Самая красивая попаданка

Цветы, казалось, вплавились в стекло, стали его неотъемлемой частью, или же то была всего лишь искусная иллюзия для тех, кто пытался заглянуть в эту полупрозрачную манящую глубину. Но максимум, что могли увидеть любопытствующие, – цветущий розовый сад, отражающий багряные отблески заходящего солнца, словно пожар, объявший небо.

Парень с замеревшей девушкой остановились перед входом в ресторан.

Швейцар, словно цербер, охраняющий вход в царство роскоши, придирчиво окинул взглядом наряд Грегори. Ему необходимо было убедиться, что перед ним не просто выскочка, а представитель родовитой знати или обладатель тугого кошелька.

Незаметно цыкнул, дескать, очередная выскочка приперлась сорить деньгами.

Он вполне мог позволить здесь такое «самоуправство» — оценивать гостей, цыкать… ведь он здесь «царь и бог» проходной двери, что вполне мог и не пропустить их ресторацию тех или иных посетителей.

Мужчина в ливрее расшитой розовой вышивкой, скучающе, слегка повернул голову и стал оценивающе изучать спутницу молодого и по сему видно богатого юнца.

Но чем дольше он смотрел на девушку, тем сильнее менялось его лицо. Надменная, вызывающе высокомерная маска сменилась на удивленное простое лицо, которое к тому же стало глупо и заискивающе улыбаться.

— Милейшую даму уже ждут? — пролепетал пораженный в самое сердце швейцар, что был уже готов разве что ни на руках донести до свободного столика прекрасную посетительницу ресторана.

— У нас забронирован столик, — процедил Грегори, — на имя Грега Зендо младшего, — выплюнул парень, окончательно забрав внимание швейцара на себя.

Слуга, что должен отворять «ворота» богачам в царство вкуснейшей еды и роскоши, резко погрустнел, склонил голову и проговорил несмело — «Проходите»…

Ему оставалось лишь мечтать, провожая взглядом прекрасную девушку.

Да… Почему так? Все самое лучшее этим высокородным деткам, — подумал швейцар, тяжко вздохнув. Но его снова отвлек звук подъезжающего экипажа. Мужчина в ливрее надел на себя лицемерно-надменную маску, чтобы снова стать «царишкой» двери, украшенной распускающимися розами.

Алена робко вошла в ресторацию. Обомлела…Огромные люстры, словно созвездия, сверкали и переливались в приглушённом свете, казалось, паря в бездонном небе, ведь потолка будто бы и не существовало вовсе. Везде расцветали вьющиеся розы всевозможных цветов и размеров, а над ними порхали золотые кружевные бабочки, словно живые драгоценности. Они не просто порхали – они пели! Напевали дивную мелодию, сотканную из звуков счастья и волшебства. Монументальные колонны внушали трепет и почтение, а фонтан-горка, изливающийся хрустальными струями в самом центре, оживлял интерьер ресторана — розового сада. Из вод фонтана то и дело выпрыгивали маленькие золотые рыбки, исполняя свои кульбиты в такт музыке порхающих созданий.

Роскошь и магия оглушали своим великолепием, нереальностью и помпезностью.

Алена сначала была рада, что Грегори ведет ее так вальяжно и не спеша мимо столиков, за которыми велись неспешные беседы.

Девушка могла спокойно рассмотреть все эти невероятные роскошества и магические причуды. Но вскоре она почувствовала себя крайне неуютно. После того как Аля поняла, что все эти кокетливо-вежливые разговоры смолкают за столиками, едва она проходит мимо.

Хорошо хоть их столик оказался рядом. Не пришлось идти через весь ресторан. Они присели возле необычного фонтана-горки, с которого задорно сбегал искусственный водопад. И в котором то и дело плескались сверкающие золотыми брюшками рыбки.

— Что такое, радость моих очей? Тебе здесь не нравится? — настороженно спросил Грегори, который практически сразу же заметил резкую смену настроения своей спутницы.

Горящие удивлением и восхищением глаза быстро стухли. А от ее очаровательной искренней улыбки осталось лишь некое вежливое подобие приподнятых уголков чувственных губ.

— Все хорошо, Грег. Просто… На меня все так пялятся… Я что, как-то не по статусу одета? Наверное, слишком просто, — с сожалением в голосе проговорила девушка.

— Ты прекрасна. Ты самая красивая здесь. Вот и любуются, — с придыханием проговорил влюбленно Грегори.

В словах девушки была доля истины. По сравнению с расфуфыренными дамами и некотороми джентельменами простенькое белое платье Алены смотрелось дешево. Особенно в блеск золотых украшений собравшейся здесь публики. Бриллианты, рубины, сапфиры — эффектно поблескивали в томном свете огромных люстр.

Но и в словах Грегори была своя правда. Ведь никто из присутствующих не обращал внимания на простой наряд девушки. Все были странно очарованы ее красотой.

Скоро по залу пошли шепотки — «Кто это? Грегори Уильямс Второй. А вот что за дама с ним? Чудесна…» И пару мгновений спустя Алена ощутили на своей коже злые уколы прожигающих женских взглядов. кому понравится конкуренция со стороны? Когда ты была королевой вечера, а теперь твой мужчина то и дело оборачивается назад…

Несмотря на подкалывающие иглами ревности и желчи взгляды женской половины, прожигающие, похотливые и липкие — мужской, девушка не стушевалась. Лишь гордо выпрямила свою спину, словно воткнула в свой позвоночник железный столб. Грациозно присела за столик, аккуратно положила ладони на стол. Ну прям живописная картина получилась — «красавица, ждущая меню».

Практически сразу же же подплыл официант и против правил первой предложил меню девушке, а уже потом Грегори. Остановился, зачарованно глядя «в рот» девушке.

Алена раскрыла меню и увидела… красивые золотые загогулины на шелковистой черной поверхности. Должно быть, это были буквы, но смысл текста ускользал от неё.Ошарашенно пробежавшись по меню, она перевела взгляд на Грегори.

Парень придирчиво всматривался в ее лицо, а потом будто что-то сравнивая, смотрел на официанта, что продолжал стоять зачарованным истуканом.

— Грег, может, посоветуешь, что выбрать… У меня аж глаза разбегаются, — слукавила девушка, — хотелось бы какой-никакой легонький салатик, и от мяска не отказалась… бы…— обратилась она к своему побагровевшему (но лишь на кончиках ушей) спутнику.

Нечаянная преступница?

Красота — твое преступление…

— Возьмите аделайское жаркое, оно наисвейжайшее, из-под поварского ножа, — предложил официант, не дав Грегори даже что-то пикнуть, — и салат «Любовница Мари» — в нем сплелась симфония зелени, овощей и даров моря, истинный гастрономический экстаз. Не пожалеете…

— Благодарю за совет, но я спросила моего спутника, — смущенно пролепетала Аля, увидев, как скривилась точеная мордашка Грегори.

Официант потупил взгляд. Обычно за такую «дерзость»следует увольнение. Он сам не понял, что на него нашло. Он подумал, откуда здесь появился этот парень, ведь его не было. Официант просто не заметил присевшего напротив очаровательной дамы парня.

— Довольно! — резко прервал оправдательный бубнеж официанта, который посыпался изо рта обслуживающего персонала, — принесите нам всего самого лучшего, что есть в этом заведении. Живо!

— Хорошо, господин, сию минуту… — протараторил официант и поспешил ретироваться.

— Алена, радость моя… — начал говорить Грегори после того как сделал несколько умиротворяющих вдохов-выдохов, — … я так счастлив… что ты, — в этот момент парень накрыл руку девушки своей ладонью.

Алена хотела было уже как-то деликатно (а может, даже и не очень) вытащить руку из-под мужского «покровительства», но почувствовала, что он, несмотря на казалось бы легкое прикосновение, хорошо так железобетонно удерживает ее.

— Тссс… мне надо кое-что проверить, — прошептал Грегори.

Девушка почувствовала, что что-то холодное, металлическое, но практически невесомое, коснулось ее пальцев, крепко обвило один из ее пальчиков.

Грегори хмыкнул, а после и вовсе разулыбался победителем. На пальце Алены красовалось кольцо с огромным сапфиром цвета ночного неба, окруженным мерцающим хороводом бриллиантов.

— Ого… — только и проговорила ошарашенная девушка, преподнеся свою ладонь к лицу и внимательно рассматривая свои пальцы, на одно из которых оказалось ювелирное чудо.

— Получилось… — прошептал (мальчишка) молодой мужчина, — а что если… — он коснулся до щеки Алены и будто бы убрал за ушко невидимую прядку, проведя слегка светящейся ладонью по волосам.

— Для моей невесты… Алена, я хочу преподнести тебе небольшой презент. Гребень моей мамы. Сапфиры в нем чудесно подойдут к твоим глазам, — завороженно и довольно проворковал Грегори.

В руках у парня появился золотой гребень усыпанный сапфирами и брильянтами.

Ошарашенная девушка ничего не успела сказать, как парень уже зацепил ее волосы этим изысканным украшением.

По залу пронесся шепот восхищения, смешанный с ядом женской зависти. Алена вздрогнула, будто пытаясь сбросить с себя липкую паутину чужих эмоций. Она буквально физически почувствовала эти резкие жалящие взгляды.

Словно в полусне, она коснулась гребня, вытащила его из волос и пристально посмотрела на него. В ее взгляде танцевали тени удивления, досады, легкой грусти, обреченности и капли напускной радости.

А ведь Грегори явно ожидал бурю восторга. Где же восхищение?Что за девушка… прекрасная и загадочная.

— Грегори… — начала, слабо улыбнувшись, Аля, — украшение чудесное…

— Но ты считаешь его недостаточным, слишком простое для тебя? — недовольно проговорил парень.

— Нет! Не в этом дело… Просто… Мы знакомы с тобой… всего второй день… А это же твоей мамы… Я не могу принять. Это слишком личный… — девушка стала мямлить и оправдываться.

— Можешь! — как-то совсем уж зло и совсем нехорошо, жестко и категорично, процедил Грегори, сжав свои челюсти и салфетку в руках.

Алена даже немного испугалась, посмотрев на парня.

От прожигающего и гипнотизирующего злого взгляда Грегори девушку спас официант. Он принес первое блюдо — закуски, вино и алую розу, кончики лепестков которой были словно покрыты золотой краской.

— Вам просили передать небольшой подарочек, вон с того крайнего столика, — обратился официант к Алене и указал на крайний столик в темном углу, — восхищены вашей красотой (*и надеются на дальнейшее знакомство).

Алена нахмурилась, мельком взглянув на Грегори. Он был чернее тучи.

— Спасибо, но я, пожалуй, откажусь. Моему молодому человеку это… — начало было подбирать слова девушка.

— Ничего страшного. Прими, милая… — как-то совсем зло, хоть и холодно-вежливо, проговорил Грег Младший.

Официант положил роскошную розу на стол.

— Душенька, передай, пожалуйста, сей цветок, – тихо и вкрадчиво, но до мурашек, проговорил парень. Алена подметила, что именно в этот момент он максимально похож на своего дядю, и с замирающим трепещущим сердцем безропотно передала розу.

Грегори Уильямс Графовски-Зендо демонстративно взял прекрасный алый цветок, будто бы бокал вина, обхватив пальцами основание бутона. Вытянул руку с изысканным живым подарком вбок. Глубоко вздохнул, на миг прикрыл глаза и… Роза вспыхнула у него в руке. Щелчок, вспышка. Словно кто-то щелкнул электрозажигалкой над газовой конфоркой и яркий факел вспыхнул от этой злой искры.

От неожиданности Алена даже прикрикнула, завороженно наблюдая, как мгновенно, будто спичкой, сгорает цветок. Грег небрежно рассыпал цветочный пепел на пол, упорно и зло буравя Алену своим потяжелевшим взглядом. Как бы намекая на то, что произойдет, если вдруг девушка будет его не слушаться, принимать чужие знаки внимания…

— Моя невеста принимает подарки только от меня, — процедил Грегори, еще раз подтвердив свое родство с Зендо.

Алена сглотнула и как-то машинально забрала золотой гребень, зацепила его в свои волосы. Да, Грегори сегодня, что-то не в духе.

Хорошо хоть в это время принесли очередную порцию еды. Официант, будто ничего и не было вовсе, разложил приборы. Девушка осторожно перевела свой взгляд на блюдо. Обомлела. Неужели это произведение кулинарного искусства можно есть. Потом она снова подняла глаза на Грегори. Тучи все еще отражались в его нахмуренных бровях. Надо было как-то разрядить обстановку.

Девушка лукаво улыбнулась. Схватила вилку в кулак, словно какой-то колющее оружие, а не изящный прибор для поедания прекрасной пищи.

— Ты чего? — недоуменно спросил Грегори.

— Ну надо же продолжать шоу. А то публика ждет… — хитро прошептала Алена и вонзила вилку в середине салата, как будто дикарь пронзил копьем свою добычу.

Грегори спохватился, порылся у себя в карманах брюк. Нашел нужную записку и прочел заклинание непроницаемого купола тишины.

За столиком вдруг повисла звенящая тишина. Алена и Грегори оказались под непроницаемым для любопытных глаз и ушей куполом

— Все, радость моя, теперь никто не увидит, что мы с тобой делаем. Можем даже … поцеловаться — мечтательно произнес парнишка, — а можем даже руками есть, если хочешь.

Девушка снова искренне и заразительно улыбнулась. Переложила вилку в привычное положение и положила нанизанный кусочек из «варварски поверженного» блюда себе в рот.

Она хотела было что-то еще добавить, но почувствовала, как ее вкусовые сосочки затанцевали сальсу, ощутив непревзойденный вкус яства.

Девушка промычала что-то невнятное от удовольствия и живо положила себе второй кусочек блюда. Зажмурилась от гастро удовольствия.

Грегори рассмеялся как ребенок.

— Неужели так вкусно? — спросил он ее.

Невероятно, — проговорила девушка с набитым ртом, стараясь сдержать себя, и как можно медленнее жевать, чтобы полноценно ощутить все оттенки вкуса.

Хорошая, вкусная еда, приправленная щепоткой магии (для большего удовольствия), отбелила весь негатив вечера. Пара стала с удовольствием уплетать лучшие блюда ресторана Роуз Джем. Так же как и другие посетители этого ресторана, лишенные «зрелищ», уставились в свои тарелки. Стали прежними чопорными, светскими, заносчивыми и надменными.

— Простите, не соблаговолите ли умерить пыл своей магии? Тяжеловато пробираться к вам сквозь этот купол, — произнес официант, багровея от смущения, словно спелый гранат.

Он боялся «растрясти» хрупкий десерт, что еще нужно было пронести сквозь вполне осязаемую, но прозрачную желеобразную магическую завесу.

Грегори лишь сурово покачал головой. Не то чтобы он решил повредничать. Нет. Официант напомнил ему, что парень много не знал. Да, он колдовал до этого. Но так как магию брал из артефактов, то сила его воздействия была незначительной. Поэтому ему не было нужды изучать, как это отменять собственные заклинания, уменьшать воздействие, дозировать силу…Обычно все само собой рассеивалось. А сейчас? Ослабить магию? Да зачем?! Пусть все ощущают его мощь.

Алена не заметила очередной перепад настроения парня. Она была снесена очередной волной гастро оргазма. И предвкушала еще…

— Будешь? — заискивающе спросила девушка, глядя на порцию десерта в тарелке Грегори.

Она уже слопала свое магически дурманящее мороженое и была под… впечатлением. Хотела еще, и еще…

— Нет, радость моя, угощайся, — проговорил Грегори, слегка улыбнувшись своей прекрасной спутнице, подвинул ей тарелочку с десертом.

Парень не впервые посещал подобные заведения, поэтому легкий дурман от магии, используемой в качестве приправ, не воздействовал на него так яростно, как на впервые пробующую изысканные блюда девушку.

Какое-то нехорошее предчувствие заползло Грегори под кожу вместе с учтивой просьбой официанта. Но парень послал дурные мысли прочь, отметив, как зажмурилась от удовольствия и буквально замурчала Алена. Вечер подходил к концу. Надо было переходить к активной части свидания, к романтической прогулке.

Просто так сидеть и тупо рассматривать публику, что чинно и благородно, демонстративно изысканно, оттопырив мизинчики, ела и беседовала — было скучно. Пара быстро засобиралась уходить.

Грегори галантно предложил свою руку, а после локоток Алене, когда она встала из-за столика. Девушка с удовольствием и доверчиво повисла на руке у парня. Но сделав пару шагов к выходу, Аля почувствовала, что имел в виду официант.

Девушка почувствовала, что влипла. В прямом смысле, во что-то вязкое и мешающее пройти. Будто сотни мармеладок, смешанных с желе, облепили ее. Но она резко вдохнула, с шумом выдохнула и сделала решительный шаг вперед.

Алена опешила. Разрозненное шуршание, журчание и чуднАя мелодия оглушили ее своим будто бы неожиданным появлением. Звуки ресторана, едва она переступила магический купол, открылось ее взору и ушам.

Но, впрочем, этот шум также резко поубавился. Гости ресторации стали замечать девушку и практически сразу же замолкали на полуслове. Буравили восхищенными мужскими и злыми женскими взглядами ее спину, провожая ее до выхода.

Алена чувствовала себя бабочкой, вырвавшейся из колючей оранжереи, и была рада, когда Грегори поспешил вывести ее из этого цветочного ада, пропитанного густыми ароматами роз и удушливым воздухом лицемерия, напыщенности и тщеславия.

Дверь звякнула, словно колокольчик свободы. Девушка выпорхнула на спасительный прохладный воздух, который дружелюбным порывом ветра обнял ее плечи, преследуя распахнутой дверью. Грегори замешкался позади.

Вот, кто-то окликнул его:

— Грегори Уильямс! Ты ли это?! Вот так встреча.

Парень обернулся, дежурно поздоровался со знакомым, хотел было отделаться парой вежливых фраз, как прозвучало:

— Мне нужно с тобой переговорить. Буквально 5 минут. Это важно.

Услышав последние слова, Алена слегка напряглась. Все-таки оставаться одной ей не хотелось. Но она не подала виду.

— Радость моя, я скоро. Подожди меня. Я быстро. И продолжим этот чудесный вечер. Я так скоро вернусь, что ты даже заскучать не успеешь.

— Хорошо, — покорно проговорила девушка.

Недалеко от ресторана был небольшой скверик с уютными лавочками. Обычно там рассаживались гости ресторана, которые дожидались своих наемных экипажей. Ну или те гости, которым необходимо было освежиться на воздухе и сбросить алкогольное наваждение, вздремнуть или привести свои чувства в порядок.

Алена присела на одну из таких лавочек. Грустно вздохнула, поправила свое платье. Она хотела было поглазеть на прибывающе-выбывающую публику ресторации, которые то и дело звякали дверью, оповещая мир о том, что они посетят/посетили это пафосное заведение. Все такие … «красивые», украшенные золотом, брильянтами и собственным самомнением, вышагивали, будто перед ними была звездная красная ковровая дорожка.

Но внезапно до уха девушки долетел оценивающий присвист. Она невольно обернулась на звук.

— Это что за красота такая здесь сидит! Скучает, — проговорил, самоуверенно улыбаясь, какой-то изрядно пьяненький парень.

Этот молодой человек уже пару мгновений как беспардонно разглядывал (и чуть ли не облизывался) девушку.

— Я жду своего молодого человека, — робко (из вежливости) улыбнувшись, проговорила Алена.

Но парень будто не услышал ее слов. Бесцеремонно и неприлично близко к девушке плюхнулся своей пятой точкой на скамейку.

— Что же, ты его дождалась, — усмехнулся он и закинул руку на спинку скамейки, опаляя ее спину своим теплом.

— Я Кайл Бесконди, — проговорил с чувством собственного превосходства, будто бы сам царь соизволил представиться.

Парень, явно ожидал «вау-эффекта» от произнесенного имени. Но, не дождавшись нужной реакции, чуть поколебавшись, добавил:

— А ты кто, красотка? Как тебя звать?

— Неважно. Я не знакомлюсь на улице, — отчеканила девушка, отскочив на край скамейки, почувствовав от своего случайного собеседника характерное алкогольное амбре.

Да и шальные стеклянные зрачки парня подтверждали догадку Али. А совсем нехорошее плотоядное выражение взгляда так вообще, подсыпало страха перед нежданным любителем познакомиться (поближе) с очаровательными девицами отдыхающими и сидящими на скамеечках.

— Ишь ты, краля какая… Назови свое имя. Чего такого — зло прошипел парень.

Алена лишь демонстративно закатила глаза, развернулась и спиной и присела на самый край скамейки, для равновесия облокотившись рукой.

Но новоиспеченный «кавалер» не успокоился, увидев такое «пренебрежение». Он резко схватил запястье Алены и дернул его на себя. Девушка вскрикнула от неожиданности, но совершенно невероятным образом умудрилась вскочить на ноги и выкрутиться.

По задумке Кайла она должна была упасть (к его ногам) в объятья. А девичья головка должна была приземлиться к нему на колени.

Но Алена проявила неожиданную прыть. Закричала и выкрутила (больно) свою руку.

Вскочив как ошпаренная, она перехватила свое запястье, которое обожгло крапивным захватом.

— Что здесь происходит? — ледяным тоном спросил подошедший Грегори.

— Ничего! Вали отсюда, Грег. Дай мне разобраться со своей девушкой, — раздосадованно отмахнулся, как от назойливой мухи, Кайл.

— Девушки?! — ошалело прикрикнул Грегори, зло посмотрев на Алену, но тут же смягчившись, увидев перепуганный взгляд девушки, спросил, — Ал… Элина, он к тебе приставал?

Испуганная Алена лишь болванчиком кивнула ему в ответ, прошептав одними губами — «Пойдем…».

— Кайл ты (ох..л) обалдел?! Что, думаешь, папочка тебя и здесь прикроет твою несравненную (заср..) жопку, — зло продекламировал свои мысли Грег Младший тому, с кем у него были давние личные счеты.

— Ой, а что такого?! Ну, подумаешь… Она сама ко мне подсела, — демонстративно пренебрежительно сказал парень, чьи инстинкты самосохранения поубавили пьяного задора в его голосе, но не настолько, чтобы стереть низкие нотки презрения к окружающим и высокие — собственного самомнения.

Грегори снова зло зыркнул в сторону Алены, но также быстро сменил «гнев на милость», смекнул, что его вечный школьный оппонент лжет.

— Иди куда шел. Мне со своей девушкой нужно пообщаться, — пробубнил Кайл, бросив недвусмысленный взгляд в сторону Али.

— Девушкой? А… ничего, что это моя невеста! — обиженно припечатал Грегори.

— Была ваша, стала наша. Вали отсюда... пока я тебе не навалил, — лишь процедил в ответ Кайл.

Пьяный Бесконди, шатаясь, приподнялся, встал, закатал для устрашения рукава, и грозно (но больше для виду) двинулся на Грегори.

В ответ от Грегори Зендо прозвучала какая-то тарабарщина.

Алена увидела, как тело Кайла, подобно пушинке, подхваченной ураганом, взлетело в воздух и рухнуло в сторону. И следом истеричный, режущий уши крик, вырвавшийся из чьей-то глотки. Ну, конечно, никто из свидетелей сцены на скамейки не хотел вмешиваться в происходящее. И так неожиданно обрело ударную левитацию тело молодого аристократа, что крик сдержать нельзя было.

Вместе с глухим ударом Аля услышала отчетливый хруст.

Наверное, Кайл приземлился на какую-то ветку или деревце. И ломал их под своим весом. Ведь деревце же обломал?

— Пошли, — грубо схватив за запястье и потянув на себя, проговорил Грегори.

— Он, что не дышит? — послышалось за спиной девушки.

Алена невольно обернулась, посмотреть на пострадавшего, замерев, чтобы осмотреться. Грегори стал тянуть ее сильнее, нетерпеливо торопить своими требовательными вытягивающими движениями.

Девушка осторожно так начала:

— Грег, может…

— Идем, ничего с ним не случилось, выделывается… — раздраженно проговорил парень в ответ, спешно уводя Алену с места происшествия.

— Лекаря! Скорее, кто-нибудь помогите!.. — послышалось сзади.

За спиной Али началась суматоха. Кто-то подбежал к лежащему на земле Кайлу.

— Да что с ним станет. Не переживай, он так привлекает к себе внимание, — протаратарил озадаченно парень, попытавшись отмахнуться от проблемы.

Грегори совсем было невдомек, что он запустил в Бесконди слишком большой магический «разряд», со всей своей новоприобретенной магической «дури».

Тем более, что раньше эти боевые «разряды» никак не калечили оппонентов. Это было своего рода небольшое физическое предупреждение, оставляющее после себя несколько синяков, не более. На большее магические артефакты были неспособны, в отличие от его дара, что стремительно раскрывался и поглощал его.