Игра в Королевство

Для Вероники было очевидно: это все из-за стресса, поэтому жаловаться бессмысленно, все равно она никому не могла рассказать о произошедшем. «Само пройдет, забудется», — думала она. И была вдвойне рада этому решению, когда позвонил Даниэль.

— Привет, Вероника. Как твои дела?

— Привет! — Вероника так обрадовалась его звонку, что головная боль поутихла. —Хорошо.

— Ты заболела?

«Ясновидящий он, что ли?» — подумала Вероника, и Даниэль тут же невольно подтвердил ее мысль:

— У тебя странный голос.

— Да нет, все в порядке.

— Ну ладно, — судя по всему, Даниэль не слишком ей поверил. — Я с хорошими новостями. Для тебя есть жилье.

— Правда? — Вероника не поверила своим ушам. — Ты серьезно?

— Абсолютно серьезно. Комната в двухкомнатной квартире, но во второй комнате сейчас никто не живет, поэтому ты будешь одна. Вся необходимая мебель и техника есть. Улица Парковая, так что и от школы недалеко.

Это скудное описание прозвучало просто фантастически — словно Даниэль описывал параллельный мир, попасть в который могли лишь немногие избранные. Вероника выдохнула:

— Отлично!

— Осталось только, чтобы ты посмотрела, подходит ли тебе этот вариант. Если все устроит, о цене договоримся, она будет небольшой.

— А когда можно посмотреть?

— У меня есть время завтра вечером. Поговори с отцом, сможет ли он прийти.

— С отцом? — Вероника растерялась. — Может, я лучше сначала сама…

Даниэль мягко оборвал ее:

— Он должен быть в курсе с самого начала. Поверь. Ему точно не понравится, если ты поставишь его перед фактом. Ну и нет ничего хорошего в том, чтобы идти с малознакомым человеком в пустую квартиру. Это твоему отцу тоже не понравится.

Звук закрывающейся двери и голос Юры заскрипели в ушах и медленно растворились.

— Поняла, — пробормотала Вероника. — Хорошо, я поговорю с ним сегодня и позвоню.

— Буду ждать. До связи.

Радостное волнение заставило забыть о головной боли и придало сил. Вероника стала ходить по комнате, размышляя, как лучше подступиться к непростому разговору. Она была уверена: отец и сам не прочь куда-нибудь ее сплавить, а уж Лара тем более. Но говорить об этом в лоб, конечно, нельзя.

До возвращения отца с работы оставалось много времени. Не зная, чем себя занять, Вероника принялась за уборку. Окончательно навела порядок на лоджии, вымыла посуду, вычистила плиту, стол и кухонный шкаф. Перед глазами время от времени плыли темные полосы, в ушах шумело, но стоило вспомнить о комнате Даниэля, и становилось получше. Правда, один раз все же пришлось присесть — сильно закружилась голова. Вероника опустилась на табуретку и незаметно для себя просидела четверть часа.

В таком состоянии ее застала Лара.

— Ты вся в пыли, — поморщилась она. — Хватит тут шарить, сходила бы в душ.

Вероника не стала напоминать о том, что занималась уборкой, а не «шарила». Спор с Ларой точно не увеличит шансы съехать.

Струи горячей воды приятно ударили по телу. Вероника отступила, подстраиваясь под них, и почувствовала легкую боль в правой ноге. Посмотрела вниз. На щиколотке был заметный красный след.

Выключив воду, Вероника подождала, пока действие горячей воды сойдет на нет. Кожа подсохла и побелела — вся, кроме щиколотки. Вокруг нее тянулся пугающий отпечаток.

Веронику затошнило. Она понадеялась, что след исчезнет как можно скорее и перестанет напоминать об испытанном ужасе.

Поначалу отец и слышать ничего не хотел.

— Ты не можешь жить одна, тебе всего шестнадцать.

— Могу. Я ведь все умею. Папа, ты всегда говоришь о самостоятельности, а когда…

— Самостоятельность это одно, а переезд — совсем другое. Да и откуда я деньги возьму?

— Это же немного!

— Сколько — немного? А что ты будешь есть? И что это вообще за Даниэль такой?

Одни и те же аргументы ходили по кругу уже полчаса и наконец разбились об этот вопрос.

— Он священник.

— Священник? — вытаращился отец.

— Совсем молодой, — попыталась объяснить Вероника и тут же поняла, что этого говорить не стоило. — Да ничего такого, нас просто случайно познакомили… Он сказал, что есть комната…

Веронике не хотелось поднимать историю с кошельком, и, по сути, ее слова даже не были ложью — их с Даниэлем действительно случайно познакомили. Только не люди, а обстоятельства, но это уже нюансы.

Помощь неожиданно подоспела в лице Лары, которая краем уха слышала их разговор.

— Да посмотри ты на эту комнату, чтобы она успокоилась, — посоветовала она. — Даже интересно, кто это вздумал сдавать дешевое жилье. Либо дешево — это на какую-нибудь тысячу дешевле рынка, либо «комната» — это какая-нибудь гадкая кладовка.

Отец было забормотал, что лично его жилищный рынок никак не касается. Лара добавила:

— Заодно посмотрим, что за священник возомнил себя арендодателем.

Веронике совсем не понравилась эта фраза, однако именно после нее отец сдался:

— Ладно, уговорили. Сегодня?

— Мы говорили о завтра, — быстро сказала Вероника, — но я позвоню и спрошу, можно ли сегодня.

Она слушала гудки с замиранием сердца. К счастью, Даниэль ответил и сказал, что найдет время.

Лара тоже захотела пойти, поэтому на Парковую улицу отправились втроем. Вероника была сама не своя от волнения. Может, все-таки получится? Как было бы здорово жить одной, не боясь лишний раз столкнуться с Ларой, самой планировать свое время…

Неожиданно внутри похолодело: рядом зашевелились длинные темные руки. Вероника резко обернулась. Это были просто тени деревьев, покачивающихся от ветра. Посмотрев на них, Вероника сама едва не закачалась.

— Ты чего? — заметил отец. — Опять голова кружится?

— Да нет. Ветки зашуршали, и я подумала, там собака или еще что.

Вероника постаралась ответить как можно равнодушнее. Болезненное состояние уменьшало ее шансы на переезд вполовину, если не больше. Хотя голова и правда кружилась. На улице это было слабо заметно — почти все вокруг двигалось, сразу и не поймешь, это шутит шутки организм или глаза видят все как есть.