Скромница для боевого мага

Анастасия Королева

Скромница для боевого мага

Глава 1

Ева

Двор академии был пуст. Большая часть студентов уже разъехалась по домам. Наступили долгожданные каникулы. Я задержалась. Всего-то на день и вовсе не по своему желанию – магистр Крейн попросила помочь разобрать новую партию книг, которую привезли в библиотеку. Отказать я не смогла. Впрочем, в этом есть и плюс – теперь не придётся стоять в очереди к порталу. Возможно, к вечеру буду уже дома.

Я уже почти вышла за ворота, как меня окликнули. Обернувшись, увидела Селесту, помощницу секретаря, которая занималась всеми организационными вопросами.

– Ева, подожди, – пропыхтела она, переводя дыхание.

Девушка была полненькой и такие пробежки уж точно не доставляли ей никакого удовольствия. Она смахнула с лица огненно-рыжую прядь, и, наконец, посмотрела на меня.

– Тебя зовёт магистр Крейн.

– Сейчас? – уточнила с удивлением.

Неужели больше некого попросить о помощи, как только меня? Есть же те, кто завалил сессию, вот пусть и отдуваются. Всё равно им жить в академии, пока не пересдадут.

– Сейчас, – кивнула девушка и отвела взгляд.

– Что-то случилось? – сдаваясь, тяжело вздохнула я.

Селеста вновь отвела взгляд, будто боялась посмотреть мне в глаза.

– Не знаю, меня просто попросили позвать тебя.

Ложь, конечно же, но не пытать же мне её?

Вздохнув тяжелее прежнего, удобнее перехватила чемодан, в котором, в основном были книги, и повернула к административному корпусу. Селеста поплелась за мной, тяжело дыша.

– А если честно, что за срочность? – попробовала вновь разговорить секретаря.

Девушка булькнула что-то неразборчивое, а потом громче добавила:

– Да ничего значительного, что-то там с документами, – вновь ушла от правдивого ответа.

С документами, так с документами. Пусть. Да и что толку пытаться узнать то, что мне сейчас и так расскажут.

Дальше мы шли молча, а у самого корпуса Селеста громко хлопнула себя по лбу и совершенно неискренне произнесла:

– Ой, я же забыла, мне нужно ещё сбегать к ректору!

А ничего, что кабинет ректора находился в этом же здании?

Сказать это я не успела, девушка уже сбежала. И ведь даже задыхаться перестала!

Так я осталась одна. Сумка оттягивала руку, но поставить её тут же, у входа, я не решилась – мало ли кто-то покусится на моё добро? Не ради того, чтобы прочитать, конечно же, а просто… Спрячут куда-нибудь, а мне ищи потом. Проходила уже это, знаю. Расстаться со своей ношей я решилась только в приёмной магистра.

Крейн была в своём кабинете. Но не сидела за столом, как это делала обычно, перебирая бумаги, сверяя всё, что проверено не было. Нет, она ходила у окна, с беспокойством поглядывая на улицу.

– Светлого утра, – поприветствовала женщину, отчего та вздрогнула и посмотрела на меня… виновато? С чего это? – Вы звали меня, магистр?

Преподавательница целительского факультета слегка заторможенно кивнула, рвано выдохнула и прошла к своему столу. Суетливо переложила несколько папок туда и обратно, а потом, будто только вспомнив обо мне, растянула губы в улыбке:

– Ева, дорогая, проходи, присаживайся.

Ещё не хватало.

– Простите, а можно так? Я просто тороплюсь, хотелось бы попасть домой к вечеру.

Я не лгала и не юлила, говорила, как есть. Но только после моих слов магистр Крейн почему-то ещё больше занервничала, а потом вовсе сникла, грузно опустившись на стул.

– Садись, Ева, разговор не из приятных, – сказала она совершенно другим тоном. Тут уже спорить было бессмысленно, за пять лет учёбы я уже выучила все оттенки голоса своей наставницы.

– Что случилось? – разместившись на стуле, решилась спросить, потому что молчание затягивалось.

Что могло произойти? У меня даже никаких мыслей на этот счёт не было. Про отчисление не думала. Не могут они отчислить лучшую студентку академии, тем более после того, как она, то есть я, блестяще сдала все экзамены.

– Видишь ли, Ева, – начала магистр и вновь замолчала. Постучала пальцами по столу. Глаза её бегали, словно ей было неловко смотреть на меня. – Ева, – вновь повторила и, выдохнув, выпалила: – Ты едешь на полевую практику. Девочка, которая должна была быть старостой у целительниц, заболела, ты будешь её заменять.

А… Что?

– Магистр! – вскочила на ноги, потому усидеть на месте было невозможно.

Нет, ну нет же! Какая практика? Я специально проходила практику на зимних каникулах, пожертвовав отдыхом, чтобы летом наслаждаться обществом родных! А тут… Практика! Да ещё и полевая, куда отправляли только тех, кто учился в параллельной группе военных медиков.

Ничего из этого я сказать не смогла, потому что голос пропал. От обиды, негодования, злости, в конце концов.

– Я всё знаю, Ева, – взмахом руки магистр остановила поток слов, который и так застрял в моём горле. – Кроме тебя больше некому, все разъехались по домам. А группа на практику отправляется уже через час. Мне срочно нужно найти замену заболевшей девочке.

– Магистр, – повторила вновь, словно больше и слов-то в моём арсенале не было. А они были, их не могло не быть! Только разбежались почему-то.

– Ева! – с нажимом повторила женщина. – Я ещё раз говорю, кроме тебя больше никого нет. Ты должна сделать это!

На последней фразе в её голосе прорезались истеричные нотки. Недобрый знак, совсем недобрый, но промолчать я не смогла:

– Я не должна! Найдите кого-нибудь ещё, я год дома не была, это… – почему-то перешла на шёпот, и глаза защипало, – это не честно!

– О какой честности ты говоришь? – зашипела магистр. Я её не узнавала, ещё никогда она так со мной не разговаривала. – Ты бесплатно учишься в академии, тебя взяли только по протекции покойного ректора, так что будь добра выполнять всё, что от тебя требуют. У нас укомплектованная группа, всё согласовано, я не могу подписать разрешение на практику, если у нас будет недостаточно человек. Это всего на месяц!

Последнее она добавила, видимо, для того, чтобы подсластить пилюлю? Но слаще её слова не стали. Ни на грамм!

Это было… обидно. Буквально до слёз. Но я сжала руки в кулаки, запретив себе плакать. Даже ответить получилось спокойно, хотя внутри всё дрожало от негодования:

– Да, вы правы, учусь я здесь только из-за милости прошлого ректора и ректора нынешнего. Но я лучшая не только на курсе, но и во всей академии, неужели этого мало, чтобы доказать – я не просто так занимаю место? К тому же я прошла практику в Королевской лечебнице. И военная медицина совсем не мой профиль!

Магистр Крейн растерялась на секунду, в её глазах даже отразилось что-то похожее на раскаяние, но она произнесла то, что окончательно свергло её с пьедестала, куда я водружала всех, кого уважала:

– Сейчас мы не твои заслуги обсуждаем, – затем взяла первую попавшуюся папку, причём перепутав верх и низ, и безразлично взмахнула рукой: – Иди к четвёртому корпусу, там сейчас собирается вся группа, во главе с куратором. Отдашь ему назначение, – она кивнула на небольшой лист бумаги, уже с подписью ректора.

То есть, весь этот разговор с самого начала не имел никакого смысла? Всё уже было решено?

Вдох, выдох Ева! Нужно попробовать уговорить её.

– Магистр Крейн, – начала вновь, но уже совсем с другой интонацией, – Я всё понимаю, честное слово, но, возможно, есть какой-то другой выход? Можно же найти кого-то ещё? Я…

Женщина взмахнула рукой, прерывая меня.

– Ева, – тоном, не терпящим возражений, произнесла она. – Я уже всё тебе сказала. Это решённый вопрос.

Женщина была на грани. Я видела, как магия искриться на кончиках её пальцев. Видела и понимала, что… Как ругаться с той, от кого зависела моя дальнейшая учёба и окончание академии с отличием? Вопрос был риторическим.

– Спасибо, – выдавила с трудом и, развернувшись, медленно вышла из кабинета.

Схватила сумку, совершенно не чувствуя её веса, и понеслась вперёд, плохо понимая, куда вообще иду. Остановилась лишь, когда споткнулась и чуть не растянулась на дорожке у фонтана.

На улице по-прежнему было солнечно, большая редкость для столицы, между прочим, и ветра не было. Птички жизнерадостно щебетали в ветвях деревьев, пчёлы жужжали над ароматными цветами, а я стояла и не понимала, что мне делать. Я так ждала этих каникул, так мечтала увидеть родителей, сестру и брата. Мечтала отдохнуть, в конце концов! И… всё это вновь откладывается только потому, что кто-то там заболел? Что, вообще, происходит?

Дрейк Фэлтон

Рассел бушевал. Хотя «бушевал» не совсем то слово, которое применимо в данной ситуации. Он готов был придушить не только меня, но и весь отдел разом. Всех, кто попал бы под горячую руку.

А я – что? Молчал, конечно, и слушал о том, какой я безответственный и глупый, какой болван в целом. И ведь не поспоришь, потому что спорить сейчас было опасно.

Командир кричал долго и со вкусом, но в итоге ему надоело. Он с грохотом уселся на стул, отчего бедняга скрипнул и пошатнулся, но устоял, потому что даже стул знал, что сейчас злить Рассела ещё больше не нужно.

– Вещи собирай свои и вали, – буркнул Рас, и тут я не смог промолчать.

– Командир, да ладно тебе, – растерянно развёл руками, – я всего лишь поучаствовал в нескоординированном расследовании. Так это в свободное время, я в отпуске был, вообще-то.

– Вот и продолжишь отдыхать,– ехидно бросил он.

– Командир, – повторил, потому что других слов не нашлось.

– Что командир? Что?! – вновь вспылил Рас. – Я предупреждал тебя, чтобы ты после той выходки сидел тихо, так нет же, ты полез в дело, которое теперь гремит на всю столицу! Ты идиот?

– Так точно, – ответил по привычке. На что Рас лишь закатил глаза, но хоть орать больше не стал.

– Собирай вещи, короче, – бросил командир устало. – Тебя ждут в Академии Арканум, там что-то с куратором случилось, а у них выездная практика у студентов. Как раз пропадёшь с радаров, посидишь в глуши, позанимаешься с молодняком. Тебе полезно.

– Стоп-стоп, – поднял руки, – меня не увольняют?

– Нет, – Рас усмехнулся.

– Уже хорошо, – выдохнул, потому что служба была для меня смыслом жизни, – А вот про академию – ты это не серьёзно?

Нет, ну мало ли? Вдруг мне послышалось?

– Ещё одно слово, Дрейк, и я передумаю. Уволю.

Коротко вздохнув, на секунду прикрыл глаза. Этот может и уволить. Его я знал.

– Понял, не дурак, – пришлось пойти на попятную.

– Вот и хорошо, вот и договорились, – Рас откинулся на спинку стула и шумно выдохнул. – Но учти, Фэлтон, ещё один прокол, и я вышвырну тебя из отряда. Слишком ты проблемный.

Я поморщился, но промолчал. А вот выйдя из кабинета и дойдя до тренировочного зала, от души ударил по висевшей груше. Потом ещё раз и ещё.

Тьма, какая практика? Какой молодняк? Какая глушь, в конце концов?! Что, другого наказания не нашлось? Или это Рас решил так изощрённо поиздеваться надо мной?

– Уволил? – сбоку раздался насмешливый голос Брэма, моего сослуживца.

Колотить грушу я перестал, со злостью посмотрел на парня и, выдав свою фирменную ухмылку, отмахнулся:

– Нет, всего лишь ссылает студентиков тренировать.

– О-о-о-о, – протянул друг, – и студенточек, конечно же? – он многозначительно поиграл бровями.

– Хочешь вместо меня? – тут же отреагировал.

– Упаси боги, – Брэм в ужасе округлил глаза. – Меня и тут всё устраивает.

– Всегда ты так, нет бы выручить друга.

– Знаешь ли, у меня очень развито чувство самосохранения, в отличие от тебя.

– Это точно, – улыбнулся уже вполне искренне.

И чего я бешусь? Подумаешь, помаюсь со студентами месяцок, а потом вернусь к нормальной службе. Хорошо всё будет, справлюсь.

Глава 2

Ева

Надо было бы идти к корпусу, где собирались студенты со старших курсов, кому выпало «счастье» ехать на практику, но я… Не шла. Сидела в секретном месте, где частенько пряталась ото всех, чтобы почитать очередную книгу. Сидела и смотрела на серую стену, что была напротив меня.

Не покидало чувство, что на меня вылили ведро помоев. И за что? За то, что я впервые решила отказаться от оказанной мне «чести»?

Несправедливо! По-настоящему не справедливо.

А что если… сбежать? Купить пропуск у портала и отправиться домой?

«Да, конечно», – передразнила саму себя. – «А в конце следующего года я вылечу, не доучившись всего один курс. Уж магистр Крейн позаботится об этом».

Она была злопамятной. Я это и раньше знала, а потому старалась исполнять все её поручения. Ко мне у неё претензий до этого дня не было, но я видела, как она планомерно изводила неугодных ей студентов.

Что удивительно, при всех своих недостатках, она была сильным преподавателем. Учила не ради галочки, а с полной самоотдачей. Необычные качества сочетались в ней.

Так что сбежать – не вариант. Но и ехать… Да у меня даже соответствующих вещей нет! И где мне найти их за час? Всё, что осталось в комнате, не подходило для полевой практики, от слова совсем. И попросить было не у кого, потому что все уже разъехались по домам. У-у-у! По домам! А моя поездка опять откладывалась.

Я с силой пнула собственный ни в чём неповинный чемодан и всхлипнула – было больно. А потом бросилась к нему, проверять, не помяла ли книги. В этой позе меня и застал незнакомый голос:

– Ты же Ева? Ева Кроул? – я резко встала и посмотрела на парня, который стоял рядом со скамьёй.

Кажется, я его знала. Точно знала! Это был кто-то со старшего курса. Правда, имени его я так и не вспомнила, как ни напрягала память.

– Я Эш, – парень улыбнулся, и зачем-то протянул мне руку.

– Эм-м… Ева, – представилась в ответ, и только по усмешке поняла, что это было лишним.

Действительно, он и так знал, кто я. Наверное, нужно было тоже протянуть руку, но я напротив, спрятала её за спину.

Парень жест мой оценил ещё одной усмешкой.

– Мы только тебя ждём, – прервал неловкую паузу, возвращая меня в неприятную реальность.

– Меня? – повторила. Боги, так глупо я себя ещё никогда не чувствовала. Вот ты, Ева, вроде бы умная девушка, а задаёшь глупые вопросы! И так понятно, кто и где тебя ждёт.

– Да, тебя же попросили заменить Элис на практике, правильно?

Ха! Попросили, как же! Скорее приказали, не оставив выбора. Но этого я, конечно же, говорить не стала. Растянула губы в улыбке и кивнула:

– Так вот, мы тебя и ждём. Куратор решил отправиться чуть раньше, чтобы разместиться в лагере засветло.

Я едва не застонала в голос, потому что… Мне не хотелось ни в какой лагерь, ни засветло, ни затемно! И где-то глубоко внутри ещё теплилась надежда, что всё это неудачный розыгрыш, который вот-вот закончится.

Видимо, что-то заметив в моих глазах, парень чуть нагнулся вперёд и спросил:

– Что, заставили ехать?

Насколько я помнила, этот Эш был из элиты. И на таких, как я, он точно не засматривался, а тут… Сочувствует? Странно…

– Да нет, я сама согласилась, – солгала зачем-то, и увидела в уголках губ парня странную усмешку, которая была сейчас совершенно неуместна. Нахмурилась, не зная, как на всё это реагировать, но Эш не растерялся, тут же предложил:

– Давай помогу сумку донести? – и, не дожидаясь согласия, подхватил её. – Что у тебя там? – вырвалось у него удивлённо.

Я, шагнув за ним, смущённо призналась:

– Книги.

Очень много книг, но это я уже мысленно добавила. Мама ради отца оставила столицу и уехала жить в богами забытый городок. Так вот, все эти книги я везла ей. Хотела сделать подарок. Там были новые разработки в области целительства, научные журналы со статьями ведущих специалистов, и много того, что маму непременно бы порадовало.

– Ясно, – бросил коротко и, размашисто шагая, направился прочь из моего укрытия.

Как он о нём узнал, кстати? Обычно, меня здесь никто не находил. Выходит, я переоценила секретность своего секретного места?

За Эшем мне пришлось практически бежать. А бегать я не любила. Да для меня любая физическая активность была наказанием! Меня даже преподаватель по общей магической подготовке всегда освобождал от занятий, потому что, согласно его словам, проще было приручить тьму, чем дотянуть меня до нормальных результатов. Я за это, конечно же, была ему благодарна, но благодарность он принимал исключительно рефератами и докладами для его сына, который учился на курс младше меня. Нас вполне устраивало такое сотрудничество.

Но я упрямо перебирала ногами, пытаясь не остаться от парня, и молчала. Не просить же его идти помедленнее?

До корпуса, что не удивительно, мы дошли быстро. И сразу же начались проблемы.

– И где вы ходите, студентка? – ко мне обратился молодой мужчина с холодным взглядом и надменным выражением лица. Он смотрел на меня так, будто готов был прихлопнуть. Я промолчала, потому что сказать мне было нечего. Не оправдываться же перед ним? Да и кто он вообще такой? Я его впервые вижу…

– Это первый и последний раз, когда я жду вас, впредь не потерплю никаких опозданий, – кажется, я покраснела от стыда. А всё потому, что студенты, кому тоже посчастливилось отправиться на практику, смотрели на меня с ехидными улыбками. – Это всех касается, – припечатал куратор, отвернувшись от меня.

Ехидные улыбки сникли, но совсем не пропали.

Я чувствовала себя… Да гадко я себя чувствовала! Хотелось развернуться и уйти, но я стояла, упрямо глядя на носки своих туфель. Единственных, между прочим. Они тоже были непригодны для полевой практики, точно так же, как и одежда.

– Выдвигаемся к порталу, – скомандовал староста, имени которого я так и не знала.

Я протянула руку, чтобы забрать свою сумку, но Эш отрицательно качнул головой, а потом вовсе подмигнул:

– Я донесу, мне не сложно.

С подозрением посмотрев на него, я нехотя кивнула. И тут же напоролась на взгляд одной из целительниц, которая тоже отправлялась на практику. Она меня этим взглядом едва ли не препарировала.

Я немного отстала от основной группы, рассматривая студентов. Про практику я знала не так уж и много, несмотря на то, что доучилась до пятого курса, а туда брали уже с третьего. Я ни разу не изъявила добровольного согласия, которое, до сегодняшнего дня, было основой для подписания приказа. Те, кто учился с отличием, проходили практику в столичных лечебницах, и меня это вполне устраивали.

Я никогда не считала себя глупой, но сейчас не могла найти объяснения происходящему. Слишком нелогично выглядело абсолютно всё.

Пока размышляла, глядя прямо перед собой, со мной рядом оказался тот самый Эш. Парень, прямо скажем, не был похож на альтруиста, и его неуёмное желание помочь мне, тоже казалось нелогичным.

– Верни мне сумку, пожалуйста, – протянула руку, но парень прищурился, а потом выдал:

– Боишься, что украду твои книги?

Он не смеялся надо мной, не улыбался даже, но я не могла отделаться от ощущения, что за его словами скрывался какой-то двойной смысл.

– За книги я не боюсь, – вновь поймала злой взгляд девушки и честно призналась: – А вот каких-нибудь каверз от твоей воздыхательницы, очень даже.

Эш посмотрел на тихо переговаривающуюся толпу студентов и равнодушно пожал плечами:

– Забудь, ничего она тебе не сделает.

Вот, опять… Почему мне кажется, что он что-то недоговаривает?

Мы недолго шли в тишине. Эш, видимо, решил разговорить меня во что бы то ни стало:

– Признавайся, ни на какую практику ты не собиралась? – он выразительно и играючи приподнял мой тяжеленный чемодан.

Я скривилась. Толку отпираться?

– Вообще-то, я собиралась домой, – призналась и тут же стушевалась.

Он посмотрел на меня… странно как-то. С сожалением вроде, но и оно показалось мне притворным. Или я слишком мнительно отношусь ко всему?

– А вещи-то у тебя есть подходящие? – с первой попытки он попал в самое уязвимое место.

Я не сразу нашлась, что ответить. Больше из-за того, что не очень-то любила жаловаться. Я привыкла со всеми проблемами справляться сама. Да и меня не покидало ощущение, что Эш ведёт какую-то свою игру. Это мне не нравилось.

– Найдётся, – отмахнулась, как можно беззаботнее.

Но парня мой ответ явно не устроил, он хотел продолжить допрос, вот только вновь раздался голос куратора:

– Опять вы отстаёте?

Я вздрогнула и посмотрела на… мужчину. Нет, парнем его назвать у меня язык не поворачивался, несмотря на то, что он был ещё довольно молод. Его выдавал взгляд – слишком «взрослый», слишком холодный, такой, от которого хотелось спрятаться. Но прятаться была некуда, не за спину же Эша!

– Мы идём, – довольно скалясь, произнёс парень и удобнее перехватил сумку с книгами, чем тут же привлёк внимание куратора:

– Что у тебя там? Камни? – он скептически заломил бровь и протянул руку.

И… Эш легко отдал ему сумку. Мою сумку! Я с возмущением посмотрела на парня, но он лишь пожал плечами, мол, кто я такой, чтобы спорить с главным?

Куратор, имени которого я даже не знала, без зазрения совести поставил мой чемодан на землю и вжикнул молнией, отчего все внутренности сумки стали достоянием общественности. Не сказала бы, что там имелось что-то запрещённое, но поверх книг, в красивой упаковке, лежала кукла. Выряженная в платьице и миленькие кружевные носочки. У неё были густые белые волосы, они тугими локонами спускались к самой пояснице.

Кукла обошлась мне в такую сумму, что и вспомнить страшно. Но Эни, сестра, так мечтала о ней, что я подумал – почему бы не порадовать её? Писала ночами курсовые и доклады, откладывала с тех денег, что присылали родители, и к концу учебного года у меня получилось скопить необходимые средства. Впрочем, прибедняться мне ни к чему – на книги я тоже смогла набрать. Правда, многие из них были куплены с рук, но это ничуть не умаляло их ценности.

– Кукла? Книги? – мужчина поднял взгляд и посмотрел на меня. Ехидство так и плескалось в его глазах. Я упрямо сжала губы и промолчала. Пусть думает, что хочет.

Куратор, шумно выдохнув, поднялся и обвёл толпу студентов взглядом:

– Скажите, неужели вам не выдали списки со всем необходимым, что нужно взять с собой на практику?

– Выдали, – вперёд выступила та самая целительница. Высокая, почти с такими же, как у куклы, шикарными локонами. Только она убрала их в высокий хвост. Я не знала, как её зовут. Да и с остальными была почти незнакома. А всё потому, что во время учебного года, я предпочитала учиться, а не развлекаться, знакомясь со всеми подряд. Но, кажется, вот та рыженькая, что стояла позади всех, как-то заказывала у меня доклад по теме о ядовитых растениях. – Только эта заучка, – она пренебрежительно ухмыльнулась, ткнув в мою сторону пальцем, – решила, что ей всё это ни к чему. Книги важнее.

Студенты, пока девушка говорила, уже с трудом сдерживали смех, а уж когда она замолчала, так и вовсе сложились пополам от хохота.

Я, кажется, покраснела. Не столько от стыда, сколько от злости. Какое они имеют право осуждать меня, не зная всей правды? Неужели, им доставляет удовольствие унижать других?

Прикусив щёку изнутри, я заставила себя молчать. Не буду никому ничего доказывать.

В этот момент я подняла голову, почувствовала, как кто-то смотрит на меня. Этим кем-то оказался куратор. Он разглядывал меня, словно я неведомая зверушка. И в отличие от всех остальных, он не улыбался. Точнее улыбался, но как-то иначе…

Дрейк Фэлтон

Я понял, что перегнул палку, когда свора, а иначе ржущих студентов и не назвать, накинулась на девчонку. А та, вместо того, чтобы ответить что-нибудь колкое, стояла, словно воды в рот набрала. И вот что мне с ней делать?

Нет, возможно, не стоило вот так открывать сумку, но… Привычка. Командир имел право досмотреть вещи любого из отряда. Я не видел в этом ничего постыдного, но судя по едким ухмылкам ребят и злости, что застыла в глазах девчонки, делать этого не стоило.

Но и она хороша! То опаздывает, то плетётся еле-еле! А я на нервах, между прочим. Потому что ясно помнил, какую дичь творили мы на выездных практиках. Кураторы терпели, и умудрялись не только улаживать конфликты, которые были неизменными спутниками молодых парней с кипящей кровью, но и разгребать все бытовые проблемы. Теперь мне придётся примерить эту роль на себя?

Чем дольше я здесь находился, тем сильнее хотелось сбежать. Вернуться к Расу и пообещать, что больше никогда и ни за что не буду нарушать его приказы, что готов этот месяц отсидеться где-нибудь в архиве, перебирая бумаги, а не вот это всё.

Но… Я знал, что Рассел своего решения не поменяет. Только опозорюсь перед парнями.

– Идите, – обведя взглядом толпу студентов, отдал короткий приказ. Таким тоном, по которому они сразу поняли – шутить я был не намерен.

Медленно перебирая ногами, группа двинулась дальше. Рядом со мной и девчонкой остался только один сопляк. Не понравился он мне сразу. Вот только чем именно я не мог толком объяснить.