Точка Невозврата

– Не-е-е-т.– Улыбнулся, Артур, трогая вновь распухшую губу на месте удара.– Ну, точнее не совсем. Видишь ли, мне ваш «мир» гораздо ближе оказался, чем мой собственный. Я хоть большинство «нашего брата» и не переваривал, но это все было лучше механизмов официального закона. Ни бумажки никакие писать не надо, ни язык за зубами держать, когда мудак выше по должности о тебя ноги вытирать пытается. Мне с вами веселей было, что ли. Да и не очень-то и отличий много. Что там подчиняешься приказам, что тут идешь делать то что велят. Только там ты работаешь на страну, на государство, за не ахти какое жалование и дутое величие, а тут на себя и собственные выгоды, хоть и с некоторыми условностями не писанными. Я скорее там притворялся. Отец у меня был ссыщик. Знаешь каким он мужиком был? М-м-м, таких и нет больше. Его уважали все. По этому я и держался там, в БАРЬЕРе. Ну, или меня там держали в знак всеобщего уважения к отцу. Привязали к себе еще ребенком, мол смотри, отец-то у тебя какой, а тыж чего? Короче, полсле смерти отца, сиротой я остался, вот и присматривали за мной, попутно выращивая себе очередного служащего. Я ничего другого и не знал. Школа, муштра полуармейская, подъем в шесть, в десять отбой, а там и задание первое. Вот на задание-то я новую жизнь и почувствовал. Это была свобода, от вечного контроля и постонных глаз в затылок. Конечно, я все так же был под надзором, но я научился это избегать. А после удачного завершения операции все уверовали в мою лояльность.

Рассказывая все это, Артур смотрел перед собой, но не видел что перед ним. Таким взглядам смотрят в прошлое, в свою жизнь, где совсем не веселые и достойные моменты. Такой взгляд оставляет тебя наедине с собой, даже если ты в окружении миллионов. Так смотрят не в сейчас, так смотрят вглубь себя. Так смотрят НА СЕБЯ. Именно так ты видишь себя настоящим. И именно так смотрит в душу грусть, пока жадно чавкает твоими неудачами и твоей слабостью, смакую каждый кусочек, вымазывая мерзкими слюнями, летящими по сторонам, твое настоящее, что бы ты никогда не смог отмыться от самого себя.

Артур продолжал рассказывать дальше и не заметил как к нему приблизился Кир и резко прервал его коротким рывком руки к себе, что бы завладеть вниманием. Посмотрев на Кира, Артур увидел как он гримасой со вскинутыми бровями и указательным пальцем по среди своих губ, хочет что бы он заткнулся, и тут же пальцем другой руки указал себе на ухо. Артур замер, он понял, что товарищ хочет, что бы она весь обратился в слух. Секунду посидев не двигаясь и не дыша, Артур различил ели слышное бубнение. Пара мужских голосов, что то не громко обсуждала, где-то совсем не далеко.

– Там.– шёпотом сказал, Кир и ткнул пальцем в сторону голосов.

– Ну, там.– согласился, Артур.– А ты че напрягся-то? Пошли посмотрим кто там.

И уже собирался вставать, как Кир отдернул его остаться на месте.

– Вот именно, «кто»? Мы не знаем как и почему тут оказались. Вдруг нам с ними и встречаться не стоит. Сами походим, посмотрим что тут да как…

– Кир, ты че фильмы про разведчиков пересмотрел?– перебил его, Артур.– Куда ты тут походишь? Ты че, грибников каких-то испугался?

Кир и сам не знал, что это с ним. Какое-то поганое чувство засело в кишках и рекомендовало останавливать именно Артура от встречи с владельцами голосов.

– Да, не знаю,– замялся, Кир.– просто мне вдруг хреново стало. Как будто лучше не надо.

И все. Более ничего он сказать не смог, хотя очень хотелось. Но что именно, сам понять не мог.

– Видать сильно я тебе по башке вдарил, вот и хренова.– улыбнулся, Артур и толкнул Кира в плечо, не узнавая своего коллегу по максимально не безопасным делам.– Пошли давай, а то уже голоса затихают. Где, кого искать потом?

– Хорошо. Но сперва рассмотрим кто это, понял? Сразу не высовывайся.

– Да, понял, понял.– ответил, Артур, которого уже начала раздражать параной Кира, в которой тот не был замечен ни разу.

Поднявшись на ноги и даже не отрехаясь они, чуть пригнувшись, направились в сторону уходящих голос. Догонять долго не пришлось. Как только в поле зрения оказались два человка, Кир прижался плечом к дереву, махая Артуру, что бы он сделал тоже самое. Артур кивнул, и пристроился за соседним стволом дерева на растоянии не больше метра. Убедившись, что пока все идет по плану, Кир посмотрел на объекты своих опасений.

По среди леса стояло два бородатых мужика закутанные в какие-то грязные хламиды. Напоминавшие пончо плащи укрывали своих владельцев почти до колен. Латанные перелатонные с толстымы швами штаны, заправленные в короткие сапоги, по бокам зияли мелкими дырочками в обрамлении распутавшихся ниток. Оба при странных ружьях с длиннющими стволами, больше похожие на походны палки. Это очень напрягло Кира. Даже такое убогое на вид оружие могло вполне себе смертельно стрелять. На груди у путников, перекинутые веревками через одно плече, висели тканевые сумки затянутые сверху в узелок, а на еле заметном поясе, под плащами, такие же маленькие узелки, вроде кожаных кошелечков или сумочек под любую другую мелочевку. Образ лесных бомжей дополняли тканевые шапки с кожанами нашивками на манер заворота внутрь по всему диаметру головы. А посреди лба все у той же шапки намотанный валик бордовой ткани с петелькой на маленькой пуговичке. Этакие два темно серых пятна на фоне зеленющего леса, никак не вписывающиеся в пейзаж. Бородачи, что-то обсуждали пожимая плечами. Один бодро кивал головой, указывает себе на глаза, в чем-то убеждая собеседника. Второй явно не охотно соглашался. Очевидно, что он здесь очень не желал находиться, и переминался с ноги на ногу нервно осматриваясь.

– Что за странные типы?– шепотом сказал, Кир, не отрывая от них глаз.

– Должно быть деревенщины местные, или лесники там, грибники всякие.– предположил, Артур, так же шепотом.– Это точно не из Ведомых,– усмехнулся он,– и тем более не из моего отдела. У нас так наряжаться не принято.

– Согласен. Не могу даже представить таких в бригаде Щегла. Он бы с ними и рядом не стоял. Надо еще за ними понаблюдать. Не будем высовываться. Рано или поздно они куда-то пойдут, а дальше видно будет.

– И сколько нам так за ними тут ходить? Не знаю как ты, а я очень голодный. Вдруг они в свою хижину из говна и палок идут, эту, как ее, зимовье, ну или избу свою лесную. Нам туда точно не надо. Кир, завязывай, а. Мужики по ягоды пошли, а ты бздишь тут на ровном месте.

– Ну, хорошо, смелый ты наш, давай иди, пообщайся. А я тут постою, побздю.– сказал, Кир и сложил руки на груди.– Ружья заметил у них надеюсь?

– Заметил,– передразнил его, Артур.– Никакие это не ружья и даже не винтовки. Скользящего затвора не видно. Воздушки скорей всего. Максимум белку в глаз подбить, да и то…– махнул, Артур рукой.– Короче, все, давай, пошел я. Еще спасибо мне скажешь за мясную похлебку, которой угостят нас эти доходяги деревенские.

Будь его воля, он бы схватил Артура за шкирку и уволок его куда подальше. Но что делать потом было не известно. Артур прав, они хрен пойми где и им нужна помощь.

– Близко не подходи, с далека разговаривай.– наставлял, Кир в спину уже удаляющегося Артура.

Но его никто не слушал. Накинув на лицо улыбку поприветливей, Артур размашистыми шагами шел прямиком к двум забавным аборигенам ничуть не таясь. Наоборот, вскинув высоку руку в дружеском приветствии и растопырив пятерню, он зараняя объявляясь крикнул:

– Здорова, мужики! Извините, что отвлекаю, разговор есть.– и еще больше улыбнулся, как белозубые актеры на красной дорожке.

Обратившиеся в полное внимание, мужики, синхронно обернулись к взывающему.

– Присвятой, Ауту! Петро, насыпай!– выкрикнул тот, что был справа от Артура, и вскинул длинноствольное оружие.

Петро не мешкая, как по волшебству, уже выудил из рукава мешочек и из специального носика, как у воронки для бутылок с тонким горлышком, сыпал на металлическую подложку средневекового ружья черный песочек. Закончив заряжать брата по оружию, Петро присел на правое колено, вкинул к плечу приклад ружья и повторил действия с мешочком, насыпая и себе.

-Воу, тихо, тихо!– только и успел сказать, Артур, вскидывая руки как мим перед невидимой стеной.

Хитрая инженерная сборка из металла и древисины с хрустом щелкнула в руках бородача, обдав того яркой вспышкой и едким клубом дыма от взорвавшегося пороха. Доля секунды и свистящее ядрышко выплюнутое огнем берданки, со свистом рассекало вздоху по направлению к незнакомцу. Не всматриваясь сквозь дым, попал или нет, стрелявший тут же присел на колено как и Петро, самостоятельно заряжая себе в дуло новое ядрышко. Петро, будучи уже готовым к бою, видя как ошарашенный незнакомец все еще стоит на ногах, тщательно прицелился и выстрелил, щурясь от искр.

Джинса Артура взорвалась чуть правее голени. Ядрышко разорвало кожу с мясом, мгновенно выливая кровь прямо в туфлю.

– А, блдяь!– закричал, Артур, валясь на бок и хватая как можно сильнее раненую ногу.– Вы, че творите?! Да я вас…

Внимательно наблюдая со своей позиции, Кир, чего-то такого и ожидал. Процедив сквозь зубы «сука, я же говорил», не медля кинулся к подстреленному Артуру, пока враждебные лесники перезаряжали свои шайтан палки. Схватив яро матерящегося Артура за ворот куртки, потащил его к земляному валу, способному укрыть их, если особо не выпрямляться.

– А-а-р-р-р! Падлы!– рычал во все горло, Артур, от сильной боли в ноге.– Етить вас в коромысло! Чтоб вас, в бога душу сердцу мать…– кричал он не разборчиво скороговоркой не останавливаясь.

– Всеслав, кажется колдуна подстрелиоли. Вон как проклятьем бесовским по воздуху молотит. Сейчас наведет мраку на семьи наши, не очистимся. Кидай Молчанку, у меня нет с собой.– очень быстро проговорил Петро, не вставая с колена, перезаряжая пушку, засовывая уплотнительную паклю в дуло.

Всеслав и сам, как только заслышал крики незнакомца, понял что нужно делать. И пока Петро в страхе наставлял его на действия, уже вытащил защитный свёрток, метнул его за укрытие бесовских воплей. Не дожидаясь действия оберега, Всеслав откинул долго заряжаемое оружие и достал из под плаща большущий нож, какими мясники филей у туши срезают.

– Петро, не мешкай, заходи справа. Хоть одного колдуна, да живым взять надо.

Решив, что времени на пушку уже нет, Петро достал такой же тесак и на полусогнутых пошел по дуге справа как и было велено.

Мягкий узелок, который приметил Кир на поясах агрессивных аборигенов, шмякнулся рядом с его левой ногой. Не расслышав белиберду о колдунах и проклятьях, но помнящий про стреляющие пушки и раненого Артура, накаченный адреналином «колдун», подумал, что это ни что иное как бомба, или чтот-то навроде динамита, и что их сейчас тут разметает в фарш. В голове всплыли школьные рассказы о подвигах давно минувших войн, в которых смелые солдаты кидались животами на вот такие приспособления, жертвуя своей жизнью, защищая боевых товарищей. Остановившееся время подсказало Киру, что он не готов к такой жертве. По этому, ожидая каждую секунду взрыв, Кир дрожа как от лихорадки, схватил мягкий но увесистый кулек и метнул его обратно через спину, зажмурился и зажал уши ладонями.

Земля не стукнула его снизу и грохот не ударил его по ушам. Зато какая-то сила рвануло его ворто вверх, а потом что-то острое обожгло холодным металлом кожу на шеи возле сонной артерии.

– Еще хоть слово, нечесть погонная, и твоя грязная кровь удобрит эти святые земли.

Кир, возя коленями по траве, успел поднять глаза. Над ним, с ножом у его горла, стоял суровый бородач, который первым выстрелил в Артура. Второй уже крутил ему руки веревкой.

Артур больше не кричал. Он еле шевелил губами, а ослабевшие руки уже не сдавливали рану. Его лицо стало страшно бледным, а глаза закатывались от болевого шока, оставляя в глазницах белки, будто призрак а не Артур смотрел на этот мир.

– Мужики, да мы дорогу хотели спросить. Заблудись.– сказал, Кир, в надежде на вменяемый диалог.

– Я тебе что сказал?– зарычал в ответ бородач и сильней вдовил лезвие в шею.

Яркая полоска крови явилась из кожи Кира. Он этого не почувсвовал, но и так было понятно, что над ним не шутят. По этому сглотнув вязкую слюну, дернувшийся вверх и обратно кодык слегка толкнул угрожающее лезвие и Кир покорно замолчал. В это же время он заметил как два точно таких же лесника бегут к ним, держа такие же пушки в руках.

– Связал.– сказал, Петро, и встал с колен оттряхая мозолистые руки.

Всеслав убрал нож от горла Кира и брезгливо оттолкнул его. Кир качулся на коленях но не упал. Медленно осел на поджатые ноги и уставился в мятую траву, соображая что же делать дальше.

-Рот-то заткни ему. Не гоже таким выродкам свои речи мерзкие в мир нести.– сказал, Всеслав, и достал из глубокого кармана в штанах пару вонючих тряпиц, передал одну Петро, а со второй направился к Артуру.

Петро молча взял ткань в руки, скомкал как попало и сдавив щеки Кира, сунул ему на язык отвратную приспособу.

Рвотный позыв взыграл в груди и Кир дернулся мотая головой. Нехватало еще блевотой собсвенной захлебнуться, или как оно в таких случаях бывает? Но пронесло. Выдохнув через нос, Кир взял себя в руки и сосредоточился на свежем воздухе, жадно всасывая ноздрями головокружительно чистый кислород.

– Поерепенься мне еще.– пригрозил Петро, и довершил молчаливый обряд веревкой, что бы пленник не выплюнул кляп.

– Петро, Всеслав, мы услышали выстрелы. Что тут у вас?– спросил вновь прибывший мужик и прицелился в теряющего сознание Артура.

– Колдунов взяли.– ответил, Всеслав, приседая рядом с Артуром, запихивая тряпку ему в рот.

– Как понял, что колдуны, а не Зеркальщики? Одежки-то странные какие на них…– и замолчал, подозрительно пялясь на Всеслава.– А ты чего «штору» не скинул?

Страх отразился у него на лице и он вскинул пушку целясь в грудь Всеслава. Чуть припоздавший напарник из второй пары лесников, «верно» расценил общее настроение, дернул на шапке пуговку и тут же бордового цвета валик размотался со лба, полностью скрыв лицо, оставляя только две аккуратные прорези для глаз. По краям необычной штуковины для лица имелись две не большие шайбы, похожие на какешки, и как только валик полностью размотался, камешки подпрыгнули и закинулись за спину, сцепляясь друг с дружкой как примагниченные. Таким образом полностью скрыв лицо человека и не давая маске болтаться или открыть защищенный участок кожы. Лесник, грязящий пушкой Всеславу, тоже дернул пуговку и лицо его так же скрылось за надшапочной маской.

Кир такого еще не видел. Деревня деревней, но о таких шапочках он и не слышал. Как только разборки кто-есть-кто закончатся, надо обязательно узнать «рецепт» такой вещицы. Ему оно особо и не надо, но до жути стало инитерносо что это такое, да и зачем вообще.

Что сейчас они находятся в руках полных психов, Кир понял сразу. Наверно по этому ему не хотелось, что бы Артур выходил к ним. Про разного рода секты он слышал только отрывисто, да и давно это было. Как бы их в жертву сейчас не принесли, зажаря на костре или не перерезав горло без всяких разборок. Колдуны, Зеркальщики…Во, поехавшие! Надо во что бы оно не стало убедить их, что никакие они не колдуны, до того как они сами окончательно не убедились в обратном. А судя по тому, что тут заварилось, им и доказательства всякие не нужны. В колдуны-то их, хоть и за весьма забористый, но все же самый обыкновенный, в таких случаях, мат, записали.

Вот с такими мыслями и сидел охреневающий Кир, следя за сумасшедшими лесниками, никак не в силах сейчас на что-то повлиять.

– Сафон, да ты что? Да, колдуны это. Зеркальщики не разговаривают с тобой, когда обратиться хотят. А этот нам с далека, что-то кричать начал, вот я и не стал время по напрасну терять. Штора тут лишняя. Опусти пушку. Петро, да скажи ты ему…– сказал, Всеслав, наставляя испуганного брата-сектанта.

Петро молчал, осмысливая в первую очередь их проёб со шторами. Понятно дело, что товарищ будет в негодовании, ведь штора первейшая вещь на вылазке, по тому как не известно с кем имеешь дело. Но он сам так испугался вдруг вышедшего незнакомца, что позабыл о всех мерах защиты.

– Сафон, Камус, это и вправду мы,– заговорил, Петро.– Да, разве же мы сейчас разговаривали с вами будучи Зеркальщиками? Они небось-то и с оружием обращаться не умеют…– и тут же запнулся, вспоня, что пушок при них нет.– Ох, да мы же их там побросали. Верно говорит, Всеслав, времени не было, колдунов крутить надо было.

– А никто и не знает, как быстро Зеркальщики лик твой обирают.– сказал, первый опустивший штору на лицо, именуемый Камусом.

– Верно.– поддакнул, Сафон.– Чем докажешь, что ты это ты?

Нервно раздувая ноздри в гневе, Всеслав шумно втянул воздух носом и медленно выдохнув произнес:

– Хорошо. Доказательства тебе нужны? Ну, держи, не подавись.– и с вызовом, мол сам виноват, посмотрел в глаза Сафона, которые толком и не видно было за тканевыми прорезями.– Третьего числа нынешней декады, ты, Сафон, обратился к нашей Сарафенье за помощью. Что-то чресла твои работать перестали как положено, вот ты к ней на поклон и пришел. Травы она тебе дельные посоветовала и наговоры, что бы ты над снадобьем их произносил. А знать об этом никто не знал…акромя меня, конечно. Ведь я тебя к нашей знахарке с этой твоей бедой и направил, так как ты мне сам обовсем и жаловался.– улыбнулся, Всеслав, и подмигнул внимательно слушающему Камусу.– Ну, что, брат- Сафон, помогла тебе Сарафенья? Заработал твой потомкодел бедовый?

Сафон хоть и скрыл лицо тканью бордовой, но выражение его читалось и скозь нее. Не спеша закатывая защитную маску обратно в валик на лоб, Сафон явил свету свой лик такого цвета, который ничуть не уступал красной тряпице.

– Мог бы и чего другого припомнить, ирод бездушный. Я к тебе обратился как к брату понимающему, а ты…– не закончил обиженный, Сафон и закрепив убранную маску на пуговку, молча отвернулся, оперевшись руками в опущенное ружье.

– Фух! Разобрались, хвала, Ауту.– выдохнул, Камус, и тоже свернул маску.– А вы уверенны, что помимо колдунов тут больше нет никого?

– А, кто в таком может быть уверен? Разве что ясновидящий Ауту.– раздраженно сказал Петро и оглядев пленников и братьев отправился за оставленным оружием.

Ему тоже не понравилось, что Всеслав при всех такой секрет выдал, хоть и под дулом ружья, но все же. Ведь и сам Петро много чем делился с Всеславом. Вдруг теперь чего и про него расскажет при подобных обстоятельствах. Теперь лучше постоянно вызываться в парные дозоры с болтливым братом. Так уменьшались шансы принять Всеслава за Зеркальщика, если он постоянно при нем будет, а значит не придется доказательств просить как это только что сделал Сафон.

С такими мыслями недалёкий Петро и таскался по поляне собирая разбросанные вещи, пока остальные громоздили бесчувственного Артура на широкое, походное одеяло, что бы волоком дотащить его до дороги, где их ожидала телега с лошадью. Перед этим, Всеслав туго перевязал рану на ноге Артура, что бы тот не истек кровью, пока его не доставят в селение.

– Вставай давай!– гаркнул, Всеслав и пнул Кира по ноге.– Потащись нечесть раненную самостоятельно. Не боись, тяжело не будет. Травка скользкая, а нам как раз вниз по ней прямёхонько.

Кир решил не злить яро верующих бородаче. Покорно поднялся на ноги и уставился на свои связанные спереди руки. Всеслав, выругался неразборчиво себе под нос и развязал мягкие путы, лишь для того, что бы связать их уже за спиной пленного колдуна. Так ему тащить раненого будет удобней, и меньше шансов что-то опасного вытворить руками связанными перед собой. За комфорт вьючного пленника никто не переживал, а вот за свою безопасность блюдили строго.

Схватив край одеяла, на котором подчевал Артур, Кир, словно впряженный мул, поднялся с колен и потянул за собой ношу. Тащить со склона одеяло с человеком оказалось действительно удобно и даже легко.

Сафон с Камусом шли за пленными, а Всеслав и Петро заняли позиции по бокам чуть спереди перед Киром. Аборигены постоянно оборачивались выискивая возможные угрозы. Но более ничего страшного их неспешный караван так и не повстречал.

Таким вот не хитрым походом двигались они минут тридцать. Удобный спуск они уже миновали, и теперь Киру приходилось тащить Артура куда усердней. Мышцы в ногах начали забиваться от сверх нагрузки и гореть огнем, мешая выполнять необходимые действия. Но Кир не возмущался. Он упрямо пытался понять как они сюда попали, кто действительно эти четыре обрыгана, которые взяли их в плен, воняющие тухлой рыбой и застоявшимся потом так сильно, что было удивительно как они с Артуром сперва не учуяли их запах, прежде чем услышать?! Текущие мысли водоворотом оседали в голове Кира, и он почти впал в транс присущий философам, которые часами размышляли над жизнью, как в друг увидел тонкую колею под ногами из продавленной земли. Посмотрел вперед и облегченно остановился. Перед ним стояла добротная телега из светлого дерева в грязных разводах и сухой прилипшей траве. А вот лошаденка, впряженная в массивную конструкцию, вызвала сомнения в способности тащить хоть что либо.

– Чего встал? Закидывай давай приятеля своего. А то помрет уже скоро. Так и душу его темную отпеть будет некому. Тут его и бросим, как собаку, на растерзанье зверью.– сказал, Всеслав, уже не так злобно как до этого. – Все же людьми раньше были, как никак, а?

Смекнув, что лучшего он сейчас ничего и не изобразит, Кир решил поддержать «разговор» покорным :– Угу-у-у. Это все, что позволил озвучить ему кляп из под замотанной веревки. Под такое настроение, пленный колдун, решил показаться как можно более безобидным и расскаенным в с своем пути нечистом.

Сжимающие одеяло пальцы приятно распрямились и Кир, пока оборачивался к Всеславу, разминал их быстро шевеля ими как пианист.

– А, ну прекрати!

Под правую лопатку больно стукнуло и Кир скривился стараясь замереть на месте, как вдруг почувствовал, что веревки на запястьях снова ослабли. Но шевелится без команды больше не рискнул.

Кто-то ухватил его за плече и грубо развернул. Это был Сафон. Угрюмый бородач, все с таким же красным лицом недовольно таращился на Кира.

– Сейчас укладываешь своего друга в телегу и следом за ним запрыгиваешь туда же, становишься на колени, руки сразу за спину. Камус,– сказал, он не отводя глаз от Кира,– если колдун начнет делать не то, что я только что ему сказал, стреляй сразу в голову. Привезем мертвимы, меньше волокиты потом будет. Сожжем и дело с концом.

Камус, хоть и стоял с взведеным в боевом режиме оружием, наводить на пленника не стал. Молча кивнул собрату и остался внимательно смотреть на Кира. Остальные так же не проронив ни звука отошли ожидая погрузки.

Кир, мучимый желанием потереть изнасилованные веревкой запястья, повернулся к раненному товарищу. До этого момента, побледневшее лицо Артура, чуть налилось румянцем, а грудь медленно то поднималась, то так же медленно опускалась. Живой. Спит себе спокойно, лежа на вонючем, наверняка со всякими паразитами, одеяле из грубо выделанной ткани. Справа спокойно ожидает Камус. Расстояние достаточное, что бы набросится и скрутив сектанта завладеть его оружием. Но управляться с такой штуковиной ему не доводилось, да и, как уже усвоил Кир, стреляет она только один раз, затем долгая и не понятная перезарядка. Бородачи, хоть внешне и не тянули на крутых боевиков, все же начали вызывать уважение. И в способности быстро и грамотно упокоить резвого пленника, даже голыми руками, Кир уже не сомневался. А наличие огромных ножей делала их похожими на сухопутных пиратов.

Подумав так и эдак, было принято решение не дергаться. По этому Кир, в лучших традициях тяжелой атлетики, что бы не сорвать спину, держа поясницу прямой как стрела, чуть присел и с не скрываемым усилием поднял расслабленного, и по этому еще более тяжелого, Артура.

– У-м-х-х,– выдохнул, Кир, и подкинул Артура, не заботясь о том, каким местом он приземлится, закинул его в телегу.

После чего и сам, ухватившись за гладко отполированные борта, выполнил поставленные Сафоном условия.

– Ну, все. Вяжем его и в путь. А то еще чего на наши головы свалится не дай бог.– сказал, Всеслав.

Но все и так уже знали что им делать. Никто из них и не хотел находиться здесь больше положенного. Не успел еще Кир как следует наслодиться удобствами телеги стоя на коленях, как с тяжелым скрипом суставов повозки к нему залез Камус. Посмотрев по краям телеги, сектант наконец заметил искомый предмет. Не желая трогать нечестивого колдуна руками, прибывающего без сознания, Камус просунул под бок Артура дуло пушки и приподняв тело выудил из под него ржавую цепь с металическими скобами. Чуть погромыхав ею над ухом Кира, разбираясь на спех как ее крепить, Камус присел за спину пленника и застегнул колодки на его запястьях. После чего туго связял и ноги веревкой, соединяя все это дело с цепями на руках. Кир всякого повидал, но в таком положении ему приходилось находиться впервые. Оказалось, это только цветочки. Получив не сильный пинок промеж лопаток, Кир упал на живот чуть было здорово не долбанувшись подбородком о грязное дно телеги.