Полная версия:
Командировка
В отверстие в тенте я мог видеть часть автостоянки, на которой через минуту появились мои преследователи. Их было трое. Они подошли к моей машине, заглянули в нее, постояли, тихо переговариваясь, и пошли в сторону блошиного рынка.
Я решил немного выждать и бежать отсюда подальше, бросив машину.
Мой организм всегда реагировал на стресс острым желанием что-либо съесть. Содержимое ящиков источало немыслимый аромат. Высокая доза адреналина в крови в сочетании с целым фургоном чего-то очень вкусного, заставила меня забыть об опасности и приоткрыть верхний ящик. Там ровными рядами, сверкая коричневой глазурью, лежали заварные пирожные.
Я взял одно пирожное. Оно мгновенно растаяло у меня во рту. За ним последовало другое. Потом еще и еще.
Поглощая чужие пирожные, я все же хотел оставаться порядочным человеком и мысленно вел счет уничтоженных вкусняшек, чтобы потом расплатиться с их хозяином.
Увлеченный процессом гастрономического разврата, я не заметил, как фургон медленно тронулся и выехал на оживленное шоссе.
Глава 14Фургон двигался быстро. О том, чтобы выпрыгнуть на ходу, не было и речи. В отверстие в тенте я видел поток машин, проносящихся мимо. Я понял, что мы едем по проспекту в направлении выезда из города.
Я достал из кармана телефон, чтобы позвонить дяде. Именно в этот момент раздался звонок. На дисплее высветилось: «Вероника».
– Хорошо, что я до тебя дозвонилась, – быстро заговорила она, – Мне надо с кем-то посоветоваться. Я попала в странную ситуацию. Тот заказ, по которому мы с тобой ездили, мне кажется каким-то сомнительным. Я случайно узнала, что хозяин этого участка убит. Выходит, что переговоры со мной ведет какой-то левый чувак. Зачем в этой ситуации кому-то заказывать проект ландшафтного дизайна? Я хотела сразу позвонить и отказаться от заказа. Но сумма, которую мне должны заплатить, очень большая. Да и часть работы я уже сделала.
Я был рад ее звонку. В первую очередь потому, что он развеивал мои подозрения об участии Вероники в какой-то темной игре. Мне даже раньше казалось, что она пыталась затянуть и меня в какую-то сомнительную авантюру. Ее звонок все поставил на свои места. Похоже, что она, также, как и я, оказалась в эпицентре непонятных для нее происшествий. Сомнения в непричастности Вероники к событиям, описанным в статье об убийстве антиквара, мгновенно улетучились. Я с облегчением упрекнул себя в параноидальных измышлениях и ответил ей:
– Да, ситуация более чем странная. Ты пока ничего не предпринимай. Попытаемся разобраться. А сейчас, возможно, мне понадобится твоя помощь, – сказал я и вкратце описал ту ситуацию, в которой сейчас находился.
– Я приеду за тобой, – взволнованно произнесла Вероника, – Ты можешь сказать: где ты сейчас находишься?
Я опустился на колени и выглянул из-под тента. Город остался далеко позади. Фургон ехал по однополосной асфальтированной дороге, петляющей между высоких елей. Никаких визуальных зацепок не было. Ни дорожных указателей, ни рекламных щитов, ни каких-либо строений.
– Пока нет никаких ориентиров. Немного позже …, – закончить фразу я не успел.
Дисплей погас и показал изображение разряженной батареи. Более неподходящего времени для этого придумать было трудно. Сладкий фургон увозил меня в неизвестном направлении. Сдохшая батарея представлялась мне рухнувшим мостиком, связывающим меня с внешним миром. Рассчитывать на помощь кого-либо из моих друзей не приходилось.
Фургон замедлил движение. Я бросился к краю тента, чтобы выскользнуть из-под него и попытаться выбраться из этого добровольного плена.
К счастью, я замешкался, перелезая через ящики, и не успел полностью высунуться наружу. В просвет тента я увидел, что по сторонам от машины стоят два громадных охранника, а сам фургон въезжает в высокие открытые ворота. Я отшатнулся, намереваясь снова спрятаться за ящики. Но заглядывать под тент никто не собирался. Машина медленно вкатилась в просторный гараж. Водитель вышел, и дверь гаража захлопнулась.
Я уже второй раз за день оказался в ловушке. Утешало лишь то, что была большая разница между этими двумя случаями. Люди в ангарах, преследовавшие меня, явно имели темные намерения. В ситуации же с фургоном было неясно: имеет ли его водитель отношение к тем громилам, или он оказался случайно вблизи моей машины. Я решил, что надо спрятаться и стараться не проявлять своего присутствия, пока не прояснится этот вопрос.
Прислушиваясь к окружающим звукам, я приподнял край тента и, стараясь не шуметь, вылез из кузова фургона. После съеденных пирожных очень хотелось пить.
Я осмотрелся. Машина стояла в большом гараже, металлическая дверь которого была закрыта. Я попробовал приоткрыть ее, но громкий скрип остановил меня. Надо было попытаться найти другой выход на улицу. Долго искать не пришлось: в стене напротив входа виднелись две двери.
Первая дверь вела в небольшую комнату, выполнявшую функцию кладовой. Выхода на улицу здесь не было. Но зато здесь на столе стоял чайник. В чайнике была вода. Ее было не так много, как мне бы хотелось, но утолить нестерпимую жажду должно было хватить.
Несколькими глотками я осушил спасительный чайник. И только тут сообразил, что чайник электрический, а значит, рядом с ним должна быть розетка. Действительно, розетка обнаружилась за краем столешницы.
Я подключил телефон, мысленно благодаря себя за привычку носить с собой зарядку. Надо было подождать хотя бы 5 минут, пока подзарядится батарея, а потом выбираться отсюда.
Я прошел ко второй двери и приоткрыл ее. За порогом была площадка, а за ней – высокий кованый забор, отделяющий усадьбу от густого елового леса.
Возвратившись в первую комнату, я поднял со стола телефон и сделал шаг вперед, чтобы сесть на топчан, край которого выглядывал из-за шкафа. Длинный шнур зарядки позволял провести минуты ожидания с относительным комфортом.
В следующую минуту я превратился в памятник самому себе. Я застыл с телефоном в руке и не мог сдвинуться с места.
За шкафом на топчане сидел человек. Его взгляд не выражал ни удивления, ни испуга. Он сидел с таким видом, будто давно ждал меня. Это был человек, которого я видел позавчера в доме антиквара Артура Борисовича. Тот самый «фитнес тренер», который подавал мне кофе.
Глава 15Мне понадобилась почти минута, чтобы прийти в себя от неожиданности. Внезапная встреча с незнакомцем в помещении, в котором не должно быть никого, кроме тебя , не может не напугать. Но и увидеть здесь знакомого человека было еще более странно.
Мужчина молча продолжал смотреть на меня. Видимо, ждал, когда я заговорю первым. Но я тоже молчал. Не потому, что мастерски выдерживал актерскую паузу, а потому, что мне мой язык мне не подчинялся. Он прервал молчание первым:
– Ты узнал меня?
– Да, узнал. Мы встречались у Артура Борисовича, – ответил я.
– У тебя хорошая зрительная память: ведь мы виделись только раз, и то мельком. Я бы тебя не узнал, если бы заранее не знал, что ты приехал в этом фургоне, – он кивнул на машину, видневшуюся вблизи дверного проема.
– А откуда тебе известно, что я прятался в фургоне? Меня, кажется, никто не видел, – я с недоумением посмотрел на него.
– Ты, видимо, еще не понял, что ввязался в серьезную игру. Теперь мало что в твоей жизни будет происходить случайно. И далеко не все будет зависеть от тебя, – сказал мужчина серьезно.
– Я не ввязывался ни в какую игру. Может, ты объяснишь мне: что происходит. Что от меня хотят молодчики с рынка? Почему моя персона привлекла такой нездоровый интерес? Я недоучившийся студент, работаю в никому не известном книжном магазинчике, где мы с другом еле сводим концы с концами. Я никого не ограбил, закон не нарушал. Я даже улицу не перехожу в неположенном месте. Государственных секретов я тоже не знаю…
При последней фразе мой собеседник предостерегающим жестом остановил мою тираду:
– Все же кое-какой секрет, пусть и не государственный, тебе удалось узнать, – произнес он.
Я ошеломленно уставился на него:
– О каком секрете ты говоришь?
– Пока сказать тебе не могу, но ты неглупый парень и сам сможешь разобраться. А если не разберешься, тебя ждут большие проблемы, в решении которых я тебе навряд ли смогу помочь.
– Ну хотя бы скажи: где мы находимся? – спросил я.
– Это территория ресторанного комплекса «Кедровая лощина». Здесь люди отдыхают, ведут переговоры вдали от посторонних глаз. Вот и сегодня здесь намечается серьезное мероприятие.
– А ты вообще откуда взялся? Какое ты имеешь отношение ко всему этому? – спросил я.
– Я Игорь, – коротко ответил он.
– И все? Какое отношение ты имеешь к Артуру Борисовичу, к этому комплексу. И чем объяснить твой интерес к моей персоне?– спросил я.
Ответить он не успел, а скорее всего и не собирался говорить о себе. Наш разговор прервала мелодия телефонного звонка. Игорь кивком разрешая мне ответить на звонок.
– Наконец-то я дозвонилась до тебя,– зазвенел в трубке голос Вероники, – Куда за тобой приехать? Я срочно выезжаю.
– Комплекс «Кедровая лощина». Постараюсь ждать тебя у входа на территорию, – коротко ответил я.
– Это кто звонил? – спросил Игорь.
– Я должен давать тебе отчет? – ответил я вопросом на вопрос, – Ты ничего не объясняешь. Я даже не знаю, на чьей ты стороне. Может, ты заодно с головорезами с блошиного рынка?
– Меня тебе опасаться не стоит. То, что ты здесь, а не в лапах громил, исключительно моя заслуга. Только послушай моего совета: не доверяй никому, сейчас тебе даже к себе надо относиться с опаской. Сегодня я твой благодетель, но завтра все может измениться. А сейчас я даже с тебя денег не возьму за съеденные пирожные и дам тебе напиться воды, – закончил он с улыбкой.
– Значит, фургон появился на стоянке не случайно. И ты имеешь отношение к тому, что творится вокруг? Знать бы мне только: что именно творится, – произнес я.
– Мне самому не все известно. Например, я не знаю: кто организовал охоту на тебя. Хотя подозреваю ее причину. Также я знаю, что тебе надо скрыться. Исчезнуть на некоторое время. Дам еще один совет: воспользуйся предложением Артура Борисовича и отправляйся в Азию. За время твоего отсутствия многое изменится. А сейчас я попробую тебя вывести к твоей подруге, – сказал Игорь.
В тот момент я был занят другими мыслями и мне снова хотелось пить. Я не обратил внимание на странность его последней фразы. Он говорил о подруге, хотя я ему не сказал, кто звонил. Звук моего телефона был очень тихим. Постороннему человеку услышать голос звонившего было невозможно. Но эти мысли мне пришли в голову много позже.
А пока мы вышли из гаража и пошли по тропинке к боковому выходу. У калитки Игорь попросил меня подождать, а сам пошел в главное здание за водой. Я набрал номер дяди. Его телефон молчал. После третьего звонка женский голос автомата известил, что абонент находится вне зоны доступа.
Я оглядел окрестности. Действительно, это место как нельзя более подходило под мероприятия, требующие конфиденциальности. Главный дом и хозяйственные постройки были расположены таким образом, что из любого здания невозможно было видеть, кто входит в соседние. Наши с Игорем перемещения должны были тоже оставались никем не замеченными.
От территории соседнего комплекса меня отделял огромный куст сирени. И вдруг я услышал голоса, доносящиеся сквозь буйную зелень кустарника. Тихо разговаривали два мужчины. Я не прислушивался, но одна фраза заставила меня насторожиться и напрячь свой слух.
– Надо не только вернуть открытку, но и убедиться, что не осталось ее копий, – произнес низкий голос.
– Мы уже нашли одного такого «копииста»: известно, что он в свое время тренировал свою память и, возможно, запомнил шифр,– отвечал более высокий голос. Сейчас мы заняты тем, чтобы прочнее уцепиться за его хвост. По заискивающему тону можно было догадаться, что голос принадлежит младшему из двух собеседников.
– Возможно, он знает больше, чем мы думаем. Может именно он выведет нас к тому, что мы ищем не один десяток лет. Понаблюдайте за ним, но не спешите устранять, пока мы не доберемся до … , – старший мужчина говорил тихо, и окончание его фразы утонуло в шелесте листвы.
Из дальнейшего диалога удалось расслышать только одну фразу, сказанную обладателем высокого голоса:
– Мы делаем все, чтобы отправить его туда.
Слова стали менее разборчивыми и скоро голоса стихли. Видимо, мужчины отошли вглубь территории. О чем или о ком шла речь, мне так и не удалось узнать.
Вернулся Игорь. Он принес две литровых бутылки воды. Одну из них я сразу опустошил до половины. Игорь открыл калитку и показал тропинку, по которой можно было выйти на дорогу, ведущую к комплексу, а сам отправился назад. Он не объяснил мне ничего.
Может быть и такое, что цели привозить меня сюда у него не было. Я мог случайно оказаться в его фургоне, и он стал моим случайным спасителем.
Я смотрел ему вслед. Он шел, еле заметно покачиваясь в такт шагам. Его длинные ноги при ходьбе почти не сгибались в коленях. Я уже видел такую походку у кого-то из своих знакомых.
Глава 16Идти пришлось довольно долго. Тропинка огибала большую часть территории У меня было время подумать над услышанным. Подслушанный диалог вытеснил из памяти все предыдущие события.
Я не сомневался, что речь шла о той самой открытке, с которой начались все мои опасные приключения. Также я понял, что двое за кустом сирени говорили именно обо мне. Это я был тот самый свидетель, обладающий «натренированной памятью». Это меня они собираются «зацепить за хвост».
Из крохотных кусочков разрозненной информации в моем сознании складывалась следующая мозаика.
Существует некий шифр, представляющий ценность для определенной группы людей. Шифр этот записан на известной мне открытке. Люди эти озабочены тем, чтобы этот шифр не попал в чужие руки. Они предполагают, что мне известен этот шифр. Поэтому они устроили на меня настоящую охоту. Хотят ли они убить меня, как ненужного свидетеля, или будут стремиться получить от меня какую-либо информацию, оставалось неизвестным.
В сложившейся мозаике не хватало огромных и самых существенных фрагментов. Было неизвестно: что это за люди, какую загадку содержит шифр, какую информацию они надеются получить. А главное, какое место отведено мне в этой шараде. И как выбраться из безумного водоворота.
Сейчас открытка находится у Артура Борисовича. Но на его жизнь, как я понимаю, никто не посягает. Да и Игорь не думает скрываться, хотя он явно в курсе дел антиквара. Дядя тоже внимательно изучал открытку. Не значит же это, что на него тоже начнут охотиться.
По моей спине пробежал холодок: а что, если дяде угрожает такая же опасность? Я снова попытался позвонить ему, но в этой лесной глуши не проходил сигнал.
Я сидел на покрытом мхом пне и слушал звук моторов проезжающих по дороге машин. Движение было довольно оживленным для этой небольшой местной дороги. В основном это были легковые автомобили, направляющие в ресторанному комплексу. Видимо, там готовилась большая тусовка. Вспомнился целый фургон пирожных. Чтобы съесть их до окончания короткого срока годности, нужны были усилия не менее полусотни людей.
Наконец сквозь ажурную зелень я увидел знакомую машину Вероники. Она уверенно приближалась ко мне. Я вышел из укрытия и махнул рукой. Машина плавно затормозила рядом со мной.
– Я очень волновалась за тебя, – сказала девушка, выходя из машины.
Она бросилась ко мне и порывисто обняла. От неожиданности я покраснел. С этой особенностью моего организма я долго и безуспешно боролся. Часто при общении с девушками мое волнение выдавала приливающая к щекам кровь.
Надо признать, что в данном случае для смущения был повод. Выглядела Вероника необычно и сногсшибательно. На ней было надето что-то воздушное, голова была покрыта соломенной шляпой с большими полями, а руки закрывали тонкие кружевные перчатки. От нее исходил едва уловимый аромат каких-то цветочных духов, от которого кружилась голова. На минуту я забыл обо всем происходящем. Хотелось просто смотреть на нее.
– Не удивляйся моему романтическому виду. Я примчалась сюда прямиком после презентации, – проговорила Вероника.
Она развела руки, как бы демонстрируя свой ослепительный наряд.
В моей голове промелькнула мысль : «Интересно на каких презентациях бывают такие феи?».
– Я тебе потом все расскажу, – продолжила она, как бы читая мои мысли, – Как ты здесь оказался? Мне столько надо тебе рассказать! Садись за руль и рассказывай сначала ты о своих приключениях.
Эта минута разрушила все барьеры в моей душе. Я был счастлив от того, что она рядом, что рада видеть меня и что можно прикоснуться к ней. Я ей рассказал все, начиная с визита антиквара на дядюшкин прием и заканчивая неожиданной встречей с Игорем.
Мы доехали до развилки. Навигатор показывал дорогу налево.
Вероника сказала:
– Давай поедем направо. Я ехала сюда по этой дороге. Она в три раза короче. Правда, придется потрястись, но зато больше часа сэкономим. К тому же мне не будет лишним усовершенствовать навыки экстремального вождения.
Она свернула направо, и мы поехали, с трудом объезжая колдобины и ухабы. Объезд давался нелегко: вплотную к краям грунтовой дороги возвышались вековые сосны. Свернуть или обогнуть ухабы было невозможно. Я удивился: как Вероника с ее небольшим опытом вождения так лихо огибала ямы и кочки.
Она засмеялась и объяснила:
– Во время стрессов у меня в голове включается автопилот. Мне кажется, что в такие минуты я смогу водить самолет или космический корабль.
– Думаю, что космический корабль подошел бы к твоему неземному наряду. Инопланетяне были бы в восторге, – сказал я и сам удивился тупой банальности своего комплимента.
Я ждал иронической реакции от девушки в ответ на по-восточному витиеватый комплемент. Но, к моему удивлению, Вероника как-то ласково взглянула на меня. Потом она потянулась ко мне и громко чмокнула в щеку.
Этот безмолвный диалог продолжался всего лишь секунду, но ее оказалось достаточно для того, чтобы снежный ком проблем сорвался с уже подготовленной вершины и понесся вниз, стремительно увеличиваясь в размерах.
Машину резко тряхнуло. Я больно стукнулся подбородком . На брови Вероники выступили капли крови.
– Пробили шины,– мелькнула мысль.
Толчок был настолько силен, что предполагать можно было что угодно: от провала в глубокую яму до столкновения с медведем.
Мы одновременно выскочили из машины. То, что мы увидели, превосходило самые мрачные ожидания. Передние колеса машины застряли в глубокой колдобине, а перед ней ничком лежал человек.
Его тело было распростерто поперек дороги, а лицо утопало в дорожной пыли. Я не мог понять: как это могло случиться. Ехали мы медленно. Как за те секунды, которые мы не смотрели на дорогу мог возникнуть человек?
Вопросы множились и роились, но факт оставался фактом: под колесами машины лежал мертвый мужчина.
Я перевернул тело лицом вверх и скользнул по нему взглядом. Ни ссадин, ни кровоподтеков видно не было. Надо было попытаться сделать искусственное дыхание, но Вероника отстранила меня.
– Я в еще в школе закончила медицинские курсы и вижу, что это бесполезно. Он мертв.
Двумя пальцами она приоткрыла веки пострадавшего, и я мельком увидел его застывший стеклянный взгляд желтоватых глаз, устремленных в небо.
Я узнал его. Это был тот самый «зомби» который умолял меня о помощи в гроте у реки. При дневном свете он не казался таким изможденным, как показалось мне ночью. Кожа его лица была скорее смуглой, чем бледной. На нем была надета фланелевая куртка с капюшоном и потертые черные джинсы.
Я даже не пытался задавать себе вопрос: как он оказался так далеко от своего убежища? Искать ответ было бесполезно, но он явно скрывался в череде непонятных событий последних дней.
Все время, пока Вероника возилась с телом, я молча стоял как столб. К собственному изумлению, я понял, что жду ее распоряжений. Эта девушка обладала способностью подчинять себе людей. Потом она заговорила отрывистыми фразами:
– Этот бедолага сам бросился под колеса. Возможно, мы сделали ему услугу, помогая ему уйти из жизни. Было бы наивно бежать и самим заявлять об этой аварии. Его уже не спасти. Здесь нас никто не видел. Нам надо побыстрее убираться отсюда. Оттащи его на обочину и поедем.
– Мы не можем так просто уехать. Представь, что будет, когда все откроется, – ответил я.
Я попытался позвонить, но сигнал по-прежнему не доходил до этой глуши.
– Все рухнет, если мы останемся здесь и испортим свою жизнь. Из-за какого-то бомжа, – уверено проговорила Вероника.
Она схватила тело погибшего под мышки и попыталась оттащить его в сторону. Мне ничего не оставалось, как помочь ей. Мы вместе оттащили тело на обочину. Потом вернулись к машине.
– Поищи, пожалуйста, на заднем сидении влажные салфетки, – сказала Вероника.
Я полез в салон и начал шарить по всему его пространству: салфетки лежали в заднем кармане водительского кресла. Я протянул пачку Веронике. Она начала быстро протирать бампер машины. Ее перчатки утратили безвозвратно свою белизну, постепенно превращались в грязную тряпку.
Потом Вероника проворно скользнула на водительское место, щелкнула кнопкой блокировки дверей, и машина с визгом рванула с места.
Мы ехали молча. Та внутренняя близость, которая появилась всего лишь полчаса назад, исчезла. Между нами непроницаемой стеной стояло недавнее трагическое событие.
При подъезде к городу Вероника попросила меня сесть за руль.
– У меня трясутся руки. Боюсь врезаться к кого-нибудь, – сказала она.
Мы поменялись местами. Продолжали ехать молча.
– Тебе домой? Довезу тебя, а сам поеду на метро, – нарушил я молчание, когда мы уже ехали по городу.
– Давай заедем на стоянку, где ты оставил свою машину. Думаю, что сейчас ты сможешь ее спокойно забрать.
Я поразился ее самообладанию. И еще я вспомнил, как уверенно она вела машину до того, как мы поменялись местами. Эта девушка умела держать себя в руках.
Глава 17Мы подъехали к стоянке. Моя машина стояла на месте. Блокирующие ее автомобили исчезли.
– Не думай ни о чем, как будто ничего не произошло. Несколько дней нам лучше не созваниваться и не встречаться. Я тебе сама позвоню- сказала Вероника.
Мне показалось, что последняя фраза прозвучала как-то по-дежурному. Обычно так говорят из вежливости, зная, что продолжения не будет.
– Хорошо, – сказал я,– Я буду ждать твоего звонка.
Мне действительно было жаль расставаться с ней. К тому же, в случае обнаружения наезда, ей могла понадобиться моя помощь. Я пока не думал о том, что помощь может понадобиться и мне. Не сообщив о происшествии, я становился соучастником наезда.
Она так и не успела рассказать мне о загадочном заказе. А я ей не рассказал о том, что видел сбитого зомби раньше у реки на территории ее заказчика.
Я вышел из машины и направился к своему автомобилю.
– Задержись, пожалуйста, на минуту. Тебе надо вымыть руки, чтобы не осталось следов: ты же прикасался к этому человеку,– сказала Вероника.
Только сейчас я почувствовал весь ужас произошедшего. Мне показалось, что мои руки источают зловонный запах гниющей плоти. Руки же Вероники защищали испачканные, но по-прежнему изящные перчатки.
Девушка подошла к багажнику и попыталась открыть его. Крышка не поддавалась. Я подошел, легко поднял ее и достал из багажника большую бутылку воды. Вероника полила мне на руки, а потом сняла свои перчатки и выбросила их в стоящую рядом урну. Поставив бутылку на место, я захлопнул багажник и снова направился к своей машине.
Вероника пошла за мной. Мы обошли мой автомобиль: ничего подозрительного не было: все было так, как я оставил утром.
– Ну, до встречи! Мне очень жаль, что все так получилось, – сказала она и пошла прочь.
Я стоял и смотрел в сгущающихся сумерках, как быстро удаляется ее машина, и испытывал наряду со щемящим ощущением потери все нарастающую тревогу.
Необходимо было собраться с мыслями и понять: что же делать дальше.
Я снова попытался позвонить дядюшке. Телефон по-прежнему твердил о недоступности номера. Это было странно: в это время дядя редко выходил на улицу. Я успокоил себя мыслью, что они с Петром еще не закончили поиск нужных кадров видеосъемки, и поехал домой.
Войдя в квартиру, я рухнул на кровать и мгновенно уснул. Мне не помешало даже то, что на улице было еще светло.
Утром все произошедшее вчера показалось нереальным. Погоня, ресторанный комплекс, наезд – все представлялось элементами кем-то выстроенной кошмарной игры. Я старался не думать о произошедшем. Тем более что времени для этого не было: пора было ехать на работу.
Звякнул телефон: пришло сообщение от дяди.
– Есть новости. Вечером обсудим. Приезжай, – писал он.