Вторжение

— У тебя ещё два синяка. Кто тебя так?

— Филин. Но ничего, мне не больно.

— Тебе как раз-таки больно, но ты терпишь. Будто пытаешься выглядеть сильным. А что-случилось-то?

— Он ходил в город. К трупам. Про Эхо ещё спрашивал.

— Понятно. Горе утраты. Он скоро успокоится, ему только нужно время. — сказал Шаман, убирая ватный диск.

Он положил его на пол и взял из аптечки лейкопластырь. Аккуратно приклеив его на рану, провёл по пластырю большим пальцем. Тот был приклеен вертикально, и у Севера появлялось ощущение, словно он оттягивал кожу.

— Вот! Теперь как новенький! Может, ещё и синяки обработать?

— Нет, не надо. Спасибо.

— Точно? Мне же несложно.

— Нет. Ещё раз спасибо.

Север встал и вышел из палатки. Шаман посмотрел ему вслед и вернулся к книге.

Когда Север был на улице, костёр вновь горел, а вокруг него стояли Филин и Крот. Они готовили что-то в кастрюле. Север подошёл и сел на траву.

Готовили что-то вроде супа из найденных в городе овощей и говядины. Кастрюля стояла над костром на специальной железной конструкции. В метре от костра лежала куча из пяти пластиковых литровых бутылок с водой. Филин помешивал суп пластиковой белой ложкой. Через время к ним подошли Ковач, Гранит, Гром и Крест, нёсшие в руках бутылки с кристальной водой. Сложив их к остальному оружию, они присоединились к сидящим у костра. Вскоре суп был готов. Крот налил его в деревянные тарелки, найденные в городских домах. В красно-коричневом бульоне плавали куски говяжьего мяса, капусты и синей моркови.

— Только картошки не хватает. — заметил Гром.

— Ага. С ней было бы намного лучше. — согласился Крот.

— Совсем скоро мы вернёмся домой. — подбодрил их Север.

— Ага, и отожрёмся. — сказал Гром, хрипло смеясь.

— Как только вернусь домой, куплю своим дочкам несколько штук мороженого и три торта.

— А не много ли? — спросил Гранит.

— Будут у тебя свои дети, поймёшь.

— Что пойму?

— Каково это, радовать их. Видеть улыбки и радоваться вместе с ними. Это незабываемое чувство.

Север уже доел свою порцию и положил тарелку рядом с собой. Он посмотрел на Филина. Тот смотрел куда-то в сторону и машинально клал ложки супа себе в рот.

— Филин, Крот. Спасибо, суп вышел очень вкусный.

— Всегда пожалуйста. Правда, в основном Филин готовил. Я только костёр разводил и овощи нарезал.

— Всё равно, тебе тоже спасибо.

Север взял одну бутылку с водой из кучи, открыл её и начал пить маленькими глотками. Выпив примерно треть бутылки, закрыл её и аккуратно положил в кучу к остальным, после чего начал наливать в свою тарелку ещё порцию супа.

— Ты это чего? Настолько голодный что ли? — спросил Крест.

— Нужно Маркусу предложить. Он наверное со своего заточения ничего путного не ел.

Закончив, он понёс тарелку в палатку Маркуса. Гром, Крот и Крест засмеялись, Филин молча ел свой суп, а Ковач провожал Севера взглядом, не сводя с него глаз.

«В такие моменты сомневаешься, стоит ли сбегать», — подумал он.

Когда Север зашёл в палатку, Маркус лежал на полу и смотрел на потолок. Север встал у входа и немного подождал.

— Я тебе суп принёс.

Маркус не повернулся. Он будто не обращал на него внимания.

— Неси сюда.

Север коротко кивнул, подошёл к нему, поставил тарелку на пол и отошёл. Маркус продолжал смотреть в потолок, словно он был один в палатке и никто к нему не приходил. Север недолго смотрел на него, после чего ушёл. Только тогда Маркус сел на пол и начал есть.

Для него это была первая нормальная еда за семь лет в заточении. В темнице его кормили какой-то кашей, по вкусу которой можно подумать, что она приготовлена из помоев.

Расправившись с супом за несколько минут, он положил тарелку на траву у входа в палатку и продолжил лежать. Он думал о брате. Почему он позволил вальдорианцам попасть сюда? Может, он хочет мир между мирами? В таком случае он облажался. Совсем скоро одному из миров наступит конец. Адриан всегда был легкомысленным и наивным, но в этой ситуации он особенно отличился.

Через час все уже лежали в палатках. Север лежал в одной палатке с Филином и думал о Траатаре. Завтра они уже поедут туда. Остался всего последний город, и они отправятся домой! На обратном пути нужно будет заскочить в Маронш с Йокромом и забрать пленных, запертых в домах. Драконов они уже убивали, а тролли наверняка не будут представлять особой опасности. Но Траатар — это столичный город этой магической страны, так что жертв будет куда больше, чем раньше.

Вскоре все солдаты спали. Кроме Ковача и его шестёрок. Они уже стояли на улице у своих палаток и готовились. Крест шептал молитву и крестился, Гранит и Гром молча осматривались вокруг, а Ковач смотрел на ночное звёздное небо.

— Ладно, не будем затягивать. Берём верёвки, тряпки какие-нибудь и начинаем.

Гром и Крест пошли к машинам, чтобы забрать верёвки, а Гранит и Ковач направились в город на поиски каких-нибудь тканей. Найдя всё нужное, они собрались вместе.

Гранит и Ковач пошли к Северу и Филину. Те спали, лёжа в разных углах палатки. Ковач прикоснулся к плечу Гранита и указал на снайпера. Гранит медленно подошёл к Филину, начав связывать его. Сначала связал руки, затем ноги. Последним оторвал от ткани кусок и завязал его вокруг рта. Филин начал приглушённо стонать и медленно открыл глаза. Из-за этого Север проснулся, но Ковач уже связал его. Они начали переворачиваться, пытаться встать, вытащить руку из узло, но ничего не помогало.

— Извини, Север. Будь у тебя дети, ты бы сделал то же самое.

Север смотрел ему в глаза и молчал. Ковач смотрел на командира, пока Гранит не дёрнул его за рукав. Он повернулся к нему, Гранит кивнул в сторону улицы. Они вышли наружу. Север смотрел им вслед, а Филин начал ползти к выходу, пока друг не перегородил ему путь. Он начал возмущённо мычать, но Север молча смотрел на него и медленно крутил головой.

Со стороны палатки Шамана и Крота прозвучали звуки борьбы. Похоже, что медик проснулся и начал сопротивляться. Через несколько секунд звуки затихли.

Север понимал, что Шаман и Крот скорее всего уже тоже связаны, а Гром и Крест помогают Ковачу. Только одно удивило его. Гранит присоединился к бунту. Он всегда был хладнокровным, практичным и сосредоточенным на работе. Может, Север и правда вёл весь отряд в могилу? Возможно. Но всё-таки выбираться надо. Ковач не убил их. Значит, они ему ещё нужны или он не собирается шуметь, чтобы остальные отряды не услышали их. Остальные отряды… Точно! Через время нужно побежать к ним и сообщить о бунте. Только ноги связаны. Ладно, с этим разберёмся позже. Нужно дождаться, когда Ковач со своими помощниками будет занят чем-то другим. Остаётся только ждать.

***

Ковач, Гранит, Гром и Крест стояли на улице и шёпотом обсуждали дальнейшие действия.

— Теперь остаётся сесть в машину и поехать к порталу. — заключил Ковач, смотря на палатки.

— А как мы поймём, куда ехать? У Севера была какая-то карта. Может, стоит взять её? — предложил Гранит.

— Ладно. Гром, сходи к Северу и забери эту грёбаную карту.

Гром направился к одной из палаток. Зайдя внутрь, он взял Севера за китель, приподнял над полом и перевернул спиной вверх. Филин начал мычать, но Гром не реагировал на него. Осмотрев все карманы, он вытащил бинокль, нож, тетрадь с красной обложкой, пистолет и два запасных магазина с патронами, но карты не нашёл.

Взяв в охапку все найденные вещи, он вышел из палатки и направился к своим, оставив Севера лежать, уткнувшись лицом в пол. Ковач повернулся к подошедшему Грому. Тот небрежно бросил все вещи на траву и поднял взгляд на сообщников.

— Это всё. Карты не было.

— Твою мать! Похоже, он отдал её своему волшебнику.

— И что мы будем делать? — спросил Крест.

— Мочить падлу!

— Но нам же нельзя шуметь. — напомнил Гранит.

— Мы и не будем. Сделаем всё по-тихому. Я уже придумал как.

Ковач провёл взглядом по каждому из своих помощников и улыбнулся, когда очередь дошла до Грома. Остановил глаза на нём, после чего положил руку на плечо.

— А ты мне в этом поможешь.

— А как?

— Сейчас всё узнаешь.

Ковач улыбнулся ещё шире, а Гром немного сжался. Его глаза начали бегать по сторонам.

***

Гром, с автоматом в руках, медленно и очень тихо зашёл в палатку к Маркусу. Тот продолжал лежать на полу и смотреть в потолок тёмно-зелёной палатки. Гром смотрел на него и стоял на месте. Сглотнув слюну, сделал один шаг вперёд, не отрывая глаз от мага.

— Зачем ты пришёл?

Гром перезарядил автомат и направил его на Маркуса. Тот повернулся к нему и медленно встал на ноги. Гром начал подходить ближе, но Маркус уверенно стоял на месте, спокойно смотря ему в глаза.

— Значит, убить меня хочешь?

Маркус, немного подождав, выставил ладонь вперёд, и из неё вылетела огненная змея. Гром не успел среагировать, и змея врезалась ему в грудь, широко открыв пасть. Солдат упал на пол, а область на кителе, куда попала змея, загорелась. Он начал хаотично бить ладонью по огню, пока тот не потушился. Когда Гром встал на ноги, Маркус выстрелил в него красным ромбом, откинув в стену палатки. После этого Маркус начал подходить к нему, создавая в руке такой же ромб.

Резко в палатку зашёл Ковач. В руках он держал верёвку, завязанную в петлю. Маг не заметил его, потому что тот стоял за его спиной. Он накинул на шею Маркуса петлю и начал тянуть концы верёвки. Гром встал на ноги и отошёл подальше. Маркус отталкивался ногами от пола, пытался выстрелить в Ковача каким-нибудь заклинанием, направляя ладонь себе за спину, но тот уворачивался, оттягивал голову назад. Около двух минут Маркус брыкался, хрипел, царапался, пока не затих. Его тело обмякло, опустив руки и упав на колени. Ковач отпустил верёвку, и маг упал лицом в пол. Ковач начал копаться в его тёмном плаще, пока не нашёл карту. Достав сложенную бумагу, он развернул её и увидел пустой лист.

Гром смотрел на Ковача, но после опустил взгляд на мёртвое тело. Голова Маркуса была повёрнута налево. Из его рта стекала слюна, а широко раскрытые глаза смотрели на стенку.

Ковач поворачивал карту со всех сторон, наклонял и поднимал над собой, вглядываясь в неё. Ничего не увидев, он повернулся к Грому. Ковач явно был зол. Он делал частые и короткие вдохи, крепко сжал зубы и кулаки. Бумага в его пальцах смялась.

Гром поднял взгляд на него и заметил сжатую в кулак ладонь, в которой лежала помявшаяся карта. Гром прикоснулся к оголившейся части груди, затем взялся за китель и немного оттянул, оценивая его целость.

— Пошли к Северу. У него спросим.

Ковач тяжёлой походкой вышел из палатки, бурча что-то под нос, а Гром пошёл вслед за ним. Зайдя к Северу и Филину, Ковач взял командира за плечо и перевернул лицом вверх. После этого показал смявшуюся карту и начал тыкать пленнику в лицо, после чего стянул ткань с его рта.

— Как её открыть?

Север молчал, смотря ему в лицо. Ковач подождал несколько секунд и ударил его, после чего ещё раз и ещё. Из носа Севера пошла тёплая красная кровь. Но он продолжал молчать, не отводя взгляд.

— Я тебя ещё раз спрашиваю, тварь, как открыть её?

— Не скажу.

— Не скажешь? Ну ладно. Не буду я на тебя время тратить.

Ковач закрыл ему рот тканью, достал из кармана своих штанов зажигалку и нажал на кнопку. Загорелся небольшой, но яркий оранжевый огонь. Ковач поднёс к нему край карты, и тот загорелся. Огонь быстро распространялся по бумаге, оставляя от неё только пепел. Ковач вышел на улицу, бросил её на землю и несколько раз наступил, чтобы потушить.

Гранит вместе с Крестом ждали их на улице. Когда Ковач вышел наружу и потушил сгоревшую карту, Гранит подошёл к нему и посмотрел на землю. Увидев тлеющий обгорелый листок, он посмотрел на Ковача спокойным взглядом. Выглядело так, словно он вообще не был удивлён и будто знал, что так будет. Ковач посмотрел на него в ответ и немного наклонил голову набок.

— Что? Спросить что-то хочешь?

— Да. Как мы доберёмся до портала? Карты же больше нет.

— По памяти. Мы приехали оттуда. — Ковач показал пальцем в сторону ночной равнины. — Значит, и поедем туда. Всё элементарно.

— Ладно. Может, уже поедем?

— Подождите, может, мы всё-таки убьём их? Ну тихо, как того волшебника. — спросил Гром.

— Нет. Мы только время потратим. Пошли уже к машинам.

Ковач быстрым шагом пошёл к колонне припаркованных машин. Гранит и Гром сразу пошли за ним, а Крест шёл последним, молясь и крестясь. Сев за руль первой машины, Ковач тут же завёл её. Гранит сел на переднее пассажирское, а Гром и Крест на заднее. Вдавив педаль в пол, Ковач поехал по равнине.

***

Север и Филин лежали на полу палатки. Они молчали и не двигались. Даже не пытались выбраться. Они ждали. Прозвучал рёв машинного мотора, а после звук уезжающего куда-то вдаль авто. Север, внимательно вслушиваясь в этот звук, подождал, когда тот затихнет, а после подставил свои ноги так, чтобы Филин мог взять пальцами верёвки и попытаться их развязать. Тот сначала не понял, что от него требуют, вопросительно смотря на друга, пока Север не пнул его. Филин начал копаться в узле, пытаясь развязать его.

На это потребовалось около двух минут. Филин дёргал за разные части верёвки, пока та наконец не поддалась. Распутав узел, он стянул верёвку, а Север сначала встал на колени, а уже после на ноги. Не было времени развязывать руки. Он побежал на улицу, а после направился в лагерь отряда «Бета».

Он вошёл в палатку командира Мейта и пнул его в спину. Тот сразу проснулся и, посмотрев на Севера, вскочил на ноги.

— Это кто тебя? — спросил он, снимая с его рта ткань.

— Одни из моих устроили бунт.

— Что?

— Мейт! Не тупи! Они уехали. Нужно развязать остальных моих людей и поехать за ними! — прорычал Север.

Командир Мейт развязал ему руки, после чего побежал к своим солдатам, чтобы разбудить их.

Через несколько минут Крот, Шаман и Филин были освобождены. Перед тем как отправиться в погоню за беглецами, Север зашёл в палатку к Маркусу, но увидел только его труп. Он присел, согнув колени, и закрыл трупу глаза, после чего вернулся к остальным. Отряд «Альфа» вместе с командиром Мейтом и несколькими другими солдатами ехали на трёх машинах за Ковачем и его шестёрками.

«Он поехал обратно в Йокром», — думал Север. Куда ему ещё ехать, он сжёг карту, а значит, не знает направления, и ему остаётся только ехать обратно, откуда они приехали.

Север, Филин, Крот и Шаман ехали первыми, а солдаты отряда «Бета» за ними. Север сидел за рулём, Филин на переднем пассажирском, а Крот и Шаман сзади.

Через десять минут езды на скорости 130 километров в час они наконец заметили свет фар вдали. Филин опустил окно, взял из кармана пистолет и начал стрелять.

Преследование продолжалось. Ковач делал резкие повороты в стороны, но пули всё равно попадали в машину. Север давил педаль газа как только мог, но машина так и не могла догнать бунтовщиков. Солнце уже начинало вставать, поэтому Филин мог более-менее видеть силуэт уходящего автомобиля и чаще попадать в него.

Погоня шла уже несколько минут. Они всё также ехали по равнине, но теперь на дороге были большие камни, которые приходилось объезжать. Филин сменил уже не один магазин с патронами, а Ковач продолжал уезжать. Выстрелив ещё несколько раз, Филин попал в стекло. Оно с хрустом разлетелось на осколки.

Машина резко свернула вправо, врезавшись в булыжник. Автомобили остановились в нескольких метрах от места аварии. Солдаты вышли на улицу, направив на врезавшуюся машину автоматы.

Первым из машины вышел Гранит. В его лице были стеклянные осколки, из-за которых текла алая тёмная кровь. Он поднял руки и спокойно стоял на месте, будто на него сейчас не было направлено около десятка автоматов. Гранит выглядел пугающе уверенным. Было похоже, что он нисколько не боялся смерти. Следом из машины вышел Крест. Он смотрел на постепенно поднимающееся солнце слезящимися глазами, торопливо шепча молитву дрожащим голосом.

Прозвучало несколько оглушительных хлопков. Север вздрогнул. Он не ожидал, что солдаты откроют огонь. Крест и Гранит замертво упали на землю. Под их телами начала образовываться кровавая лужа, а их глаза оставались открытыми. Север повернулся назад.

— Кто дал команду стрелять?!

Прозвучало ещё несколько выстрелов. Север посмотрел в сторону врезавшейся машины. В нескольких метрах от неё, на траве, лицом вниз лежал Гром. В его спине было множество дырок от пуль, из которых текла кровь. Похоже, он пытался сбежать, но не смог остаться незамеченным. Гром, Крест и Гранит мертвы. Остался последний.

Север пошёл к машине. Он открыл дверь водителя. За рулём сидел смеющийся Ковач. Север взял его за воротник кителя и выдернул из машины. Тот начал смеяться ещё сильнее. Север кинул его на большой камень, в который врезалась машина, после чего достал из кармана пистолет и направил на него. У Ковача был сломан нос, а из правой ноздри текла кровь, попадавшая на губы.

Губа тоже была разбита. Скорее всего, он сильно ударился лицом о руль, из-за чего и появились эти раны. К Северу подошёл Филин, встал рядом и следил за происходящим. Ковач привстал, сплюнул кровью на камень, после чего повернулся к ним.

— Я же говорил, что ты нас в могилу ведёшь. Что тебе на месте не сиделось? А? Дал бы нам спокойно уехать и всё.

— Они погибли из-за тебя. Гром. Крест. Гранит. Маркус. Если бы не ты, они были бы живы.

— Ты тоже не без грехов. Все, кто погибли здесь, мертвы только из-за тебя. Вепрь, Эхо. А помнишь Кипр? Все те люди сейчас на том свете тоже из-за тебя! Мой брат! Лейд. Если бы не ты, он был бы жив. Ты убил его. Ты убил его, мразь!

— Да. Я убил его. И ни капли не жалею.

— Ах ты подонок… Да пошёл ты на!

Ковач не успел договорить. Прозвучал оглушительный хлопок. Север нажал на спусковой крючок. Пуля попала Ковачу в лоб и вышибла его розовые, липкие мозги, разлетевшиеся по серому камню.

Север смотрел на него. Из дула пистолета валил еле заметный, почти прозрачный дым. Филин положил руку на плечо друга.

— Ты убил его.

— Да. Вышиб его грёбаные мозги. Пошли. Нам нужно вернуться в лагерь. Захватим Траатар и вернёмся домой.

Филин похлопал его по плечу и пошёл к машине, а Север продолжал стоять на месте. Он не сводил глаз с мёртвого Ковача. Он видел в нём Лейда. Молодого парня с длинными тёмными волосами и короткой щетиной. Он был весёлым и оптимистичным, всегда думал о возвращении домой. Только судьба решила иначе. Он лежал на песке с пятью пулевыми ранениями в области живота. Его голубые глаза смотрели на небо.

Прозвучал автомобильный гудок.

— Командир Стаур! Давайте быстрее! — поторопил командир Мейт.

Север очнулся, уйдя от раздумий и вернувшись в реальность. Он последний раз посмотрел на труп Ковача, повернулся и сел в машину, на которой бунтовщики пытались уехать. Он включил заднюю передачу, выехал назад и поехал в сторону Маронша.

Глава 12: Траатар.

Уже рассвело. Командир Рош стоял у машин и ходил из стороны в сторону. Отряд «Альфа» и часть отряда «Бета» вернулись в лагерь и припарковали машины на место. Север, выйдя из машины, направился в лагерь, но Рош пошёл за ним.

— Куда вы уезжали?

— Решали проблемы.

Рош остановился, а Север уверенно пошёл дальше. Солдаты начали сворачивать лагерь. Сложив палатки и припасы, они сели в машины и приготовились к дороге. Север, Филин, Крот и Шаман поехали каждый в своей машине. Север первым, Филин вторым, за ним Крот, Шаман и дальше все остальные солдаты.

Приходилось ехать по памяти. Но не зря же командира прозвали Севером. Благодаря своей отличной памяти, он запомнил примерное расположение Траатара и вёл за собой остальных.

Колонна ехала по равнине. В пути Север не смотрел по сторонам, только вперёд. На дорогу опустилась стая желтоперых маленьких птиц, но тут же взлетела. Когда они проезжали рядом с лесом, стадо больших бурых кабанов, каждый размером с бочку, перебегало дорогу. Машинам пришлось остановиться и ждать.

В авто было очень жарко. Север вспотел с ног до головы. Открытые настежь окна почти не помогали. Всю дорогу он вытирал мокрый лоб рукавом, но кондиционер не включал. «Нужно экономить бензин», — думал он. Поэтому приходилось терпеть. В какой-то момент Север не выдержал. Одной рукой он держал руль, а другой доставал воду из сумки. Достав бутылку, он зажал её между ног, открыл крышку и вылил немного воды себе на макушку. Стало легче. Продолжая ехать, Север подумал о погибших. Вепрь и Ковач прошли немало боевых операций, но именно в этом мире оборвались их жизни. Возможно, если бы они не нашли этот магический мир, Ковач не устроил бы бунт, а Гром, Крест и Гранит остались бы живы.

После этих мыслей руки сами сжались сильнее, вцепившись в руль. Север успокоился только через пару минут, когда начал медленно и глубоко дышать. Пальцы постепенно разжались.

Прошло около двух часов. Солдаты ехали по возвышенности. Вдали показались фиолетовые крыши высоких зданий. Машины остановились, и солдаты начали выгружать вертолёты из прицепов. Пилоты из отрядов «Бета» и «Дельта» сели в них и поднялись в воздух. Одному из солдат пришлось занять место в вертолёте Ковача. Сев обратно в машины, солдаты подъехали ближе к Траатару и остановились метрах в двадцати от ворот.

«Может, бросить всё?», — подумал Север. Сесть в машину и уехать. К порталу. Закончить этот хаос. Нет. Нет, нет и нет! Остался последний город. Уже слишком много людей погибло, чтобы просто взять и закончить всё на финишной прямой? Они не должны сейчас останавливаться.

У золотых ворот стояли два гиганта. Тролли ростом примерно шесть метров, с бугристой, как гусиная, кожей и полностью белыми глазами, будто без зрачков и радужки. Под челюстью у них росли изогнутые рога, на которые они могли насадить свою жертву. На них была чёрная металлическая броня: наплечники, похожие на пасти животных, нагрудник и острые наколенники. В руках они держали стволы деревьев, очищенные от веток и листьев. Один тролль стучал концом дубины по ладони, второй бил ею по земле, и от этого раздавались громкие хлопки. Охранники рычали, хотя скорее было похоже на храп.

— Ты уверен, что мы справимся с ними? — спросил командир Рош.

— Абсолютно.

По углам высоких стен из бежевого кирпича стояли смотровые вышки. Лучники на них целились в солдат. Филин стоял за своей машиной и целился в одного из снайперской винтовки, установив её на крышу багажника.

На стене стояли Шерон Второй «Драконье сердце», его сын Фарикул, мэр Маронша Альшор Четвёртый и лучники. Фарикул обнажил зачарованный меч, переливавшийся зелёным. Казалось, он готов прямо сейчас спрыгнуть к врагам и рубить их. Шерон выглядел спокойнее. Он разглядывал лица вальдорианцев, пытаясь понять их чувства. Правой рукой он теребил бороду, второй поправлял седые волосы.

— Зачем вы пришли сюда? — громко спросил Фарикул.

— Провести переговоры. Мы хотим получить ваши ресурсы. — ответил Север.

— Переговоров не будет! Уходите отсюда!

— Мы бы, конечно, с радостью, но не можем.

— Почему не можете?

Прозвучал громкий выстрел. Лучник на левой вышке грохнулся на землю. Шерон на удивление сохранял спокойствие и хладнокровно смотрел на происходящее. Фарикул вздрогнул от оглушительного хлопка, начав смотреть по сторонам, а после громко сказал:

— Тролли! В бой!

Тролли медленно двинулись в атаку. Север, Мейт и Рош тут же отбежали к остальным. Филин снял второго лучника, и тот упал на землю вслед за первым. Тролль ударил дубиной по одной из машин, помял крышу и разбил лобовое стекло. Солдаты стреляли из автоматов, но пули не пробивали крепкую кожу. Четверо сели в машины и начали кружить вокруг троллей, отвлекая их. Тролли пытались достать их дубинами, но не успевали. Только один успел ударить машину: попал дубиной по капоту, перевернул и раздавил. Трое солдат взяли ракетницы и начали стрелять троллям в головы. Взрывы оглушали их и оставляли ожоги на коже.