Кровавый дождь. 2. Путь к искуплению

Зепар растворился в воздухе и появился в другом конце зала. Фигура Самуила вмиг пошла рябью и исчезла. Что-то алое вспыхнуло у ноги Зепара. Тот вскрикнул, упал, словно подкошенный, и испуганно начал отползать. Появившийся возле него Самуил схватил его за горло и вздернул вверх.

– Ты был хорошим слугой мне, но кто-то забыл, что я не просто так получил звание десницы Владыки Тьмы.

– Пощади…

Но Самуил не стал дослушивать. В руке разгорелся меч – пальцы разжались на его шее, – и в тот же миг он безжалостно разрубил им Зепара. Черная фигура распалась на тысячи жуков, которые потеряли форму и растворились дымкой.

Самуил появился прямо перед одержимым Игорем у лестницы, приставил к его горлу горящий огнем меч. С нечеловеческой скоростью тот рванул к окну, но Самуил схватил его за шкирку и поволок к пентаграмме.

Нина торопливо зашептала мантру. Пентаграмма вспыхнула черным огнем. Самуил взмахом руки закинул одержимого Игоря в ее центр.

Когда его тело обмякло, Самуил приволок других. Следующие полчаса, подобно святому конвейеру, они изгоняли из людей демонов.

– Все? – устало спросила Нина, заметив, что Самуил вернулся с пустыми руками.

– Несколько скрылись.

– Ну и ладно, – выдохнула она и села прямо на пол. – Черт! После такого мне надо выпить.

– Что произошло? – очнулся очередной бывший одержимый. Если Нине не отказала память, это был внук Леонида Николаевича. Старик будет счастлив.

Она лишь устало махнула рукой в сторону таких же.

– Никуда не уходите, скоро прибудет следственная группа Святой земли, – выдавила она в очередной раз.

Самуил подошел к ней вплотную и протянул руку.

– Сегодня вы установили настоящий рекорд по одержимым.

От усталости его слова проникали в мозг, словно через сито. Она лишь угукнула и вложила свою руку в его. Он рывком поднял ее и придержал. Взгляд упал на очнувшегося гвардейца: он изумленно смотрел на свои пальцы и ощупывал себя. Собаки, из которых она тоже изгнала демонов, бродили меж людьми. Опустошенные мертвые продолжали лежать на полу – им уже было не помочь.

– Не видел Воронова?

– Нет.

– Ты давно не подкреплялся, а он самая лучшая кандидатура, – это был не намек, а приказ. Самуил кивнул и направился к выходу, где в темноте его фигура растворилась.

Он вернулся как раз в тот момент, когда хаос голосов усилился воем сирен за окном. Яркие проблесковые маячки били по глазам. Следственная группа Святой земли ввалилась в особняк.

Голова Нины заныла.

Очнувшийся Игорь, как и многие бывшие одержимые, растерянно стоял у стены. Он закрыл лицо рукой и покачал головой.

Полностью ли демон захватил его тело или крохи сознания оставались в нем и он помнит, что творил? В тот момент, когда он говорил о том, что берегини такие же люди, как и все, – это говорил он или демон внутри него?

Он встретился взглядом с Ниной, вздрогнул и сделал несколько шагов в ее сторону, но передумал, заметив ее хмурое лицо. Она приложила палец к губам и покачала головой: он должен молчать о том, кто она на самом деле. Потерев шею, он кивнул и произнес одними губами: «Спасибо». Игорь не был плохим человеком, и душа Нины почувствовала к нему сочувствие. Хоть он ее и сдал, но никто не мог предположить, к чему это приведет. Разве она сама не совершала ошибок? И в этот момент она простила его. Прощение, как и искупление, дарило покой душе, и она улыбнулась в ответ.

– Из скольких людей вы изгнали демонов?

Нина опустила взгляд на невысокого гвардейца из следственной группы.

– Я не помню, – уже не скрывая раздражения, ответила она и добавила: – Послушайте, я устала. Я составлю отчет и все там распишу.

Гвардеец хотел еще что-то спросить, но Нина уже направилась в сторону кухни. Порыскав по холодильникам и шкафам, она устало вздохнула:

– Ну не может быть, чтобы в таком доме не было пива.

Она включила свет в черновой кухне и, найдя вереницу холодильников, стала поочередно открывать их.

– Отлично! – воскликнула она, найдя взглядом темные бутылки.

С характерным хлопком и шипением открыв крышечку, Нина облокотилась о прохладную дверцу и пригубила хмельной напиток. Все же пиво она любила больше вина или шампанского.

– Хорошо-то как, – выдохнула она и улыбнулась.

– Так вы говорите… – прервал мгновение удовольствия тот же гвардеец из следственной группы. Он что, все это время шел за ней? – Говорите, что, когда вы нашли Григория Одинцова, его пытали. Как вы узнали об этом? По медицинским показателям он вполне здоров.

Нина недовольно приоткрыла один глаз и опустила бутылку на столешницу.

– Мне так показалось. Он был в крови. Если это не так, то все к лучшему… – прикрыла на мгновение глаза Нина, чтобы успокоиться. Сделав еще пару глотков, она перехватила бутылку в другую руку и вернулась в холл.

Гвардеец, как рыба-прилипала, поспешил за ней:

– Нет. Дело в том, что стар-экзорц подтверждает ваши слова. Он говорит, что ему переломали ноги в нескольких местах, выкололи левый глаз, вырвали зубы и ногти, сняли кожу с пальцев… Но сейчас он совершенно здоров. Я не понимаю, как такое возможно…

– Галлюцинации? – предположила Нина. – Может, нас накачали чем-то? Вы об этом не думали?

В своем вранье Нина была так уверена и спокойна, что гвардеец растерянно кивнул.

Найдя глазами стоящего у выхода Самуила, она размашистым поспешным шагом направилась к нему. Гвардеец же не отставал, что-то отмечая в планшете. Нина в два глотка допила бутылку и оставила ее на консоли. Гвардеец дышал ей в спину и все осыпал вопросами:

– Все же, кап-экзорц Афанасьева, постойте. Вы еще не на все вопросы ответили.

Нина резко остановилась. Гвардеец чуть не налетел на нее.

– Слушай, достал меня. – Она выудила из кармана телефон и, найдя в контактах «Мишка», нажала на номер. Дождавшись ответа, она гаркнула в трубку: – Уйми своего пса!! – и протянула телефон гвардейцу.

Тот округлил глаза. Нина кивнула на телефон в руке. Осторожно, словно скорпиона, который мог в любой момент ужалить, тот взял телефон из ее рук и приложил к уху. Глаза его становились больше и больше.

– Главэкзорц? – ошарашенно проговорил он и вытянулся во фрунт. Затем кинул растерянный взгляд на нее.

Она тряхнула головой и повернулась к Самуилу, который невозмутимо стоял у входа, подобно начальнику, приглядывающему за подчиненными. Никто даже не смел поднять на него взгляд.

– Как же я хочу спать, – простонала она, смачно представляя, как упадет в теплую кроватку.

Гвардеец дослушал отповедь Михаила и отчеканил:

– Так точно! Принято!

Нина протянула руку, требуя гаджет обратно:

– Ну что, мы наконец свободны?

– Угу, – ответил тот. – Главэкзорц Михаил еще на линии. Хочет поговорить и с вами.

Недовольно вздохнув и отвернувшись, она приложила динамик к уху.

– Нина, – голос Михаила был серьезным и даже местами грозным, – к тебе больше приставать не будут, но с тебя отчет. И еще, я не могу приказывать тебе, ты не мой гвардеец, но прошу, приезжай на Святую землю. Нам надо многое обсудить лично. К тому же я что-то нашел по твоему вопросу…

– Приехать на Святую землю? – Сосредоточенный взгляд вновь остановился на Самуиле. – Ты же знаешь, я с Ним.

– Я подготовлю для вас квартиру за пределами Эль-Гаара. Но это важно. Лети вместе с Одинцовым. Самолет уже в аэропорту. Жду тебя через пять часов. Да пребудет с тобой свет, – произнес он тоном, не терпящим возражений, и отключился.

– Не приказывает он. Как же. А сейчас что было? – фыркнула она и тоскливо посмотрела на Григория Одинцова в другом конце зала.

Его осматривали врачи, а он не сводил с нее внимательного взгляда. Она отвернулась и подошла к Самуилу. Его взгляд опустился с картины, на которой был изображен он с головой буйвола, на ее лицо и остановился на царапине на щеке.

– Вам надо обработать рану, чтобы не осталось шрама.

Нина махнула рукой:

– Шрамы только красят гвардейцев. Михаил сказал, что нашел информацию о… – она помедлила, подбирая слово, – моей проблеме. Мы должны будем поехать на Святую землю.

Самуил кивнул, но глаза его похолодели. Ему явно не понравилась такая перспектива.

Нина прошла мимо него на улицу и, достав пачку сигарет, щелкнула зажигалкой. Дрожащий на ветру огонь прикоснулся к кончику сигареты. Горький дым заполнил легкие и принес блаженное расслабление.

Морозный воздух щипал руки и забирался под одежду, но Нина не хотела возвращаться внутрь. Ветер запутался в волосах, играючи подкинул пряди вверх. Она подперла спиной стену и следила взглядом за тем, как офицеры следственного отдела шныряли туда-сюда. Не торопясь, они выносили на носилках пострадавших и мертвых людей. То и дело мерцали вспышки камер.

Высокая фигура Самуила загородила обзор. Он расправил ее куртку, приглашая одеться. С кончика сигареты отвалился столбик пепла. Она лишь улыбнулась и, зажав сигарету губами, повернулась и запустила руки в рукава.

– Спасибо.

Тут Самуил, словно фокусник, выудил марлевую салфетку, смоченную в какой-то жидкости, и протянул руку к ее лицу. Нина отшатнулась от неожиданности.

– Что это ты удумал?

– Я же говорю, надо обработать рану, а то останется шрам, – произнес он и, подавшись вперед, прикоснулся салфеткой к ее щеке. Боль опалила кожу. Нина сжалась, зажмурилась, но все же позволила Самуилу обработать рану на щеке и шее.

Тут она почувствовала прикосновение его пальцев к скуле у раны. Она распахнула глаза. Ресницы задрожали подобно крыльям бабочки.

– Мне так жаль, что я не предусмотрел это и вы пострадали.

Его шепот заставил сердце забиться чаще. Нина сделала шаг назад и опустила глаза. Она качнула головой и прочистила горло:

– Не переживай.

К тому времени как Одинцов вышел из здания, Нина успела выкурить несколько сигарет и окончательно промерзла. Вытерев влагу с кончика носа, она затушила окурок подошвой сапога.

– Спасибо, что спасли. – Он протянул руку. – Я Гриша. Я знаю почти всех гвардейцев на этом участке, но с вами еще не встречался.

Она опустила взгляд на его протянутую ладонь и, помедлив мгновение, пожала ее.

– Нина.

– А вы? – перевел он протянутую для рукопожатия ладонь к стоящему рядом Самуилу, который словно изваяние смотрел в ночную даль.

– Он мой брат. Он не гвардеец.

Гриша изумленно кинул взгляд на Самуила, который был выше его на полголовы. Он продолжал так же безучастно стоять и, по-видимому, не намеревался с ним здороваться. Так и не дождавшись внимания к своей персоне, Гриша опустил руку.

– Не обращайте внимания, братик до сих пор в шоке. Столько одержимых. О-ля-ля, – даже не скрывая наигранности, покачала Нина головой и соскочила с темы: – Главэкзорц Вердервужский приказал нам возвращаться на Святую землю. Самолет уже ждет в аэропорту.

Гриша, продолжая подозрительно коситься на Самуила, кивнул, и они направились к черным машинам у ворот. Загрузившись в салон, Нина засунула руки глубоко в карманы и уткнулась головой в холодное стекло. Предотвращая какие-либо вопросы, она прикрыла глаза и сделала вид, что задремала.

Гриша открыл рот, чтобы что-то спросить у Самуила, но высокомерный взгляд демона остановил его. Так в тишине они и доехали до отеля, в котором Нина остановилась. Самуил принес вещи, а она забрала из машины книгу Игоря, намереваясь ознакомиться с ней в самолете.

Глава 6

Первое дело

Стамбул. Турция

Азамат взволнованно посмотрел в небольшой иллюминатор.

Он был преисполнен надежд: его первое задание. В конце концов, он сможет внести свой вклад в борьбу с демонами! Год ожидания и тренировок – и вот он здесь.

Но воодушевление граничило со страхом. Он так жаждал мести, находясь в безопасности за стенами Эль-Гаара, что забыл, каково это – находиться на острие меча смерти.

Азамат сжал пятерню, взяв зарождающийся страх в руки, и вышел из военного самолета.

Стамбул встретил его ярким солнцем. Он зажмурился и поднял руку козырьком. Теплый воздух разом заставил взмокнуть. Скинув куртку, он сел в подготовленную машину. Автомобиль завибрировал и тронулся с места.

Современные здания вперемешку со старыми постройками, стоящими так плотно, что, казалось, через маленькие улочки надо протискиваться боком, приковывали взгляд. Стамбул был городом на стыке востока и запада. Такой винегрет из разных культур. Демоны любили большие города – где, как не здесь, можно было затеряться.

Азамат уже бывал в Стамбуле, но это было в прошлой жизни, еще с родителями в отпуске.

Стамбул оставил двоякое впечатление: на первый взгляд шумный, переполненный, грязный город, но чем больше он рассматривал его, понимал, что была в нем какая-то изюминка… И не только изюминка – курага, чернослив, сушеный инжир, хурма и множество восточных пряностей.

Он чихнул.

Машина въехала на мост, и взору открылся головокружительный вид: широкий морской перекресток пропускал через себя величественные яхты. Зеленые, полные разномастных крыш, холмы припадали к воде, подобно животным, утоляющим жажду. По правую руку виднелся подвесной мост, по которому бежал поезд.

Да, Стамбул не мог оставить равнодушным.

Автомобиль сбежал с моста, словно с горки, и, въехав на пристань, остановился напротив огромного величественного храма, у которого собирались люди. Слышался праздничный перезвон колоколов, ведь сегодня был церковный праздник – день рождения берегини Феодосии.

Десятки голубей взмыли в небо, теряя перья.

Азамат вышел из машины и прищурился, тщетно пытаясь защитить глаза от яркого солнца, от которого под веками тут же замерцали круги.

Площадь была оцеплена. Сигнальные ленты, натянутые от фонарей до лавок, кричали, что дальше идти нельзя.

Напарник Азамата уже ждал его – он стоял, засунув руки в карманы джинсов, и хмуро смотрел в его сторону. Его светлые короткие волосы почти сливались с цветом кожи, из большой родинки на лбу росли несколько волосков; он нахмурил блеклые брови, и волоски в родинке встали дыбом. На вид он был чуть старше Азамата.

– Грэг Нор. – Он высокомерно поднял подбородок, а взгляд пробежался по Азамату сверху вниз, остановившись на мгновение на огромном экзорине в перстне. – Совсем зеленый?.. Вставь в ухо, чтобы мы могли связаться друг с другом, если что.

Азамат поймал передатчик на лету, сразу почувствовав неприязнь в свой адрес, и от этого вовсе растерялся: чем он вызвал такое отношение?

Грэг, вышагивая впереди, подошел к патрульному и, порывшись в кармане, достал значок экзорцистов.

– Мерхаба, – поздоровался он.

– Мерхаба, – кивнул патрульный и пропустил их.

Под тягучими, словно паутина, заинтересованными взглядами они прошли через площадь.

– Грэг! – услышал Азамат знакомый голос. Рыжие волосы его владелицы, собранные в высокую косу, выделялись среди темноволосых мужчин, толпившихся вдалеке.

– Не отставай, – бросил Грэг и, подойдя к Марии, приложил руку к груди. – Да пребудет с вами свет, кап-экзорц Мария.

Азамат повторил приветствие.

Рыжеволосая Мария выглядела прекрасной амазонкой: выше Азамата, она излучала силу и превосходство; она стояла среди мужчин, но подавляла их; полицейские то и дело кидали на нее взгляды, полные благоговейного ужаса.

– Азамат, поздравляю тебя с повышением. Теперь ты полноправный гвардеец, – перешла она на русский, искренне улыбнувшись.

На лице Грэга отразилось презрение – ему явно не понравилось повышенное внимание ко вчерашнему рекруту.

– Да. Главэкзорц Вердервужский лично дал добро.

Азамат догадывался, почему к нему так относятся – он был хоть и не кровным, но братом Нины. А Мария знала, кто такая Нина и кем ей приходится Азамат, ведь она была одним из гвардейцев, которым приказали ее убить.

В день второго Кровавого дождя Нина исцеляла людей у него на глазах. Именно тогда он понял, что названая сестра – берегиня, но после этого ее увели какие-то люди. Азамат, продолжая держать Дару на руках, последовал за ними. Он увидел знак экзорцистов на рукояти пистолета, направленного в ее голову. Он услышал, что именно она являлась ключом к вратам Ада.

А потом возник демон и защитил ее!

Гвардейцы Святой земли пытались предотвратить открытие врат Ада, но Нина продала себя демону.

Грешница. Вот кто она.

Болезненные воспоминания хлестнули пощечинами, и Азамат вернулся в реальность.

Нина…

Берегиня…

Ключ от врат Ада…

Причина их открытия.

Кто же она для него? Точно не его семья.

Но все думали иначе.

Один из полицейских что-то сказал на турецком, Мария ответила ему и кивнула Азамату и Грэгу, чтобы не отставали. Грэг зло пихнул Азамата плечом и прошел вперед.

В арке при входе висела табличка: «Misir Carsisi (1664)» – это был старый рынок Стамбула.

Им выдали перчатки и бахилы у входа, и втроем они прошли через распахнутые двери. Лучи солнца через маленькие окошки на сводах попадали внутрь павильона с высокими сводчатыми потолками. Торговые ряды по обе стороны уходили далеко вперед. Алыми знаменами висели флаги Турции. В обычное время здесь было полно туристов; шум рынка, смех, шуршание денег… все здесь источало жизнь, но не сегодня. Оглушающая тишина кричала: «Произошло нечто ужасное!»

Азамат зашел за Грэгом – и его обдало жаром. Он сглотнул подступивший к горлу кофе, который выпил в самолете.

Словно декорации Дня демона под сводчатым потолком были развешаны окровавленные тела, но от декораций их отличало то, что все они когда-то были живыми людьми.

В нос ударил спертый смрад мертвых тел и крови.

Родители Азамата были владельцами похоронного бизнеса, не раз гробы и венки стояли у них в гараже, когда склад был переполнен, много раз он заходил на работу к отцу, видел трупы, ездил с отцом на катафалке, но сейчас тошнота комом подступила к горлу. Он приоткрыл рот, стараясь вдыхать понемногу, и изо всех сил держал лицо.

Он сделал несколько шагов, проходя под подвешенной женщиной. Ее глаза были распахнуты, а зрачки посмертно закатились, открывая белки. Кончик густых черных распущенных волос колыхался на ветру и погладил его щеку.

Спина Грэга, загородившая обзор на несколько секунд, открыла жуткую картину – в самой середине зала висел мужчина: его руки были раскинуты, мертвые глаза распахнуты, а рот открыт в предсмертном крике. Нижняя половина его тела отсутствовала.

Азамат судорожно приложил руку ко рту. Грэг высокомерно бросил:

– Слабак. Не смей блевать здесь.

Мария, как командир их группы, прошла вперед. Она не была ни напугана, ни растеряна, словно выбирая мясо на рынке, она нагнулась и посмотрела на разрыв, что-то спросила у турок, стоящих рядом, и, распрямившись, подозвала гвардейцев.

Азамат смотрел куда угодно, только бы не на труп. Мужчина, или то, что от него осталось, был подвешен к сводам материалом, напоминавшим паутину.

Следователь, стоящий рядом, повернулся к ним и стал докладывать:

– Около десяти утра на рынке возник демон. По словам очевидцев, это был не одержимый, а именно демон. С ним был человек. Он. Мы опознали тело: Серкан Челик, тридцать один год. Он держал магазин сухофруктов здесь. Соседи по месту сказали, что из-за его конкурента, который стоял напротив, он разорился и должен был закрыть свою лавку.

– Видео есть? – спросил Грэг, указывая на камеры наблюдения, расставленные повсюду.

Следователь перевел на него взгляд, кивнул и поднял телефон так, чтобы гвардейцы видели происходящее на экране: обычный день, полно туристов. Двое мужчин зашли в павильон и перебросились несколькими фразами.

Они скрылись из поля зрения камеры, и полицейский, повернув к себе телефон, начал переключать видео.

Глаза Азамата сузились.

– Вероятно, Серкан заключил сделку с демоном, – задумчиво проговорила Мария.

– Но что демону могло понадобиться от обычного человека? – вмешался Азамат.

– Что-что? – фыркнул Грэг и сложил руки на груди. – Что еще может понадобиться демону от человека? Конечно же его душа.

– Ты не прав. Демон мог просто сожрать его душу, и все, – покачал головой Азамат, но, заметив презрительный взгляд напарника, осекся.

– В словах Азамата есть логика, – кивнула Мария и вновь устремила взор на экран телефона.

Экран поделился на четыре части: на каждой была запись с разных углов рынка. Вот Серкан входит на рынок. Рядом с ним идет красивый мужчина в черном классическом костюме. Серкан подходит к своему торговому месту и поворачивается к соседней палатке. Он и его «сосед» по месту начинают активно спорить, размахивая руками. И тут в пылу спора Серкан поворачивается к демону и, указывая пальцем на своего соперника, что-то говорит.

– Кто-то может прочитать по губам на турецком? – крикнула Мария, и один из полицейских подошел к ним. – Что он сказал?

– «Отомсти ему». Вроде это.

– Спасибо.

Дальше видео больше походило на кадры из фильма ужасов: глаза демона разгорелись, и в следующее мгновение он начал просто всех убивать. Кого-то он явно иссушал, а кого-то убивал голыми руками.

Азамат не удержался и отвернулся. Мелкими рваными вдохами он заполнил легкие, моля, чтобы желудок успокоился и он не опозорился.

– Так, все понятно, – произнес Грэг. – Он заключил сделку с демоном, чтобы тот убил его конкурента.

– Наоборот, ничего не понятно. Он – обычный человек. Зачем демону сделка с ним?

– Может, он обладал силой экзорциста, – подал голос Азамат.

Грэг бросил на него ядовитый взгляд.

Мария мотнула головой:

– Возможно, конечно, но сомневаюсь. Если у Серкана были проблемы с деньгами и он обладал силой, он мог бы пойти служить на Святую землю, а не продавать душу демону.

Мария была права. Грэг высокомерно ухмыльнулся и кивнул в подтверждение ее слов.

В этот момент Азамат подумал, что ему не повезло с напарником. Он ожидал, что будет работать с наставником, в итоге получил черствого, противного сухаря, которому он был как кость в горле.

Грэг отошел разговаривать с полицейскими, и Мария, опустив планшет, повернулась к Азамату, перейдя на русский:

– Не обращай внимания на Грэга. Он хорош в своем деле, иногда ведет себя как упрямец, но он потерял напарника месяц назад. Он должен был пройти психологическую реабилитацию после такого, но кадров катастрофически не хватает, сам понимаешь, пришлось возвращаться к службе. – Азамат повернул голову и посмотрел в спину Грэга. Тем временем Мария продолжала рассказывать: – Напарник прикрыл его своим телом, и демон на глазах у Грэга разорвал его на части. Такое не проходит бесследно. Они были очень близки, слышала, дружили с детства.

Азамату пока было сложно представить, каково это – потерять напарника, но неприязнь к Грэгу сразу же поутихла.

Мария вернулась к расследованию и перешла на английский:

– Надо запросить поиск по лицам и отследить перемещения Серкана по городу в последние дни. Возможно, мы узнаем, что демону понадобилось от него.

Он кивнул, и следующие полдня они проводили допросы. Грэг знал турецкий, но Марии и Азамату понадобились переводчики. Убитые горем родственники и перепуганные свидетели были бесполезны. Серкан жил с мамой. Единственное, что она сказала дельного, это то, что он последние два дня был сам не свой.

Выйдя на улицу, Азамат устало потер лоб. Мария и Грэг вышли за ним.

– Вечером я улетаю, поэтому оставлю Азамата на тебя. Держите меня в курсе дела, – предупредила Мария.

– Точно, у вас же свадьба завтра. Кстати, поздравляю, – кивнул Грэг. – Не переживайте, мы справимся.

Тут живот Азамата пронзительно забурчал: обеденное время в Эль-Гааре уже давно прошло.

– Надо зайти перекусить, – поравнялась с ним Мария.

Грэг лишь раздраженно поджал губы.

Но не успели они зайти в «Мак», как Марии позвонили. Она остановилась. По ту сторону торопливо что-то сказали, и она открыла в «Экзорине» подготовленный отчет о передвижениях Серкана и нахмурилась.

– Что там? – поинтересовался Грэг.

– Судя по кадрам видеонаблюдения, Серкан был в Центральной мечети, той, что возле рынка, четыре раза за последние два дня.

– Ну и что? Возможно, замаливал свои грехи.

– Человек, который подписал договор с демоном? Но не это странно: Серкана засекло ЦРУ. Мне поэтому и звонили. Он что-то покупал на черном рынке.

– Он покупал оружие? Зачем, если у него в руках был демон? – озвучил Азамат логичный вопрос.

– Они продают не только оружие, но и взрывчатку или даже бомбы, – покачала Мария головой.

Что Грэг, что Азамат замерли.

– Ты предполагаешь, что демон хотел, чтобы Серкан купил бомбу и заложил ее где-то?

– Куда демоны не могут войти?

– В храмы, – в один голос ответили Грэг и Азамат.