
Полная версия:
Была в сети недавно. Часть 1
Маяку она про это не написала. Сама не поняла почему. Они же ничего друг другу не обещали.
Подготовка
В субботу утром выяснилось, что надеть нечего. Это была неправда: шкаф был забит, половина вещей висела с бирками. Но всё в нём было либо «на совет директоров», либо «на дачу к маме», либо «для Олега». Вещи «для Олега» Ирина за три года так и не выбросила. Они висели в дальнем углу, как бывшие сотрудники, которых жалко увольнять.
Она выбрала синее платье. Потом сняла, потому что в нём она выглядела как на родительском собрании. Надела джинсы и блузку. Сняла, потому что в джинсах был виден живот, а в блузке спина. Надела обратно синее платье, но с шарфиком. В шарфике она стала похожа на стюардессу «Аэрофлота» на пенсии. Сняла шарфик.
Маркиз лежал на кровати поверх отвергнутой одежды и смотрел с глубоким презрением.
– Ты бы вообще молчал, – сказала ему Ирина. – Ты кастрирован.
С косметикой было ещё смешнее. На работу Ирина красилась за семь минут, не глядя в зеркало. На свидание она красилась сорок минут, дважды всё смывала и в итоге накрасилась ровно так же, как на работу. Только помаду взяла на тон ярче. Для храбрости.
Встреча
Встретились в кофейне у метро «Бабушкинская». Ирина пришла на пять минут раньше, как приходила всегда и везде, даже к зубному. Валерий опоздал на семнадцать.
Она узнала его не сразу. Человек в дверях был похож на Валерия с фотографии примерно так, как пенсионер похож на свою фотографию из военного билета. Берёзовый Валерий был лет на двенадцать моложе. Живой Валерий был в той же спортивной куртке, но куртка с тех пор как-то устала. И он сам тоже.
В руке у него была гвоздика. Одна. Красная. На длинной ножке, обёрнутая в целлофан.
– Ирина? – Валерий вручил ей гвоздику, как вручают грамоту. – Это вам.
– Спасибо, – сказала Ирина и подумала, что с одной красной гвоздикой она раньше видела только людей у Вечного огня.
Валерий сел, снял куртку, повесил её на спинку стула, долго поправлял. Потом посмотрел в меню и сказал:
– Цены у них, конечно. Двести девяносто за чай. Это пакетик в кипятке. Я дома такой пью, у меня пачка сто штук за сто девяносто рублей.
Он заказал себе чай. Потом посмотрел на Ирину.
– А вы будете что-нибудь? Нет? Правильно, на ночь вредно.
Было четыре часа дня. Ирина заказала капучино сама, громко, глядя официантке в глаза.
Беседа
Первые сорок минут Валерий рассказывал про бывшую жену. Бывшую жену звали Людмила. Людмила была хорошая женщина, но себе на уме. Людмила не понимала дачу. Людмила хотела в Турцию, а на даче в тот год как раз надо было перекрывать крышу. Людмила ушла, но потом вернулась, потом опять ушла к какому-то Эдику из Мытищ. У Эдика, как подчеркнул Валерий, «ничего своего нет, даже машина на брате». Ирина узнала про Людмилу больше, чем про собственную двоюродную сестру. Она узнала размер её обуви, её давление, её отношения с тёщей Валерия и как она варила борщ. Борщ, по мнению Валерия, Людмила варила неправильно, со сладким перцем.
На сорок первой минуте Валерий сказал:
– Ну а вы? Расскажите о себе.
Ирина открыла рот.
– Я вот тоже, знаете, сладкий перец в борщ не кладу, – сказал Валерий. – Вредно для поджелудочной. У меня, кстати, поджелудочная.
Дальше были поджелудочная, давление, сустав в правом колене, «простата, но это между нами», а потом, ближе к концу часа, Валерий полез во внутренний карман куртки и достал тонометр.
Настоящий. Автоматический. С манжетой.
– Вы не против? – спросил он. – У меня в это время замер. Врач сказал, надо в одно и то же время.
И прямо за столиком, в кофейне у «Бабушкинской», между её капучино и его пакетиком за двести девяносто, Валерий закатал рукав, надел манжету и нажал кнопку. Тонометр зажужжал. Пара за соседним столиком перестала разговаривать. Официантка остановилась с подносом.
– Сто сорок пять на девяносто, – объявил Валерий на всю кофейню. – Это я перенервничал. Всё-таки свидание.
Ирине стало его жалко. По-настоящему, без иронии. Она подумала, что он, наверное, тоже очень одинокий, раз так волнуется, и что манжета у него старая, перемотанная изолентой, и что дома у него, наверное, никто никогда не спрашивает, какое давление.
Жалость продержалась до счёта.
Счёт
Счёт принесли на одной бумажке. Валерий взял его, надел очки, долго изучал. Потом достал телефон и включил калькулятор.
– Значит, мой чай двести девяносто, – сказал он. – Ваш капучино триста сорок. И ещё вот тут сервисный сбор, десять процентов. Это, получается, я вам двадцать девять рублей, а вы мне тридцать четыре. Нет, подождите. Сбор же на общий счёт.
Он считал минут пять. Ирина, финансовый директор с двадцатилетним стажем, сидела и молча смотрела, как пенсионер-теплотехник делит десять процентов от шестисот тридцати рублей. Она могла бы сделать это в уме за полсекунды. Но ей было интересно, чем кончится.
– С вас триста семьдесят четыре, – сказал наконец Валерий. – У нас же равноправие. Вы, женщины, сами этого хотели.
Ирина положила на стол четыреста. Сдачу оставила официантке. Валерий посмотрел на это с явным неодобрением. Как на Людмилу, которая хотела в Турцию.
На улице Валерий спросил:
– Вы на машине? А то я думал, подвезёте.
– Нет, – не моргнув, соврала Ирина.
– Жалко. Мне до Мытищ.
Ирина не стала уточнять, что в Мытищах, вообще-то, живёт Эдик. Но Валерий, видимо, подумал о том же, потому что вздохнул и сказал:
– Ирина, а вы не могли бы мне занять три тысячи до понедельника? Пенсия в понедельник. А мне в аптеку.
Она дала. Сама не поняла, зачем. Наверное, из-за изоленты на манжете.
У метро Валерий вдруг взял её за плечи и потянулся с поцелуем. Ирина увернулась. Получилось ловко, как в молодости на дискотеке в ДК «Энергетик». Валерий поцеловал воздух и её шарфик. Шарфик был тот самый, от которого она утром отказалась, а потом всё-таки сунула в сумку и надела, потому что продуло.
– Я позвоню, – сказал Валерий.
– Не надо, – сказала Ирина.
– Почему?
– У меня давление, – сказала Ирина и пошла к парковке, где ждала её машина.
Лифт
Дома, в подъезде, она вошла в лифт вместе с соседом. С тем самым Глебом из-за перегородки. И с его собакой.
Собака оказалась бассет-хаундом. Длинным, низким, с ушами до пола и глазами, полными вселенской скорби. Скорбь у неё была на лице такая, будто она лично знала Валерия.
Глеб был высокий, лет пятидесяти, с короткой седой стрижкой, в старой кожаной куртке. Он кивнул ей так сухо, будто она ему что-то должна по квитанции. Ирина кивнула так же. Двери закрылись. Лифт, как всегда на седьмом этаже, издал протяжный звук, похожий на вой. Жильцы называли это «лифт поёт», и Ирина как председатель совета дома знала, что починить его обещают с позапрошлой весны.
Собака понюхала гвоздику в Ирининой руке и печально чихнула.
– Туз, фу, – сказал Глеб.
Потом посмотрел на гвоздику. Потом на Ирину.
– На похороны ходили?
– На свидание.
– А, – сказал Глеб. Подумал. – Ну, бывает.
Двери открылись на восьмом. Он вышел первым, пропуская собаку, и, уже стоя спиной, сказал:
– Ваш кот опять у меня в фикусе был. Третий раз за неделю.
– Я поговорю с ним, – сказала Ирина.
Глеб обернулся и посмотрел на неё внимательно, будто проверял, не издевается ли она. Ирина не издевалась. Она правда собиралась поговорить с Маркизом. Толку от этого не было, но она собиралась.
У Глеба дрогнул угол рта, совсем чуть-чуть. Потом он отпер дверь и ушёл.
Вечер
Вечером Ирина поставила гвоздику в стакан. Вазы для одной гвоздики у неё не нашлось, все вазы были под букеты, которые когда-то дарил Олег. Олег дарил помпезно, по три десятка роз, с лентами. Потом выяснилось, что в те же дни он покупал такие же своей нутрициологине. Видимо, по оптовой цене.
Она открыла реестр. В строке Валерия, в графе «Примечание», написала: «Тонометр. Изолента. Должен 3000». Подумала и дописала: «Не вернёт».
Потом открыла переписку с Сергеем. Там было новое сообщение, двухчасовой давности.
«Ирина, у вас сегодня тихо. Надеюсь, всё хорошо. Мы с Тузиком ходили в парк, он нашёл там чей-то бутерброд и был счастлив так, как я давно не был. Я ему завидую».
Ирина долго смотрела на экран. Потом написала. Всё. Про кофейню, про гвоздику, про Людмилу и её борщ со сладким перцем, про тонометр с изолентой и про триста семьдесят четыре рубля. Писала минут двадцать. Получилось длинно, как у Анатолия про дачу в Апрелевке, и она испугалась, что Сергей сейчас подумает, что она тоже страдалица. Но отправила.
Ответ пришёл через пять минут.
«Я смеялся так, что Тузик ушёл в другую комнату. А потом перестал смеяться. Потому что вы ему дали три тысячи, хотя всё понимали. Ирина, вы очень хороший человек. Это, наверное, неудобно. Мне это знакомо».
И следом ещё одно:
«И да. Я не обижаюсь, что вы ходили на свидание. Мы с вами пока только маяк и финансовый директор. Сходите ещё. А потом расскажете мне. Мне нравится, как вы рассказываете».
Ирина положила телефон рядом. За окном было темно, у Глеба на лоджии горела жёлтая лампа. Слышно было, как он там говорит что-то собаке, негромко, неразборчиво.
Маркиз сидел на подоконнике и смотрел туда же.
– Даже не думай, – сказала ему Ирина. – Там фикус.
Маркиз подумал и пошёл.
Глава 5. Комиссия по делам Ирины

В воскресенье в квартире на восьмом этаже собралась комиссия. Никто её не созывал. Она самособралась, как плесень в хлебнице.
Первой в десять утра приехала мама. Галина Петровна приехала из Подольска на электричке с двумя сумками. В одной были пирожки с капустой, в другой пирожки с картошкой и банка огурцов, которую она везла, как везут святыню. Она приезжала раз в месяц «проверить, как ты тут», и проверка всегда начиналась с холодильника.
– Это что? – Галина Петровна держала двумя пальцами упаковку хумуса.
– Хумус, мам.
– Это из чего?
– Из нута.
– Из чего?
– Горох такой. Турецкий.
Галина Петровна понюхала и поставила обратно с лицом человека, которому подсунули взятку.
– Олег тебя на это подсадил. Со своей нутриционисткой.
В половине двенадцатого приехала Соня. С кольцевой лампой, штативом и выражением человека, у которого есть план. Соня работала SMM-менеджером в агентстве и вела аккаунты трёх стоматологий, одного барбершопа и депутата районного собрания. Мамину анкету она увидела в пятницу, когда Тамара прислала ей скриншот с подписью «посмотри, какая у тебя мать красотка». Соня посмотрела и ужаснулась.
– Мам. Ну кто так фоткается. Тут свет снизу. Ты как на допросе.
– Это Тамара снимала.
– Тётя Тома снимает так, как будто ты её бывший муж. Сегодня делаем нормальную съёмку.
Когда приехала Тамара с бутылкой просекко «для настроения», комиссия была в полном составе.
Заседание
Заседали на кухне. Галина Петровна разложила пирожки. Тамара разлила просекко. Соня поставила лампу на холодильник, и кухня стала похожа на операционную. Маркиз ушёл под ванну, потому что у Галины Петровны с ним были свои счёты. Двенадцать лет назад, ещё котёнком, он описал ей сапоги, и с тех пор они друг другу не доверяли.
Ирину посадили в центр.
– Значит, сайт, – сказала Галина Петровна. Она узнала про сайт десять минут назад, от Сони, и всё ещё переваривала. – Знакомств.
– Мам.
– Нет, я ничего не говорю. Я только говорю, что в наше время мужчину искали по-человечески.
– Это как?
– На работе. Или на танцах. Или соседки знакомили.
– Мама, ты с папой познакомилась в очереди за колбасой.
– Ну! Живой человек был! Видно было, что за колбасой стоит, значит, хозяйственный. А тут что? Картинки. Может, он там на картинке красивый, а сам за колбасой ни разу не стоял.
Тамара подняла бокал.
– Галина Петровна, сейчас за колбасой не стоят. Её доставляют.
– Вот поэтому и мужики такие, – сказала Галина Петровна, и с этим никто не смог поспорить.
Потом Ирину заставили показать переписку. Всю. Ирина сопротивлялась, но против трёх женщин её семьи и окрестностей у неё не было шансов. Через десять минут телефон пошёл по кругу, как рюмка на поминках.
Галина Петровна читала медленно, шевеля губами, в очках, отодвинув телефон на вытянутую руку.
– Этот хороший, – сказала она про Николая со щукой. – Рыбу ловит. Значит, не пьёт.
– Мама, рыбаки как раз пьют.
– Твой отец тоже рыбу ловил!
– И пил, мам.
– Но умеренно!
Про Валерия с тонометром Галина Петровна сказала:
– А что, нормальный мужчина. За здоровьем следит. Ты зря.
– Мама, он мерил давление прямо в кафе!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

