Прожить роман

Когда мы подъехали к моему дому, он вышел вместе со мной и проводил до двери на моём этаже. Мы стояли в тускло освещённом подъезде, где пахло сыростью и старой краской, а свет лампы мигал, как в старом фильме ужасов. Я всё ещё держала его куртку, и вдруг поняла, что не знаю, как попрощаться. «Ну же, сделай что-нибудь! Хотя нет, пусть он первый…»

– Спасибо за вечер, – сказала я, возвращая ему куртку. – Было… здорово.

– Мне тоже, – он улыбнулся, и его голубые глаза сверкнули в полумраке. – Спокойной ночи, Катя.

Я повернулась к двери, вставляя ключ в замок, но вдруг почувствовала его руку на своём запястье. Он мягко остановил меня, и, прежде чем я успела что-то сказать, притянул к себе. «Наконец-то!» – пронеслось в голове.

Его губы коснулись моих – тёплые, мягкие, с лёгким вкусом мяты. Поцелуй был коротким, но в нём было столько нежности, что моё сердце заколотилось, как будто я пробежала марафон. Когда он отстранился, его глаза всё ещё смотрели на меня, и я почувствовала, как щёки горят. «Это было… это было… О боже…!»

– Спокойной ночи, – повторил он тихо, и его улыбка была такой, что я едва не растаяла.

– Спокойной ночи, – выдохнула я, и он ушёл. Его шаги эхом отозвались по лестнице, пока не стихли внизу.

Я стояла у двери, глядя ему вслед. Его силуэт – высокий, в белой рубашке – мелькнул в тусклом свете подъезда и исчез за поворотом. «Боже, это было прекрасно», – думала я, чувствуя, как улыбка не сходит с лица. Сердце билось в ритме ночной тишины, а в голове крутились воспоминания о поцелуе.

«Почему ушёл?» – раздался знакомый хриплый голос за спиной.

Я обернулась и, конечно же, увидела Максима. Он стоял, прислонившись к стене напротив моей двери, с привычной ухмылкой и бутылкой пива в руке. Его тёмные волосы были растрёпаны, кожаная куртка небрежно расстёгнута, словно он только что вышел из своей квартиры.

«О, боже, только его не хватало сейчас», – пронеслось в голове, но злость почему-то не появилась.

– Потому что не все такие, как ты, Макс, – сказала я, скрестив руки на груди. – Он другой.

Максим хмыкнул, приподняв бровь.

– Другой, говоришь? – протянул он. – Ну-ну, соседка. Посмотрим, сколько он продержится, прежде чем затащить тебя в койку.

«Как же он может всё испортить своим цинизмом!» – возмутилась я про себя.

– У меня слишком хороший день, чтобы обращать на тебя внимание, – ответила я, всё ещё улыбаясь, и толкнула дверь своей квартиры.

Но не успела я её закрыть, как Максим бесцеремонно вломился следом, будто имел полное право. Его наглое лицо расплылось в ухмылке.

– О, Волкова, не строй из себя недотрогу, – протянул он, проходя мимо меня, как по своей квартире. – Я же вижу, как ты светишься от счастья. Прямо сияешь, как лампочка.

– Что ты себе позволяешь? – процедила я сквозь зубы, но он только рассмеялся.

Максим уже хозяйничал на кухне – доставал бокалы, открывал холодильник, будто жил здесь всю жизнь.

– Слушай сюда, соседка, – начал он, разливая пиво. – Твой докторчик – обычный охотник за юбками. Думаешь, он тебя до двери проводил из вежливости? Ха! Да он уже весь план составил, как тебя в постель затащить.

– Понятия не имею, о чём ты, – я пожала плечами, улыбаясь. – Будь добр, вали домой.

Он хмыкнул, проигнорировав меня, и протянул бокал с пивом, кивая на гостиную.

– Будешь? – спросил он, его ухмылка стала ещё шире.

Я посмотрела на бокал, потом на него. Чёрт возьми, почему бы и нет? Вечер с Николаем был как из моего лучшего романа, и даже Максим со своими подколками не мог его испортить. Я кивнула, взяла бокал и прошла в гостиную. Сев на диван, я откинулась на спинку, чувствуя, как мягкая обивка обнимает меня.

Максим плюхнулся рядом, так близко, что я уловила тепло его плеча и тот же хвойный запах. Он вытянул ноги на журнальный столик, и его куртка скрипнула, когда он повернулся ко мне.

– Пока пью, я тебя слушаю, – сказала, отхлебнув пива. Оно было холодным, с горчинкой, и я расслабилась, несмотря на его присутствие.

Максим сделал глоток, его взгляд прищурился, как будто он готовился к атаке. Он откинулся на диване, постукивая пальцами по бокалу, и заговорил, его голос был низким, грубым, без намёка на деликатность.

– Слушай, соседка, ты правда думаешь, что твой новый парень – какой-то там рыцарь? – начал он, его ухмылка была такой, будто он раскрывает самый грязный секрет города. – Уверяю тебя, он уже не раз тебя в своих фантазиях отымел. Все эти его прогулки, куртки на плечи – обычная разводка для дурочек. Думаешь, он не такой же, как все? Ха! Просто играет в благородство, чтобы ты сама прыгнула к нему в койку.

– Фу, Макс, – сказала я, брезгливо прищурившись. – Придержи свои грязные мысли при себе, а? Он врач, между прочим, людей спасает, а не как ты, каждую юбку за километр чует.

Максим замер, его бровь взлетела вверх, а в глазах появилось такое выражение, будто я сказала что-то невероятно смешное.

– Врач, значит? – протянул он с издёвкой. – О, это даже лучше! Доктор, значит… Да они самые охочие до баб, эти в белых халатах! Думаешь, он не представляет, как тебя на смотровом столе имеет?

Я фыркнула, но не смогла сдержать смешок – настолько абсурдной казалась его откровенность. Его лицо в свете лампы выглядело особенно циничным, с этими острыми скулами и вечной ухмылкой.

– Серьёзно, Макс? – спросила я, глядя на него через бокал. – Не все мужики думают только членом. У него есть… душа, что ли. А ты… ты как открытая книга – всё напоказ, ни капли глубины.

Он расхохотался, его хриплый смех эхом отразился от стен. Наклонился ближе, так что я почувствовала запах пива и табака.

– Душа, говоришь? – протянул он, поигрывая бокалом. – Ох, соседка, ты ещё наивнее, чем я думал. Слушай, я тебе раскрою правду: твой доктор уже прикинул, как будет выглядеть твоя задница без этого платья. Хочешь загадку? Могу устроить. Угадай, где у меня татуировка. Подсказка: ниже спины.

Я закатила глаза так сильно, что чуть не потянула мышцу.

– Макс, ты отвратителен, – сказала я, но смех выдал меня. – Держи свои татуировки и свои больные фантазии подальше от меня. Он не такой, ясно?

– Не такой? – он откинулся на диван, но его глаза продолжали сверлить меня. – Спорим на что угодно: через неделю твой доктор начнёт лезть тебе в трусы. И придёшь ты ко мне вся такая: «Макс, ты был прав, он такой же как все!»

– Мечтай, – ответила я, допивая пиво и ставя бокал на столик. – Он не ты. Он уважает меня.

Максим расхохотался, едва не пролив своё пиво на диван.

– Уважает! – он вытер уголок глаза, словно я сказала что-то уморительное. – Ты как героиня из сопливого романа. Все мужики хотят одного и того же. Просто твой доктор притворяется героем, чтобы ты сама к нему прыгнула. А я, – он подмигнул, – хотя бы честен.

Я покачала головой, но улыбка не сходила с лица. Его грубая откровенность действовала на меня как холодный душ – неприятно, но отрезвляет. В его прямолинейности было что-то притягательное, хотя я никогда бы в этом не призналась.

– Знаешь, Макс, – сказала я, поднимаясь с дивана и забирая его пустой бокал. – Может, ты и прав насчёт того, что все о чём-то думают. Но я предпочитаю верить в тех, кто не кричит об этом на каждом углу. А теперь иди домой, пока я не выставила тебя силой.

– И не подумаю, – ответил он, резко вставая. Одним движением он выхватил бокалы из моих рук и схватил меня за запястье. Его пальцы оказались тёплыми и сильными, а ухмылка стала ещё наглее.

– Чего? – я попыталась освободиться, но его хватка была железной. – Отпусти, Макс!

Он только рассмеялся, и его низкий смех эхом разнёсся по комнате. Не обращая внимания на мои протесты, он потянул меня к двери.

– Да ладно, Катя, у тебя тут тоска зелёная, – заявил он, открывая дверь моей квартиры и выводя меня в коридор. – Пошли ко мне, там веселье в разгаре. Музыка, пиво, никаких твоих романтических бредней.

– Макс, я серьёзно, отпусти! – я дёрнулась сильнее, но он был непоколебим, словно танк, пробирающийся через лестничную площадку к своей двери.

– Да не боись, мы же друзья, – сказал он, открывая свою дверь и втаскивая меня внутрь. – Друзей не трахают, Катя.

Я вырвала руку и упёрла руки в бёдра, глядя на него с прищуром.

– Друзья, говоришь? – я фыркнула, всё ещё пытаясь отдышать. – Ты мне не друг, Максим. Ты ходячая катастрофа.

Он рассмеялся, закрывая дверь за нами, и его тёмные глаза сверкнули, будто я бросила ему вызов.

– О, я ещё какой друг, – сказал он, подходя ближе и наклоняясь так, что его лицо оказалось в паре сантиметров от моего. – Просто ты пока этого не знаешь.

Я отступила назад, чувствуя, как щёки горят. Его близость сбивала с толку. «Неужели это тот же самый развязный сосед, который только что отпускал пошлые шутки?» – пронеслось в голове.

Огляделась. Квартира оказалась совсем не такой, как я ожидала. Никакой типичной холостяцкой берлоги – всё чисто, современно, стильно. Светлые стены, минималистичная мебель, кожаные диваны. В углу – стойка с аккуратно расставленными гитарами, а рядом – рабочий стол с тремя мониторами.

– Что, соседка, язык проглотила? – спросил он, заметив мой взгляд. Достал из холодильника бутылку пива и протянул мне. – Думала, у меня тут помойка?

– Ну, признаю, не ожидала, – сказала я, беря бутылку и оглядываясь. – Это что, ты правда убираешься? Или у тебя тут клининг каждый день?

Он хмыкнул, плюхнувшись на диван и похлопав по месту рядом с собой.

– Садись, не стой столбом. Я не зверь, просто люблю, когда всё на своих местах. А то, знаешь, хаос в голове, хаос в жизни.

Я приподняла бровь, но села, всё ещё держа бутылку. Пиво было холодным, и я сделала глоток, пытаясь собраться с мыслями. Его квартира была как другой мир – чистая, просторная, с гитарами и мониторами, которые намекали на что-то большее, чем просто образ наглого соседа.

– Так ты, значит, не только пиво хлещешь и девок подкалываешь? – сказала я, кивнув на мониторы. – Что там у тебя, биржа или хакерство?

Он рассмеялся, откинувшись на спинку дивана, и его глаза снова сверкнули.

– А ты любопытная, соседка, – сказал он, подмигнув. – Может, и то, и другое. Давай лучше расскажи о себе, Год уже тут живешь, а я толком о тебе и не знаю.

Год? А где же я жила до этого? И тут в голове новая информация о себе, как по щелчку. Учеба, подработка, парень… У меня есть парень? Нет. Изменил. Расстались.

– Ты тут? – спросил Макс, вытаскивая меня из собственных мыслей.

– Что?

– Говорю о себе расскажи.

– Нечего рассказывать, – ответила я, пожав плечами, и мой голос стал чуть резче, чем я хотела. – Да и не уверена вообще, что хочу тебе что-то говорить.

Он хмыкнул, его бровь снова взлетела, и он наклонился ближе, так, что я почувствовала тепло его плеча.

– Ой, да ладно, Кать, – его низкий голос с привычной циничной ноткой звучал почти вкрадчиво. – Не хочешь – а всё равно расскажешь. Все девчонки любят болтать о своей жизни. Ну, давай, что там? Учёба? Работа? Бывший, который тебя кинул? Или ты такая загадочная, что даже себе не доверяешь?

Я фыркнула, но его слова попали точно в цель. Откуда он вообще знает, что у меня в голове? Сделав глоток пива, я посмотрела на него через горлышко бутылки.

– Ты прямо психолог, Макс, – ответила я с сарказмом, но улыбка всё же промелькнула на лице. – Ладно, если так хочешь знать: да, училась, подрабатывала, был парень. Изменил. Расстались. Конец истории. Доволен?

Он присвистнул, его глаза блеснули, словно я только что открыла ему какую-то важную тайну.

– Ого, соседка, драма! – он ухмыльнулся, постукивая пальцами по бутылке. – И после этого ты всё ещё веришь в своего доктора? Да он, небось, уже другую на кушетке осматривает, пока ты тут мечтаешь о его «душе».

– Серьёзно, хватит. Иначе я уйду.

Он поднял руки, словно сдаваясь.

– Добро.

– Ну а ты-то? – я приподняла бровь, решив перевести разговор. – Я тоже о тебе ничего не знаю.

– О, моя жизнь намного интереснее, чем твоя, – его глаза сверкнули, и он сделал глоток пива, словно готовясь к увлекательному рассказу. – Родился и вырос здесь, в Питере. Учился в Политехе, на бизнес-аналитика – вся эта муть про цифры, прогнозы, как бабки делать. Выпустился с красным дипломом, между прочим. Но работать по этой ерунде? Не, скучно. Сидеть в офисе, пялиться в Excel? Не моё. Сейчас у меня своя рок-группа. Пишем треки, играем по клубам. Вот это жизнь, Катя. Не твои свадьбы и не твой доктор с его кушеткой.

Я фыркнула, но не смогла сдержать улыбку. Его квартира – чистая, светлая, с гитарами в углу и тремя мониторами, на которых всё ещё мигали графики – вдруг начала складываться в неожиданный пазл. Красный диплом? Рок-группа? Этот наглый сосед с пивом оказался куда интереснее, чем казалось.

– Серьёзно? – прищурилась я. – Красный диплом, а теперь гитары и пиво? Не думала, что ты такой… многогранный.

Он расхохотался, сверкнув тёмными глазами.

– Многогранный, говоришь? – подмигнул он, наклоняясь ближе. – Это я ещё не показал, как играю. Хочешь, достану гитару? Или боишься, что после этого твой доктор совсем померкнет?

– Мечтай, – ответила я, закатывая глаза, но смех всё же вырвался наружу. – Твоя группа, небось, три аккорда бренчит, а ты уже звездой себя возомнил.

– Ох, соседка, ты меня недооцениваешь, – его голос стал ниже, с привычной циничной ноткой. – Давай так: одна песня, и ты сама решишь, звезда я или нет. Если тебе понравится – признаешь, что я круче твоего доктора.

Я покачала головой, но не сдвинулась с места.

– Ладно, Макс, – сказала я, прищурившись. – Одна песня. Но если это будет какой-нибудь твой тяжёлый рок, я вылью это пиво тебе на голову.

Глава шестая.

Голова трещала так, будто в ней поселился пьяный оркестр, решивший сыграть симфонию на кастрюлях. «О, великий похмельный бог, за что ты так со мной?» – мысленно взывала я к потолку, который, кстати, почему-то наклонялся в разные стороны.

Постель пахла так, словно здесь ночевал пивной бар вместе с пиццерией. Я сморщила нос так сильно, что, наверное, могла бы разрезать им помидор.

Воспоминания вчерашнего вечера всплывали в голове, как кадры из фильма «Как я провела ночь, или Почему мне нельзя пить». Максим, пиво, пицца… танцы?! О боже, мы реально танцевали! Я, солидный человек с высшим образованием, кружилась по квартире с соседом, который, кажется, считал себя вторым Джимми Хендриксом.

«Катя, ты точно сошла с ума», – мысленно отругала я себя, сползая с кровати со скоростью улитки на пенсии.

После душа, где я надеялась смыть не только пот, но и позор, я, завернувшись в полотенце, поплелась за кофе. И тут – бац! На моём диване сидит ОН. С моим ноутбуком! Я вскрикнула от неожиданности.

– Чего орёшь, как будто увидела призрака? – спросил Макс, попивая мой кофе, как будто это его личная кофейня.

– Ты как сюда попал?! – я вцепилась в полотенце, а оно как нарочно начало сползать. «Классика, девушка в одном полотенце, и оно падает»

– Дверь была открыта, – пожал он плечами с видом невинного младенца. – А ноут твой я взял, потому что ты вчера умоляла меня узнать всё про твоего доктора.

Я замерла, чувствуя, как внутри всё сжимается. Умоляла? Я? Да он точно издевается! Хотя… похмелье – штука коварная, возможно, я и не такое вытворяла.

– Оденься, пожалуйста, – добавил он, отводя взгляд с наигранной скромностью. – Мы хоть и друзья, но я всё-таки мужчина, имей хоть каплю приличия.

– Свали нахрен из моей квартиры, – прошипела я, сжимая полотенце так, что костяшки побелели. – И не смей называть нас друзьями!

– Эй, полегче на поворотах, – его ухмылка стала серьёзнее. – Я, между прочим, старался. Ты сама просила про доктора разузнать, чуть ли не на коленях умоляла.

– Подожди, – буркнула я, отступая к спальне. – Я сейчас вернусь, и ты мне всё расскажешь. Но если ты врёшь, Макс, клянусь, я вышвырну тебя с балкона!

– Даже не думал, – он подмигнул. – Жду тебя здесь, мисс «Я-всё-помню-и-ни-капельки-не-пью».

Его смех, низкий и хриплый, преследовал меня даже за закрытой дверью спальни. «Ну уж нет, сосед, не на ту напал», – думала я, натягивая джинсы и свитер. Волосы кое-как пригладила – пусть не думает, что я из-за него волнуюсь.

Вернувшись в гостиную, я плюхнулась в кресло с таким видом, будто это он у меня в гостях, а не наоборот. Максим всё ещё сидел на моём диване, как у себя дома, и листал что-то на моём ноутбуке. Ха! Щас!

– Отдай! – я выхватила ноут из его рук так быстро, что он даже не успел среагировать. – Говори.

Он откинулся на спинку дивана, его тёмные глаза блеснули – видно, наслаждался моментом. Ну-ну, посмотрим, кто тут ещё выиграет.

– Твой доктор, соседка, тот ещё фрукт, – начал он, постукивая пальцами по пустой кружке. – Николай Воробьёв, тридцать два года, врач скорой помощи. Работает в Первом меде, ночные смены – всё как положено. Но знаешь что? Твой «рыцарь в белом халате» – тот ещё сердцеед!

Я напряглась, но постаралась не показать виду.

– У него, видишь ли, репутация любителя вечеринок. И не только вечеринок, – он сделал театральную паузу. – Девчонки из его бригады говорят, что он мастер пускать пыль в глаза. Прогулки под луной, куртка на плечи, поцелуйчики – его любимая схема. А дальше, – он многозначительно поднял бровь, – кушетка, романтика… И через неделю он уже с новой пассией.

Внутри всё сжалось, но я тут же взяла себя в руки.

– Ты врёшь, – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Откуда ты это взял? Сидел в баре и слушал сплетни?

– Не совсем, – он пожал плечами, но ухмылка стала ещё шире. – У меня есть знакомый в Первом меде. Он рассказал. Твой Николай – парень видный, но, говорят, меняет девушек быстрее, чем перчатки на смене. Не успеешь оглянуться, как он уже с новой «звездой вечеринки».

«Спокойно, Катя, – говорила я себе. – Не верь ему. Он просто хочет тебя задеть».

– Ты просто завидуешь! – выпалила я, хотя в глубине души понимала, насколько жалко это звучит.

Максим расхохотался, едва не пролив кофе на мой диван.

– Завидую? – он приподнял бровь, глядя на меня с откровенной насмешкой. – Соседка, я тебе чистую правду говорю, а ты уже в защиту своего драгоценного доктора кидаешься. Ладно, не веришь – проверь сама. Позови его на свидание, посмотри, как он себя поведёт. Только потом не говори, что я не предупреждал.

Я молчала, глядя на него. Его тёмные глаза сейчас были серьёзными, несмотря на привычную ухмылку, и это сбивало с толку. Максим был невыносим, но я чувствовала – он не врёт. И это пугало. Потому что если он прав, то весь мой хрупкий роман с Николаем рассыплется, как карточный домик.

– Зачем тебе это? – спросила я тихо, глядя ему прямо в глаза. – Почему ты вообще влез в это? Я же тебя не просила… или просила?

Он хмыкнул, отставляя кружку и наклоняясь ближе. Его лицо оказалось так близко, что я снова уловила хвойный аромат его одеколона.

– Просила, соседка, – сказал он, и его голос неожиданно стал низким, почти мягким. – Вчера, когда мы допивали… кажется, шестую бутылку, ты разнылась, что не знаешь как вести себя с этим доктором, что хочешь настоящей любви. И я, как настоящий друг – он сделал театральную паузу, – решил помочь. Не благодари.

Он вдруг скривился, будто съел что-то кислое:

– Ещё что-то про какую-то книгу, в которую ты попала… но это я списал на пьяный бред.

– Я не ныла, – буркнула, отводя взгляд. – И ты мне не друг.Я почувствовала, как щёки заливает краска. Я это сказала? Боже, сколько же я вчера выпила?

– Ой, да ладно, – он рассмеялся, развалившись на диване. – Ты вчера так расхваливала меня, что я чуть не поверил, что я «лучший сосед на свете». А ещё мы танцевали, между прочим, и ты двигалась довольно зажигательно!

Я закрыла лицо руками, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Танцевала? Пела? Это был не роман, а какой-то абсурдный спектакль!

– Убирайся, – сказала я, вставая и указывая на дверь. – Серьёзно, Макс. Проваливай.

Он поднялся, всё ещё ухмыляясь, и направился к выходу, но вдруг остановился:

– Слушай, я тут подумал…

– Что ещё?

– Ты… – он запнулся, и его взгляд неожиданно стал серьёзным, – когда ходила одеваться, бельё надела?

– Пошёл вон!

– Значит, нет, – протянул он с ухмылкой. – Ну что ж, раз мы всё решили…

– Что ты несёшь? – возмутилась я.

– План действий такой, – он потёр руки, будто готовился к чему-то грандиозному. – Раз твой доктор тот ещё фрукт…

– Он не фрукт! – попыталась возразить я, но Макс закатил глаза.

– Да помолчи ты хоть минуту, соседка! Я тут стратегический план строю!

Я подняла руки в сдающемся жесте. Его наглость была невыносима, но в ней было что-то… притягательное.

– Будем его в тебя влюблять по уши, чтобы не сбежал, – заявил он с серьёзным видом.

– Но…

– Никаких «но»! – перебил он. – Роллы любишь?

Я кивнула, всё ещё не понимая, к чему он клонит.

– Значит, встречаемся у меня сегодня в девять, – он достал телефон, будто сверяясь с расписанием. – И захвати виски, пивом тут не обойдёшься – дело то серьёзное.

Глава седьмая.

Телефон завибрировал, вырывая меня из мыслей о Максе и его сомнительных планах. Сообщение от Ани:

«Кать, подъём! Новый клиент – тот самый бизнесмен с днюхой. Встреча в 14:00, «Метрополь» на Садовой. Будет огонь! Не опаздывай!»

«Метрополь»… Мрамор, хрусталь и цены, от которых глаза на лоб лезут. Если клиент выбрал такое место, значит, заказ серьёзный. И, скорее всего, дорогой.

Быстро допив кофе, я метнулась к шкафу. Тёмно-синее платье-футляр – строго, но с изюминкой. Волосы в пучок, серьги, макияж. В зеркале отразилась деловая леди, готовая к битве за клиента.

«Катя, соберись! – мысленно прикрикнула я на себя. – Никаких мыслей о соседях-рокере!»

Выбегая из квартиры, едва не споткнулась о коробки с бутылками у двери Максима. «Вот же… музыкант доморощенный», – фыркнула я, но губы сами растянулись в улыбке.

В «Метрополе» пахло богатством: дорогие духи, хрусталь, бархат. Официанты скользили между столиками с видом королей. Я почувствовала себя Золушкой на балу.

Аня, как всегда, была в ударе. Её рыжие волосы собраны в хвост, чёрный костюм с красной блузкой – настоящая бизнес-дива!

– Кать, это наш шанс! – шипела она, пока метрдотель вёл нас к столику. – Я уже вижу яхты, фейерверки, деньги!

– Ань, остынь, – толкнула я её локтем. – Вдруг он захочет торт в виде Кремля или цирк с медведями?

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась Аня, поправляя красную блузку. – Главное – зацепить клиента. А там уж мы его… обработаем!

Я нервно улыбнулась, пытаясь не выдать своё волнение. Три месяца на то, чтобы прожить эту книгу… Успею ли? А если этот заказ затянется? Мысли крутились в голове, как белки в колесе.

Метрдотель подвёл нас к столику, и я замерла. За ним сидела не солидный бизнесмен, а молодая девушка – настоящая бизнес-леди в сером костюме-двойке. Её тёмные волосы были собраны в идеальный пучок, а взгляд мог заморозить даже июльское солнце.

– Екатерина, Анна? – произнесла она с лёгким, почти неуловимым акцентом. – Меня зовут Виктория. Присаживайтесь.

Мы с Аней обменялись озадаченными взглядами. Аня незаметно поправила причёску, явно пытаясь соответствовать этой «железной леди».

Виктория, не теряя времени на любезности, открыла папку. Её идеально ухоженные пальцы скользнули по документам.

– Я представляю интересы клиента, – начала она. – Двадцать третьего ноября состоится его день рождения. Требуется организация мероприятия высшего уровня.

Она протянула нам папку, и я едва не поперхнулась, прочитав список требований. Яхта на Неве, живая музыка от какой-то жутко дорогой группы, фейерверк над Петропавловкой, меню с трюфелями и устрицами, фотозона в стиле «Гэтсби», ледяные скульптуры… И это только начало!

– Ничего себе! – выдохнула я, стараясь не выпасть из кресла от удивска. – И кто же этот щедрый заказчик?

Аня уже строчила в блокноте со скоростью пулемета. Похоже, этот заказ мог стать либо нашим пропуском в высшую лигу, либо гробом для репутации – золотая середина тут не предусмотрена.

Виктория прищурилась, и на её лице промелькнула едва заметная ухмылка.

– Мой клиент предпочитает оставаться инкогнито до подписания договора, – отчеканила она тоном человека, привыкшего к подобным вопросам. – Скажем так: это тот, кто может позволить себе самые высокие стандарты. Если проект вас пугает – отказывайтесь прямо сейчас.

Аня тут же взвилась:

– Пугает? Да мы ради таких проектов и живём! – выпалила она, а я мысленно схватилась за голову. – Правда, Кать?

Когда можем встретиться с заказчиком?

– После того, как подготовите детальный план и бюджет, – Виктория захлопнула планшет с характерным щелчком. – Если его всё устроит, он выйдет на связь лично. Но предупреждаю: он не прощает промахов.