Читать книгу Каждая смерть снова приводит к нему (isacat meow) онлайн бесплатно на Bookz (8-ая страница книги)
Каждая смерть снова приводит к нему
Каждая смерть снова приводит к нему
Оценить:

4

Полная версия:

Каждая смерть снова приводит к нему

Она хотела обернуться, но ледяная сила удерживала шею.

— Не оборачивайся.

Оташан отчаянно билась и не могла издать ни звука. Сзади к ней прижалось что-то холодное и тяжёлое, словно вталкивая её целиком во тьму. Чужая рука двинулась от талии вверх. Ладонь была ледяной, хватка — почти одержимой, когда её потянули назад.

— Ты сказала… мы друзья…

Голос вдруг стал знакомым. Зеро. И всё же не совсем он. Она попыталась позвать его по имени. Горло словно перекрыло. Её перевернули. Спина упёрлась в ледяную стену.

Чужое лицо приблизилось вплотную. От дыхания пробирало до костей. Возле уха раз за разом звучал тихий шёпот:

— Жди меня.

— Жди меня.

— Жди меня.

Во сне она сильно вздрогнула.

* * *

В комнате Зеро уже спустил ворот её пижамы. Он не торопился.

Двигался медленно, словно следил, чтобы она не проснулась. Его пальцы скользнули от ключицы к груди, ладонь накрыла её. Большим пальцем он мягко провёл по уже слегка набухшему соску.

Оташан тихо простонала во сне. Брови сошлись сильнее. Глаза оставались закрытыми. Вдруг изнутри стены послышался едва различимый стук. Тук. Словно кто-то один раз постучал костяшками с другой стороны.

Зеро ненадолго остановился и посмотрел на стену. Звук не повторился. Спустя несколько секунд он снова склонился и взял сосок губами, слегка прикусив зубами.

Её тело заметно напряглось. Ноги машинально попытались сомкнуться, но его колено развело их в стороны. Рука скользнула под пижаму между её бёдер.

Она уже была слегка влажной, словно страх во сне и реакция тела смешались. Двумя пальцами он раздвинул складки и медленно провёл вверх-вниз, распределяя влагу. Во сне из её горла вырвался приглушённый всхлип. Ей казалось, что её что-то удерживает.

Чужая рука была холодной, однако проникала в неё глубоко, раз за разом. Она хотела оттолкнуть её, но руки не поднимались. Коридор во сне бесконечно удлинялся. Свет то вспыхивал, то гас. Голос без конца повторял слова у самого уха. В дальнем конце коридора вдруг кто-то прошёл.

Шаги были тихими, но отчётливо прошли мимо двери и не остановились. Зеро не обратил на них внимания.

Он уже освободился от брюк. Его горячий напряжённый член коснулся влажного входа. Сразу он не вошёл, лишь медленно водил головкой.

Дыхание Оташан стало прерывистым. Спящее тело инстинктивно пыталось отодвинуться. Он удержал её за талию и осторожно прижал к постели.

Когда он вошёл до конца, у неё вырвался короткий вздох. Брови сдвинулись. В уголках глаз собрались слёзы.

Она продолжала спать, но тело уже было полностью раскрыто. Внутри всё растянулось до боли, каждое непроизвольное сокращение словно сжимало его. Прикроватная лампа вдруг мигнула. На мгновение свет потускнел, затем вернулся. Зеро не остановился.

Он начал двигаться медленно. Каждый толчок входил как можно глубже. Он отступал почти до самой головки, затем снова погружался на всю длину. Во время тишины комнаты влажные звуки слышались особенно ясно.

Во сне её нога слабо дёрнулась. Он удержал её коленом, прижимая к постели. Призрак в её сне внезапно обрёл тепло.

Он уже не был только холодным. Почти одержимый жар окружал её, удерживая сзади и проникая снова и снова.

Она не могла вырваться ни из тёмного коридора, ни из давления внутри тела.

— Зеро…

Во сне она назвала его по имени, так тихо, что почти не было слышно. Он замер и наклонился, всматриваясь в её лицо.

Ресницы дрожали, но она не проснулась. Слёзы продолжали течь. Губы бессознательно повторили его имя. Взгляд Зеро потемнел. Он перестал себя сдерживать.

Движения резко ускорились. Каждый толчок погружал его полностью, натягивая её вокруг себя. Матрас слегка прогибался при каждом ударе. Её тело толкало вперёд и снова притягивало назад за талию.

Спящие вздохи стали громче, в них слышались всхлипы, но по-настоящему она так и не проснулась. На пике всё её тело напряглось.

Внутренние мышцы резко сократились, стиснув его. Он глухо застонал, не выходя. Вместо этого продолжил двигаться, пока дрожь не охватила её бёдра.

Лишь в конце он вошёл на всю длину и кончил, горячая сперма несколькими толчками наполнила её. Комната снова затихла. Слышалось только дыхание. Он не вышел сразу.

Зеро наклонился, опираясь лбом о впадину у её плеча. Прошло много времени, прежде чем он медленно вышел. Сперма, смешанная с её влагой, вытекла между ног и потекла по внутренней стороне бёдер.

Он посмотрел, убрал остатки жидкости, натянул ей пижамные брюки и поправил ворот. Его движения были аккуратными, словно ничего не произошло. Она по-прежнему крепко спала.

Только брови оставались нахмуренными. Следы слёз у глаз ещё не высохли. Зеро долго сидел, глядя на неё, но так ничего и не сказал.

Поднявшись, он отодвинул стул у двери всего на несколько сантиметров, чтобы та плавно закрылась. Замок до конца не защёлкнулся. Он лишь осторожно прикрыл дверь, на две секунды остановился снаружи, убеждаясь, что внутри никто не движется, и бесшумно ушёл. В коридоре опять стало тихо. Много позже женщина в постели пошевелилась. Во сне Оташан наконец вырвалась из коридора. Глаза резко распахнулись.

Горела только маленькая прикроватная лампа. Дверь была закрыта. Стул всё ещё стоял возле неё, но казалось, будто его немного передвинули. В воздухе держался слабый незнакомый запах.

Оташан села. Липкое ощущение между ног было неприятным. Тело ныло и было настолько слабым, что словно ей не принадлежало. Она опустила взгляд. Пижама была на месте. Но ощущение, оставшееся внутри, было слишком настоящим.

Глава 29. Слишком много друзей

Когда Оташан спустилась, кухню уже наполнял запах жареной еды. Ночью ей плохо спалось. Проснувшись, она долго сидела возле кровати, затем снова приняла душ. Лишь после этого неприятное ощущение на коже начало понемногу исчезать.

Рован готовил кофе. Лиора сидела за столом, медленно отрывая кусочки хлеба. Каэль только что вышел из душа: с мокрыми волосами он рылся в холодильнике и жаловался, что там осталось лишь варенье, которое он терпеть не может. Зеро нарезал фрукты с другой стороны стойки. При звуке шагов на лестнице он даже не поднял головы.

Оташан взглянула на него. Смутные ощущения из ночного сна снова начали подбираться к сознанию. Она быстро отвернулась и села как можно дальше.

Каэль закрыл холодильник и подошёл с бутылкой сока. Дважды внимательно посмотрел ей в лицо.

— Сегодня ты ужасно выглядишь. Опять ночью стучали?

— Нет.

— Тогда чего вид такой, будто не спала?

Она отпила воды.

— С каких пор тебя так заботит чужой сон?

Он рассмеялся. Поняв, что она не хочет обсуждать это, больше не спрашивал. Прежде чем они толком приступили к завтраку, перед всеми снова загорелось уведомление.

[Обработка результатов этапного задания.]

Каэль замер с хлебом у рта.

— Опять начинается, — невнятно проговорил он.

Появился следующий текст.

[Этапное задание: «Вы ведь все такие хорошие друзья!»]

[Выполнено.]

[Поздравляем! Вам удалось сохранить вашу драгоценную дружбу!]

Лиора несколько секунд смотрела на сердечко, уже не пытаясь скрыть отвращение.

— Почему она вечно добавляет такие штуки?

— Наверное, думает, что это мило. — Каэль понюхал кофе и нахмурился. — Кто его варил?

Рован выдвинул стул.

— Не хочешь пить — поставь обратно.

— Я просто спросил.

Система не позволила им долго болтать. Новое объявление закрыло предыдущий текст.

[Начинается новая дружеская игра.]

[Задание: поссорьтесь с друзьями.]

[Разрешены любые способы.]

За столом стало тихо. Первым голову поднял Каэль и перечитал строчки.

— Я правильно прочитал?

Рован промолчал. Система продолжила.

[В конце концов…]

[Когда друзей слишком много, это бывает неудобно. ;)]

Чашка Лиоры тихо коснулась стола.

— Вчера нам запрещали ссориться. Сегодня заставляют. Чего она хочет?

— Наверное, посмотреть, как мы друг друга разорвём. — Каэль откинулся на спинку. Голос звучал шутливо, но лицо оставалось серьёзным. — Сначала заставила изображать дружбу. Теперь, когда справились, друзей стало слишком много.

Появилось последнее уведомление.

[Участник с самым низким показателем дружбы получит особую награду.]

Даже Каэль перестал шутить.

Никто не знал, что означает «особая награда». После двух предыдущих ночей никто не ждал ничего хорошего от подарка, который Система выделяет отдельно.

Рован отодвинул чашку.

— Не спешите. Здесь сказано только поссориться. Не сказано, насколько сильно.

Каэль посмотрел на него.

— А если притворная ссора не засчитается?

— Сначала попробуем.

Не раздумывая, Каэль швырнул хлеб на тарелку.

— Ладно. Начну я: кофе у тебя отвратительный.

Рован даже не взглянул на него.

— Тогда не пей.

Оба посмотрели на Систему и несколько секунд ждали. Никаких сообщений. Каэль откинулся и невольно рассмеялся.

— Видишь? Даже не считается.

Лиора нахмурилась.

— Разочарован?

— Просто достало. Если нужно ругаться по-настоящему, придётся найти настоящий повод.

— Тогда следи за языком.

Он повернулся к ней. Прежняя непринуждённость медленно исчезла с его лица.

— Раз ты так говоришь, мне даже интересно. О чём нельзя говорить?

Её лицо похолодело.

— Хватит, — сказал Рован.

— Я ещё ничего не сказал.

— Ты прекрасно понимаешь, что делаешь.

Каэль несколько секунд смотрел на него, затем пожал плечами и больше не продолжал. Система по-прежнему молчала. Оташан наблюдала со стороны. Это задание было хуже прежних правил. Тогда у всех имелась общая цель. Какой бы фальшивой ни была дружба, её надо было сохранять. Теперь Система открыто требовала разрушить её.

Если кто-то намеренно ударит по настоящему больному месту другого, чтобы снизить показатель, потом трудно будет сделать вид, будто слова были сказаны только ради задания.

Нож стукнул по разделочной доске. Зеро выложил нарезанные фрукты на тарелку и поднял голову. Его взгляд остановился прямо на Оташан. Сегодня он посмотрел на неё по-настоящему впервые.

— Кладовка во дворе.

Она не поняла.

— Что?

— Ящики в глубине. Вынеси их.

Каэль обернулся, всё ещё держа стакан.

— Почему она?

Зеро проигнорировал его. Оташан осталась сидеть и посмотрела на Зеро.

— Сам перенести не можешь?

— Могу.

— Тогда почему просишь меня?

Он убрал нож. Ровный тон только сильнее действовал ей на нервы.

— Ты ведь ничем не занята?

Две секунды она сдерживалась.

— Я похожа на человека, которому нечего делать?

Он окинул её взглядом.

— Отсюда именно так.

Каэль не удержался, опустил голову и рассмеялся. Она повернулась к нему.

— Чего смешного?

— Ничего. Продолжайте.

Зеро уже шёл к задней двери. Она осталась на месте. У двери он остановился, даже не обернувшись.

— Если не поднимешь, забудь.

Это раздражало сильнее всех предыдущих слов. Она поставила стакан и встала.

— Кто сказал, что не подниму?

Лиора подняла голову, будто хотела возразить, но в итоге не остановила её. Когда они один за другим вышли из кухни, появилась Система.

[Обнаружено настоящее разногласие.]

[Показатель дружбы снижен.]

[Прогресс засчитан.]

Оташан приостановилась, обернулась к надписи и помрачнела ещё сильнее. Проклятая Система была довольна. Кладовка на заднем дворе оказалась душнее, чем казалась днём. Когда дверь открылась, пахнуло старым деревом и пылью. Солнце освещало лишь небольшой участок у входа. Дальше было гораздо темнее.

Первые ряды они осмотрели вчера. У задней стены всё ещё стояли большие деревянные ящики, которых никто не касался. Зеро вошёл и отодвинул старый стул. Оташан остановилась, увидев самый дальний ящик.

— Ты серьёзно?

Высотой он был выше её колен, а шириной такой, что даже вдвоём его едва удалось бы обхватить. Под ним скопилась пыль. Судя по размеру, ящик должен был быть тяжёлым. Зеро утвердительно хмыкнул.

— Ты специально это делаешь, да?

— Можешь вернуться.

Несколько секунд она сверлила взглядом его затылок, затем подошла, взялась за боковую ручку и рванула.

Ящик приподнялся на какую-то долю и с грохотом опустился обратно, отчего онемели ладони. Зеро стоял рядом, действительно ничего не делая, только наблюдал. Она отпустила ручку и повернулась.

— Насмотрелся?

Он прислонился к шкафу.

— Почти.

— Нравится зрелище?

— Лучше, чем твоё лицо с утра.

Оташан глубоко вдохнула. Если бы ей не требовалось выполнить задание, она с удовольствием ударила бы его по лицу доской, лежавшей рядом. Она развернулась к выходу. Только тогда он заговорил.

— Снизу следы волочения.

Она остановилась и оглянулась. Он присел и смахнул пыль у основания. Пол непосредственно под ящиком был заметно чище остального. К стене тянулись несколько свежих царапин. Кто-то недавно двигал его. Оташан вернулась.

— Нельзя было сразу сказать?

Он выпрямился.

— Ты не спрашивала.

— Зеро.

— Да?

Она посмотрела на совершенно невозмутимое лицо и промолчала. Если продолжать спорить с таким человеком, сначала сама умрёшь от злости. На этот раз они взялись вместе. Он приподнял одну сторону, она тащила другую. Дно цеплялось за выступающую доску. Пришлось несколько раз менять угол, прежде чем ящик удалось отодвинуть от стены.

Возле входа снизу раздался резкий треск. Прежде чем она успела среагировать, одна сторона ящика проломилась. Весь вес повалился на неё.

Оташан инстинктивно шагнула назад. Пятка наступила на отвалившуюся деревяшку, и она потеряла равновесие. Зеро шагнул вперёд и поймал ящик. Тяжёлая сторона с глухим ударом пришлась ему по руке. Оташан сразу изменилась в лице. Подскочила поддержать другую сторону. Вместе они вернули ящик в устойчивое положение. Лишь тогда она отпустила его.

— Твоя рука.

Он посмотрел вниз. Рукав покрылся пылью.

— Всё нормально.

Она схватила его за запястье и закатала рукав. Зеро застыл.

Снаружи на предплечье расплылось большое красное пятно. Возле локтя кожа была содрана. Она нахмурилась.

— Это ты называешь нормальным?

Он посмотрел на её руку, державшую его запястье. Отстраняться не стал.

— А что ещё?

— Сломаешь руку — мне тебя назад тащить придётся.

Уголок его рта, кажется, шевельнулся, но он сдержался.

— Не дотащишь.

— Тебе сегодня умереть хочется?

Система звякнула.

[Показатель дружбы снизился ещё сильнее.]

Оташан ненадолго закрыла глаза, начиная подозревать, что сценарий специально ждёт, пока они друг друга обругают. Зеро словно вообще не заметил сообщения. Опустил рукав.

— Сначала откроем ящик.

Замок заржавел намертво. Они потратили немало сил, прежде чем удалось его взломать. Под крышкой лежали старые альбомы, документы, несколько сломанных электронных устройств и толстая пачка писем в пластиковом пакете.

Оташан присела и просмотрела несколько альбомов. В основном там были фотографии времён, когда пятеро жили вместе: кухня, школа, поездки, дни рождения. Попадались забавные снимки спящих в нелепых позах друзей. Зеро тоже был на них. Все фотографии выглядели нормально. Шестого человека не было. Пока.

Почти час они провели в кладовке, затем отнесли всё, что смогли, в дом. Едва войдя в гостиную, Оташан почувствовала неладное. Лиора стояла у окна, и вид у неё был скверный. Каэль прислонился к столу, на губах ещё держался след улыбки. Рован стоял между ними, явно теряя терпение. Оташан поставила альбомы.

— Что случилось?

Сначала никто не ответил. Наконец Лиора посмотрела на Каэля.

— Расскажи ей сам.

Он потёр нос.

— Да ничего особенного. Я спросил кое-что.

— Ты называешь это вопросом?

— По заданию нужно спорить.

— Значит, теперь можно спрашивать что угодно?

Улыбка медленно исчезла с его лица.

— Я просто сказал, что в прошлый раз ты довольно быстро убежала, бросив Оташан.

Комната затихла. Даже Оташан этого не ожидала. Лиора заметно побледнела.

— Я уже объясняла.

— Ну да. Не хотела.

— Тогда…

— Знаю. Ты испугалась. Все испугались. — Он говорил негромко, но всё злее. — Просто любопытно: теперь ты так о ней заботишься. Тебе самой не неловко?

— Каэль, — строго произнёс Рован.

— Что? Разве это не задание?

Лиора смотрела на него, и злость уже не скрывалась.

— Ради снижения каких-то очков дружбы ты специально вытаскиваешь то, о чём люди не хотят говорить?

Каэль замолчал. В итоге ответил только:

— Если это поможет нам выбраться, почему нет?

После этого даже он не улыбался. Панель Системы мягко засветилась.

[Настоящее разногласие.]

[Засчитано.]

Никто не обрадовался. Оташан посмотрела на Лиору, но не стала ни защищать её, ни поддерживать Каэля.

Задание действовало. Ещё несколько дней назад все инстинктивно пытались заботиться друг о друге. Теперь из-за одной неудачной фразы никто не понимал, выполняет ли собеседник задание или наконец пользуется им, чтобы высказать настоящие мысли.

Зеро стоял рядом. Только что его рука спасла её от тяжёлого ящика. Но дома лицо снова стало холодным, словно он не желал иметь с ней ничего общего. Она украдкой посмотрела на него. Понять его становилось всё труднее.

Глава 30. Кто убил их друга?

К вечеру Каэль исчез. Сначала никто этого не заметил. После дневной ссоры атмосфера в доме оставалась отвратительной. Лиора почти не разговаривала с ним. Рован устал мирить всех. Каждый нашёл себе отдельное занятие, и вместе они проводили гораздо меньше времени, чем в предыдущие два дня.

Оташан сидела на ковре в гостиной и неторопливо листала альбомы из кладовки. В одном почти все фотографии относились к студенческим годам. Кто-то спалил сковороду на кухне, а Каэль громче всех смеялся рядом. Лиора спала на диване, и ей что-то нарисовали на лице. Рован чинил велосипед во дворе, пока Зеро, прислонившись неподалёку и попивая воду, явно не собирался помогать.

На многих снимках она и Зеро были вместе. Иногда сидели близко. Иногда просто оказались рядом. Она начала перелистывать страницы медленнее. Что же произошло семь лет назад?

Если они действительно были такими близкими, как на фотографиях, как дошли до того, что все отрицали присутствие Зеро в доме?

— Уже насмотрелась?

Голос Каэля внезапно прозвучал рядом. Она подняла голову. Он стоял за диваном с бутылкой воды.

— Тебе какое дело?

Он обошёл диван и посмотрел на снимок.

— Просто ты в последнее время уж очень часто смотришь на Зеро.

Она захлопнула альбом.

— Тебе сегодняшних ссор мало?

Он улыбнулся.

— Задание ещё не закончено.

— Найди кого-нибудь другого.

— Лиора со мной не разговаривает. Рован выглядит так, будто сейчас кого-нибудь ударит. А Зеро… ну, сама понимаешь.

— Значит, моя очередь?

— Примерно так.

Она посмотрела на него снизу вверх.

— Выбирай другого.

Он прислонился к дивану, словно действительно обдумывая предложение.

— Ладно. Другой вопрос: что у тебя вообще происходит с Зеро?

Её лицо окаменело. Смутные ощущения минувшей ночи снова вторглись в сознание. Голос похолодел.

— Не знаю.

Он не поверил.

— Не знаешь?

— Нет.

— Днём смотрит на тебя как на врага. А потом ловит ящик, чтобы тот на тебя не упал. По-твоему, это нормально?

Она уставилась на него.

— Тебе сегодня особенно хочется получить по лицу?

Его улыбка стала шире.

— Вот это уже интересная реакция.

Система услужливо звякнула.

[Показатель дружбы снижен.]

Он посмотрел на сообщение и удовлетворённо кивнул.

— Работает.

Её терпение лопнуло.

— Да пошёл ты к чёрту.

Он действительно ушёл, прихватив по дороге воду, которую она поставила на журнальный столик. Оташан едва не схватила альбом, чтобы швырнуть ему вслед. Она проводила его злым взглядом до дверного проёма, затем вернула альбом на колени.

Примерно через час первой заметила неладное Лиора. Стоя за столом с телефоном Каэля, она дважды огляделась и спросила:

— А он где?

Рован как раз спустился.

— Наверху нет.

— Тогда почему телефон здесь?

Оташан подняла голову. Каким бы безалаберным ни был Каэль, во время сценария телефон он всегда держал при себе. После прошлой ночи, когда они проверяли личности через общий чат, он стал необходимой вещью для выживания. Она отложила альбом и встала.

— На заднем дворе?

В этот момент открылась задняя дверь. С улицы вернулся Зеро с закатанными по локти рукавами; на руках ещё оставалась пыль.

— Нет.

Только теперь все всерьёз забеспокоились. Рован снова осмотрел верхний этаж. Лиора проверила кухню и подсобку. Оташан с Зеро отправились в кладовку во дворе. Дверь стояла открытой. Внутри всё выглядело почти так же, как они оставили днём. Вещей Каэля не было.

После возвращения вниз непроверенной оставалась только ванная. Дверь была приоткрыта, свет выключен. Кран не закрыт до конца: в раковину каждые несколько секунд падала капля. Первой подошла Лиора.

Она толкнула дверь пошире и внезапно остановилась. Краска сошла с лица. Рован подскочил и придержал её за плечо.

— Что там?

Она не ответила. Оташан уже видела сбоку ванну. Внутри лежал Каэль.

Вода не наполняла её полностью: доходила примерно до его груди. Одежда промокла насквозь. Голова свесилась набок. Лицо приобрело серовато-белый оттенок мертвеца.

На шее отчётливо виднелся след удавки. У края ванны, возле его затылка, вода была окрашена кровью.

Тишина в ванной стала невыносимой. Лиора наконец отступила. Голос звучал уже иначе.

— Он же… только что был здесь.

Рован не позволил ей подойти снова и сам осмотрел ванну. Зеро присоединился к нему, присел, некоторое время держал пальцы на шее Каэля, проверил зрачки и поднялся.

— Он мёртв.

Никто не сомневался. Оташан осталась на пороге. Первым делом вспомнилось существо, которое прошлой ночью копировало голоса и ходило по коридору. Затем — утреннее задание Системы.

Когда друзей слишком много, это бывает неудобно. Теперь они действительно потеряли одного. Лиора прислонилась к стене, сжимая пальцами одежду.

— Кто это сделал?

Ответа не было. Рован оглядел всех.

— Кто видел его последним?

Оташан вспомнила разговор в гостиной.

— Я.

Все посмотрели на неё. Она ничего не скрывала.

— Около часа назад. Он взял воду на кухне, подошёл ко мне, снова пытался вывести из себя. Потом ушёл.

Рован нахмурился.

— Куда?

— Я не смотрела.

— Что он говорил?

Оташан замялась. Не было никакой необходимости сейчас повторять его последний вопрос о ней и Зеро.

— Пытался выполнить задание со ссорой. Специально придирался.

Лиора подняла голову.

— Вы ругались?

— Не особенно.

— Система отреагировала?

— Да.

В ванной повисло тревожное молчание. Оташан увидела, как изменилось выражение Лиоры и как Рован снова посмотрел на неё. Она не злилась. В такой ситуации любой, кто последним оставался с жертвой наедине, вызвал бы подозрения.

bannerbanner