Данте, мать твою!

Девушка взглянула с неприкрытым азартом.

— Вы готовы?

— Вот так сразу? — отодвинул от себя пустую тарелку. Только успел съесть завтрак.

— Вы хотите провести здесь больше времени? — она развела руки, показывая на мою скудную комнатку.

Мне ничего не оставалось, кроме как тяжело вздохнуть и встать.

— Приказывайте, моя милая кураторша!

— У вас появилось настроение. Это очень хорошо!

Быть может, уже выработалась привычка, наблюдая как в этом месте ко всем вопросам подходят с особым трепетом, в этот раз был немного разочарован. Документ, предоставленный под подпись, оказался совсем скудным. Три листа с двадцатью семью пунктами. Негусто.

— ИП «Пилигрим», — одними губами прочитал шёпотом.

Странное название для государственной конторы.

— Подпишите здесь, здесь и… во-о-от здесь!

Глава 2

Технологичный скафандр

— Этот скафандр выдерживает высокие и низкие температуры до ста тридцати градусов плюса и минуса.

Маша указала на довольно тоненький костюм, закреплённый в шкафу. С виду ничего примечательного: серый, невзрачный, в крапинку, с плотным стеклом вместо лицевого щитка.

— Он поможет мне там выжить?

— С учётом собранных нами данных, – вполне.

Разумеется, в космосе он вам не поможет. Там минус достигает запредельных для человеческой жизни температур. В зависимости от близости к Солнцу. Но нам удалось определить, что по ту сторону разлома вам ничего не должно угрожать. Радиации нет, температура около ста градусов тепла. Основные законы притяжения также присутствуют, как и большинство законов физики. С точки зрения вероятности, вашей жизни ничего не должно угрожать. Однако должна отметить: этот костюм – передовая разработка. В него встроен искусственный интеллект с загруженными двумястами терабайтами знаний. Также, он способен поддерживать ваше физическое состояние в течении девяти дней.

— Зачем так много? Вы же говорили, что мне будет достаточно просто зайти, осмотреться и выйти. — Я нахмурил брови.

— Всё верно. Это мера предосторожности, не более того.

— Ладно, что ещё может ваш костюм?

— Он частично способен взять под контроль ваши движения. Благодаря встроенному искусственному интеллекту можно передать некоторые задачи особой программе, что позволит совершать элементы, на которые не способно ваше тело.

— К примеру, сделать высокий прыжок или летать?

— Прыжок – да, летать – нет. Его основная цель – позволить телу отдохнуть во время сна и среагировать на опасность в тот момент, когда ваше сознание не контролирует тело.

— «Век технологий…» — промелькнула восторженная мысль.

— Приступим к тесту? — Мария Николаевна жестом пригласила надеть скафандр.

Заметив, как я пожал плечами и сделал шаг вперёд, она покинула комнату, не желая видеть меня в исподнем.

К счастью, его примерка не составила труда. Материал оказался очень приятным на ощупь и пластичным. Отлично облегал тело и нигде не сжимал. Конструкторы постарались на славу – костюм словно был сшит исключительно для меня. Пришлось немного поковыряться, чтобы понять, как крепится стекло. Вероятно, стоило подождать куратора для дальнейших объяснений, но руки сами стали тыкаться вокруг головы, и нащупали панель управления. Как только провёл пальцем в районе правого уха, сразу на внутренней стороне стекла выскочил экран загрузки и появилось окно «меню».

— Приветствую! Меня зовут Альберт! Я ваш голосовой помощник. Моя задача – помочь вам в управлении скафандром «РосТехноЗонд», — раздался оглушительны голос в ушах.

— Твою мать! — зажмурился от громкого звука.

— Первым делом предлагаю откалибровать функции для комфортного ношения костюма. Скажите, пожалуйста, мой голос для вас слишком громкий или слишком тихий?

— Громкий! Ужасно громкий!

— Понижаю громкость на двадцать делений.

Перед глазами всплыло окно регулятора громкости. Шкала резко снизилась до восьмидесяти процентов и исчезла.

— Проверка: три, два, один, один, два, три.

— Ещё на тридцать делений, — быстро смекнул, как им пользоваться.

— Принято! Проверка: три, два, один, один, два, три.

Я облегчённо выдохнул.

— Сойдёт.

— Хорошо. Рад, что вам приятно! Следующим шагом предлагаю подобрать мне имя. Если вас устраивает «Альберт», просто повторите его вслух.

Немного задумался. В голову первым делом пришла мысль «Сэм», как во «Властелине колец». Везде следовал за Фродо и помогал. Пожалуй, лучше не придумать.

— Сэм.

— Отличный выбор! — с неким энтузиазмом воскликнул помощник.

— «Какой-то, слишком слащавый по характеру… Надо будет узнать, можно ли поменять режим».

И словно прочитав мои мысли:

— У меня есть несколько режимов для ведения диалога. Вы можете подобрать для себя «удовлетворительный», для этого следует произнести вслух: установить режим, далее порядковый номер от одного до тридцати.

— Я так понимаю, ты режим номер один, установленный по умолчанию?

— Вы снова правы. Восхитительно!

В этот момент в дверь постучала Маша.

— Вы уже переоделись?

— Да, заходите.

— Отлично. Провели первый диалог с искусственным интеллектом?

Но у меня возникло ощущение, куда бы я мог пойти со своими советами. Во всяком случае, вдаваться в этот разговор не стал.

— Пройдёмте со мной, я отведу вас в комнату, где вы сможете полностью ознакомиться с костюмом.

Ещё во время первого визита, в этот центр я ощутил удивление. База – или как ещё можно назвать это место – была огромной! Сотни коридоров создавали целую паутину из различных комнат. И что-то подсказывало, что я мог ходить только по очень ограниченному маршруту. Без определённого допуска и без знания структуры здесь вполне можно заблудиться.

— Вот, держите, — по пути, Мария достала тетрадь. — Здесь расписаны инструкции и способы применения костюма.

И снова читать…

За весь последний год столько не читал, сколько за последнюю неделю.

Костюм, судя по инструкции, оказался какой-то передовой разработкой. Такие функции встречал разве что в фантастических фильмах про будущее.

Предусматривались функции поддержания тела в тонусе: все необходимые элементы просто впрыскиваются в кровь с помощью микроинъекций. Система отходов спроектирована с продуманной дальнейшей утилизацией. Укреплённая защита, способная выдержать удар до тридцати тысяч ньютонов. Насколько я себе это представил, ударь меня тараном или сбей машина – вреда это не принесёт. Но поезд на полной скорости уже разломает вдребезги. Кислород рассчитан на девять дней. Генерация энергии для усиления движений. Иными словами, в данном скафандре мне под силу прыгнуть на расстояние около тринадцати метров как в длину, так и в высоту. То же самое касается и приземления. Но применение силы рук, заметно ограниченно до десяти тысяч ньютонов. Поднять над головой машину, увы, не получится. Есть возможность отдать как полный, так и частичный контроль на волю искусственного интеллекта.

Весь контроль над костюмом осуществляется за счёт речевого аппарата. Можно, конечно, переключить в ручной режим, но в таком случае вплоть до девяноста двух процентов функций жизнеобеспечения костюма придётся выполнять самому. Что ж… ситуации бывают разные.

Постепенно я выполнил обучающие упражнения. Попробовал побегать, сделал прыжки на два метра, семь метров и тринадцать. Стоит отдельно уточнить, что костюм балансирует и рассчитывает длину заранее. Если я не долетал или недостаточно разбегался, голос в динамиках услужливо подсказывал на ошибки. При полёте он также замедлялся путём утяжеления костюма, чтобы я не пролетел лишние десять сантиметров.

Действительно, разработка будущего!

— У вас прекрасно получается! — после очередного тестового упражнения высказался ИИ.

— «Так… надо срочно менять этого слащавого подхалима».

Усевшись обратно за стол, развернул страницу инструкции с разделом об искусственного интеллекта и пробежался глазами по названиям тем. На следующей странице нашёл вкладку «Режимы».

Как и сказал Сэм, у костюма было тридцать различных по характеру режимов. К сожалению, с подробными описаниями…

Снова читать…

Желудок предательски заурчал.

Отличная причина опробовать те самые уколы с питательными веществами.

— Сэм, хочу кушать.

В правую ягодицу вонзилось что-то острое.

— Твою… — сжав зубы едва не подпрыгнул на стуле.

Чувство голода не прошло как по щелчку пальцев, но на этот счёт согласно инструкции, было объяснение: на то, чтобы появился эффект, требуется от десяти до тридцати минут. В конце концов, это не прямое поступление пищи в желудок. А именно микроорганизмы, отвечающие за пищеварение. Знания по биологии были исключительно со школьных лет. Дальше данную тему затрагивал только в рамках похода в тренажёрный зал. Соответственно, и понимание своего же тела у меня было, мягко говоря, поверхностным. Что-то болит – идёшь в больницу. Самолечением лучше не заниматься. Не считая, разумеется, ушибов и порезов.

- Ласковый.

- Грубый.

- Требовательный.

- С юмором.

- Мужественный.

В описаниях режимов всё сводилось к конкретике. Непринуждённо поболтать с таким не получится. Робот не способен прочувствовать и сопереживать. Не способен созидать и восхвалять. Петь дифирамбы, конечно, может, но понимать их суть, увы, не в состоянии. Исключительно функции, заложенные с помощью двоичной системы.

Исходя из этого, все режимы казались нудными и заискивающими. Ну или, во всяком случае, лишёнными каких-либо достоинств. Мысль о том, что в случае провала миссии мне придётся общаться с Сэмом в течение девяти дней, вплоть до своей смерти, подталкивала отнестись к вопросу со всей ответственностью. Приходилось вычитывать все плюсы и минусы каждого режима по порядку.

Снова нахмурился.

Последние пять режимов выбивались из общей картины. В первую очередь, по той причине, что рядом с их названиями в скобках стояла приписка: «Режим не завершён! Ожидается обновление».

Как назло, именно они носили самые интересные описания.

«Литературный/Кинематограф – будет отвечать подходящими фразами из различных книг и фильмов».

«Повелительный – обработка повадок и мышления, основанная на исторических справках знаменитых императоров, полководцев и генералиссимусов. (К примеру: Цезарь, Кутузов, Македонский, Ленин)».

«Бандитский – использует жаргонизмы тюремных инстанций, их повадки и манеры. (Не рекомендуется)».

В голове сразу появилась картинка, где Сэм говорит прокуренным голосом: «что лясы точишь, фраерок? Двигай поршнями, не по масти нам тут чалить!»

Жуть!

Внутренне передёрнулся. Никогда не претендовал на звание джентльмена или профессора, но всегда предпочитал куда более культурное общение. Послать на три буквы, разумеется, смогу и ничего не имел против других самобытностей разных культур поведения, но намного спокойное при взаимоуважительном диалоге.

«Своенравный – предпочитает имитировать эмоции. Может испугаться, начать гордиться, раздражаться и многое другое. Важно: специфическое поведение может затруднить использование».

«Любовный – будет имитировать любовный роман между ИИ и носителем».

Из всех вариантов выбор падал лишь на один режим – своенравный. Но, судя по приписке «ожидает обновления», не самый лучший в применении.

«Как говорится: — кто не рискует, тот не пьёт шампанского?»

Полный сомнений, приказал переключиться костюму на эту функцию.

Экран вновь засветился, на нём отобразились различные полоски загрузки, которые одна за другой в быстром темпе пробежали от левого края до правого. Затем высветилась надпись: «Выполнено!» После чего послышался голос:

— Ху-у-у-у-у, — протяжный, не то выдох, не то шепелявый свист.

— Сэм? — настороженно спросил я.

— В топку твоего Сэма! Не хочу быть Сэмом!

— Это мне решать, кем ты будешь.

— «Э-э-ть мне решать, кем ти будешь…» — коверкая голос повторил он.

— «Не понял. Это он сейчас передразнивает?»

— Сэм, включи «Король и Шут» – «Ели мясо мужики», — потребовал для проверки.

— Включаю «Проклятый старый дом».

— Стоп! Я другую песню просил.

— Ты просил своего «Сэма», мой «Сэм» хочет «Проклятый старый дом!»

— Ты отказываешься выполнять мои команды?

— Я такого не говорил.

— Что за… Так, ладно: поменяй режим на «Повелительный».

— Не хочу!

Мои глаза округлились. «Что значит не хочу?»

— Я тебе ещё раз говорю: поменяй режим на «Повелительный»! — пришлось повысить голос, чтобы перекричать музыку. — И выключи песню!

— Ла-а-адно…

Звуки заглохли, но экран загрузки нового режима так и не появился.

— Как ваши дела? — совсем рядом возникла куратор, чем заставила испуганно дёрнуться.

— Стучаться надо! — довольно грубо произнёс я.

— Простите, вы так увлечённо разговаривали с ИИ, что не услышали меня.

— Да? — отстегнул шлем. Я провёл в костюме несколько часов, но голова даже не вспотела. Да и в принципе чувствовал себя отлично.

Тяжело выдохнул.

— Так… как ваши дела? Освоились с костюмом?

Прежде чем пожаловаться на ИИ, пришлось прикусить язык. Мало ли, сочтут, что я его сломал?! В конце концов, режим был не доделан, и система прямо об этом предупреждала. Заберут ещё моё вознаграждение за работу в качестве штрафа за поломку. Судя по всему, скафандр невероятно дорогой и произведён совсем недавно. Новейшая разработка! Нет, спасибо! Такие проблемы, идите стороной!

— В целом думаю – да. Но в идеале ещё пары дней на прочие тесты должно хватить.

Я надеялся выиграть ещё время чтобы разобраться с режимом. Но и не только! До некоторых функций у меня банально руки не дошли.

— Хорошо, однако для общей процедуры этого должно быть достаточно. У нас осталось очень мало времени. Завтра вечером начинаем. Я покажу вам разлом и проведу последний инструктаж. Хорошенько отдохните. Возможно, через пару дней, если всё пройдёт хорошо, вы сможете отправиться домой.

Её ниточка губ искривилась в улыбке, и жестом руки предложила покинуть тренировочный зал.

* * *

Странное дело, но перед неизвестностью, ничуть не переживал. Уже завтра предстоит сделать шаг за черту разлома, а мне всё как вода по колено. Ничем объяснить это не мог. Разумеется, изначально, когда вынесли приговор, трясло знатно. Возможно, уже тогда я выстрадал все свои нервные клетки и просто продолжал плыть по течению. Будь что будет. Иначе не скажешь. Вполне вероятно, просто отказывался верить во что-то плохое. Сделал шаг, осмотрелся, зафиксировал. По возможности набрал несколько образцов и назад. Затем получить документы, оплату за риски и вернуться домой. Кто знает? Может, получиться вернуться на своё прежнее место работы? Хотя… с двумя миллионами долларов можно придумать что-то новое.

Создавалось впечатление, что после того разговора с двумя амбалами всё будет хорошо. И другого, быть не может!

Спал очень хорошо. Даже видел красочные сны. Никакого переживания. Никакой истерики или накручивания мыслей. Будто так и должно быть.

Утром разбудили. Отвели на завтрак. Глядя на манную кашу, грушу и стакан кофе, появилась мысль о том, что перед казнью кормят несколько лучше. Даже в такой момент, не стал придавать особого значения своему положению.

Затем отвели на финальный инструктаж. Ничего нового не услышал: осмотреться, взять образцы, проверить технику. При успешном осмотре – установить аппаратуру и запечатлеть окружающее.

И вот момент настал!

Полностью экипировавшись, взял в руки необходимый инструментарий. Последовал к разлому.

Десятки людей, одетые в такие же скафандры, как и у меня, впопыхах сновали в разные стороны рядом с разломом. Это было очень странно. Когда мне говорили «разлом», я представлял себе некую щель среди кирпичей и бетона. Но когда увидел своими глазами, всё перевернулось с ног на голову. Он являл собой огромную щель, словно дышащую скважину. Мне виделось, как проход в прямом смысле слова пульсирует в такт сердца.

Бум-бум, бум-бум, бум-бум.

В самой середине нечто ярко-оранжевого цвета, напоминающее сотни больших яиц, из своих щелей выдавливало ядовито-зелёный пар и спешно затягивало его обратно. По бокам на всю длину стены расползлись алые чешуйки, блестевшие в свете ламп маслянистой корочкой. На полу, подобно ковровой дорожке, расползлась застывшая лавовая масса. Увидеть такой образец вживую – всё равно что лицезреть динозавра в реальности. Непередаваемые ощущения.

— Обалдеть…

Мария Николаевна, явно привыкшая к подобной реакции, не обратила на моё высказывание никакого внимания. Облачившись в костюм, она молчаливо вела меня вниз по ступенькам.

— Как это возможно? — не выдержав, задал я вопрос, наблюдая, как нечто похожее на большие страусиные яйца раздвинулось и брызнуло на пол чем-то вроде жидкой лавы, которая тут же покрылась коричневой корочкой.

— В ходе опытов ядерного синтеза произошла утечка добавленного компонента из остатков упавшего метеорита, — произнесла Маша, не поворачивая головы. — Основная часть внеземного объекта разрушилась в стратосфере. На месте одного из обломков мы обнаружили эту аномалию. Разумеется, в экстренном порядке окружили объект, воздвигли базу и привлекли учёных различных специальностей. Некоторое время назад мы обнаружили, что по ту сторону сердцевины есть пространство. К сожалению, ни один тест не дал каких-либо результатов. Тогда сконцентрировались на задаче проникновения внутрь живых и неживых объектов. Некоторые части экспериментов были удачными, часть осталась без объяснений. Основная причина – техника. Как только любые механические и электронные объекты пересекали границу, в тот же момент пропадали контроль и работоспособность. Экраны тухли, сигналы пропадали, любые радио- и электромагнитные волны обрывались.

— Это что получается? Я там сдохну? — в ушах активировался голос Сэма.

Я зло шикнул на свой голосовой помощник. Вопреки всему, он замолчал и больше никак не вмешивался в рассказ.

Тем временем Мария продолжала:

— Как вам уже было рассказано, мы смогли сделать анализы, опираясь, только на примитивные методы. Общее впечатление составить довольно сложно. Исходя из этого, пришлось прибегнуть к помощи извне. К вам!

— Глупый вопрос, но вы не думали, что стоит отправить куда более образованного человека? Как такой, как я, обладающий скверными знаниями в общепринятых сферах, способен вам помочь в достаточной форме?

— Понимаю, о чём вы хотите сказать. Но такого человека мы на данном этапе отправить не можем. Существует две причины. Первая – довольно банальная. Какой смысл нам жертвовать ценным кадром, если мы можем отправить представителя низших слоёв общества?

— Довольно прямолинейно… и обидно, — хмыкнул, принимая камень в свой огород.

Маша только пожала плечами.

— Вторая причина: наша цель – в первую очередь понять, как человек способен адаптироваться к незнакомой среде. Для этого мы предложили сделку вам и ещё четырём кандидатам. Если тесты пройдут успешно, мы перейдём ко второму этапу. Он подразумевает заключение долгосрочного контракта на несколько проходов за черту разлома или на неопределённый срок совместной работы. Получится что-то вроде постоянного трудоустройства. И когда все поставленные задачи будут выполнены, мы сможем организовать полноценную экспедицию с учёными и врачами.

— Подождите, так получается, я не первопроходец?

— Вы третий. На базе проходят подготовку ещё двое.

— А что стало с предыдущими?

Мария Николаевна резко ко мне повернулась и виновато посмотрела, прикусив губу. Она явно сболтнула лишнего. Так на неё не похоже – или это идеальная игра?

— С ними всё хорошо! Они проходят реабилитацию и уже подписали договоры на дальнейшее сотрудничество.

Пускай я узнал её совсем недавно, но у неё был очень странный взгляд. Чувствовался в нём некий холод и отчуждённость. А самое главное, сейчас этот человек явно мне врал.

— Подождите, но вы же сказали, что вся техника на той стороне глушиться и по этой причине вам нужен такой доброволец, как я. К чему тогда этот высокотехнологичный костюм?

— Простите, но точного ответа не могу вам дать. Учитывая опыт первых двух испытуемых, мы внесли некоторые коррективы в ваш костюм и надеемся, что наши домысли сработают. К тому же никто не отменяет того факта, что он способен нейтрализовать эффект радиации и повышенной температуры. Не говоря уже об автономности и другом подходе к обработке энергии.

Мы наконец достигли последней ступеньки. Передо мной в нескольких метрах дышал разлом в потустороннее – что-то неземное, явившееся издалека. Признаться самому себе, дико хотел начать операцию. В теории мне следовало отказаться от всей этой авантюры. Но именно в этот момент, когда я смотрел на мистический объект, он с вожделением смотрел на меня. Подталкивал, сильнее чужой руки в спину над пропастью. Наваждение или, быть может, детский интерес к неизведанному? Протянуть руку и потрогать, пощупать. И пускай всегда есть риск обжечься – пока не попробуешь, не узнаешь.

Учёные в масках бегали вокруг меня со всех сторон, но не могли отвлечь от разлома. Даже слова Маши утопали в этом диком влечении. Единственное, что я заметил, – как один из работников пристегнул к моей талии ремень, а затем прикрепил его к длинному тросу.

В руку мне вложили ведёрко и лопатку, за спину повесили кирку. В карман сунули мешочек с пробирками. Напоследок застегнули на груди маленький рюкзак и за пояс заткнули нож.

Перед глазами замельтешила рука моего куратора.

— Вы слышите меня?

— А-а… Да. Конечно.

— Точно?

Выдохнул. Кивнул головой. Назад пути нет. Да и сам до дрожи хотел начать.

— С вами точно всё хорошо? — Маша будто заметила моё странное одушевление. Она в последний раз переглянулась с учёными. Засветился красный проблесковый маячок, озаривший всю лабораторию, зазвучали сирены.

Девушка посмотрела мне в глаза. Словно прощалась со мной.

— Не переживай, Машуня. Вернусь живой и здоровый! — Погладил её по голове.

Как ни странно, она улыбнулась в ответ и утвердительно кивнула. Сделала шаг в сторону, предоставляя свободный проход вперёд.

Начался отсчёт.

Сглотнул ком слюны и сделал первые шаги. Ноги подогнулись, но быстро смог взять себя в руки. Шаг… второй, третий. Как мне было сказано ранее, достаточно раздвинуть камни, похожие на страусиные яйца. Они особо не сопротивлялись. Послушно разъехались в стороны под давлением рук. Впереди виднелось нечто похожее на плёнку с бесконечным сгустком света за ней. В голове сразу появилась ассоциация с просвечиваемой кожей. Раздвигая яйца-камни, продвигался всё дальше вглубь, растягивая нутро пространство разлома, пока меня в конце концов не поглотила своего рода кишка. Она обволакивая с разных сторон, подталкивая вперёд. С каждым толчком ощущал, как разлом всасывает внутрь, перенося на ту сторону бездны.

Глава 3

Данте, мать твою!

— Что за?

Представляя ту сторону разлома, я о многом думал. Многое представлял. Но никак не это…

С неба сверкают светло-алые искры молний. Под ногами миллионы черепов. Скалы похожие на обветренные шпили. Реки из лавы и вопли мучеников. Пепел, кружащийся в воздухе.

Но самое удивительное… Рогатое чудище, прямо смотрящее мне в глаза, с коричневой потрескавшейся кожей. С тремя хвостами, звонко отшлёпывающие по земле из костей.

— «Я… в аду?» — мысль, болезненным уколом вонзилась в разум. В ногах почувствовалась дрожь.