Невеста для злого духа

Она уже собиралась сделать шаг в его сторону, но тут же остановилась.

Нет.

Подойти к нему сейчас означало оказаться в центре внимания сразу нескольких мужчин.

Луиза представила, как все трое одновременно повернутся к ней, и желание приближаться исчезло само собой.

В её планах было тихо ретироваться, но в эту секунду мужчины неожиданно двинулись с места и, разумеется, пошли прямо на неё. Риск быть обнаруженной стал критическим.

— Дьявол…

Луиза замешкалась, лихорадочно соображая, куда податься. Любой рывок в сторону выглядел бы как трусливое бегство на глазах у всего зала.

И тут взгляд девушки зацепился за стол с десертами.

Несколько юных леди уже собрались вокруг него: кто-то выбирал сладости, кто-то что-то тихо обсуждал с соседкой, а одна барышня, смеясь, пыталась убедить подругу попробовать шоколадный крем.

Лучшего укрытия придумать было невозможно.

Луиза почти втиснулась между ними, взяла первое попавшееся пирожное и принялась рассматривать его с таким сосредоточенным видом, словно выбор лакомства был самым важным решением этого вечера.

Мужчины остановились совсем рядом.

— Теперь я готов приступить к десерту, господа, — весело объявил кто-то у неё за спиной.

Луиза чуть вздрогнула, но к счастью, никто не заметил.

Она осторожно отломила крошечный кусочек пирожного и отправила его в рот, судорожно изображая человека, который пришел сюда исключительно ради дегустации.

Пирожное растаяло на языке, не оставив следа. Однако чужие слова, которые она услышала через секунду, надолго врезались в память.

— Ну вы поглядите, сколько здесь сладкого, друзья!

Первым заговорил светловолосый спутник Артура. В его голосе звучала та самая весёлая бесцеремонность, которая Луизе сразу не понравилась.

— Верно, Сэм, — ответил второй мужчина, более крупный и басистый. — Выбор сегодня поинтереснее, чем обычно.

Луиза почувствовала неприятный зуд между лопаток.

Что-то в их тоне было неправильным.

Она продолжила делать вид, будто занята пирожным, и украдкой покосилась на отражение мужчин в высоком зеркале напротив.

Артур молчал.

Двое его приятелей продолжали непринуждённо переговариваться, словно обсуждали исключительно угощения.

— Тебе проще всего съесть вон то пирожное, которое само так и просится в рот, — заметил Сэм и едва заметным движением подбородка указал куда-то в сторону.

Луиза проследила за его взглядом.

Речь шла о молодой женщине, которая громче остальных смеялась в компании неподалёку.

— Это допустимо только после литра бренди! — отмахнулся второй, и оба разразились раскатистым смехом, от которого Луизу невольно передёрнуло.

Теперь она уже не сомневалась: речь шла вовсе не о сладостях.

— Сегодня я жажду чего-нибудь лёгкого, — продолжил Сэм, лениво оглядывая присутствующих женщин. — Быть может, простой бисквит. Что думаете?

Очередной гадкий смешок заставил девушку невольно повернуться к остальным леди у стола.

Все они продолжали заниматься своими делами: выбирали десерты, перешёптывались, улыбались друг другу. Никто не обращал внимания на разговор мужчин за спиной.

Никто, кроме Луизы.

— Ты как знаешь, Барри, — снова заговорил светловолосый, — а я вот заприметил весьма необычный шоколадный брауни.

С этими словами он отделился от компании и направился к застенчивой девушке с заметной восточной внешностью. Поклонился, что-то сказал ей с улыбкой, затем поцеловал руку и почти сразу пригласил на танец.

Девушка, совершенно не подозревая, что секунду назад была предметом мужского разговора, радостно согласилась.

Луиза сжала пальцы вокруг тарелки.

— Ну а ты чего молчишь, Артур?

После этого вопроса она вся превратилась в слух. Ей бы отстраниться от этих разговоров, уйти, но беда в том, что ответ этого конкретного человека оказался важен.

Несколько секунд ничего не происходило.

Артур молчал, словно даже не собирался принимать участие в этой игре. А потом его знакомый снова заговорил, уже с откровенной улыбкой, повернувшись к нему:

— Ну же, Бишеп. Неужели тебе совсем нечего выбрать?

Не удостоив девиц даже взглядом, молодой человек произнёс всего одно слово. Спокойно и сухо:— Приелось.

Луиза замерла, так и не донеся пирожное до рта. Это единственное слово отозвалось в ней странным, непрошеным удовлетворением.

— Ишь какой! — рассмеялся Сэм, хлопнув друга по плечу. — Тебе-то повезло. Стоит только взглянуть на любую из них — и она уже готова танцевать с тобой. И вообще, сладкого никогда не бывает много!

Он говорил легко, почти весело, явно пытаясь втянуть Артура обратно в разговор.

Тот лишь чуть скривил губы.

— Сегодня не танцую, — отрезал он, явно не намереваясь продолжать этот разговор. — А от сладкого зубы портятся.

— Ну как знаешь, — пожал плечами Сэм.

Он уже собирался вновь обратить внимание на десерты, когда вдруг сдавленно рассмеялся и посмотрел куда-то вглубь комнаты.

— О! А это ещё что?

Луиза невольно подняла взгляд.

— Ещё одна на сносях!

Сэм произнёс это с таким весельем, словно обнаружил очередную забавную деталь интерьера.

Луиза проследила за его взглядом — и застыла.

У широких портьер, чуть в стороне от основной толпы, стояла та, кто совершенно не подходила ни к царящей вокруг роскоши, ни к манерным гостям.

Это была Салли.Вот уж кого Луиза точно не ожидала увидеть. На мгновение она забыла обо всем, наблюдая за тем, как отчаянно ее подруга старается сойти за свою, хотя утончённости местной знати ей явно не хватало.

Дорогое фиолетовое платье сидело безупречно, волосы были завиты идеально, а выпрямленная спина демонстрировала гордость. Однако вульгарный блеск в глазах и слишком призывный наклон головы выдавали её истинное ремесло.

Салли и не думала тушеваться из-за своего живота, который здешнее общество считало казусом. Напротив, она вовсю крутилась рядом с упитанным и крайне довольным джентльменом, осыпая его двусмысленными шуточками. В ней не было страха — лишь точный расчёт. Но для утончённой публики её присутствие было пощёчиной, и в сторону развязной брюнетки уже полетели первые косые взгляды.

Луиза медленно опустила пирожное на тарелку. Память услужливо подкинула недавние слова мужчин, выбиравших женщин точно десерты к чаю. Теперь очередной мишенью рисковала стать Салли, и это осознание пугало.

— На лицо хорошенькая, — дополнил другой, внимательнее разглядывая Салли.

Простоватый взгляд и откровенные повадки выдавали её с головой, однако, стоило признать, держалась она неплохо. Платье, как отметила Луиза, было для её положения почти великолепным: дорогая ткань, тщательно подобранные украшения. Девушка невольно задумалась: кто всё это купил и каким образом Салли вообще удалось попасть сюда?

— Да ты не глазей, — оборвал товарища первый. — Коль на сносях, значит, и муж её здесь.

Артур воздержался от комментариев, однако краем глаза Луиза уловила в его поведении нечто несвойственное. Он будто бы намеренно отводил взгляд от Салли, словно чувствовал неловкость или даже стыд.

Так или иначе, мерзкий разговор наконец подошёл к концу, и мужчины постепенно разбрелись кто куда.

Выждав удачный момент, Луиза уверенно направилась к подруге.

Лавируя между гостями и стараясь никого не задеть, она вскоре оказалась рядом. Салли, в отличие от неё, нисколько не удивилась, увидев знакомое лицо. Напротив — кокетливо оживилась.

— Выглядишь просто прекрасно, — протянула брюнетка, прищурив глаза. — Все взгляды собираешь!

— То же могу сказать и о тебе, — несколько скомканно ответила Луиза, всё ещё не понимая, с чего начать разговор и как подойти к интересующему вопросу.

Кокетка заметила её замешательство и чуть склонила голову.

— Но, Салли… — девушка запнулась, оглядываясь по сторонам. — Как так вышло…

— Что? — улыбка мгновенно исчезла с лица брюнетки. — Как вышло, что проститутка оказалась на приёме среди благородных людей?

Луиза стыдливо прикрыла глаза.

— Я не это хотела сказать.

— Это, — неожиданно спокойно возразила девушка, а затем почти сразу смягчилась. — Но я не обижаюсь.

Она говорила легко, словно подобные слова давно перестали её задевать.

— И всё же ответь, — не унималась Луиза, снова оглядывая её платье. — Как тебе удалось сюда попасть?

— Всё, что тебе следует знать, — скучающе произнесла девушка, положив ладони на округлившийся живот, — я здесь ради него. Нужно работать.

Луиза невольно нахмурилась.

— Так нельзя!

Она тут же поняла, насколько нелепо прозвучали эти слова. Луиза не имела права указывать ей.

— Святая наивность, — с тёплой усмешкой произнесла Салли. — Оставайся такой.

Испугавшись, что её вот-вот в чём-то обвинят, Салли с ходу пошла в атаку:— Только не думай, что всё это куплено на твой камень!— Ох, нет, я даже и не допускала… — поспешно покачала головой Луиза.— Он всё ещё у меня! — перебив её, твёрдо заявила брюнетка и внимательно посмотрела на подругу.

— Это долгий процесс, — пояснила девушка. — И я не хочу, чтобы меня убили при попытке его продать.

Луиза кивнула, однако выражение её лица почему-то заставило Салли задержать на ней пристальный взгляд. Брюнетка помедлила, а затем нехотя шагнула ближе.

— Но переживаешь ты не из-за него, верно?

Она всмотрелась в лицо девушки испытующе, по-взрослому серьёзно.

Луиза обречённо вздохнула.

— Видишь насквозь.

Она помолчала секунду и добавила совсем тихо:— Меня хотят выдать замуж.

И впервые за весь вечер Луиза встретила именно ту реакцию, которую так отчаянно хотела увидеть. Сочувствие.

Никакого напускного веселья, фальшивых улыбок и пожеланий счастья в будущей семейной жизни.

Лицо Салли изменилось. Исчезла привычная игривость, взгляд стал настороженным, а губы едва заметно сжались.

— За того, — добавила Луиза, — чьё имя я назвала тебе в прошлый раз.

Её взгляд сам собой скользнул левее, туда, где среди гостей находился Райт.

— Понимаешь?

Салли проследила за её взглядом.

И на мгновение эта бойкая девица осеклась — её дыхание впервые сбилось.

В глазах мелькнуло понимание, сменившееся чем-то похожим на настоящий испуг. Взгляд метнулся от Луизы к Райту и обратно, словно девушка пыталась убедиться, что правильно поняла услышанное.

— Ты… серьёзно?

Луиза молча кивнула.

Салли осторожно коснулась её руки.

— И что собираешься делать?

Луиза улыбнулась, всё ещё радуясь тому, что рядом оказался человек, способный не осуждать её и не делать вид, будто предстоящий брак — прекрасное событие. Однако ответить ей было нечего, и Салли заметила это сразу.

Осторожно поправив Луизе выбившуюся прядь волос, она встала рядом, чуть прикрывая её от посторонних взглядов.

— Если нужен совет путаны, — тихо проговорила она, возвращая привычный игривый тон, — то я бы рекомендовала разрушить свою репутацию так, чтобы этот монстр тебя не заполучил.

Луиза устремила на неё растерянный взгляд.

Салли лишь улыбнулась и чуть пожала плечами.

— И кто знает… Может, найдётся тот, кто с лёгкостью тебе это организует.

Она мягко развернула голову подруги вправо.

В дальнем углу, среди всё той же знакомой компании мужчин, стоял Артур.

Однако больше не скучал.

Он смотрел прямо на неё — пристально, по-хищному. Его лисье лицо украсила улыбка, которая словно говорила: «Не ожидал увидеть, но видеть страшно приятно».

— Ох, прости, — внезапно тонко протянула Салли, отвлекая внимание Луизы от мужчины. — Но, кажется, кое-кто ждёт моего очарования.

И в ту же секунду упорхнула в глубь толпы.

Она двигалась легко и уверенно, словно вовсе не была беременна: плавно приблизилась к пожилому джентельмену, что-то сказала ему с кокетливой улыбкой и тут же завладела его вниманием.

Луизе от слов Салли поплохело.

От прозрачного намёка её обдало ледяным холодом. С трудом сдерживая запоздалое возмущение, она поспешила покинуть толпу. Ей хотелось одного — поскорее скрыться от этого зрелища и пристального взгляда Артура, который по-прежнему не сводил с неё глаз.

Однако далеко уйти не удалось.

Чья-то аккуратная, но твёрдая рука коснулась её локтя.

— Куда же вы так спешите, дитя?

Перед Луизой стояла дама крайне преклонного возраста. Она смотрела на девушку выжидающе, слегка приподняв брови.

— Ох, простите, я лишь хотела поближе рассмотреть гобелены у главной стены.

— Гобелены?

Женщина посмотрела в указанную сторону, а затем снова перевела взгляд на Луизу.

— Я не вижу рядом с вами ни отца, ни мужа, дорогая.

Луиза замялась.

— Леди ожидают здесь. Нельзя расхаживать без сопровождения где вздумается, — продолжила старушка уже мягче. — Скоро начнутся танцы. Проявите сдержанность.

Она осторожно развернула девушку обратно, направляя к той части комнаты, где собрались дамы.

— Да, конечно. Простите мою беспечность.

После принесённых извинений женщина мгновенно смягчилась. Об этом говорили и широкая улыбка, и неожиданно ласковый взгляд.

— Ну что ты, голубка. Я же вижу, что этот приём для тебя первый в роли леди. Не тревожься.

Стоило признать, Луиза действительно не знала всех тонкостей бального этикета. Её образование закончилось вместе с деньгами семьи. Пусть ей и не нравилось всё происходящее, но ей повезло, что женщина заметила её и вовремя остановила. Иначе у присутствующих наверняка возникли бы вопросы к её отцу.

А он за это обязательно одарил бы её очередным кошмаром.

— Спасибо вам, миссис…?

— Флетчер, дорогая. Флетчер.

Знакомая фамилия молнией пронеслась в сознании, заставляя девушку резко остановиться.

Портрет. Записка на обороте: «От дома Флетчер». И запертый Лестер.

Луиза смотрела на женщину взглядом человека, который прямо сейчас поставил на кон что-то безмерно ценное. Пульс оглушительно стучал в ушах, и, поддавшись внезапному порыву, она выпалила:

— Анна?! Вы Анна?!

Девушка воскликнула с такой надеждой и страхом одновременно, что стоящие рядом дамы удивлённо переглянулись.— Всё верно, голубка, Анна Флетчер, — стараясь не придавать значения такой реакции, ответила женщина.

Но Луиза уже не могла остановиться. Ведь эта фамилия намертво была связана с призраком и с тайной, которую она столько времени пыталась понять. Переполняемая эмоциями самых разных окрасов, Луиза отключила всякую осторожность и, ухватив Анну за руку, серьёзно спросила:

— Вы знали Лестера?

Женщина застыла.

Её лицо изменилось настолько быстро, что Луиза едва успела это заметить. Только что перед ней была приветливая пожилая женщина, готовая по-доброму пожурить неопытную девушку, а теперь взгляд стал пустым и неподвижным.

Пальцы, лежавшие в руке Луизы, дрогнули.

Она не ошиблась.

Имя Лестера она узнала.

И вместе с тем будто причинила Анне страдание одним своим вопросом.

Женщина медленно высвободила руку.

— Откуда тебе известно о нём? — спросила Флетчер. В эту секунду её лицо, тело и, кажется, сама душа окончательно онемели.— Я… — Луиза запнулась, совершенно не понимая, как сейчас поступить.

Она не знала, что сказать. Не могла поведать о доме, о портрете, о записке, о самом Лестере. Не могла объяснить, почему знает его имя и почему вообще оказалась здесь, перед человеком, которого считала давно умершим.

Будто насмехаясь над болью Анны и растерянностью Луизы, по залу раскатилась музыка, знаменующая начало танца.Кавалеры вовсю приглашали дам, повсюду сновали весёлые силуэты, но застывший взгляд и тихий голос женщины прошибали девушку ледяным холодом.

— Где ты слышала это имя? — спросила Анна.

— Я…

Луиза снова не нашла ответа.

— Ты была в его доме?

От этих слов у девушки перехватило дыхание.

Она замерла.

Анна увидела ответ раньше, чем получила его словами.

Её лицо побледнело.

— Господи…

Теперь в её глазах появилось нечто похожее на настоящую боль — настолько старую, что, казалось, женщина давно научилась с ней жить.

Луиза смотрела на неё и понимала: перед ней единственный человек, способный объяснить, почему Лестер до сих пор заперт. И, быть может, единственный, кто в силах его освободить. Но от этого осознания она окончательно растерялась.

«Что делать? Господи, помоги».

Бог не помог.

Но на её мольбу отозвался сам дьявол — ну или тот, кого в этот вечер она точно не собиралась просить о помощи.

За долю секунды до того, как Анна успела схватить отступающую назад девушку за руку, Луиза почувствовала крепкие ладони на своей талии. Её ноги оторвались от пола, и зал мгновенно закружился перед глазами.

— Артур!

Он легко поднял её, унося подальше от разгневанной женщины.

Ещё минуту назад Луиза и представить не могла, что обрадуется появлению Артура, особенно после циничных речей его приятелей, но прямо сейчас он был меньшим из зол.

— Мне нравится, с каким придыханием ты произносишь моё имя, — тихо сказал он ей на ухо ровно в тот момент, когда опустил девушку на пол и тут же обнял за талию, подхватывая ритм танца.

Отвечать на флирт у неё не было никакого желания. Всё внимание Луизы было приковано к Анне, которую она теперь никак не могла найти взглядом среди толпы и кружащихся пар. Девушка тревожно водила глазами по залу, то и дело приподнимаясь на носках, пытаясь разглядеть знакомое лицо за плечами танцующих, и каждый раз, когда очередная фигура закрывала обзор, сердце неприятно сжималось.

— Тебе ведь известно, насколько у меня зоркий глаз, — мягко протянул Артур, заметив её метания. — И ты думала, я тебя не замечу?

В его голосе звучала привычная насмешка, однако сейчас в ней было что-то особенно игривое. Он словно намеренно наслаждался тем,насколько легко может управлять её движениями: то чуть приближал к себе, то отпускал, следуя музыке, а затем вновь ловил за руку, заставляя продолжать танец. Казалось, для него происходящее было всего лишь забавой, тогда как Луиза едва замечала его прикосновения и думала только об одном человеке, которого никак не могла отыскать.

Она снова скользнула взглядом по толпе, надеясь увидеть седые волосы или знакомое платье.

И тогда Артур вдруг резко прижал её к себе, заставив наконец обратить на себя внимание.

От этого собственнического жеста всё нутро Луизы пришло в возмущение. Она стрельнула в него колким взглядом.

— Знаешь, я вообще-то собиралась покинуть это милое общество, — прошипела она, — пока твои друзья пускали слюни у стола с пирожными, сравнивая женщин со сладостями.

В ту секунду её разум ненадолго отпустил Анну. Ей хотелось застать наглого лиса врасплох, хотелось пристыдить его за разговор с приятелями, но ничего не вышло, ведь он лишь звонко рассмеялся.

— Это ревность? — в его голосе не было ни капли серьёзности. — Нужно было активнее участвовать в этом диалоге.

Он произнёс это мягко, будто услышал вовсе не упрёк, а дружескую шутку, и лишь сузил глаза с привычным лисьим прищуром, продолжая уверенно вести её по залу.

Музыка всё продолжалась, движения становились резче.

— Прости, я совсем не хотел тебя оскорбить, — добавил он, заметив, что девушка нисколько не смягчилась. Его пальцы на мгновение скользнули по её талии, возвращая в ритм танца. — Ты что-то не поделила со старухой Флетчер?

От его слов девушка будто опомнилась и вновь принялась лихорадочно оглядываться.

— Что за страх? — уже без прежней напыщенной игривости спросил Артур.

Луиза вдруг ощутила подкатывающую панику, которую во что бы то ни стало нужно было сдержать. Она должна была взять себя в руки, иначе ещё немного — и её тревога станет заметна всем вокруг.

— Не могу сказать, — протянула она с наигранной надменной улыбкой, совершенно ей не подходившей.

Артур рассмеялся только сильнее, однако на этот раз его веселье быстро сошло на нет. Уже через мгновение девушка незаметно, но ощутимо впилась ногтями в его кожу.

Может, потому, что напряжение внутри требовало выхода, а может, потому, что рядом с ним она почему-то знала — ей можно.

Артур лишь слегка дёрнул бровью, но руку не убрал. Напротив, его ладонь чуть крепче сомкнулась на её талии, а сам он склонился ближе, так что следующие слова она услышала отчетливо.

— Знаешь, каким бы ни был твой секрет, ты можешь просто попросить меня о помощи, — тихо проговорил он. — В любой ситуации. Правда.

Луиза на мгновение замерла.

В его голосе не было фальши, и оттого простые слова прозвучали неожиданно серьёзно. Артур, конечно, оставался Артуром: даже сейчас в уголке его губ таилась знакомая самоуверенная улыбка, но взгляд на этот раз был внимательнее обычного.

— Я вообще-то умею быть полезным, — добавил он, чуть склонив голову. — Иногда.

Луиза медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться.

Она знала, что этот мужчина действительно способен помочь. И именно поэтому доверять ему было особенно опасно.

— Знаешь, подруга назвала меня наивной, — произнесла она, наконец беря себя в руки. — И, справедливости ради, так и есть.

Артур чуть приподнял бровь, ожидая продолжения.

— Вот только я отлично знаю: любая помощь мужчины в итоге обходится женщине слишком дорого.

На его губах появилась довольная усмешка, хотя задетый этим упрёком Артур едва заметно прищурился.

— Какая предусмотрительная.

Музыка увлекла их в новый такт, и мужчина плавным, но властным движением закружил её под своей рукой. Возвращаясь в его объятия, Луиза хлёстко отчеканила:

— Именно.

Она чуть отстранилась, возвращая между ними необходимое расстояние, и тут же, словно намеренно меняя направление разговора, добавила:

— Так что там насчёт десертов?

Артур посмотрел на неё с нескрываемым интересом, словно именно такого поворота разговора и ждал.

— Ты оскорбил меня при первой встрече, при следующей и наверняка сделаешь это снова, — спокойно проговорила Луиза, всматриваясь в довольное лицо мужчины. — Так скажи мне, Артур, я для тебя эклер или, может, бисквит?

Музыка стала тише, и согласно танцу молодой человек быстро оказался у неё за спиной. Его рука скользнула по её спине, удерживая ровно настолько, чтобы девушка не сбилась с движения.

— Так вот чего ты добиваешься, — процедил он заговорщицким шепотом. — Хочешь, чтобы я сказал, какая ты особенная?

Луиза нахмурила брови.

Разве этого она хотела?

— Твое разочарование меня удивляет. Ты ведь не настолько глупа, — тихо продолжил он, почти касаясь губами её виска.

Его пальцы едва заметно сжались на её запястье, а затем он повёл её за собой, заставляя сделать ещё один плавный шаг.

— К тому же, насколько мне известно, мой подарок тебе пришёлся по душе.

Он чуть наклонился, будто собирался сказать что-то ещё более личное, но вместо этого лишь тихо усмехнулся ей в самое ухо:— А ради десерта я бы ценностями не разбрасывался.

В Луизе снова вспыхнула злость.

Снова она хотела услышать от Артура что-нибудь глубокое и правильное, что-нибудь такое, что заставило бы её поверить: этот человек всё-таки отличается от своих приятелей.

Этот человек снова привычно рушил её ожидания. И Луиза до судорог злилась на саму себя.

Девушка испытала острую потребность выплеснуть гнев на обидчика, но устраивать сцену было нельзя.

— Говорят, что молчание — всё равно что согласие, а значит, я прав и ты…

Договорить он не успел, ведь каблук Луизы, разумеется, совершенно не случайно, со всей злостью впился ему в ногу.

Музыка завершилась, и мисс Бартвелл со всей грацией, на которую была способна, поспешила отпрянуть от своего кавалера.

Артур почти безупречно скрыл мимолётную боль. Почти.

На мгновение его лицо слегка исказилось, но уже через секунду он выпрямился и посмотрел на неё иначе.

В его глазах вспыхнуло что-то, чего раньше не было: не раздражение и не желание поставить её на место, а тот самый азарт, который появляется у человека, неожиданно обнаружившего перед собой достойного противника.

И было в этом взгляде что-то ещё, отчего кровь девушки будто стала теплее. Но она бы ни за что себе в этом не призналась.

Артур усмехнулся, коротко поклонился и удалился, оставив её среди заканчивающих танец пар.

Луиза проводила его взглядом, а затем сама не заметила, как уголки её губ дрогнули.

Так вот каково это — давать отпор.

Ощущение оказалось неожиданно приятным.

Правда, торжество наказания быстро улетучилось, как только она вспомнила о другой проблеме.

— Так, теперь Анна…

Было совершенно непонятно, что делать дальше. С одной стороны, нужно было отыскать женщину, с другой — как объяснить ей все?

Да и собственное нутро упрямо твердило лишь об одном: решать нужно после, а сейчас — уходить. Изо всех сил удерживая себя в рамках светских приличий, Луиза быстрым, нервным шагом пересекла холл, огибая фуршетные столы, возле которых стоял Райт.