Контент

— Эй, чувак, вечеринка у Дженны? Всё в силе?

Я щёлкаю пальцами, радуясь, что они не задают лишних вопросов о моём внешнем виде, вероятно, решив, что я просто ввязался в пьяную драку с каким-нибудь идиотом, и указываю на полузащитника «Буйволов», Брэма.

— Шутишь? — Ухмыляюсь я, но тут же стираю улыбку с лица, когда засохший порез на губе снова трескается. Чёрт, больно. — Я буду там, чувак.

Еще раз хлопнув меня по плечу, Брэм исчезает в толпе под одобрительные возгласы товарищей по команде. Чёрт, я совсем забыл об этой вечеринке, и… я забыл, что случайно пригласил Элоизу. Ха, она бы мне яйца отрезала, если бы узнала, как я её облапошил. Или, скорее всего, она уже знает, потому что кто-нибудь из её миллиона подписчиков, вероятно, уже упомянул об этой… оплошности.

Что?!Не смотрите на меня осуждающе, ладно? Эта девчонка постоянно сидит взаперти в своей чёртовой комнате, и я, играя свою лучшую роль несносного лучшего друга, просто обязан вытащить её оттуда, чтобы она немного пожила.

Когда мы входим в здание и поднимаемся на два лестничных пролёта, одна из подруг Элли выходит из её комнаты, одетая в пушистую пижаму с Микки Маусом. Кажется, её зовут Лия, или это Мия? Чёрт, трудно отличить этих близняшек друг от друга. Только Элли их различает, и…

— Мия, — коротко кивает Нокс, мгновенно выпрямляясь и принимая серьёзное выражение лица, словно проходит мимо королевской стражи, а копьё пронзает его прямую кишку, делая осанку идеально прямой.

— Привет, Нокс, — прощебетала девушка, которая, в конце концов, оказывается Мией. Затем она нахмурилась, глядя на меня. — Привет, болван.

Я игнорирую её, ну, почти. Я закатываю глаза и прохожу мимо. Я прекрасно понимаю, как эти две девушки готовы защищать мою и, хотя я не хочу этого признавать, их лучшую подругу. Если Лия ещё может смириться с мыслью, что я тоже часть жизни Элли, то Мия меня просто терпеть не может. Я подавляю желание заглянуть в соседнюю комнату и посмотреть, сердится ли Элоиза на меня по-прежнему или уже оттаяла, и мы можем вернуться к нормальной жизни, но сдерживаюсь. Не в таком виде, хотя уверен, что это её не испугает.

Войдя в комнату, Нокс тут же суёт мне в лицо пакет замороженного горошка. Я смотрю на его слегка порозовевшие щёки, приподнимаю бровь и выдаю:

— Привет, Нокси, — щебечу я, пародируя голос Мии, и смеюсь, когда он прищуривается, глядя на меня. — Серьёзно, чувак? Что между вами происходит?

Нокс возвышается надо мной, как вырубленный из гранита лесоруб, а не студент второго курса. Широкие плечи, густая, небрежная щетина. Темные, почти черные волосы до плеч, стянутые в небрежный пучок, и глаза, в которых плескается вечная, непроницаемая пустота.

Он игнорирует мои словесные выпады, как обычно. Привык. Иногда, когда я влипал в какую-нибудь историю или банально дрался, парни позволяли мне выпустить пар, выплеснуть яд. Но стоило мне вернуться в привычное, шутливое и невыносимое состояние, меня демонстративно игнорировали. Нет, я не всегда такой, ладно? В большинстве случаев я вполне вменяем, даже по-своему зрел. Но когда дерьмо особенно плотно облепляет меня со всех сторон, я пытаюсь спрятаться за маской клоуна. И Нокс, и Колтон это прекрасно знали.

Кольт входит в комнату, все еще оглядываясь через плечо. Он чешет выбритый висок, где виднеется татуировка скорпиона, и закрывает за собой дверь.

— Честно говоря, я никогда не смогу понять, кто из них Лия, а кто Мия, — проворчал он, сбрасывая ботинки на ходу. — Им нужно носить чертовы бейджи с именами.

— У Мии в глазах больше зелени, ближе к радужке, а у Лии - чистый карий, без золотистых или изумрудных искр, — пробормотал Нокс, роясь в холодильнике. Выпрямившись, он, вероятно, заметил, как мы уставились на него, будто у него вдруг выросла вторая голова. — Что? Это же очевидно, идиоты. У Мии волосы темнее, цвета воронова крыла с синим отливом, а у Лии - просто черные. Да и одеваются они по-разному, черт возьми, даже говорят по-другому.

Я открыл рот, предвкушая поток поддразниваний и колких шуток о его очевидной симпатии к лучшей подруге нашей соседки, но Нокс поднял руку, преграждая мне путь своей огромной ладонью.

— Только попробуй открыть свой поганый рот, Марк, — прорычал он. — Даже не думай об этом.

Я вскинул руки в примирительном жесте.

— Я и не собирался, — нагло соврал я.

— Ты считаешь веснушки, а я различаю оттенки глаз. Квиты.

Ладно, это был неоспоримый аргумент, который вынудил меня замолчать.

Мне нравились веснушки Элли, ясно? Просто сделайте вид, что вы этого не слышали.

— Влюбленный волк — уже не хищник, — вставил Колтон, и мы с Ноксом одновременно запустили в него подушками с дивана. Он выругался: — Да чтоб вас, придурки, да я же шучу!

Нокс, нахмурились проходит мимо, задев меня плечом. Затем усаживается на потертый диван и мгновенно завладевает пультом, чтобы переключиться на какой-то BBC канал с глубоководными обитателями.

Ага, вы думали, мы смотрим футбол, да? Пожалуйста. Ребята, я же не какой-нибудь тупой качок из студенческого братства и не ходячее клише из ромкомов.

Я втиснулся между Кольтом и Ноксом, уставившись на гипнотический танец медуз на экране.

Из соседней комнаты доннесся взрыв пронзительного девичьего смеха, заставивший нас с Ноксом отвернуться к стене, словно наша общая воля могла наделить нас рентгеновским зрением.

Боже, как бы я хотел, чтобы это было возможно. Как бы я хотел увидеть Элли прямо сейчас. Ее огненно-рыжие волосы, эти невероятные глаза цвета морской волны, с почти белым отливом. Нежный переход от насыщенного сапфира у зрачка к почти прозрачному, жемчужному краю, будто волна, набегающая на берег и оставляющая за собой пенный, искрящийся след. И россыпь веснушек, которые я всегда мечтал пересчитать, проверить, появились ли новые или старые поблекли.

— Итак, — наконец нарушает молчание Нокс, делая глоток пива и возвращая взгляд к водному зрелищу, — что ты собираешься сказать ей, когда этот болван обвинит тебя в нападении?

— Понятия не имею, — вздыхаю я, беру пакет замороженного горошка и прикладываю его к всё ещё ноющей губе. — Я имею в виду, я на девяносто девять процентов уверен, что у Арчи еще не отросли яйца до нужного размера, чтобы что-то предпринять. Но я всё объясню Элоизе, если понадобится. А пока я просто буду вести себя хорошо. Тихо.

Кольт фыркает, на него это не производит впечатления.

— Тихо? Марк, ты когда-нибудь делал что-нибудь тихо за всю свою жизнь?

Я бросаю на него сердитый взгляд.

— Спасибо за вотум доверия, придурок.

— Да, насчёт этого, — вмешивается Нокс, и в его глазах промелькнуло что-то, напоминающее беспокойство. — Ты сказал, что не хочешь навсегда изуродовать его, верно? Потому что, судя по тому, что я видел, лицо Арчи было похоже на топографическую карту неудачного дня. Возможно, тебе действительно придётся немного побыть хорошим мальчиком, идиот.

— Просто надеюсь, что никакое видео не появится в сети, где лицо её бывшего похоже на испорченную картину Пикассо, — добавляет Колтон, делая глоток своего пива. — Твоя принцесса точно не поклонница этих выходок пещерного человека. Она определённо не будет счастлива.

— Она не моя принцесса. Она моя подруга. Моя лучшая подруга.

— Конечно, продолжай убеждать себя в этом, чувак. Именно поэтому мы сегодня проехали пять чертовых часов до дома ее бывшего.