Кира Кольцова.

Птица дивная



скачать книгу бесплатно

Я, молча, шла по «своей» квартире и пыталась разглядеть хоть один предмет из прошлой жизни – моей жизни. – Откуда все это?

– Это тебя нужно спросить, – резким тоном произнес Сергей. В его глазах появился недобрый блеск. – Я бы так не смог.

Кухонный гарнитур белого цвета. Занавески и пол цвета морской волны – «Кто угадал? Кто знал о моих маленьких мечтах?»

Вадим… Он сидел на табурете, спиной к окну – как изваяние и ждал, когда, наконец, я его увижу.

– Что ты тут делаешь? Тебя ведь не должно быть…

– Не горячись, моя дорогая! Я здесь всего на два дня – по делам.

– Ну, так иди и делай свои дела! – опустив глаза, теряясь в словах, произнесла я.

– А я уже одно сделал и вполне собой доволен! – вальяжно, закуривая, произнес Вадим.

– Доволен? Может, ты мне расскажешь – откуда все это – мебель, паласы, утварь? Все это стоит больших денег! Я металась по кухне, открывая дверцы навесных шкафов, тумб. Заглянула в новый холодильник. – Не ты ли, расщедрился? Вот только не пойму я – с какого такого рожна, исключительные преференции? – все больше разжигая свое негодование, кричала я. – У меня не было денег на такую роскошь! Разве что на телевизор – да! А остальное?

Вадим встал и попытался меня успокоить и даже обнять…

– Да пусти ты! Мутная личность! Ни когда не верила в бескорыстие таких поступков! И в искренность такой вот заботы!

– Если я что-то могу – я делаю, а если я еще и хочу это сделать, то у того, кто против – нет шанса мне помешать! – ответил вкрадчиво Вадим, улыбаясь.

– Ладно, потом поговорим, – резко закончила я этот неприятный разговор. – Ага! Стол накрыли, тортик – как мило! Люд, а что в духовке? Очень хочется есть!

– Да тут я! – выходя из ванной, произнесла Людмила. – Вадим, сходи – покури! Сергея успокой. Избавь мою подругу от объяснений. Видишь – он не в себе.

– Мои милые девчонки! Я вас – обожаю! – с нездоровой радостью вскрикнул вдруг Вадим. – Все, я – ушел!

– Люд, представляешь, если бы на меня неделю назад не заполз таракан, и я чуть не наступила на крысу – ни чего бы этого не было! Забавно, правда?

Лицо подруги стало похоже на изображение улыбающейся матрешки. Застывшее, слегка, в густом шоке или тике – не знаю, с чем еще сравнить. – Потом все расскажешь, а то от этих двоих ни чего не удалось узнать. Странно все, как в сказке про Деда Мороза и послушную девочку, которая заслужила крутые подарки!

– Перестань!

– А че, перестань-то! Я говорю – как есть. Им – виднее! Всегда завидовала бабам, умеющим собирать вокруг себя мужиков со статусом!


– – – – —

Самолет уносил меня в огромное пространство бескрайнего неба. Вадим сделал мне постоянную бронь и я теперь могла улетать и прилетать когда хочу, а не ждать очереди. Странные люди и, наверное, не менее странная я. И что же они видят во мне такое, чего ни как не удается увидеть мне? Возмущена моя жизнь! Их поступки, слова…, оголили во мне что-то грандиозное и абсолютно женское – первородное! Разбудили меня, подняли из руин, подвели к зеркалу и указали на истину! В этом, в чем-то новом и непривычном, я чувствовала себя очень комфортно! Как будто бы свершилось, наконец-то то, что давно должно было свершиться! Суть, сидевшая, под толстым панцирем неуверенности и зажатости – в одночасье и стремительно, разрушила оболочку! Крылья расправились и совсем мне не мешали!


– – – – —

– Тужься! Ласточка моя, давай! Еще не много! Умничка! На вот, посмотри на свое сокровище! Вот она, Надюшка твоя! Как и просила…

Крик малышки прекратился сразу же, как положили ее мне на грудь заботливые руки акушерки.

Ее глаза, добрые как у любящей матери, смотрели на нас с улыбкой.

– Я – мамочка! Я стала мамой! Это – чудо! Маленькая моя… Я обняла одной рукой руку акушерки, другой – малышку и заплакала. Радость бесконечная! Непостижимая! – Спасибо! Спасибо вам…

– Все хорошо моя милая. Все – хорошо. Отдыхай, родимая, а я пока заберу твое сокровище – тебе надо отдохнуть.

В палате больше не было ни кого. Меня это очень обрадовало – не надо стесняться ни кого.

– Тут тебе продуктов нанесли – в холодильник я все положила. Тетя Зина – пожилая акушерка, жалела всех рожениц и, как могла – старалась помочь, сочувствуя вслух женской доле – не простой. Она открыла занавеску, и палата наполнилась ярким солнечным светом. – Ангел мой, у меня ведь весь кабинет завален цветами и подарками. Тетя Зина покосилась на меня и с лисиным лукавством сделала паузу.

– Это мой муж! Он – приехал? Он обещал приехать! – обрадовалась я.

– Нет, это не твой муж, это – другой мужчина.

– Надо же, отец мой, наверное?

– Нет…

– Ну чего ты, не томи – говори, давай, пожалуйста! – повысив тон, сгорая от не терпения, произнесла я.

– Имени своего он не назвал. Видный такой – в форме – полковник, кажется. На вот, прочти, записка тебе от него.

– Вадим…, опять…, – взяв в руку записку, произнесла я и, не читая, убрала ее в верхний ящик тумбочки.

– Кто это, Вадим? – взволновано спросила акушерка, аккуратно отодвигая в сторону капельницу, на удобное расстояние.

– Теть Зин, я жду мужа – он обещал приехать, когда я рожу! Я очень его жду! Едет, наверное – путь ведь не близкий – поездом может – не знаю. Слезы комом застряли в горле. Не знаю почему. Я очень скучала по мужу и ждала, а любое упоминание о Вадиме было мне в данный момент – ненавистно.

– Что ж ты бьешься, как птица в клетке. Береги себя, девчонка ведь еще совсем, а со своими мужиками позже разберешься.

– Да какими мужиками! Прилип, как банный лист! Нет от него спасения! – закричала я и уткнулась в одеяло.

– Ну – ну…


…Комната в родительской квартире была для меня как клетка, в которой я чувствовала себя очень неуютно, как и прежде. Чувствовала себя обузой – неким возмутителем размеренности этого чужого для меня быта. Мой муж приезжал ненадолго, и опять уехал. Дела его – выровнялись, он – морально окреп, и казалось, успокоился. Гуляя с коляской, я вспоминала рассказ Вадима о сомнительном прошлом Сергея, его пристрастиях и прежней любви. После моего появления – в его жизни наступила светлая полоса. Теперь он стал семьянином – понятным для «органов» и командования. Банально – четко по схеме – все это не оставляло места для моих чувств. А были ли они нужны? Ему? Я до сих пор этого не знала. Впервые об этом задумалась, провожая его недавно домой. Задумалась глубоко, отстранившись от эмоций. Все же – нет! Он любит меня! А холодность его, сухость и высокомерие – это так, это – то, что я должна принять! Он такой – какой есть! И ласковым он тоже бывает, правда только тогда, когда выпьет…

Дочурке я посвятила все мое время и внимание. Это было спасением для меня от депрессии и хандры.


Незаметно пролетели два года. Некогда благополучный город – полигон, все более начинал походить на брошенный корабль, на котором каждый теперь выживал, как умел. Сергей все чаще стал приезжать домой нетрезвый. На фоне дефицита, проникшего в наш город и разброда, его ни сколько не волновала проблема, чем кормить семью и как. Безразличие ко мне становилось все более явным и привычным, а я в свою очередь, перестала искать оправдание его поведению, просто жила, растила дочь и заботилась о быте.

Серая масса тоски и одиночества в своей семье – рядом с мужем – угнетали меня все больше. Деньги исчезали, и я не знала – куда. Безденежье – не пугало меня, потому что я жила на стипендию, когда то, но пугало другое – неужели он снова начал играть в преферанс? Тогда все – пропало…

– Анжелика, ты дома? – Маринка, соседка моя, вошла ко мне, без стука, как обычно. – Сейчас Людмила подкатит, давай приготовим что-нибудь, а то пузо свело от голода. Ты одна? А где Сергей?

– Заходи, Марин! Сергей завтра вечером приедет. Иди, сама глянь! У меня, в холодильнике рыба жареная есть! Я – скоро, Надюню домываю! Через некоторое время, я опустила дочурку на пол, с трудом, отмыв ее от краски и зубной пасты. Она с веселым визгом убежала от меня в свою комнату, а я за ней. Сложили на полу кубики и книги, и я ее положила спать. Слушая нашу возню, Маринка накрывала на стол, выкладывая из пакета какую-то снедь.

– Слушай, ну что вы все время меня накормить хотите? Что, совсем плохо выгляжу? Я смеялась и жевала грушу, которую Маринка заставила меня съесть.

– Ну да, глянь на себя, совсем извелась и о чем ты думаешь все время? Вырастим мы твою дочурку, красавица будет, как и ты! Видела, какие у нее ресницы? До бровей! Ангелочек наш!

– Люблю ее больше жизни!

– Вот и люби – ее и хватит о муже грустить. Сейчас Людка подтянется – консилиум соберем, будем решать, что с тобой делать. Слышишь, замок звякнул – иди, встречай свою подругу. Людмила вошла тихо, на цыпочках, и так же бесшумно – закрыла за собой дверь. Оглядев меня, на ходу с ног до головы, она, с видом опытного вожака, повела меня в кухню – взяв уверенно за руку.

– Мы решили тебя отправить на работу. Хватит дома сидеть. Через два дня поедешь с нами на площадку, в управление, – резво присаживаясь к столу, произнесла Людмила.

– А Надюня? – застыв на месте от неожиданности такой, прошептала я.

– Не вопрос, все – решим! Единственная проблема тут – но то же решаемая – вложиться надо – взятку дать.

– Это как? Кому? – не совсем понимая, о чем идет речь, спросила я.

– Ну, что-то купить надо, – вмешалась Маринка. – Для садика! Так всех обдирают. Одни ковры несут, другие кроватки.

– А что возьмут с меня? Качели из Надюшкиной комнаты? – засмеялась я. – Не смешно, на самом деле.

Маринка постучала пальцами по столу, взглянула на Людмилу и прошептала: – Есть у нас дядька один, знакомый – снабженец – ты понимаешь? Так он пообещал мне три детских финских унитаза, рулон линолеума и канистру мебельного лака. Я думаю, что с таким подношением не стыдно будет идти к местному царю.

Девчонки развеселили меня не на шутку такой неожиданной для меня темой. Мы хохотали и представляли, как будет выглядеть эта сцена с вручением унитазов.

В назначенный день все было решено и все подписано. Моя дочь торжественно пошла в детский сад, а я уехала с подругами на работу – постигать ремесло распределения материальных средств. Должность «товароведа» в тыле Управления, даже обрадовала. Мне – как музыканту, было вовсе не лишним спуститься с «небес на землю» и засучить рукава. Того требовала реальность. Страна – разваливалась. Муж – пьет. А я – как преподаватель, не была востребована сейчас. Теперь каждый привыкал к новой жизни, и необходимо было срочно нарабатывать другие привычки и умения. Сергей категорически не одобрил наше – с подругами – решение и даже возненавидел мою должность. Его стало раздражать то, что я начала иногда, приносить в дом, то ящик тушенки, то пару батонов копченой колбасы, то – коробку печени…

– На полках в магазинах – пусто! Где ты все это берешь? Я, надеюсь, ты знаешь, что делаешь? – ворчал Сергей, уплетая при этом, за обе щеки, макароны со свежей тушенкой и бутерброды с сыром и колбасой, по утрам.

– Конечно, знаю! Нашей дочери и нам необходимо полноценное питание. А что я куплю в магазине? Да и беру я все это добро уж не по розничной цене, если ты об этом.

– Ну да! Твой муж – офицер, а не кооператор! Я не умею торговать кроватями из казарм и шинелями со склада!

– Сереж, что с тобой? – остановила я его монолог. Я все знаю и пытаюсь то же что-то сделать для семьи и очень рада, что получается! А почему ты не рад? Я ведь ни разу не упрекнула тебя и, ни разу, ни о чем тебя не просила! Разве до разборок сейчас и до поединков? Времена тяжелые настали! А работу мне эту предложили, а я взяла и не отказалась, ты же знаешь…

– То-то и оно! Ты просто взяла и начала что-то делать – проявлять свои способности! Спасибо тебе! За это!

– Ты злишься или завидуешь? Лучше скажи, зачем ты столько спирта в дом натаскал – десять канистр!

– Пусть стоит, лучше я выпью его сам.

– Ну, уж нет! Я подумаю, что с ним делать…

– Она подумает! Как смешно! Все, я – спать! А ты – как хочешь! Можешь совсем не спать!


– – – – —

Ночь скрыла степь и город непроглядной тьмой, выставляя напоказ красоту совсем светлого неба. Май – самое удивительное время! Цветут в степи тюльпаны, разноцветный ковер из которых – на короткое время радовал глаз и врачевал душу. Все стало родным за не полные три года. Моя жизнь сосредоточена здесь, в этом городе. Прошлого будто бы и не было вовсе… Родители, детство учеба – все в мутном тумане, без четких силуэтов и ярких вспышек – ни следов радости, ни грусти. Замужество изменило меня, а материнство сделало еще сильнее. Любовь, за которой я уехала «на край света», больше напоминала не красивую и романтичную историю с захватывающим началом, а была выстрелом, который убивает. Я чувствовала себя раненой птицей, красивой и гордой – с огромной жаждой улететь, но вынужденной ползти и корчится от постоянной боли и отчаяния. Силу придавала любовь к дочери, которая держала меня в этой жизни и крепко связывала с ней.

Совсем еще девчонка, я ни чего не понимала, ни в женской мудрости, ни в житейской бабской стойкости. Не имея мужской поддержки, сильного плеча – рядом – во всем, я испытывала острую необходимость рассказать о своих страхах, найти убежище в огромном мире…


– – – – —

…Телефон не отвечал, видимо Людмилы не было дома. – Где же она? Обещала зайти. Сергей, который день, дома не появлялся. Друзей у него близких не было. Где он – трудно было сказать. Он начал ненавидеть меня, а мое присутствие в его жизни – стало мукой для него.

Дочка – заснула, и я задремала, на мягком диване, в ожидании телефонного звонка своей подруги. Сквозь сон я почувствовала, как кто-то легким прикосновением, убрал волосы с моего лба, и я открыла глаза. Людмила сидела рядом, на корточках, с потекшей тушью на глазах и с подобием прически.

– Ты как всегда, оставила открытой входную дверь, – тихо сказала она.

– Людка, я так ждала тебя. Где ты была, я звонила тебе? Что случилось? Ты плакала?

– Все хорошо – звезда моя. А ты как? Малая уже спит?

– Ага, пойдем на кухню – напою тебя чаем, – предложила я и посмотрела на часы. – О, Боже! Два часа ночи! Почему ты бродишь по городу в такое время? Сейчас так опасно стало!

– Я же обещала, что приду. Знала, что ты ждешь. А Сергей где? Видя мой молчаливый отказ отвечать на ее вопрос, Людмила оставила эту тему открытой и присела к столу.

– Что у тебя случилось? Почему ты в таком виде? Что-то дома? – тихо спросила я.

– Да ни чего страшного. Семен пришел, что-то взял и опять ушел. Да ну их! Я решила жить для ребенка, а с мужем – будь что – будет.

– Ага, нам – ли быть в печали. К тому же нашим детям совсем не нужны матери – неврастенички… Я вот, решила спирт весь продать, что дома накопился. Глянь сколько его! Я открыла все дверцы у кухонных тумб и продемонстрировала их содержимое. – Двенадцать канистр!

– Однако! Достойный загашник!

– Спирт, плюс моя зарплата – хватит нам с дочкой. Его деньги меня не интересуют.

– Ну и дура! Он ведь только того и ждет!

– Посчитает нужным – даст! Не хочу просить у него… тошно мне…

…Все выходные мы с Надюшкой резвились вдвоем, а вечером, в воскресенье – нетрезвый, явился Сергей, с золотым кольцом.

– Красивое, спасибо, только не нужно было его покупать, сдержанно произнесла я.

– Прости меня! Я тут забыл, что давно дома не был и не смог вспомнить, сколько дней.

– Ну что ты! С твоими привычками воевать сложно! Да и куда нам, осилить их! Ты ведь так и остался в своем прошлом – там тебе все дорого и понятно, а я и наша дочь – мы есть здесь и сейчас, и смотрим в будущее, потому что у меня, в отличие от тебя – прошлого нет! Видишь, как получается! Надеюсь – ты доволен, что, женившись на мне – решил для себя и закрыл важные проблемы – даже капитана получил! Все на этом, не так ли? Цель – достигнута, больше я – не нужна! Из-за меня ты ненавидишь Вадима Никитина! Всегда зависть вызывает то, чему ты сам не можешь соответствовать, а ту еще такие бонусы – квартира и жена красавица! С таким багажом трудно тебе жить – а «задвинуть» еще труднее! Если нет любви – ни чего быть не может! Все – ничтожно! Ты старше меня почти на десять лет, опытный и важный…, а я – девчонка, которая только училась и книжки читала, да дома в основном сидела. Откуда у меня опыт тягаться с тобой? Но, имей в виду, нет опыта, зато есть – характер! Не радуйся, я – не упаду и выстою!

– Хватит, мне читать лекции, лучше налей, а тоя не усну, – равнодушно вмешался Сергей. Подобные разговоры сильно утомляли его. Надюша – играла и бегала около него, а он даже ни разу не взглянул в ее сторону.

– Я не об этом мечтала!

– А о чем, интересно ты мечтала? Что ты от меня хочешь?

– То, что я хочу – ты все равно ни когда не сможешь мне дать! Ни мне, ни ребенку!


Понедельник. У меня прекрасное настроение. Красные туфельки, белая до колена широкая юбка с широким поясом и белый тонкий топик. Красный не большой бант у выреза на топе и такие же красные клипсы. Распущенные волосы, аккуратно, слегка, собранные на затылке двумя миниатюрными заколками. Моя дочурка – то же в белом воздушном платьице с пушистыми кудряшками. Две чудесные феи направились в детский сад – свежие и веселые! Занятые собой – своим маленьким миром, где были только они вдвоем!

Автобус довез до управления – быстро и не заметно для меня. Я старалась не обращать своего внимания на восторженные взгляды, не испытывала особого восторга от такого обожания со стороны посторонних для меня людей. Я продолжала любить мужа, и другие мужчины были мне безразличны.

– Степан Игнатьевич, сообщите, пожалуйста, Сергею Шагеичу: процентовку я сейчас подпишу и передам в столовую, а отчет по вещевому и продовольственному складам – принесу к обеду. И пригласите Русанова! Он на своей сегодня или на служебной? – произнесла я, открывая свой кабинет.

– На служебной он! – бодро ответил мне Степан Игнатьевич – дежурный по управлению

– Скажите ему, пусть ждет меня у входа – поедем в главк.

Русанов Андрей Юрьевич, водитель служебной «волги» и автобуса для сотрудников управления – сидел на лавочке у входа и курил. Взяв с собой нужную папку, я закрыла кабинет и вышла на крыльцо.

– Анжелика, я тут подумал – какая нелегкая принесла тебя работать сюда? – разглядывая меня, произнес он.

– А что? Высота моих каблуков не соответствует размеру шага на плацу? – игриво ответила.

– В том то все и дело – смутила ты все это болото! Посмотри на них! Эти люди прошли через «горячую точку». У каждого в арсенале как минимум личная драма, а женщины? Ты знаешь, какие на войне женщины? Отсюда и в семьях у них разлад…

– Да мало у кого сейчас порядок в семье и что ты имеешь в виду? К чему весь этот разговор? – насторожилась я.

– Да то, что будь аккуратнее, народ здесь безбашенный и резкий! И ты тут – такая – вся из себя! Вся чистенькая такая и веселая! Красавица ты моя…

– Андрей Юрьевич, что с вами? Вам плохо? – вскрикнула я, наклоняясь к нему.

Русанов посмотрел на меня как-то странно – как дикий зверь, выжидающий жертву, для которого добыча – это цель и ради этой цели – он готов ждать и терпеть сколько угодно!

Закончив все дела в главке, мы вернулись в управление в полном молчании

Прошло два месяца, как я начала свою трудовую деятельность. У меня все получалось, даже отношения в коллективе меня радовали. Единственное неудобство, накладывающее отпечаток на мою жизнь – внимание мужчин. Генерал, который в свое время помог мне с получением квартиры – неустанно продолжал вмешиваться в мою жизнь – навещал меня на работе визитом вежливости – с цветами и непременным гостинцем, а его «масляные глаза» и слащавая улыбка – все больше угнетали меня. С другой стороны – мне было приятно его покровительство «на глазах у всех». Он считал меня своей «крестницей» и теперь по его высокому мнению, на его чело возлегла обязанность по контролю над моей жизнью.

С мужем отношения вышли на другой уровень. Не заметно для обоих – перешли на деловое общение – без душевного тепла. Я боролась с собой, потому что – хотела любви и любила, а он боролся с собой, потому что – не любил. Росла дочурка, и акценты были четко обозначены. Я продолжала быть с ним, чтобы не разрушить «имидж» благополучия, необходимый мужу, как фундамент для карьерного роста. Сергей все понимал и лицедействовал где – только мог, но всеобщее внимание ко мне со стороны других – не давало ему покоя – он вынужден, находится в тонусе, в постоянном напряжении. Это было забавно и даже – мило, но – терпимо.


Русанов – офицер запаса, оставшийся на полигоне. Славный, высокий и, по всей видимости, ранее очень даже симпатичный мужчина, сохранивший бодрость и позитивное отношение к людям. Кормил меня дынями и дарил забавные безделушки – милые и смешные. Ему было – в радость радовать меня.

– Ну что, Андрей Юрьевич, едем опять – надо документы в главк отвезти. Меня уже ждут, но мы ненадолго, – произнесла я, спускаясь по ступенькам крыльца. – А почему вы на своем «Москвиче»? Что, «Волгу» служебную обменяли на кусок телятины? – смеялась я.

– Давно пора это сделать! В ремонте она – поедем на моей, – пытаясь затушить сигарету задумчиво произнес он

Я огляделась и увидела неподалеку, в густых кустах, нечто – похожее на служебную машину. Мне, показалось странным, такое очевидное сходство и было не понятно, к чему объяснения о сервисе… Я тут же забыла об этом, потому, как все мое внимание захватила предстоящая встреча в главке и бумаги, которые я везла. Русанов завел машину и мы – уехали. Пересматривая бумаги, я не заметила, как он свернул на объездную дорогу, которая вела в сторону, от города – в степь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9