Когда отцветут ирисы. Сезон пурги. Том 2

– Факт. – вклинился хмурый Данил. – Таким я точно заниматься не буду ни за что… К слову, есть вариант поспрашивать работников ветеринарных клиник. У них же должны быть…

Юношу перебил задорный смех белокурой подруги.

– И что ты с мёртвыми тушками делать будешь? – насмешливо спросила Таня, не прекращая лукаво щуриться. – Неужели смелости хватит глаза с сердцем вырезать?

От услышанного лицо Данила ошарашено расслабилось. Начало казаться, что парня сейчас стошнит.

– Вот и я так думаю. – девушка подавила в груди смешок, переводя глаза на подругу. – Если ты на сто процентов уверена в том, что эти… рецепты рабочие, то есть у меня одна идея.

Через некоторое время в комнате повисла напряжённая тишина. Данил заметно занервничал, переводя глаза с одной подруги на другую. Василиса безыдейно глядела перед собой, закусив внутреннюю сторону щеки.

– Логично. – констатировала она, наконец нарушив молчание. – Напиши мне точный адрес.

– Ты с ума сошла?! – воскликнул юноша, нахмурившись. – Вась, это пиздец какая плохая затея… Да ни Кирилл, ни Артём на это не согласятся ни за что на свете!

Проигнорировав слова друга, Таня быстро взяла телефон в руки и начала шумно отбивать пальцами по экрану. От этого жеста Данил напрягся пуще прежнего. Ему начало казаться, что девушка намеренно подливает масла в огонь.

– Ты не слышишь меня что ли? – продолжал он, схватив рыжую подругу за запястье. – Василиса, нет. Ни за что.

– Успокойся, пожалуйста. – убаюкивающе заговорила девушка, припустив веки. – Не держи меня за дуру. Я обо всех опасностях получше вас знаю. И умирать раньше времени тоже не планирую.

Как только мы закрыли за собой дверь, до ушей донеслись оживлённые голоса моих друзей. Ребята о чём-то громко спорили. Осознав, что мы вернулись, они сразу же умолкли и выжидающе уставились на проход коридора. Выйдя к ним, нас встретили удивлённые глаза.

– Ого… – протянула сестра, захлопав ресницами. – Как-то вы слишком быстро.

Артём, не мешкая, вышел из-за моей спины и приблизился к дивану. Бросив на столик две пачки разноцветного мармелада, он принялся быстро снимать с себя куртку по дороге в свою комнату. Я протяжно выдохнул, проводив глазами его спину. На душе было беспокойно за него. Я всем телом ощущал, насколько сильно загружен его разум.

– Тут неподалёку есть маленький магазинчик. – ответил я, всё ещё смотря на лестницу. – В город второй раз ехать не хотелось.

Выходные подходили к концу. Лёжа под одеялом, я безыдейным взглядом сверлил потолок, освещаемый слабым уличным светом. На удивление спать не хотелось. Думать не хотелось тоже. За эти дни мы все вымотались больше, чем за полгода до этого. В голову наконец-то ударяло осознание того, что происходит и в каком положении мы находимся. Времени становилось всё меньше.

Завтра мы уедем, оставляя тревогу в этом большом доме. Студенческие будни помогали хоть немного отвлечься. Я задумался, каково было Тане и Данилу. Наверное, оставаясь в родном городе, я бы точно медленно сошёл с ума. Абсолютно всё, что раньше казалось родным и знакомым, начало давить. Хотелось поскорее забыть всё и оставить эти места в прошлом.

Мой бессмысленный поток сознания прервал еле слышный скрип двери. Я сразу же привстал на локтях и уставился в темноту. В дверном проёме показалась белокурая макушка. На лицо полезла слабая ухмылка. Не церемонясь, Таня запрыгнула на кровать и быстро залезла под моё одеяло.

***

– Блять… Ты точно уверена?

Василиса присела на карточки перед столом, почти вплотную к лицу поднеся щепотку истёртых трав. Медленно растирая кончики пальцев, девушка отправляла порошок в кружку. Закончив кропотливый процесс, она шумно выдохнул и резко поднялась на ноги, отряхивая ладони. В следующее мгновенье Василиса залила сборник кипятком и развернулась к своему товарищу.

– Уверена. – полушёпотом ответила она, скрестив руки на груди. – Ты всё понял?

– Да понял я, понял. – аналогично буркнул Данил. – Идиотская затея, блять… Вы меня реально скоро в могилу сведёте все.

Подруга хихикнула, подойдя ближе к юноше.

– Не ворчи. – глаза Василисы весело сверкнули. – Для тебя же стараюсь. Представляешь, сколько мы времени сэкономим?

– Ага… – Данил недовольно скривился. – Это я уже слышал. Слушай, я тебя очень прошу… Давай не так, как получилось в прошлый раз.

Без рук девушка открыла дверь, балансируя с двумя, до верхов заполненными, горячими кружками. Артём никак не отреагировал на её появление, продолжая отстукивать сообщения по экрану телефона. Он оторвался от девайса лишь в тот момент, когда подруга громко опустила чашку на прикроватную тумбочку.

– Это что? – недоверчиво спросил юноша, выгнув бровь. – Я, вроде, чай не просил.

Василиса недовольно скривилась, шумно отпив содержимое своей кружки.

– Ага, пожалуйста. – буркнула она. – Пей. Ты целый день на улице провёл, заболеть перед сессией хочешь?

Артём повторил её эмоцию, но спорить не стал. Василиса же не стала развивать диалог, лишь наблюдала за тем, как юноша быстро опустошает свою чашку. Периодически его удивляло каким пластичным человеком была его подруга. Даже немного отстранённым. Она не пыталась залезть в чужую душу, если её туда открыто не звали. Не пыталась успокоить или помочь, как делали, наверное, все другие знакомые ему люди. Она просто заботливо была поблизости. Малозаметная черта, которая сильно радовала его свободолюбивый разум.

Веки начали тяжелеть. Фокусироваться на телефоне становилось всё сложнее. Артём откинул от себя устройство и быстро сел на кровати, подняв на подругу недовольный взгляд. Василиса сразу же отвлеклась от своих записей и удивлённо глянула в его сторону.

– Что это было вообще? – не меняя эмоций спросил он. – Снотворное какое-то? Двенадцати нет, а меня уже рубит.

Из груди девушки вырвался негромкий смешок.

– Ага, димедрол. – сказала она, не прекращая посмеиваться. – Вот так и пей непонятно что из чужих рук.

– Очень смешно. – веки парня припустились. – Серьёзно, что это? Ты такого ещё не заваривала.

– Успокоительный сборник. – спокойно ответила девушка. – Да, тебе ещё не заваривала, зато сама пью часто. Раз в сон клонит, значит подействовал уже. Отдыхай.

– Не хочу я отдыхать. – недовольно процедил он. – И никакие успокоительные сборники мне не нужны.

Василиса выдохнула так медленно, как только была способна. На лице заиграла пугающая улыбка, от которой юноше стало не по себе. Под пристальным взором огней голубых глаз, он всё-таки переоделся и залез под одеяло. Как бы он не противился, но в её словах был смысл. За эти два дня Артём думал больше, чем за весь прошедший учебный год. Нужно было поберечь свой разум.

– Ты же тоже выпила. – буркнул юноша, подглядывая за подругой из-под одеяла. – Почему не ложишься?

Ничего не ответив, Василиса закрыла тетрадь и отложила ручку. Девушка быстро спрятала напряжённые огоньки в своих глазах и расслаблено улыбнулась, проведя пальцами по волосам. Через несколько мгновений свет был выключен, а сама девушка привычно прильнула к плечу своего друга. Когда она легко провела рукой по его торсу, лицо Артёма расслабилось окончательно. Гудевшая от напряжения голова наконец-то перестала болеть. Уткнувшись в рыжую макушку, юноша перестал противиться сну.

Василиса продолжала сидеть у изголовья, поглаживая своего друга по голове. Когда часы показали три часа ночи и слабо завибрировали на её запястье, она в последний раз провела пальцами по тёмным колючим волосам.

– Спокойной ночи. – еле слышно шепнула она, улыбнувшись. – Утром ты проснёшься самым свежим человеком на планете.

На улице моросил холодный дождь. Пока девушка копошилась у багажника, к ней быстро подбежал взволнованный Данил. Из окна она заметила внимательные глаза Тани. Подруга жестом ткнула в телефон, призывая Василису прочитать отправленное.

– Вася, – шёпотом затараторил парень. – давай я с тобой. Серьёзно. Ну нахера так рисковать в одиночку?

Прочитав сообщение, девушка подняла на друга серьёзные глаза.

– Нельзя. Вы все должны оставаться в доме. – аналогичным шёпотом ответила она. – Тебе Таня что сказала? Давай придерживаться плана.

– Вася… – практически простонал юноша. – Это по факту только её домыслы. А если с тобой что-то случится? Что ты одна делать будешь? И как… как, блять, в случае чего это объяснять ребятам? Да меня Артём…

– Не надо раньше времени о плохом думать. – перебила его Василиса, сощурившись. – Ещё хуже будет, если нас Сергей за хвост поймает. Вот тогда гнев Артёма тебе манной небесной покажется. Действуем плану, сказала же.

Данил запрокинул голову к небу, вымучено закрыв глаза. Придуманный план не внушал доверия, а риски были слишком велики со всех сторон. Если всё пройдёт плохо, то перевёртыш уже не казался главной угрозой. Разгневанный Артём или, ещё хуже, Сергей выглядели намного опасней и приземлённее, чем любая нечисть.

– Ага. – бросил он, не опуская головы. – Если ты не выйдешь на связь дольше, чем двадцать минут, то я сразу же выкладываю всё Кириллу.

– Знаю.

– Если увидишь хвост или хоть что-то почувствуешь – сразу же уезжай.

– Знаю.

Вернув глаза на подругу, Данил шумно выдохнул. С каждым днём их «приключения» ставились всё абсурдней и опасней. Хотелось верить, что игра стоит свеч.

Проводив белый японский автомобиль, юноша вернулся в дом и уселся на диван. Нервно поёрзав на месте, он несколько раз разблокировал телефон и безыдейно пробежался глазами по диалогу. Из груди вырвался усталый вздох. Желание спать пропало полностью.

ГЛАВА 29

Дорога была долгой. По пустой трассе пулей проносился старый автомобиль, практически уходя в занос на поворотах. Девушка не была самым аккуратным водителем, больше всего она ценила скорость и манёвренность. Слишком внушительные расстояния начинали накалять эту страсть пуще прежнего. Хотелось как можно быстрее оказаться на месте.

Тяжёлые мотивы распространялись по салону, прерываясь лишь от уведомлений мессенджера. Товарищ, как и обещал, отписывался каждые двадцать минут. Через несколько часов пути Василиса начала утомлённо вздыхать каждый раз, когда экран загорался от очередного сообщения. Понемногу, совсем незаметно, начинало светать. Встреча рассвета за рулём приносила ей особенные эмоции. Когда линия горизонта окрашивалась бурым огнём, на губах девушки невольно расползалась улыбка. Мир оживал и она вместе с ним.

Пять часов пути, казалось, длились целую вечность. В очередной раз заправившись, Василиса была на финишной прямой. За окнами мельтешил ранее незнакомый город, о котором она слышала лишь от друзей. Чем ближе она подъезжала к посёлку, тем тяжелее становилось на душе. Не надо было быть медиумом, чтобы понять, что ей и без этого не доверяют. Безрассудность от «приступов» тьмы оставила на её личности отпечаток, из-за которого близкие подвергали скепсису все её предложения. Она привыкла быть странной. Обидно было лишь то, что она испытывала терпение единственного человека, который имел для неё хоть какой-то авторитет. У неё не было выбора. Она давно смирилась с мыслью, что может остаться одна. Но мириться с мыслью, что он может погибнуть, она ни стала бы ни за что. На переговоры не осталось времени. Нужно было действовать. И быстро.

По бокам распластался густой лес. Из полуоткрытого окна веяло хвоей, в животе неприятно заныло. Место выглядело подозрительно знакомым. Василиса была на верном пути, от чего пульс невольно подскочил. Когда справа мелькнула табличка с названием населённого пункта, девушка заметно снизила скорость. Конечно, она привлечёт много внимания. Хотелось верить, что в такое раннее утро на улицах будет как можно меньше людей.

Не заезжая на просёлочную дорогу, Василиса заглушила автомобиль чуть поодаль. Слишком долго бродить пешком не хотелось, но ещё больше не хотелось, чтобы её транспорт произвёл фурор среди местных. Нужно было действовать скрытно. Хлопнув дверью, девушка направилась к багажнику и достала оттуда чёрный рюкзак. Быстро собрав непослушные волосы в пучок, она в последний раз поправила плащ и ещё раз пересчитала всё содержимое портфеля. Убедившись, что ничего не забыла, она захлопнула дверцу багажника и заблокировала автомобиль.

Местность выглядела не такой страшной, какой Василиса её себе нафантазировала. Деревенские улочки, на удивление, вызывали не страх, а странное щемящее чувство в груди. Жителей, как она и думала, было совсем немного – большинство всё ещё спали. Но те, кто попадался ей на пути, не выглядели опасными и безумными. Бабульки, завидев девушку, заинтересованно, но беззлобно смотрели ей в след. Работящие мужички заигрывающе улыбались, а совсем уж редкие дети даже не смотрели в её сторону.

В очередной раз затянувшись электронной сигаретой, Василиса осеклась и глянула на свой девайс. Индикатор батареи мигал красным огоньком. На лицо полезла мученическая гримаса. Завидев первый попавшийся магазинчик, девушка быстро направилась в его сторону. Когда дверь поддалась, она облегчённо выдохнула. Честно говоря, она до последнего не верила, что в такую рань здесь будет работать хоть что-то. Купив пачку сигарет, она быстро упорхнула от расспросов сонной продавщицы и направилась дальше.

До нужного дома пришлось идти буквально через весь посёлок, о чём её предупреждали ребята. Сфотографировав местность, девушка отправила отчёт своему другу и ускорила шаг. С каждым поворотом звуков становилось всё меньше. Хотя, казалось, куда ещё меньше. По ощущениям все немногочисленные животные покинули этот участок посёлка, а местные жители совсем не подавали признаков жизни. Тем не менее, ощущения опасности девушка не испытывала. По крайней мере, пока что.

Наконец-то завидев нужный дом, рот Василисы ошарашено приоткрылся. Она представляла его, определено, иначе. Здание заметно покосилось, во дворе царил хаос из сухой высокой травы и глубоких луж грязи. Следов видно не было. Сразу стало очевидно, что местные абсолютно точно не заходят на эту территорию. Вопрос был лишь в том, от страха ли или от благоволения. Решив обдумать это в другой раз, Василиса несколько раз оглянулась по сторонам, и уверена шагнула в траву.

Дверь поддалась сразу же, от чего её бровь вопросительно выгнулась. Удивительно, что никто не повесил даже простенького замка. По улице пронёсся громкий скрип, от чего сердце пропустило удар. Быстро нырнув внутрь, Василиса быстро захлопнула за собой старую дверь и опёрлась на неё всем телом. Очень сильно захотелось курить. Недолго думая, рука быстро нащупала сигаретную пачку.

По затхлому помещению медленно развеивался дым. В комнату практически не проникал утренний свет. Девушка быстро достала из рюкзака налобный фонарик и закрепила его на голове. В его свете она наконец-то оглядела окружающую её обстановку. Внутри дом был таким же миниатюрным, каким и казался снаружи. Доски под ногами громко трещали, а потолок был сильно скошен в сторону. В голове мельтешила мысль, что он может обвалиться в любой момент, но Василиса отгоняла её от себя прочь. Справа от входа ютился обеденный, как она думала, стол, а слева всё пространство было завалено коробками. Они были хаотично разбросаны по полу, от чего девушка сразу же вспомнила историю друзей про свою первую вылазку в посёлок. Стало очевидно, что даже после этого происшествия сюда никто так и не зашёл. Это начинало напрягать. Впереди виднелась старая печь. Побелка слезла, а по основанию расползалась внушительная трещина. Этот дом, определено, видал и лучшие деньки.

Двигаться не хотелось. Усилием воли девушка медленно подошла в сторону коробок, перед этим глубоко затянувшись. По комнате прошёлся слабый девичий кашель. Заглянув в самую ближнюю, она сразу же заметила те самые «баночки», о которых ей рассказывала Таня. Часть дела была выполнена. Для надёжности стоило пересмотреть всё содержимое дома, хоть часть разума и просилась убраться отсюда как можно быстрее.

Время превратилось в липкую субстанцию. Было удивительно, но Василиса совсем не чувствовала себя в опасности, пока находилась внутри. В груди сидела слепая уверенность, что ни одна нечисть не сунется сюда. Но, по правде говоря, её больше пугали люди, чем оборотни. Одна коробка в её тонких руках сменялась другой, мёртвую тишину разрезали лишь частые сигаретные затяжки, сменяющиеся слабым кашлем. Перебрав десяток личных вещей, из груди девушки вырвался усталый стон. Видимо, посторонние люди зашли сюда лишь единожды – непосредственно после смерти Ваноры. Вещи были аккуратно упакованы, но Василиса не видела в этом должной заботы. Казалось, что человек даже не рассортировал содержимое, желая побыстрее убраться с ведьминой территории. Столовые приборы лежали рядом с одеждой, а художественная литература смешалась с документами почившей женщины. Василиса и так была уверена в своём родстве с ней, но теперь всё становилось слишком очевидным. День рождения Ваноры дублировал её родную прабабушку, лишь с разницей в пару лет. Девичьи фамилии были идентичными. В груди, на секунду, кольнула тоска. Иррациональная мысль о том, что этот дом совсем перестал нагонять на неё страх, замаячила где-то на подкорке.

На полу протянулся слабый солнечный луч, в его свете заблестела парящая пыль. Отряхнув руки, девушка аккуратно поднялась и подвинула ногой нужную коробку ближе к выходу. Бесшумно, словно мышка, она обошла древнюю печку. Справа от неё, около окна, стояла старая пружинистая кровать. Односпальная. Это немного сбивало с толку, но Василиса решила не задумываться слишком сильно. Не сейчас.

Она помнила, что ребята нашли тетрадь под матрасом. Это значило, что люди, собиравшие вещи, осмотрели комнату совсем поверхностно. В голове маячила идея, что, определено, здесь должно быть что-нибудь ещё. Просто не могло не быть. То, что она знала о хозяйке дома, сразу же толкало на мысль о её секретах. Их у Ваноры должно было быть достаточно. Вариантов тайника в этом маленьком помещении было совсем немного.

Первым делом Василиса заглянула в печь. Чугунные затворки практически намертво припечатались к конструкции, пришлось приложить усилия, чтобы их снять. Это действие получилось довольно шумным, вся чёрная одежда Василисы окрасилась побелкой и пылью. Прокашлявшись, она посветила фонариком в темноту печи. Разочаровано выдохнув, девушка быстро потеряла интерес к этой части дома.

На чердак лезть совершенно не хотелось. Если там что-то и было, то протекающая крыша и суровая уральская погода точно уничтожили все улики. Ещё страшнее было прикасаться к прогнившим доскам. Такая нелепая смерть не входила в её планы. Ни одна информация не стоила таких рисков, поэтому девушка решила полностью сместить вектор. Несколько раз качнувшись на носочках, она внимательным взглядом уставилась себе под ноги. В глазах загорелись яркие огни.

Василиса сделала несколько кругов по комнате. Слух уловил что-то необычное, когда она проходила мимо стола. Глаза засверкали ещё ярче, пока на лицо лезла ухмылка. В два счёта оказавшись у портфеля, девушка зарылась внутрь практически с головой. В её руках заблестел маленький походный гвоздодёр.

Инструмент с грохотом выпал их тонких рук, а сама девушка испуганно дёрнулась. В мёртвой тишине даже слабая вибрация телефона выбила её из колеи. Расслаблено выдохнув, она быстро встала, не глядя нащупывая девайс. Поставив звонок на громкую связь, Василиса опустила телефон на стол, а сама наклонилась к доскам под ним.

– Алло?.. – раздалось из динамиков. – Василиса, ты здесь?

– Да здесь я, здесь. – тихо буркнула она, поудобней ухватившись за фомку. – Что случилось?

– Это я у тебя спросить хотел. – взволновано процедил Данил. – Ты почему на сообщения не отвечаешь? Я же сказал, что каждые двадцать…

– Да помню я. – перебила девушка, нахмурившись. – Просто, как бы сказать… Я тут немного занята. Походу у Ваноры под столом что-то есть.

– Не понял… – чуть погодя ответил друг. – В полу что ли?

– Ага.

Вставив загибающийся конец гвоздодёра меж половиц, Василиса всем весом навалилась на инструмент. Пол был настолько ветхим, что доски оторвались практически без усилия, а девушка повалилась вниз. От её падения в воздух поднялся густой слой пыли, от чего лёгкие загорелись огнём. Громко закашлявшись, Василиса начала тереть глаза.

– С тобой что? – чуть тише заговорил Данил. Было слышно, что юноша напрягся. – Блять, не пугай меня так… Вася, алло. Ты здесь?

– Здесь-здесь… – сквозь кашель ответила она, всё ещё пытаясь убрать грязь с лица. – Нормально всё. Действуем по плану. Я скоро уже обратно поеду.

– А в полу-то там что? – парень перешёл на шёпот.

– Сейчас и узнаем. – усмехнулась Василиса, подавив приступ удушья. – Ладно, я тебе напишу, как закончу тут. Всё спокойно, так что не переживай. А лучше вообще спать ложись, ты же сегодня всю ночь мне написывал.

– Ага, обязательно. – еле слышно буркнул он. – Через двадцать минут напишу. До связи.

Когда товарищ отключился, Василиса шумно выдохнула и слабо улыбнулась. Пыль наконец-то рассеялась. Включив фонарик на максимум, девушка сняла его с головы и просунула руку в дыру. Глаза ошарашено расширились от увиденного.

Василиса ожидала увидеть маленький тайник, который обычно делали под половицами. Но перед ней красовалась старая, полусгнившая деревянная стремянка, уходящая вниз. Проход был узким, совсем непохожим на обычный погреб или подвал деревенского дома. Казалось, что этот «спуск» соорудили самостоятельно и на скорую руку. По спине пробежался холодок.

Самодельные ступеньки совсем не внушали доверия, а от идеи провалиться под дом становилось дурно. Шестерёнки в рыжей голове забегали с невероятной скоростью. Глаза зацепились за коробку, где хранилось постельное белье. Прошло совсем немного времени, как Василиса уже обматывала простыней свою талию. Соединив все найденное белье, в её руках лежала длинная самодельная верёвка. Завязав другой конец о дверную ручку, которая выглядела надёжней всего в этом доме, девушка медленно приблизилась к дыре. Доломав остатки досок двумя ударами ногой, проход стал достаточно широким, чтобы она проникла внутрь. Поняв, что чем дольше она будет стоят и думать, тем меньше шанс, что она вообще спустится, Василиса не дала себе времени на размышления и уверено нырнула вниз.

Ноги судорожно искали опору, а ладони мёртвой хваткой вцепились в склизкую ступеньку. От напряжения дерево начало трещать, пока сердце девушки норовило выпрыгнуть из груди. К горлу подступал приступ кашля, от чего Василиса всеми силами пыталась успокоить себя. Ей было нельзя так сильно волноваться. Как минимум, потому что ингалятор остался в портфеле. Она опускалась всё ниже, не сводя дикого взгляда со своих рук, на которых вскочили слабые вены. Когда нога опустилась на землю, из уст девушки вырвался громкий вздох облегчения. Она быстро отпустила лестницу и опёрлась ладонями на колени, пытаясь отдышаться. Со лба упала маленькая капля пота.

Было душно. Подпольное пространство полностью освещалось маленьким фонариком, настолько оно было тесное. Василиса подумала, что здесь не больше метра на метр. Стены ничем не были обработаны, земля осыпалась от каждого прикосновения. Девушка не видела какой-то разумности в таком странном подполе. Для настоящего подвала оно было слишком маленьким, а для тайника неоправданно глубоким. Окончательно осознав происходящее, Василиса начала медленно осматриваться.

Единственная ассоциация, которая пришла ей на ум – это то, что её похоронили заживо. В импровизированном подвальчике не было абсолютно ничего примечательного, помимо тёмной земли и небольшой деревяшки под ногами. Наклоняться было тяжело. На подкорке маячила тревожная идея, что от неловкого движения девушку может засыпать с головой. В очередной раз не дав себе передумать, она всё-таки наклонилась ближе к доскам.

Под ними она наконец-то увидела то, на что рассчитывала. На лицо полезла широкая улыбка, а из груди вырывались слабые смешки. В небольшой ямке лежала внушительная шкатулка, в материале которой девушка сразу же узнала янтарь, и тетрадь в твёрдом переплёте. На обеих вещицах виднелись странные замки. Не став слишком долго рассматривать находку, Василиса поправила фонарь на лбу и несколько раз дёрнула импровизированную верёвку. Убедившись в надёжности, одной рукой она зажала вещи, а второй вновь ухватилась за лесенку.

Когда деревяшка разломалась под её весом, Василиса даже не удивилась и с треском полетела вниз. Приземление вышло болезненным, на макушку горстями посыпалась сырая земля. Она буднично задумалась, почему в этом доме не было фундамента. В кровь брызнул адреналин, девушка сразу же поднялась на ноги. У неё остался единственный вариант – вскарабкаться вверх по верёвке. В очередной раз нервно рассмеявшись, она сгруппировалась и сунула тетрадь со шкатулкой в резинку своей юбки. Конечно, поза была одной из самых неудобных, которую вообще можно было принять, но она твёрдо решила забрать всё за один заход. Слишком хотелось поскорее отправиться домой. Наверное, Артём уже скоро проснётся. Наверное, после этого он перестанет с ней разговаривать окончательно, пока Кирилл будет осуждающе мотать головой. Смех стал ещё громче. Такие житейские глупости, ранее обижающие, теперь только радовали.