Читать книгу Оперативная разработка (Юрий Шубин) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Оперативная разработка
Оперативная разработка
Оценить:

4

Полная версия:

Оперативная разработка

— Значит Машенька, ты теперь при бабках? — хитро улыбнулся Барин, поглубже закидывая сети.

— Да это разве деньги! — возразила быстро опьяневшая и повеселевшая Маша. — Толик говорил, что скоро он получит громадные бабки! Вот люди живут!

Слово Толик, запросто выпорхнувшее из накрашенных губок, неприятно резануло слух Барина. Эта дура так называет заместителя самого Пузанова. Нет это не ревность к тупому «денежному мешку», в Барине проснулся все тот же азарт игрока и холодный расчет на обстоятельства. Ставки намечалась серьезные. А почему нет? Кукла Маша все подготовит!

— И много они денег у народа крадут? — без видимого интереса спросил болтушку Барин. — Несколько миллионов рублей?

— Долларов! — не задумываясь, одним махом выдохнула девица. — Несколько миллионов баксов он должен передать одной шишке!

— Не плохо, — согласился Барин и в глубине его глаз зажегся опасный мерцающий огонек. — Ты хочешь сказать, что твой Толик повезет эти деньги сам?

— Естественно! Он же пробивал разрешение! Потом правительство сменится, придут другие и все спишется! За воровство по крупняку у нас еще никого не наказали! — закончила сольное выступление Маша.

Не нужно ей было рассказывать это Барину, но алкоголь развязывает языки даже мужикам. Что требовать от девицы легкого поведения.

— Ничего, раз им можно, значит и нам можно, — вслух рассудил Барин, а Маша только хихикнула и согласилась.

Согласно любимой поговорке авторитета: «губит фраера не пиво, губит фраера язык», Потапов обязательно проболтается новой пассии о местонахождения денег (уж она-то об этом до седьмого пота позаботится!) и тогда, он, Барин изымет их из оборота «Второго эшелона» любыми средствами. А эта прошмандовка точно ничего не получит. Надо только наплести ей с три короба, да убедить помочь в заманчивом дельце.

Тут нужна ласка…

Какая радость от этого самой Маше — осталось непонятно, ведь Потапов и так приглашал ее разделить с ним скромное жилище в теплых странах. Видно, у не дальновидной девицы имелись другие планы, которым, впрочем, все равно не суждено сбыться по ее же собственной глупости.

Авторитет не стал пускать вечер на самотек, а решил использовать его на полные сто процентов.

— Еще выпьем и расходимся. У тебя работа на завтра есть, — напомнил он набравшемуся звеньевому, намекнув, что тому пора сваливать. — Ко мне поедем? — спросил женщину Барин, как про само собой разумеющееся продолжение вечера.

— Не хочу к тебе! — шутливо возразила Маша, прищурив хищные глазки. — Лучше поедем ко мне! Меня личный шофер на улице ждет! — похвалилась она.

Кажется, они с Барином поняли друг друга.

— Ну ты даешь Машка! — вроде удивился Барин. — Чалик, вызови кого-нибудь из пацанов. Пусть отгонят тачку и тебя домой забросят, а то, чувствую, ты сам не доедешь.

Звеньевой немного повозмущался, мол и не в таком состоянии ездил, и менты ему не указ: на лапу дал и нет проблем, но спорить не стал.

— Пойдем, показывай своего личного шофера, — произнес авторитет, поднимаясь из—за стола. — Не понравится — убью! — шутливо пообещал Барин. И только Чалик принял это всерьез, как нечто обычное.

Шоферу повезло — на этот раз это была действительно шутка.


***


Наконец, Маша узнала день, когда Потапов поедет на встречу к высокопоставленным чиновником.

В этот день Маша была ослепительно хороша, молода и беспечна, чем щедро одаривала перманентно счастливого Потапова. Она вызвалась сопровождать его, тонко изображая, что не в силах находиться без него ни минуты.

Талант!

Когда Потапов вышел из банка сияющий, как самовар тульских мастеров, и сказал, что на сегодня ему осталось передать кое—что очень важному чиновнику и он свободен, Маша излучала неподдельную радость, но попросила Потапова сначала заехать к ней, потому что иначе грозилась изнасиловать его прямо в машине.

На свою беду Потапов, согласился.

К радости Маши, охрану он с собой не взял. То ли женщина усыпила его бдительность, то ли бизнесмен был настолько уверен в собственной безопасности, что не воспользовался услугами «security» или шофера, и сел за руль сам.

На подъезде к дому Маша позвонила по мобильному яко бы подруге:

— Привет! Я к тебе не смогу заехать, сегодня буду занята, а завтра забегу!

Это был заранее оговоренный условный сигнал бандитам, из которого следовало, что клиент без охраны и едет к ним в лапы. Все идет по намеченному плану, который предусматривал даже возможность наличия охраны — слишком большие деньги маячили на горизонте.

На стоянке перед кинотеатром «Горизонт» Потапов остановился и, захватив с собой дипломат, захлопнул дверцу.

— Пусть тут стоит, а то во дворе мальчишки еще мячом в стекло попадут, — пояснил он и полез в багажник.

— Котик, ты что-то забыл? — улыбнулась Маша, внимательно наблюдая за Потаповым.

— Кое—что взял, — ответил Потапов, показывая бутылку «Асти Мартини».

Едва «влюбленные» открыли дверь, как сзади появились крепкие стриженные парни, которые грубо втолкнули их в квартиру, обозначив банальное ограбление. Бизнесмен пытался отбиться, но перевес был не на его стороне, а для «шоковой терапии» бандиты с ходу, несколько раз ударили Потапова по лицу, разбив в кровь. Маша, в это время, убежала в другую комнату и отсиживалась там.

— Вы что сволочи! — взвился Потапов, полагая что стал жертвой мелких грабителей. — Да я вас потом всех…, — последней нотой в аккорде бандитов, стал пробивной удар в живот. Бизнесмен закатил глаза и, по рыбьи раскрыв рот, осел на пол.

— Усик, смотри кейс! — приказал старший по кличке Чалик, наскоро обыскивая карманы Потапова.

Щуплый мужичек схватил кожаный дипломат бизнесмена, торопливо пытался его открыть.

— На код закрыл падла! — констатировал он после нескольких безуспешных попыток.

— Ломай! — отрезал Чалик, приворачивая к «ТТ» глушитель. — Времени нет!

Усик с силой поддел крышку дипломата ножом и, захрустев, она поддалась. Он резко рванул пластик и… растерянно крикнул:

— Чалик! Бабок нет!

Простая фраза взрывной волной прокатилась по просторной квартире сталинского дома, отразившись на лицах замерших бандитов напряженно—испуганной гримасой.

— Как нет? — искренне удивился Чалик, не поверив и глянув на Усика так, словно тот пытается его обмануть. — Посмотри еще! — зачем-то велел он, будто та сумма, о которой шла речь, могла завалиться за подкладку портфеля.

— Да нет тут ничего! В натуре! — нервно огрызнулся Усик. — Говно всякое!

— Да я его на части разорву! Где бабки?! — рявкнул Чалик, сильно пнув медленно оживающего Потапова. — Убью, козел и деньги тебе не понадобятся!

— Какие бабки? Все в портмоне… — едва выговорил тот, чем привел бандитов в ярость.

— Где деньги, козел! Где деньги! — подскочил к нему Немец.

Бандиты налетели на бизнесмена и начали его яростно бить руками и ногами, нащупывая наиболее болезненные точки и спрашивая только одно:

— Где деньги?!

Если бы Чалик вовремя не пришел в себя и не остановил головорезов, они убили бы Потапова прямо сейчас.

— Деньги или тебе крышка! — тыча пистолетом в его поблекшие глаза, подвел итог старший, оттягивая курок.

Он не хотел верить этому ничтожному человечку, что денег нет. Ведь тогда все труды напрасны, а Барин окажется одураченным. Нет, только не это.

— Какие деньги? — слабо выговорил Потапов, едва шевеля разбитыми губами и разливая кровь по дорогой белой рубашке.

— Не прикидывайся, где бабки?!

Стало ясно, что отпираться бессмысленно. Бандиты хорошо информированы.

— Все в машине, в багажнике… — сдался Потапов, понимая, что происходящее зашло слишком далеко, так далеко, что найти обратную дорогу будет не легко, если вообще возможно. — В багажнике… — с трудом выговаривая слова, повторил он беззубо.

— Ус! Пулей слетай и проверь! — распорядился старший, подбросив пульт от центрального замка Ауди.

Когда минут через десять вернулся взмыленный Усик, на нем не было лица, а глаза выражали недоумение.

— Что у тебя глаза по пятаку! — рыкнул и злой Чалик, готовый перестрелять всех.

— Там фигня какая-то! Машины нет! — обреченно ответил Усик. — Везде искал!

— Ты что идиот?! Я тебя самого рассчитаю! Как ее может не быть, если ключи у тебя! Куда она могла деться?! Чего ты искал?! — разразился он и, сделав резкое движение, с силой вдавил толстое тело пистолетного глушителя Усику в самые гланды. — Убью! Где тачка!

Рука Чалика дрожала от напряжения и злобы, а указательный палец все плотнее прижимался к спусковой скобе.

— Откуда я знаю! — обильно покрывшись потом Усик затрепыхалсялся, как пришпиленная гвоздем лягушка. — Что я дурак что ли! Нет там машины! Нет! У этой твари лучше спроси, куда тачка делась! Подстава чистая! Это она нас навела, а потом кинула! За такие бабки кто хочешь кинет! — тараторил он срывающимся голосом.

Чалик убрал пистолет от побледневшего Усика и страшным голосом прошипел:

— Давайте ее сюда!

Усик с пробуксовкой сорвался с места, спеша выполнять приказ, уж он-то знал, что Чалик не бросает слов на ветер и если что — точно «рассчитает» — то есть отправит на тот свет.

Бандиты притащили возмущенно упирающуюся девушку и с силой швырнули к ногам изуродованного, слабо стонавшего Потапова. Увидев недавнего любовника, оно невольно вскрикнула.

— Ты что решила нас дурачить? — нарочито ласково произнес Чалик. — Или думаешь Барин тебя по головке погладит? Где тачка, где бабки?

— Как где? В машине, внизу! — возмутилась девушка.

— Тачка была и всплыла! Ах ты, подстилка паскудная, где бабки спрашиваю! — заорал Чалик и несколько раз ударил ее по голове. — Кинуть решила, стерва!

Глаз точеного глушителя уставился на затравленного, полуживого Потапова. Усик попятился и вжался в стену, чтобы его не забрызгало кровью.

Чалик нажал на спуск. Лязгнул затвор. Бешенная оса впилась в голову, оставив лишь темную, кровоточащую точку на лбу, да облачко кисловатого дыма. В стену брызнула жирная краповая акварель.

Потапов даже не вскрикнул. Он умер мгновенно.

За то дико закричала Маша и Усик бросился закрывать ей рот. На убийство она не договаривалась. Да что убийство — на увиденные ею ужасы она бы не согласилась ни за что. Собирались инсценировать ограбление и мирно забрать деньги и это все! Маша не знала, что за то время, пока она не видела Барина, он сильно изменился и верить ему было нельзя.

А она поверила.

— Заткнись, пока тебя следом не отправили! — сверкнул глазами Чалик, схватив за горло. — Где деньги, сучка! Последний раз тебя спрашиваю! Не выводи меня!

— Не зна…, — захрипела Маша, но не этого ждали от нее бандиты.

Ей не поверили, решив, что она врет.

Ее все равно бы убили. Потом. Как главного свидетеля, и ее дружба с Барином не могла помочь никаким боком. Маша обрекла себя на смерть, едва заговорив о Потапове и назвав бандитам приблизительную сумму.

— Пацаны, жалко телку сразу убивать? — глянул на головорезов безжалостный Чалик и они согласно ухмыльнулись. — Берите ее в комнату и пяльте хоть в два смычка сразу, пока не скажет, где бабки. А тебе, сучка, будет время вспомнить!

Грубые руки разорвали платье. Брызнули в стороны шарики бус. Треснули сорванные колготки, на пол полетели новые ажурные трусики, подаренные Потаповым. Какая же она дура! Зачем связалась с Барином!

Женщина умоляла не трогать ее, пыталась кричать, но ей жестко заткнули рот. Она сопротивлялась пока были силы, но что она могла против озверевших мужиков, которых это только сильнее заводило…

Голоса не было — губы плотно прилипли к упаковочному скотчу, а мычание прерывалось судорогами голосовых связок.

…Но Маша ничего не вспомнила, потому что ничего было вспоминать.

Перед тем, как бандиты ушли, в квартире раздался циничный металлический лязг затвора.


***


Барин напряженно курил, остервенело втыкая бычки в стеклянную пепельницу. Он сорвал с полки квадратную бутылку с жидкостью цвета чая и, наполнив стакан на два пальца, отправил в рот. С тех пор, как Барин стал «новым русским» и сменил дешевые отечественные костюмчики на дорогие «прикиды», а подержанные Жигули на мощные иномарки, водке он предпочитал другие напитки — хоть тот же «вискарь» десятилетней выдержки. Только в отличие от настоящих ценителей напитка Барин не утруждал себя разбавлением виски содовой или другой водой и уж тем более не бросал в стакан кубики льда. Чудесный, изысканный напиток он пил залпом, словно дешевую водку. Это наталкивало на мысль, что сколько одежку не меняй, а нутро, в смысле души и сущности, все равно останется прежним, то есть не лучше, чем до того, как появились деньги на одежку, виски и иномарки. Вероятно, это еще один закон природы, обмануть которую невозможно.

Вряд ли сбивчивый рассказ Чалика порадовал Барина. Выходило, что их крупно надули. Пока Чалик возился с Потаповым и Машей, выбивая чистосердечное признание и выдачу денег, кто-то прямо из под носа увел у них машину, в которой по признанию Потапова находились деньги. Но кто мог это сделать? На их горизонте появился новый игрок? Но куда ему против Барина!

А между тем, машина с деньгами исчезла.

После напряженного раздумья Барин взглянул на Чалика и заговорил.

— Будем считать, что подсуетился не «Второй эшелон», а кто-то еще, иначе завалили бы нас этой же ночью. Знал этот, кто-то о деньгах или нет — второй вопрос. После того, как мы толстосума завалили тачка слишком заметный камень на шеях угонщиков. И, если все так, как я думаю, то, когда менты поутихнут, от «аудишника» они обязательно избавятся. В такой ситуации кататься на ней дело дурное — выходит, обязательно попытаются пристроить, если не на заказ работали. А коли тачку на заказ сняли, нам же проще. Значит так! Пусть пацаны землю мордами роют и работают хоть без выходных! Нужно проверить автомастерские, которые «насаженными» тачками промышляют. Если кто чужой в этот бизнес влез, то они только на запчасти смогут машину сдать, а если кто из наших — мы его быстро вычислим!

— Все сделаем! — заверил Чалик. — Я пацанов так накручу — забудут про сон!

— Смотрите — завтра не облажайтесь! Дело ответственное — проколоться нельзя, иначе все загремим если не в «крытку», то уж точно на тот свет. Такие люди промахов не прощают. В их руках государство и даже мы не можем с ними тягаться — слишком высоко летают. Так что смотри — отвечаешь лично. Кто на дело пойдет?

— Немец пацана—наркомана подобрал на стороне — так надежнее. Он наших дел не знает. Немец его в темную подрядил, за героин, а после дела наркомана уберем и все шито—крыто. Искать его все равно никто не кинется. Кому он нужен!

— Что кроме наркомана никого больше нет? — недовольно спросил Барин, не доверявший важные дела никчемным людишкам, чье место на отвалах мусорной свалки.

— Да чего ты волнуешься! Он после дела и часа не проживет. Немец ему такую дозу вколет, что влет «крякнет» и никто не докопается — подох от передозировки.

— Добро.


***


Председатель Совета директоров «Второго эшелона» Пузанов закончил совещание, продолжая оставаться в состоянии внутреннего напряжения. Он прохаживался по огромному кабинету и разминал себе шею. Работать становиться все тяжелее, а мелкие неприятности и пакости бывших друзей так и норовили перерасти во что-то более крупное. А теперь эта в высшей степени странная смерть Потапова.

Придавив мясистым пальцем кнопку селектора, Пузанов позвал секретаршу.

— Леночка, узнайте, на месте ли Демьянов и, если да, вызовите его ко мне.

Начальник службы безопасности явился незамедлительно. Отставной офицер Олег Васильевич Демьянов во «Втором эшелоне» работал не давно, но благодаря коммуникабельности, опыту, знаниям и, самое главное, связям в силовых ведомствах в свои сорок восемь лет сумел достичь неплохих результатов на новом месте. Сменив предшественника, бывшего кэгэбэшника, ушедшего в бизнес в середине девяностых — первую волну массовой миграции специалистов в коммерческие структуры, Демьянов стал очень заметной и влиятельной фигурой в компании. Правда и весь стандартный набор проблем крупного бизнеса, копившийся не один год, разом упал на его плечи. Это вечные должники, нерадивые партнеры, доставлявшие компании большие хлопоты, переговоры и «стрелки» с бандитскими «крышами» оппонентов, защита от электронного и агентурного шпионажа конкурентов и ведение такового в отношении их самих, обязательная «фильтрация» вновь поступающих кадров и профилактическая работа с имеющимися.

Физическая безопасность первого лица компании, также была одним из направлений работы Службы, отвечал за которое бывший ФСОшник. Личные телохранители есть у всех правителей сколько-нибудь значительных империй: у всех президентов, премьеров, диктаторов, монархов и председателей. «Второй эшелон» тоже империя и в случае устранения первого лица слишком многие люди, имевшие деньги и вес разом что-то бы потеряли. Те, кто помогал Пузанову забраться на самый верх великой пирамиды, кто делал ставки, связывал надежды, строил коммерческие и политические планы — потерь не хотели. Но любые телохранители не могут защитить тела царственных особ более чем на десять процентов, а это так мало…

К непомерному грузу сугубо внутренних проблем приплюсовывались и внешние, диктуемые спецификой работы и интересами компании. А это и работа с западными партнерами, подставняками в оффшорных зонах, обеспечение прохождения «черных» платежей на анонимные счета чиновников в надежные банки и многие другие проблемы. Если бы не досадный «залет» с продажей истребителей, оформленных как устаревшие, списанные машины, то все бы шло своим чередом. Но вмешался случай (во что Демьянов не верил) или конкуренты подсуетились (это похоже на правду), и полутайная внешнеторговая операция компании попала в поле зрения ФСБ.

Тут еще одна заморочка вышла. Специально раскрутили в прессе идею о том, что иностранных кредитов России больше не дают. Общественность поверила и успокоилась. Но мало кто знал, что не дает-то денег только МВФ1[1], а другие финансовые институты и страны Запада ежегодно подкидывают нашим бюрократам по полтора — два миллиарда долларов, которые расходятся между такими как Пузанов. Половина же этих денег, по принятым канонам российской действительности, оседает в карманах причастных к «проектам» лиц в виде «отката». Страна становится беднее, «пузановы» неимоверно богаче, а правительство хранит гробовое молчание.

— Садитесь Олег Васильевич, — предложил Пузанов, нервно прохаживаясь взад—вперед и массируя затылок. — Звонил Евдокимов и заявил, что уходит от нас под крышу кого-то из правительства. «Крышу», значит, меняет. Ему там, видите ли, более благоприятные условия предоставляют и невероятные таможенные льготы. Вот сученок! — в сердцах выругался председатель.

— Можем узнать, куда он причалил, — неуверенно высказался Демьянов, имевший информацию о Евдокимове, но до поры придержанную, чтобы повыгоднее преподнести хозяину. — Если это имеет значение.

— Нет, не надо и так догадываюсь! Теперь какая разница: под Кремль он ляжет или под Белый дом! Проститутка — одно слово! — махнул рукой Пузанов и, усаживаясь в кресло, одернул темно—серый костюм. Для людей, хорошо его знавших, это означало начало разговора по существу.

Демьянов тактично молчал, устремив на начальника близко посаженные глаза и предоставляя инициативу начальнику.

— Что случилось с Потаповым? — вдруг в лоб спросил Пузанов, не глядя на собеседника, что выдавало его плохое настроение. — Только не говорите как Путин про лодку — она утонула!

— Застрелили вместе с его… — Демьянов хотел сказать любовницей, но вспомнив, что такие определения шеф не любит, поправился. — …Вместе с его знакомой у нее на квартире.

— Это я и сам знаю! — отрубил председатель. — Я спрашиваю, почему это случилось, и кто его убил! Эти вопросы в первую очередь, должны волновать службу безопасности!

— Конечно, — согласился Демьянов. — Мы занимаемся этим. Я посылал туда помощника. Он сообщил, что делом интересуется Быков из ФСБ.

— Это тот комитетчик, что расследует продажу самолетов?

— Он.

— А при чем тут ФСБ? — поинтересовался Пузанов.

— Не знаю. Возможно, убийство он связал с расследованием и хочет объединить два этих дела. Мой помощник обращался к нему, предлагал «помощь», но Быков его грубо отшил.

— Каков наглец! — сжал кулаки Пузанов. — И что, мы не можем найти на него управы? Таких подполковников знаешь куда надо!

Шеф не стал уточнять куда следует деть ретивого служаку, но Демьянов его и так прекрасно понял.

— Почему же, кое—какие меры мы уже предпринимаем…

— Можете не продолжать, это ваше дело и вы знаете его лучше меня. Только результата не видно! Раньше надо было меры предпринимать, пока он не начал в нашем пруду воду баламутить!

Демьянов послушно кивнул, давая понять, что полностью согласен с нападками шефа.

— Так кто убил Потапова? — переспросил тот.

— Еще не знаем…

— Плохо! Кстати, почему он поехал к этой шлюхе один, без охраны?

— Он отказался от охраны под предлогом важного дела или встречи, о которой охрана не должна знать.

— Вот именно не должна! Знаете, о чем речь?

— Нет, — честно признался Демьянов.

— Так я вам скажу! Он должен был встретиться с очень известным человеком из Белого дома и передать документы об открытии счетов в швейцарских банках и зачислении на них денег для ряда высокопоставленных чиновников, лоббировавших наши проекты. Вместе с чиновником они должны были получить карточки на предъявителя для получения этих денег. Мне уже звонили и спрашивали, что все это значит, а что я мог ответить?

Демьянов молчал и внимательно слушал, но тревожное ожидание нехорошего только нарастало.

— Вас не интересует на какую сумму мы попали?

— Если вы сочтете…

— Сочту. Без малого десять миллионов долларов! — перебил подчиненного Пузанов и того пробил холодный пот. — Терять их просто так недопустимо! Столько не стоит ни один мой сотрудник! И даже сотня или тысяча! И вы не стоите!

Пузанов говорил совершенно откровенно.

— Вы знаете где все это?

— Нет, — признался Демьянов. — Но узнаю. Если это в ФСБ, то я завтра же об этом узнаю и постараюсь вернуть.

— Уж постарайтесь, — попросил Пузанов, напустив на лицо непроницаемую каменную маску. — Думаю, вам не стоит объяснять, что от этого будет многое зависеть.


***


Резко зазвонил телефон спецсвязи с латунным гербом СССР в никелированном кружочке посередине номеронабирателя.

— Ты все работаешь? — услышал Быков. Это был голос друга и сослуживца, добродушного балагура Славы Посалина.

— Уже заканчиваю, а ты где? — спросил он, вспомнив, что вечером они собирались немного расслабиться — благо, что получка на днях была и деньги еще остались.

— Как где? Сижу в кабинете и жду твоего звонка! Ну идем или нет? — потерял терпение Посалин. — Там курочка, уже, наверное, на вертеле пережарилась!

— Извини, Слав, я тут немного заработался. Конечно идем!..


…От здания на Лубянской площади они пешком отправились в кафе, попутно прикупив четвертиночку беленькой.

— Думаю, одной достаточно? — испытующе глядя на Быкова, спросил Посалин и широко улыбнулся. Старый опер хорошо знал, что отделаться одной еще никому не удавалось во всей Лубянке…

— Ага, — согласился подполковник. — Для начала!

— Водка и чекисты соотносятся между собой также, как кровь и вампиры, — рассмеялся Посалин. — Ладно, по месту точнее сориентируемся…

Дотопав прогулочным шагом до знакомого заведения офицеры взяли по традиционной жаренной курочке, заняли привычное место за столиком у окна и повели неторопливую беседу, иногда прерываемую тихим стуком стаканов.

— Не нашел себе подругу? — подмигнул Посалин, кивнув на внимательно изученную им молодую женщину за соседним столиком. — Вон смотри какая, — доверительно шепнул он.

Подполковник посмотрел в указанном направлении.

— Да что я, ищу что ли! — не заинтересовался он предложением приятеля. — Когда — целый день на работе, домой приедешь спать пора.

— А твоя бывшая на горизонте не появлялась?

— Да зачем ей — у нее другая жизнь...

Вес курочки уменьшался стремительно и совсем непропорционально с содержимым бутылки.

— Как у тебя с дочерью — получается? — спросил Быков.

— С институтом? — грустно вздохнул Посалин. — Сам знаешь — образование все платное, плюс репетиторы, а военным даже с ларечниками по зарплате не сравниться!

Переход к больной и излюбленной теме денежного довольствия военнослужащих в привязке к социальной незащищенности указывал на то, что надо бы добавить. Хорошая идея не пропала в долгом ящике и была реализована незамедлительно.

— Да плюс подрабатывать запрещено: сдохни, но держи фасон! Менты хоть взятки берут, а я у кого возьму — английского шпиона на бабки разведу? За это меня тогда самого сажать надо. У меня на будущий год контракт заканчивается, всю жизнь Конторе отдал, а что я с этого имею? Машину не купил, дачу не построил, на пенсию не проживешь! За то чиновникам, у которых и так все есть, зарплату хотят поднять в разы! Это чтобы им отмазка была, если спросят, откуда деньги! Ведь олигархов у нас не так много, они делают реальный бизнес и зарабатывают большие деньги! Они могут себе хоть дворец построить! Но посмотри, чьи особняки вокруг Москвы выстроились? Олигархов? Да боже упаси — их столько не наберется! Каких-то мелких чиновников, которые официально получают меньше меня! Вот куда текут недополученные государством налоги!

bannerbanner