Квинсленд

На девятнадцатом скула Эшли начала подрагивать в сомнении, а на двадцать первом ей ничего не оставалось, кроме как сдаться в рабство.

Удовлетворённая зеленоволосая бестия помчалась искать Кайла и выпрашивать разрешение на третьего члена коллектива, оставив павших на словесном поле боя подруг зализывать раны и искать по карманам таблетки от головной боли. Но как ни крути, их планы на следующую пятницу были предопределены.

И на эти выходные тоже.

Глава 4

Вместе веселее

Хлоя

– Хлоя, ты не опоздаешь? – на пороге появляется папа, одетый в джинсы и самую обычную футболку, купленную с дочерьми не так давно.

Что поделать, Гордон Джонсон не признавал строгих костюмов, да и в его страховой компании он не требовался. Вдобавок, подобный вид ему шёл. Несмотря на четвёртый десяток, он ещё не потерял былой привлекательности, пусть на роскошной рыжей шевелюре и появилась первая седина.

– Нет, Руби уже едет, – ставлю тарелки на стол. – Завтрак готов. Софи! – из будущей детской, что пока только назревает в виде игрушек и кровати, слышится топот слонёнка, и к нам выбегает пятилетка, облачённая в воздушный сарафан. Два кудрявых светлых хвостика задорно подпрыгивают в такт шагам. В отличие от меня, сестра унаследовала мамину внешность. – Уже собралась, красотка?

Та с готовностью кивает. Первая неделя в подготовительном классе ей понравилась, но выходные Софи всё же обожала ещё больше. Особенно если её повезут в парк развлечений. Как сегодня.

Пока домашние завтракают тостами с веджимайтом[1], я пью холодный кофе, к которому пристрастилась в Америке, и разглядываю нераспакованные коробки, что высятся вдоль дальней стены совмещённой со столовой-гостиной.

У нас до сих пор не нашлось времени нормально обжить новое место. Мы достали только первое необходимое, а вот мелочёвка пока так и лежит. Надеюсь, что доберусь до неё завтра. Потому сегодня у меня другие планы.

Через поднятые жалюзи проглядывает утреннее солнце, играя бликами по светлым стенам и подсвечивая кружащуюся в воздухе пыль. Пальмы за окном абсолютно не дают тени, и это главный минус расположения нашего нового дома – слишком освещённая сторона.

Отец с Софи уезжают развлекаться, а я, дожидаясь подругу, успеваю быстро перемыть посуду, разобрать уже постиранное и собрать скопившуюся грязную одежду. Вечером надо будет всё забросить в стирку, ведь – какое же счастье! – В отличие от квартиры в Бостоне, здесь у нас есть собственная прачечная.

В целом, пусть этот дом гораздо скромнее, чем тот, где прошло детство, мне тут нравится. Одноэтажный, белый, с двумя открытыми террасами и достаточно просторный. Спален всего три, но нам больше и не надо. Умещаемся мы прекрасно. И что не менее важно, сестра будет расти на родине.

На улице призывно сигналят, как раз когда я заканчиваю собирать игрушки в детской. Руби приехала. – Киса, как настроение?

От удивления прекращаю попытки втиснуть в её машину свой сёрфборд.

– Отличное. А что?

– Нет-нет, ничего, – её виноватое лицо предательски пунцовеет вспыхивающими пятнами. На лбу, на правой щеке, слева на подбородке… Ага, дело точно нечисто. – Это хорошо.

Вопросительно упираю руки в бока.

– Что не так, Осмет?

Подруга, взлохматив волосы, собранные в небрежный пучок, издаёт нечто среднее между чихом и истерическим смешком.

– Да всё так, не парься. И пошевеливайся. Мы должны быть у Эш через двадцать минут. Всё взяла? Что-то осталось в доме? Я принесу.

Подобная беззаботность нисколько не уменьшает подозрений, но добиться от Руби вразумительного ответа мне так и не удаётся. Более того, всю дорогу до Эшли, а от неё и до прославленного золотого побережья Квинсленда, та ведёт себя излишне дёргано.

Ёрзает на месте, путает педали, когда у неё вибрирует телефон на приборной панели, и даже, кажется, грызёт ногти, чем не занималась лет с семи. Лишь когда мы подъезжаем к парковке пляжа Сёрферс Парадайз, глуша двигатель, вытаскиваем из багажника сумки и направляемся к уже переполненному местными и туристами берегу, Руби не выдерживает.

– Только не убивайте меня, ладно? Если бы я сказала раньше, вы бы не поехали.

– Неужели сейчас нас порадуют признаниями? – снисходительно выгибает бровь Эш, несущая на плече громоздкую доску Руби с небрежной лёгкостью. Сказывалась секция восточных единоборств, к которым она пристрастилась в последние годы.

Выросшая в неблагополучной многодетной семье, со старшими братьями-идиотами и пьющим отцом, ей с ранних лет пришлось учиться защищать себя и свои границы. Отсюда и феминистские замашки.

– Я случайно, честно, – Руби нервно мнёт низ полупрозрачной пляжной туники, под которой виднеется кислотно-жёлтый купальник с чёрными полосами. – Он мне вчера позвонил, твой новый адрес выведывал… И я случайно проболталась, что тебя всё равно сегодня дома не будет, потому что мы собираемся сюда.

Застываю с занесённой в воздухе ногой.

– Кто позвонил? – с плохим предчувствием переспрашиваю, стискивая зажатый подмышкой сёрфборд.

– Об этом история тактично умалчивает, – на моё плечо ложится мужская рука. – Давай помогу, чего ты тяжести-то таскаешь? – Выросший словно из ниоткуда Кайл с лёгкостью забирает у меня доску.

Я не сопротивляюсь. Лишь глупо хлопаю глазами.

– Ты меня преследуешь?

– Решил составить компанию. Раньше ты была не против.

– Ключевое слово – раньше.

– Мы вроде снова друзья, или есть какая-то проблема?

Есть. И эта проблема сейчас смотрит прямо на меня. А я не могу перестать думать о том, что на нём нет футболки.

– Нет проблемы, – из последних сил заставляю себя отвернуться, потому что уши уже начинают гореть.

Ненавижу это состояние. Но раньше хотя бы можно было без зазрения совести потрогать эти его проступающие и невероятно манящие кубики на прессе, сведя всё к шутке и взаимным подколам, теперь же…

– Вот и славно, – Холден призывно машет в сторону уходящих в ряд автомобилей, откуда почти сразу откалываются знакомые лица.

Ну, супер. Четыре парня с тремя досками, все раздетые до шорт и красующиеся подтянутыми торсами. Как на подбор. Они что, так и отбирались в группу? Как на календарь с пожарными?

– Что ж, теперь понятно, чего он так подорвался, – осуждающе качает головой Эммет, оборачиваясь к идущему рядом Тео. – А ты был в курсе, да?

– Не смотри на меня. Я такая же жертва.

– Слышьте, жертвы. Хватит нюни распускать. Погнали лучше места искать, – смеётся Кайл, собственнически закидывая на моё плечо руку и притягивая ближе за шею. Меня моментально обжигает его нагревшейся на солнце кожей и окутывает дурманящим мужским запахом. Естественным, без примесей.

Иисусе, если ты существуешь, пошли нам конец света. Сию секунду. Иначе я просто не вывезу.

– Тебе удобно? – пытаюсь высвободиться, да какой там. Я всегда побеждала его исключительно при условии, что он мне поддавался.

– Очень.

– А мне нет.

– Что не так?

– Песок в шлёпках застревает, колется.

– Сейчас исправим. Подержи, – он передает доску Руби, а я оказываюсь перекинутой через его плечо. Вишу вниз головой и болтаю ногами. – Так лучше?

Если учесть, что мне отсюда открывается обалденный вид – да.

– Вполне.

– Чудненько, – ойкаю, получая шлепок по пятой точке. – Руби, можешь возвращать доску. Парни, помогите девчатам шмотки взять.

– Без надобности, сами справимся, – не оценила галантности Эшли.

– Конечно справитесь. Но мы всё же поможем. Киса, точно всё путём?

Как заставить себя перестать пялиться на его зад? Есть годный лайфхак?

– Превосходно.

– Тогда погнали навстречу волнам.

Иисусе, я всё ещё настаиваю – сделай хоть что-нибудь! Или хотя бы просто помоги мне пережить этот день…

Глава 5

Сёрферс Парадайз

Хлоя

Беспалевно любуюсь на то, как с каждым шагом красиво напрягаются мышцы его спины, и не могу отделаться от мыслей о том, с каким бы удовольствием я впивалась в неё ногтями, если бы мы…

Бр-р! Джонсон, уйми похабные фантазии!

Когда асфальт сменяется песком, усиливается пьянящий аромат океанской свежести. Как и гул отдыхающих, смешанный с расслабляющими монотонными звуками накатывающих волн. Вот теперь вскидываю заметно отяжелевшую голову, переключаясь на родные глазу горизонты.

Справа – прекраснейшая в своём совершенстве бескрайняя полоса океана. Слева – ослепляющие отблесками солнца небоскрёбы, выстроившиеся вдоль дороги неровным гребнем. Тут же неподалеку приютились уличные кафе и бары под соломенным навесом.

Тропические леса, лазурный берег, песчаный пляж, самый большой в мире по протяжённости барьерный риф и солнце триста дней в году! Город мечты, город нового мира… Не зря Квинсленд называют штатом солнечного сияния. Обожаю.

Ой, кажется, пришли.

– Живая? – Кайл бережно ставит меня обратно на землю, поправляя мои взъерошенные волосы. Всматривается, прикладывает ладонь ко лбу. – Ты какая-то слишком красная. Солнечный удар не словила?

А-а-а! Спасите, люди добрые! Просто эта его забота…

Она сводит с ума и методично уничтожает мои последние уцелевшие нервные клетки, навевая сладостные воспоминания, в которых каждый его жест, взгляд, мимика и слово воспринимались совсем иначе. Потому что тогда ещё теплилась надежда. Хоть на что-то.

– Кайл, зачем ты здесь?

– Навёрстываю упущенное. Я уже говорил, что скучал.

Ну вот, он опять это делает. Режет без ножа.

– Скучал он! Пошли уже сёрфить, – спасаюсь бегством от гормонального бунта и, забрав у Эшли сумку, что упрямо не стала принимать помощь, лезу за лайкрой.

Другие, побросав вещи на свободном пятачке, тоже уже начинают раскладываться и переодеваться, так что следую примеру. Снимаю шорты и тонкий топ на завязках, оставаясь в раздельном купальнике. Откладываю их на расстеленный Эш плед и ловлю взгляд Кайла, который без стеснения блуждает по мне, разглядывая с ног до головы. Словно оценивая.

– Что? – стараюсь сохранять невозмутимость, вот только колени начинают предательски дрожать.

– Ты оформилась. Грудь так точно стала больше.

– Ценная информация. Держи в курсе дальше.

– Договорились.

Под тем же зрительным напором натягиваю сверху короткие шорты и кофту с длинными рукавами для терморегуляции, убираю волосы в высокий хвост и, обняв доску, дожидаюсь Руби.

Та невыносимо долго воюет со своим бикини, завязки которого якобы очень некстати развязались, вот только Тео, что как раз удобно разваливается на втором пледе и достаёт книгу, этого не оценил. И помощи не предложил. Увы, снова все старания мимо.

Расстроившись, Руби больше не ломает комедию и, тоже облачившись в гидрокостюм, первой уходит к воде. Следую за ней. Кайл с Ленсом и Эмметом не отстают, а вот Тео и Эшли остаются на берегу. Первый не умеет сёрфить, а вторая это занятие тупо не любит.

Чудная! Как такое можно не любить?

Высокие упругие пенные волны, которые ты, подобно наезднице родео, стремишься оседлать, бьющий по щекам ветер, освежающие брызги, свобода и чувство невесомости – разве существует лучший способ очистить голову от лишнего?

Правда, для того, чтобы насладиться океаном сполна, необходима практика. С которой у меня последние годы была большая просадка.

–Джонсон,– кричит Холден, когда я в очередной раз теряю равновесие и оказываюсь сбитой с ног.– Ты позоришь мою гордость! Разве я этому учил тебя?

Да, забыла сказать – вполне вероятно, я обожаю сёрфинг именно за то, что Кайл был моим личным «тренером», и мы сутками напролёт зависали в океане. Часто вдвоём. Лучшее время.

– Иди к чёрту! – бурчу я, забираясь обратно на доску и отряхиваясь подобно мокрому псу.

– Тебе срочно нужны дополнительные занятия.

– А у тебя найдётся на это время среди твоего плотного графика?

– На тебя у меня всегда найдётся время, Киса.

Сердце сжимает болезненный спазм.

Врёшь, Холден. Когда ты был мне действительно нужен, то оказался слишком занят.

Больше ничего не отвечаю, сосредоточившись на том, чтобы поймать, наконец, баланс и почувствовать волну. Это как езда на велосипеде, так что пусть не сразу, но опыт берёт своё. Тело ведь всё помнит.

А вот Руби, как бы она ни кичилась, точно не помешают частные уроки. Потому что у неё получается… плохо. Очень-очень плохо. Благо, подругу это не волнует: каждое падение сопровождается звонким хохотом с глотанием солёной воды.

Парням быстро надоедает соревноваться между собой в крутости, и они теряются из виду, возвращаясь на людный берег, а мы всё развлекаемся. То просто валяемся на спине на досках, позволяя стихии играть нами, то устраиваем что-то вроде дружеского соревнования на скорость, то просто дурачимся.

Наконец, и мы решаем передохнуть, тем более что я уже чувствую, как открытые участки тела опасно пощипывает. Не хватало только обгореть до состояния варёного рака. Мне вполне достаточно веснушек по всему телу.

Даю знак подруге, и мы гребём на сушу, а оттуда, утопая во влажном песке, идём к нашему импровизированному лагерю. Эшли, в шортах ниже колен и свободной рубашке, блаженно валяется под раскладным зонтиком: то ли дремлет, то ли просто лежит с закрытыми глазами. Тео будто вовсе не менял позы, всё так же сидит и читает.

И всё. Больше никого.

– Где остальные? – интересуюсь, стягивая гидрозащиту и снова оставаясь в одном купальнике. Максимально невинном, в отличие от откровенного Руби.

Ещё и эта её татуировка, сделанная наперекор консервативным родителям – геометрический лотос с узорами от шеи и до лопаток. Зелёные волосы, пирсинг, по пять серёжек в ушах и тату – подружка самоутверждалась как могла. Что, не стану отрицать – ей, несомненно, шло.

– Эммет с Ленсом ушли подальше, чтобы спокойно поплавать, – не открывая глаз, отвечает Эшли, тыкая пальцем куда-то в сторону. Ага, не спит. – А Кайл заигрывает с девицами у бара. Тео тоже пытался, но на него не обращали внимания.

Скиллер оторвался от книги, сердито нахмурив густые брови.

– Хорошего ты о нас мнения, Эванс.

– То есть твой друг не флиртовал с той куклой, что крутилась тут последние четверть часа? – каверзно уточняет та.

– Не путай флирт с обычной вежливостью.

– А, так он из вежливости потащился за ней? Каков джентльмен.

Руби замечает мою реакцию и поспешно меняет тему.

– Тео, ты бы сходил, окунулся. Вода огонь!

– Не хочу.

– Лучше вот так тухнуть?

– Для меня да.

– Ты всегда такой тоскливый?

– Практически.

– М-да. Печально, – удручённо вздыхает та и тянется к зонтику, чтобы сдвинуть его.

– А ну не трогать! – негодующе, но несильно пинает её в голень Эшли.

– Мне он всё солнце загораживает.

– Твоя проблема.

– Злюка!

– Про…

– А я уж думал, вы не выплывете, – перебивает всех беззаботный голос нарисовавшегося Кайла, обнимающего запотевшие бутылки с минералкой. – Девчата, разбираем. Взял на всех.

Мрачно смотрю на протянутую мне бутылку, но не принимаю.

– Пойду возьму себе мороженого, – вместо этого выпаливаю.

– Давай с тобой схожу, – предлагает Холден.

– Сама справлюсь, – с досадой отрезаю, злая непонятно на что и на кого. В первую очередь, наверное, на саму себя. – Эш, тебе взять что-нибудь?

– Ментального спокойствия, – томно откликается та, прикрываясь рукой

– Я спрошу на кассе.

– Киса, подожди! – Руби тоже подрывается, догоняя меня на полпути. – Ты как?

– Нормально.

– Оно и заметно. Видела бы себя со стороны.

Прекрасно представляю.

– Я не могу это контролировать.

– Что именно? Ревность?

– Ревность, обиду, разочарование… Слишком много чего.

– Хочешь, я отделаюсь от парней? – предлагает Руби, находя мою руку и ободряюще сжимая. – Ты только скажи.

А толку? Всё равно не поможет.

– Не надо.

– Прости, что я его притащила сюда.

– Забей, – отмахиваюсь, агрессивнее обычного пробиваясь через толпу к прилавку. Где у них тут это чёртово мороженое?!

Глава 6

Небольшое представление

Кайл

Скидываю всё, что притащил, на плед рядом с Тео.

– Почему меня не покидает ощущение, что происходит какой-то лютый бред?

– Поздравляю, соображалка работает, – хмыкает Эшли.

– Ты знаешь, да?

– Ага.

– Но не скажешь.

Не вопрос. Утверждение.

– Не-а.

Естественно. Что-что, а подруг Хлоя выбирать умеет – если уж они три года молчали как рыбы, не давая никаких пояснений, то и сейчас не станут откровенничать.

Дебилизм. Всё это. Всё, что происходит.

Грузно падаю на горячий песок, разминая перегревшуюся под солнцем шею.

– Почему девчонки такие сложные?

– Надеюсь, это риторический вопрос? – Эш, сощурив один глаз, наблюдает за мной.

– Риторический.

– Слава богу. Телефончик-то стрельнул?

– Какой телефончик?

– Не знаю. Наверное, тот, что с радостью дала бы тебе та девица, с которой ты свалил.

Поправочка: я свалил не с ней, а за водой. Нам просто было по пути.

– Ничего я не брал.

– Что так? Теряешь сноровку?

– Со сноровкой всё прекрасно, спасибо за беспокойство.

– Тогда в чём проблема?

– Нет никакой проблемы, – начинаю психовать. – Просто мне даром не сдался её номер.

Девчонка, конечно, милая, но мне сейчас не до новых знакомств. Тут сперва бы со старым другом разобраться и умом не тронуться. Другом, который, кстати, долго не возвращается.

Зато на горизонте появляются довольные, мокрые и возбуждённые Эммет с Ленсом.

– Тео, харе мозги прессовать. У тебя и так уже глаза в кучку. Иди охладись, – ударник заваливается рядом с ним, миролюбиво толкая локтем друга и закапывая страницы водой.

– У вас одна методичка на всех? – сердито стряхнув капли, огрызается тот. – Не хочу.

– Ну и зря, освежает, – Эммет падает рядом со мной, замечает воду и с довольным: «А вот это кстати!», – осушает почти пол-литра в несколько жадных глотков. – Ух, хорошо! А ты чего сидишь? – кивает он мне. – Там к нашей Кисе подкатывают. Или это ничего?

Озадаченно моргаю.

– В смысле подкатывают?

– В прямом. Их там обеих пытаются закадрить.

Подрываюсь с места, словно мне дали пинка для ускорения, и спешу туда. Девчонки, возле которых крутятся три пацана, обнаруживаются не сразу.

Хлоя стоит, облокотившись на деревянную балку, удерживающую навес, с откровенно скучающим видом и ест мороженое. Руби проявляет в беседе больший энтузиазм, но тоже заметно, что чисто из спортивного интереса. Проверить на работоспособность женское очарование, что раз за разом сбоит рядом с чёрствым Тео, но не более.

Только вот парни, судя по всему, не замечают очевидного безразличия, активно уговаривая девчат присоединиться к их компании. Или же тоже уже банально пошли на принцип, оскорблённые равнодушием.

Собираюсь было последовать давно заключённой между нами договорённости, по которой помогаю Джонсон отгонять всех ухажёров, что не пришлись ей по вкусу, но меня тормозит выросшая рядом Эшли.

– Что, как оно? – хитро осклабилась та.

– В смысле?

– Говорю, свободен. Это уже давно не твоя забота.

– А чья? Твоя?

– Именно. Смотри и учись.

Расхлябанной походкой бывалого парня, с убранными в карманы шорт руками, она выдвигается к бару. Отвечаю, незнающий человек сроду не поймёт, что перед ним девушка. Тут одно из двух: либо невероятный актёрский талант, либо врождённый повышенный тестостероновый фон.

Хлоя первой замечает подругу.

– Киса, проблемы? – даже тембр Эш из-за нарочно добавленной хрипотцы походит на мужской, не говоря уж об острых чертах, стрижке и росте выше положенного.

– Да вот… мороженое закончилось, – жалуется та, показывая ей почти опустевший стаканчик.

– Это действительно проблема.

Руби тоже переключается на подружку.

– Ты вовремя.

– А то, – Эшли строго зыркает на скучковавшихся парней. – Чего стоим, ребята? Вы свободны.

У бедняг и мысли не возникло, что их водят за нос. Настолько реалистично давалась Эсмет роль. Хоть прям завтра записывайся в театральный кружок.

– А ты… – растерялись несостоявшиеся «ухажёры».

– Я с ними, разве не очевидно?

– Именно! – Хлоя поспешно подхватывает подругу под протянутый ей сгиб локтя с одной стороны, Руби зеркально отражает её с другой. – Сказано же: нас ждут! А вы не слушаете, и всё тут!

Так же дружненько они и удаляются, зарабатывая вслед сконфуженные переглядки. Представление на десять баллов из десяти. Аплодисменты, овации и просьба выйти на бис.

Стою и изо всех сил стараюсь не заржать в голос.

– Ты вовремя, эти зануды успели меня достать, – жалуется Руби, когда они равняются со мной.

– Так чего ж с ними вообще заговорила? Ещё и флиртовала, – хмыкает Хлоя.

– За двоих отдувалась. Ты-то молчала.

– Феерично, – отвешиваю низкий поклон Эшли. – Моё почтение мастеру.

– Ерунда, – благосклонно отмахивается та, наконец, выпуская подруг на свободу. – Мы с Руби уже неоднократно проделывали этот трюк. На тебя-то рассчитывать больше не приходится.

Ауч. Упрёк, так, на минуточку, задевает.

– Напомню, вы сами вырезали меня из своего окружения. Все втроём.

Что сильно ударило по самооценке в своё время. Столько лет дружить, тусить вместе, а потом бах – и словно чужие люди. Буквально одним днём. С отъездом Джонсон разрушилась вся наша компания, а я резко стал для девчонок прокажённым.

– Значит, есть за что, – резонно замечает Эш. – Логично?

Да чёрта с два логично, когда не знаешь причин!

Больше этого меня беспокоит разве что моя собственная растерянность, потому что, клянусь, при виде левых парней рядом с Хлоей, внутри словно что-то щелкнуло, накручивая не пойми откуда взявшуюся агрессию.

А этот её купальник?! С каких пор я не могу отвести взгляда от её точёной фигурки и думаю совсем не о том, о чём положено?!

Глава 7

Ви

Хлоя

– Может, вселенная даёт знак? Типа, сидите дома? – спрашивает Эшли, развалившись на заднем сиденье заглохшего посреди пустынной трассы «Пежо».

Фактически джунгли вокруг, бетонный забор и сгустившиеся сумерки. Идеальный фон для триллера.

– Ерунда. Сейчас заведётся, – отмахивается Руби, последние четверть часа копающаяся либо в капоте, либо под рулём. Машина чихает, брыкается, злится и кряхтит, но заводиться отказывается. – Ну давай же, крошка. Обещаю, впредь я буду с тобой гораздо-гораздо нежнее! – умоляет она её.

Скрестив на груди руки, бездумно брожу вдоль двойной сплошной, разглядывая оранжевый дорожный знак с кенгуру. А ведь я хотела отмазаться от поездки, даже попыталась подбить отца включить родительский контроль и никуда не отпускать любимую дочь, но разве упрямая Руби станет слушать?! Даже папе пришлось сдаться под её натиском. И вот теперь мы застряли посреди дороги неизвестно насколько. Прекрасно. Просто прекрасно.

В кармане подруги в какой-то момент начинает звонить телефон.

– Да? – сбивчиво забормотала та, принимая вызов. – Ага. Сейчас, – она протягивает аппарат мне. – Это тебя.

Меня? Окей…

– Слушаю.

– Джонсон, – рявкает на том конце Кайл. – Либо разблокируй меня везде, либо дай свой новый номер. Как до тебя дозвониться в случае необходимости? Где ты?

– Э-э… Стою.

– Где стоишь?

– На асфальте.

– Хлоя, можно конкретнее?

– Конкретнее: все уже везде успели. У нас машина сломалась, так что извиняйте.

Секундная заминка.

– Где стоите?

– На трассе М3, недалеко от съезда.

– Ждите, сейчас приеду.

Э-э… Бросаю быстрый взгляд на горящий экран.

– У тебя начало меньше чем через полчаса. Не успеешь.

– Оставайтесь там и ждите.

Сжалившись, «Пежо» сварливо тарахтит и, наконец, заводится. Руби радостно взвизгивает и кидается расцеловывать руль.

– Отбой, – поспешно говорю в трубку. – Продолжай пудрить носик. Вроде завелась. Скоро приедем.

– Хорошо. Набери, как будете на месте. Встречу на входе, – коротко сообщает Холден и отключается.

М-м… Ну, ладно.

– Киса, садись! – торопит меня Руби. Эшли грустно затаскивает перевешенные наружу ноги обратно в салон и закрывает дверцу. Её воля, она бы вообще никуда не поехала, но надо же присмотреть за непутёвыми влюблёнными подругами. – Кстати, а нас пропустят? Мы-то проскочим, а ты ещё малышка.

– Эй, – обиженно дую губы, загружаясь на переднее пассажирское. Одна старше меня на два месяца, другая на полтора, а сколько гонора! – Мне исполнится восемнадцать через две недели.