показалось, с достоинством. К счастью, не заикаясь.

— Поднимайся, пожалуйста, Рия, — просто велел он, поворачиваясь и всё также держа руки сцепленными за спиной.

Голос у него был мягкий. Не слабый — нет. Просто в нём не было желания давить.

Я выпрямилась, ощущая, что с непривычки начали затекать ноги, и тут же пожалела.

… император смотрел на меня странно.

Не как на простолюдинку, в которой внезапно проснулся редкий дар, не как на диковинку, свалившуюся с неба и не как на досадную проблему.

Смотрел с грустью. Тяжёлой… почти личной.

От этого взгляда мне стало неуютно и отчего-то немного печально. Хотела бы я о многом спросить, но мы не близкие друзья, и не дальние родственники.

Я хорошо запомнила правило о вопросах...

— Подойди ближе, не бойся, — негромко попросил он.

Я подчинилась и осторожно подошла, неосознанно затаив дыхание. Всё ещё не могла поверить, что вижу императора вживую. Если расскажу приютским, точно не поверят и высмеют…

На рядом стоящем столе лежали раскрытые документы, чернильница, массивная печать. Карта империи. Несколько кристаллов связи. И старинный медальон, который император зачем-то накрыл ладонью, когда я приблизилась.

— Мне сообщили о твоём даре. Твой случай… невероятный сам по себе, поэтому я позволил себе проявить любопытство, — заговорил он невозмутимо, но судя по взгляду, находясь мыслями где-то очень далеко. — И о том, как он проявился — доложили. Довольно необычно… — протянул безэмоционально.

Реакция расходилась со словами, отчего я заволновалась ещё больше.

— Я не хотела поднимать телегу, Ваше Величество, — выпалила я, а потом поняла, что перебила императора. — Прошу прощения. Я… меня теперь накажут?

К моему удивлению, император не только не рассерчал, но и снисходительно улыбнулся, точно принимая меня за дитё малое.

— А ты совершила что-то, за что следует наказать? — поинтересовался лукаво. — Успокойся, я позвал тебя не за этим. И прекрасно понимаю, что тебе ещё многому нужно обучиться.

Вот тут он попал в точку, только у меня были совершенно другие планы на жизнь. Вряд ли я стану аристократкой по щелчку пальцев, раз попала в академию, но вот придётся учиться вести себя, как они.

Это удручало…

— Ваше Величество, тогда позвольте спросить? — немного осмелела я. Император благосклонно кивнул. — Господин ректор сказал, что моя магия считалась исчезнувшей. Это так?

Показалось, что его лицо помрачнело.

— Верно. Когда-то похожая сила принадлежала древнему роду Астерадов, — будто нехотя пояснил он.

Фамилия звучала красиво. Было в ней нечто величественное, отчего в груди что-то встрепенулось. Меня невольно охватило волнение.

Я не знала этих людей, никогда не слышала о них до сегодняшнего дня. Но почему тогда так отреагировала? Даже сердце забилось чуть быстрее.

— Астерадов… — повторила рассеянно, пытаясь понять откуда это неясное чувство чего-то родного. — Они были сильными магами? — спросила осторожно.

Неизвестно, сколько мне дозволено, но раз пообещали, что наказывать не станут, можно попробовать.

… император отвернулся к окну, словно стараясь скрыть от меня нахлынувшие эмоции.

За стеклом ветер трепал ветви белых деревьев. Листья у них были почти прозрачные, как крылья мотыльков. Довольно жуткое зрелище, неуютное.

— Очень сильными. Их дар называли искрой Истока. Не говоря про классические заклинания, которые могут использовать абсолютно все маги, сила Астерадов могла питать защитные печати, восстанавливать разрушенные потоки… Нет, она могущественная сама по себе, потому что олицетворяет свет и начало всего живого. В правильных руках она могла защитить и спасти сотни тысяч людей за раз, — с придыханием вымолвил он, будто и сам ни на шутку разволновался.

— А в неправильных? — выразительно приподняла бровь, пользуясь его замешательством.

Император не сразу ответил. Казалось, что-то его гложет, что-то настолько сильно терзает, но он не может поведать об этом вслух. Не только мне, вообще никому.

— В неправильных — ключ к тому, что лучше держать запертым, — глухо выдохнул он, а лицо стало непроницаемой маской. В серых глазах царила стужа.

Я судорожно сглотнула, отступив на шаг. Сжала в кулаки вспотевшие ладони и снова разжала.

— Ваше Величество… что случилось с Астерадами? — спросила, затавив дыхание.

… сердце набатом стучало в висках.

Ответит — не ответит, ответит или нет?

Император медленно повернулся ко мне, глядя с неким сожалением. Взгляд казался виноватым.

— Семнадцать лет назад род Астерадов предал империю, — изрёк сухо, но в голосе скользнули злые нотки.

Я поражённо замерла, хотя предполагала нечто подобное, раз сила считалась исчезнувшей.

— Могу я спросить, в чём заключалось предательство, Ваше Величество? — произнесла, не сильно рассчитывая на ответ. Я и так уже исчерпала всю свою удачу на сегодня.

… но император заговорил.

— Они проникли в гробницу отвергнутых богов и попытались открыть Врата Пепла, за которыми таится древняя сила. Настолько опасная и непостижимая, что не должна существовать, ни за что не должна попасть не в те руки. Многие погибли, чтобы остановить катастрофу…

Вдоль позвоночника у меня струился ледяной пот. К глазам подступили слёзы. И я была поражена этим. Давно уже не плакала, а тут… из-за одной странной истории, в которой ещё неизвестно сколько правды…

— Что с ними стало? Все Астерады тоже погибли? Их род исчез?

— Да… — глухо отозвался император, а уголки его рта дёрнулись в печальной улыбке.

Если они были предателями, тогда почему у вас такое лицо? — подумала, но естественно спрашивать не стала.

— Тогда… каким образом во мне пробудилась магия, похожая на их дар? — поинтересовалась, осознавая, насколько это может быть неудобный вопрос, но кто не рискует, тот сидит голодным…

Император опустил взгляд на свои руки.

— Пока у нас нет однозначного ответа, одни предложения, — вымолвил поморщившись и утомлённо сжал пальцами переносицу. — Возможно, в тебе пробудился отголосок Истока. Иногда сила находит путь через дальние ветви крови, нужно изучить не только твоё происхождение, но и твоих дальних предков. Вероятно, несколько поколений назад, кто-то из них был связан родством с Астерадами…

Я обхватила себя руками за плечи, зябко поёжившись.

— Ваше Величество, вы думаете, я могу быть связана с предателями? — подняла на него пристальный взгляд.

— Я думаю… — протянул он, будто подбирая слова, — что ребёнок не должен нести ответственность за чужие грехи, — произнёс твёрдо, без тени сомнений в голосе. — Рия, послушай меня внимательно. В академии ты услышишь многое: о родах, о крови, о чести и долге, о старых преступлениях... Запомни: не каждому слову стоит верить. Ты должна быть достаточно сильной, внимательной и осторожной, чтобы отличить одно от другого. Не путать белое и чёрное…

Я нахмурилась, не совсем понимая смысл напутствия.

— Простите, Ваше Величество, но это звучит так, будто вы предупреждаете меня о чём-то и одновременно не можете сказать прямо… — пробормотала неуверенно.

Император вдруг устало улыбнулся. Его рука дёрнулась, словно желая коснуться моей головы, но он вовремя её одёрнул.

— Ты очень проницательна, Рия. Это хорошо, — похвалил скупо, но зато искренне. — Я распоряжусь, чтобы тебе не препятствовали в обучении. Если возникнут серьёзные трудности, обратись к куратору академии при императорской гвардии: с госпожой Ильсой Морран ты уже знакома, она сопровождала тебя сюда.

Мои брови изумлённо взметнулись вверх. Так та сурового вида женщина — куратор академии, служащая в гвардии?

Неожиданно, конечно, но ей подходит.

Хотела ещё узнать, почему император так благосклонно ко мне относится, почему помогает, но подумала, что это уже перебор. Да и его погасший взгляд говорил о том, что разговор закончен.

Я хорошо чувствовала, когда нужно остановиться.

— Благодарю, Ваше Величество, — склонила голову в учтивом поклоне.

— До встречи, Рия. Вся империя замерла в ожидании твоих успехов, — натянуто улыбнулся он и вновь отвернулся к окну.

Я бы решила, что он так тонко подшутил надо мной, но в голосе не было ни капли издёвки. Только пугающая серьёзность, от которой на руках дыбом встали волоски…

Глава 2

Как только дверь за девчонкой закрылась, Адэн согнулся пополам, судорожно выдыхая. Внутри спазмило так, словно желудок просится наружу. К горлу подкатила тошнота.

Одним лишь только богам известно, каких сил ему стоило держаться перед ней невозмутимо. Перед той, у которой глаза брата…

Адэн рос вместе с Саэром, хотя они были двоюродными братьями. Саэр был жизнерадостным и активным, увлекался стихией огня и ушёл обучаться в магическую башню в возрасте пятнадцати лет, отказавшись от престолонаследия. Он был вторым в очереди, но трон его не интересовал. А потом он встретил Алиру…

Прекрасную, невероятно сильную духом носительницу искры Истока из древнего рода Астерад. Легко отказался от фамилии императорского рода и женился на ней, отдав всё, включая своё сердце. Но даже так они не потеряли связь.

Адэн всегда восхищался братом, его смелостью, его умом и проницательностью. А когда у него с супругой на свет появилась дочь… был тем, кто выбрал для неё имя.

Аринэт… на императорский манер. Так звали их прабабушку.

Аринэт… Не думал, что ты вспомнишь это имя, — усмехнулся тогда Саэр, не выпуская крохотный свёрток, из которого торчал только носик-пуговкой, из рук. — Сам не планируешь жениться? Ты же не думаешь, что моя дочь сможет унаследовать престол? Я бы хотел, чтобы она держалась от политики подальше…

Не то чтобы у Адэна совсем не было никаких скрытых мотивов и мыслей по этому поводу, но главная причина заключалась в другом.

— Судя по летописям, наша прабабушка обладала ясным умом, твёрдым характером и, что удивительно, пылким темпераментом. Глядя на малышку, я непроизвольно вспомнил о ней. Да и судьба у неё была хорошей, надеюсь, частичка удачи передастся и твоей дочери.

— Раз так… — умилённо улыбнулся Саэр, разглядывая маленькое личико малышки. — Пусть будет Аринэт, я не против…

Частичка удачи, да? — подумал Адэн, горько усмехаясь.

Выпрямился и пригладил ладонью волосы.

— Похоже, я был прав. Моя племянница выжила, разве это не удача?

… в двери осторожно постучались.

— Ваше Величество, это Идан. Разрешите войти? — раздался приглушённый голос вице-капитана Белой гвардии.

— Входи, — коротко велел Адэн, возвращая себе самообладание. Хорошо, что это Идан, а не кто-то другой. Перед ним можно не делать вид, что ни о чём не догадывается… — Как всё прошло?

— Как вы и приказывали, я проводил экипаж до ворот и дал леди Морран нужные указания. Ваша… гм… мисс Рия выглядела немного растерянной и задумчивой, но она была в порядке, — сдержанно отчитался он, но во взгляде читалось сочувствие.

Идан — один из немногих приближённых людей, кто служит при дворе с раннего детства, а его отец раньше возглавлял Белую гвардию и был тем… кто расследовал открытие Врат в гробнице. Тем, кто нашёл несоответствия в показаниях выживших, тем, кто заподозрил Дарена Вейллара, но не смог найти никаких доказательств, только успел выслать доклад и… был убит.

Идан поклялся отомстить за отца: он в курсе всей ситуации. Знал о сомнениях императора, о том, что его монарх не верит в предательство Астерадов, но был вынужден так поступить, чтобы не допустить раскола, чтобы уберечь их дочь и выйти на того, кто за всем этим стоял.

— Она вылитая Алира, да? — скрывая грустную улыбку, спросил Адэн. Утомлённо опустился за стол и упёр в него локти. — Раз её так быстро нашли, как только пробудился дар, значит, девочку всё это время искали. Продолжай слежку за лордом Вейлларом и возьми под контроль ректора академии — Ивора Лоара. В прошлом между ними не было установлено связи, но кто знает… мы никому не можем доверять. Нужно выйти на главу Теневого ордена до того, как они доберутся до магии Истока.

— Ваше Величество, не притворяйтесь равнодушным, — внезапно поддел вице-капитан, нагло усмехаясь. — Злитесь сколько угодно, можете даже посадить меня в темницу, но передо мной можете быть честным с самим собой. Дело ведь не только в магии Истока, вы волнуетесь за племянницу, не хотите её потерять…

— Да что ты несёшь?! — огрызнулся Адэн, напустив на себя суровый вид. — Я лишь выполняю свои обязанности по защите империи.

— И поэтому послали за ней, как только узнали? — иронично улыбнулся этот наглец. И когда только успел так вырасти? Запустить бы в него чем-нибудь! — мысленно возмутился Адэн, стараясь не показывать охватившее его смятение.

— Ты прав… — выдохнул, сдаваясь. — Я хотел убедиться собственными глазами, что этот ребёнок — дочь моего дорогого брата и невестки. И одного взгляда на неё хватило, чтобы развеять все сомнения. Малышка так выросла… — глаза увлажнились от слёз, голос предательски дрогнул.

Идан понимающе молчал. Он сам потерял отца из-за предателей, но у него оставалась матушка и младшая сестра, а вот у императора… была только семья брата. Свою собственную он так и не завёл, а родители погибли, когда он был ещё подростком.

Девушка Рия, которую все считают сиротой-простолюдинкой, — единственная его кровная родственница. Все остальные давно сгинули в борьбе за власть…

— Ваше Величество, — набравшись духу, вымолвил он. — Я внедрю своих людей в академию под видом адептов: есть у меня связи в магической башне. Нам нужно следить не только за Вейлларом-старшим, но и за его сыном. Не исключено, что он тоже состоит в Теневом ордене. Если это так, то по приказу отца может попытаться сблизиться с Рией. Нельзя этого допустить.

— Согласен с тобой, — взяв себя в руки, изрёк Адэн. — Пусть мы и используем Ари… Рию как приманку, но она ни в коем случае не должна пострадать. Запомни, Идан. Моя племянница должна выжить любой ценой…

— Да, Ваше Величество. Повинуюсь вашей воле, — почтительно поклонился он, прижав ладонь к груди.

Скоро я отомщу за вашу гибель, Саэр. Потерпите с Алирой ещё немного… — откинув голову назад, Адэн сомкнул веки.

Ему нужно было немного времени, чтобы всё осмыслить и прийти в себя…

2.2

***

Врата Пепла. Астерады. Магия Истока… — продолжали бесконечно крутиться навязчивые мысли в голове.

Когда я вышла из дворца, солнце уже клонилось к крышам. Золотой свет скользил по белым башням, по броне стражников, по ступеням — таким чистым, будто по ним никогда не ходили обычные люди с грязью на подошвах.

До кареты нас сопровождали рыцари Белой гвардии, как дорогих и почётных гостей, а не сиротку из глухомани. Вице-капитан о чём-то переговорил с моей сопровождающей, вид имея серьёзный, но, перед тем как оставить нас, едва заметно улыбнулся мне. Будто старой знакомой…

В академию я вернулась в таком смятении, что не сразу нашла нужный корпус. Дважды свернула не туда: один раз оказалась у тренировочной площадки, где адепты метали огненные копья в движущиеся мишени под вибрирующим куполом защитного барьера, и ещё раз — возле оранжереи, из которой на меня подозрительно посмотрел цветок размером с козу.

Клянусь, он именно посмотрел! Я сразу поняла, что лучше одной в оранжерею никогда не ходить, если не хочу стать чьим-то ужином.

После долгих скитаний я наконец отыскала коменданта, и та повела меня в кладовую.

Мисс Ижен Роуз оказалась молодой женщиной с острым носом и взглядом, способным пришить пуговицу без иголки. Отчего она ещё не замужем, я спросить бы никогда не решилась. Просто подсознательно почувствовала, что могу быть пришита вместо такой пуговицы…

— Простолюдинка? — уточнила она, перебирая бумаги.

Я уже почти не реагировала на подобные вопросы. Не в моих правилах себя стыдиться. Я ведь не сделала ничего плохого.

— Всё верно, — ответила невозмутимо.

— Рост? — скептически приподняла она бровь.

— Средний, — пожала в ответ плечами. — Я не знаю точно.

Она окинула меня оценивающим взглядом профессионального гробовщика, выверяющего размеры, фыркнула и щёлкнула пальцами. Из шкафа вылетели несколько вещей: тёмно-синяя юбка, жилет, белые рубашки, плащ с подкладкой цвета старого золота, перчатки, чулки и пара ботинок.