Предел реальности

Он решил остаться.

Вечером, когда солнце село, он сидел у окна и смотрел на город. С двадцатого этажа он видел, как зажигается ночная жизнь. Биолюминесценция разливалась по улицам, как зелёная река. В парке светились грибы. На проспекте что-то опять ползло — на этот раз две массы, одна за другой. Они двигались по одному маршруту, как поезда по расписанию.

Андрей смотрел и думал.

Это система. У неё есть циклы. Дневной — фотосинтез, накопление энергии. Ночной — рост, переработка, очистка. У неё есть агенты — грибница, споры, вот эти студенистые штуки. У неё есть цель — не цель даже, функция. Перерабатывать всё, что не является ею.

И он здесь — единственное, что не перерабатывается.

Пока не перерабатывается.

Он отошёл от окна, сел на пол и открыл книгу. «Сопротивление материалов». Глава пятая. Изгиб балки. Знакомые формулы, знакомые расчёты. Он читал, шевеля губами, и мир за окном на время переставал существовать.

Перед сном он заложил дверь шкафом и развёл костёр прямо на кухонной плите — газовая труба давно была пуста. Пламя осветило стены, и Андрей увидел то, чего не заметил днём.

На обоях были рисунки.

Детские. Акварельные краски, почти выцветшие. Домик, солнце, дерево, человечек. Под рисунком — подпись корявыми буквами: «МАМА ПАПА Я».

Андрей долго смотрел на рисунок. Потом задул факел и лёг спать в темноте.