Волчата

– Что мне делать?.. – тихо спросил Лео.

– Со временем она перестанет тебя бояться, – заверил его Эван. – Просто дай ей время. Уверен, что она простит тебя. Ты ведь сделал это не специально.

Лео, кажется, этого даже не услышал.

Из окна хижины выскочил волк, и, запинаясь, пронесся в лес. Ни у кого не было сомнений, что это была Иви. Возникший рядом Ноа, постепенно меняя обличие на волчье, отдавал приказы:

«Лео, ты останешься в лагере».

Собравшийся было кинуться в лес Лео, замер и поник.

«Артур, Тимоти, вы со мной. Разделимся. Нужно найти ее до того, как она дойдет до города. Эван, пригляди за Лео».

И Эван, и Лео еще пару минут смотрели вслед волкам. Затем, не сказав ни слова, Лео развернулся и ушел к себе в хижину. Как только дверь за ним закрылась, Эван принялся мерить лагерь шагами. Лео слишком расстроен, чтобы отправиться на поиски Иви, и наверняка понимает, что сделает только хуже, если встретит девушку в волчьей форме. Возможно Ноа просил присмотреть за Лео, чтобы тот ничего с собой не сделал, но разве он мог?

Эван слышал мысли Ноа и Артура, которые пытались дозваться Иви, спрашивали друг у друга, не нашел ли ее кто. Тимоти молчал, как и обычно, но Эван был уверен, что парень сделает все возможное, чтобы найти Иви. Но прошло уже примерно полчаса, а изменений не последовало. Эван метался по лагерю, пугая оставшихся волчат еще больше, отчего те стали разбредаться по своим хижинам. Лео не появлялся на улице, и в конце концов Эвана одолели мысли о том, что он тоже должен искать Иви. Втроем весь лес не прошерстить.

Он шел и звал ее про себя. Надеялся, что за то короткое время, пока Эван ухаживал за Иви, между ними могла установиться мысленная связь, но каждый его зов оставался без ответа. Ноа отреагировал спокойно на то, что Эван ушел из лагеря, и обозначил территорию, на которой они уже были.

Эван пытался мыслить как она. Куда бы Иви бежала в первую очередь? В город, хоть тот и находился в противоположной стороне от той, куда она рванула? Может даже к своему дому. Маленький город тоже издает шум, что способен напугать волчицу, которая и так находится в ужасе. Эван успокаивал себя так: Иви не убьет никого, не поднимет на уши целый город. Зато была возможность, что она будет на знакомом ей месте, но в лесу. Туда Эван и решил отправиться, переходя на бег. Жесткие ветки хлестали по телу, порвали рукав пиджака, но парень не сбавлял скорости. Любая рана казалась ему царапиной, после сегодняшней ночи. Ее раны были страшнее.

Оказавшись на той поляне, где они впервые встретились, Эван замер. Он прислушался к звукам, прикрыв глаза. Кроме шума реки, услышал скулеж. Гарантий не было. Это мог быть и обычный волк. Подгоняемый надеждой, что нашел Иви, Эван поспешил на звук.

Возле реки лежала она. Волчица, сбежавшая из его дома. Меньше, чем типичный оборотень, но больше, чем обычный волк. Ее окрас был иссиня-черным, словно ночное небо. К ней тянулась дорожка крови. Причина нашлась сразу же. Из задней лапы торчала заостренная палка. Потому волчица так скулила. Ей было не только страшно, но и больно. Снова.

Эван сбежал по каменистому склону, побежал к волчице, но замер, когда она зарычала. Правда смотрела при этом она совсем без агрессии. Наверное, чувствовала себя загнанной. Эван присел и примирительно поднял руки. Она могла и укусить его, но убить – нет. Пока он жил в их родной общине, многие волчата впервые обратившись кусали и царапали его. Руки Эвана были в шрамах, поэтому еще один вряд ли мог его хоть как-то обидеть.

– Иви, – позвал он ласково. – Это я – Эван.

Она внимательно слушала его, оскал исчез. Эван сделал пару осторожных шагов ближе, и когда понял, что Иви не против него, быстро оказался рядом.

– Я помогу тебе, ладно? Вытащу эту палку. Если укусишь, то ничего страшно, – улыбнулся Эван. Она и не вспомнит этот разговор, когда вернется в человеческий вид.

Эван знал, что лучший вариант, это резко выдернуть палку. Боль будет недолгой и не такой сильной, как если медленно вытаскивать ее. Где Иви вообще умудрилась найти такую острую? Без предупреждения взявшись за палку, Эван резко вырвал ее. Волчица вскрикнула от боли, попыталась укусить, но клацнула зубами рядом с рукой.

А затем конечности волка стали приобретать человеческий вид. Постепенно шерсть исчезла, а мышцы и кости уменьшались. И вот перед Эваном на камнях лежала не волчица, а Иви. Она затравлено огляделась по сторонам, попыталась вскочить на ноги, но не смогла. Увидев кровь и сквозную рану, она шумно выдохнула:

– Опять кровь…

– Оно быстро заживет.

Только сейчас Иви поняла, что была не одна. Она вздрогнула, отползла к огромному валуну, у которого устроилась будучи волчицей. Заметив, что была без одежды, Иви поспешила прикрыть руками грудь, изуродованную шрамами. Эван снял с себя пиджак. Отдавать его живой Иви было куда приятнее, чем накрывать им ее мертвое тело…

– Ты привыкнешь к тому, что всякий раз обращаясь в волчицу будешь оставаться без одежды. Каждый оборотень проходит через такое, – но сказав это, он отвел взгляд в сторону. – Мы привыкли видеть друг друга нагими.

– Не уверена.

Кровь залила все ближайшие камни, но рана затягиваться не спешила. Видимо Иви еще не до конца перестроилась в оборотня и не обладала быстрой регенерацией. То, что она так быстро вернулась в обличие человека, уже было чудом, а чудес на сегодня было явно достаточно.

Эван оторвал край своего рукава и, намочив его в реке, промокнул кровь. Иви дернулась.

– Прости.

– Ты на меня все рубашки переведешь, – сказала Иви, наблюдая, как Эван оторвал и второй рукав, чтобы перевязать первый кусок ткани.

– Ничего. Найду новые.

Иви вся сжалась, прикрываясь пиджаком.

– Так больно…

– Обращаться?

– Да. Будто все кости сломали.

– По сути, так и есть. Сначала ты разрываешь свою человеческую оболочку, чтобы выпустить звериную, а затем наоборот. Одно умирает, чтобы появилось другое, и так может быть несколько раз за день.

– Ты выглядишь как человек, – сказала Иви. Эван кивнул.

– Сейчас я и есть человек.

– Но я ни разу не видела тебя волком. Почему ты не обратился в полнолуние? – спросила она. Эван ждал этот вопрос, но позже и в других обстоятельствах. Неловко улыбнувшись, он не сразу нашел, что сказать. – Ты так хорошо контролируешь это?

– Нет, – сдался он. – Кажется у обычных людей это называют инвалидностью? Когда у кого-то серьезные проблемы со здоровьем, из-за чего он сильно отличается от остальных людей.

– Ты не можешь обращаться?

– Да. Я родился слабым и больным. Мама выходила меня, но… Я не такой сильный и быстрый, как другие оборотни. И обращаться я тоже не могу. Может быть дело в том, что я родился сразу человеком…

Иви будто пропустила это мимо ушей, а может просто не придала особого значения.

– Ты слышишь ее зов в полнолуние?

Ей не нужно было уточнять чей именно, чтобы Эван понял. Луны.

– Да. Но даже это не помогает мне обратиться. Нам нужно вернуться в лагерь, – сменил он тему, давая понять, что пока задавать вопросы по этой теме больше не стоит. – Я могу предложить тебе два варианта. Первый: я могу понести тебя на руках. Второй: я отдам тебе свою обувь, – он глянул на кроссовки. – Сам я смогу дойти и босиком. Тебе пока не хватает инстинктов и привычки. Но твоя нога вряд ли позволит идти.

Иви молчала, смотря куда-то в сторону. Она плотно укуталась в пиджак, надев его, но у Эвана даже мысли не возникло, чтобы смотреть куда-то кроме ее огромных напуганных глаз… Потому что красивее их он еще никогда не видел. Он пытался одернуть себя, заставить думать о чем-то еще, но вместо этого продолжал вглядываться в ее лицо, изучая и запоминая. Эван не мог отбросить и противную ему мысль о том, что он даже немного рад тому, что Иви стала оборотнем. Ведь теперь у него не будет причины прогонять девушку из лагеря… Лучше бы она жила и дальше своей обычной жизнью, чем приняла такую судьбу.

– Первый, – наконец сказала Иви. – Я и правда не смогу идти сама.

Эван с легкостью поднял ее на руки. Он тяжело вздохнул, так не вовремя вспомнив, как нес ее в лагерь этой ночью. Иви закинула руку ему на шею, некрепко сжав пальцы на плече, и это отрезвило Эвана. Теперь она была живой и почти здоровой.

До лагеря дошли без происшествий. А получившие мысленное сообщение Ноа, Тимоти и Артур уже ждали их. Убедившись, что Иви вернулась, все кроме Ноа ушли.

– Твое обращение произошло так быстро, – задумчиво произнес Ноа, пока Эван осматривал начинающую заживать рану. Все в порядке, просто медленнее, чем у других волков. Он заставил Иви выпить еще немного той настойки, которой он пичкал ее ночью. – Но мы почти никогда не видели обращенных волков.

– Я хочу домой, – тихо сказала Иви, а затем шмыгнула носом. Они впервые видели, как девушка плачет. – Я хочу домой…

– Прости, Иви, – сказал Ноа. – Но ты обратилась, увидев Лео…

– Потому что он убил меня.

Несмотря на слезы голос ее стал жестким.

Конечно Иви поняла. Она единственная из трех девушек различала их в волчьем обличии. Лейла так и не поняла, кто именно убил ее подругу. Ноа она узнала лишь потому, что тот мог себя контролировать.

– Но ты обратилась, – парировал Ноа. – Испугалась и обратилась. Разве ты помнишь хоть что-то?

Иви качнула головой, поджав губы.

– Твои родители не оборотни, они не смогут защититься от тебя, когда ты внезапно обратишься. Разве тебе хочется подвергать их опасности? Мы научим тебя контролировать себя. Свои инстинкты и реакции. Каждый из нас когда-то спонтанно обращался. Скажу по секрету, но некоторые до сих пор делают так, – Ноа улыбнулся. – Но мы научились. И ты сможешь. Я не смогу держать тебя в заложниках, но думаю, ты и сама понимаешь, что опасна для людей. Останься на время, пока не научишься контролировать себя. Затем сможешь вернуться домой.

– Ладно, – глухо ответила Иви. Выбора у нее все равно не было. Эван был уверен, что она согласится.

Солнце уже садилось, и пускай было не поздно, за окном хижины царила тишина. Все волчата сидели у себя, боясь высунуть нос. Мрачная и скорбная атмосфера накрыла лагерь.

Эван выдал Иви новую одежду.

– Оставайся здесь, – сказал он. – Я поживу с Ноа.

– Но это же твой дом…

– Он им и останется. Тут много моих вещей, но я не стану мешать тебе ночью.

– Сегодня мы закроем тебя, – вмешался Ноа. – На случай если ты внезапно обратишься.

– Я понимаю.

Эван был уверен, что Ноа корит себя за случившееся. Он оказался недостаточно сильным и надежным, чтобы не дать волчатам натворить бед. Теперь, как главный, Ноа расхлебывал то, что получилось.

Пожелав спокойной ночи, Ноа вышел из хижины. Эван последовал за ним, но на пороге задержался. Иви испугано смотрела на него, сидя на краю стола. Чего именно она боялась? Его ли? Будущего? Или все еще не могла отойти от уже произошедшего?

Может ему не стоило оставлять ее одну?

– Болит? – спросил он.

– Да.

– Если дам тебе еще больше отвара, то может начать тошнит. Кстати, ты ведь не ела весь день…

– Я не хочу.

Еще бы. После пережитого она еще несколько дней могла бы отказываться от еды только из-за переживаний.

– Раз ты теперь одна из нас, то тебе можно узнать об оборотнях больше.

Эван думал, что Иви может отреагировать на это плохо: скажет, что не такой ценой ей хотелось бы удовлетворить свое любопытство, но девушка просто смотрела на него в ожидании.

– Мы обладаем силами, которые в книгах называют магией.

– Говорите заклинания?

– Нет, – усмехнулся Эван. – Оставим это ведьмам. У каждого что-то свое. У тебя тоже появится.

– А твоя какая?

– Я покажу.

Эван протянул Иви руку. Она не колебалась, тут же вложив в нее свою. Значит боялась Иви вовсе не его. Эван улыбнулся.

– Так и? – спросила она. – Что я должна увидеть.

– Ты ничего не увидишь. Только почувствуешь.

Иви нахмурилась. Эван давно привык к боли, и едва ли ощущал ее в своей ноге. Не больше, чем комариный укус. Но Иви ощущала все совсем иначе. Ее вдруг осенило.

– Не болит… Но почему?..

Эван прервал ее ответом:

– Ты просто не поняла, что я забрал твою боль, когда мы шли по лесу. Может мыслей было много.

– Спасибо…

Впервые за этот день, на лице Иви появилась слабая улыбка. Эван не хотел отпускать ее руку, лишь бы она снова не почувствовала боль, но пришлось.

– Спокойной ночи, – сказал он, остановившись в дверях.

– Спокойной ночи…

Закрыв двери на замок, Эван поспешил зайти в дом Ноа. Останься он, то провел бы всю ночь на пороге дома, карауля сон Иви. И когда он успел к ней так привязаться?