Одна на всех или Брачные игры драконов

– Да ну, незачем себя насиловать на ровном месте, – хмыкнула я, почти силой запихивая бутерброд ему в зубы. – Вот окажемся в чрезвычайной ситуации – тогда и продемонстрируешь свои сверхспособности. Давай-давай. Идём.

Вручив ему блюдо с бутербродами, я обошла Сумрака и принялась толкать его в спину в сторону собственной кровати.

– Отдохни уже хоть немного. Сколько ж можно на ногах стоять.

Он с некоторым сомнением присел на край кровати и, держа перед собой тарелку, глянул на меня исподлобья. Я ожидала от него некоторой скованности, может даже смущения, но он вёл себя совершенно свободно, и даже не постеснялся положить тарелку прямо на покрывало рядом с собой. Значит, не стесняется. Принципиальный голодальщик.

– Скажи, – я залезла на кровать и села, скрестив ноги. – Как думаешь, можно как-нибудь восстановить популяцию драконов, не прибегая к… моей помощи?

Сумрак прожевал бутерброд и задумчиво уставился в одну точку.

– Нет.

– Почему нет? Ведь вы владеете магией, вот даже меня смогли призвать с помощью какого-то супер-ритуала. Так почему же нельзя при помощи магии же породить новую ветвь?

Дракон покачал головой.

– Если бы это было так просто, мы бы давно уже это сделали. Ты наверняка судишь о драконах по участникам отбора, но это неправильно. Среди них по большей части избалованные нарциссы.

– В смысле? – я нахмурилась.

– Сама посуди. – Он повернулся ко мне и тоже скрестил ноги. – Последние дети. Единственные. Их холили и лелеяли с самого рождения, боялись потерять. Только Артасы и Варгасы решались отправлять свою молодёжь на войну, да и то не всех. Остальные жили в роскоши и вседозволенности. Ты – человечка. Представь, что человечки разом лишились способности рожать, и последние более-менее молодые женщины рожают последних мальчиков. Всё, больше никого не будет. Никого, понимаешь?

Он пронзительно посмотрел на меня, от чего по коже пробежала волна мурашек.

– Понимаю, – тихо ответила я, вспомнив про поколение тех, кто родился в войну и некоторое время после. В каком-то смысле ведь похожая ситуация. За исключением того, что после войны нация восстанавливается со временем, а тут… нечему уже восстанавливаться.

– Женщины ушли кто куда, – тихо проговорил Сумрак, сделав над собой некоторое усилие. – Одни просто прожигают жизнь, другие – ушли в монастырь. Они не верят в замысел с Избранной, хотя его взяли не со дна Анторры, а из писаний, этот ритуал был описан самой Богиней-Матерью.

– Богиня… – протянула я. – Вы все правда верите в то, что она существовала?

– А почему мы не должны верить? – он бросил на меня косой взгляд, иронично изогнув бровь.

Я чуть не поперхнулась и ответила, старательно подбирая слова:

– В моём мире не все относятся к религиям всерьёз, потому как те события, которые они описывают, произошли слишком давно, и даже если они действительно имели место быть, убедиться в их подлинности довольно сложно…

– Драконы живут дольше людей, – отрезал Сумрак. – И хотя среди ныне живущих никто не застал Богиню, наши деды в пятом поколении служили ей лично.

– Х-хорошо, – осторожно кивнула я. – И что же, вся ваша нация появилась от… матери?

– Да, – Сумрак даже не моргнул. – Согласно тем историям, которые передаются из уст в уста, драконы появились от великой Матери и великого Отца…

– У вас матриархат?

Сумрак озадаченно нахмурился.

– Ну как, – чуть смутилась я. – Храм вон посвящён матери, поклоняются все ей же, про отца никто ни разу не заикнулся.

– Позволь мне поведать тебе нашу историю, – Сумрак не сдержал улыбки. – Только не перебивай, хорошо?

– Только при условии, что ты будешь есть, – хитро улыбнулась я и подсунула ему под нос блюдо с оставшимся мясным рагу.

Он недовольно поджал губы, но всё же взял тарелку и двузубчатой вилкой подцепил кусочек.

– Согласно легендам Великая Драконица, Мать нашего мира, снесла золотое яйцо от четырёх драконов…

– Ты же говорил что-то про отца, – заметила я.

– А я просил не перебивать, – он пронзил меня строгим взглядом, и я тут же зажала рот ладонями, демонстрируя полную готовность молчать. Дракон выдержал паузу и продолжил: – Здесь трактовки расходятся. В народе принято считать, что в деле были замешаны четыре дракона, четырёх стихий. И это вполне логично. Но среди жрецов говорят именно про бога-отца. Великого дракона всех четырёх стихий.

Я подняла руку, привлекая к себе внимание Сумрака, и тот снова раздражённо поджал губы.

– В чём дело? – спросил он и отправил в рот очередной кусочек мяса.

– Но ведь кланов шесть, а не четыре.

– Младшие кланы зародились позже, – пояснил дракон. – Говорят, что однажды Мать и Отец оказались в ссоре. Старшие кланы придерживаются мнения, что Отец изменил Матери, младшие – что Мать изменила Отцу. Но, в чём бы ни была причина их ссоры, Мать осталась одна и, чтобы скрасить своё существование, из собственных чешуек создала младших драконов.

– То есть, вы все, поголовно, произошли от двух конкретных родителей. По крайней мере, от одной матери. Вы тут что, все… – я запнулась, не сумев быстро отыскать подходящие слова. – Все несёте потомство от своих братьев и сестёр? Это же вроде как… смешение крови?

– А у вас разве не так? – он смерил меня холодным взглядом… и усмехнулся: – Это всего лишь легенды. Что именно произошло в те времена, достоверно неизвестно, потому что все записи были уничтожены несколько тысячелетий назад. Великая Мать действительно существовала, и даже картины с её изображением сохранились, а старики помнят, как их прадеды рассказывали о ней. Но никто из тех прадедов не отвечал на вопросы подробно, они все…

Сумрак замолчал, и несколько секунд стояла звенящая тишина.

– Они – что? – шёпотом спросила я.

– Они все что-то скрывали. – Сумрак положил опустевшую тарелку обратно на столик. – По крайней мере, так считали старики, которых я опрашивал, когда только заступил на службу в храм.

Пришёл мой черёд задумчиво замолчать. Выглядело это всё предельно странно: какая-то совершенно нереалистичная картина возникновения мира и целой цивилизации, ещё и покрытая тайнами, которые кто-то решил похоронить. И если действительно целое поколение скрывало правду о прошлом, значит, её скрывали ещё и по общему сговору.

Как может появиться целая цивилизация вот так, с бухты-барахты? В голову приходят только истории про инопланетян. Предположим, что эти их великие родители – пришельцы из космоса, заселили планету, а деточкам об этом по какой-то причине не сказали. Но тогда выходит, что они откуда-то взялись. А если они откуда-то взялись, то где-то должны быть и другие драконы, и необходимость использовать гипотетическую Избранную…

– Всё было в порядке до недавнего времени, – Сумрак перебил мой поток мыслей, вернув к реальности. – Аллен рассказывал тебе об этом. Восемьсот лет назад Богиня прокляла весь драконий род, лишив его возможности рожать девочек.

– А почему именно – достоверно неизвестно, – припомнила я слова ледяного дракона. – Как вы вообще поняли, что вас именно Богиня прокляла?

– Она явилась к нам. Ко всем. Во снах.

– Массовое помешательство? Кто-нибудь обладает магией, способной насылать определённые сны?

Сумрак рассмеялся – и это было совершенно неожиданно, ведь ни разу я не видела на его лице даже сколько-то широкой улыбки.

– Во-первых, за восемьсот лет уже отыскали бы подонка, который решился на подобное вторжение, даже если бы оно было возможно. Во-вторых, девочки ведь и в самом деле перестали рождаться! Совсем! Ни одной! Те четыре драконицы, которые в тот момент высиживали яйца с девочками внутри, получили лишь мёртвые тела своих нерождённых дочерей.

Я покачнулась, упала боком на кровать и свернулась калачиком. Прошептала:

– А если всё это зря? А если так ничего и не получится, и на самом деле я не могу родить вам девочку?

– На плече Блейна появилась метка, – с тихой хрипотцой ответил Сумрак, и я почувствовала лёгкое касание на своих волосах. – Значит, ты и в самом деле Избранная.

– Почему именно я?..

– Так распорядилась сила, которая даровала тебя нашему народу. Ритуал можно проводить только в момент, когда связь с магией особенно сильна, мы ждали этого момента очень долго. И теперь, когда время пришло, сила наделила тебя чем-то особенным.

Я перевернулась на спину и ладонь, которой он едва ощутимо проводил по волосам, легла на покрывало рядом с моим ухом.

– А вдруг где-то ещё существуют драконы, такие же, как и вы? – я повернулась к ладони и осторожно коснулась щекой его пальцев.

– Мы свободно путешествуем между мирами. Если бы были, то за несколько тысячелетий либо они к нам в гости зашли, либо мы их отыскали бы. Есть даже специальный отряд ветеранов, который изучает другие миры, и отыскать подходящую для нас расу – их первоочерёдная задача.

Мои веки медленно опустились. Хотя до вечера оставалось ещё несколько часов, события дня вымотали меня, и теперь, после сытного обеда, жутко хотелось спать.

– Я оставлю тебя, – тихо произнёс Сумрак. – Только проверю комнату на всякий случай.

Он встал, и я приподнялась на локте, наблюдая, как он осматривает и прощупывает каждую стену в комнате, каждый шкаф и даже зеркало. Потом вошёл в ванную. Подумав, я прошла к окну и, когда он вернулся, смущённо отвела взгляд.

– Останься со мной.

– Я буду рядом. За дверью.

– Нет, останься здесь. И мне так спокойнее, и… кровать большая, поместимся оба. Там в коридоре тебе ведь даже присесть некуда.

Его тонкие губы изогнулись в плохо скрываемой улыбке.

– В этом нет необходимости. Тебе необходимо отдохнуть и восстановить силы. Мисс Хайд вряд ли даст тебе большую передышку перед следующей встречей.

Ком подкатил к горлу, и я отвернулась к окну, надеясь, что он не увидит, как напряглись мои брови. Закусила губы, опёрлась о подоконник… И в этот момент меня оглушил крик Сумрака:

– Стой!!!

Словно несущийся по рельсам скоростной поезд, он сбил меня с ног, а когда я, лёжа на полу, обернулась, то не могла поверить своим глазам.

С перекошенным лицом, в неестественной позе дракон застыл у окна, покрытый коркой льда, и лёд этот распространялся всё дальше от него, похрустывая, захватывая часть стены и пола – которые треснули, обвалились – и Сумрак скрылся в образовавшейся дыре.

– Не-е-ет!!! – закричала я, бросаясь к краю, и успела увидеть, как мой телохранитель, замороженный, неподвижный, упал в бурную реку у подножия скалы.

Судорожно впившись пальцами в обледеневший край, я наблюдала, как дракон быстро уплывает вниз по реке, и только когда пальцы обожгло холодом, осознала, что лёд начинает распространяться и на меня. Неловко, словно змея на сковородке, я отскочила в сторону и с ужасом посмотрела на собственные ладони: они подёрнулись льдом, и холод постепенно проникал под кожу.

– Помогите, – пробормотала я. А потом вскочила на ноги и бросилась к двери: – На помощь! Кто-нибудь!

Дверь поддалась не сразу. Остановившись на мгновение в дверном проёме, я обернулась: лёд медленно, но верно захватывал комнату, сантиметр за сантиметром, и от этого зрелища перехватывало дыхание.

– На помощь! – кричала я, бросаясь по коридору, стуча в каждую дверь, надеясь отыскать хоть одну живую душу. Только в соседнем пролёте мне встретилась горничная, которая подбежала ко мне, взяла за плечи и заглянула в глаза:

– Что случилось?

Я не могла отвечать. Тяжело вдыхала сквозь застрявший в горле ком и изо всех сил старалась не разрыдаться.

– Да в чём дело? Позвать охрану?

Я отчаянно закивала.

– Ждите здесь, – коротко велела горничная.

Она побежала по коридору к выходу из крыла, и я поспешила за ней, потому что оставаться одной было в тот момент выше моих сил. У выхода в галерею действительно оказалась охрана в виде двух мужчин с узким разрезом глаз. Судя по всему – не драконы, люди.

– В крыле Избранной что-то произошло, – коротко сообщила горничная. Стражи не раздумывали. Не теряя ни минуты они бросились мне навстречу и, на ходу обменявшись взглядами, разделились: один побежал дальше, в сторону моей комнаты, второй остановился рядом.

– Где ваш телохранитель? – спросил он в лоб. – Почему вы одна?

– О… о… он…

Я не выдержала. Громко всхлипнула, спрятала лицо в ладонях и, с трудом переведя дыхание, добавила:

– Замёрз. Совсем. И уп… уп… упа-ал…

С силой я хлопнула себя по щекам, пытаясь заставить прийти в себя. Сумрак где-то в бурном потоке реки, а у меня двух слов связать не получается!

– Он толкнул меня возле окна, – срывающимся голосом заговорила я. – Когда обернулась, он уже был замёрзшим, как кусок льда. И окно у него за спиной, и пол у него под ногами. А потом…

– Генри! – это второй стражник выбежал из-за угла. – Я за драконами!

– А потом кусок комнаты обвалился, вместе с Сумраком, прямо в реку, – тихо закончила я.

Лицо стража медленно вытянулось. Он поднял меня, всхлипывающую от пережитого шока, на ноги и, придерживая за плечи, повёл по галерее. Молча. Да и что он мог мне сказать? Что всё будет хорошо? Не будет!

Мы успели пройти галерею и спустились по лестнице на этаж ниже, когда встретили компанию из четырёх драконов. Из-за пелены слёз перед глазами я не могла даже толком рассмотреть, кто именно, и потому резким движением утёрла влагу на лице.

– Куда вы её ведёте? – строго спросил ледяной дракон. Аллен.

– В храмовые комнаты, – рапортовал страж. – Необходимо назначить нового телохранителя.

– Заместителя верховных уже выбрали? – спросил другой дракон. Судя по серебристым отблескам глаз – стальной.

– Мистер Джеферсон занимает этот пост последние двадцать лет. Нового Архонта пока нет.

– Тогда иди за Джеферсоном, а Избранная пойдёт с нами.

Страж явно сомневался, и я разделяла его сомнения. Мне уже доводилось видеть, как легко Аллен управляется со льдом, и теперь медленно, но два плюс два начало складываться. Люди в этом мире не обладают подобными способностями. А из драконов – только ледяные.

Я отшатнулась, когда Аллен приблизился ко мне. Во всех детективах убийцей всегда оказывается самый неприметный персонаж – или тот, кто вызывал симпатию с самого начала. И теперь я чувствовала себя, словно рыбка, которую течением несёт прямо в сети.

– В храмовых комнатах должно быть безопасно, – возразила я.

– Нам нужны ваши показания, – негромким басом ответил стальной.

Что, если они все заодно?.. Кому вообще можно доверять?

Судя по тому, как напряглись желваки на щеках стража, его размышления были схожи с моими. Он качнул головой:

– Избранная должна быть под охраной храмовой стражи.

– И вы думаете, мы доверим вам её жизнь?! – рыкнул один из огненных драконов. – Среди вас почти нет драконов, вам нет дела до продолжения нашего рода! Вы знаете этотхрам, как свои пять пальцев! Кого, если не вас, подозревать в убийстве Архонта и покушениях на Избранную?!

Стальной крепко схватил огненного за плечо и дёрнул его к себе.

– Успокойся, Итан. Рано ещё выдвигать обвинения.

Аллен кивнул:

– Пусть храмовая стража присутствует во время осмотра места преступления. Они боятся оставить Избранную с нами, мы – с ними. Значит, будем следить друг за другом.

– Я распоряжусь, – вызвался второй из стражей. – Генри, ступай с ними и будь начеку, а я схожу за старшими братьями.

– Как вы смеете так с нами разговаривать?! – вспылил огненный, но стальной крепко сжал его плечо – и тот прикусил язык.

Когда мы вернулись к комнате, меня снова начало трясти, а в груди тоскливо заныло. Смотреть на дыру в комнате, сквозь которую виднелось закатное солнце, было невыносимо тяжело. Почти половина моей спальни была покрыта льдом. Драконы переглянулись.

– Мерцающая ловушка, – тихо протянул четвёртый, песчаный дракон.

Аллен сглотнул и мелко кивнул в ответ.

– Среди служителей храма есть Варгасы? – второй огненный резко обернулся в сторону стража, который всё ещё придерживал меня за плечо, словно опасался, что я попытаюсь сбежать.

– Нет, – уверенно ответил тот. – Сумрак был из Артасов, Архонт – тоже. Помимо них остались ещё двое из Лоранов и мистер Джеферсон – тоже Артас.

– Рон, – обратился Итан к своему сородичу. – Пойди справься у Артасов с Лоранами, что они знают о своих отшельниках. Аллен, что скажешь о ловушке?

– Мерцающие силки, – ответил ледяной, шагая вдоль линии льда. – Ещё не деактивировалась, так что лучше не прикасайтесь. Силки устроены так, что вы не почувствуете даже дискомфорта, пока лёд вас не захватит.

Я вспомнила про свои руки, которыми успела прикоснуться ко льду, пустила на них взгляд и не сдержала крика. Драконы, как по команде, метнулись ко мне.

– Что?! Что с ними?! – кричала я, глядя на трясущиеся ладони, покрытые толстой коркой льда. Пальцы едва слушались.

– Вот об этом я и говорил, – Аллен протянул ладонь в мою сторону, и с кончиков моих пальцев – в кончики его потянулась тонкая мерцающая струйка. – Через некоторое время придёт холод, а вместе с ним и руки начнут оттаивать. Больше никого здесь не было?

Я покачала головой.

– Только Сумрак.

– Ты можешь убрать это? – спросил стальной дракон, кивая на наледь.

– Увы, – Аллен присел на корточки, рассматривая край обмороженного участка. – Силки всё ещё в действии, и пока они не утратят силу, с ними ничего нельзя сделать.

– Да чтоб вас, – прорычал рыжеволосый Итак и, оттолкнув в сторону Аллена, воздел руки к потолку… а когда опустил, на дальнюю половину комнаты обрушилось пламя.

Я ойкнула и отшатнулась, спиной уперевшись в… нет, не стража. Это был очередной дракон. Крупный, с буграми мышц, виднеющимися в разрезе расстёгнутой до середины груди рубахи.

– Нам уже доложили, – произнёс он, нахмурив кустистые брови, цвет которых потрясал воображение. Иссиня-чёрные пряди перемежались светлыми, голубоватыми и кое-где – с фиолетовым оттенком. Неужели они не красятся, а в самом деле такими рождаются?

– Нужно Избранную перевести в другое помещение, поставить усиленную охрану, не подпускать к ней никого, – строго проговорил Аллен. Он вытягивал мерцающий поток из обледеневшего пола и даже не оборачивался. – В страже придётся стоять самим на случай, если эти покушения – предательство со стороны братства.

– В братстве нет ледяных драконов, – напряжённо возразил Страж. – Скорее ищите предателей среди своих.

– Вы вообще думаете, о чём говорите?! – вспыхнул огненный – и его рыжие волосы в самом деле на короткое мгновение загорелись. – На кону стоит выживание нашего вида, как предатель может быть среди нас?!

– Прекратите сейчас же! – прокричала я, что было мочи, и голос сорвался под конец. Прокашлялась. – Значит, так. Пусть служители храма предложат несколько вариантов комнат, в которые меня можно поселить. Затем я выберу случайным образом нескольких представителей храма и нескольких драконов из гостей. Путём анонимного голосования оставим три комнаты из предоставленных вариантов, а из них уже я сама выберу ту, которая мне будет больше по душе. В охране будет один дракон, любой, кроме ледяного, и один храмовый служитель. Всегда, везде – только парой. В мои покои не будет заходить никто. Совсем никто! И только после того, как вы придумаете способ наверняка убедиться в невиновности человека или дракона, я соглашусь остаться с ним наедине. Всем всё понятно?

Драконы переглянулись.

– Дело говорит, – пожал плечами Аллен. – Невиновность можем определять с помощью артефакта истины.

– Но он заряжается почти сутки! – возразил огненный.

– Значит, поиск истинной пары для Избранной затянется! – гаркнул в ответ Аллен.

В коридоре послышались торопливые шаги – и в комнату заглянули ещё несколько мужчин.

– Ясного дня, господа, – проговорил один из них, такой же мрачный и со сверкающими глазами, как Сумрак. – Мы пришли за Избранной.

– Мы её отдадим только в сопровождении участников отбора.

– Как вам будет угодно, – согласился мрачный. – Позвольте представиться. Брат Джеферсон, временно исполняющий обязанности Архонта.

Аллен сел в кресло, которое почти не затронуло волной льда, и устало помассировал висок.

– Пусть Елизавета расскажет в подробностях всё, что здесь произошло, потом сопроводите её в зал совещаний. Будем думать, как действовать дальше.

Глава 13

Селина

Признаться, все эти страсти на совете настолько выбили меня из колеи, что вернувшись в свой рабочий кабинет, я первым делом позвала горничную и попросила заварить успокоительный чай. Девица в ультракороткой юбке, сверкая накрахмаленными панталонами, усиленно наклонялась над столиком, готовя мне запрошенный напиток.

– Можете так не стараться, – бросила я раздраженно. – Мне ваши прелести не интересны.

– Прошу прощения, – она обернулась и смерила меня наглым взглядом, в котором не было и намека на извинение. – Привычка.

– И откуда же у вас такие привычки? – недовольно протянула я, представив, что было бы, окажись на моем месте кто-то из драконов.

– Сами понимаете, – девушка, наконец, закончила и поставила мне на стол чашку с горячим ароматным чаем, пить который мне отчего-то уже расхотелось. – Драконы очень любвеобильны.

– И что, они, кроме прочего, заставляют вас оказывать интимные услуги? Это же незаконно!

– Никто нас не заставляет, – горничная подошла ближе и склонилась над моим столом, демонстрируя пышную грудь в глубоком вырезе блузки. – Но нам, простым девушкам, надо как-то крутиться, чтобы обеспечить себе достойное будущее. А драконы очень щедры на подарки своим любовницам.

Я ничего не сказала, хотя горничная явно ждала от меня какой-то реакции. Но нельзя навешивать на человека ярлык, основываясь лишь на первом впечатлении. Ситуации у всех бывают разные. Я ради денег продала собственную девственность. Мне ли судить других? Если взять ту же Избранную, у нее был выбор, она могла послать всех в бездну и отказаться. А она взяла и согласилась, чем не только подарила надежду драконам, но и всему нашему миру. Потому что как только последний ящер погибнет, всем привычным устоям придет конец.

Не дождавшись от меня ответа, девушка, плавно покачивая бедрами, покинула мой кабинет, а я вспомнила, как неоднократно приносила кофе Ноа Варгасу, после чего он брал меня прямо на столе или придумывал очередное задание. Ему нравилось заставлять меня выходить из зоны комфорта, чувствовать себя крайне неловко. Например, однажды мне пришлось присутствовать без нижнего белья на конференции с очень крупными заказчиками. Более того, Ноа то и дело ронял что-то на пол, вынуждая меня наклоняться и поднимать. Уже через полчаса я ненавидела его так сильно, что, казалось, меня разорвет от столь сильного чувства. Но едва за последним гостем закрылась дверь, мой дракон прижал меня грудью к столу и заставил позабыть обо всем на свете, раз за разом доводя до исступления.

Зря я, конечно, вернулась мыслями к этому невыносимому ледяному дракону. При воспоминании о нем между ног стало жарко и влажно. Настолько, что успокаивающий чай вряд ли мог погасить это пламя. Я попыталась отвлечься и заняться составлением списка, в какой очередности драконы будут пытать свое счастье с Избранной. Но в голову упорно лезли мысли, что после расставания с Ноа у меня не было ни одного мужчины. Я так и не смогла довериться кому-то настолько, чтобы подпустить к себе.

Чай немного остыл, и я сделала большой глоток. Наверное, сработало самовнушение, потому что самой себе я показалась гораздо спокойнее. Мне удалось даже открыть блокнот и составить примерный план действий. Во-первых, стоило добиться от Избранной, чтобы она обозначила свои предпочтения. Что-то мне подсказывало, что Лоран хоть и был нежен, но Лизе чего-то не хватило. Во-вторых, надо было узнать, что точно было в Писании. Возможно, Верховная жрица обманула драконов в чем-то еще. В идеале стоило бы выяснить точное звучание пророчества. В том, что должна была явиться Избранная, у меня сомнений не было. А вот в ее предназначении… Неужели действительно невинная девушка должна по воле Богини соединяться с незнакомыми ей мужчинами до тех пор, пока один из них не окажется ее истинной парой? Мне почему-то всегда казалось, что Великая Золотая Драконица умна и справедлива, и подобный способ искупления был немного не в ее стиле. Ладно бы страдали драконы, они это заслужили, но Лиза почему должна отдуваться за них за всех? Еще и подвергаться опасности.

Погрузившись в собственные мысли, я не заметила, как допила чай. Посмотрела на дно опустевшей кружки и перевела взгляд в блокнот. Там значилось всего одно имя – Ноа Варгас, которое я поспешила старательно замалевать. Не хотелось признаваться в этом даже себе, но мне отчаянно не хотелось его близости с Избранной. Что, если именно он окажется ее истинным?

Опуская ручку, я нечаянно задела грудь. Напряженный сосок отозвался неожиданно острым удовольствием и я, не удержавшись, обхватила его пальцами сквозь тонкую ткань блузки и белья. Ощущений оказалось недостаточно, и, расстегнув две верхние пуговички, я просунула руку под плотную чашечку бюстгальтера. Затвердевший сосок ткнулся в ладонь, и я сжала грудь. Колени, будто действуя сами по себе, разошлись в стороны. Ох, Ноа, что он творил со мной, даже находясь далеко?