ПАЛАЧ

Улыбался.

Словно ещё не знал, что некоторые улыбки остаются на фотографиях гораздо дольше, чем живут их владельцы.

Иван поднялся на крыльцо.

Постучал.

За дверью послышались шаги.

— Кто там?

Голос был тихим, усталым.

— Елена Викторовна… Это Иван Морозов.

Наступила тишина.

Затем щёлкнул замок.

Дверь открыла женщина с седыми волосами.

Ей было пятьдесят шесть.

Но выглядела она значительно старше.

Елена долго смотрела на Ивана.

— Ваня?

Он кивнул.

— Здравствуйте.

Женщина прижала руку к груди.

— Господи… Как ты вырос.

Иван опустил глаза.

— Можно войти?

Она отступила в сторону.

— Заходи.

В доме пахло яблоками, старой мебелью и чем-то удивительно знакомым.

Детством.

Иван прошёл на кухню.

На столе стояли две чашки.

Одна большая.

Другая маленькая, с нарисованным медвежонком.

Иван невольно посмотрел на неё.

Елена заметила его взгляд.

— Артём из неё пил.

Она осторожно коснулась чашки.

— Я всё собираюсь убрать. А потом думаю… вдруг он придёт, а его чашки нет.

Иван почувствовал, как что-то болезненно сжалось внутри.

Елена поставила чайник.

— Ты ведь с ним учился?

— Да.

— Он о тебе рассказывал.

Иван поднял голову.

— Обо мне?

Женщина слабо улыбнулась.

— Говорил, что ты хороший. Что однажды помог ему поднять портфель, когда тот упал на школьной лестнице.

Иван помнил тот день.

Артём рассыпал учебники.

Макс начал смеяться.

Иван молча помог собрать тетради.

Мальчик тогда посмотрел на него так благодарно, словно ему подарили что-то очень дорогое.

— Он потом весь вечер об этом говорил, — продолжила Елена. — Сказал: «Мам, кажется, Иван со мной подружится».

Иван отвернулся к окну.

За стеклом шёл дождь.

— Елена Викторовна…

— Что, Ванечка?

Он с трудом заставил себя произнести:

— Я знаю, что случилось с Артёмом.

Чайник закипел.

Елена не пошевелилась.

— Что ты сказал?

— Я знаю, куда он пропал.

Она медленно опустилась на стул.

— Ваня…

Иван сел напротив.

Руки дрожали.

— Мы были там втроём. Я, Максим Кравцов и Андрей Соколов.

Елена смотрела на него, не моргая.

— Мы заманили Артёма к старой шахте.

— Нет…

— Макс предложил его напугать. Андрей поддержал. А я…

Иван сглотнул.

— Я ничего не остановил.

Женщина прикрыла рот ладонью.

— Что вы сделали?

— Закрыли его за железной решёткой.

Елена перестала дышать.

— А потом ушли.

Долгое время в кухне слышался только дождь.

Наконец женщина прошептала:

— Он был там один?

Иван кивнул.

— Да.

— В темноте?

— Да.

— И вы не вернулись?

Иван заплакал.

— Нет.

Елена посмотрела на маленькую чашку.

— Он боялся темноты.

Её голос стал совсем тихим.

— Даже дома просил оставлять свет в коридоре.

Иван закрыл лицо руками.

— Простите меня.

Но женщина словно не слышала.

— Когда он был маленький, я сидела рядом, пока он не заснёт. Он держал меня за палец и спрашивал: «Мамочка, ты не уйдёшь?»

Елена подняла глаза.

— А вы ушли.

Иван не ответил.

— Он вас звал?

Слова прозвучали почти неслышно.

— Да, — прошептал Иван.

— А вы слышали?

Иван кивнул.

Елена долго смотрела на него.

Потом спросила:

— Почему ты не открыл дверь, Ваня?

Иван не смог найти ответа.

Потому что боялся Макса.

Потому что хотел казаться своим среди старших ребят.

Потому что оказался трусом.

Ни одна причина не могла объяснить двадцать лет чужой боли.

— Я должен был вернуться, — произнёс он.

Елена медленно покачала головой.

— Нет, Ваня. Ты должен был не уходить.

Когда Иван вышел из дома, дождь закончился.

Он стоял на крыльце, не решаясь повернуться.

Елена осталась в дверях.

— Ваня.

Он обернулся.

— Да?

Женщина сжала руками края старой кофты.

— Найдите его.

Иван почувствовал, как горло сдавило.

— Я постараюсь.

— Не старайтесь.

Она посмотрела прямо ему в глаза.

— Найдите моего мальчика. Я хочу хотя бы знать, где он.

Иван кивнул.

— Обещаю.

Елена тихо закрыла дверь.

В кухонном окне по-прежнему горел свет.

К вечеру Иван добрался до заброшенной шахты.

Следователю Белову он уже сообщил всё, что помнил о входе и старой решётке. Утром сюда должна была приехать поисковая группа.

Но Иван не смог ждать.

Он остановился у входа.

Сырой ветер шевелил сухие ветви.

Из глубины тянуло холодом.

— Артём? — позвал Иван.

Ответа не было.

Он включил фонарь и осторожно вошёл внутрь.

С каждым шагом сердце билось сильнее.

Вот поворот.

Вот обвалившаяся подпорка.

Вот железная решётка.

Она всё ещё стояла на месте.

Иван коснулся ржавых прутьев.

В памяти вспыхнуло лицо двенадцатилетнего мальчика.

— Вань, ну открой…

— Я никому не скажу…

— Пожалуйста, я хочу домой…

Иван опустился на колени.

— Прости меня, Тём.

В глубине шахты что-то тихо шевельнулось.

Иван поднял голову.

— Кто здесь?

— Ваня?

Голос был детским.

Иван застыл.

Из темноты медленно появился Артём.

В синей куртке.

С растрёпанными волосами.

Такой же, каким Иван запомнил его двадцать лет назад.

Мальчик стоял по другую сторону решётки.

— Ты пришёл со мной поиграть?

Иван почувствовал, как слёзы потекли по щекам.

— Да, Тём.

Артём улыбнулся.

— Правда?

— Правда.

Мальчик подошёл ближе.

— А почему ты раньше не приходил?

Иван опустил голову.

— Я боялся.

— Чего?

— Что другие будут смеяться, если я стану твоим другом.

Артём долго молчал.

Потом тихо спросил:

— А разве дружить со мной было стыдно?

Иван резко поднял голову.

— Нет! Нет, Тёмочка. Ты был хорошим мальчиком. Это я был глупым.

Артём посмотрел на свои ладони.

— Я думал, со мной что-то не так.

— С тобой всё было хорошо.

— Тогда почему меня никто не любил?

Иван не выдержал и заплакал ещё сильнее.

— Тебя любила мама. Очень любила.

Мальчик кивнул.

— Я знаю.

Он посмотрел в глубину шахты.

— Я всё время её звал.

Иван закрыл глаза.

— Прости…

— А потом мне стало очень холодно.

Артём присел возле решётки.

— Я думал, если засну, то проснусь дома. Мама накроет меня одеялом и скажет, что всё было страшным сном.

Иван медленно сел напротив.

Между ними оставались железные прутья.

— Тём…

— Ваня, можно спросить?

— Конечно.

— А когда проснусь… мы сможем стать друзьями?

Иван прижал ладонь к решётке.

— Мы могли быть друзьями всегда, Тём. Просто я был слишком глупым, чтобы это понять.

Артём осторожно приложил свою маленькую ладонь с другой стороны.

— Жаль…

— Что, маленький?

Мальчик грустно улыбнулся.

— Я так и не узнал, каково это — иметь настоящего друга.

Его силуэт начал исчезать.

— Подожди! — вскрикнул Иван.

Но мальчик становился всё прозрачнее.

— Артём!

Тишина.

Только вода капала с потолка.

Иван остался сидеть перед решёткой.

До самого рассвета.

Он больше не просил прощения.

Он просто сидел там, где двадцать лет назад должен был остаться.

И впервые понял: иногда самая страшная жестокость — не ударить человека, а услышать его просьбу о помощи и уйти.

Конец четвёртой главы.

Глава 5

ПАЛАЧ

Глава 5. Последнее обещание

Деревня Чернолесье. 29 октября 2026 года.

06:17

Иван проснулся от холода.

Он так и провёл всю ночь возле входа в шахту, прислонившись к старому дереву.

В руках он по-прежнему держал маленькую синюю шапку Артёма.

Всю ночь ему слышался один и тот же голос:

«А когда проснусь… мы сможем стать друзьями?»

Иван смотрел на чёрный вход в шахту.

— Если бы я мог вернуть тот день, Тём…

Он замолчал.

Впервые за двадцать лет Иван понял, что даже самые искренние сожаления не способны изменить прошлое.

Он достал телефон.

На экране было семнадцать пропущенных вызовов от Ольги.

И одно сообщение:

«Ваня, я не знаю, смогу ли когда-нибудь простить тебя. Но Миша спрашивает, когда папа вернётся. Пожалуйста, береги себя».

Иван долго смотрел на экран.

Затем написал:

«Я люблю вас. Я должен закончить то, что не смог сделать двадцать лет назад».

Он убрал телефон.

И услышал за спиной шаги.

— Иван Сергеевич!

Из-за деревьев вышел следователь Белов. За ним шли двое спасателей и криминалист.

— Я же просил вас дождаться нас, — недовольно произнёс Белов.

— Я не заходил внутрь.

Следователь внимательно посмотрел на его измученное лицо.

— Вы вообще спали?

Иван покачал головой.

Белов вздохнул.

— Ладно. Показывайте вход.

07:04. Шахта

Воздух внутри был тяжёлым и сырым.

Спасатели проверяли старые крепления и осторожно продвигались по коридору.

Иван шёл рядом с Беловым.

Каждый шаг давался ему с трудом.

Он узнавал стены.

Узнавал ржавые рельсы.

Узнавал место, где двадцать лет назад Макс поднял с земли старый замок.

Наконец впереди показалась решётка.

Иван остановился.

— Здесь.

Белов направил фонарь.

— Вы уверены?

— Да.

Следователь подошёл ближе.

Решётка была покрыта ржавчиной. Замок давно разрушился, а одна из петель почти отвалилась.

— Осторожно, — предупредил спасатель. — Здесь возможен обвал.

Они расчистили проход.

Иван остался позади, пока специалисты осматривали штрек.

Прошло несколько минут.

Потом из темноты раздался голос криминалиста:

— Сергей Викторович… подойдите.

Белов исчез за решёткой.

Иван услышал короткий разговор.

Затем наступила тишина.

Следователь вернулся.

Лицо его изменилось.

— Иван Сергеевич…

Иван уже знал.

— Вы нашли его?

Белов медленно кивнул.

— Да.

Иван закрыл глаза.

Двадцать лет он боялся этих слов.

И двадцать лет Артём ждал, когда кто-нибудь их произнесёт.

07:36

Останки мальчика лежали у дальней стены.

Рядом обнаружили остатки синей куртки, школьную тетрадь и маленький огрызок карандаша.

Криминалист осторожно поднял сложенный лист бумаги.

— Здесь что-то написано.

Белов наклонился.

— Можно разобрать?

— Попробуем. Бумага очень хрупкая.

Иван стоял в нескольких шагах.

Он не смел приблизиться.

Но когда криминалист развернул записку, Иван увидел неровные детские буквы.

Те самые слова, которые Артём написал в последние часы своей жизни.

«Мамочка, я очень хочу домой.

Я звал тебя, но ты, наверное, слишком далеко и не слышишь.

Мне страшно засыпать. А вдруг я больше не проснусь?

Я всё время вспоминаю, как ты укрывала меня одеялом и целовала перед сном.

Мамочка, если найдёшь меня, пожалуйста, обними покрепче.

Я ведь ещё маленький. Я не хочу умирать.

Прости, что не пришёл домой.

Твой Артём».

Белов отвернулся.

Один из спасателей снял каску.

Иван медленно опустился на колени.

— Господи…

Он закрыл лицо руками.

— Тёмочка… Прости меня…

Никто не пытался его успокоить.

08:12

Когда специалисты закончили первичный осмотр, Иван попросил разрешения подойти ближе.

Белов некоторое время молчал.

— Только ничего не трогайте.

Иван кивнул.

Он подошёл к месту, где нашли Артёма.

Опустился на колени.

— Привет, Тём…

Голос сорвался.

— Помнишь, ты хотел, чтобы мы дружили?

Иван попытался улыбнуться сквозь слёзы.

— А я ведь тоже хотел. Правда хотел.

Он посмотрел на холодную каменную стену.

— Только мне было стыдно признаться в этом перед другими.

Иван достал из кармана синюю шапку.

— Это тебе.

Он не стал класть её на место находки, чтобы не мешать работе следствия. Просто держал в руках, пока говорил.

— Я обещал, что заберу тебя домой.

Он глубоко вдохнул.

— И на этот раз сдержу слово.

Внезапно фонарь над его головой мигнул.

Один раз.

Второй.

Из глубины шахты донёсся тихий детский смех.

Иван поднял голову.

У дальней стены стоял Артём.

Таким, каким Иван помнил его двадцать лет назад.

В синей куртке.

С русыми волосами.

Мальчик смотрел на него и робко улыбался.

— Ваня…

Иван не мог пошевелиться.

— Тём?..

— Ты всё-таки пришёл.

По щекам Ивана потекли слёзы.

— Прости, что так долго…

Артём опустил глаза.

— Я думал, ты забыл.

Иван покачал головой.

— Ни на один день.

Мальчик некоторое время молчал.

Потом тихо спросил:

— А мы теперь друзья?

Иван заплакал.

— Да, Тём. Конечно, друзья.

Артём улыбнулся.

Но улыбка была грустной.

— А почему тогда мы не дружили, когда я был живой?

Иван не нашёл ответа.

И в эту секунду понял, что никогда его не найдёт.

08:19

— Иван Сергеевич!

Голос Белова заставил его вздрогнуть.

Артём исчез.

— С вами всё нормально?

Иван посмотрел на следователя.

— Да…

— С кем вы разговаривали?

Иван опустил голову.

— С другом.

Белов внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал.

— Нам пора выходить. Здесь небезопасно.

Иван поднялся.

У самой решётки он остановился и обернулся.

В темноте больше никого не было.

Только слабый свет фонаря освещал холодные камни.

Иван прошептал:

— Я больше тебя не оставлю.

10:43. У выхода из шахты

Специалисты осторожно вынесли останки Артёма.

Иван стоял в стороне.

Когда носилки оказались рядом, он снял шапку.

Впервые за двадцать лет Артём покидал шахту.

Не так, как должен был.

Не смеясь.

Не бегом.

Не с грязными ботинками и счастливой улыбкой.

Но он наконец возвращался домой.

Иван не смог сдержать слёз.

— Прости, Тём…

За его спиной раздался знакомый голос:

— Ты выполнил обещание.

Иван медленно обернулся.

Между деревьями стоял Палач.

На этот раз его топор был опущен.

— Значит, всё закончилось? — спросил Иван.

— Нет.

Иван почувствовал холод.

— Что ещё?

Палач сделал шаг вперёд.

— Ты нашёл его тело. Но не освободил его душу.

— Что это значит?

— Двадцать лет он ждал того, кто вернётся за ним. Теперь он должен узнать, что больше не обязан ждать.

Иван посмотрел на шахту.

— Как мне это сделать?

Палач медленно поднял руку.

В его ладони появился старый школьный снимок.

Четверо мальчиков.

Иван, Макс, Андрей и Артём.

Но теперь на фотографии осталось только двое.

Иван и Артём.

— Последний суд состоится там, где всё началось, — произнёс Палач.

— Когда?

— Сегодня ночью.

— А если я не приду?

Палач долго молчал.

Затем ответил:

— Тогда Артём останется между мирами. И будет ждать тебя вечно.

Иван посмотрел на фотографию.

— Я приду.

Палач исчез.

23:47. Заброшенная шахта

Иван снова стоял возле входа.

На этот раз один.

В руках он держал фонарь и фотографию.

Он знал, что может не вернуться.

Но впервые за двадцать лет не собирался убегать.

Иван вошёл в темноту.

Шаг.

Ещё один.

В глубине шахты послышался детский голос:

— Ваня?

— Я здесь, Тём.

— Ты опять уйдёшь?

Иван остановился.

По его щеке скатилась слеза.

— Нет, маленький.

Он сделал шаг вперёд.

— В этот раз я останусь с тобой до самого конца.

Где-то далеко в темноте раздался тяжёлый удар топора.

Судья мёртвых ждал.

Конец пятой главы.

Глава 6

ПАЛАЧ

Глава 6. Последний суд

Деревня Чернолесье. 30 октября 2026 года.

00:03

Иван стоял посреди заброшенной шахты.

Фонарь в его руке дрожал. Холодный воздух обжигал лёгкие, а с потолка медленно падали капли воды.

Он снова оказался перед той самой решёткой.

Двадцать лет назад за ней стоял маленький мальчик и просил о помощи.

Теперь за решёткой никого не было.

— Артём? — тихо позвал Иван.

Ответа не последовало.

Он сделал несколько шагов вперёд.

— Тём, я пришёл. Как и обещал.

Где-то в глубине шахты послышался детский смех.

Иван замер.

Это был не страшный смех.

Не зловещий.

Самый обычный детский смех, который он когда-то слышал на школьной перемене.

— Артём?

— Ваня…

Голос донёсся из темноты.

— Почему ты так долго?

Иван почувствовал, как к горлу подступает ком.

— Прости меня, Тём.

— Я ждал.

— Знаю.

— Я думал, ты вернёшься на следующий день.

Иван закрыл глаза.

— Я должен был.

— А потом думал, что через неделю.

Голос становился тише.

— А потом я перестал считать дни.

Иван опустился на колени.

— Прости…

Из темноты появился мальчик.

Артём.

Всё такой же двенадцатилетний, худенький, с русыми волосами и большими серыми глазами.

На нём была синяя куртка.

Он смотрел на Ивана без злости.

И от этого становилось ещё больнее.

— Ваня, а почему ты тогда не вернулся?

Иван долго молчал.

— Я испугался.

— Меня?

— Нет, Тём. Я испугался, что Макс и Андрей будут надо мной смеяться.

Артём задумался.

— А разве это страшнее, чем сидеть одному в темноте?

Иван заплакал.

— Нет, маленький. Нет…

00:17

Внезапно шахта содрогнулась.

Где-то в глубине раздался тяжёлый металлический удар.

Артём испуганно обернулся.