Травница по завещанию

Все вместе выглядит изысканно, не вызывающе, но ужасно женственно! Ловлю себя на мысли, что девушка в зеркале мне нравится! Я бы назвала её красавицей, хотя… стоит привести в порядок волосы и что-то сделать с ногами. Не пойду же я во дворец в старых кроссовках!?

На дне сундука находятся для меня удобные ботиночки из светло-коричневой кожи с золотисто-зеленой вышивкой с фирменными листочками. Примерка показывает, что чуть великоваты. Не беда, достаю из шкафа носки чуть толще, потеплее и вуаля — обувь уже впору!

— Красота! Красота! — вьется вокруг меня Семен.

Изольда все еще сидит нахохлившись в уголке. Только когда становится очевидно, что я не откажусь от этого наряда, постепенно оживает, присоединяется к сборам невесты. Ой, травницы!

— Духи, обязательно нужны духи! — ворчит фамильярочка, — аромат золотистого арранта — наша визитная карточка. Тебя еще не видно, а люди уже знают — идет та самая травница!

Она помогает найти в недрах шкафа шкатулку с хрустальными флакончиками. Вынимаю пробку из того, что опустошен на треть. Зажмуриваюсь и глубоко вдыхаю аромат. Тот самый! Запах Марго! Он растекается по гардеробной. Чувствую, как губы растягивается в улыбке. Касаюсь прохладным кончиком пробки шеи, запястий, добавляю немного на грудь. Чувствую, как меня наполняет радость — аромат Марго… уюта, дома… теперь это и мой аромат. А это — мой дом! Дом травницы Золотого Арранта!

Помимо прочего, на руки мне положены тончайшие перчатки — надеваю и перестаю дышать от переполняющих эмоций. Такой красивой я себя никогда не чувствовала!

Сема, тем временем, шебуршит у меня в волосах. Лапки фамильяр смазал специальным кремом для укладки и сейчас коготками вычесывает и собирает на моей голове изысканное переплетение прядок.

— Готово, — восхищенно шепчет он, — осталось платок!

Хомочка уже спешит ко мне с тончайшей белой паутинкой — шалью из пуха каких-то редких горных коз, название которых мгновенно вылетает у меня из головы.

— Последний штрих! — объявляю и накидываю шаль на голову.

Осматриваю себя в зеркале, оборачиваюсь к помощникам. Они реагируют странно. Хомочка держится обеими лапками за ротик, Сема прикрывает мордочку крылышком и забавно похрюкивает.

— Что с вами?!

Пугаюсь и начинаю переживать за зверьков. А они… хохочут до слез и умоляют снять шаль и не портить прическу.

— Она чтобы накинуть на плечи! Вечером, если озябнешь! — объясняет Сема, немного успокоившись.

— Марьянушка, девочка наша, ты — травница! Имеешь право носить непокрытые и распущенные волосы — знак, что не тяжелым трудом занимаешься, а высокими искусствами. В нашем мире чем туже собраны волосы у женщины, тем тяжелее у нее работа и ниже статус. Если собраны под платок — значит крестьянка или прачка, может, повариха или двор метет. Ты свое богатство не прикрывай, пусть все видят!

Смущаюсь и обещаю, что впредь волосы буду только открыто носить. Раз такое дело — надо привыкать. Новый мир — новые правила. Чтобы запомнить, проговариваю еще раз цвета одежды людей:

— Зеленый — травницы, золотой — королевская семья, серебряный — аристократы, белый — духовенство, красный — воины, коричневый и серый — крестьяне, синий — купцы… Уф, как много всего! — вспоминаю одежду Николаса: черная куртка, темные брюки, — Хм… а черный? Изольда, кто носит черный?

— Палачи, шпионы и черные маги, — с нескрываемым отвращением отвечает хомочка.

Глава 11. Кажется, у меня будет подруга!

До лестницы лечу быстрее крылатого Семена. Скорее во дворец! Даже не верится, что прямо сегодня я могу вернуть потерянную сестру. Стоит только добраться до мага.

Хома и мышь едва за мной поспевают, по пути объясняя, как мне добраться до королевского дворца. Пойти со мной малыши не могут — не до конца понимаю, почему. Что-то связанное с магией дома — они не могут выйти наружу, пока я не войду в полную силу…

— Там дорожка простая, Марьянушка, — щебечет Изольда, — выйдешь с крылечка, сразу направо, до большой площади. Оттуда по самой широкой дороге — увидишь шпили, ну и иди к ним, это и есть дворец.

— Поняла, Изольдушка! — киваю я хомячке.

Мы снова на первом этаже, в холле с резными деревянными панелями на стенах. Передо мной — массивные двойные двери. За ними — мир, полный открытий, новых знакомств и магии. Могла ли я подумать, что попаду в настоящую сказку?

Там и стою, уставившись на мягко поблескивающие латунные ручки в виде извивающихся лиан, будто прилипших к дверям. Фамильяры чувствуют — мне нужно время решиться и открыть дверь. Когда с той стороны раздается нетерпеливый стук, все мы синхронно вздрагиваем и удивленно переглядываемся.

— Кто это? — шепотом спрашиваю я у зверьков.

Они не успевают пожать маленькими плечиками, как стук повторяется и из-за двери слышится звонкий девичий голосок:

— Откройте, это Лана, королевская травница!

— Травница?!

Голос кажется приятным, располагающим. Я распахиваю дверь и в холл влетает молоденькая девушка, может, чуть старше меня, зеленоглазая и светловолосая, в бледно-зеленом платье, густо расшитом серебряными нитями, на руках — прозрачные салатовые перчатки, на ногах — белые туфельки с вышитыми на них кленовыми листочками. В руках у девушки большая корзина — пустая, только на дне лежит скомканный белый платок с длинной шелковой бахромой, да пара каких-то веточек и травинок.

— Ой! Ты — новая травница?! — девушка доброжелательно улыбается мне, рассматривает мой наряд, — а я — Лана, я…

— Королевская травница, — повторяю я и улыбаюсь в ответ.

— Да! — Лана заливисто хохочет, — Точно, я же кричала в дверь. А я шла мимо. Вижу, в доме Марго шторы колышутся и внешние светильники зажглись по темноте. Ну, думаю, неужели новая травница объявилась! — Лана внимательно всматривается в мое лицо, — Вы с Марго так похожи, она не говорила, что у нее есть дочка!

— Что ты! Я — её младшая сестра. Меня зовут Марьяна. Я только сегодня прибыла.

Оглядываюсь на жмущихся к ногам фамильяров. Они отчего-то молчат и прижимают лапки к ротикам. Возможно, мне стоит пока молчать о том, что я из другого мира? Или нет? Позже спрошу. Пока решаю попридержать эту информацию.

— Да? — задумчиво смотрит на меня Лана, — странно, про сестру Марго тоже не рассказывала. А сколько тебе лет?

— Двадцать пять, а что?

— Нет, нет, ничего, — Лана все еще смотрит на меня с недоверием, но скоро опять начинает улыбаться, — Ой, что это я на тебя насела. Прости! Куда-то идешь? Может, я тебя провожу?

— Было бы очень кстати! Мне нужно во дворец. А я… в городе первый день.

— О! Я как раз закончила разносить заказы по городским покупателям и возвращаюсь во дворец. Я тебя провожу!

Со спокойной душой выхожу за Ланой на улицу. Улыбчивая травница тут же начинает расспрашивать меня о дальнейших планах и рассказывать о городе, в котором мне предстоит теперь жить.

— Я так тебе рада! — восклицает девушка, перекидывая корзинку на правую руку, чтобы мне было удобнее идти рядом и болтать с ней, — Целых три года мне приходилось выполнять заказы во дворце и в городе, сбиваюсь с ног! А Марго! Как жаль, что она пропала!

— Вы были знакомы?

— Мы были подругами, Марьяна! Часто встречались поболтать. Уверена, мы и с тобой подружимся!

Мне тоже так кажется. Лана — такая приятная девушка и давно тут живет. Иду с ней по улице и в душе ликую, что так здорово все складывается — и фамильяры у меня золотые, и платье роскошное, и подруга теперь будет!

Глава 12. Нежный вампир

Улица, на которой стоит мой дом, застроена солидными домами. На первых этажах — лавки. С крыльца мы сразу сворачиваем направо, проходим дом портного — вывеска с ножницами, образцы платьев в витрине.

— Марьяна, ты уже заказала себе новые платья? — ненароком спрашивает меня Лана.

Рассеяно киваю, оглядываюсь назад. Смотрю на свой дом. Передо мной двухэтажный особняк с большими окнами, богатой лепниной и множеством светильников, которые уже занимаются огоньком. Замечаю, что тени вокруг плотнеют — вечер?

Напротив моего дома обувная лавка — она уже закрыта. Идем дальше, мимо кондитерской с крендельком на двери и ювелирной лавки.

На улице никого нет, но из окон на нас с любопытством смотрят дамы и господа. Вежливо, чуть замечают, что их заметили — приветливо машут руками. Лана машет в ответ.

— Тебе повезло иметь дом на торговой улице, здесь много приличной публики!

Публика одета во все оттенки синего и красного — аристократы и торговцы. Иногда между ними, как тени, мелькают служанки в темно-коричневых платьях.

Через три дома улица заканчивается и мы выходим на круглую, как плоская тарелочка, площадь.

Стараюсь сдерживать эмоции и не показывать удивления. Даже если бы я приехала издалека, из соседнего города или королевства, я должна была проехать по улицам. Но… Лана замечает, с каким восхищением я осматриваю плотно пристроенные друг к другу дома в высокими резными крышами, тонкими колонными, обвитыми плющом, кованые ворота и висящие тут и там светящиеся магические шары.

— Раз ты впервые в Веллингере, я все тебе покажу! Начнем с главной площади! Мы с Марго часто пре… пересекались здесь, вон у того колодца!

Лана указывает на высокую беседку с каменными колоннами в центре. Подходим ближе и под черепичной крышей я вижу вовсе не ожидаемый цилиндр колодца, а широкий бассейн с изящным фонтаном. Склоняюсь над ним и замечаю разноцветные спинки.

— Ой, рыбки!

Лана подходит ближе, ставит свою корзинку на бортик фонтана.

—Когда-то на месте Веллингера была деревушка на несколько домов и здесь был колодец. Деревушка со временем превратилась в город, город — в столицу пяти королевств, а колодец… теперь очень красив! Смотри, — она указала в центр, — видишь башенки, из окошек течет вода? Это королевский замок в миниатюре. Он стоит на основании — это символ нашего королевства, а дальше чаша фонтана. Она поделена на четыре части — по количеству подчиненных Веллигеру королевств. Рыбки символизирует жителей.

Я присмотрелась и поняла, что маленькие жители подводного королевства также разделены по цвету — стайки коричневых и блеклых серых рыбок плавают на глубине, выше — крупные красные карпы и синеспинные юркие рыбешки.

— Не видно красных, серебряных и золотых, — отмечаю я.

— Такие только во дворцовых фонтанах, — смеется Лана, вокруг разом зажигаются несколько фонарей, — пойдем, пожалуй, а то скоро стемнеет.

Встаю и мы идем прочь с пустой площади. Травница уверяет меня, что утром тут будут толпы народу — до обеда вокруг фонтана шумит рынок, еще пару часов после — выступают циркачи и скоморохи, после площадь начисто убирают и люди расходятся по домам.

С площади идем к самой широкой улице — как и говорила Изольда, я сразу вижу силуэты дворцовых шпилей на фоне нежно-фиолетового неба. Идем с Ланой мимо роскошных особняков. Она рассказывает, что здесь живут аристократы, богатые купцы, придворные. За высокими заборами звучит музыка, звенят бокалы и слышен смех — богатые люди ужинают на открытом воздухе. Скоро нас замечают. Лану просят на минутку зайти в дом — взять заказ для состоятельной покупательницы.

— Я подожду на улице, — говорю я.

Лана кивает и скрывает за воротами, а я остаюсь одна — с наслаждением разглядываю богато отделанные дома, золоченое кружево оград, скульптуры и множество света — на моей улице фонари стоят часто, но тут все буквально залито магическим светом. Нет ни одного темного уголка!

Улица кажется пустой, но вот где-то скрипнула дверь. Оборачиваюсь и от неожиданности пячусь назад. Почти вплотную ко мне стоит высокий мужчина в черном. Свет будто обтекает его фигуру, скрывая лицо. Я вижу лишь кисти его руки и тонкую полоску белой кожи над воротником его куртки.

Он склоняется ко мне и вдыхает воздух рядом с моей шеей.

— Кто вы?! — вырывается у меня.

Я отступаю назад, шаг за шагом, пока не упираюсь спиной в фонарный столб.

Незнакомец мягко ступает по камням, бесшумно приближается. Я повторяю вопрос. Он взмахивает рукой, будто разрешая свету падать на его лицо.

Сердце замирает от пронзительной красоты — у незнакомца большие черные глаза на бледном худом лице, тонкий нос, брови вразлет, тонкие алые губы, резкие скулы. Вид имеет немного болезненный, но прекрасный.

— Горан, — представляется он и я понимаю, что его голос звучит сладко, как мед, — а как зовут тебя, новая травница?

— Марьяна, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от его завораживающего лица.

— Марьяна, — он будто пробует мое имя на вкус, — У меня есть к тебе одно дело. Могу я быть твоим гостем?

— Д…да, — отвечаю неуверенно, но сил отказать красавчику у меня нет.

За спиной Горана слышен скрежет ворот.

— Марьяна! — испуганно кричит Лана, — Марьяна!

Горан берет меня за руку и касается запястья губами. Ощущение, будто к коже приложили кусок холодного железа. Я смотрю на мужчину сверху вниз и понимаю, что на мостовой вокруг нас только одна тень — моя.

— Марьяна… хочу увидеть тебя еще раз, — шепчет Горан, отпускает мою ладонь, делает шаг и… растворяется в воздухе.

— Марьяна! — ко мне подбегает испуганная Лана, — что он хотел от тебя?!

— Хотел в гости, — растерянно отвечаю я, потирая запястье, — у него есть ко мне дело.

— Какое дело может быть у тебя с вампиром? — моя новая подруга в ужасе.

Глава 13. Дворец

Едва успеваю прикрыть распахнутый в изумлении рот. Вампиры? Здесь есть вампиры?! И что он хотел от меня? Вечной любви или с гастрономическими целями?

— Марьяна, — Лана осматривает шею, с беспокойством проводит по моим рукам, — надеюсь, ты не приглашала его в свой дом?

— Нет, но… кажется, я пригласила его в гости…

— О нет! Марьяна! Он же… Зачем?!

— А что такого?

— Ты, видимо, совсем… — судя по лицу Ланы, она хочет сказать «совсем ку-ку», но сдерживается, — издалека! Откуда же ты?

— Я… слушай, а мы не опаздываем во дворец?

Лана смотрит на тени, которые почти полностью растворились в ночной тьме и хватается за корзинку.

— Быстрее, — торопит она меня, — после полного заката ворота закроют до утра!

— Солнышко скроется, муравейник закроется, — бормочу я.

Лана даже не замечает. Королевская травница тащит меня вдоль богатых особняков к подпирающим небо шпилям.

Мне ужасно любопытно посмотреть на настоящий королевский дворец в настоящей волшебной стране, но чем ближе к стенам дворца, тем меньше освещения. Только у внешних ворот пара золотистых шаров выхватывают из тьмы грубую каменную кладку.

Дворец и город отделяет темный провал с перекинутым через него мостом.

— Осторожно, не оступись, — задыхаясь от бега, шепчет Лана, — в канале водятся рыбы-людоеды.

Стремительно меняю траекторию — подальше от опасного края. Спасибо, что предупредила!

У ворот, под шарами, стоят охранники в серебристых доспехах. Пробегаем мимо, сразу за нашими спинами они начинают возиться с подъемным механизмом ворот.

— Успели! — улыбается Лана, переходит на шаг.

Мы во внутреннем дворе. Вокруг довольно темно — освещены магическими огнями только вход в комнатку охраны рядом с воротами и широкая каменная лестница, идущая наверх.

Лана озирается по сторонам — привратники закрепляют цепи, на которых держится мост через канал, их сменщики шумят за дверью. Судя по звукам — идет пирушка. Девушка одергивает платье, поправляет перчатки, горделиво откидывает назад светлые волосы и степенно, как и полагается королевской травнице, поднимается по ступеням. Даже корзинку держит иначе, изящнее, в руке, а не на изгибе локтя.

Иду следом, стараясь по возможности повторять за Ланой. Поднявшись по лестнице попадаем на залитую магическим светом площадку, отгороженную невысокой стеной. Невысокой, относительно предыдущей! Если внешняя стена верхним краем тонула в ночи, то зубчатый верх этой преграды в паре метров над нашими головами ярко освещали множество крошечных фонариков. Судя по снующим между ними теням, дальше, во дворце, довольно многолюдно.

Нас встретили четверо привратников, закованных с серебристые доспехи.

— Простите, госпожа травница, после заката ворота заперты, — извиняющимся тоном проговорил один из них, указывая кончиком копья в темное, без намека на остатки солнечных лучей, звезды или луну, небо.

Меня вид запакованного в железо мужика с острым, явно не игрушечным, копьем в руке, привел в трепет.

— Может, пойдем? — тихонько предложила я новой подруге.

Лана посмотрела на запертые ворота, сморщила хорошенький носик и надменно заявила:

— Как смеешь ты говорить так с королевской травницей! Немедленно открой, иначе я буду жаловаться твоему начальству!

Она сделала шаг вперед. Кончики копий дрогнули и через мгновение устроились ей в грудь. Лана же, крошечная на фоне двух огромных привратников, не смутилась.

— Вы пожалеете! — закипела она, — Я живу во дворце! И буду приходить сюда тогда, когда пожелаю нужным!

— Правила одинаковые для всех, — дрогнувшим голосом ответил ей один из мужчин, — даже его высочество спешит вернуться из города до заката.

— Его высочество… — начала травница ехидно, но вовремя осеклась и умолкла, — немедленно зовите начальника королевской охраны!

Кончики копий затрепетали.

— Желаю видеть Николаса Лима!— заорала Лана, — Сейчас же! Немедленно!

Никогда в жизни не бывала в настоящем дворце. Всегда казалось, что тут все должны быть вежливыми, предусмотрительными и отягощенными этикетом. Совсем не ожидала, что с виду мягкая и приятная Лана будет вести себя как сотрудница паспортного стола, разгоняющая очередь из желающих прорваться вне очереди.

Лана продолжает бушевать и угрожать вооруженным мужчинам. Я же думаю, как незаметно сбежать. Желательно до того, как мужчины вспомнят, что вооружены и век у них на дворе стоит не двадцать первый, со всем его гуманизмом и толерантностью, а, кажется, что-то похожее на средневековье с кострами, судами без присяжных и женщинами без прав. Или я что-то не знаю о травницах?

Похоже, так и есть. Мужики терпят несносную Ланку минут десять, переглядываются, один из них ставит копье к стене и скрывается за воротами.

— Бежим? — шепотом предлагаю я.

— Брось, — шепчет мне в ответ травница, — Все получилось. Сейчас он вернется с начальством и нас пропустят. С этими деревенщинами главное — вести себя уверено и не показывать, что боишься.

В ответ только вздыхаю. Мне кажется более правдоподобным, что привратник сейчас вернется с подмогой и нас вышвырнут в город. А хотелось бы уйти самостоятельно! В целости и сохранности.

В наступившей тишине слышу, как стучит металлом о брусчатку привратник по ту сторону ворот. Стучит недолго, искомое начальство оказывается стоит практически по ту сторону входа.

— Господин Николас, — долетает до меня, — там травницы, буянят. Впустить?

Николас отвечает тихо, неразборчиво. Лана победоносно смотрит на меня. Ободряюще подмигивает.

— Госпожа Лана и вторая. Никак нет, имя не спросил. Виноват, исправлюсь. Как выглядит? Глаза голубые, волосы золотистые, платье зеленое. Красавица, господин Николас, — вздыхает охранник, — редкая красавица.

И что они заладили — «красавица, красавица»? Обычная у меня внешность!

Глава 14. Николас Лим наедине со своими мыслями

Какие же у нее глаза. Удивительные. Голубые, глубокие, как вода горного озера у подножия родного замка. А в воде отражается холодное зимнее небо… Темнеют, когда она взмахивает густыми ресницами. Черными… удивительно, ведь волосы у неё золотые. Мягкие, шелковые. Когда упала мне в руки, скользнула прядями по моей щеке, будто сова мазнула невесомым крылом.

Разозлился, психанул. А потом встретился взглядом и забыл, зачем забрался в дом травницы!

Никогда не верил в любовь с первого взгляда, но эта девушка… Испуганная, нежная и хрупкая. Как маленький зверек, бегущий от охотничьей собаки. Прижалась, ища защиты.

Марьяна… Имя слетает с языка. Сворачиваю с торговой улицы в пустой переулок. Хлопают двери. Добропорядочные жители не рады моему присутствию. А она… доверчиво прижалась, заговорила первой.

Впрочем, судя по её наряду, Марьяна мало знает о нашем мире.

Кто бы мог подумать: на самом обыкновенном, идиотском, на первый взгляд, задании, встречу удивительную, неземную, прекрасную…

Вспоминаю, как меня выставили из дома пара магических зверей… Откуда они взялись? Они же привязаны к хозяину. Если прежняя травница уехала, должны были отправиться с ней. Если умерла — отправиться с ней на тот свет. А эти отчего-то ждали новую… странно. И какие наглые, совершенно распустились за три года. Хамят, командуют. Вспоминаю, как стушевался перед Марьяной. В другой раз заткнул бы, а тут — растерялся и промолчал.

Краснею под напором воспоминаний и сворачиваю в едва заметный проулок. Хочу скрыть свое смущение в сумеречной тени. Хочу остаться один.

Надеюсь, никто не видел, как начальник королевской охраны вылетел пробкой из дома городской травницы. Если видел, нужно найти свидетелей и пригрозить, чтобы не болтали.

Еще поползут слухи, что я старею и теряю хватку… Не хотелось бы потерять авторитет среди городской шпаны из-за единственного за всю службу прокола.

Еще час я бесцельно брожу по городу, пытаясь успокоиться.

Брожу бездумно, безучастно. Закрываю глаза и вижу её прекрасное бледное лицо. Хватаю пальцами воздух и чувствую тепло её ладони. Губы шепчут её имя. Марьяна, Марьяна. Прекрасная, неземная, волшебная.

Очнулся во дворце. За спиной — ворота внутреннего двора. Привратники совсем распустились — пропустили без положенного приветствия и вопросов. Надо будет выдать всем штрафные дежурства.

Для профилактики лени и повышения бдительности. А если я — враг короны, коварно принявший вид Николаса Лима?

На кончики сапог падает густая тень главного шпиля. Скоро ночь — мое время. Проскальзываю по дворец и растворяюсь в темноте боковых коридоров, подальше от ярко освещенных бальных зал и уютных гостиных, наполненных расфуфыренными придворными.

Спешу в свой кабинет. На закате назначена важная встреча. Планировал вернуться раньше и перебрать бумаги, но голубоглазая чаровница смешала чувства и планы.

Открываю дверь. В моем любимом кресле за заваленным секретными бумагами столом развалился ухмыляющийся белобрысый увалень. При виде меня взлохматил копну своих соломенных волос и демонстративно закинул правую ногу прямо на гору документов. Закинул бы и левую, но она итак лежит поверх стопки личных дел городских карманников.

Прикрываю за собой, щелкаю по очереди пятью замками, проверяю установленную штатным магом защиту от прослушки и только после этого оборачиваюсь к посетителю.

— Ваше высочество, — приветствую блондина, — можете убрать сапоги с нужных мне документов?

Белобрысый в ответ нехотя убирает одну ногу.

Подхожу и сталкиваю вторую. Подумав, спихиваю нахала с кресла.

— Эй, Ник, ты чего? - недоуменно смотрит на меня его высочество с засыпанного документами пола.

— Ничего, — поправляю покосившийся портрет его отца, висящий на стене за креслом, усаживаюсь на свое законное место.

— Кто тебя укусил? — величество делает вид, что отряхивает расшитые золотом штаны.

— Никто, — делаю ужасно занятой вид, начинаю собирать смятые бумаги в ящик стола.

— Врешь.

Вру. Но его не обманешь. Слишком много времени провели вместе, чтобы играть в эти игры. Ланс стирает улыбку с лица.

— Нашел? — спрашивает серьезно.

— Нет.

— Что-то нашел, — качает головой Ланс, — рассказывай.

— Девушку, — отвечаю нехотя.

Нет смысл скрывать, все равно узнает. Ланс меняется в лице, бросает кривляния и шутки.

— Ник, это она отравила моего отца? Ты нашел её?

Вздрагиваю от неожиданности. Отравила? Марьяна? Напряженно, но быстро думаю. Лансу ничего не стоит отправить стражников в обследованный мной дом прямо сейчас.

— Нет, — качаю головой, — в найденном тобой блокноте сказано, что его величество посещал дом травницы за год до смерти. А девушка появилась только сегодня.

— Уверен? — глаза Ланса горят нехорошим огоньком.

— Абсолютно, — мой голос предельно спокоен, но внутри все обрывается.

Принц взял лучшие черты своего отца и матери. От первого ему достались справедливость и ум, от последней — красота и иррациональная преданность семье. Королева на все готова ради сына и мужа. И Ланса воспитала таким же. Иногда я искренне рад, что меня он считает частью семьи.

— Жаль, — Ланс выдерживает мгновение и вяло опускается на стул, — я был уверен, что убийца там.

Почему? Смотрю на него с немым вопросом. Он прекрасно понимает меня без слов, по глазам. Вздыхает.

— Я вскрыл склеп, — признается он.

— Что ты сделал?! Ты с ума сошел?!

— Тихо ты, не ори, — морщится принц, — с тех пор, как нашел записную книжку его секретаря, не нахожу себе места.