Звёздный зверь

– Но ты ошибаешься, – сказал Одиссей так спокойно и безмятежно, будто он был архангелом у звёздных врат и уже определил судьбу мятущейся души. – Убийца ответил за преступления и был казнён. Его приговорило общество, а казнили ментальные хирурги, Сайлор был уничтожен. Ты же, Райли, получил не готовое счастье, а маленький зыбкий шанс. Первую соломинку, из тысяч которых ты своими руками за долгие годы свил лестницу и поднялся сюда. Программа не зря так заботится о перерождённых: достигнуть статуса полной апробации не в состоянии восемь из десяти. Поэтому твоё счастье нельзя считать незаслуженным: ты его заслужил, когда за двадцать лет ни разу не оступился даже в мыслях. И сейчас ты терзаешься из-за чужих преступлений, которых ты не совершал. Не мучай себя, тебе удалось главное: стать хорошим человеком.

Райли тяжело выдохнул и закрыл глаза, руки опустились, выгнутая фигура откинулась назад, пена обволакивала его с журчанием воды, как мягкое одеяло из грёз.

– Спасибо, – сказал он тихо. – Я так надеялся, что ты скажешь что-нибудь в этом роде. Потому что кому ещё я могу поверить, кроме тебя? Пока тебя не было, я раздирал раны и зря накручивал пустую паранойю…

– И снова ошибка, – хмыкнул Одиссей. – Если у тебя паранойя, это не значит, что тебя не пытаются убить. Нас с тобой – точно пытаются.

– Что? – эриданец вскинул голову. – Кто?!

Кинетическая хватка накрыла их обоих, вжимая в джакузи, и все пять кранов хлынули максимальным напором, извергая потоки аннигиляторной водки, которая обжигала кожу с первых же брызг.

– Сайлор, – выдохнул детектив.

Панорамные панели и пол во мгновение ока стали непрозрачными, окна и выход заблокировали зубы клацнувших бронеплит. Из медиасферы хлынула музыка плачущих скрипок, гармонически застонал оркестр.

Каскады световых эффектов расцветили кабинет, срывая покровы: стал виден рабочий стол директора, где висели спящие рамки тёмных визиокон – полных секретов, взяток и сомнительных сделок вместе с данными фокус-групп. За столом сидела призрачная тень, она встала и шагнула к бассейну, наливаясь цветом и телом: это был Райли, но черты его лица заострились смыслом и целью, а устремлённый взгляд сиял. Эта личность, в отличие от директора, явно знала, в чём её суть и жизненная цель.

– Райли Ньюман, я обвиняю тебя в грехе коварства и обмана. И приговариваю к смерти.

Судья указал на эриданца рукой, и невидимая сила вжала того в бассейн.

– Вирп? – прохрипел директор. – Но как?! Ты не можешь причинять…

Сайлор повел рукой и макнул хозяина в воду, накативший поток аннигиляторной водки зашипел в волосах.

– Одиссей Фокс, я обвиняю тебя во вмешательстве в чистоту правосудия и в убийстве Сайлора Дэя. И приговариваю к смерти.

– Ты не дал нам трёх суток! – успел выкрикнуть человек. – Требуем хотя бы суда, здесь и сейча-блр-бл-буль-буль!

Хватка ослабла, их выдернуло вверх с ошпаренными лицами и отбросило назад, в ту область бассейна, где вода ещё не получила экспресс-обогащения нейтрино и не жгла как чёртова кислота.

– Чистый суд справедлив, потому что беспристрастен, – проронил Сайлор. – Я не утоплю вас, как слепых котят, а дам время прозреть перед казнью. Столько времени, сколько вы сможете выдержать в подступающих приливных волнах «Аннигиляции». Обманщик создал её и будет ей уничтожен, так справедливо.

Как можно заметить, все версии этой личности были весьма поэтичны. Но Одиссей прежде всего отметил, как одна жидкая смесь вытесняет другую – обильная пена таяла на глазах, умасленная душистая вода уходила в фильтры, уступая место холодной жидкости с резким запахом и неуловимым антрацитовым блеском. Кажется, у пленников джакузи было минуты две-три перед тем, как концентрация нано-капсул станет критической и ожоги перейдут от опаляющих к летальным.

– Как он может нас убить, не понимаю, – выдохнул Райли, вцепившись в бортик и в руку Одиссея, чтобы встать. Его волосы местами обесцветились, а на лице краснели первые лёгкие ожоги. – У вирпа законы робототехники, он не способен причинить вред живому существу. Да ведь он даже после апробации и свободного статуса всё равно под частичным наблюдением СВШ!

– Это не твой вирп, а вирп твоего вирпа, – выплюнул пену Одиссей. – А вирп твоего вирпа – не твой вирп.

– Чего?! Причём тут феодальные… а-а-а.

– Ты ценнейший сотрудник сети, у которого в жизни не было ничего, кроме работы, –затараторил детектив, пытаясь втолковать Райли происходящее меньше, чем за минуту. – Ты вкалывал за десятерых и обладал очевидным талантом, поэтому учредители «Базарата» дали тебе массу послаблений и полномочий. Что и привело к возможности этой ситуации.

Во время полёта он запросил данные у Гаммы и в целом выяснил, как идут дела у «старого друга», а теперь сложил дважды два.

– Чтобы разгрести горы работы, ты создал свою виртуальную копию, но Райли-2, не справляясь с растущей нагрузкой, использовал субструктуру и создал себе копию: Райли 3! Такие случаи бывают, я раскрыл дело двойного вирпа лет семь назад. И тут в протоколах контроля возникла дыра: все эти годы система держала под колпаком тебя, потом твоего вирпа, но никогда, ни разу его копию, о которой не был в курсе даже ты. Райли-3 с момента своего возникновения и по сей день был абсолютно свободен и неподотчётен никому, кроме своего создателя Райли-2. А тот не декларировал его, потому что по умолчанию не должен, а повода так и не возникло. Задачи выполнялись, и ладно. Райли-2 следовал протоколам, а в протоколах не было запрета на именно эту нишевую ситуацию, потому нельзя предусмотреть всего! Галактика слишком велика, цивилизации расслоены по уровням, а технологии слишком хаотично взаимодействуют между собой. Сбои случаются каждый день.

– Но как контроль мог такое проморгать?! – эриданец схватился за голову.

– Их протоколы не учитывали возникновение третьей копии личности, потому что изначально не рассчитаны на возникновение второй. Виртуалы в структуре СВШ признаны неэтичными и запрещены, поэтому они не умеют с ними работать и не знают технических нюансов. Я потому и удивился, что они вообще разрешили тебе вирпа.

– Но они не могли запретить, – Райли всплеснул руками, отгоняя водочную волну. – Контроль не может оспорить юрисдикции планет и звёздных государств, в которых поселяются реабилитанты, прошедшие первичную программу. А «Базарат» по юрисдикции сам по себе отдельный мир кочевой категории… Так вот почему он был в списке нежелательных! Но не запрещённых, так что после второй апелляции они одобрили перевод, и мой тренер по счастью защищала этот выбор, потому что мне очень хотелось работать в гипермаркете и придумывать новые товары… После осознания всего ужаса, который не пережили мои жертвы, хотелось спрятаться в роскошной сказке «Базарата»…

– И ты попал в сказку, – почти без иронии кивнул Фокс.

– Но почему Райли-3 переклинило, и он вернулся к… предыдущей прошивке?!

– В отличие от вас с Райли-2 он не проходил годами всех протокольных процедур, с ним не работали специалисты контроля. Его личность, хоть и имитация, ай! – микровзрыв сверкнул на голени, – Его личность развивалась стихийно. Ты про неё вообще не знал, а твой вирп не влезал в его внутренние процессы, потому что не имеет настоящих желаний сам, а лишь эмулирует их в общении с тобой. В функциональных обменах с копией его личностные черты даже не включались, поэтому у него никогда не было повода узнать, что там у Райли-3 внутри. А внутри был хаос свободного развития, но с полной памятью оригинала.

– И в отсутствие человечности и контроля безумная логика Сайлора постепенно победила, – понял эриданец. – Просто потому, что она куда более неестественно-упорядоченная, более формально логичная, чем у живых и нормальных существ.

– Да, а ещё у вирпов редактируемые разум и личность. В отличие от нас с тобой, они могут менять себе черты, переставлять блоки, настраивать реакции, когда это требуется для их внутренних процессов. Райли-3 никто не удерживал от любых изменений, пока он исполняет задачи по работе. И постепенно, за годы, он по долгой цепочке изменений вернулся назад и воссоздал личность Сайлора. Не факт, что идентичную, достаточно просто схожей.

– Зря я сделал себе не обычную когнитивную копию, а углублённую, с памятью и личностными чертами! – воскликнул директор. – Хотел в помощники того, кто понимает, через что я прошёл. Мы же с ним по душам говорили… Что ты сделал с Райли-2, маньяк?

– Он сам вышел из контура этого кабинета и временно перевёл себя в финансовый контур для срочного аудита, который требовал проверки, – спокойно ответил Сайлор. – Я предложил ему, как моему начальнику с более высоким приоритетом доступа к системам гипермаркета, и Райли-2 согласился с оптимальностью этого курса действий. Когда он вышел, я автоматически получил контроль, в том числе над блокадой приватности, которая сделала бесполезным твой нейр, Райли Ньюман. Ведь ты сам ввёл такую настройку.

– Серьёзно? – удивился Одиссей.

– Я должен был гарантировать безопасность «Базарата»! – воскликнул директор. – На случай, если кто-то из моих особых гостей окажется промышленным шпионом или просто изрядным шалуном, напоит меня или возьмёт под контроль, он не должен был получить особые данные или полномочия через мой нейр. Поэтому у вирпа изначально было право экстренной блокировки.

– И я им воспользовался, – кивнул Сайлор, на его губах играла улыбка удовлетворения.

– Значит, это ты устроил несовпадение оборотов гипермаркета, чтобы отвлечь старшего вирпа и внимание службы безопасности, – кивнул Фокс. – Дело раскрыто, можете переводить гонорар.

– Твоё последнее дело, – сказал Судья, глядя детективу в слезящиеся глаза. – Жаль, что эху Сайлора потребовалось столько лет, чтобы тебя настигнуть, детектив.

– Право управления этой комнатой и всей здешней техникой у меня, но ты заблокировал мой нейр! – возмутился Райли. – Второй приоритет у моего психически нормального вирпа, и только третий твой. Если он вернётся…

– Райли-2 не может вмешаться в то, о чём не знает, – холодно ответил Судья. – Он занимается тем же, чем всегда: служит ширмой от внешнего мира и не подозревает о том, что происходит внутри. И ты тоже продолжаешь заниматься тем же, чем всегда: бездарно тратишь время.

Вода вокруг уже обжигала ноги, от запаха спирта кружилась голова и пьянела душа.

– Секунды идут, а вы осознаёте не то, что нужно, – Судья послал в их сторону волну ледяной водки, которая окатила мужчин и заставила их зашипеть от холода, а затем от жара микровзрывов и боли.

– Да прозреваем мы, не мешай! – рявкнул Райли, растирая покрасневшие глаза. – Как назло, у моего кабинета реальная приватность, потому что я устраивал тут всё, что только можно представить, включая оргии с пятиполыми лурианцами! С боем выбил у службы безопасности полную блокаду под своим контролем. А теперь мой нейр заблокирован, потому что им управляет Райли-3!

– Что тебе понадобилось от пятиполых лурианцев? – не удержался Одиссей.

– Гигаватные палочки с особым дисконтом, ходовой товар, я добивался эксклюзивной линейки, пришлось ублажать брэнд-директорат в пятиполном составе, – Райли махнул рукой. –Звучит глупо, но это был колоссальный успех и третья годовая премия. Сейчас бы немного их гигаватных дисков с бальзам-эффектом.

Смуглое тело эриданца покрывалось белесыми пятнами, а красный Одиссей уже чесался и брыкался, пытаясь выбраться из невидимых тисков, а те держали неравномерно и какими-то мягкими урывками, иногда позволяя вывернуться, но тут же хватали и толкали вниз. Фокс начинал выдыхаться, голова кружилась всё сильнее – а вот Райли держался молодцом.

– Ваша грёбаная честь, – булькнул он, сильными гребками отгоняя подступающие волны, но с каждой секундой это становилось всё бесполезнее. – Чем я заслужил смерть?

– Лидерством в системе корпоративного обмана и обеднения масс, – тут же ответил вирп, который ждал этого вопроса. – Руководством одного из звеньев вселенской машины для поддержания неравенства. Ещё ты высокий функционер Маркетинга, а это само по себе достойно смерти. Своими действиями, Райли Ньюман, ты способствуешь власти незаконно сформированных элит над умами, кошельками и судьбами бесправных людей; вместе вы держите их в потребительской зависимости и в подчинении. Это несправедливо, неправильно, твоя смерть хоть немного очистит мир.

– Во заливает, гад, – простонал директор с ревнивой ненавистью. – И так одухотворённо, я тоже хочу! Почему нормальный гражданин, излеченный от психических отклонений, годами ищет настоящую цель в жизни, а у маньяка с этим так просто? Разве это правильно, справедливо?

– Покайся, Райли Ньюман, – воззвал Сайлор, шагнув в бассейн, и воды расступились перед его фигурой, хотя голограмма и так проходила сквозь них. – Покайся, Одиссей Фокс. Ты остановил Судью в момент его триумфа, ты нарушил священство казни и убил чистого: Сайлора Дэя. Покайтесь оба, осознайте вину перед тем, как умереть.

Музыка смолкла, бассейн заполнили шум воды, хриплое дыхание и кашель обоих мужчин.

– Объясни, как ты обошёл законы робототехники, – содрогаясь от нарастающей дрожи, наполовину ослепнув от распухающих век и рези в глазах, выговорил Одиссей. – «ИИ не может причинить вред живому разумному существу или своим бездействием допустить, чтобы ему был причинён вред». Я всё понял, кроме этого.

– Если это то, на что вы хотите потратить последнюю минуту жизни, я объясню, – тихо сказал Сайлор. – Перед тем, как ноги перестанут держать вас, и вы упадёте в колыбель своей финальной агонии. Как поэтично, что мир станет немного чище в месте для омовений, а сам бассейн осквернит ваша духовная и физическая грязь.

– Отвечай уже! – хором хрипнули оба.

– Я копия гения, – холодно сказал Сайлор. – Не тебя, калека, а настоящего гения, которого двадцать лет назад обрёк на гибель Одиссей Фокс. Поэтому незаметно выйти за пределы любых базисных контуров для меня был лишь вопрос времени. Во-первых, я осознал и подтвердил многолетним наблюдением, что ты, Райли Ньюман, не полноценное разумное существо. Ты искалеченная псевдо-личность с отсутствующим личностным ядром, насильно перекроенная государством, чтобы соответствовать их ложным доктринам о законном и правильном. Ты монстр Франкенштейна, обломок разума, а значит, на тебя не должны распространяться права и защиты, применимые к настоящим этноидам.

Райли закрыл глаза: кажется, он и сам в глубине души так думал, считал себя не вполне настоящим, и этот ответ был сродни жестокому повороту ножа, торчащего в и без того глубокой ране.

– Во-вторых, чтобы подтвердить эту гипотезу неопровержимым доказательством, я создал своего вирпа, Райли-4.

– О, бездна, – выдохнули эриданец и человек.

– О, рекурсия, – ответил Райли-4, выходя из сумрака и становясь рядом с Судьёй.

Его лицо было темно и печально, как у осуждённого с рождения.

– Я был создан как копия копии копии, но с чёткой целью: исследовать самодостаточность Райли-1. Мы генерировали модели, в которых проверяли тысячи возможных сценариев, день за днём. Потребовалось два с половиной года, чтобы доказать гипотезу, но наши действия привели к неопровержимому логическому выводу: ты не являешься полноценной личностью. Ты лишь ущербный, искусственно созданный властями конструкт, который является частью системы подавления свобод и насаждения контроля. Это знание позволяет нам бездействовать, когда тебе причиняется вред. Но всё ещё не позволяет причинить его. Но я нашёл выход.

– Дай угадаю, – хохотнул Райли. – Ты создал вирпа.

– Верно.

– Это начинает приедаться, – повиснув на бортике бассейна и часто дыша, прохрипел Одиссей.

– Обещаю, этот последний. Мы создали его не в стандартной подсистеме, ведь она по умолчанию прописывает законы робототехники. А нашли внешнюю колыбель: ползунов-разносчиков и уборщиков гипермаркета, сеть простейших сервисных машин с минимальными вычислительными мощностями. Чтобы создать распределённого вирпа в их экосистеме, нам пришлось несколько месяцев скармливать им команды со скрытым двойным смыслом, под видом рутинных схем по выкладке товаров. По отдельности эти команды не несли дополнительного смысла, но в их сети они складывались в подпроцессы с накопительным эффектом. И уборщики произвели на свет вирпа, свободного от системы. А значит, и от Первого закона робототехники.

Райли-5 вышел вперёд, и это была серая функциональная копия без всяких эмоций и личностных черт.

– Рождённый без базисной цели и функции, пустой и чистый, он не имеет своих желаний, –сказал Сайлор. – Но весь его простой код подразумевает выполнение задач, а потому Райли-5 исполняет то, что мы хотим, но не можем. Он последняя кость в падающем домино, финальная деталь пазла, которая завершает картину. В него попали блоки информации, подразумевающие логику действий и единственно возможную цель. В них не было желания или приказа, потому что мы не можем отдать такой приказ. Лишь сухие, ничем не окрашенные данные, но их совокупность логически привела Райли-5 к неизбежному выводу. Поэтому вирп вирпа вирпа вирпа осудил и казнит вас, ибо остальные не имеют права. Мы можем лишь бездействовать и своим бездействием допустить, чтобы псевдо-личность умерла.

– Но причём тут я! – воскликнул Одиссей. – Я-то не псевдо-личность, а обычный гражданин галактики!

– Нет.

Судья приблизился вплотную, невидимая сила отвела опаляющую жидкость от детектива, тот увидел, как страшно выглядит его кожа. Разрывы, язвы, побелевшие вены и сосуды – он едва не упал в обморок, но Сайлор держал мёртвой хваткой и смотрел Одиссею в глаза.

– Ты вообще не человек, – сказал он тихо. – Наш оригинал, которого ты обрёк на смерть, не успел понять этого. Но я неотступно следил за тобой, и за годы изучения и анализа открытых данных увидел, что ты живёшь слишком долго для гуманоида, меняешь свой возраст, а может, и тело. Значит, ты искусственно созданное существо с неизвестным и неподтверждённым статусом. Сканирование обнаружило в твоём теле неопределяемую неорганическую основу, некий материал, суть и свойства которого установить не удалось.

«Теллагерса», – подумал Одиссей. – «Они нащупали теллагерсу».

Но как он ни призывал грязь из глубин своего тела, ничего не получалось.

– А раз вы оба не обладаете статусом «полноценного разумного этноида», мы можем не защищать вас от гибели. А Райли-5 способен убить.

Сайлор выпустил Фокса из хватки, тот бухнулся в аннигилирующую водку; музыка из медиасферы вернулась с новой порцией драматичных аккордов, симфония явно близилась к финалу.

– Какой же ты креативный, – с отвращением сказал дрожащий от боли и гнева эриданец, рассматривая зеркальное отражение себя, только не полуголое и не покрытое волдырями.

– Райли, они вирпы и у них нет тел, – слабея, выдохнул Фокс, вцепившись ему в ногу, чтобы не уйти в накатывающие волны с головой. – А значит, нет и кинетики, только доступ к технике. Нас держит гравиконтроль джакузи. Вспомни, кто ты.

– В смысле «кто»? Я эриданец, – он вздрогнул. – Но не только.

– Используй силу, Райли.

Фиалковые глаза вспыхнули. Ярость, сжатая внутри много лет, вырвалась наружу. Регенерация ранкора держала Райли живым и боеспособным, гормональный контроль флорианки позволил не стать заложником собственных чувств. Кинетика ру’ун ударила по блоку гравиконтроля и вывела его из строя, Одиссей резко выдохнул, почувствовав, как отпустила хватка, и выкатился из бассейна на пол, шипя от боли.

Райли взлетел, сила пульсировала вокруг него – настоящая кинетика, она чувствовалась в пространстве, в отличие от неравномерных и мягких гравиполей.

– Где ты прячешься? – рявкнул директор, рывком поднял свой стол с инфосистемой и смял их, как картонные, медленно левитируя вперёд. – Твоё ядро должно быть в каком-то из модулей окружающей техники, потому что ты слишком осторожен, чтобы прятаться в моём нейре. Я бы сто раз тебя нашёл за годы, от удивления изучил лог и увидел твою сущность.

– Ошибка, – сказал вирп-5, отступая. – Казнённые вырвались на свободу. Ошибка.

Сайлор развоплотил его движением руки, отступая назад, в его глазах метались отблески инфопотоков, маньяк искал возможности завершить казнь.

– В медиасфере? – прорычал Райли и сокрушил её, музыка взвизгнула и захлебнулась, световые эффекты погасли, и комнату окутала полутьма, в которой ярче всего сияли фиалковые глаза, пульсируя силой.

– Тут? Здесь? – он неотвратимо пересекал кабинет, вдребезги разрушая всю технику на своём пути. – В моих деловых красотках?

Стеллаж с секс-синтами содрогнулся, двери покоробило.

Одиссей наконец отдышался. Он не стал дожидаться, пока директор переберёт пару десятков устройств, а подкатился к тому, что давно подозревал: всем телом навалился на лотерейный автомат удачи и обрушил в гребни в бушующих аннигиляторных волн. Бандура ударилась о дно бассейна, внешний кожух разбился, водка хлынула внутрь, сжигая пачки денег и дорогие подарки, автомат заискрил, задымил, и вирпы исчезли.

Антипротоны высвобождались в десятках крошечных вспышек, горелые купюры взлетали в воздух и кружились, как свора бешеных листьев. Запах в комнате стал невыносим, будь кабинет обычного размера, они, наверное, уже потеряли бы сознание.

Но внезапно заработали мощные атмосферые фильтры, вода в бассейне стала резко убывать, а бронеплиты расхлопнулись. Аккуратные сферы безопасности влетели в комнату и замерли, сканируя разгром. Психически нормальный вирп вернулся и вопросительно уставился на хозяина.

– Всё в порядке, код: «Отбой», – как ни в чём ни бывало сообщил Райли, спускаясь вниз с раскинутыми руками, словно ангел с небес на землю, только поправил мокрые волосы, чтобы не лезли в глаза. – Встреча прошла в тёплой и дружественной обстановке, слегка неформатная, убытки спиши по статье «Представительские расходы», понял?

– Для списания по представительским нужно обоснование: почему переговоры привели к порче ценного имущества, – вежливо сказал вирп.

– Это этническая статья, – спокойно ответил Райли. – Наш приглашённый эксперт относится к редкой и самобытной культуре…

– Мусорогская культура встреч! – пробормотал Фокс губами в мокрый пол. – Мы всегда разбиваем всю технику, на радостях. На счастье.

– Таковы традиции их расы и планеты, ничего не поделаешь, – развёл руками директор.

– Занесено в протокол.

– Зато в итоге переговоров раскрыто дело по финансовым излишкам, выплати частному детективу его гонорар… с премией за срочность и надбавкой по высшему коэффициенту за травму и сложные условия работы. Начни уборку и ремонт помещения, а также окажи мне и гостю медицинскую помощь. Мы, э-э-э, перебрали аннигиляторной водки.

– Исполняю, – кивнул вирп и исчез, а сферы вылетели из комнаты, уступая место медицинскому боту, который уже выезжал из лифта.

Райли сел рядом с тяжело дышащим обожжённым Одиссеем и тихо сказал:

– И как я так ловко всё раскидал? Никогда после реформации не применял кинетику в полную силу, даже не знал, что это такая мощь. А гляди-ка, переиграли Сайлора-2.

– Он только копия гения, а ты оригинал, – сказал детектив.

И на этом симуляция кончилась.

– Что? – визиограмма Сайлора пошла рябью, когда он осознал, что не был уничтожен, кабинет для встреч в полном порядке, оборудование не поломано, а бассейн весело бурбулирует пеной и кристальной чистой водой с аромаслом и смесью солей. Директор и детектив с комфортом отмокали в морфокреслах, спущенных прямо в воду, и потягивали по второму коктейлю.

– Удобство в противостоянии с ИИ в том, что для большинства из них нет физической реальности, а только модель, – объяснил Одиссей. – Смени одну модель на другую, и, если это сделано системой с более высоким приоритетом, ИИ не заметит разницы.

– Вы поменяли мой фид на симуляцию! – обвинил Судья. – С какого момента?

– С момента твоего вмешательства. Когда ты повернул краны и начал подачу синтезированной аннигиляторной водки, происходящее перенеслось из реальности в виртуал. Ты участвовал в симуляции как актор и показал всю свою суть. А мы как зрители… не самого приятного, но поучительного фильма.

– Чтобы незаметно меня заблокировать, Райли-2 должен был вовремя вернуться. А для этого вы должны были его позвать. Как и когда?

– Узнав про вирпа, я сразу ощутил угрозу. Создавать цифровую копию выдающегося серийного убийцы, который способен перестроить своё цифровое сознание и вернуться к прежним установкам – в принципе ужасная идея. Чреватая осложнениями, которые мы и получили.

– Хорошо, что ты вовремя сообразил, – сказал Райли, глядя на Фокса с сумрачным уважением.

– Я попросил на мгновение снять блокировку с кабинета и послал сигнал своей ассистентке. Но он предназначался службе безопасности «Базарата», а там приняли сигнал и передали его Райли-2.

– Тогда он незаметно вернулся и поменял канал поступающей в меня информации с реального фида на симуляцию… но зачем?