Сценарий жизни

Уголки его губ дрогнули в едва заметной, но самой искренней улыбке за весь вечер.

– Конечно, нет. В тот день… под тем прекрасным зонтом, – он с легкой иронией повторил ее слова, – я был именно им. Лейфом. Без титулов, без регалий, без груза миллиардов и ожиданий. Просто человеком, который предложил укрытие от дождя незнакомке с глазами, в которых бушевала целая вселенная. И мое полное имя – Тео Лейф Райнер. Об этом знают считанные единицы. Те, кому я доверяю безгранично.

Кассандра поняла, что это самый честный и самый рискованный поступок, который он когда-либо совершал, более рискованный, чем любая инвестиция. Он отдавал ей свою самую большую тайну, свою уязвимость, свое настоящее имя. Она молча анализировала всю эту ситуацию, пропуская его через сито своего горького опыта.После недопонимания он не стал уходить в глухую оборону, не стал перекладывать вину. Он сразу нашел ее, сразу повез говорить. Открыто. Глаза в глаза. Он не остался на той гламурной вечеринке, где решались миллионные сделки и где его ждала Алисия, а выбрал ее, привез ее смотреть на Эйфелеву башню, не как на туристический аттракцион, а как на место силы, где можно быть уязвимым.

Он не спрятался за оправданиями, он пошел ва-банк, рискуя всем – своей репутацией, своим эго, своим сердцем, он отдал ей свою самую большую тайну, свое настоящее имя, как ключ от самой потаенной комнаты в своей душе.

«Он не Эд», – пронеслось в ее голове ясной, холодной волной.

Эд бы промолчал. Эд бы обиделся. Эд бы заставил ее чувствовать себя виноватой за свою же боль. Эд бы никогда не признался в уязвимости. Эд видел в ее слабости обузу, а не силу.

– Вау, это… – она покачала головой, пытаясь осмыслить масштаб откровения. Ее мир снова перевернулся. – Но в интернете… я нигде не нашла упоминаний о «Лейфе». Ни в одном профиле, ни в одной статье… Это же…

Он замер, и в его глазах, обычно таких серьезных или насмешливых, вспыхнула искорка чего-то нового – не уязвимости, а легкой, почти озорной усмешки, сметающей всю былую напряженность.

– Ты гуглила меня? – его голос приобрел низкие, бархатные нотки, в которых слышалось и любопытство, и неподдельное, внезапное удовольствие от этой мысли.

Кассандра почувствовала, как по ее щекам разливается предательский, жгучий румянец. Она отвлеклась на огни Парижа за окном, делая вид, что рассматривает силуэты крыш.

– Это было… в строго исследовательских целях, – пробормотала она, стараясь сохранить остатки достоинства и язвительности, но выходило скорее мило. – После нашей… встречи. Нужно же было понять, с кем имею дело. Стоматолог ты или нет. Мажор или серийный маньяк.

– И что же твое расследование выяснило? – он мягко поддел ее, наклонясь чуть ближе к ее уху. В его взгляде теперь играл настоящий, живой огонь, от которого стало тепло и тревожно одновременно.

– Что ты, – она выдержала паузу, глядя ему прямо в глаза, – мажор. Самый что ни на есть настоящий.

Он рассмеялся – тихо, счастливо, по-настоящему. И в этом смехе не было ни капли высокомерия, было лишь облегчение и понимание, что игра, наконец, пошла по новым, честным правилам.

– Но, – она добавила уже серьезнее, – мажор, который… умеет слушать. И который, кажется, помнит, каково это быть просто человеком.

– Спасибо, – он произнес это просто и искренне. – Это… лучший комплимент, который я слышал за последние годы. Спасибо, что видишь это. Настоящий друг.

Он сказал это без иронии, с той самой честностью, которая все еще заставляла ее сердце биться чаще.

– Знаешь, я всегда мечтала побывать здесь, – тихо призналась она, и в ее голосе зазвучала давняя, заветная мечта. – Просто стоять и смотреть на такой вид. Дышать этим воздухом. Чувствовать… эту магию.

Она сделала небольшую паузу, а затем добавила с легкой, уже почти беззлобной усмешкой:

– Правда, в своих фантазиях я представляла себе другую компанию. Уж точно не заносчивого мажора, который считает, что может купить себе все, включая прощение.

Он не обиделся. Напротив, его глаза вспыхнули азартом.

– Что ж, – сказал он, подавая ей руку. – Тогда давай исправим это недоразумение.

– Куда мы? – удивилась она.

– Показывать тебе Париж. Не тот Париж, что видят туристы из автобусов. А тот, что видят те, кто помнит, каково это – быть просто человеком со своими мечтами.

– А как же наш рейс? – в ее голосе снова зазвучала тревога, но теперь бытовая, почти нормальная. – Мои коты… они уже наверняка сидят у двери и ждут.

Уголки его губ дрогнули в почти незаметной улыбке.

– Наш вылет через два часа. Устроит? – произнес он мягко, но уверенно.

Она молчаливо кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Облегчение волной накатило на нее, смывая последние остатки напряжения. Она откинулась на спинку сиденья, впервые за вечер позволив себе расслабиться, и просто смотрела на улочки Парижа, проплывающие за окном. Они казались ей теперь не враждебным лабиринтом, а местом, полным тайн и возможностей.

Глава 10

Полет домой был похож на путешествие сквозь хрустальный туман между двумя реальностями. Кассандра дремала, ее сознание уносилось то в сверкающий Париж, то в темноту салона самолета, где тикали лишь тихие щелчки приборов да ровное дыхание Тео, сидевшего рядом. Он не докучал ей разговорами, и в этой молчаливой тактичности было что-то бережное.

Когда шасси коснулись посадочной полосы в Инсбруке, она вздрогнула, вернувшись в реальность. За иллюминатором раскинулся спящий город, укутанный в бархат предрассветной синевы. Усталость давила на плечи приятной тяжестью. Тео сам решил ее подвезти.

– Тео, тебе не нужно было… – начала она, подходя ближе. Ночной воздух был свеж и колок.

– Я знаю, – мягко прервал он, открывая перед ней пассажирскую дверь. – Но мне хотелось. Разрешишь довезти тебя до дома?

Она кивнула, слишком уставшая, чтобы спорить, и опустилась в кресло. Машина тронулась, и они поехали по пустынным улицам, где единственными свидетельствами жизни были одинокие огни в окнах да предрассветный туман, стелящийся над мостовой.

Они подъехали к ее дому. Тео заглушил двигатель, тишина сжималась до ритма двух сердец

– Провожу, – предложил он, выходя из машины.

– Не стоит, я сама… – начала она, но он был уже рядом, и его теплое присутствие было таким… правильным.

Подъезд встретил их глухой тишиной и прохладой. И тут ее взгляд упал на фигуру, сидящую на полу у ее двери. Сердце пропустило удар. Человек сидел, склонив голову на колени, и в нем было что-то бесконечно одинокое и знакомое. Она сжала руку Тео от страха.

– Сэм? – ее голос прозвучал неуверенно, словно эхо в пустом пространстве, затерявшееся между стенами подъезда. – Это ты?

Фигура медленно подняла голову, и в тусклом свете, пробивающемся с улицы, Кассандра увидела его лицо – бледное, изможденное, с покрасневшими глазами, в которых читалась бездонная усталость.

– Кэсси… – его голос был хриплым, но тихим, без прежней навязчивой уверенности. – Извини, что вот так… в такое время. Мне нужно с тобой поговорить.

Кассандра почувствовала, как рука Тео непроизвольно сжала ее локоть – не сковывая, а предлагая опору, становясь тихим якорем в нарастающей буре ее смятения.

– Откуда ты знаешь, где я живу? – спросила она, и в ее голосе дрогнули и страх, и жалость, и что-то еще, похожее на вину.

Он горько усмехнулся, и в этой усмешке было столько боли, что стало физически не по себе.

– Я здесь сам живу теперь, – выдохнул он, отводя взгляд. – В соседнем подъезде. Снял квартиру.

Он тяжело поднялся, пошатываясь, и оперся о стену. У Кассандры поплыло перед глазами. Он снял квартиру возле нее. Словно тень. Словно навязчивый кошмар, ставший реальностью. Холодная волна страха пробежала по ее коже.

– Я не вовремя, понимаю, – он сделал шаг назад, его силуэт казался неестественно хрупким. – Ну ничего… мы теперь соседи. Увидимся.

Он повернулся и, не оглядываясь, заковылял к выходу, его шаги медленно затихли в темноте.

Кассандра стояла, не двигаясь, чувствуя, как слезы подступают к горлу – слезы страха, растерянности и гнетущего ощущения, что прошлое не просто не отпускает, а буквально поселилось по соседству. Дрожащими руками она нащупала ключ и открыла дверь.

Тео молча проследовал за ней в прихожую, его присутствие было единственным островком безопасности в этом внезапно перевернувшемся мире.

– Эй, – его голос прозвучал тихо и бережно, он мягко взял ее за плечи, заставив посмотреть на себя. – Что случилось? Кто этот человек? Он тебя преследует?

– Н-никто, – выдохнула она, отводя взгляд и пытаясь взять себя в руки, чтобы не показаться слабой, не запутать его еще больше в своих проблемах. – Так… знакомый. Из прошлого.

Но панический страх, холодный и липкий, уже накрывал ее с головой, сжимая легкие.

– Кэсси, – его голос стал тверже, но не жестче. – Смотри на меня. Хочешь, чтобы его здесь не было? Скажи слово – и он исчезнет. Навсегда.

– Нет! – она почти вскрикнула, испугавшись не Сэма, а той холодной решимости в глазах Тео. – Нет… он в общем-то неплохой, просто… я его когда-то отшила. А потом… потом моя подруга видела его с моей начальницей. С Зои. А теперь он здесь… прямо здесь. И я… я не понимаю, чего он хочет… Я боюсь.

Она наконец позволила себе высказать это вслух, и от этого признания стало одновременно и легче, и страшнее. Она стояла в центре своей квартиры, дрожа как осиновый лист, и понимала, что стены, которые должны были быть ее крепостью, внезапно стали прозрачными.

– Тихо, – его голос прозвучал неожиданно мягко, но в нем чувствовалась стальная основа. Он не отпускал ее плеч, его большие ладони были теплыми и тяжелыми, словно якоря, удерживающие ее на плаву в этом внезапно взбаламученном море. – Дыши. Просто дыши. Никто не причинит тебе вреда. Я здесь.

Он повел ее в гостиную, усадил на диван и, не спрашивая, налил ей стакан воды. Его движения были точными, выверенными, лишенными суеты. Это спокойствие, исходившее от него, постепенно начало передаваться и ей. Дрожь в руках понемногу стихала.

– Сейчас не время для паники, – он присел напротив нее, его взгляд был серьезным и прямым. – Сейчас время для ясности. Этот человек… Сэм. Он угрожал тебе когда-нибудь? Делал что-то, что заставляет тебя бояться?

Кассандра медленно покачала головой, сжимая холодный стакан в ладонях.

– Нет… не угрожал. Он был… навязчивым. Настойчивым. Но не опасным. Но теперь… эта история с Зои… и он здесь… – ее голос снова дрогнул. – Я не понимаю, что это значит. Это совпадение? Или… что-то большее?

Тео внимательно слушал, не перебивая. Его лицо было сосредоточенным, как будто он решал сложную бизнес-задачу.

– Совпадения редко бывают такими… целенаправленными, – произнес он наконец. – Но и торопиться с выводами тоже не стоит. Ты сказала, твоя подруга видела его с твоей начальницей. Зои… та самая, что строит тебе козни на работе?

Кассандра кивнула, с удивлением отмечая, как его аналитический ум выхватывает самое главное. Она вскользь упомянула о Зои, а он запомнил.

– Возможно, это не про тебя лично, – продолжил он, его взгляд стал острым. – Возможно, это про работу. Зои пытается давить на тебя через него. Или он… своего рода послание. Неприятное, мерзкое, но не обязательно несущее прямую физическую угрозу.

Его слова, холодные и логичные, странным образом успокаивали. Он не обесценивал ее страх, а предлагал здравое решение.

– Что… что мне делать? – спросила она, и в своем вопросе услышала детскую беспомощность, от которой ей стало неловко.

Тео на мгновение задумался, его взгляд скользнул по окну, за которым начинал светать.

– Во-первых, ты не останешься с этим одна. – Это было не предложение, а констатация факта. – Во-вторых, завтра… то есть сегодня, мы выясним, кто он такой и что ему нужно. Есть способы сделать это быстро и тихо. А в-третьих… – он посмотрел на нее, и в его глазах мелькнула тень чего-то теплого, – в-третьих, сейчас тебе нужно попытаться поспать. Пусть пару часов. Я останусь здесь, на диване. На всякий случай.

Она хотела возразить, сказать, что он и так сделал слишком много, что она не может его больше задерживать… но слова застряли в горле. Мысль о том, чтобы остаться одной в этой квартире, с мыслями о Сэме за стеной, была невыносимой.

– Спасибо, – прошептала она, принимая из его рук теплую чашку. Их пальцы едва коснулись, и она почувствовала странный электрический разряд – не страха, а чего-то другого. Что-то глубокое и тихое, что заставляло сердце биться чаще, но уже не от паники.

– Всегда пожалуйста, – он ответил просто, отведя взгляд, будто давая ей пространство. – Ложись. Я буду здесь.

Она не стала спорить. Действительно легла, укрывшись пледом, который все еще хранил запах дома, безопасности… и одиночества. Но сегодня одиночество отступило. За стеной слышалось его ровное дыхание, тихий скрип дивана, когда он устраивался поудобнее. Эти звуки были странно успокаивающими.

А в гостиной Тео лежал с открытыми глазами, глядя в потолок. Его телефон был зажат в руке. На экране светилось уведомление от службы безопасности – краткий отчет: «Самуэль Яроссон. Снял квартиру три дня назад. Владелец – фиктивная компания, связанная с…»

Его пальцы сжали аппарат, он не сказал Кассандре всего. Не сказал, что тень, пришедшая в ее жизнь, могла быть гораздо длиннее и опаснее, чем ей казалось, но завтра.. Завтра он во всем разберется.

Пока же его единственной задачей было быть здесь. Стражем у врат ее сна. И в этой тихой, простой роли было больше смысла, чем во всех его миллиардах и корпорациях вместе взятых. Он прислушался к тихому, ровному дыханию из спальни и наконец позволил себе закрыть глаза. Впервые за много лет его собственные демоны отступили, уступив место простой, человеческой необходимости – защищать того, кто неожиданно открыл ему глаза на себя.

Кассандра проснулась от непривычного ощущения – не тревоги, а глубокого, почти неприличного спокойствия. Пахло кофе. Настоящим, свежесваренным, а не растворимым, которым она обычно себя потчевала впопыхах.

Она вышла в гостиную, поправляя мятый халат. Тео стоял у плиты, на которой шипела сковорода с яичницей. На нем были те же брюки и рубашка, что и вчера, только теперь они были слегка помяты, а рукава закатаны до локтей. Он выглядел… домашним. Непривычно обычным.

– Я надеюсь, ты не веган или еще чего хуже, – произнес он, не оборачиваясь, словно чувствовал ее присутствие. – Кулинарный талант сегодня ограничивается яичницей и тостами.

– Яичница отлично, – голос ее звучал хрипло от сна. Она села на барный стул, наблюдая, как он ловко переворачивает яичницу. Сцена была настолько сюрреалистичной, что у нее закружилась голова. Миллиардер-затворник готовит ей завтрак на ее же кухне. А ее коты терлись и мурлыкали возле него.

Он поставил перед ней тарелку, затем налил кофе. Его взгляд был сосредоточенным, но спокойным.

– Спасибо, – сказала она, и это слово прозвучало слишком просто для всего, что он сделал.

– Не за что, – он отхлебнул кофе, стоя напротив, облокотившись о столешницу. – Спала хоть немного?

– Да. Спасибо. За… все.

Он кивнул, его взгляд стал серьезнее.

– Насчет нашего… соседа, – начал он осторожно. – Я кое-что выяснил.

Кассандра замерла с вилкой в руке.

– Он действительно снял квартиру здесь три дня назад через подставную компанию, которая, в свою очередь, принадлежит холдингу, связанному с… – он сделал паузу, – с твоей милой начальницей. Зои.

Ледяная волна прокатилась по спине Кассандры.

– Зои? Но… почему? Что ей от меня нужно?

– Я не знаю, – честно признался он. – Но это не случайность. Это спланированная акция. Запугать? Давить на тебя? Вывести из равновесия перед защитой проекта? Все варианты возможны.

Он говорил спокойно, аналитично, но в его глазах читалась стальная решимость.

– Я не позволю этому продолжаться, – заявил он, и в его голосе не было ни тени сомнения. – У тебя есть варианты. Первый – мы можем решить этот вопрос быстро и… окончательно. Он исчезнет из твоей жизни. Навсегда.

Кассандра резко покачала головой, чувствуя, как сжимается желудок.

– Нет. Только не это.

– Второй вариант, – он продолжил, как будто и не ожидал другого ответа, – мы играем по его правилам. Только мы делаем это умнее. Ты идешь сегодня на работу как ни в чем не бывало. Никакого страха. Никаких признаков, что ты что-то знаешь, а я тем временем узнаю, какую именно игру затеяла твоя Зои. Информация – лучший козырь.

Он посмотрел на нее:

– Выбор за тобой, Кэс. Но что бы ты ни выбрала, помни – ты не одна. В этой игре теперь двое.

– Я… я выбираю второй вариант, я все равно работаю из дома, – тихо сказала она. – Я выбираю второе, но… не одна. Вдвоем.

На его губах тронулась та самая, редкая, настоящая улыбка.

– Вдвоем, – согласился он. – А теперь доедай яичницу.

Вскоре Тео уехал по делам, поцеловав Кэс в щеку на прощание. Воздух в квартире, еще секунду назад наполненный его уверенностью и запахом кофе, снова сгустился, стал зыбким и небезопасным. Кассандра медленно опустилась на стул, обхватив себя за плечи.

Мысли метались в голове, как пойманные в стеклянную ловушку мухи, ей было до дрожи страшно снова стать разменной монетой, пешкой в чужих расчетах, чьей-то мишенью. Зои… Сэм… Они выстроили свою шахматную доску прямо у ее порога, где теперь от каждого шага зависело все.

Но сквозь липкий страх пробивалось иное чувство – упрямое, едва заметное тепло. Тепло от его слов: «В этой игре теперь двое». Он не обещал решить все за нее. Он предложил играть умнее. И впервые за долгое время у нее за спиной была не призрачная тень, а тихая, стальная сила.

Она подошла к окну. Город оживал, залитый холодным утренним светом. Где-то там был он, где-то – Сэм,где-то – Зои, паухича, плетущая свои сети.

Глава 11

– Тео Райнер ночевал у тебя дома?! – голос Надин взлетел до сопрано, едва не сорвав крышу кафе.

– Тш-ш-ш! – зашипела Кассандра, бросая вокруг панический взгляд. Несколько человек за соседними столиками с интересом повернулись к ним. – Надин, ради всего святого, тебя слышно на весь Инсбрук!

– О. Бал. Деть. – подруга произнесла это уже шепотом, но с таким накалом драматизма, будто объявляла о конце света. Ее глаза были круглыми, как блюдца. – Ты понимаешь, что это не просто «парень зашел на кофе»? Это Тео Райнер. Тот самый, с обложек Forbes. И он… он ночевал. У тебя. Что он там делал? Неужели просто спал на диване, как мальчик-скаут?

Кассандра сгорбилась над своей чашкой капучино, чувствуя, как жар разливается по щекам. Сегодняшнее практическое занятие прошло под знаком этого разговора – к счастью, самого Тео там не было, и она могла хотя бы попытаться сосредоточиться на коде, а не на воспоминаниях о его присутствии в ее квартире.

– Он… беспокоился. Там была одна странная ситуация, – уклончиво пробормотала она, помешивая ложкой пенку.

– «Странная ситуация»! – фыркнула Надин. – Кэс, дорогая, так говорят о нашествии инопланетян или о внезапной метели в мае. А не о том, что один из самых завидных холостяков Европы играет в рыцаря на диване. Он хоть диван оценил? Он вообще знает, что такое Ikea?

Кассандра хотела что-то парировать, но слова застряли в горле. Вернувшись домой после занятий, ее ждал новый сюрприз – аккуратная картонная коробка у двери. Первым порывом был леденящий душу страх, комок подкатил к горлу – мысль о Сэме и Зои была еще слишком свежа. Но потом она разглядела почерк на этикетке. Элегантный, уверенный. И инициалы, которые заставили сердце сделать сальто. «T.Р.».

Вскрыв посылку, она обнаружила внутри книгу. Не какую-нибудь, а редкое коллекционное издание «Гордости и предубеждения» Джейн Остин в кожаном переплете. На форзаце была дарственная надпись: «Дорогой Кэсси в ее невероятную коллекцию книг. Спасибо за вчерашний вечер. Ты целая Вселенная. Т.Р.»

Она провела пальцами по тисненой обложке, и по телу разлилось странное, сладкое и мучительное тепло. Он обратил внимание на ее стеллажи с книгами, как внимательно и мило. Кэс чувствовала, как тает, как каждая клеточка ее тела наполняется этим трепетным, пугающим счастьем, но… но вслед за ним накатила знакомая, тошнотворная волна тревоги.

– Надин, я не понимаю, что происходит, – выдохнула она, наконец поднимая на подругу испуганные глаза. – По моему плану… сначала я должна была все починить. Себя. Свою жизнь. Карьеру. Избавиться от этих… этих панических атак. Стать идеальной, сильной, неуязвимой, а уж потом… потом вероятно можно было подумать о ком-то. Об идеальном мужчине из моих книг. А он… он появился сейчас. Слишком рано. Я еще не готова. Я не… и все так быстро…

Она замолчала, сжимая руки в кулаки на коленях.

– Как только он узнает… узнает, что иногда я не могу выйти из дома… что у меня бывает такая паника, что я не могу дышать… что я ношу с собой таблетки на всякий случай… он сбежит. Он Тео Райнер. Его мир – это скорость, успех, контроль,а я… я иногда разваливаюсь на части. Кому такая нужна?

Надин перестала ухмыляться. Ее выражение лица стало серьезным. Она протянула руку и накрыла своей ладонью сжатый кулак Кассандры.

– Эй. Слушай сюда. Тот, кто сбежит от тебя из-за твоих демонов, тот и не заслуживал места в твоей жизни. Точка. А что касается его… – она сделала многозначительную паузу, – он не выглядел испуганным вчера? Когда был твоим «мальчиком-скаутом» на диване?

Кассандра задумалась. Нет. Он не выглядел испуганным. Он выглядел… собранным. Решительным. Включенным.

– Он предложил «убрать» Сэма, – прошептала она, сама ужасаясь этим словам. – Настоятельно. А когда я отказалась, стал предлагать другие варианты. Он не паниковал. Он… решал задачу.

– Видишь? – Надин слегка сжала ее пальцы. – Он не бежит, а твой план… Кэс, милая, жизнь – это не IKEA, где ты сначала собираешь один шкаф, потом другой, а потом уже заносишь диван. Иногда диван привозят самым первым, и ты месяц живешь вокруг него, и только потом понимаешь, куда его поставить. Возможно, он – твой диван. Неудобный, не вовремя, но чертовски красивый и нужный.

Кассандра хмыкнула сквозь подступающие слезы.

– Ужасная аналогия.

– Зато моя! – Надин сияла. – Так что хватит искать причины его спугнуть. Прими подарок. Поставь книгу на видное место. И перестань готовиться к худшему. Может, его мир как раз нуждается в твоей легкой… непредсказуемости.

В кармане у Кассандры завибрировал телефон. Она взглянула на экран и замерла. Сообщение от Тео.

«Надеюсь, посылка дошла. Спасибо еще раз за вчера. Вечером буду рядом – нужно кое-что обсудить по поводу нашего общего «соседа. Не волнуйся. Все под контролем».

Она показала телефон Надин. Та свистнула.

– «Все под контролем». Ну конечно, он же Райнер. – Она посмотрела на подругу с вызовом. – Ну что? Будешь сидеть и трястись, что он все узнает? Или позволишь себе поверить, что, возможно, твоя сила не в том, чтобы быть идеальной, а в том, чтобы быть настоящей? Даже если это иногда значит быть напуганной?

Кассандра посмотрела на книгу, на сообщение, а потом в окно, где спешили люди по своим делам. Страх никуда не делся. Он тихо сидел в углу, шепча свои ядовитые угрозы, но поверх него появилось что-то новое. Любопытство. Дерзость. Желание посмотреть, чем же закончится эта совершенно не по плану, пугающая и безумно захватывающая глава ее жизни. Она сделала глубокий вдох.

– Ладно, – сказала она, и в ее голосе впервые за этот разговор прозвучала не решимость, а азарт. – Посмотрим, что будет дальше.

Вечер застал Кассандру в состоянии странной, нервной собранности. Она переделала все домашние задания, трижды перемыла квартиру и даже попыталась медитировать – бесполезно. Ожидание звонка или сообщения от Тео сверлило сознание, как дрель.

В семь тридцать раздался не звонок, а тихий, но уверенный стук в дверь. Не тот робкий, выжидающий стук, что был у Сэма, а твердый, лаконичный, знающий, что ему откроют.

Кассандра глубоко вдохнула, поправила свитер (она сознательно надела что-то простое, обыденное, свой защитный цвет) и открыла.

Тео стоял на пороге. Не в черном костюме, а в темных джинсах и обычном свитере, от которого пахло морозным воздухом и чем-то дорогим, древесным. В руках он держал увесистый конверт и два стакана кофе с собой.

– Мирное вторжение, – он протянул ей один стакан. – С корицей, без сахара. Кажется, ты такой пьешь.

Она взяла стакан, пораженная. Кэсси упомянула это мимоходом, неделю назад, а Тео снова запомнил.

– Проходи, – голос ее звучал чуть хрипло от волнения.

Он вошел, окинул квартиру беглым, но ничего не оценивающим взглядом, будто просто проверял, все ли в порядке. Его присутствие снова наполнило пространство, сделало его другим.

– Как день? – спросил он, пока она закрывала дверь.

– Напряженный. Спасибо за книгу, это… слишком щедро.