Принц крови. Похищенная ночь

Ой…

И вот что сказать?

Особенно если говорить правду совершенно противопоказано, а на импровизацию требуется какое-то время?

– Я? – переспросила бестолково. – Я… ведьма! – призналась гордо.

Просто воины из местного ковена меня уже так называли, да и… вполне безобидные же создания эти ведьмы.

Не гарпией же называться? А на дриаду или фею какую-нибудь я совершенно точно не похожа, к сожалению.

К тому же озвученная ложь слетела с уст очень легко и с самой глубочайшей искренностью, на которую я только оказалась способна.

Даже я самой себе поверила!

А вот маг крови почему-то нет.

– Ты не ведьма, – постановил он безоговорочным тоном.

Я даже расстроилась немножечко.

А ведь так старалась изображать правдоподобность!

С другой стороны, может, это снова проверка такая?

Вон с зачарованными клинками тогда, при первой нашей встрече в его покоях, я уже нечто подобное «провалила». И ведь, гад такой, сам же тогда предложил их взять. А значит, рассчитывал, что «неугодная» наложница, как только войдёт в спальню, тут же… помрёт долгой и мучительной смертью? Не знаю, как остальным ощущалось бы на моём месте, но лично мне стало обидно!

– Это почему это я не ведьма? – оскорбилась уже вслух, поджав губы, заодно и на его высказывание ответила.

Мужчина как-то неожиданно миролюбиво улыбнулся. Заметила, потому что он в этот момент лицом ко мне развернулся, между прочим, так и не отодвинув сталь от своей шеи. Наоборот, остриё плавно проехалось по его горлу, хоть и самым странным образом не причинило никакого вреда.

Псих!

В общем, я в шоке…

А он всё ещё улыбается!

Я в двойном шоке.

– Мы с тобой тут уже довольно много времени вместе провели, и ты ни разу меня ещё не прокляла, – пояснил маг крови свой предыдущий вывод. – Так что ты кто угодно, но точно не ведьма, – заключил во второй раз, зачем-то продолжая улыбаться с по-прежнему непонятным добродушием.

– Какой смысл мне вас проклинать, если вы всё равно любое проклятие с моей стороны обезвредите? – парировала, сложив руки на груди, отступая от него на шаг назад.

Немного подумала и дистанцию ещё больше увеличила.

Жаль, тем самым саму себя обратно в глубь храма загнала.

Ну да ладно, лишь бы подальше от этого… умного!

– Если бы мне было по силам воздействие на главу ковена магов крови, я бы и прежде особо стараться не стала, – припомнила вид нашего с ним предыдущего времяпровождения. – Усыпила бы вас сонным зельем, да и всё. Но на вас же защита стоит, – предположила с учётом своего предыдущего провала. – И яды тоже не берут, насколько знаю, – хмыкнула, сконцентрировавшись на клинке, который оставался по-прежнему со мной.

Шаккар, значит…

Интересно, а другой как называют?

– Верно, – не стал отрицать Амитиас. – Тут ты не прогадала, – прозвучало больше издёвкой, чем похвалой.

Ага, тут я всё верно расценила.

А вот с другим…

Эх, знала бы я, что мне всевышние силы настолько жестоко отомстят за грешное желание взять чужое…

Получше бы подготовилась!

Но поскольку оправдываться стало совершенно бессмысленно, пожала плечами, не считая нужным обсуждать свои ошибки.

– Скоро рассвет, – порадовал меня между тем сменой направления разговора собеседник. – Верни похищенную ночь, Фрейя. Или она убьёт тебя.

Ан нет…

Рановато я радоваться начала!

Ко всему прочему, самым подлым образом, будто в подтверждение чужих слов, в районе солнечного сплетения противно запекло, а по венам словно жидкое пламя пустили. Моментально бросило в жар. Пришлось вдохнуть глубже и ненадолго прикрыть глаза, дабы унять свербящую изнутри отдачу от начала разрушения защитного покрова, отделяющего чистейшее проявление огненной стихии от реальности.

Высвобожденная из артефакта сила, которую я использовала для защиты от пагубного воздействия мощи цветка, как и упоминал маг крови, действительно была зациклена на мне. Это являлось своеобразной мерой предосторожности: чтоб уж наверняка с таким трудом раздобытую ценность никто не смог у меня позаимствовать, как до этого сделала я сама, не зря Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский в данный момент был вынужден лишь просить и никак не мог отобрать у меня необходимое ему самостоятельно. Впрочем, насчёт «просить» я погорячилась. Поскольку так ничего и не ответила ему, «просьба» переросла в откровенную угрозу.

– Ты умрёшь, Фрейя, – мрачно напомнил маг крови. – Уже умираешь. И прекрасно чувствуешь это, – прищурился, смерив меня тяжёлым сканирующим взглядом. – Защита окончательно истончится совсем скоро. С учётом того, сколько времени ты подавляешь силу стихии, итоговая отдача будет очень масштабна. И тогда не только от тебя самой, даже от этого места, – махнул рукой в неопределённом жесте, – ничего прежнего не останется. Не глупи, девочка. Оно того не стоит. Верни цветок, пока не слишком поздно, – прозвучало с откровенным упрёком. – Если будешь упрямиться и дальше, не только сама погибнешь, но и вместе с собой заберёшь множество других жизней.

А вот тут он ошибался!

Очень жестоко…

Но я ему об этом не скажу.

– Вы правы, – согласилась с ним на свой лад. – Если защита истончится, умру не только я одна. Если не вы сами, то ваш народ умрёт вместе со мной, – бросила с откровенным вызовом. – Но ведь великий правитель, хранящий огненные пустыни Аксартона, не может этого допустить, правильно? – спросила, хотя ответа и не ждала вовсе. – Отпустите меня. И тогда никто в вашем мире не пострадает, – выдала в довершение гордо и решительно.

И да, это ультиматум!

К тому же не оставляющий особого времени на раздумья…

Зацикленная на мне защита продолжала таять. Намного быстрей, нежели хотелось бы. Очевидно, маг крови с абсолютной точностью умудрился рассчитать оставшееся время. До восхода солнца оставалось совсем немного.

Тёмное небо Аксартона наполнялось рассветными красками. И вместе с тем не только мне одной становилось невыносимо жарко. Сама атмосфера постепенно раскалялась. Кислород буквально выжигал лёгкие при каждом новом вздохе. Уверена, не я одна это чувствовала, судя по напряжению, исходящему от мужчины. Правда, если я уже едва держалась на ногах, с каждым проходящим мгновением прикладывая всё больше и больше усилий, чтобы не рухнуть на колени, то вот он… всё ещё обдумывал мои слова. И почему-то с принятием решения не спешил.

И вот кто из нас двоих тут действительно упрямый?

Чтоб его Хела… всяко разно.

Целую вечность!

– Всего одна похищенная ночь, Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский, – напомнила о своём условии. – Не так уж и много за сохранение мира в вашем измерении. Могу даже пообещать, что никто никогда не узнает об этом.

Слова давались с превеликим трудом. Мало того что у мага крови имя трудновыговариваемое, так ещё и собственные силы стали подлейшим образом меня покидать. Я даже клинок выронила. А ещё вынужденно стащила с себя сумку, оставив ту валяться на полу. Слишком уж тяжёлой стала казаться ноша. Буквально душила. Впрочем, без неё задыхаться меньше я не стала. Однако и не зря я всё-таки это сделала, ибо вскоре тканое изделие банально истлело и превратилось в пепел, не выдержав жара огненного цветка.

Удерживать себя в вертикальном положении также оказалось проблематично, так что я всё же вынужденно опустилась на пол, подбирая искрящуюся едва уловимую взглядом магическую оболочку, чьё нутро в скором времени способно принести безграничную смерть всему, до чего дотянется.

Надеюсь, мой поступок более чем демонстративный!

Жаль только, ожидаемого эффекта так и не принёс.

– На будущее, – после мучительно длительного молчания наконец изрёк мужчина. – Не советую выдвигать мне какие-либо условия, принуждая к чему-либо таким образом, – приблизился, склонившись совсем близко, поддевая сгибом пальцев подбородок, приподнимая моё лицо, вынуждая смотреть на него. – Со мной это никогда не срабатывает. Себе же только хуже сделаешь.

Вот совсем не то я рассчитывала услышать!

Сплошное разочарование, в общем.

– Я готова к встрече со Смертью, – только и сказала, крепче сжимая в своих ладонях то, что разрушало меня.

Ну, теперь-то он должен уже сдаться!

Или нет…

Первый луч солнца только-только задел огненные пески Аксартона, когда пекло в моей грудной клетке стало совсем невыносимым. Небесное светило всё ещё полностью не взошло, однако ночная тьма уже растаяла.

Не зря цветок называют похищенной ночью…

Даже вспыхнувшие в пространстве ализариновые переливы показались чем-то блеклым и несущественным. Я бы на них вообще никакого внимания не обратила, заворожённая красотой раскрывающейся во всей красе чистейшей огненной стихии, но кое-кто другой решил совсем иначе.

Наряду с витиеватым ругательством, зачем-то содержащим упоминание о моей матери и множестве анатомических поз не совсем приличного порядка, правитель аксартонских пустынь самым грубым образом схватил меня за плечи, встряхнул, так и продолжая нелестно отзываться о моей родне, а затем не менее жёстко впихнул в открытый им портал.

Наверное, стоило бы возмутиться таким обращением, да только в лёгких, благодаря внезапному перемещению, последний кислород исчез. А из межпространственного перехода моя плохо подготовленная к такому повороту событий тушка так и вообще банально вывалилась.

Грохнулась я аккурат на вершину рыхлого бархана, весьма неудачно кувыркнувшись с него вниз, по пути выронив огненный цветок.

– Верни похищенную ночь, Фрейя, – услышала в который раз то же самое от повелителя аксартонских пустынь.

Не удивил ни разу, в общем.

– Не верну, – огрызнулась ответно.

Постоянство – наше всё!

– Но вы всегда можете попытаться её отобрать, – предложила, прекрасно зная, что в действительности прикоснуться к обозначенной ценности могу лишь я одна.

По крайней мере, пока созданная мною магическая защитная оболочка ещё не за пределами своего существования. Хотя дальше вообще уже никто не будет в силах контролировать вырвавшееся на свободу чистейшее проявление огненной стихии. Особенно когда оно моментально пустит корни, которые не вырвать.

– Что, всё ещё не получается? – дополнила с откровенным злорадством.

Заработала пристальный осуждающий взгляд. Мужчина негромко хмыкнул и прищурился, смерив меня с головы до ног оценивающим взглядом.

– Женщина, не зли меня, – делано спокойно отозвался маг крови.

И так обидно это прозвучало. Нет, не про злость и не вполне прозрачный намёк на то, кто из нас двоих тут сильнее. Про женщину. Уж больно странно снисходительную интонацию он вложил в это обращение.

– Да как скажете, – согласилась фальшиво покладисто, сконцентрировав внимание на предмете обоюдного спора.

С учётом того, где я находилась, был необходим всего лишь один рывок, если максимально вытянуть руку… На том и сосредоточилась. Жаль, вспыхнувшее в пространстве ализариновое плетение оказалось быстрее. Тончайшая магическая вязь накрыла участок пустыни в виде купола, окутывая так необходимое мне. Песок под похищенной ночью давно раскалился, превратившись в темнеющее стекло, продолжая плавиться дальше, а вот злосчастная магия крови так никуда и не делась.

– Что, теперь и у тебя не получается? – самым бесстыжим образом передразнил моё недавнее высказывание мужчина с предовольным видом.

Вот же… Вредный!

Я бы обязательно ему ответила, да только жжение в районе грудной клетки вновь напомнило о себе. Не смогла ни звука из себя выдавить. Как и пошевелиться. Впрочем, вскоре это стало совершенно неважно. Пространство заполнила ослепляющая вспышка силы высвобождающейся похищенной ночи одновременно с новыми ализариновыми плетениями магии крови. Пронзающая всё вокруг сила старшего из рода Эльрилейрдских оказалась последним подавляющем обстоятельством, благодаря которому меня благополучно вырубило…

Глава 4

Опутывающая сознание темнота постепенно таяла, позволяя вернуться в реальность. Солнце над раскалёнными песками стояло подозрительно высоко над линией горизонта. Ни императорского дворца, ни храма поблизости всё ещё не наблюдалось. Да и вообще вокруг не было ничегошеньки, кроме этих самых песков. Ну, если не считать, собственно, меня самой, всё ещё сияющего купола из ализаринового переплетения, накрывшего собой мою похищенную ночь, и мага крови, почему-то пребывающего в отключке.

Хм…

Поднявшись на ноги, слегка пошатываясь и игнорируя зудящую в голове мигрень, я подошла немного ближе к проявлению чужой магии. Искусная вязь многочисленных защитных заклинаний причудливо переливалась, перетекая, постоянно двигаясь, подобно живому кокону. Но не это привлекло моё внимание. Во-первых, я всё ещё не покинула этот мир, а значит, разрушение защиты меня не сожгло. Более того, изначально созданная с помощью артефакта оболочка оказалась полностью восстановлена. И, определённо, даже больше: судя по ощущениям, теперь в неё было влито столько магии, что продержится этот новый вариант преграды гораздо дольше предыдущего.

Это что получается? Маг крови поместил туда свой энергетический резерв, дабы не выпустить на свободу огненную стихию цветка?

Очевидно…

Сколько же своей силы ему в это понадобилось вложить?!

Так и перегореть недолго.

То-то он в отключке…

Даже жаль его стало на пару мгновений.

Не думала, что в нём столько… нет, не самоотверженности.

Безрассудства!

Жить надоело, что ли? И из-за чего? Из-за собственного упрямства. Отпустил бы меня, да и всё, не пришлось бы тогда так мучиться. С другой стороны, мне-то что? Даже на руку. Пока он тут, я со спокойной душой могу вернуться во дворец и раздобыть себе ещё один цветик, раз уж с имеющимся всё равно проблемка получается. Ну и пусть к подобному варианту я не была подготовлена, а значит, получится не очень аккуратно и тихо.

Мне очень нужна сила этого цветка! Не могу я домой без неё вернуться!

А он…

Пусть умирает. Его смерть уже близко. Чувствую её даже явнее, чем саму себя. И это, честно говоря, немного странно.

Ну да ладно!

Можно подумать, он будет первым из сильнейших этой вселенной, кто так нелепо погибнет. Аксартонцы себе и другого правителя найдут. У главы рода Эльрилейрдских в наличии двенадцать живых братьев, насколько помню. Кто-нибудь из них заменит.

С этими мыслями я развернулась в другую сторону, выбрав наиболее подходящее направление: подальше от умирающего, поближе к заветной цели.

Жаль, уйти на достаточное расстояние мне так и не удалось.

Добравшись до первого встречного бархана, я всё же замерла, бездумно разглядывая простирающиеся повсюду пески. Так и зависла на некоторое время, невольно скривившись от усиливающейся головной боли, к величайшему своему удивлению, отмечая сгущающийся впереди блекло-серый туман. Совсем недавно ничего такого и в помине не было, но теперь явление быстро набирало обороты, планомерно надвигаясь плотным непроглядным облаком, застилая собой всё вокруг, отбирая последнюю возможность хоть как-то ориентироваться. Огненные пустыни Аксартона и так гораздо коварнее, нежели обычные, а тут…

Как это вообще называется?!

Ещё раз тоскливо оглядела пространство, которое самым подлым и нежданным образом заполонял непонятно откуда взявшийся туман, потом обернулась в сторону того, кого оставила, подумала немного, прикидывая все возможные варианты дальнейшего развития событий, и…

Да, вынужденно вернулась обратно.

Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский всё ещё дышал. Хотя всем нутром ощущала – недолго ему оставалось. И я могла бы с лёгкостью сосчитать оставшееся количество его последних вздохов. Задолго до того, как наступит последний из них. Когда-то я так и делала по отношению к другим. Вот только в этот раз всё иначе. При мне не было никакого накопителя энергетической магии: ни амулета, ни артефакта, ни даже какого-нибудь жалкого талисмана, с чьей помощью я могла бы залатать брешь, через которую вместе с остатками его силы уходила и жизнь, а помочь мужчине как-то ещё вряд ли было возможно. Самостоятельно восстановиться правитель огненных пустынь банально не успеет. Высланный по его душу жнец этого мира уже слишком близко.

Но ведь это не значит, что остаётся лишь смириться с неизбежностью? Ведь мне по силам обмануть миропорядок.

За подобное в моём мире полагалась смертная казнь. Но мы ведь не в моём мире. Чужом. И здесь нет никого, кто мог бы запретить. Да даже если бы и было иначе, я бы всё равно не отказалась от своей затеи.

Да простит меня Всемилостивый Всеотец за очередное прегрешение!

Нужные символы на песке пришлось выводить собственной кровью, используя тот самый клинок, чьего я имени так и не знала.

Охранный символ, заключённый в круг, я закончила создавать аккурат к тому времени, как пришедший невесть откуда туман окутал собою всё вокруг. Даже сверкающий неподалёку ализариновый купол не стало видно. Самой пришлось усесться в центр знаков, взяв едва живого мужчину за руку. Физический контакт в такие моменты всегда важен.

Исчезло солнце…

Нет больше дня.

Но и ночь не наступила…

Больше ничего не существовало прямо здесь и сейчас. Лишь я и он – тот, чью душу необходимо удержать около себя. Как можно дольше.

– Подари мне душу, воин, я с тобой семь битв пройду. И дыхание твоё я в своё царство заберу… – призывала я снова и снова, закрыв глаза, сконцентрировавшись на самом важном из всего, что оставалось.

Говорят, маги крови почти бессмертны. Благодаря своему дару они живут очень-очень долго. Практически не стареют, не слабеют. С каждым прошедшим годом их сила и возможности лишь крепнут и множатся. Именно на это я и уповала, не позволяя никому забрать у меня то, что временно принадлежало только мне одной.

До самого заката…

Туман так и не рассеялся, а Аксартон укрыла ночная мгла. Огненные пески всё ещё не остыли, когда мужчина открыл глаза. Последнее я, кстати, пропустила, погрузившись в собственные ощущения. Вот и вздрогнула, когда мою ладонь, удерживающую чужую, сжали крепче, а затем и вовсе мир вокруг перевернулся.

Ладно, не весь мир, тут я слегка преувеличила.

Это меня саму банально опрокинули на спину, самым наглым образом подмяв под себя.

И всё бы ничего, вот только…

Не на такую благодарность я рассчитывала!

Придавив меня своей тяжеленной тушей, правитель огненных пустынь просто-напросто замер, внимательно вглядываясь в моё лицо, будто искал там что-то конкретное, одному ему известное.

Странный он. Взял бы да и спросил, если что-либо так сильно интересует. Я бы, может, и ответила. Если повезёт, то даже честно.

Но он ничего не спрашивал. Мгновения тянулись одно за другим, а мужчина продолжал прожигать меня нечитаемым взором. Я же самым благочестивым образом какое-то время терпеливо дожидалась, когда этот странный приступ себя изживёт. Ну, мало ли как у него теперь с адекватностью мышления после того, что я с ним сделала.

И всё же…

– Вы тяжёлый, – поставила в известность так и не сдвинувшегося с места.

Маг крови на это… моргнул. И ещё раз. И ещё. После и вовсе глаза прикрыл, плавно и глубоко вдохнув. Так и не слез с меня.

– Ты всё ещё здесь, – наконец изрёк хоть что-то.

К слову, не очень вразумительное.

Очевидно, рассудком мужчина всё же слегка повредился.

Ведь, конечно, я здесь! Где ж мне ещё быть, если даже дышать без чужого дозволения в настоящее время проблематично?

– Почему не ушла? – дополнил спустя небольшую паузу.

Нет, всё же не слегка умом он тронулся. Всё намного серьёзнее, чем я предположила изначально. Совсем соображать перестал.

– Я пришла за похищенной ночью и без неё не уйду, – сказала как есть.

Ответом послужил скептический хмык.

– Да и куда, по-вашему, я должна уйти? – добавила вынужденно, многозначительным взглядом окинув окрестности, насколько это было возможно в силу моего положения.

Про это самое моё положение наконец-то подумала не я одна. Жертва недавнего эксперимента в области чего-то среднего между целительством и некромантией сдвинулся в сторону. Даже руку мою отпустил, усаживаясь рядом. Правда, радоваться такому прогрессу пришлось недолго. Чужое внимание сконцентрировалось на оставшихся следах защитного символа.

– Хм, – явно озадачился маг крови. – Что это?

Вот ведь любопытный!

– Ничего особенного, – ляпнула первое пришедшее на ум, оттолкнув от себя мужчину. – Было скучно, вот я и рисовала всякую ерунду, пока вы… спали, – оправдалась, нервным жестом проводя рукой по песку, наспех стирая линии.

Конечно, весь рисунок таким образом не сотрёшь, поэтому оставалось надеяться на всё тот же туман и полумрак, которые мешали цельному восприятию даже на расстоянии в треть вытянутой руки. Тем более ветер уже и так размыл чёткость образа сотворённого обряда.

– Спал, – задумчиво повторил повелитель огненных пустынь, как-то слишком уж недоверчиво прищурившись.

И только я новое оправдание собралась придумывать, как наглец смазанным жестом снова схватил меня за руку, притягивая к себе вплотную.

– Пока я спал, – выделил нарочно, – мне очень интересные сны снились, – прошептал, почти касаясь моих губ своими, неожиданно нежно проводя сгибом пальцев вдоль моей щеки. – О тебе, Фрейя.

Вот тут я снова нервничать начала. А я, когда нервная, между прочим, за себя и собственные действия совсем не отвечаю. К тому же недопустимая близость мужчины на меня и так давно странно действовала.

Треклятая магия крови!

– М-м-м… – протянула ответно с мягкой улыбкой. – Раз я настолько хороша, что вы, великий правитель Аксартона, даже во сне обо мне думаете, – свободной рукой обняла мужчину за плечо, – могу я рассчитывать на то, что похищенную ночь вы мне всё же оставите?

Не то чтобы я сильно надеялась на положительный ответ, но надо же учесть все возможные варианты. Аксартон без цветка я всё равно не покину.

– Ага, конечно, – не менее мягко, чем я сама, отозвался старший рода Эльрилейрдских, перехватывая за талию, прижимая к себе ещё ближе.

И с такой искренностью и снисходительным пониманием он это сказал. Я даже усомнилась на мгновение в собственном восприятии. Ну, не мог он так легко согласиться, тут определённо был какой-то подвох или же сарказм, которого я не разобрала. Впрочем, мысль быстренько затерялась, потому что рассудок приказал долго жить, предпочтительно отдельно от своей хозяйки. Ведь стоило мужчине внезапно прижаться к моим губам, как вся моя суть самым беззастенчивым образом потянулась навстречу каждому прикосновению повелителя огненных пустынь. И если прошлой ночью я поддавалась всему этому только потому, что иначе просто нельзя, то теперь… словно я и не я вовсе.

Кто угодно, только не валькирия, больше всего ценящая в этой вселенной свободу!

Но чем дольше длился наш поцелуй, тем яснее я ощущала, как вновь проигрываю, поддаюсь, растворяюсь в чужой ласке и том тепле, что расцветает внутри меня с каждым уходящим мгновением всё ярче и острее, подобно ещё одному огненному цветку. Это пламя буквально выжигало нутро и всё то, чем я была прежде, оставляя внутри своеобразное клеймо. Принадлежать этому мужчине внезапно показалось настолько же правильным и необходимым, насколько… недосягаемо преступным, греховным.

Нельзя так.

Невозможно!

– Вот и славно, – выдавила из себя, разрывая тесный контакт, отшатываясь назад, с шумом втягивая в себя как можно больше кислорода. – Спасибо за предоставленную ценность и вашу щедрость, – поблагодарила следом делано церемонно, на всякий случай отодвигаясь ещё дальше.

Наверняка ещё что-нибудь эдакое добавила бы, да только дар речи отказал. Повсюду витали мириады мельчайших ализариновых частичек, паря и сияя в воздухе, постепенно закручиваясь в затейливый узор, окружающий нас со всех сторон. На этом явлении я и зависла, заворожённо наблюдая, как снова и снова одна за другой сдобренные моей кровью песчинки взмывают вверх, а тончайшие магические ниточки, опутывающие их, сливаются в цельный образ, вспыхивают с новой силой и переплетаются между собой, превращаясь в… бутоны канны?

Удивительной красоты цветы выглядели точь-в-точь как живые, настоящие. Я даже невольно потянулась навстречу одному из них в инстинктивном желании прикоснуться. Уж слишком привораживал мой совсем не подготовленный к такой красоте взор образ капелек воды, скатывающихся с больших лепестков, подобно частичкам ртути.

Невероятно просто!

Кончики пальцев слегка кольнуло, стоило дотронуться до парящего цветка. Дивное творение магии крови тут же плавно перетекло ко мне в ладонь, при этом сохранив свою форму.

Правда, недолго я восторгалась окружающим великолепием.

Вспомнила, что таким образом, создавая образы различных предметов сложной формы, энергетические маги концентрировали собственный дар. В конце концов, плетения их заклинаний выглядели ещё более искусно, так что цветки канны – своеобразные азы начальных умений. Именно это сейчас и делал повелитель огненных пустынь: собирал всё, что только было в пределах досягаемости, дабы восполнить магический резерв. При помощи моей крови, к слову. Что, конечно же, мне совсем не понравилось. Невольно поморщилась, вспомнив, с какой лёгкостью он мог бы заполучить гораздо больше, будь на то его воля.