Тропа мертвых городов

Взяв одну свечу в руки, я подошла к массивной деревянной двери и заметила большой деревянный засов. Задержав дыхание, я задернула засов, ощущая, как напряжение слегка спадает. Вернувшись в комнату, я подошла к Вьюге и погладила ее по голове.

– Малышка, теперь мы с тобой в безопасности. Можно отдохнуть день-другой, – произнесла я, чувствуя, как усталость постепенно покидает мое тело.

Комната наполнилась уютом и теплом. Свечи мерцали, отражаясь на деревянных стенах и полках с консервами. Вьюга, почувствовав себя спокойнее, легла рядом с печью, закрыв глаза. Я присела рядом с ней, наслаждаясь моментом покоя и защищенности. В голове начали проноситься мысли о том, что ещё нужно сделать, но в этот момент важнее всего было просто отдохнуть и набраться сил для новых испытаний, которые могли ждать нас впереди.

Нежно похлопав тигрицу по боку, поднялась и направилась в спальню, положив катану рядом, с собой накрылась пледом. Тело медленно расслабилась под мягкостью перины окутывая легким ароматом трав. Погрузилась в нежные объятия сна, наконец-то позволив себе наконец погрузиться в глубокий сон.

На следующий день.

На меня навалилось нечто тяжелое, и будильником послужил четкий удар лапой по лицу. Вздрогнув, я открыла глаза и увидела, как Вьюга, развалившись на мне, просто заняла всю кровать, положив большую лапу мне на лицо.

– Ну, спасибо, подруга. Не надо было мне тебя маленькую на кровать брать, говорил же мне Ким, нет я не послушала – пробурчала я, пытаясь сдвинуть её лапу.

Вьюга лениво приоткрыла один глаз, будто говоря: «Ты что, ещё спишь?»

– Да-да, я поняла, утро наступило, и тебе срочно нужна мягкая кровать, – я подмигнула тигрице и начала пытаться встать, что было задачей не из лёгких, учитывая, что на мне лежал целый тигр.

Наконец, мне удалось сбросить с себя этот живой груз. Я спустила ноги с кровати и пошла на кухню, чтобы хоть как-то взбодриться.

– Ну, хотя бы кофе ты мне принесла бы, раз уж так рано поднимаешь, – пробормотала я себе под нос, направляясь к окну, чтобы проверить обстановку снаружи.

Ставни были на месте, за ними ничего подозрительного не было видно.

– Пора завтракать, – сказала я вслух, будто Вьюга могла меня понять.

Она, конечно же, сразу подняла голову, услышав слово "завтрак", и направилась следом за мной на кухню. Вспомнив вчерашнюю находку в подполе, я решила побаловать нас мясом. Подняла люк и спустилась вниз, чтобы достать немного кролика и свинины.

– Кулинарный шедевр в постапокалиптическом стиле, – пробормотала я, усмехнувшись.

Пока мясо готовилось, я оглядывала кухню, наслаждаясь уютом этого дома. Вьюга, как настоящая хозяйка, устроилась на кухонном полу и внимательно следила за каждым моим движением.

– Ну что, мисс Лапа-На-Лице, готова к завтраку? – спросила я с улыбкой, на что тигрица энергично замахала хвостом.

Утро начиналось не так уж плохо. Я не помню уже, сколько времени прошло с тех пор, как я ела мясо, но сегодня оно было потрясающим. Вьюга съела свои куски разогретого мяса, довольно облизываясь.

– Ну, какая ты тигрица, кошечка просто, – ухмыльнулась я, почесав её по загривку.

Тигрица лишь недовольно фыркнула и прошла мимо меня, слегка толкнув боком.

– Это тебе за оригинальный будильник, детка, – рассмеялась я.

В голове крутились мысли о времени. Сколько его прошло с тех пор, как я видела нормальное утро с солнцем? Решила аккуратно приоткрыть ставни и посмотреть, что с погодой на улице. Но там, за окнами, по-прежнему стоял туман и мрак. Солнце не пробивалось сквозь толстый слой тумана.

Вздохнув, я почувствовала, как медленно накатывает чувство одиночества. Зима будет долгой, а быть одной, запертой в небольшом доме, казалось пыткой. Но тут Вьюга запрыгнула на диван рядом со мной. Её присутствие мгновенно развеяло мрачные мысли. В конце концов, я никогда не была полностью одна – со мной всегда была она, моя Вьюга.

Я прислушалась к тишине. За окном лишь ветер гудел, в остальном – полная тишина. Поднявшись с дивана, я решила заняться чем-то полезным. Начала с того, что проверила запасы в кладовой. Еды было достаточно, чтобы пережить несколько недель без необходимости выходить наружу.

Пока я возилась с продуктами, Вьюга, лениво вытянувшись на диване, наблюдала за мной своими проницательными глазами. Я вдруг вспомнила, как мы впервые встретились. Её маленький, худой силуэт среди руин города, и как она, едва живая, доверилась мне. С тех пор мы стали неразлучны.

Поставив кастрюлю с водой на плиту, я решила растопить печь. Тепло и уют стали важной частью моего нового мира. Дрова приятно потрескивали, распространяя по дому приятный запах. Вьюга наблюдала за мной, иногда тихо урча.

– Ну что, малышка, готова провести этот день вместе? – спросила я, подойдя к ней и погладив по голове.

Тигрица посмотрела на меня своими золотыми глазами и тихо мурлыкнула. Я знала, что с ней рядом я смогу преодолеть любые трудности.

Устроившись на диване, я взяла книгу и начала читать вслух. Голос мой звучал спокойно и уверенно, и тишина дома заполнялась словами. Вьюга слушала, тихо урча. В этот момент я поняла, что, несмотря на мрак и туман за окном, здесь, в этом доме, у меня есть свой маленький уголок счастья.

Когда вода закипела, я заварила чай и поставила кружку рядом с собой. Умиротворение заполнило меня, позволяя погрузиться в прекрасную историю. Время бежало незаметно, и моё спокойствие нарушил хаотичный стук снаружи и крик:

– Пожалуйста, откройте! Скорее!

Звук был приглушённый и неясный, непонятно кому он принадлежал. Вьюга встрепенулась и напряглась, я схватилась за катану, готовая к любым неожиданностям.

– Недолго музыка играла, – прошептала я в пустоту, но крики о помощи с улицы не прекращались.

– Пойдём, посмотрим, кто там, – тихо сказала я тигрице, – только аккуратно.

Медленно подошла к двери, отодвинула засов и окунулась в серое марево тумана. Бросив взгляд ниже, я увидела, как Вьюга крадучись направилась к воротам, её мышцы напряжены, как струны.

– Умная девочка, – подумала я, держа катану наготове. Раздалось грозное рычание, звуки схватки и чавканье. Моё сердце пропустило удар. Вьюга!

Подбежав к воротам, я открыла их. Ко мне забежал мужчина, его лицо было размыто в тумане, и его глаза блестели от страха и боли.

– Спасибо! – произнёс незнакомец, но я резко ударила его под дых, заставив замолчать.

Тихий свист разнёсся по округе, и из тумана ко мне выскользнула Вьюга, неся в пасти человеческую руку, словно она была не тигр, а охотничья собака.

– Вьюга, плюнь эту гадость, ты что, пёс? – шикнула я, закрывая дверь и запирая засов. – Мне Тузиком тебя называть?

Тигрица недовольно рыкнула, открыла окровавленную пасть и, облизнувшись, остановилась рядом.

– Мэй? – раздался удивленный мужской голос. Переживания за тигрицу были настолько сильные, что я совсем забыла о своём неожиданном госте. Повернув голову и всматриваясь в туман, я всё ещё не могла разглядеть его очертания. На улице раздалось рычание и скрежет когтей.

– Твари услышали, – произнёс незнакомец, хватая меня за руку. – Оружие есть?

– В дом, быстро! – приказала я, сжимая катану. – Вьюга, вперёд.

Вьюга мягко побежала вперёд, незнакомец следовал за ней, и только полы старого плаща выглядывали из тумана. Где-то я уже видела этот плащ. Моё сердце билось быстрее, я не могла избавиться от тревоги, ощущение опасности витало в воздухе. Мы забежали в дом, звуки тварей за окном, подстегивали словно хлыстом.

– Засов! – бросила незнакомцу, закрывая двери, захлопывая механизма, незнакомец быстро нашел древесину, и перекрыл вход. Отдышавшись, мы, наконец, посмотрели друг на друга.

– Привет подруга! – бросил мужчина, улыбаясь – как же я рад был встретить тебя!

– Поверить не могу – улыбнулась ему – Борис! Ты или это?

Борис, с кем мы вместе жили и работали в цирке, смотрел на меня. Он был моим единственным другом, помимо Вьюги. Старость уже затронула его, но его высокая фигура и мощное телосложение всё ещё внушали уважение. Плащ был в пыли и слегка порванным, явно не по погоде, но Борис не обращал на это внимания. Под одеждой перекатывались мышцы, показывая его силу и выносливость.

Щетина на его лице придавала ему суровый вид, а седина на висках и тени под глазами выдавали усталость и следы многочисленных битв, которые ему удалось пережить. Глаза Бориса, несмотря на тёмные круги от недосыпа, оставались пронзительно ясными и внимательными. Взгляд его был твёрдым, словно у охотника, который никогда не упускает добычу.

Но сейчас его правой рукой он держался за бок, и я заметила кровоточащую рану, когда он аккуратно отодвинул полы своего плаща.

– Ты ранен! – воскликнула я, чувство тревоги пронзило меня. – Быстрее пошли в комнату, я должна обработать рану.

Он лишь слегка кивнул, и мы медленно двинулись в сторону комнаты. Я не могла отвести глаз от его раны, кровь продолжала сочиться, оставляя темные пятна на его одежде. Борис не показывал боли, но я знала, что он страдает. В голове роились мысли: как это произошло? С кем он сражался? Смогу ли я помочь ему вовремя?

Когда мы добрались до комнаты, я быстро собрала аптечку и направилась к Борису. Он уселся на стул, тяжело дыша. В его глазах было видно, что он измотан, но по-прежнему держался стойко.

– Дай мне посмотреть, – сказала я, осторожно осматривая рану. Она была глубокой, но не смертельной. Взяв бинты и антисептик, я начала обработку, стараясь не делать резких движений, чтобы не причинить ему больше боли.

– Борь, что случилось? – прошептала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. – Кто ранил тебя? Как ты здесь оказался? Я думала…

Сглотнув, я сдержала слезы и посмотрела на него. Его темные глаза казались бездонными в свете свечей. Борис, как и прежде, погладил меня по отечески по щеке.

– На ливрийцев нарвался, – начал он, тяжело вздыхая. – Услышал, как они преследовали кого-то, помог ему отбиться, но схлопотал нож под ребро. Мэй, они сумасшедшие… Я такое видел…

– Ну, здравствуй, моя Вьюга! – прервался мужчина, когда тигрица подлезла ему под другую руку. Борис нежно погладил её по моське, почесав за ушком. – Ты по-прежнему такая же красавица.

– Она рада тебя видеть, – улыбнувшись, прошептала я, заканчивая зашивать и перевязывая его торс, чтобы рана поскорее затянулась. Поднявшись, порылась в аптечке и нашла банальный парацетамол. Повезло, что срок годности ещё не вышел.

Он молча кивнул, и в его глазах я увидела ту же боль и заботу. Борис всегда был для меня опорой, но сейчас я чувствовала, что и ему нужна моя поддержка. Закончив перевязку, я села рядом с ним, положив голову ему на плечо. Мы оба молчали, наслаждаясь коротким моментом покоя среди хаоса, который нас окружал. Вьюга тихо подошла к нам и легла у ног Бориса, добавляя в эту картину немного тепла и уюта.

– Я рада, что ты жив, – тихо произнесла я, и Борис, слегка улыбнувшись, кивнул в ответ.

– А знаешь, я тоже рад, что жив, – усмехнулся Борис, тихо рассмеявшись. Я поднялась и кивнула ему на диван.

– Тебе нужно прилечь, а я займусь обедом… или ужином, не знаю. Хрен разберёшь в этом тумане, что за время, – произнесла я, направляясь к кухне.

– Отличный план, – отозвался Борис, и, усмехнувшись, аккуратно опустился на диван.

Пока я готовила, мои мысли возвращались к Борису. Этот день был полон тревог и неожиданностей. Увидеть старого друга было приятной неожиданностью, но для нас все шло более-менее гладко. А кто еще мог выжить в этом хаосе?

– Борь, как ты выжил? – повернувшись, посмотрела на мужчину, который лежал на диване, одной рукой спустив руку вниз и поглаживая тигрицу по боку. – Что случилось там? Помнишь? Как ты жил все это время?

На его лице появилась тень, губы выстроились в узкую полоску, а на лбу выступила испарина.

– Я расскажу тебе… позже, – прошептал он и закрыл глаза. Отложив готовку, я подошла к Борису и потрогала его лоб. Легкий жар, незначительный, но тревожный.

Борис устал и нуждался в отдыхе. Я знала, что его тело справится с ранением, но психологические травмы могли быть глубже. Вернувшись к кухне, я закончила приготовление еды. Тушеное мясо с консервированными овощами – наш сегодняшний обед. В этих условиях это было настоящим деликатесом.

Вьюга, как верный страж, оставалась рядом с Борисом, её глаза блестели в полумраке комнаты. Она чувствовала его состояние, и её присутствие было для него успокоением.

Мысли вернулись к тому, что он сказал. "Я расскажу тебе… позже". Что же произошло? В памяти всплывали мрачные картины разрушенных городов, брошенных домов и пустынных улиц. Борис всегда был сильным, не из тех, кто легко сдаётся. Что могло его так потрясти?

– Борь, – тихо произнесла я, садясь рядом с ним. Он приоткрыл глаза и взглянул на меня.

– Мы встретили группу людей, – начал он, голос его был слабым, но твердым. – Они были отчаянными, голодными и… жестокими. Ливрийцы… это они. Мы пытались помочь, но они стали охотниками. Охотились на нас, как на зверей.

Я сжала его руку, чувствуя, как дрожь пробегает по его телу. Борис продолжал:

– Мы потеряли многих. Я выжил, потому что нашёл укрытие в старом подвале. Жил там неделями, пока не смог уйти. Думал, что никогда больше не увижу знакомых лиц.

– Но ты здесь, – тихо сказала я. – Мы справимся вместе.

Он кивнул, глаза его вновь закрылись, и он погрузился в сон. Я наблюдала за ним, оберегая его покой.

Взяв еду, я вернулась на кухню, где заканчивала готовку. Мои мысли витали вокруг Бориса и тех ужасов, через которые он прошел. Мы были одни, окруженные мраком и опасностями, но теперь у нас был шанс выжить вместе.

После ужина я решила подготовиться к ночи. Заперла все двери и окна, проверила ловушки у входа. В тишине дома раздавался только тихий храп Бориса и мягкое урчание Вьюги. Моя рука невольно потянулась к катане, висящей на стене, аккуратно погладив рукоять. Завтра обещало быть ещё одним трудным днём, но я знала, что вместе с Борисом и Вьюгой мы сможем выстоять.

Сон не шёл, я сидела на кровати и думала о том, как всё это началось. Помню, как слышала про заболевание людей, да и в цирке у нас многие чихали, но всё списывалось на обычный грипп. Болезнь проходила, но возвращалась с новой силой, унося многие жизни. Источник так и не нашли, а весь мир в одночасье сошёл с ума.

Решив попытаться заснуть, я подошла к полке с книгами и вытащила "Поющие в терновнике". Из книги выпало письмо, старое и пожелтевшее. Взяв его в руки, я ощутила холодок по спине. Письмо было адресовано мне, но почерк был незнакомым. Развернув его, я начала читать:

"Если вы читаете это письмо, значит, меня нашли. Я не могу объяснить всё, что произошло, но знаю одно – вакцина, о которой говорили, действительно существует. Она была разработана в секретной лаборатории в Сибири. Но будьте осторожны – на пути к ней много опасностей и непредвиденных препятствий.

Если у вас в руках это письмо, значит, вы в доме, где я когда-то жил. Я оставил карту в книге "Император Иллюзий". Она укажет вам путь к лаборатории, но не забывайте, что вам предстоит столкнуться с неведомым и ужасным. Я уже не могу быть с вами, но надеюсь, что вы сможете справиться.

Берегите себя и тех, кто с вами. Все, кто остался в живых, полагаются на вас. Ваши действия могут стать последней надеждой для человечества. Я верю, что вы сможете найти вакцину и остановить эту болезнь.

Помните: надежда все ещё живёт, даже в самых тёмных уголках нашего мира.."

Сжав карту в руке, я почувствовала, как холодок пробежал по спине. Мои мысли метались между надеждой и страхом. Взгляд упал на стены комнаты, полные воспоминаний, и вдруг всё вокруг стало дышать – этот дом, казалось, хранил свои секреты.

Я поднесла письмо ближе к огню. Тепло языков пламени, казалось, давало мне силы. "Если вы читаете это, значит, вы в безопасности", – думала я, хотя в глубине души понимала, что это всего лишь самообман. Я взяла себя в руки. У меня не было выбора: если вакцина действительно существует, я должна её найти.

Я снова взглянула на карту. Лаборатория располагалась за границей, в труднодоступном месте, где скрывались лишь самые отчаянные. Я знала, что нам придётся пробраться через опасные территории, наполненные как дикими зверями, так и людьми, лишившимися разума в погоне за выживанием. Но сейчас на кону стояло не только наше выживание – всё человечество ждало ответов. Сердце забилось быстрее. Вакцина. Лаборатория в Сибири. Я посмотрела на Бориса, который тихо спал, и на Вьюгу. Они должны знать об этом.

Подняв книгу, я заметила карту, аккуратно сложенную между страницами. Трясущимися руками я развернула её. Путь был сложный и опасный, полон неизвестных препятствий и тёмных мест. Но у нас не было выбора. Это могло быть единственным шансом спасти остатки человечества.

Подойдя к Борису, я осторожно его разбудила:

– Просыпайся, – прошептала я, встряхивая его за плечо.

Он открыл глаза и сразу увидел карту в моих руках. Взгляд его стал серьёзным, и он сел на кровати, изучая карту.

– Это наш шанс, – сказал он, взгляд его был твёрдым. – Мы должны отправиться в Сибирь.

– Но как мы доберёмся туда? – спросила я, чувствуя, как нарастают сомнения и тревога.

– У нас есть машина, наберем припасов, – Борис положил руку мне на плечо. – Мы справимся. Главное – не сдаваться.

Собрав вещи и вооружившись, мы начали планировать наше путешествие. Вьюга, почувствовав напряжение, встала на лапы и подошла к нам, словно понимая, что нас ждёт нелёгкий путь.

Я собрала свои вещи: катану, пару консервов, немного воды и, конечно, карту. Каждый шаг к лаборатории будет настоящим испытанием. Перед тем как выйти из дома, я оглянулась – это было последнее место, которое я могла назвать домом.

– Вьюга, ты готова к новым приключениям? – тихо спросила я, поглаживая её по голове. Она ответила тихим рычанием, что я расценила как согласие.

С наступлением рассвета, мы были готовы. Мир за окном был пустынен и тих. Путь в Сибирь обещал быть опасным, но в нашем сердце горел огонь надежды. Мы не могли подвести тех, кто верил в нас. С каждым шагом мы приближались к ответам, которые искали, и, возможно, к спасению, которое всем нам так необходимо

Шестая тропа Радиоволна

Самое важное – сохранить человечность в мире, охваченном эпидемией.

Лев Морозов

Н-н-на! Получай, ублюдок! – кричал я, сидя на одном из трупов