Край Галактики. Аварийный Губернатор III

Офицер оказался достаточно опытным, чтобы не продолжать спор самостоятельно. Он связался с кем-то внутри здания, несколько минут слушал ответ, потом попросил нас подождать. Я согласился.

Мимо проходили служащие, из бокового коридора пару раз выглядывали любопытные. Ждать пришлось довольно долго, но нам это было даже на руку — сцену, как городская охрана не смогла в лёгкую заставить пусть временного, но имперского губернатора подчиниться местным правилам, видело всё больше и больше служащих.

Майр всё это время находился рядом. Пару раз он набирал воздух, словно собирался вмешаться, но каждый раз передумывал и в итоге решил ждать вместе с нами.

Наконец, офицер получил ответ.

— Совет готов принять губернатора с вооружённым сопровождением, — сообщил он нам. — Охрана должна остаться у входа в зал, перемещение по нему во время заседания запрещено без распоряжения председательствующего либо лейтенанта Бакто при непосредственной угрозе губернатору.

Этони коротко уточнил расположение двери относительно конфигурации самого зала и только после этого кивнул.

— Устраивает, — согласился он.

Майр посмотрел на меня с некоторым облегчением во взгляде.

— В таком случае прошу за мной, — позвал он. — Заседание уже задерживается из-за нашего спора.

— Значит, сегодня Совет хотя бы раз подождал губернатора, а не наоборот, — без зазрения совести заявил я и пошёл следом.

Зал заседаний оказался меньше, чем я ожидал от места, где принимались решения, влияющие на всю планету. Высокий потолок и тяжёлая отделка придавали помещению торжественный вид, но сама рабочая часть была устроена просто. Широкий стол занимал середину, вокруг него сидели члены Совета, а за их спинами оставалось место для помощников и приглашённых. В дальней части висел большой экран для документов и схем. Свет падал сверху ровно на стол, а шум города не проникал сквозь толстые стены.

При нашем появлении разговоры за столом прекратились. Сначала члены Совета смотрели на меня, потом один за другим начали переводить взгляд на Этони и входящих следом гвардейцев. Те, как им и было сказано, заняли места вдоль стен у входной двери. Причём сделали это с видом, будто ходят на Совет практически каждый день.

Майр прошёл к месту помощников со стороны Совета. Я занял предназначенное губернатору место. Нира осталась рядом со мной, Этони сел чуть позади и справа, так, чтобы иметь обзор входа и большей части зала. Председательствующий — пожилой лубасири с аккуратно подстриженными седыми волосами, — положил обе ладони на стол и дождался, пока последний гвардеец остановится у двери.

— Совет Гармонии приветствует губернатора Пачук-9, — начал он, и его голос прозвучал спокойно, без враждебности. — До перехода к повестке я обязан зафиксировать возражение Совета против присутствия вооружённого подразделения в зале заседаний. Вооружённое подразделение противоречит протоколам безопасности Совета.

— Возражение можете внести в протокол заседания, — ответил я. — А заодно добавьте туда, что ваш протокол безопасности противоречит обеспечению моей безопасности, что автоматически даёт право лейтенанту Бакто, как ответственному лицу, принимать решения о присутствии охраны губернатора в любых местах, где он считает это необходимым.

Нира посмотрела на меня с заметным уважением.

— А я лично полностью доверяю лейтенанту Бакто в вопросах моей безопасности и спорить с ним не намерен, — эффектно закончил я уже более просто фразой.

Председательствующий смерил меня взглядом.

— Возражение будет внесено дословно, — произнёс он после небольшой паузы. — Перейдём к первой части заседания. Инспектор Вейл просила предоставить ей слово до обсуждения спорных распоряжений губернатора. Инспектор?

Нира поднялась со своего места, но выходить в центр и превращать доклад в выступление перед публикой не стала. Она подключила планшет к общему экрану и дождалась, когда на нём появилась первая страница отчёта.

— Вчера грузовой вокзал Гармонии принял первый состав с рудой, произведённой в шахтах Южного Отвала, Сухого Карьера и Пятой Шахты. Предыдущий состав, по утверждению мастера Хасса Тарва, был здесь более шестисот лет назад. Между этими двумя событиями руда, необходимая Империи Лубасири, из шахт не поступала. Приёмка груза, доставленного усилиями аварийного губернатора Рэна Лисова, завершена городской стороной, документы находятся у Совета. Первая партия, предназначенная для имперских поставок, принята и поставлена на учёт.

На экране появились копии приёмочных отметок. Я успел увидеть подпись Хасса Тарва, несколько служебных номеров и отметку самого Майра, который вчера оставался на вокзале до конца приёмки.

Нира дала членам Совета время внимательно изучить документ и продолжила:

— Таким образом, вчера губернато доказал своё полное соответствие должности с точки зрения ИКА. Однако, если у Совета есть возражения о том, вправе ли аварийный губернатор восстанавливать инфраструктуру, необходимую для исполнения имперского задания, Совет может высказать их в установленном порядке. Я внесу их в свой отчёт ИКА дословно вместе с указанием имени и должности.

Несколько секунд в зале царила тишина. Уж не знаю, что они тут собирались обсуждать и зачем позвали меня, но Нира явно успела что-то выяснить и подготовиться.

Пока большинство членов Совета продолжало просматривать документы, пожилой лубасири у дальнего края стола что-то тихо сказал помощнику и получил от него другой планшет. Председательствующий, заметив это, поднялся.

— Совет не оспаривает необходимость восстановления хозяйственных связей Пачук-9 и исполнения обязательств перед Империей. Предмет разногласий касается порядка, в котором временная администрация распоряжается инфраструктурой и ресурсами Гармонии. И я заранее хочу снять ещё один вопрос. Совет не считает допустимым превращать спор о городском снабжении в предмет флотского давления. Коммодор Сет вправе реагировать на подтверждённое вооружённое нападение на зарегистрированную перевозку, но орбитальное соединение не должно использоваться для разрешения хозяйственного спора.

Лицо Ниры застыло — верный признак того, что она удивлена, но не показывает этого. А я едва сдержался, чтоб не усмехнуться торжествующе. Всё-таки не зря я пообщался с Иарой, ой как не зря! И если уж даже Нира не предположила такой ход, то…

Ответ у меня уже был готов.

Глава 6. Споры, наглость и керамобетонные аргументы

— Раз уж Совет так хорошо осведомлён о моих личных разговорах с коммодором, — язвительно произнёс я. — То данный вопрос можно считать разъяснённым ещё до его возникновения. Коммодор Иара Сет сама недвусмысленно озвучила, что флот не будет участвовать в споре о городских складах. Кроме того, Совету, так хорошо осведомлённому о моих личных разговорах с коммодором, известно, что и я также не требовал от неё подобного участия. Выдача груза находится исключительно в ведении Совета. Но после законной его передачи губернаторской администрации защита груза никак не может являться спором с Советом. Смешивать эти две стадии в одну не следует, поскольку ответственность за сохранность груза, предназначенного для обеспечения жизнедеятельности промышленности в Пустошах, на каждой из них находится в ведении либо Совета, либо губернатора.

Председательствующий выдержал мой взгляд, не изменившись в лице, хотя и без этого было понятно, что их попытка обернуть мой разговор с Иарой против меня же провалилась, а они совершенно бездарно выдали, что прослушивали мой кабинет в резиденции. Честно сказать, я ожидал, что Совет окажется хотя бы хитрее. Но, видимо, они так долго варились в своём котле без достойного сопротивления, что просто разучились правильно играть словами и фактами.

— В таком случае позиции сторон по флоту можно считать понятными. Инспектор Вейл, продолжайте ваш доклад.

На экране появилась следующая ведомость, которую я уже видел вчера вечером. В одной колонке стояла расчётная потребность губернаторской администрации до контрольной даты моего мандата. Рядом находились данные по воде, продовольствию, действующим объектам и числу зарегистрированных получателей. В третьей колонке был объём, который мы собирались потребовать у Гармонии.

В требовании стоял объём ровно вдвое больше расчётной потребности.

— Перед визитом представителя Совета временная администрация запросила документы, регулирующие выдачу воды и продовольствия за пределы Гармонии, — произнесла Нира. — Полученные материалы мы изучили. В них отсутствует норма, позволяющая сокращать уже действующее снабжение из-за политического разногласия с губернатором. В них также отсутствует положение, согласно которому ограниченный гражданский статус губернатора меняет объём его служебного мандата. На этом основании губернаторская администрация требует сформировать запас воды и продовольствия по представленной ведомости и начать выдачу первой партии сегодня же.

В разговор впервые вмешалась сидевшая слева от председательствующего женщина средних лет. Её тёмная одежда была заметно дороже скромного костюма Майра, а речь оказалась быстрой и сухой.

— Инспектор Вейл, Совет передал вам правила передачи городских ресурсов, а не обязательство отдать временной администрации значительную часть неприкосновенного городского резерва. Ваша собственная ведомость показывает, что запрошенный объём вдвое превышает рассчитанную потребность. Каким правовым основанием объясняется вторая половина?

Нира не стала отвечать за меня и повернула голову в мою сторону. Юридическую часть она уже изложила, теперь советница хотела услышать, зачем губернатор сознательно запросил избыточный запас.

— Причину объясню я, — произнёс я за мгновение до Ниры. — Несколько недель назад ваш представитель сообщил мне, что в случае серьёзного политического конфликта Совет может изменить объём снабжения моих лагерей и поселений, поставив Гармонию в абсолютный приоритет. После такого предупреждения рассчитывать на прежнюю схему взаимодействия я больше не собираюсь. Один расчётный объём нужен нам для работы до контрольной даты — то есть до срока, после которого меня казнят, если я сорву план поставок. Второй нужен затем, чтобы очередное решение Совета по моим полномочиям не превращалось для шахтёров, путейцев, гвардейцев и остальных зарегистрированных получателей в инструмент давления на них.

Такая прямота удивила привыкших к обтекаемым формулировкам заседающих. Но они ещё не поняли до конца, что такое бороться за свою жизнь. А я знал это на своей собственной шкуре. И не собирался позволять каким-то синекожим стариканам-чинушам ставить мне палки в колёса.

Немного помолчав, советница нахмурилась и провела пальцем по своей копии ведомости.

— Вы называете резервом ещё один полный расчётный объём до контрольной даты мандата?

— Именно такой запас и требуется после того, как Совет заранее предупредил, что может использовать снабжение как средство давления. Выдвинув такую угрозу, вы сами объяснили мне, почему зависеть от городских складов опасно. Я всего лишь сделал вывод, что распоряжения Совета могут пойти вразрез с требованиями ИКА к выполнению моих служебных обязанностей. А поскольку я крайне заинтересован в их полноценном исполнении, то мешать мне в этом я не позволю никому.

С другого конца стола заговорил крупный лубасири с тяжёлым лицом и несколькими массивными кольцами на пальцах. До этого он внимательно читал ведомость, лишь изредка поглядывая на меня.

— Ваши обязанности и их исполнение оплачивает Гармония, губернатор. Вода и продовольствие не появляются в хранилищах по вашему желанию. Их закупают у поставщиков, доставляют в город, очищают, распределяют. Вы хотите вывести из оборота запас, который столица использует для собственной устойчивости. Мне кажется, или тут ваше понимание своих служебных обязанностей расходится с обеспечением жизненно важными ресурсами столицы?

— Вам кажется, — максимально прямо и нагло придавил его голосом я. — Столица за шестьсот лет не смогла организовать восстановление промышленности или хотя бы железной дороги. А я — смог. Делаю вывод, что что моя деятельность приносит больше пользы, чем ваша. А значит, приоритетное снабжение должно быть именно у губернаторской администрации. И это снабжение представляет из себя вполне конкретные запасы еды и воды, а не обещания, которые Совет сможет легко пересмотреть в любой момент и в одностороннем порядке.

— У Гармонии тоже есть обязанности перед своими жителями, — ответил советник. — Совет не предлагает оставлять ваши поселения без воды. Речь идёт о разумном объёме и нормальной процедуре согласования.

Тут опять вступила Нира.

— Именно поэтому в ведомости отдельно указана расчётная потребность. Совет может оспаривать резерв сверх неё. Расчётную часть он не оспаривал ни в одном переданном документе. Если позиция изменилась, прошу сформулировать основание отказа сейчас — я передам эту информацию в ИКА.

Советник посмотрел на Ниру и предпочёл промолчать — какими бы внлиятельными не считали себя члены Совета, перед Имперской Колониальной Администрацией они всё-таки заметно пасовали.

Председательствующий сцепил пальцы перед собой.

— Совет готов обсуждать расчётную потребность. Но двойной объём выглядит не как снабжение, а как попытка вывести существенный ресурс из-под городского контроля.

— Именно это я и хочу сделать, — прямо заявил я. — Вы угрожали мне прекратить поставки продовольствия. Я хочу быть уверен, что ваши угрозы остались просто угрозами без возможности превратить их в жизнь.

После моих слов одновременно заговорили сразу несколько членов Совета. Они возмущённо кричали, что никто мне не угрожал, что я нарушаю работу Совета своими беспочвенными заявлениями, что они оскорблены. Председательствующему даже пришлось поднять ладонь и довольно долго ждать, пока реплики вокруг стола снова стихнут.

Майр стоял со стороны Совета и внимательно смотрел на меня. Именно ему тогда поручили донести угрозу так, чтобы она не выглядела угрозой в официальной записи. Но сегодня я назвал её тем, чем она являлась по своей сути, и, судя по напряжению Майра, ему это очень не понравилось.

Ну что ж поделать, каждый из нас однажды выбирает свою сторону. Что бы там Майр не думал, пока он с Советом — он мой враг, и жалеть или щадить его я не стану.

— Ваше превосходительство, — начал председательствующий после короткого обмена репликами с соседями, — вы намеренно превращаете хозяйственный вопрос в политический конфликт?

— Политическим его сделал Совет, когда связал воду и еду с требованием, чтобы я спрашивал вашего разрешения на выполнение своей работы, — отрезал я.

Майр слегка изменился в лице и нервно переплёл пальцы.

Советница слева от председательствующего заговорила уже медленнее:

— Предположим, Совет согласится сформировать расчётный запас. Вторая половина всё равно остаётся необоснованной. Что вы предлагаете взамен?

К этому вопросу мы с Нирой готовились ещё в лагере. Не на сегодня, а вообще. Потому что рано или поздно он бы всё равно возник.

— Взамен Совет получает регулярную железнодорожную связь, — ответил я. — Ещё днём у меня уже спрашивали, как сделать заявку на доставку груза из Гармонии. Так вот, отвечаю — заявки подаются по единому порядку, а зарегистрированный груз на моей части маршрута получает охрану по согласованным правилам. Включая охрану флота, как вы уже и сами понимаете. Совет, в свою очередь, как официальный орган, получает возможность подавать заявки в приоритетном порядке. Ну а я, как вы уже поняли, получаю запас, после которого одно решение Совета не оставит мои лагеря совсем без воды и еды.

Крупный советник с кольцами негромко усмехнулся.

— Вы предлагаете нам оплачивать ваш резерв собственными запасами за право пользоваться дорогой, которую считаете своей.

— Я предлагаю вам пользоваться дорогой, которую моя администрация восстановила, не взяв ни единого дуката у Гармонии, и охраняет, используя также исключительно свои силы и резервы. Если Совет не видит в железной дороге ценности, то, полагаю, можно не включать городские грузы в следующие рейсы — мне работы и без них уже хватает.

Нира повернулась ко мне и чуть приподняла брови — последней фразой я немного перегнул фразу.

— Следовательно, железная дорога уже становится инструментом давления с вашей стороны.

— Железная дорога уже работает как транспорт для тех, кто готов пользоваться ею по обозначенным мной правилам, — не поддался на провокацию я. — Это обычный порядок дел, а не политическое давление.

Майр впервые позволил себе вмешаться.

— Председатель, если позволите уточнить правовую часть, — Майр слегка подался вперёд, но голос оставил ровным. — В официальном отчёте губернаторской администрации о восстановлении железной дороги заранее был предусмотрен порядок заявок и приоритетов — ещё до моего визита. С тех пор никаких изменений в этот порядок не вносилось.

Несколько членов Совета одновременно посмотрели на него. Майр встретил их взгляды спокойно, хотя я заметил, как большой палец снова прошёлся по указательному.

— Благодарю, господин Дален, — сухо отозвалась советница. — Совет ознакомится с данным документом.

Защитником губернатора Майр от этой реплики не стал, хотя всем было и так понятно, на чьей стороне он сейчас выступил — подковёрные игры со своевременным упоминанием документов, своевременно же составленных так, чтоб к ним нельзя было подкопаться, не допускали среднейпозиции. Советница задержала на молодом юристе ничего хорошего не предвещающий взгляд дольше, чем требовал разговор, а ещё двое членов Совета после этого коротко переглянулись. Майр заметил реакцию.

Председательствующий постучал пальцем по краю планшета.

— Предлагаю вернуться к вопросу снабжения, — произнёс председательствующий и снова открыл ведомость. — Совет может выделить часть расчётного объёма в качестве временного резерва и продолжить текущие поставки по действующей схеме. Двойной запас в предложенном виде я не считаю приемлемым.

— Тогда у нас есть разногласие, — ответил я. — Нира фиксирует отказ в запрошенном объёме и его основание. После заседания я отправлю материалы выше по линии ИКА вместе с документом, которым Совет раньше связал снабжение с политическим согласованием моих действий. А сам начну искать воду и продовольствие в обход ваших складов настолько быстро, насколько смогу.

— Каким именно способом вы собираетесь это сделать? — спросила советница.

— Готового решения пока нет, поэтому искать будем сразу по нескольким направлениям. Подробности хозяйственных планов я сегодня обсуждать не собираюсь. После предыдущей угрозы Совета зависеть от одного городского контура снабжения я больше не намерен.

Председательствующий некоторое время смотрел на меня, затем перевёл внимание на Ниру.

— Инспектор Вейл, вы действительно считаете подобный ультиматум соответствующим интересам Империи?

Нира сидела очень прямо, обе руки лежали рядом с планшетом.

— Я считаю соответствующим интересам Империи процесс восстановление поставок с Пачук-9. Как я уже сказала в начале заседания, вчера губернаторская администрация впервые за шестьсот лет доставила груз по восстановленной железнодорожной дороге в Гармонию. И даже эфемерную возможность Совета использовать снабжение как средство политического принуждения я считаю прямым риском для исполнения губернаторского мандата.

— То есть вы, инспектор ИКА, однозначно занимаете сторону губернатора? — с прищуром уточнил крупный советник с дальнего конца стола.

Нира повернулась к нему.

— Я занимаю сторону Империи, сторону фактов и исполнения мандата, которые обязана проверять и контролировать. Если Совет покажет более надёжный способ обеспечить бесперебойную работу губернаторской администрации и одновременно сохранит за собой возможность по политической причине менять порядок выдачи, я внесу это предложение в протокол. Пока такого способа мне не представили.

Крупный советник отвернулся к председательствующему. Тот пожевал губами и попросил несколько минут закрытого обсуждения.

Выйти в вестибюль нас не попросили. Вместо этого отвели в полном составе в небольшую комнату в противоположной от выхода из зала стороне. Этони первым делом всю её осмотрел и только убедившись, что в ней безопасно, позволил войти мне и Нире. Гвардейцы заняли места у двери, ведущей обратно в зал, и ещё одной.

Нира положила планшет на стол и посмотрела на меня.

— Рэн, я понимаю, что иногда импровизация даёт очень удачные расклады в разговоре. Но всё же — постарайся в будущем предупреждать меня о ней.

Я усмехнулся.

— Но ты ведь тоже немного сымпровизировала, верно? В самом начале? Когда сразу же направила Совет в нужное нам русло.

— Я просто предположила, что, не сделай я это, и они вывернут всё иначе, заставив нас отбивать их обвинения, а не атаковать самим. Защита — всегда более слабая позиция. Я прошу прощения, что не предупредила. Просто, посчитала, что такое начало в нашем случае очевидно. Да и готовить его пришлось в спешке из-за неожиданности приглашения.

За второй дверью, разговаривая вполголоса, прошли двое служащих. Мы замолчали, пережидая. А когда голоса стихли, Нира продолжила:

— Есть один момент, — сказала Нира у меня за спиной. — В один состав такой запас не поместится.

— Главное — зарезервировать запас за нами. Дальше мы его вывезем, потому что закрыть мне доступ к тому, что уже принадлежит моей администрации, Совет законно не сможет..

— Хорошо, — кивнула Нира. — Я укажу это в наших требованиях.

Этони едва заметно переменился в лице и обернулся к двери. В следующую секунду она распахнулась, и в проёме показался Майр.

— Совет готов огласить решение, — с серьёзным до смешного лицом произнёс он. — Прошу следовать за мной, ваше превосходительство.

Он пропустил Ниру вперёд, дождался, когда я окажусь рядом, и тихо, так, чтобы услышал только я, прошептал:

— Совет готов дать вам больше, чем собирался до начала заседания. Ваше превосходительство, пожалуйста, удовлетворитесь этим и постарайтесь не превратить остаток разговора в ещё одну проверку их терпения.

Глава 7. Разговоры у камина

— А вы сейчас мне это говорите как представитель Совета? — уточнил я. — Или как сочувствующий губернатору?

Майр позволил себе короткую улыбку.

— Неожиданно, но в этот раз мои обязанности перед Советом и сочувствие друг другу не противоречат.

— Хорошо, если так.

В зале нас встретили гнетущим молчанием. Председательствующий дождался, пока мы займём места, и сразу открыл новый документ на общем экране.

— Совет готов принять временное решение по обеспечению губернаторской администрации. Запрошенный объём воды и продовольствия резервируется по представленной ведомости до контрольной даты мандата губернатора. Выдача начинается партиями с учётом физической пропускной способности железной дороги и складов. Формирование первой партии начнётся сегодня, последующие будут выданы по согласованному графику, который инспектор Вейл передаст городской службе снабжения. Решение действует как чрезвычайная мера и не означает признания за губернаторской администрацией права односторонне распоряжаться содержимым городских складов.

Нира уже читала текст на своём планшете, сравнивая его с общей версией. Через несколько секунд едва заметно кивнула — нас документ устраивал.

— В документе сохраняется весь объём из нашей ведомости? — уточнил я.

Председательствующий поджал губы, прежде чем подтвердить самое неприятное для Совета условие.

— Да, весь. Но Совет оставляет за собой право потребовать перерасчёт при существенном изменении числа получателей, восстановлении иных источников снабжения либо прекращении действия вашего мандата.

— Пойдёт. Но есть поправка — после прекращения срока действия мандата запас можно будет пересчитать при условии, что ИКА к тому моменту уже займётся моей казнью.

Несколько членов Совета отреагировали на фразу по-разному. Кто-то отвёл взгляд, кто-то нахмурился, кто-то усмехнулся. Срок моей службы здесь и его возможный конец все прекрасно знали, просто за этим столом предпочитали выражаться аккуратнее.

А я намеренно не избегал резких и точных формулировок.

— В решение требуется внести ещё одно уточнение, — вмешалась Нира и развернула планшет к председательствующему. — Зарезервированные партии не могут быть уменьшены либо перенаправлены решением хозяйственной службы без отдельного согласования с губернаторской администрацией. Иначе слово «резервируются» не имеет практического смысла.

Председательствующий обменялся несколькими тихими фразами с советницей, затем с недовольным видом внёс в текст обе поправки.

— Встречное условие, — произнёс председательствующий после короткого обсуждения. — Губернаторская администрация в течение трёх суток передаст нам правила подачи заявок на железнодорожные перевозки и порядок приоритетов.