Гений (лжец)

⁃ Не бойся, мой Принц. У нас есть всё время этого мира. Мы ещё успеем сделать для него что-то полезное, – спокойно говорит Йоргас, кладёт ему руку на плечо, внимательно смотрит в глаза. Видит в них искреннее удивление.

Всё вокруг застывает. Еле шевелится в замедленном действии, и вдруг тут же начинает двигаться обратно. Плавно, красивыми струйками камни собираются в колонны и стены, разноцветные стёкла от витража складываются обратно в песочные часы. Все отколовшиеся кусочки встают на свои места. Всё приходит в порядок. И только на совсем старую и уже привычную дыру в потолке, сквозь которую обычно видно звёзды – только на неё не хватает камней (наверняка они уже стёрлись в песок от времени) и она остаётся зиять над головой Йоргаса.

Церковь стоит на месте – будто ничего и не произошло. Каспер замирает, поражённый. А Йоргас наконец-то вспоминает, кто он такой. Он – Проповедник. Он зажигает сердца. А не гасит их.

Они стоят так ещё несколько минут, смотря друг на друга, не веря, что обрели что-то, что давно было утеряно. И оба одновременно вдруг неловко отводят взгляд, расходятся. Принц снова задумчиво встаёт у окна, а Йоргас направляется к двери. И тут же останавливается, будто чуть не забыв, для чего же на самом деле он в который раз приходил.

⁃ У меня только одна просьба. Прикажи Хаварту являться ко мне в зал картографии. Мне нужно его присутствие во время моей работы.

Йоргас напоследок склоняет голову и Каспер растерянно ему кивает.

~~~

Глава 16. Про справедливость

Уиллоу с трудом поднимается с каменного пола полуразрушенной церкви. В его голове постепенно всё устаканивается, приходит в порядок. Слова Каспера отчего-то каждый раз действуют на него отрезвляюще. Хаос, бушующий в голове, отступает.

Уиллоу забирает со стола кольцо с сапфиром, которое Йоргас бросил здесь так бесцеремонно, надевает на палец. Каспер не говорит ему ни слова.

Уиллоу надеется, он понимает, к чему приводит месть. К череде кровавых расправ. Судья не может оставить несправедливость без ответа. Просто не имеет права.

Хлопают в последний раз гигантские двери церкви. Он выходит к дороге из их деревни. И идёт по ней долго, через лес и поля, пока не встречает повозку.

⁃ Это как ты тут оказался, молодой человек? – высовывается из-за повозки какой-то сморщенный старичок, – Не уж-то дошёл? Тут от ближайшего города несколько дней ходьбы. И деревень здесь нет.

⁃ Буду рад, если подвезёте, дедуль, – повозка приостанавливается, и Уиллоу хитро прикрывает глаз.

⁃ Садись уж. Но с тебя история.

Уиллоу согласно кивает. Старичок видит в нём усталого путника, не представляющего опасность. Пусть так и будет.

⁃ Вы знаете историю о сожжённой деревне? – Уиллоу потягивается, зацепляет с земли цветок с множеством лепестков и усаживается рядом с дедом на поводья. Кони трогаются.

⁃ Как не знать – много сейчас деревень в этих краях брошенные, пожжённые стоят, – старичок вдруг понижает тон и чуть к нему наклоняется с видом бывалого знатока, – Говорят, Демон тут поселился. С огненной головой. Опасно стало ездить. А ходить уж подавно.

Уиллоу усмехается, отрывает один за другим лепестки с цветка, будто гадает: убить-пощадить. Старик, ничего не подозревая, достаёт из-за пазухи маленькое зелёное яблочко, трёт его об одежду и миролюбиво протягивает ему.

⁃ На вот, попробуй.

Уиллоу зачем-то принимает его жест доброй воли.

⁃ Боитесь Демона?

⁃ Ну так, конечно. Кто ж его не боится.

⁃ Я не боюсь.

Старичок забавно дёргает бровями и поворачивается к нему с насмешкой.

⁃ Так убей, раз не боишься. Че ж ты у нас тут, храбрец такой, сидишь?

⁃ Его нельзя убить, – Уиллоу пару секунд внимательно смотрит ему в глаза, а затем серьёзно отвечает, – Он бесплотен. Он – огонь.

⁃ А ты откуда знаешь?

⁃ Я тоже Демон. Из сожжённой деревни.

Минуту стоит тишина. Уиллоу продолжает обрывать лепестки с цветка. Старик добродушно хмыкает, пожимает плечами.

⁃ Смешной ты, парень. Но с таким не шутят. Столько людей погибло в этих пожарах. Я вот по несколько раз в день молюсь всем Богам, чтобы это наконец прекратилось. На молодого короля надежды нет. Но Боги пришлют нам спасение.

⁃ А что ваш сын? – Уиллоу резко меняет тему, когда на его цветке остаётся один последний лепесток. Он вздыхает и выбрасывает его на дорогу, а старичок вдруг застывает.

⁃ …Сын? О чём ты?

⁃ Он ведь так не думает. И Богам не молится. Он считает, что их нужно стереть из истории. Совсем как Демон с огненной головой.

Уиллоу чувствует, что говорит это с излишней жёсткостью, но ничего с собой не может поделать. Сын этого старика – последователь Йоргаса, Уиллоу увидел в его воспоминаниях. Старик напрягается, округляет глаза.

⁃ Да ты с ума сошёл что ли. Иль ты бард какой?

⁃ Думаете, мысли читаю? – Уиллоу усмехается, видя, как пугается и затихает его собеседник. Но его смех звучит не по-доброму, совсем нет, – Это правда, я вижу вас насквозь. Так что не пытайтесь мне солгать. Где, говорите, сейчас ваш сын?

⁃ …Что ты за Демон? – еле выдавливает из себя старик, стараясь отстраниться, но облучок у повозки узкий, поэтому не то, чтобы у него это получается.

⁃ Я задал вопрос, – Уиллоу говорит спокойно и твёрдо, даже не пытаясь заглянуть ему в глаза. Но старичок всё равно от страха сжимается.

⁃ Он ушёл за Священным Пламенем… Я пытался его остановить. Но он не послушал.

Уиллоу задумчиво кивает. Какое-то время они едут в напряжённой тишине.

⁃ Ты стыдишься своего сына, старик? – Уиллоу поднимает глаза в небо.

⁃ Я верю, что Боги его образумят, – еле бормочет в ответ тот.

До города они доезжают в полной тишине. Уиллоу кажется, дед даже дышать громко боится в его присутствии.

Тем не менее, когда Уиллоу посередине улицы спрыгивает с облучка, похлопывая лошадь, что их везла, старик всё же осмеливается спросить напоследок:

⁃ Кто ты такой..?

⁃ Я – Судья.

⁃ И… что тебе нужно здесь?

⁃ Справедливость.

Уиллоу скармливает лошади своё зелёное яблоко и благодарно кивает ему.

Уиллоу выходит из города и ещё несколько дней идёт в одиночестве и в полной тишине, ни разу не останавливается. И всё думает. Он прикрывает глаза, а ноги сами его несут, куда нужно. Потому что подсознание чётко видит свою цель.

Уиллоу знал, Йоргас и вправду был самым деятельным из них, Демонов. Проповедник всё это время не сидел на месте – он жёг деревни, да – но не просто так, а лишь когда люди были с ним не согласны. Ведь он нёс свою правду, настраивал людей против Богов и набирал себе последователей – вот, что он делал, совсем как в старые времена. Он даже учил их магии! – и вместе с ними он уничтожил Коллегию Знаний. Для Уиллоу было очевидно, что практически сотня поклоняющихся Йоргасу людей явно много для него значила. Именно они подпитывали гигантское самомнение «великого Священного Пламени».

И Уиллоу знал, где сейчас располагались все его «людские ресурсы». Недалеко от разорённой Коллегии Знаний – об этом и догадаться было не сложно. Наверняка они праздновали там свою победу и танцевали на костях его, Уиллоу, светлого будущего. Пора уже было смириться с утратой, но Судья почему-то не мог этого осознать, не увидев всё своими глазами.

На очередном закате (Уиллоу уже и не помнит, каком по счёту) на горизонте наконец появляются обгоревшие деревья и большие шатры. Детали не важны, всё, что он замечает: здесь много людей и много огня. А ещё голуби – вестники Йоргаса. Чёрные, будто политые мазутом, с красными глазами. Всё это сливается в одно большое безумие – громкий треск, хлопанье крыльев, гомон голосов, смех и звук топора – гул стоит по всему лесу. Не особо приятные звуки, так сейчас кажется Уиллоу. Он чувствует поднимающуюся в груди бурю эмоций, но усилием воли подавляет её.

Нет, это не месть, порождённая гневом. Это правосудие. Он должен быть беспристрастен.

Уиллоу проходит по дорожке между расставленными напольными факелами, и люди тут же, как только замечают его, умолкают, склоняют головы, их глаза наполняются благоговением и страхом. Уиллоу заглядывает в их лица – здесь есть и женщины, и мужчины, в основном бунтующая молодёжь и искалеченные жизнью взрослые, которым Йоргас дал надежду. И, конечно, отбитые наголову люди, не желающие ничего, кроме зрелищ и смерти. Её-то Уиллоу им сейчас и предоставит.

«Мастер Проповедник», – перекатываются шепотки между ними, люди передают новость друг другу и тем, кто располагается дальше. И те тоже бросают все свои дела и подходят, чтобы увидеть его, «Священное Пламя». Уиллоу расправляет плечи, чувствует, будто по телу теперь струятся балахонистые одежды, а голову греет пламя (или ему кажется), он представляет себе. Интересно, каково это – быть Йоргасом? Именно таким его видит сейчас огромное количество людей. Точнее, хочет видеть.

Уиллоу замечает обустроенное на возвышенности место, оплетённое зарослями хмеля, с которого Йоргас вещал своим последователям. С которого он дал им приказ разрушить обитель бардов и повёл за собой. Судья направляется туда, ждёт пару минут в тишине, пока люди обступают его со всех сторон.

⁃ Мои верные псы! – вдруг громогласно обращается он к ним. Люди озадаченно переглядываются, а Уиллоу улыбается во весь рот, обнажая зубы, – Ученики школы огня и последователи Священного Пламени, я хотел сказать… Как вы знаете, Коллегия Знаний пала. В Священном Пламени сгорели все залы с книгами и люди, что пытались ему помешать. И вы имели честь поучаствовать в этом великом походе. Барды полностью разгромлены! На пути к созданию лучшего мира нам больше не помешают старые закостеневшие догмы и убеждения. И накопленные знания прошлых поколений нам тоже больше… не помешают, – Уиллоу еле останавливает себя от брызжущей во все стороны иронии, провозглашая падение старого порядка. Йоргас бы точно посмеялся над такой его речью, но люди наблюдают за ним с невероятным воодушевлением, даже восторгом. Неужели хватает одной лишь внешности Проповедника и его внушительного голоса? – История стёрта, дамы и господа. Мы начнём её писать с чистого листа.

Люди взрываются ликующими возгласами, и у Уиллоу начинает кружиться голова от такого количества звуков и горящих азартом мельтешащих глаз. Ему всегда тяжело было общаться с таким огромным количеством людей. Он не мог воспринимать их как безликую толпу, их воспоминания перемешивались в его сознании. В их глазах он видел столько сокрытой боли и ярости, столько жизни…

Но эти люди – лжецы. Уиллоу с разочарованием про себя отмечает – они лгут сами себе. Судья обязан принести им правду. А Ива решит, достойны ли они этой жизни.

⁃ И больше никаких Богов в нашей новой истории! Мы заткнём им рот так же, как они когда-то лишили нас права голоса! Мы заставим всех о них забыть, – жёстко продолжает Уиллоу, напрямую цитируя Йоргаса.

А ведь когда-то он и сам так считал. Когда-то они вместе убивали Богов, потому что те были слишком несправедливы для их «лучшего будущего». А теперь Боги исчезли, а Йоргас встал на их место.

Уиллоу удовлетворённо смотрит на то, как взлетают вверх кулаки, люди скандируют имя их «Проповедника». Остался лишь последний штрих.

⁃ Скажите мне… вы верите в Богов? – Уиллоу намеренно делает паузу, будто бы давая возможность подумать, остыть и ответить честно.

⁃ Нет, мы не верим! – в один голос кричат разгорячённые люди. Они не чувствуют подвоха. Во всей этой огромной куче людей не находится ни одного, кто бы догадался включить мозг. И тогда Уиллоу пожимает плечами.

Чёрная вспышка. По толпе пробегает паника. Голуби испуганно вспархивают. Уиллоу устало прикрывает глаза. Тишину прорезают крики и причитания, звуки борьбы, постепенно угасающие, хрипнущие голоса. Люди задыхаются в собственной лжи. Ветви Ивы душат их. Всех.

⁃ Не-а, не правильно, – Уиллоу наконец перестаёт играть чужую роль и позволяет себе выплеснуть накопившуюся ядовитую злость, – Вы все верите. И Йоргас верит. А с кем иначе ему бороться? Он ведь ничего больше не умеет. Жечь и возводить, и жечь то, что возвёл, и возводить ради того, чтобы снова сжечь, – люди хватаются за горло, смотрят на него в ужасе, корчатся, не желая принимать собственный конец. А Уиллоу спокойно стоит на своём месте, рассуждает, не обращая на них никакого внимания, – Боги есть, так вы считаете, вы прямо сейчас им молитесь, чтобы они пустили вас в свой «рай». Потому что вы знаете, жизни после смерти нет – без Богов нет – есть только Хаос.

Люди вцепляются в ветви на своей шее, пытаясь их оттянуть, но правда неумолима, и потому все они вскоре по очереди тяжело валятся на землю. Самые стойкие держатся ещё несколько минут, пронзая Уиллоу взглядами, полными ненависти и страха. Но и их настигает смерть. Чёрные голуби опускаются на мёртвые тела. Шум, наконец, утихает. Остаётся только треск огня.

Уиллоу, если честно, не чувствует ни жалости, ни удовольствия. Он просто чувствует себя правильно – он выполнил свой долг и может наконец покинуть это место. Уиллоу протягивает руку, и один из голубей садится к нему на палец, поворачивается своим внимательным пустым красным глазом. Йоргас вскоре узна́ет обо всём, что здесь случилось. Пускай. В этом и был весь смысл.

Уиллоу подносит голубя к губам и говорит чётко и жёстко, обращаясь к Проповеднику.

⁃ Я уничтожу то, чем дорожишь ты, Йоргас. И это будет справедливо.

Глава 17. Про предателей и их письма

Ещё пару часов Уиллоу стоит среди огня и сотни трупов, будто на поле боя. Думает. Размышляет. И наблюдает – чтобы ни один из них не посмел вдруг ожить. Только совсем уж в ночь Уиллоу уходит из поселения последователей Священного Пламени.

Он идёт к Коллегии Знаний. Точнее, к месту, где раньше она располагалась.

Всю дорогу Уиллоу почему-то думает о чёрных голубях. И о том, что у Йоргаса когда-то был ещё один ученик, самый верный. Тоже один из Героев, Алан – «Маг». Он был точной его копией. Не по внешности, конечно – по сути.

Вообще-то в те времена у каждого из Демонов было своё «отражение». Те пятеро Героев, которые 600 лет назад «заточили злобных монстров», изначально были созданы им в помощь. Их сообщницей, впоследствии решившей, что знает лучше, каким должен быть мир. Женщиной, что назвалась Судьбой. Уиллоу, если честно, не особо хочется вспоминать её имя.

Это всё уже не важно. Она отвернулись от Демонов. Предала их общие интересы, их идеалы, их идеи. Она не достойна памяти мира. И памяти Уиллоу.

«Демоны» были чем-то бóльшим, чем просто кучкой людей, объединённых одной целью. Уиллоу отчего-то запало в душу то, как