Тень за гранью

— Я уже сижу.

— Тогда сиди тише.

Он усмехнулся. Собственной шутке. Юки не улыбнулся.

Хозяйка принесла две кружки. Поставила на стол. Ушла.

Старик взял свою. Отпил. Медленно. Смотрел на Юки. Изучающе.

— Ты не отсюда.

— Нет.

— Из другого мира.

Юки замер.

— Откуда ты знаешь?

— По глазам. У вас у всех одинаковые глаза. Пустые. Как будто вы что-то потеряли. И не знаете что.

Он отпил ещё.

— Как тебя зовут?

— Юки.

— Юки. Странное имя. Не наше.

— Я не из вашего мира.

— Знаю. Я же сказал.

Он поставил кружку. Посмотрел на Юки. Внимательно. Как будто читал.

— Ты пришёл через разлом. Или тебя призвали. Что?

— Я не знаю. Я просто... оказался здесь.

— Просто. — Старик усмехнулся. — Никто не оказывается здесь просто. Это не то место, куда попадают случайно.

— Тогда как?

— Разломы. Трещины между мирами. Они были всегда. Но раньше — до войны — их контролировали. Магией. Теперь — нет. Они открываются сами. Где хотят. Когда хотят. И затягивают тех, кто не должен быть здесь.

Он посмотрел на Юки.

— Ты не должен быть здесь.

— Я знаю.

— Нет. Не знаешь. Ты думаешь, что это случайность. Ошибка. Но это не так. Разломы не ошибаются. Они забирают только тех, кто нужен. Кому здесь место.

— Место? Для чего?

Старик молчал. Долго. Смотрел в кружку. Потом заговорил. Тихо.

— Ты знаешь, что такое магия?

— Немного.

— Немного — это ничего. Магия — это не сила. Не заклинания. Не свет из рук. Это... — он замолчал. Искал слово. — Это цена. Всё в этом мире имеет цену. Магия — тоже. Ты платишь. Всегда. Чем-то важным.

— Жизнью.

Старик посмотрел на него. Остро.

— Кто тебе сказал?

— Девушка. Со мной.

— Она знает?

— Она сказала, что видела магию раньше.

Старик усмехнулся. Горько.

— Видела. Конечно. Все видели. Один раз. Два. Магия не исчезла, мальчик. Она просто спряталась. Ждёт. Тех, кто заплатит.

Он наклонился ближе.

— Ты уже платил. Я вижу. В твоих глазах. Ты отдал что-то. Не знаешь что. Но чувствуешь. Пустоту. Здесь. — Он коснулся своей груди. — Да?

Юки молчал.

— Да, — сказал он. Тихо.

— Значит, ты уже мёртв. Наполовину. Может, больше.

— Что это значит?

— Это значит, что ты не жилец. Магия выпьет тебя. До дна. Если будешь использовать. Если не будешь — тоже. Потому что она уже внутри. Она часть тебя. И она хочет выйти.

Он откинулся на спинку стула.

— Те, кто приходит через разлом... они не обычные. Они — сосуды. Для магии. Для того, что осталось. Для того, что ждёт.

— Чего ждёт?

— Чтобы кто-то заплатил. Достаточно. Чтобы она вернулась.

Юки смотрел на него. В голове было пусто. Слишком много слов. Слишком много смысла.

— Ты знаешь, как вернуть меня домой?

Старик посмотрел на него. Долго.

— Домой? — переспросил он. — Ты хочешь домой?

— Я... не знаю.

— Хочешь. Не хочешь. Это неважно. Разломы не открываются дважды. Ты не вернёшься. Никогда.

Он сказал это просто. Без жалости. Без сочувствия. Просто факт.

Юки смотрел на него. Не чувствовал ничего.

— Никогда, — повторил он.

— Никогда.

Старик поднялся. Медленно. Опираясь на стол. Посмотрел на Юки сверху вниз.

— Ты не первый. И не последний. Такие, как ты, приходят. Умирают. Или становятся чем-то другим. Я видел троих. За свою жизнь. Двое умерли. Один... — он замолчал. — Один стал монстром. Не в переносном смысле. В прямом.

Он пошёл к выходу. Остановился. Обернулся.

— И ещё. Твоя девушка. Та, что с тобой. Она врёт.

Юки поднял на него глаза.

— Что?

— Она врёт. Я видел её раньше. Не здесь. Далеко. Она была... другой. С другими людьми. Она не та, кем кажется.

— Кто она?

Старик не ответил. Он вышел. Дверь скрипнула. Закрылась.

Юки остался один. За столом. С двумя кружками. Одна — его. Нетронутая. Вторая — пустая. Старика.

Он смотрел на дверь. Долго.

"Она врёт."

"...она лжёт..."

Шёпот. Снова. Но теперь — не в голове. В памяти. В словах старика.

Юки встал. Медленно. Пошёл наверх.

Коридор был тёмным. Тихим. Он дошёл до двери. Остановился.

Прислушался.

Тихо.

Он открыл дверь. Медленно. Заглянул.

Кровать Киры была пустой.

Он замер.

Одеяло откинуто. Подушка — на месте. Но Киры не было. Окно — закрыто. Дверь — он только что вошёл.

"Куда она ушла?"

Он вошёл в комнату. Закрыл дверь. Подошёл к её кровати. Коснулся одеяла. Холодное. Она ушла давно.

Он посмотрел на окно. Ставни. Закрыты. Но... неплотно. Щель. Он открыл. Выглянул.

Двор. Тёмный. Грязный. Никого.

Он смотрел. Долго.

Потом увидел.

Тень. У стены. Двигалась. Быстро. Кто-то шёл. Маленький. Женский. Светлые волосы.

Кира.

Она шла к воротам. Не к главным. К другим. Маленьким. Сбоку. Там, где стена была ниже. Где можно было выбраться.

Юки смотрел. Не дышал.

Она остановилась. У стены. Ждала.

Из тени вышел кто-то. Другой. Высокий. Мужчина. В плаще. Лица не видно.

Они заговорили. Тихо. Юки не слышал слов. Только голоса. Её — ровный, твёрдый. Его — низкий, глухой.

Она что-то передала ему. Маленькое. Блеснуло. Монета? Кольцо? Камень?

Мужчина кивнул. Что-то сказал. Она ответила. Коротко.

Потом мужчина ушёл. Растворился в тени. Как будто его не было.

Кира постояла. Секунду. Две. Посмотрела на небо. На луны. Потом пошла обратно.

Юки отшатнулся от окна. Закрыл ставни. Тихо. Быстро.

Он лёг на кровать. Не раздеваясь. Закрыл глаза. Дышал ровно. Глубоко. Как спящий.

Дверь открылась. Через минуту. Может, две.

Шаги. Тихие. Лёгкие. Кира.

Она подошла к своей кровати. Остановилась. Постояла. Юки чувствовал её взгляд. На себе. Долгий.

Потом она легла. Одеяло зашуршало. Кровать скрипнула.

Тишина.

Юки лежал. Не двигался. Сердце стучало. Громко. Он надеялся, что она не слышит.

"Она врёт."

Старик был прав.

"Она что-то планирует. С кем-то. Это связано со мной."

Он не знал, что. Не знал, зачем. Но знал — она не просто так здесь. Не просто так с ним. Не просто так спасла его в лесу.

"Она использует меня. Как я использую её."

Мысль была холодной. Ясной. Он не чувствовал злости. Не чувствовал обиды. Только... понимание.

"Мы оба играем."

Он открыл глаза. Посмотрел в потолок. Трещины. Паутина.

"Кто кого переиграет?"

Он улыбнулся. В темноте. Никто не видел.

Сон не шёл. Но он не ждал его.

Он думал.

О старике. О магии. О сосудах. О том, что он — не жилец. О том, что никогда не вернётся домой.

"Домой."

Слово больше не имело смысла. Дома не было. Был только этот мир. Жестокий. Тёмный. Полный лжи.

"Значит, буду жить здесь. Пока могу."

Он закрыл глаза.

"И буду брать всё, что смогу. Пока могу."

Шёпот не вернулся. Но Юки знал — он где-то рядом. Ждёт. Смотрит.

"Мира."

Имя пришло само. Он не знал, откуда. Но знал — это оно. Тень. Та, что говорила с ним. Та, что предупреждала.

"Мира."

Он повторил. Мысленно. И почувствовал — где-то, очень далеко, что-то улыбнулось.

Глава 9

РУИНЫ И ОБЕЩАНИЯ

Утро пришло серым.

Не красным. Не багровым. Просто серым. Как будто небо устало быть кровавым и решило отдохнуть. Юки смотрел в окно. Ставни он открыл сам. Тихо. Чтобы не разбудить Киру.

Она спала. Или делала вид. Как и он.

Он не спал всю ночь. Лежал. Смотрел в потолок. Думал. Слишком много думал. О старике. О магии. О сосудах. О лжи.

"Она врёт."

Он повернул голову. Посмотрел на неё.

Кира лежала на боку. Лицом к стене. Светлые волосы. Ровное дыхание. Рука поверх одеяла. Пальцы расслаблены. Спокойные. Слишком спокойные.

"Ты не спишь."

Он знал. Не понимал, откуда. Но знал. Она не спала. Просто лежала. Ждала. Как и он.

Он встал. Медленно. Кровать скрипнула. Он не обратил внимания. Подошёл к столу. Там была кружка с водой. Вчерашняя. Он выпил. Тёплая. Безвкусная.

— Доброе утро.

Голос. Сзади.

Он обернулся.

Кира сидела на кровати. Смотрела на него. Глаза — голубые, ясные. Никаких следов бессонницы. Никакой усталости. Как будто она проспала двенадцать часов.

— Доброе, — сказал он.

— Ты рано встал.

— Не спалось.

— Кошмары?

— Что-то вроде.

Она смотрела на него. Долго. Потом кивнула.

— Бывает. Здесь у всех кошмары.

Она встала. Потянулась. Поморщилась — рука к боку. Рана ещё беспокоила. Но двигалась она легче. Лекарство работало.

— Нам нужно идти, — сказала она. — Сегодня.

— Куда?

— Я нашла информацию. Вчера. Пока ты... спал.

Она сказала это ровно. Без запинки. Но Юки заметил — она отвела взгляд. На секунду. Меньше.

"Врёт."

— Что за информация?

— Руины. Старый храм. К северу отсюда. Два дня пути. Там может быть... — она замолчала. — Там может быть ответ.

— Ответ на что?

— На то, что ты такое. Почему ты здесь. Как использовать твою силу. Не убивая себя.

Юки смотрел на неё.

"Как использовать. Не убивая себя."

Это звучало хорошо. Слишком хорошо. Как приманка.

— Кто тебе сказал?

— Человек. Вчера. В таверне.

— Кто именно?

— Неважно. Он знает.

— Почему он помог?

Кира посмотрела на него. В её глазах было что-то. Тень. Может, раздражение. Может, что-то другое.

— Потому что я заплатила.

— Чем?

Она не ответила. Отвернулась. Взяла сумку. Начала собирать вещи.

Юки смотрел на её спину. На то, как она складывает склянки. Травы. Ткани. Быстро. Уверенно. Как человек, который делал это сотни раз.

"Она врёт. Но она ведёт меня туда, где может быть ответ."

Он не знал, верить ли ей. Не знал, правда ли то, что она говорит. Но знал — если он останется здесь, то ничего не узнает. А если пойдёт — узнает. Даже если это ловушка.

"Лучше ловушка, чем ничего."

— Ладно, — сказал он. — Идём.

Кира остановилась. Обернулась. Посмотрела на него. Внимательно. Как будто искала что-то в его лице. Что-то, чего он сам не знал.

— Ты... странный, — сказала она.

— Я знаю.

— Нет. Не как все. Ты не споришь. Не задаёшь вопросов. Просто... идёшь.

— А должен?

— Люди обычно спорят. Боятся. Требуют объяснений.

— Я не люди.

Она усмехнулась. Уголок губ дёрнулся.

— Нет. Не люди.

Она закинула сумку на плечо. Пошла к двери. Остановилась. Обернулась.

— Юки.

— М.

— Если ты что-то подозреваешь... — она замолчала. — Просто знай. Я не враг.

— Я знаю.

Она смотрела на него. Долго. Потом кивнула. Открыла дверь.

Они вышли.

Город утром был другим.

Не лучше. Не хуже. Просто другим. Люди — те же. Грязные. Уставшие. Злые. Но теперь Юки смотрел на них иначе. Он видел не просто лица. Он видел глаза. Пустые. Как у него. Как у всех, кто живёт здесь. В этом мире. На краю.