скачать книгу бесплатно
Связываюсь с охраной. Нужно усилить защиту и пропускной режим в компании.
Пока утрясаю все вопросы, наступает вечер. На небе собираются мрачные тучи – предвестники дождя. Накатывает усталость. Растираю лицо ладонями, чтобы взбодриться. Да, что-то близко к сердцу начинаю всё принимать. Старею, что ли, хотя тридцать шесть лет – самый рассвет.
Подъезжаем к дому. Сейчас смотрю на него другими глазами. Вроде всё, как обычно, но тревога не покидает меня. Не могу объяснить. То ли интуиция шалит, то ли совсем устал. В доме тихо, всё как я люблю. Принимаю душ, затем спускаюсь на кухню.
Холодильник забит продуктами, но готовой еды нет. Мне советовали нанять обслуживающий персонал на постоянной основе, но я не люблю лишних людей в доме. Даже у охраны отдельный домик. Раз в неделю приезжают люди из клининговой компании, еду заказываю, но чаще прибегаю к услугам общепита. Всё равно дома почти не бываю, только вечерами и по выходным. А вместо завтрака спасает кофе. Да и сам неплохо готовлю, но часто на это нет времени или сил.
Сегодня из-за большого объёма работы не было времени на обед, поэтому желудок напоминает о себе голодом. Решаю приготовить картошку с мясом. Пока готовлю, параллельно слушаю новости. Там уже свежий репортаж о взрыве на стоянке. Да, быстро информация распространяется. Выключаю телевизор, который опять забивает голову мыслями о работе. Всё-таки дома нужно отдыхать, иначе недолго свихнуться. А Сафронов своё ещё получит, уж я постараюсь. Правда, для мести я выберу более демократичные методы.
Глава 4. Ворон
Следующую неделю езжу по объектам с проверкой. Сегодня объект на окраине города. Строят банный комплекс. Дорога занимает двадцать минут. На объекте задействовано мало людей, поэтому работа идёт медленно. Общаюсь с прорабом. Жалуется, что они не укладываются в сроки. Я начинаю злиться, потому что мне докладывали другую информацию: якобы здание стоит, нуждается во внутренней отделке, а на деле, они ещё короб не собрали. Черти.
Рабочие носят стройматериалы. Все в мыле. Условия труда на стройке сложные, поэтому неудивительно, что все сроки горят, тем более с такими хилыми работниками.
Сверяю смету, чувствую на себе взгляд. Вскидываю голову, взгляд одного из рабочих устремлён на меня. Я не застенчивая барышня, ответным взглядом сверлю его. Он отмирает, а через несколько секунд раздаётся шлепок. Оборачиваюсь. Рабочий лежит на лестнице, а рядом с ним ведро. Я, конечно, подозревал, что у меня убийственный взгляд, но никогда не думал, что настолько.
Все начинают собираться вокруг бедолаги. Слышу комментарий рабочего, по поводу переработок и отсутствие отдыха. Василий Степанович хватается за голову, подбегает к пареньку. Вид у Степаныча перепуганный.
– У вас есть нашатырь? – спрашиваю я.
– Нет, откуда?
– Ну хотя бы воду принесите, сейчас реабилитируем паренька.
Степаныч бледнеет после моих слов. Никогда человека без сознания не видел что ли?
– Да не переживай ты так, – успокаиваю Степаныча.
Один из рабочих приносит бутылку воды.
– Нужно только каску снять. Лишнее давление ни к чему, – комментирую.
Но Степаныч не спешит снимать. Неужели правда испугался так?
– Бл.., отойдите, – цежу я, раздражаясь от бездействия.
Каска легко поддаётся, если бы не фиксатор снизу, то спала бы при падении. Из-под каски выпадают длинные волосы. О, да наш парень рокер. Но когда я полностью освобождаю голову из плена, то застываю в недоумении.
Передо мной лежит девушка. Молодая девушка. Девушка? Мой взгляд прыгает от девушки к Степанычу и обратно. Степаныч отводит взгляд, на меня не смотрит.
Беру бутылку, выливаю воду в ладонь и провожу ею по лицу девушки. Изначально был порыв просто с бутылки полить, но принадлежность бедолаги к женскому полу, не даёт мне это сделать. Протираю лицо, слегка похлопываю по щекам. В себя не приходит.
Зову Саву, требую, чтобы вызвал скорую. Девушка всё так же без движения, лицо бледное, худое, губы плотно сомкнуты. Черты лица тонкие, как мог спутать с мужиком, непонятно. Хотя, худощавая фигура могла сойти за мужскую, нет, за фигуру молодого юноши. Так, нужно что-то делать. Скоро приедет помощь, нужно спустить её вниз, чтобы не терять время.
Спрашиваю Савелия, когда прибудут врачи. В это время спящая красавица приходит в себя.
Глаза широко распахнуты, растирает их руками и стонет. Спрашиваю, как себя чувствует. Параллельно сержусь на Степаныча. И тут девушка подаёт голос:
– Василий Степанович не виноват. Это я виновата, сама напросилась.
Слышу сирену подъезжающей скорой. Врач уводит девушку в машину. Кивком головы приказываю Савелию проводить. Он берёт под руку потерпевшую и следует за врачом.
Перевожу своё внимание на Василия Степановича.
– Сергей Владимирович, дорогой, девчонка сама пришла, умоляла взять на любую работу. Она только после колонии, жить негде, работы нет. Девочка из детдома, ей некуда идти. Я и не смог отказать, хоть и знаю, что не для баб работа. Я виноват, не оправдываю себя, но поступить по-другому не мог. Даже зная, что меня уволят, всё равно бы точно так же поступил. У меня дочь есть, я как представил её, так и обмер. Всё тут. Я её предупреждал, что тяжело, но она так решительно была настроена.
– Ясно.
– Так что вы Александру не ругайте, девчонка не причём.
– Александра значит… Ты мне лучше ответь, Степаныч, почему она в обморок свалилась, и о каких переработках говорили рабочие?
– Так это, сроки ж, Сергей Владимирович, вот и приходится подгонять. А Саша переутомилась небось.
– Небось…
Около скорой замечаю движения. Девчонка, Александра, поправляю себя мысленно, вышла из машины. Подзываю их к себе. Савелий идёт рядом с девочкой, поддерживая под руку.
– Как дела? – интересуюсь я.
– Сергей Владимирович, всё нормально, приказали напоить сладким чаем, – отчитывается Сава.
– И чего ты ждёшь?
– Понял. Пойдёмте за мной, – говорит Сава Александре.
– С этой минуты она не работает на стройке. Хватит. Ещё трупов мне не хватало, – обращаюсь к изрядно замученному Степанычу.
– Так, а куда ей теперь? Совсем одна.
– Уборщицей в офис мой пойдёт, – говорю, прежде чем подумать.
– Ну и хорошо, пусть так, всё ж лучше, чем на улице.
Связываюсь с секретарём, чтобы в отдел кадров доложила о новом сотруднике, и всё оформили без лишних вопросов под мою ответственность. Нужно теперь с девчонкой лично переговорить.
Иду к заправке. Они с Савой сидят, чай пьют. Говорю Савелию, чтоб машину подогнал, а сам к Александре подсаживаюсь. Девчонка таращит на меня глазёнки, как будто демона увидела. Хотя, почему как будто. Иногда я так и выгляжу, когда зол.
– Александра, Василий Степанович объяснил мне вашу ситуацию. Я, конечно, не считаю это уважительной причиной, поэтому мы вынуждены отказаться от вашей помощи.
Девчонка напрягается, крылья носа раздуваются, заставляя чаще впускать воздух в лёгкие. Всё её тело выдаёт напряжение.
Дабы успокоить собеседницу, озвучиваю вариант, который могу предложить в замен работы, от которой я отстранил её. Слышу утвердительный ответ. Другого я и не ожидал.
Глава 5. Александра
Ещё вчера я не могла и подумать, что мне так повезёт и я буду работать в тёплом помещении. Офис, в котором находится строительная компания Воронова Сергея Владимировича, огромный. Меня поставили убирать лестничные проёмы. Здесь практически никто не ходит, в этом нет необходимости, все пользуется лифтом. Лестница предназначена для аварийных ситуаций, при пожаре, например, или при неисправности лифта.
Моё рабочее время приходится на вечер. Сейчас около семи часов. В шесть у сотрудников заканчивается рабочий день, а мой только начинается. Вчера меня официально устроили, теперь у меня будет и больничный, в случае болезни, и зарплата, вполне достойна для уборщицы. Правда, проблему с жильем я так и не решила. Аванс будет только в середине месяца.
Когда меня только выпустили из детдома, жить было негде, поэтому спала я на работе. Ну как на работе, в подвале, в котором хранились инструменты дворника. Летом мне восемнадцать стукнуло, меня взяли дворником, а в декабре посадили за убийство, к которому я не имею никакого отношения. Точнее имею, но косвенное. На месте преступления была найдена лопата, которой я убирала снег во дворах. На ней мои отпечатки. А также камера наблюдения в доме зафиксировала небольшой промежуток времени от убийства и моего возвращения в подвал.
И если бы я не была причастна к убийству мужчины, то должна была видеть, кто это сделал и что вообще произошло. По крайней мере, так в суде заявил прокурор. Адвокат, которого мне предоставило государство, особо и не пытался меня защитить. Он и сам не смог придумать объяснения.
И вот сейчас история повторяется. Только теперь я не могу ночевать на работе, потому что здесь охрана на каждом углу, да и нет тихого уголка, куда можно было бы забиться.
Сегодня днём я искала комнату, чтобы не сильно далеко от офиса находилась, но, к сожалению, так и не нашла. Сейчас я всё равно не смогла бы за неё заплатить. В отделе кадров, когда устраивалась, спрашивала, может они знают, где можно найти жилье, но они только руками развели. И вообще были потрясены, что Сергей Владимирович допустил в офис работника с уголовным прошлым, пусть даже такого незначительного.
Мда, вопрос остаётся открытым. Я решила, что если найду подходящую комнату, то попрошу аванс выплатить раньше, если такое возможно. Да и есть опять хочется. Вот без еды я точно окочурюсь.
На следующий день мне позвонила женщина, представилась специалистом по кадрам, и сообщила, что уборщица офисных кабинетов ушла на больничный. Поэтому мне нужно будет оставшуюся неделю взять дополнительную нагрузку. А я и не против, за дополнительную работу дополнительный заработок.
И вот уже второй день работаю за себя и того товарища. Работы много, начинаю с вечера, а заканчиваю под утро. Сейчас на мне практически весь главный офис компании. Звучит пафосно, но так оно и есть. И мусора достаточно много. Только из двух кабинетов выгребла большой пакет.
Под утро так устаю, что не замечаю, как проваливаюсь в сон на диванчике в приёмной. Меня кто-то трясёт за руку. Открываю глаза и сразу же подскакиваю. Сгораю от стыда. Надо мной стоит Воронов. Его суровый взгляд не сулит ничего хорошего.
– Что вы здесь делаете? Кто вас сюда пустил? – спрашивает он, давя своим взглядом.
– Яя…эм… – заикаюсь, не могу вымолвить и слова. Чёрт, соберись! – Я убиралась в кабинетах, меня попросили, потому что уборщица, которая здесь убирается, заболела, – тараторю я.
– А спать на рабочем месте тоже входит в ваши должностные обязанности?
Из-за его сурового голоса я невольно начинаю дрожать, а к горлу подкатывает ком. Всё-таки детдом конкретно наследил в моей душе, оставив эти жалкие рефлексы на громкий и суровый голос. Сглатываю, выходит громче, чем планировала.
– Я случайно, – оправдываюсь, прикусываю нижнюю губу. – И я закончила уборку, просто решила передохнуть и не заметила, как уснула. Извините, – опускаю виноватый взгляд.
Я боюсь посмотреть в глаза мужчине. Благо, он выше меня, поэтому все мои оправдания приходятся ему в грудь. Понимаю, что Воронов смотрит на меня, я это чувствую, лицо горит, но я так и не решаюсь взглянуть на него.
– Раз закончили, можете идти отдыхать.
Я не медлю, забираю перчатки, которые скинула, и ухожу. Мда, утро началось не радужно. Сергей Владимирович или Ворон, как его называют за спиной сотрудники, напугал меня не на шутку. Хотя, сама виновата, недавно работаю, а уже такое себе позволяю на рабочем месте.
Ворон, хм. В принципе его прозвище подходит ему. Такой же мрачный.
Ещё и ночной гость напугал сегодня. Когда поднялась на этаж после уборки на лестнице, столкнулась с мужчиной, который выходил из кабинета Воронова. Он показался мне знакомым. А когда вспомнила, где его видела, очень удивилась. Это тот самый мужик, которого встречал Сергей Владимирович из тюрьмы. Он, кажется, меня не узнал. Ну, и слава Богу!
Только вот мужчина был недоволен тем, что его заметили. Он подошёл, нависая надо мной:
– Так, так, ты видела меня, – произнёс он, ухмыляясь. – И это очень плохо.
– Для вас? – спрашиваю его с вызовом. Почему-то кажется, что он не сделает мне ничего плохо. В офисе повсюду камеры.
– Для тебя. Я могу создать тебе много проблем, если расскажешь кому-то о моём ночном визите. Ты меня поняла?
– Я и не собиралась, – иду на попятную. Мне вообще нет никакого дела до того, кто здесь шастает. Для этого есть охрана, и если она впустила этого человека, значит, ничего страшного случиться не может. А мне не хочется снова попасть в какую-то заварушку. Хватит! Натерпелась!
– Будь хорошей девочкой, – подмигивает мне мужчина с пошловатой улыбочкой, как и в прошлый раз у колонии. А у меня мурашки бегут по спине. Какой же противный тип!
Прокручиваю в голове события прошедшей ночи, выходя из здания. Живот начинает урчать. Нужно зайти в магазин, перекусить чего-нибудь. Покупаю булочку и кофе. Хорошо, что вчера мне всё-таки выдали аванс вперёд. Правда, для этого нужно было в банк сходить, карту завести. Но с этим проблем не возникало. Оформили достаточно быстро.
Сейчас стою на улице, в поле зрения попадает лавка, иду к ней, чтобы спокойно перекусить. Пока жую булочное изделие, смотрю на столб с объявлениями. Читаю «сдаётся комната». Подпрыгиваю, и подхожу к столбу. Сейчас доем и позвоню.
В ходе разговора узнаю, что комната сдаётся в этом районе.
Мне удалось найти комнату! Ну, это просто двойная удача: и работа и жильё. Комната в коммуналке, но зато не скучно и не дорого, что самое главное! Конечно, выглядит она бедно: дверь с облупившейся краской, в углу, около единственного окна, железная кровать, а рядом стул. Вот и всё убранство. Простора мало, комната узенькая. Хотя, мне много и не надо.
Весь оставшийся аванс уходит на комнату, которую я оплатила на месяц вперёд. Зато теперь мне есть куда вернуться после работы, есть место, где можно поспать. Но прежде, чем спать, нужно протереть пыль и проветрить.
Быстро справляюсь с уборкой, иду на кухню. Там знакомлюсь с соседями. Они все дома. Узнаю, что большинство из них не работают, а живут на пособия. Лица у них заплывшие, видимо, от частых попоек. В углу на кухне девочка сидит лет пяти. Она одета в колготки и рубашку, в руках у неё потрёпанная кукла, видавшая виды. Я прохожу к чайнику, ставлю на плиту. Завариваю чай, который одолжила у соседей, и иду к себе в комнату. Уж очень не нравится мне обстановка на кухне.
Не замечаю, как уснула. Просыпаюсь под вечер. Часы на телефоне показывают половину шестого. Нужно собираться на работу. Бегу в ванную, чтобы умыться. В коридоре натыкаюсь на поддатого мужчину. Что-то не помню я такого соседа. Он смотрит на меня и выдаёт:
– Ууу, какая цаца! И давно ты здесь проживаешь?
– Нет, только сегодня сняла комнату.
На лице представителя мужского пола появляется ехидна улыбка.
– Так, а чего ты сидишь одна в комнате, пойдём с нами, у нас весело.
– Нет, спасибо, мне на работу нужно собираться, – отвечаю я, заходя в ванную комнату.
Мужчина пытается потянуть дверь на себя, но я успеваю закрыть её на щеколду. Слышу шуршание за дверью, но через минуту всё стихает. Сердце ещё толком не отошло и тарабанит о грудную клетку. Ненавижу пьяных! Господи, ну почему я такая невезучая?! Так, ну всё, хватит причитать.
Умываюсь, после чего прокрадываюсь в свою комнату, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. На ноги натягиваю кроссовки. Сбегаю по ступеням вниз. В пятиэтажке лифта нет, его бы попросту сломали. Потому что подъезд больше напоминает фронтовую фотографию, причём после бомбёжки. Про запах вообще молчу. Быстро выбегаю из подъезда и иду на работу. Впереди ещё три дня работы, пока с больничного не выйдет сменщица.
Да, снега навалило за эту неделю прилично. Сейчас в комнате опять дубак будет. Ничего, главное, что хоть комната есть, а отогреюсь чаем. Надеюсь, что сегодня пьянки не будет, а то прошлой ночью я совсем не выспалась. Соседи до четырёх утра шумели, что глаз не сомкнуть. Да и страшно, щеколда на двери хлюпкая, вдруг кто ворвётся. Я вообще после того раза, как ко мне этот алкаш приставал, боюсь попадаться им на глаза.
Иду медленно, на улице скользко. Голова сегодня гудит целый день. Нужно будет в аптеку зайти, купить что-то от боли. Пока размышляю, в глазах начинает темнеть, ноги немеют и сознание покидает меня.
Глава 6. Ворон
– Переведи её в офис на обслуживающий персонал, – подтверждаю приказ. Да, совсем сентиментальным стал. Видимо, спусковым крючком стала информация о жизни в детдоме. Я прекрасно знаю эту жизнь, не многие становятся паиньками, выходя из стен этого учреждения. И заканчивают как раз в тюрьме или на кладбище. Поэтому не успеваю даже толком обдумать всё, когда приказ срывается с губ и я добровольно, нет, сам лично впускаю в стены своей компании уголовника. Что ж, приказ отдан и не в моих правилах сдавать назад. В конце концов, она будет просто убирать этажи. А если не справится со своей работой, то вылетит отсюда. У меня с подчинёнными разговор короткий, если они косячат, значит им не по зубам эта должность или они просто ленивы, и не приложили достаточно усилий, следовательно, не хотят работать в моей компании.
Рабочий день начинается раньше, чем обычно. Сегодня прилетают заказчики. Решили расширить свою сеть магазинов, так сказать, закинуть удочку в соседних городах.
По дороге в кабинет мой взгляд цепляется за фигуру на диване приёмной. Что за? Подхожу ближе. О, так это Александра. Но какого чёрта она здесь делает? Были чёткие указания не пускать её в кабинеты. Тормошу девушку за руку. Она открывает глаза и подскакивает, как ошпаренная. Видно, что устала, и ей не до допросов сейчас, но я должен выяснить, как она здесь оказалась. После сбивчивого объяснения, я отпускаю её. Да, что-то слишком я подозрительный стал. И девчонку вон как перепугал.
Уже вечер, контракт на строительство нового супермаркета подписан, всё оговорено, можно немного расслабиться. Завтра суббота, запланирована поездка на базу. Там Лёха уже готовиться во всю: охота, банька и, как Лёха любит говорить, «чувихи» тоже будут. Я люблю проводить время за охотой, помогает уйти от суеты. Ещё когда в армии служил, очень нравилась стрельба. У меня хорошо получалось, глаз алмаз, как говорил наш старшина. Мы с Савой были лучшими стрелками. Нас в Чечню даже отправляли, по горам лазили, отстреливали группировки противников. Всё это уже в прошлом, но забыть не могу. И вот сейчас, когда держу ствол в руках, сразу азарт растёт, адреналин впрыскивает в кровь.
Суббота удалась на славу. Из добычи кабан здоровый. Савелий постарался: первый его выстрел был, а я добил. Мужикам на раздел отдали, чтоб шашлык пожарить. А сами в баню идём, там уже и девочки во всю хихикают. Молодые, размалеванные. У некоторых уже тушь течет по лицу. Мда, чувихи не то слово. Лёха, видимо, под себя подгонял барышень. Что ж. Не люблю я женщин по вызову, призираю, что ли. Али заразу подцепить боюсь. Нет, Лёха не допустит без справок, но, почему-то кажется, что в наше время всё можно купить, не то что справки липовые.
Девок приходится чуть ли не добывать, потому что требования мои завышены. Люблю мягких, не потрепанных сук, а чтоб нежная была. Ласки мне не хватает. А ещё с мозгами люблю, чтоб разговор могла поддержать. Думал даже в отношения вступить, но быстро переобулся. У Саныча, партнёра по бизнесу, развод недавно был, так его ненаглядная наняла крутого адвоката, отсудила половину бизнеса, поделила имущество и детей забрала. Вот это баба-огонь. Жалко, конечно, мужика, но он сам виноват, нечего было на стороне гулять, ну или хотя бы лучше шифровался.
А ладно, что-то понесло меня, видимо алкоголь в голову ударил. Разучился пить, точнее, так и не научился. Не люблю пьяных, и сам всегда считаю, что голова должна быть трезвой. Позволяю себе выпить немного только вот на таких посиделках и то не часто, потому что случаются они крайне редко: раз или два в год.
Работа отнимает большую часть времени и сил. И в тоже время, это как мельница, начал и уже не можешь остановиться. Она помогает от мыслей дурных и от тоски смертной спасает. Я даже выходные не так люблю, как будни. Благо, есть чудо средство – спорт. Он занимает мои выходные уже лет пять точно. Бег, силовые упражнения и бокс. Вот где я отрываюсь по полной. Получаю разрядку. Кстати, очень помогает, когда накатывает сексуальное напряжение. Но чувствую, что завтра не получится с тренировкой, голова утром будет болеть, потому что не мог не выпить за освобождение друга. Уж он точно бы не понял меня.