Волчата

Иви уперлась руками в колени, боясь, что ее вырвет прямо здесь. Теперь идти вперед было нельзя. Нужно найти обходной путь, лишь бы не попасться на глаза только что бывшим тут волкам. Собрав оставшуюся волю в кулак, Иви пошла дальше, повернув чуть влево.

Прошло всего пару минут, когда она вдруг осознала две вещи: ни Клары, ни Лейлы за ней не было, зато там был кто-то другой. Сердце ушло в пятки. Мурашки пробежали по спине. Иви почувствовала чье-то тяжелое дыхание на шее. Не человеческое и угрожающее. В этот момент она впервые подумала, что была такой глупой. Все говорили им сидеть дома в полнолуние. Не стоило не то что ходить по городу, но даже думать выйти из дому. Артур просил ее остаться дома, даже если Лейла и Клара будут уговаривать ее идти. А теперь что? Лейла и Клара ослушались, а Иви пошла спасть их. Чем закончится эта встреча? Лео сказал, что убежать от оборотня в виде волка нельзя. Последняя надежда была разве что на то, что за спиной окажется Ноа. Лучше уж выговор и полный запрет на встречи с оборотнями, чем смерть.

Стараясь сохранять спокойствие, Иви медленно повернулась. На нее смотрели два огромных золотистых глаза. Волк был рыжим. Лео. На секунду Иви почувствовала облегчение, но затем вспомнила – Лео не может себя контролировать. Не повезло. Сейчас перед ней был не Лео, а настоящий волк, только больше, чем обычный в два раза. Самый опасный хищник. Иви хотела показаться стойкой и смелой, вот только запах страха было невозможно скрыть. Ей казалось, что еще какой-то контроль над ситуацией у нее остался, пусть адреналин бил в голову и в сердце, заставляя их работать быстрее. Наверное, стук ее сердце было слышно далеко за пределами леса. Его могли услышать и другие волчата, прибежать сюда… и доесть то, что оставит от нее Лео…

Страх сковывал горло и мышцы. Иви не могла даже подняться в полный рост, потому волк казался еще больше. Он закрывал собой весь обзор, и Иви даже не видела своих подруг, чтобы убедиться, что хотя бы они находятся в безопасности, и Лео не съел их первыми. Может они смогли сбежать, пока Иви отвлекала внимания волка на себя. И зачем она вышла из дома? Зачем пошла за девочками в лес? Знала же, что именно этим все и кончится… Вот таким оказался закат ее жизни. Ранним и печальным. Покрытым океаном крови и сожалений.

Волк так и смотрел на нее, будто понимал что-то. Прошла уже пара минут, или Иви так показалось, а Лео не предпринял ничего. Иви подумала, может он узнал ее? Может он все таки научился контролировать себя, как Ноа и Эван? Эван ведь настолько хорошо контролирует себя, что даже в волка не обращается. Может поэтому именно он и учит остальных волков? Тогда его уроки могли дать свои плоды…

Иви выдавила из себя улыбку, а волк недоуменно приподнял уши и наклонил голову. Она решила заговорить с ним. Если Лео владеет собой, то он поймет ее…

– Лео… Ты понимаешь меня?

Она всматривалась в морду волка, пытаясь разглядеть в ней признаки осознанности, но ничего не поменялось. Он только смотрел и смотрел.

– Это я… Иви.

Это было последним, что она смогла сказать. Потом волк оскалился. Иви поняла, что это конец. Он вовсе не понимал ее, просто игрался, как делают дикие животные, загоняя жертву в угол. Острые когти порвали ее плоть, как острый нож бумагу. Иви не услышала собственный крик, который отражаясь от деревьев, разлетелся по всему лесу. Короткий крик боли принес ей облегчение. Она больше не чувствовала боли, пока когти продолжали вскрывать ее кожу, обнажая душу. Кровь лилась на траву, окрашивая ее в бордовый, брызгала на рыжую шерсть, оставляя на ней следы преступления. Из последних сил Иви поняла руку и дотронулась до волка. Тот отпрыгнул в сторону, будто его окатили кипятком, а затем убежал глубоко в лес.

Лейла и Клара наблюдали за происходящим из-за дерева, где решили остаться на несколько секунд, чтобы пропустить Иви вперед. Лейла зажимала рот Клары руками, вдавливая ладони так, что наверное могла сломать ей челюсть. Слезы текли из глаз обеих неконтролируемым потоком. Лейла проклинала себя за то, что захотела посмотреть, пошла, но главное, решила остаться за этим деревом, а не пойти следом. Лучше бы она послушалась Иви и осталась дома.

Волк давно убежал, но ни одна из девушек так и не сдвинулась с места. Они не шелохнулись, не дрогнули, но так и продолжали беззвучно рыдать. Глаза не хотели отрываться от картины, которая впечаталась в память как татуировка. Они смотрели на истерзанное тело, которое больше не шевелилось. Даже если Иви еще была жива, Лейле хотелось бы, чтобы она поскорее умерла. Она не могла себе даже представить, какую боль она испытывала пока когти раздирали ее тело.

Из леса неспешно вышел волк. Лейла могла с уверенностью сказать, что это был не тот же, что убил Иви. Другой. Он прижимал уши, смотрел только на тело. Лейла хотела бы кинуться вперед, не дать ему подойти к подруге, но страх сковал ноги, не дал ей рвануть и тоже умереть.

С другой стороны вышел единственный, кого она легко могла бы узнать. Эмоции Эвана было прочесть проще простого. Он был шокирован. Боль отражалась в каждом его шаге, который он делал на встречу Иви, будто умерла не просто его знакомая девочка, а самый родной человек. Подойдя ближе, он упал на колени и опустил лицо. Видеть его, обычно такого жизнерадостного, разбитым при виде мертвого тела девушки, которую он едва знал, было необычно, но Лейла понимала его. В тот же момент и сама она упала.

Она не слышала о чем Эван говорил с волком, но вдруг четко осознала, что это был Ноа. Он смотрел на тело осознанным взглядом с минуту, прежде чем наклонился и, к ужасу Лейлы, укусил Иви. Она беззвучно закричала, прокляла его внутри себя. Вот они оборотни. Такие, какими она всегда себе их и представляла: дикие животные, поедающие людей, а она успела довериться им, поверить, что они не желают зла людям. Но укус длился лишь пару секунд. После Ноа ткнул голову Иви носом, будто девушка должна была ожить от этого касания, но та лишь безвольно упала на другую сторону. А затем волк посмотрел прямо на нее.

Лейла нашла в себе силы встать, а затем и поднять на ноги Клару, совсем обессилившую и продрогшую. Она не станет бежать за счет жизни еще одной своей подруги. Бросив последний раз взгляд на тело Иви, Лейла заметила, что волка уже нет. Повертев головой, она поняла, что Ноа скрылся среди деревьев. Эван остался. Он снял с себя пиджак, накрыл им разорванную плоть Иви, убрал с лица окровавленные пряди. Лейла замерла, наблюдая за тем, как бережно Эван гладил Иви по голове, будто пытался сказать, что все будет хорошо. Но ведь она была давно мертва, зачем все это? Неужели боль от ее потери мог испытать кто-то еще? Кто-то жалел о случившемся еще больше, чем она или Клара? Кто-то винил и себя в случившемся?

Долго задаваться вопросами не пришлось. Посидев у тела еще немного, Эван пошел прямо к Лейле и Кларе. Лейла попыталась сбежать, помочь Кларе бежать тоже, но та едва не теряла сознание, с трудом стояла на ногах. Эван догнал их быстрее, чем подруги смогли отойти от дерева.

– Я хочу помочь, – сказал Эван.

– Мне не нужна твоя помощь.

– В лесу полно оборотней, ты же знаешь, Лейла. Я выведу вас в город, а потом вернусь, чтобы помочь Иви.

– Иви мертва! Чем ты поможешь ей? Почему он убил ее? Почему Ноа укусил ее? Хотел доесть то, что осталось?!

– Помолчи, пожалуйста. Я не смогу сдержать больше одного волка.

– Отвечай!

– Она жива. И будет жить, если укус подействует.

– Что?..

– Укус оборотня может сделать из человека такого же оборотня. Для этого нужны разные условия, но думаю, – он обернулся, чтобы посмотреть на тело, – что у нее получится. Она будет жить. Я сделаю для этого все, что в моих силах.

– Будет жить?.. – не веря сказанному, повторила Лейла.

– Давай я понесу ее, – предложил Эван, помогая Лейле освободиться от висящей на шее Клары. – У нее сильный шок, так что идти она не сможет. Я доведу вас до твоего дома, а затем вернусь к Иви, – повторил он. – И больше никогда не выходите на улицу в полнолуние.

– Это я виновата. Я пошла сюда. Иви пришла, чтобы отговорить меня, вернуть домой…

Эван остановился, обернулся к Лейле. Его лицо вдруг обрело жестокие черты. Клара на его руках давно потеряла сознание.

– Поздравляю, можешь винить себя в ее первой смерти.

Луна, словно насмехаясь, освещала поляну между листьев деревьев. Ее неласковые лучи касались тела Иви, словно хотели потрогать жертву, случайно принесенную им. Слабое дыхание выдавало остатки жизни, теплящиеся в теле, которое еще недавно было мертво. Вернувшись с того света, Иви даже не пришла в себя. Она не шевельнулась, не издала ни звука, просто задышала. Пиджак прикрывал ее раны, хоть и не скрывал всей крови, растекшейся по траве. Со стороны могло бы показаться, что Иви уснула под деревом, прямо в его корнях, найдя такую кровать удобной.

Эван бы подумал именно так, если бы не знал, что Иви была мертва еще минут пятнадцать-двадцать назад. Он сам проверял ее пульс, знал, что его нет. Теперь, вернувшись к ней, чтобы забрать домой, он ощутил, как слабо бьется ее сердце, пока его собственное трепетало от радости. Но радость эту по-прежнему омрачало горе… Как она отреагирует проснувшись? Как будет жить дальше? Будет ли бояться их всех, как огня, зная, что они виноваты в ее смерти? Неся окровавленное тело в лагерь, Эван размышлял еще над тысячей вопросов, но после каждого в его голове звучала благодарность за то, что Иви снова была жива.

Глава 4

Сердце Иви едва билось, и Эван начал переживать, что возвращение из мертвых идет не по плану. До этого он никогда не имел дел с обращенными волками, а потому не представлял, как те превращаются в оборотней. Вдруг одного укуса не достаточно? Ноа не опытный волк, может не знать чего-то. Может он просто не дорос до того, чтобы обращать людей.

Но у Эвана даже мысли не было, чтобы перестать бороться за жизнь девушки. Если укус ее не спас, то он спасет. Вернувшись в свою хижину, он осторожно положил Иви на стол, который должен был использовать для осмотров. За то недолгое время, что они находились в Кингсбери, он Эвану ни разу не пригодился. Стараясь не обращать внимание на дикое волнение и поднимающийся внутри гнев, парень сразу кинулся к полкам, на которых лежали травы и стояли готовые отвары и мази. Взяв тот самый бутылек, который ему вернула Иви, Эван вернулся к телу. Кровь перестала течь из грубых ран, но теперь грозила быстро засохнуть. Эван успел буквально собрать девушку по частям еще на поляне, когда пытался вернуть раненые внутренности на места. Если обращение пойдет как надо, то недостающие части отрастут сами по себе. Эван успел забыть, как подбирал девушку на поляне, но стоило ему увидеть исполосованные грудь и живот, как воспоминания вернулись.

Зов луны все еще действовал на парня, потому волна злости с новой силой поднялась внутри. Глубоко вдохнув, Эван принялся осторожно оттирать кровь, чтобы нанести мазь. Когда каждая даже мелкая ранка была обильно покрыта лечебной смесью, Эван принялся варить свежее зелье. Ему его научила мать. На всякий случай. Кто бы знал, что такой наступит. Она все сетовала, что знай она этот рецепт раньше, то смогла бы спасти брата и его жену. Благодаря ей Эван сможет спасти невинную душу. Зверобой, ромашка, кора дуба, тысячелистник и крапива. Пока отвар варился, он нашел настойку прополиса на спирте, который Фрэнк успел стащить в городе, у какого-то бездомного. Эван сразу же отобрал бутылку, и хорошо, что сделал снадобье. Иви не глотала, жидкость просто стекала по горлу, а Эван следил, чтобы девушка не захлебнулась.

Раны стали мокнуть. Прошлось промыть их раствором с древесной золой, благо этого искать не пришлось. После настало время пить травяной отвар. И снова никакой реакции.

Эван слышал, как медленно бьется сердце Иви. Но главное ведь, что оно работало. Об остальном он способен был позаботиться.

Спустя какое-то время, Эван не знал точно сколько он бегал вокруг девушки с разными склянками и баночками, раны стали затягиваться. Касаясь ее руки парень отчетливо чувствовал, какую агонию Иви испытывала, когда отрастали новые ребра и пальцы на руках, но внешне ее лицо ни капли не изменилось. Вытирая десятой тряпкой, из вещей, принесенных самой Иви, выступившую кровь и оставшуюся золу, Эван обновил мазь, уже третью, которой пытался заживить мышцы.

Пульс Иви участился. Где-то сорок ударов в минуту. Теперь она глотала отвар, который Эван снова и снова заливал девушке в рот, стараясь оживить. Хороший знак.

Позволив себе выдохнуть, Эван оперся рукой о стол, но так и не смог оторвать взгляда от лица Иви. Он морщился, пока она выглядела так, будто только прилегла поспать. Впервые в жизни Эван хотел навредить другому оборотню. Умом он понимал, что Лео не виновен. Он не мог себя контролировать. Но сердце требовало разорвать волчонка на части. А потом может отомстить и Лейле? Вспомнив о ней, Эван подумал, как бы он отреагировал, если бы не Иви, а Лейла или Клара попала под когти Лео. Он переживал бы, но злиться? Нет. Эван бы не злился на Лео.

Подойдя ближе, Эван склонился над лицом Иви. Слабое дыхание обдало его кожу. Судьба так посмеялась над ним: обратила девушку, которая ему понравилась? Да еще и таким жестоким способом.

Эван обновил мазь, вновь напоил девушку отваром. Пульс почти пришел в норму, кости отросли, а мышцы постепенно затянули новую грудную клетку. Шрамы все равно останутся. На пальцах и шее тоже. Решив, что теперь уж Иви точно выживет, Эван решил выйти на улицу.

Светало. Прохладный утренний воздух чуть привел сознание в норму, улетучивая последнее влияние луны. Скоро к лагерю стянутся остальные.

Будучи взрослым волком, к тому же находящимся на вершине иерархии, Эван прекрасно справлялся со своими мыслями. Молодые волчата долго учатся скрывать слишком уж яркие вспышки, вроде радости или скорби. Оборотни не слышат все мысли друг друга, только то, что пытаются сказать специально, но некоторые фразы все равно проскальзывают. Так Артур за несколько километров от лагеря зовет тех, кто обратился неподалеку. Эван не стал ничего говорить о случившемся, оставив трагедию до возвращения волчат в лагерь. Артур сильно расстроится, когда узнает, что произошло. Но больше всего Эван боялся за реакцию Лео. После того как влияние луны прошло, гнев Эвана на волчонка немного остыл, но не исчез бесследно.

– Почему она? – спросил Эван у ветра. Ответа ожидаемо не последовало.

Ему было жаль Иви. Может стоило караулить ее у дома, не давая выйти? Артур ведь говорил, что запретил Иви приближаться к лесу, даже если Лейла и Клара пойдут туда. Почему не послушала? Почему он сам не услышал три бешено бьющихся сердца? Потому что слабак?

Долго убивать себя мыслями Эвану не пришлось. Еще из чащи леса был слышен смех Фрэнка и Шона. Эван не знал причину такой радости, но знал, что скоро она закончится.

Первым Эвана заметил Фрэнк. Его лицо вытянулось от удивления.

– Что с тобой? – спросил он, подхватывая с травы свою одежду. Эван оглядел руки, которые были в крови. Белая рубашка превратилась в красную. – Ты обратился и сожрал кого-то что ли?

– Не, – ухмыльнулся Шон. – Он не обращаясь кого-то сожрал.

– Эван бы пальцем никого не тронул, даже обратившись, – сказал Тимоти, вылетевший из леса пулей. Он осмотрел старшего товарища, но больше ничего не сказал, принявшись одеваться.

– Правда, – устало сказал Эван. – Я никого не убил.

Внезапно атмосфера стала холоднее. Шон замер с футболкой в руках, успев надеть только шорты.

– Кто-то из наших угодил куда-то? – спросил Фрэнк. – Тут вроде нет охотников.

Эван покачал головой.

– Почему ты даже не думаешь об этом? – едва не взорвался Шон. – Кто-то в город выбежал что ли? Ранил кого-то? Не молчи.

– Ранил. Но не в городе.

– Черт, – выругался Фрэнк. – Какие-нибудь обычные охотники?

Эван не успел ответить, когда из леса выбежал Лео. Напрягшись, он смотрел как волчонок несется прямо к ним. Весь в крови с головы до ног. Волна гнева вновь пронеслась по телу, и трое стоявших рядом оборотней обернулась, чтобы посмотреть на того, кто вызвал в Эване эти эмоции. Следом, еще в обличие волка, из-за деревьев показался Ноа. Он поджимал уши.

«Живая», – мысленно сказал Эван.

– Живая? – переспросил Тимоти. – Кто?

Лео влетел в хижину Эвана, не встретив сопротивления. Его истошный крик раздался и на улице, и в голове каждого оборотня в радиусе пары километров. Вот и началось…

«Нет, нет, нет», – зазвучало следом. – «Только не она».

– Иви, – прошептал Шон. – Он убил ее.

– Она обращена, – поправил его Эван, а затем зашел в хижину.

Лео стоял на коленях перед столом, на котором прикрытая покрывалом, лежала Иви. По плечам, Эван понял, что парень рыдает. Как бы он не злился в тот момент на Лео, Эвану было его жаль.

– Иви жива, – сказал он, но Лео будто не услышал. – Ноа укусил ее. Я всю ночь пытался не дать ей умереть. Через несколько часов Иви восстановится. И если она увидит тебя в крови и слезах, то сразу поймет, что… – Эван замолчал на полуслове. Этим он сделает только хуже.

– Тебе нужно привести себя в порядок, – сказал вошедший Ноа. – Лео.

Тот не отреагировал, захлебываясь слезами.

– Она будет бояться каждого, – обратился Ноа уже к Эвану. – Любой из нас мог ее убить. Рано или поздно придется сказать ей кто это был.

– Но не сегодня.

– Я унесу его. Он тут не помощник.

Подхватив на руки не сопротивляющегося волчонка, Ноа ушел, оставив Эвана наедине с Иви. Пульс поднялся до семидесяти, прямо как у здорового человека. У оборотней в людском обличие сердце билось чуть быстрее, примерно на десять единиц, из-за ускоренного метаболизма, так что можно было считать, что Иви еще не пришла в норму. Решив, что прошло достаточно времени, Эван залил в рот девушке очередной отвар. Если в ее организм не будут поступать питательные вещества, то ни о каком выздоровлении речи быть не могло.

Приоткрыв ткань, Эван осмотрел раны. Почти затянулись. Вытерев свежую кровь, он нанес новую мазь.

Он вспомнил их первую встречу. Тогда Иви будто совсем не испугалась его, хотя Эван отчетливо чувствовал ее страх, а увиденная картина не оставила бы равнодушным даже самого стойкого человека. Иви восхитила его. Но как бы стойко она не перенесла увиденное обращение волка в человека, пережить собственную смерть так легко у девушки не получится. Когда Иви очнется, как она себя поведет? Закричит? Нападет на них? Разрыдается? Или сразу обратится и убежит. Стоило быть готовым к самому плохому варианту, то есть к последнему. Новообращенный оборотень, в теории, контролирует себя хуже, чем рожденный волчонок, обратившийся в первый раз.

Двери скрипнули, заставив Эвана оторвать взгляд от расслабленного лица Иви.

– Ты молодец, – сказал Ноа. – Уверен, что без тебя, она бы не выжила.

– Как Лео?

– Никак. Шон вызвался посидеть с ним. Каждый… напуган. Они никогда не сталкивались с таким раньше. Все таки отец и остальные неплохо смотрят за волчатами в полнолуние. Мы справились хуже.

Эван просто кивнул. Тяжело с этим не согласиться. Но одно упоминание отца Ноа заставило Эвана скривиться.

Ноа подошел ближе, будто до этого боялся смотреть на девушку. Иви – его творение. Со временем другие оборотни будут замечать, что ее запах похож на Ноа, а это значит то, что он ее создал. Зачастую, по крайней мере в их стае, никто не обращает людей, и для самого Ноа такое в новинку. Понятно, что он боится, но ему придется принять ответственность за обращенную.

– Почему ты обратил ее? – спросил Эван. Ноа не сразу ответил.

– Если бы она умерла, то ее тело рано или поздно нашли бы люди. Я не хочу, чтобы о нас узнал кто-то еще. Перебираться на новое место… не выгодно.

Выгодно… Не выгодно. Эван такими единицами не мыслил. Если бы он мог, то обратил бы, наверное, любого человека, которому грозила смерть. Особенно если бы в этом был виновен кто-то из его стаи. Если бы Эван мог, то обратил бы Иви не раздумывая. Но он не мог.

– Мне было ее жаль, – добавил Ноа спустя пару минут. – Она глупая, раз пошла в лес в полнолуние, несмотря на наши предупреждения, но… Это не повод для смерти.

– Она пошла в лес, чтобы спасти своих подруг.

Ноа с недоверием посмотрел на Эвана. Открыв свои воспоминания, последний позволил всем волчатам по близости услышать его разговор с Лейлой. Ноа лишь тяжело вздохнул.

– Не злись сильно на Лео, – перевел Ноа разговор в другую сторону. – Ты же знаешь, что он не виноват в случившемся.

– Так заметно, что я злюсь?

– Нет. Просто я хорошо тебя знаю.

Спустя час в хижине появился еще один гость. Артур несмело постучал в двери, и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. В отличие от Ноа, он не побоялся подойти к столу, на котором лежала Иви. Эван чувствовал, что Артур испытывает те же эмоции, что и он сам: отчаяние от потери, страх за будущее, злость…

– Как она? – спросил Артур.

– Жить будет, – ответил Эван. Он успел еще несколько раз заменить мазь, напоить девушку отваром… Пульс вырос, как если бы Иви обратилась в волка, и был выше ста шестидесяти. Метаболизм ускорился, и раны затягивались стремительно. Обычно волчатам требовалось больше времени на восстановление, но то ли передавшаяся часть сил Ноа, то ли отвары, которые ей давал Эван, заставили Иви восстанавливаться с необычайной скоростью. – По моим подсчетам, в течение пары часов, она может прийти в себя.

– Думаете, она будет бояться нас?

– Однозначно, – сказал Ноа. – Меня, конечно, никто не убивал, но не думаю, что это хорошие воспоминания.

– Нужна помощь?

– Нет, я справляюсь, – попытался улыбнуться Эван. Он понимал, что Артур пришел сюда не ради него, скорее из-за Иви, но предложить другу ничего не мог.

– Пригляди за Лео, – попросил Ноа. – Кажется Шон уже измучился.

Кивнув, Артур удалился, но успел бросить еще один взгляд на Иви.

Словно слыша их разговор, спустя два часа, Иви пришла в себя. В это время Ноа смотрел в окно, а Эван проверял сколько всего ему придется восстановить из трав и настоек, после такого интенсивного лечения. Иви молниеносно соскочила со стола, метнулась и забилась в угол. Она вцепилась мертвой хваткой в покрывало, которым была укрыта, и широко распахнутыми глазами смотрела вокруг. Примерно двести пятьдесят ударов в минуту. Еще немного и девушка обратится.

Первым отреагировал Ноа. Он поднял руки вверх, словно пытаясь показать Иви, что он безоружен. Включив все свои способности в дипломатии, он медленно начал приближаться к ней.

– Иви… Все в порядке, ты жива.

– Нет, нет, нет…

– Эван всю ночь боролся за твою жизнь, и ты совершенно точно жива.

– Он… Он… – говоря это, Иви беспокойно осматривалась, не задерживая ни на чем взгляда. – Убил меня.

– Иви, – позвал ее Эван, надеясь, что его голос сможет привести девушку в чувства. Если Иви видела их обращение, то значит знала, что Эван оставался человеком даже в полнолуние. Это сработало, и Иви посмотрела на него. – Мы не желаем тебе зла.

Осторожно приблизившись, Эван протянул девушке руку. Та вцепилась в нее мертвой хваткой. Стало больно, но он лишь улыбнулся: по сравнению с тем, что она испытала сегодня ночью, это ничто. Пульс снизился.

– Для начала, тебе стоит переодеться.

Эван дал Иви одежду, ту, что она принесла из дома. Может знакомый запах поможет успокоиться, хотя и была вероятность обратного эффекта. Сам Эван надел новый пиджак, из той же партии, рубашку он сменил чуть раньше, чтобы не пугать девушку ее же кровью.

Иви еще не успела до конца застегнуть все пуговицы на кофте, когда двери хижины без предупреждения распахнулись. Стоило закрыть их на замок. На пороге стоял Лео. По его виду было тяжело сказать, испытал ли он облегчение из-за того, что девушка, которая ему нравилась, оказалась жива, или из-за того, что его жертва выжила. Эван точно знал, что Иви не узнает Лео по запаху, не сможет понять, что это он убил ее, но присутствие посторонних заставило парня забеспокоиться. То, что Иви доверяла Эвану и Ноа, еще не значило, что она так же быстро подпустит и остальных. С другой стороны, Лео ведь был не чужим ей человеком…

– Иви… – выдохнул Лео.

Иви напряглась. Выплеск адреналина не значил ничего хорошего. Едва заметив волчонка, Иви закричала. Она забилась в тот же угол, закрыла голову руками, будто так могла защититься. Ноа кинулся к ней, прижал девушку к себе и принялся качать, как маленького ребенка, будто так мог легко успокоить ее.

– Что? – Лео был потерян. – Почему она боится?..

– Она узнала тебя, – сказал Эван. – Она еще тогда поняла, кто на нее напал.

Не дожидаясь реакции Лео, Эван взял его за плечи и вытолкал на улицу. Вокруг хижины собрались едва не все волчата. Остальные не сидели в своих домиках, наблюдали за всем издалека. Эван осмотрелся вокруг, будто что-то или кто-то мог помочь ему в сложившейся ситуации. Как Лео должен был реагировать на такое? Как переживет это? Иви будет бояться именно его больше остальных. Такое сильно ранит волчонка.