Грязная игра

Тим пожимает плечами:

— Немного.

Алекс вспоминает:

— Отличница, работает где-то после учёбы, вроде бы дизайнер, и, говорят, она ещё сама шьет одежду.

Отличница? Вот почему она так старается. Сложно принять, что она больше не лучшая. Теперь все ясно. А вот про дизайнерство я не знал, и про её работу тоже.

Тим добавляет:

— Мэдди почти всегда рядом с ней. Если хочешь что-то узнать — проще спросить у нее.

Я лишь киваю. Сам не понимая, зачем вообще завёл этот разговор.

...

Снова тренировка. Тренер кричит:

— Сегодня играем так, будто финал уже завтра!

Столкновения жесткие. Отрабатываем все, что только можно. Тренер опять устраивает игру между командами. Я постоянно подсказываю своим:

— Левее!

...

— Закрывай синюю!

...

— Быстрее возвращаемся!

Тренировка заканчивается мини-матчем. Наша команда выигрывает, но тренер все равно остается недовольным, словно мы играли как последнее дерьмо.

— Вам еще далеко до той игры, которую я хочу видеть.

Это заставляет всех собраться ещё сильнее.

...

Мы возвращаемся домой без сил.

Тим пытается приготовить ужин, и едва не сжигает бедную курицу. Хантер же молча отбирает у него сковородку.

Джим включает приставку, а Алекс одновременно напоминает всем о завтрашнем тесте. Вся гостиная превращается одновременно в игровую, столовую, и учебный класс.

Я помогаю Алексу объяснить тему Лиаму. Но Лиам все равно ничего не понимает. Потом я сам сажусь повторять материал. Я никогда не откладываю учёбу, если речь заходит о тестах. Именно поэтому с тестами у меня не будет никаких проблем.

Представляю, как завтра нелегко придется новенькой, которая нихрена не способна за нами успеть.

...

Перед сном выхожу на балкон с кружкой чая в руках. В голове слова родителей, чемпионат, учёба. Как мне это все разгрузить? Почему я вечно что-то должен...

Скоро чемпионат, а мысли заняты другим. На учёбу я всегда тратил меньше времени, чем мог бы. А вот над словами родителей пора задумываться, и над словами агента, раз это действительно сделает мою репутацию лучше.

Вот бы рядом была какая-нибудь девчонка... которой я не нужен, но которая целеустремлённая в чем-то своем, а не в том, чтобы залезть в мою постель.

Мне приходит в голову ахуительная идея.

Я усмехаюсь про себя:

— Какая же ты странная, Харрис...

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ | Сделка

«Нет такой проблемы, которую я бы не могла создать» — Анжелика.

Это катастрофа!

С самого утра я нервничаю из-за первого теста. Я перечитывала конспекты почти до двух часов ночи, проверяла материал за завтраком, даже по дороге в университет я читала определения в телефоне.

— Ты выглядишь так, будто идёшь не на тест, а на казнь... — подмечает Мэдди.

Конечно, я ведь вообще не знаю программу Веллингтона! Почему в Рейвеншире я училась на том же факультете, но проходили мы совершенно иное? Лучше бы я туда вообще никогда не поступала... не была бы такой тупой, и не встречалась бы с Диланом!

— Потому что это правда! Мэд, я ничего не знаю!

Я не разрешаю себе плакать. Учёба учебой, но мои нервы не стоят этого, тем более если преподаватель действительно относится ко мне предвзято. Именно так я и считаю. Именно ко мне, как к новенькой, он придирается. Что за несправедливость?

Я боюсь снова провалиться.

...

Преподаватель раздает варианты.

Когда мистер Скотт подходит ко мне, он неожиданно кладет передо мной отдельный лист. Формулировка заданий отличались от остальных. Даже оформление выглядело иначе. Будто его нашли первым же запросом в интернете.

Все остальные получили одинаковые задания. Я — совершенно другое. И я сразу напрягаюсь.

— Мисс Харрис, поскольку вы перевелись недавно, для вас отдельный вариант. Посмотрим, насколько быстро вы сможете адаптироваться.

Некоторые студенты начали перешептываться. Мне стало неловко.

Вопросы действительно проще, чем у остальных. Но мне ничего это не дает. Проблема в том, что задания основаны на темах, которых в Рейвеншире вообще не изучали! И он знает это!

Да чтоб его! Он смеется надо мной? Неужели он считает меня настолько упрямой? Я же стараюсь...

Чувствую теперь себя ещё хуже. Паника нарастает. Меня бросает то в жар, то в холод. Руки трясутся, потеют. Да что со мной вообще происходит?

За несколько минут до начала теста краем глаза я вижу, как Стивен специально пересаживается за парту прямо позади меня. Чем я это заслужила... чёрт.

Через пару минут после начала теста я слышу шепот, и тёплое дыхание у шеи:

— В третьем вопросе подумай про сегментацию.

Он специально хочет меня запутать? Зачем он бубнит мне ответы? Это же точно неправильно.

Я делаю вид, что ничего не услышала.

Спустя ещё пару минут снова слышу шепот, и его дыхание настолько близко, что я даже вздрагиваю.

— Харрис, шпаргалки? — Говорит профессор, но я мотаю головой:

— Никак нет.

Он лишь хмыкает, продолжая что-то читать за своим столом. Сука. Я убью Стивена Келли, клянусь!

Парень словно слегка усмехается, и шепчет:

— Не второй вариант.

Я злюсь. Он издевается надо мной!

Именно между вторым и четвёртым вариантом я сомневалась. Но четвёртый больше даже подходит. Получается... он действительно прав.

Через несколько минут снова шепчет:

— Формулу вспомни. Вывод будет другим.

Я осторожно исправляю ответ, постепенно начиная доверять его подсказкам.

При этом мы ни разу не смотрим друг на друга. Все происходит почти незаметно. Даже препод не замечает нас.

В конце теста я впервые чувствую, что, возможно, написала его не так уж и плохо.

Со звонком студенты выходят из аудитории. Ко мне подбегает Мэдди.

— Как все прошло?

— Лучше, чем ожидала.

Но я не говорю о помощи Стивена. Не понимаю только, зачем он это сделал...

Пока мы разговариваем, мимо проходят хоккеисты. Я встречаюсь со Стивеном взглядами. Ничего не говорю ему, но, надеюсь, в моем взгляде видна благодарность.

...

После всех занятий я почти бегом отправляюсь в Мапл.

В кафе было очень много посетителей. Музыка была громкой и точно не для моих ушей. Я убавила звук. Быстро переоделась, и побежала разносить заказы.

— Это вам на чай. — Мужчина с улыбкой кладет в баночку два доллара и мелочь.

Приятно.

Я пожелала ему хорошего дня.

Но хорошее настроение длилось недолго.

Другая клиентка общается со мной как с подружкой: принеси-подай. Да даже к подружкам так не относятся. Ладно, Анжела, это общепит... будь готова ко всему.

В будни всегда некогда присесть. Во время короткого перерыва я снова думаю о Стивене.

Почему он помог мне? Неужели чувствует вину за ту ночь? Но он ведь не из тех, кто в принципе способен чувствовать вину...

Стивен

Сегодня все получается идеально. Тренер впервые за долгое время доволен. Мы играем почти без ошибок.

После тренировки Тим предлагает всем поехать куда-нибудь перекусить, ведь не хочет, чтобы та история с пересоленными макаронами повторилась.

Джим вспоминает:

— Тут Мапл недалеко.

Я мгновенно вспоминаю слова Алекса о том, что Харрис работает именно там. И я спокойно соглашаюсь. Ещё бы я не согласился... ведь понимаю, зачем на самом деле я туда еду.

...

Мы приходим в кафе почти перед закрытием. До закрытия оставалось двадцать минут. Каждый заказывает что хочет.

На удивление, Анжелика обслуживает нас максимально спокойно и с улыбкой. Будто мы с ней незнакомы.

Парни быстро едят, даже успевают что-то обсудить. В этот момент я наблюдаю за Харрис. Она протирала столики, поднимала стулья. Девушка выглядела уставшей и измотанной.

Когда последние посетители выходят, девушка начинает подметать пол. Остальные выходят и идут к машине. Я остаюсь под предлогом, что хочу заказать колу.

В кафе становится очень тихо.

Харрис, услышав то, как я подошёл к стойке, спрашивает:

— Что-то еще?

— Колу.

— Обычную, без сахара, ванильную, вишневую?

— Любую.

— Любую не продаю.

И только когда она обернулась, то сразу застыла. Даже у меня по коже пробегают мурашки от такого пристального взгляда.

— Ты.

— Я.

Девчонка шумно выдохнула:

— Мы закрываемся.

— Заметил.

— Тогда зачем пришел? — Серьезно интересуется она.

— За колой.

— Врешь... — усмехнулась она.

— Да.

Харрис молча взяла тряпку и снова отвернулась:

— Значит, дверь там.

— Не так быстро.

— Я не на свидании. — Уже серьезнее отвечает она.

— Это хорошо. Я тоже.

Она усмехнулась:

— Не знала, что ты умеешь приходить к девушкам без скрытых мотивов.

— Не умею.

Девушка резко обернулась:

— Хоть в чем-то честен.

Повисла тишина.

Я внимательно смотрю на нее.

— Сегодня тест неплохо написала.

Анжелика нахмурилась:

— Благодаря тебе.

— Ты все-таки решила меня послушать.

Я едва сдерживаю довольную улыбку.

— Не сразу.

— Заметил.

Она опиралась ладонями о стойку.

— Сначала думала, что ты специально пытаешься меня завалить.

— Почему?

— Потому что мы почти незнакомы.

— После той ночи это странное слово.

Ее лицо мгновенно стало серьезным:

— Не начинай...

— Почему?

— Потому что я сказала — это была ошибка! — Возражает та.

Харрис очень старается быть спокойной, но это у неё очень плохо выходит.

— Ты повторяешь это уже второй раз.

— И повторю третий.

— Не поможет... — усмехнулся я.

— Что именно?

— Убедить себя.

Она раздраженно покачала головой:

— Господи, ты всегда такой самоуверенный?

— Только когда уверен.

— В чем?

— В людях.

Она коротко рассмеялась:

— Тогда поздравляю. Ты ошибся.

— Не думаю.

— Ты меня вообще не знаешь.

— Зато видел, какой ты становишься, когда перестаешь все контролировать.

Эти слова попали точно в цель.

Анжелика медленно выпрямилась:

— Не смей делать вид, будто знаешь меня по одному вечеру.

— А ты не делай вид, будто его не было.

Она молчала несколько секунд. Либо пусть кончает дерзить, либо пусть дальше слушает мои подколы, которые так раздражают её.

— Я жалею об этом.

— Возможно.

— Возможно?

— Я верю, что ты жалеешь о последствиях.

Она прищурилась:

— А не о самом вечере?

Я выдержал ее взгляд.

— Это уже другой вопрос.

Она почувствовала, что начинает злиться.И именно это раздражало сильнее всего.Я говорил спокойно. Без давления. Без насмешек. Будто заранее знал, какие слова выведут ее из равновесия.

— Ты невозможный! — Воскликнула она.

— Уже слышал.

— Тогда услышь еще раз!

Она подошла ближе, остановившись всего в шаге:

— Никогда больше не смей использовать ту ночь как аргумент.

— Тогда не заставляй меня.

— Это угроза?

— Пока нет.

Она снова сверлит меня взглядом.

— Тогда не заставляй меня вспоминать ту ночь.

Сложно будет. Просто очень хочется повторить.

— Ты сейчас серьезно?

— Абсолютно...

Харрис отвернулась, взяла ведро, и направилась к подсобке.

— Разговор окончен.

— Нет.

Она воскликнула:

— Да что ещё?

Я замолчал. Как же мне нравится, когда она вот так психует. Её очень легко прочесть.

— Мне нужна девушка.

Она нахмурилась:

— Поздравляю. В университете их несколько тысяч.

— Меня интересует одна.

— Тогда найди ту, которая согласится терпеть твой дерьмовый характер.

— Уже нашёл.

Она горько усмехается:

— Нет...

— Ты даже не знаешь, что я хочу предложить! — Воскликнул я, на что она едва не кричит:

— Мне и не интересно! Стивен Келли, выйти из моего кафе нахрен, пожалуйста!

— Фиктивные отношения. — Уточняю я.

На несколько секунд в кафе становится абсолютно тихо. Даже холодильник за стойкой будто перестал гудеть. Харрис моргнула:

— Прости... что?

— Ты будешь моей девушкой.

— Нет.

— Формально.

— Нет.

— На людях.

— Я сказала — нет! — Вновь отвечает она.

Закатывая глаза, я возражаю:

— Никто никого не заставляет влюбляться! Трахаться тоже не заставляет!

Она рассмеялась, на этот раз громче:

— Господи, ты вообще слышишь, как это звучит?

— Вполне.

— После того как мы переспали ты приходишь ко мне на работу и предлагаешь изображать счастливую пару?

— Именно.

— Ты сумасшедший.

— Возможно.

Девчонка подходит ближе. Её взгляд полон ненависти. Она тычет мне указательным пальцем в грудь.

— Слушай внимательно. То, что случилось между нами, останется единственной ошибкой в моей жизни, связанной с тобой.

Я спокойно отвечаю:

— Не уверен.

— А я уверена.

Она скрещивает руки на груди, и недовольно пилит меня взглядом.

— Тогда почему ты до сих пор злишься?

— Потому что ты выводишь меня из себя!

Она кричит так, будто кончает, а не злится. Хотя, если ее так возбуждает ненависть ко мне, то оба варианта верны.

— Значит, не безразличен.

— Не льсти себе.

— И все же ты продолжаешь со мной спорить.

— Потому что ты стоишь посередине моего кафе и несёшь полный бред!

Я усмехнулся:

— Хорошо. Тогда без эмоций.

Я засунул руки в карманы толстовки, и объяснил все конкретнее:

— Мой агент хочет, чтобы у меня появились стабильные отношения. Отец поддерживает. Клубу нужен капитан без скандалов. Мне нужен убедительный образ.

— И ты решил использовать меня?

— Я решил предложить сделку.

— Это одно и то же.

— Нет.

— Для меня — да.

— Насколько я знаю, ты у нас дизайнер. Так вот, я буду платить тебе, помогать с учебой, и помогу с продвижением. Будешь заниматься дизайном и шить одежду.

Она обошла меня, словно собираясь закончить уборку.

— Найди другую девушку.

— Не могу.

— Почему? — Спрашивает она.

— Потому что большинство девушек согласится только ради меня.

— А я?

— А ты согласишься только если это будет тебе выгодно.

Она театрально хлопает мне, говоря:

— Самоуверенность тебя когда-нибудь погубит...

— Возможно.

Она раздраженно ставит ведро на пол:

— Тогда ответ прежний — нет!

Я молчу несколько секунд. Она ещё пожалеет, что подумала об отказе. Все-таки мне хотелось её шантажировать, но другого варианта нет.

— В университете никто не знает, где недотрога из Рейвеншира проснулась после вечеринки.

— Ты не посмеешь... — по её взгляду уже видно, как она завелась.

Ещё чуть-чуть, и она расплачется.

— Слышали бы они твои сладкие стоны. То, как ты просила меня двигаться глубже...

— Прекрати!

Она кидает в меня какую-то тряпку. Оборачиваюсь, и через стекло вижу, что парни уже светят мне фарами.

— Это низко! — Говорит она.

— Да.

— Ты даже оправдываться не будешь?

— А смысл? — Усмехаюсь я. — Ты права.

Она ожидала чего угодно: шутки, самодовольство, спор. Но не спокойного признания.

— Тогда зачем?

Тяжело выдыхая, я отвечаю:

— Потому что иногда приходится выбирать между плохим вариантом и очень плохим.

Она долго молчала, пока мыла полы. Ещё хотела дать мне колу за свой счет, но я отказался. Не нужны мне подачки от неё.

— Мне нужно подумать. — Говорит она, закрывая дверь на ключ.

— До завтра.

— Это слишком мало... — скорее отчаянно говорит она, чем со злобой.

— Достаточно.

Девушка устало вздыхает, после чего я протягиваю ей деньги.

— Доедешь до общежития. Жду завтра после пар.

Она молча кивнула, и я направился в машину.

ГЛАВА ПЯТАЯ | Сделка с дьяволом

«У меня классный характер, просто у людей какая-то слабая психика» — Стивен.

Это самое бредовое, что я когда-либо слышала. Фейковые отношения? Серьезно? Неужели Стивен настолько далек от здравого смысла?

Я не знаю, каково это... встречаться не по-настоящему. Это даже звучит как полный бред!

Я почти не сплю. Постоянно вспоминаю разговор в кафе. Перед глазами снова и снова возникает спокойная морда этого ублюдка. Он почти ни разу не повысил голос, пока буквально загонял меня в угол!

Отказаться я не могу. Иначе все узнают о том, что недотрога из Рейвеншира сразу после расставания с одним придурком прыгнула в постель к другому придурку. Я только начала жизнь в этом гребаном университете!

Рассказать все Мэдди тоже нельзя. Она ведь даже не знает, что я спала именно со Стивеном! Сука, где я так провинилась, что теперь терплю это все?

Перевестись ещё раз тоже не выйдет. Ни один университет меня не возьмёт. Да и слухи между студентами разных университетов разлетаются как горячие пирожки. Сделать вид, что ничего не было — ещё хуже. Да тут каждый вариант хуже предыдущего!

А если Стивен все же расскажет, и об этом узнает Дилан? Это будет такой кошмар... он же убьет меня!

...

Я даже решила не краситься. Подруга сразу замечает, что со мной что-то не так.

— У тебя все хорошо?

— Достала эта учеба... — устало вздыхаю я.

Кажется, она не верит мне, но и не спорит.

По дороге в университет я почти не слушаю её разговоры, зато постоянно оглядываюсь. Мы со Стивеном ещё даже не поговорили, а мне уже кажется, что все знают, где я ночевала после вечеринки. Хотя никто даже не смотрит в мою сторону.

...

На занятиях я совершенно не могу сосредоточиться. Преподаватель несколько раз задаёт мне вопросы, но отвечаю не сразу.

В тетради вместо конспекта снова и снова пишу одну и ту же фамилию:

Келли

Потом раздраженно зачеркиваю.

На перемене я случайно вижу его в другом конце коридора. Он о чем-то бурно разговаривает с командой. Даже не смотрит на меня. Это неожиданно выводит меня из себя.

Ему вообще все равно?

...

После последней пары долго не могу решиться.

В итоге я буквально заставляю себя пойти к ледовой арене. Каждый шаг кажется неправильным. Но если я иду туда — значит, уже согласилась.

Арена встретила меня почти звенящей тишиной. Только глухие удары шайбы о борта разносились по пустым трибунам.

Стивен был один.

Он снова и снова разгонялся от одних ворот к другим, будто не замечал ничего вокруг. Очередной щелчок — шайба с грохотом ударилась о штангу. Ещё одна. Ещё.

Только спустя несколько минут он замечает меня, подняв голову.

— Я уже думал, что не придешь... — усмехается он.

— А что, уже был готов записывать ролик?

— Да. Рассказывал бы во всех подробностях, как ты скулила, когда сидела на моем лице.

— Фу, боже! — Восклицаю я. — Я не сидела на твоем лице!

— А вот я бы поспорил...

— Я пришла сюда не ради шуток. Если бы ты только знал, как сильно я тебя ненавижу.

— Знаю.

Каждое слово давалось мне с трудом:

— Я... согласна.

— Это было настолько тяжело произнести? — Он поднял брови, отчего я вздохнула:

— Меня сейчас тошнит от самой себя.

— Не от себя. От ситуации.

— Не строй из себя человека, который меня понимает.

— Пока не пытаюсь.

— Отлично. Потому что ты не победил.

— Я так не считаю... — он закатил глаза.

Я протягиваю ему листок с условиями.

1. Не влюбляться.

2. Ты не распоряжаешься моей жизнью.

3. Ты не приходишь ко мне на работу без разрешения.

— Третий пункт такой страшный? — Смеется он.

— Да. Читай дальше.

4. Нам придется часто появляться вместе .

5. Никаких попыток командовать мной.

6. Никто никогда не узнает, что произошло на той вечеринке .

— Насчёт четвертого пункта, я тебе так скажу, мы будем появляться везде.

— Ещё чего...

— Тогда никто не поверит, что мы действительно пара.

— Ты такой придурок!

— Не переживай, я очень благодарен тебе за помощь. Ещё, надеюсь, целоваться ты умеешь.

— Но не настолько часто. С тобой даже рядом стоять невыносимо!

— Не представляю... — он усмехнулся.

— Я могу идти, любимый?

На последнем слове я нарочно скривилась. Стивен улыбнулся:

— Конечно, милая. Завтра, когда я зайду в аудиторию, то сяду рядом с тобой, и мы поцелуемся. Не забудь потренироваться, или что ты там обычно делаешь перед поцелуями...

— Да пошёл ты! — Кричу я, хлопая дверью.

И снова я забываю спросить его номер телефона. Упс.

Стивен

Дверь арены громко захлопнулась. Тишина вновь заполняет ледовый дворец.

— Упрямая...

Сам не замечаю, что усмехаюсь.

Она сопротивлялась до последнего. Не просила жалости, не пыталась понравиться, и не искала оправданий.

Именно поэтому я был уверен, что она придет.

Я подбираю с лавки шлем, и снова выхожу на лёд.

Шайба легла на крюк. Щелчок. Попадание. Ещё одна.

Я двигаюсь почти автоматически. Но мысли были уже далеко не о хоккее.

Согласилась. Не потому что доверяла. Не потому, что я нравлюсь ей. Она согласилась исключительно потому, что умела просчитывать последствия.

Я это уважал.

Большинство девушек на ее месте устроили бы истерику, расплакались. Попытались бы меня унизить.

Анжелика же пришла договариваться. Даже сейчас она пыталась оставить за собой хоть какую-то власть. Контроль для неё — как кислород. Именно поэтому она записывала правила. Именно поэтому пыталась сделать их сделку похожей на контракт. Будто несколько строчек в её заметках способны защитить её от хаоса.

— Посмотрим, Харрис... — тихо произнёс я, направляя очередную шайбу в верхний угол ворот. — насколько тебя хватит...

ГЛАВА ШЕСТАЯ | Спектакль начинается

«Такое ощущение, что мою белую полосу в жизни кто-то снюхал» — Анжелика.

Я просыпаюсь раньше будильника. Сегодня все по другому. Будто с плеч свалился тяжёлый груз.

Несколько минут просто смотрю в потолок, понимая, что сегодня нам придется впервые играть роль пары.

Я долго выбираю наряд. Не хочу выглядеть так, будто специально наряжаюсь для Стивена. Решила сегодня одеться по обычному: чёрная юбка, белый шёлковый топ на тонких лямках, и чёрный жакет. Слишком классически для меня, или вообще как на похороны.

Итог: остаюсь недовольна собой.