Второй шанс. Для него

– Это не любой повод, Алекс. Я понятия не имел, что она в штатах, – говорит гораздо спокойнее. Как будто извиняется.

– Я все понимаю. Тут нет твоей вины. К тому же она уже уехала.

– Скорее всего уже на пути сюда, – глухо выдает он. И мне неприятно от этой мысли. Хотя я сама понимала, что скорее всего сразу отсюда она отправиться к нему. Но сейчас у меня проблемы посерьезней.

– Вот и встрется с ней. Обсудите все, что нужно. Ты лишь оттянешь время, если сорвешься ко мне. Ей есть, что сказать тебе, Нейт. И ты должен ее выслушать. Она, в конце концов, твоя жена.

Опять повисает тишина.

– Бывшая, Алекс. Бывшая жена. Нас развели вчера. Я только сегодня узнал от адвоката. Хотел вечером это отметить. Шампанское купил.

Которое мне теперь видимо нельзя, думаю про себя.

Но как признаться в этом Нейту, не представляю.

Даже мысль, что он, наконец, развелся не приносит ощутимого облегчения.

– Ты слышишь меня? – спрашивает Нейт, потому что я продолжаю молчать, утопая в своих вопросах.

– Слышу.

– Ничего не скажешь?

– Это давно уже не имеет для меня определяющего значения, Нейт, – отвечаю честно. – Я бы не была с тобой, если бы имело, – тут же поясняю, слыша его тяжелый вздох.

– Это имеет значение для меня, – тихо говорит Нейт. – Поэтому, как только я приеду мы с тобой поговорим. Обсудим все, что сегодня произошло. И ты мне честно расскажешь все, что чувствуешь. Никаких тайн и недоговоренностей, Алекс. Прошу тебя, не отдаляйся от меня.

– Я никуда не денусь, – перебиваю его. – Поговори с ней, Нейт. Я верю, что ты для себя все решил, но эта глава еще не закрыта. Не думаю, что она поставила точку.

– Она обидела тебя? – снова напирает на меня.

– Нет, она не сказала ничего такого, о чем я сама не думала.

– О чем ты думала? Черт побери, Алекс, я все-таки приеду.

Глубоко вздыхаю.

– Нейт, – говорю твердо. – Прекрати паниковать. Я не маленькая. Я хочу съездить в магазин, приготовить ужин и подождать тебя дома. Ровно так, как я планировала поступить до ее прихода. Не позволяй ей все портить. Не позволяй ей сомневаться в нас.

Звучит достаточно уверенно несмотря на то, что я чувствую себя в эпицентре землетрясения.

Как он отреагирует, не представляю. Я даже не могу понять, как отреагировала сама.

– Хорошо, – нехотя соглашается мужчина. – Я понял. Буду через пару часов.

– До встречи, Нейт, – скрываю облегченный вздох.

– Люблю тебя, – голосом упрямого мальчишки выдает он.

– И я тебя, – вторю ему, нажимая клавишу Отбой.

В изнеможении плюхаюсь в кресло и закрываю глаза.

Что делать не представляю.

Пялюсь в одну точку пару секунд, пока меня не накрывает ценами слез.

Волнение, страх, неопределенность, тревога все сплетается, выплескиваясь нескончаемым потоком.

Снова беру телефон и онемевшими пальцами набираю номер Джесс. Мне надо с кем-то поговорить. Иначе я просто сойду с ума.

– Привет, подруга, – весело тараторит подруга. – Твой тоже застрял на работе?

Я сглатываю, а потом вою в трубку, размазывая слезы по пылающим щекам.

– Джесс, приезжай, пожалуйста. Прямо сейчас, сможешь?

– Алекс?! Ты чего? Что случилось? – тут же меняет тон подруга. – Я уже еду, еду, ты только успокойся, трубку не клади, ладно?

– Ладно, – заикаясь, соглашаюсь с ней, чувствуя, наконец, облегчение.

– Рассказывай, что случилось. Давай прямо как на духу. Что он натворил? – слышу, как говорит кому-то адрес. – Я ехала в Остров на такси, разворачиваюсь и еду к тебе, 15 минут пути.

– Приходила жена Нейта. Прямо сюда, к нам домой, – и я вываливаю на нее все, что произошло. Весь наш разговор слово в слово. Все свои тревоги и сомнения.

Джесс внимательно слушает, одобрительно хмыкает, когда я рассказываю, что все же смогла ей ответить в конце нашего общения.

– Не вижу повода для слез, – говорит невозмутимо, – она и пальца твоего не стоит. И если ты думаешь, что Нейт вернется к ней, ты полная дура. Пошлет ее куда подальше, даже не сомневайся. Он любит тебя, дуреха. Я вообще не видела, чтобы кто-то кого-то так любил. Он дышать в твоем присутствии боится, не то, что замутить что-то с этой страдалицей. Открывайся, я приехала.

Я вскакиваю с кресла, дергаю дверь и повисаю на груди девушки.

– Все еще не понимаю причины всех этих слез, – почти смеется Джесс. – Ты чего, Алекс? ПМС?

Слезы усиливаются в сто крат.

– Задержка, Джесс, – шепчу прямо ей в плечо, пока она монотонно гладит мою спину ладонями прямо в дверях. Но после моих слов руки замирают. – 9 дней и еще меня вырвало сегодня. Два раза. – Отстраняюсь от нее и ловлю ее удивленный взгляд. – И живот болит, Джесс. Сильно.

Она смотрит на меня в полном ступоре пару секунд. Потом тяжело вздохнув, заталкивает домой и хлопает дверью.

– Так, – зарывается рукой в свои длинные волосы, – ты тест делала?

Отрицательно мотаю головой.

– Я полчаса назад только поняла.

– Нейту сказала? – внимательно смотрит на меня, вытирая мои слезы.

Снова мотаю головой.

– Как, Джесс? Как я ему скажу? Мы же не планировали. Мы это вообще никогда не обсуждали. Он же дочь потерял, вдруг он не хочет больше детей. Вдруг испугается, вдруг не захочет, чтобы не вспоминать Мегги.

– Ты ничего этого не узнаешь, пока не скажешь ему. А сказать все равно придется, – Джесс сосредоточена и серьезна, ни следа недавней улыбки. – Собирайся.

– Куда? – испуганно спрашиваю, заламывая пальцы. – К Нейту?

– В больницу, – парирует Джесс. – Надо убедиться, что с тобой все в порядке. Документы где? Ключи от дома, от машины?

Я растерянно озираюсь по сторонам. Хватаю ключи с комода. В голове ураган.

– Сумка в машине, ключи там же, – Джесс перехватывает ключи и выходит на крыльцо. Я послушно шагаю за ней. Закрывает двери, и идет к машине.

– Ты на пассажирское, я за руль, – командует мной, а мне так легче. Она так быстро берет инициативу. А мне, наверное, именно это и надо. Четкий план действий вместо эмоционального хаоса.

До больницы доезжаем в тишине. Джесс поглядывает на меня с тревогой, я же пялюсь в одну точку, сжимая ладони до ломоты.

Только на парковке вижу, как Джесс вся подбирается и поворачивается ко мне.

– Я должна спросить тебя, Алекс.

Я мотаю головой, потому что понимаю, что она спросит. Потому что не знаю, что ответить. И в тоже время точно знаю.

Джесс тяжело вздыхает.

– Ты сама хочешь этого ребенка?

Тишина повисает в салоне.

– Алекс?

Джесс ободряюще улыбается, когда моя рука неосознанно ложиться на живот.

Там скорее всего маленькая жизнь. Мальчишка, с голубыми глазами. Или девчонка с карими. Или, наоборот. Возможно, мальчик станет талантливым бизнесменом или архитектором, как папа. А девочка дизайнером, как я когда-то мечтала. Может быть у него будет счастливая семья. Ведь может? А если нет, то у него буду я.

– Пошли, – Джесс открывает дверь. – Все у тебя будет хорошо.

Как будто читает мои мысли. Как будто этот вопрос был скорее для меня, а не для того, чтобы она узнала ответ.

На стойке администратора нас долго оформляют, заставляют заполнять бесконечные анкеты, подписывать бумажки и отвечать на вопросы. Все это отвлекает, но лишь руки. Голова в полном раздрае.

Сидя в коридоре напротив кабинета УЗИ, Джесс крепко держит меня за руку, и я ловлю себя на мысли, что мне бы хотелось, чтобы это была рука Нейта. Сейчас, именно в этот момент я понимаю, что именно он должен быть тут рядом со мной. Хватаю сумку и начинаю искать телефон. Еще полчаса до приема, он должен успеть.

– Ты чего? – удивленно спрашивает подруга.

– Надо позвонить, – хрипло отвечаю, перерывая все содержимое. Телефона нет. – Я телефон видимо дома забыла. – Сокрушенно выдыхаю.

– Возьми мой, – разблокировав экран протягивает телефон, – Он у меня записан, как Редкостный мудак.

Я не могу сдержать смешок.

– Не успела переименовать, – пожимает плечами девушка.

– Переименуй, – прошу с улыбкой.

– Вот сейчас и посмотрим, заслужил он или нет, – не тушуется подруга. Ровно в тот момент, когда на экране ее телефона загорается «Редкостный мудак» под рингтон Металики.

– Легок на помине, – замечет Джесс, пока я гипнотизирую экран. – Возьмешь трубку?

Я судорожно вздыхаю. Ведь сама хотела позвонить, так почему так до дрожжи страшно принять вызов.

– Я могу ответить, сказать, что ты в душе, туалете или еще где, – тихо говорит Джесс. – Просто, чтобы он успокоился и перестал названивать. Этот парень не отстанет, это я точно знаю.

Отрицательно мотаю головой, но не принимаю вызов. Пошевелиться не могу. Все внутри затихает. Как сказать? Как подобрать слова?

– Ты не обязана говорить прямо сейчас, – успокаивает подруга. – Просто скажи, что жива-здорова, забыла телефон, скоро приедешь.

Обязана, думаю про себя. Я должна сказать.

Тыкаю в экран и подношу телефон к уху. Как будто это граната, а я только что оторвала чеку.

– Нейт? – шепчу едва слышно, прочищаю горло. – Это я Нейт.

Секундное замешательство на том конце. Я буквально чувствую его облегченный вздох. Могу поклясться, что он ерошит свои непослушные волосы в этот момент.

– Какого черта, Александра? – сипит в трубку. Нет тревоги, злобы и негодования. Тихое отчаянье. – Ты же обещала.

– Обещала? – не понимаю я.

– Обещала быть дома, когда я вернусь. Обещала не бросать меня.

– Я не бросаю, – вторю ему почти шепотом. – Не бросаю, Нейт.

– Тогда почему на твоей полке в шкафу ни хрена нет?

Я жмурюсь от тревожного озноба.

– Я никуда не ушла, – пытаюсь успокоить его и себя заодно. – Все вещи в стиральной машине, я просто про них забыла. Можешь проверить. Я оставила дома телефон.

– Я понял, – гораздо спокойнее отвечает Нейт. – С ума меня сведешь. Где ты? У Джесс? Я сейчас заберу тебя.

Вот и все. Время.

– Алекс? – нетерпеливо переспрашивает Нейт. – Поехали домой, прошу тебя. Мне надо тебя увидеть.

– Я не могу сейчас, Нейт, – выталкиваю из себя слова. Каждое слово жжет гортань. – Я в больнице.

– В больнице? – сначала спокойно, но почти сразу с тревогой. – В какой больнице? Что случилось? Почему не позвонила?

Засыпает вопросами, пока я пытаюсь что-то сказать. Бессовестно пользуясь этой передышкой.

– Алекс?! – вот теперь уже тянуть нельзя, понимаю я.

– Я скину тебе адрес, – руки ходят ходуном так, что телефон вот-вот вылетит из рук. – Ты приедешь?

Глупый вопрос конечно.

Конечно приедет.

– Скидывай, я выезжаю, – быстро говорит Нейт, видимо понимая, что ничего больше от меня не добьется.

Я протягиваю телефон Джесс. Она быстро набирает сообщение Нейту.

– Когда он сюда приедет, я не смогу ничем тебе помочь, – внимательно смотрит на меня своими встревоженными глазами. – И хоть я на 99,9% уверена, что он прямо тут умрет от счастья, но, если вдруг что-то пойдет не так, ты дашь ему отпор. Сама. Ты не позволишь ему на себя давить, собой манипулировать и решать за тебя.

Она говорит об аборте, понимаю я, инстинктивно обхватывая себя руками.

Быстро киваю. Откидываюсь на спинку кресла, закрываю глаза и просто считаю секунды.

Когда открывается дверь кабинета, и приветливая женщина называет мою фамилию, я дохожу до 1086. Встаю на ватных ногах.

– Тут подожду, – поджимает губы Джесс. – Подожду принца твоего. А то всю клинику разнесет.

Я быстро киваю, хотя страшно идти одной до одури.

Захожу в кабинет, закрывая дверь.

– Пока располагайтесь на кушетке и освободите живот, – мягко говорит врач.

Я ложусь, задирая рубашку до груди, приспуская джинсы.

– Подтвердить беременность? – спрашивает с улыбкой. – Задержка есть?

– Девять дней, – морщусь от холодного геля, который она начинает растирать по коже.

– Что-то беспокит?

– Тошнота и боль внизу живота, – то, как меня потряхивает видно невооруженным взглядом.

– Вы не волнуйтесь, – пытается успокоить меня женщина. – На маленьких сроках так бывает. Сейчас все посмотрим.

Прижимает датчик и начинает водить по животу. Туда-сюда, туда-сюда. Каждая секунда, как вечность в этой оглушающей тишине. Потом вдруг разворачивает ко мне экран.

– Смотрите.

Там маленькая черная точка на сером фоне.

– Это эмбрион. Пока он выглядит как маленький горошек, но буквально через месяц можно будет различить ручки, ножки и головку.

Слеза медленно стекает по моей щеке. Столько их было сегодня этих слез. Кажется ведро. Но именно эта слеза от счастья.

Там мой ребенок. Где-то внутри меня. Размером с горох. Маленькое чудо, которое так сильно захотело появиться на свет. И выбрало меня.

– Послушаем сердцебиение?

– А можно? – хрипло спрашиваю я.

– Конечно, вы не пугайтесь, у таких малышей сердечко бьется чаше, чем мы привыкли. Это совершенно нормально.

Я быстро киваю, пока она переключает какие-то кнопки. Комната заполняется сначала шуршащими звуками, а потом я начинаю слышать отчетливый и ритмичный. Стук сердца.

Врач едва успевает прибавить звук, когда дверь резко распахивается и на пороге появляется Нейт. Сначала непонимающе хмурится, а потом… потом понимает. И переводит на меня ошарашенный взгляд.

Глава 16

– Молодой человек, вас стучать не учили? – прерывает наш немой диалог врач. – У меня прием.

Я дергаюсь, датчик сбивается и звук тут же прерывается.

Слезы беззвучно льются уже без остановки, под этим взглядом.

– Молодой человек! – повторяет врач, и Нейт, наконец, отмирает. Встряхивает головой, как будто хочет проснуться, очнуться.

– Ему можно, – едва слышно выдыхаю я. – Если он хочет.

– Папа? – понимающе качает головой женщина. – Опаздываете, мы уже ваше творение со всех сторон посмотрели.

Нейт отрывает от меня глаза и упирается ими в экран.

То, что он не сказал ни слова с тех пор как зашел, пугает до чертиков.

Шок, который все еще плескается в его глазах, пугает не меньше.

– С малышом все в порядке, – продолжает как ни в чем не бывало врач. Как будто не замечает торнадо, в котором мы с Нейтом оказались. – А вот мамочку нужно поберечь. В матке небольшой тонус, вероятнее из-за переживаний, которые нужно исключить. От него и боли.

– Боли? – я не узнаю его голос, ловя этот выводящий из равновесия взгляд снова. – Какие боли?

– Живот болит, – чувствую себя ребенком. – Немного. И тошнит.

Нейт щурится, и я совершенно теряюсь.

– Тошнота это нормально, гинеколог расскажет, как с ней справляться. Я дам вам заключение, с ним пойдете вставать на учет.

Я понимаю, что прием закончен, вытираю живот салфетками, поправляю одежду и поднимаюсь с кушетки.

– Спасибо вам большое, – выдавливаю улыбку.

Врач же нажимает кнопки и из аппарат выходит меленький лист бумаги.

– Держите, – протягивает мне, и я вижу, что там скриншот с экрана с изображением малыша. – Папе отдадите, а то он пропустил все, а теперь видимо дар речи потерял от счастья.

Я снова благодарю женщину и мягко выталкиваю Нейта в коридор.

– Все нормально? – тут же вскакивает Джесс.

Я не свожу глаз с напряженной спины Нейта.

Почему ты молчишь?

Этот вопрос крутиться и крутиться в моей голове без остановки.

Он зарывается обеими руками в волосы, пока медленно шагает по коридору к окну. Упирается ладонями в подоконник и опускает голову.

О чем ты думаешь, черт тебя дери?

– Алекс? – Джесс снова обращает на себя внимание. Я перевожу на нее встревоженный взгляд. – Ты как?

Вымученно улыбаюсь и протягиваю снимок.

– Вот это горошек – мой ребенок. С ним все хорошо. Я слышала, как бьется его сердце. Представляешь, сантиметр роста, а сердце стучит, как пулемет.

Джесс рассматривает фото со всех сторон. А потом обнимет меня за плечи. Я обнимаю в ответ. Не знаю, что бы было если бы не она.

– Он в шоке, – шепчет на ухо. – Клянусь за все время знакомства с ним я ни разу не видела его таким.

Я быстро киваю.

– Сказал хоть что-нибудь?

– Ничего.

Джесс отстраняется и заправляет выбившиеся пряди за уши.

– Оставлю тебе машину. На всякий случай. Мне, наверное, лучше уйти, пойду вызову такси, – пускает волну паники по телу. С ней мне было спокойно. А теперь торнадо захватывает вновь. Она тут же сжимает мою руку, видя перемену.

– Ей не нужна машина, – вдруг сбоку раздается глухой голос Нейта. – Я сам ее отвезу.

Как будто меня тут нет. Это режет по сердцу, но я терплю.

– Ей нельзя нервничать, Стейтон, – щетинится Джесс. – Обидишь ее, клянусь я тебя закопаю.

Я сокрушенно мотаю головой, понимая, что Джесс перегибает палку.

Нейт игнорирует ее выпад. От него буквально исходят волны, которые я ощущаю своей спиной.

– Можем ехать, – тихо заканчиваю их перепалку, беру сумку из рук Джесс и шагаю к выходу. Нейт и Джесс идут сзади, как два стража.

Мысль, что сейчас я окажусь с Нейтом наедине в тесном салоне автомобиля нервирует.

Быстро прощаемся с Джесс, пока я забираю пакет с продуктами с заднего сиденья, который благополучно забыла после встречи с Летти. Кажется, эта встреча была в прошлой жизни, хотя прошло всего пару часов.

Нейт перехватывает пакет. Прикосновение его пальцев бьет током. Пытаюсь поймать его взгляд, но он смотрит исключительно себе под ноги. Открывает заднюю дверь, чтобы сложить мои покупки. Потом переднюю, чтобы я села. Забираюсь внутрь. В памяти всплывают воспоминания, как я так же садилась сюда у шлагбаума на въезде в клуб в первый раз. Чувства так похожи и, одновременно, такие разные. Так много всего произошло с того момента.

Нейт не торопиться, медленно обходит машину и делает пару вдохов и выдохов на улице, прежде чем сесть рядом.

– Домой? – хрипло выдает, глядя в лобовое стекло.

Что он подразумевает под этим «Домой» не имею ни малейшего понятия. Но все равно киваю. Теперь в памяти всплывает другая картинка, как он вез меня домой после нашей с Джесс вылазки в клуб.

Нейт дергает рычаг, и машина плавно трогается с места. Горло саднит от желания начать разговор, но в голове ни одной связной мысли. Все еще не понимаю его реакцию и не могу понять, как вести себя дальше. Начинаю с более безопасной, но не менее важной на данный момент для меня темы.

– Встретился с Летти?

Нейт вздрагивает, как будто не ожидал, что я вообще пророню хоть слово. Шумно выдыхает.

– Ты серьезно? – говорит глухо. – Хочешь сейчас обсудить Летти?

Я отворачиваюсь к окну и нервно тру мокрые ладони.

– Я не знаю, что сказать, Нейт, – тихо шепчу я, чувствуя, как последние силы покидают меня.

– Утром, когда ты сказала, что отравилась пастой, ты уже знала? – спрашивает хрипло. Я удивленно вскидываю брови, резко поворачиваясь к нему. – Когда я звонил тебе днем, знала? Когда…

– Нейт! – перебиваю, упираясь глазами в его напряженный профиль. – Я узнала вместе с тобой в кабинете УЗИ. Догадалась после того, как уехала Летти. Нашла свой календарик и поняла, что у меня задержка.

– То есть, когда я звонил тебе, когда собирался приехать, ты уже все понимала и промолчала. Заставила развернуть машину, убедила меня, что все нормально, – делает паузы, как будто ему трудно дышать. – А потом поехала к Джесс.

Я вижу, как ему трудно. Как он сжимает руль, который сейчас просто рассыпится в его ладонях. Как румянец покрывает напряженные скулы.

– Я испугалась, Нейт, – говорю едва слышно.

Машина резко виляет, сворачивая на обочину.

– Чего? – врезается в меня взглядом, когда машина замирает на месте.

– Твоей реакции. Ты и сейчас меня пугаешь, – чертовы слезы, которые только высохли на моих щеках, текут с новой силой, когда я набираю полную грудь воздуха. – Я не понимаю, как это произошло! Мы же были осторожны. Никаких промахов. А теперь твоя жена заявила, что мне еще успеть надо тебе ребенка родить, пока ты меня в отставку отправил. А я не торопилась никуда! Я не хочу думать, что ты остался со мной ради ребенка. Не хочу! Ты ведь его не хотел. Я даже не знаю хотел ли ты вообще детей после… после…

Замолкаю, закрывая глаза.

– После Мегги, – уже гораздо спокойней говорит Нейт.

Молча выруливает обратно на дорогу.

– Замерзла? – косится на меня. – Дрожишь.

Мотаю головой.

До дома доезжаем в тишине каждый в своих мыслях. Как только паркуемся во дворе, на меня накатывает приступ тошноты.

Все в порядке, малыш, думаю про себя. Мама рядом.

Вылезаю из машины, не дожидаясь, пока Нейт откроет мне дверь. Быстро шагаю по ступенькам, на ходу доставая ключи из сумки.

– Алекс? – кричит вдогонку Нейт, но я упрямо воюю с замком.

Гостиная, коридор, туалет.

На втором позыве, чувствую, как Нейт садится сзади и собирает мои волосы на затылке. Когда все заканчивается, обхватывает меня руками и утягивает за собой в свои объятия. Подбираю коленки к груди и вжимаюсь в него всем телом, пока он водит рукой по моей пояснице, облокотившись на стену. Так и сидим на полу в тишине. Его сердце колотится мне прямо в ухо. А мое где-то в горле.

– Ты ела сегодня хоть что-нибудь? – спрашивает в мою макушку.

– Завтракала.

Ощущаю его тяжелый вздох всем телом.

Жду, когда он подскочит, чтобы отвести меня на кухню. Это же Нейт, он не может по-другому. Но он не двигается. Продолжает сидеть, укачивая в своих руках.

– Прости меня, Алекс, – выдает неожиданно.

– За что? – шепчу в ответ.

Он отрывает меня от себя, разворачивая к себе лицом. Смотрит так пристально, глубоко.

– Я до сих пор не могу поверить, что ты беременна, – сипло выдает, задерживая дыхание. – Как будто это все сон.

– Кошмар? – вымучено улыбаюсь.

Замирает на самую долгую секунду в моей жизни, а потом вдруг улыбается. Обхватывает мое лицо своими теплыми ладонями. Клянусь, они дрожат.

– Кошмар, это то, что я узнал об этом позже, чем твоя подружка защитница, – мягко говорит он, поглаживая щеки большими пальцами. – Ты вообще собиралась мне сказать?

– Я как раз собиралась тебе звонить, – виновато говорю, закрывая глаза. – Просто не знала, как сказать.

– Что уже успела напридумавать в своей маленькой, хорошенькой головке? – отпускает и снова прижимает меня к себе. – То, что я никогда не захочу детей, после Мегги это я понял. Что-то еще? Заставлю тебя аборт делать? Брошу, обвинив в том, что ты так решила меня к себе привязать?

Я громко всхлипываю, сжимая в руках его рубашку на груди.

– Нет, – чувствую, как он качает головой. – До этого ты сама бы не додумалась. Тут тебе женушка моя помогла.

– Бывшая, – парирую я, пытаясь сохранить чувство собственного достоинства.

– Бывшая, – тут же соглашается Нейт.

– Что-нибудь еще? – спрашивает мужчина.

Я резко поднимаюсь, упираясь в него яростным взглядом.

– Этого мало?

– Хочу понять, с чем имею дело, – не обращая внимания на мой тон, Нейт пожимает плечами.

– Я в шоке, Нейт. Меня постоянно тошнит, гормоны сводят с ума. Внутри меня человек, понимаешь? Настоящий человек, хоть и маленький. Мой ребенок.

– Наш, – тут же перебивает. – Наш ребенок. И ты точно сошла с ума, если думаешь, что я его не хочу.

Я замираю, глядя на Нейта. Он снова улыбается, убирая волосы от лица.

– Ты неправильно оценила ситуацию. Все с точностью наоборот. Это я привязал тебя к себе. Это ты теперь никуда от меня не денешься. Потому что я никуда и не собирался. Я знаю, ты бы хотела, чтобы все было иначе. Чтобы мы получше узнали друг друга, пожили вместе, поженились, завели собаку и все такое. Поверь, я знаю не понаслышке, что ребенок – это серьезный и обдуманный шаг, который требует прочного фундамента, – Нейт переводит дыхание, пока я боюсь даже моргнуть. – Этот малыш точно будет в тебя. Так врываться в мою жизнь и переворачивать все с ног на голову может только твоя маленькая копия.

– Нейт, – шепчу я, пока меня переполняют эмоции.

– Я хочу этого ребенка, – шепчет он в ответ. – Ты не представляешь как. Не дыру заткнуть, как ты тоже наверняка подумала. Не чтобы попробовать начать все с чистого листа, потому что так не бывает. Глупо отрицать, что мне страшно, потому что мне страшно. И готовься к тому, что я буду носиться с ним, как курица с яйцом, хоть я уверен ты мне не позволишь. Я лишь хочу, чтобы ты знала, что я просто невероятно счастлив. Настолько, что мне сложно поверить, что все это происходит со мной сейчас. Что что-то где-то переключилось и Нейту Стейтону зажгли фонарик внутри. Как будто все последние годы я жил ради этого момента на полу в этом туалете, понимаешь?

Быстро киваю, не сдерживая слезы.

– Веришь мне? – настойчиво спрашивает, до боли сжимая мои плечи.

– Верю, – хриплю, бросаясь к нему на шею. Обнимаю, так крепко, что сводит руки. – Верю.

– Но то, что Джесс узнала раньше меня, – Нейт тяжело вздыхает, не заканчивая фразу. – Представляю, что она про меня наговорила. Это просто верх несправедливости.