Слесарь 3

«Понятно, он тут на задании, будет сидеть, пока не сменят урода свои же. Чертов покойник Рябой очень хорошо проследил все мои места и явки, жаль теперь, что помер так быстро», – сокрушаюсь я.

Да, очень серьезно за меня взялись, расставили наблюдателей во всех местах, где я могу появиться. Могу спуститься и сесть рядом, тогда все Рыжие вскоре у трактира соберутся, а мне такая встреча совсем ни к чему.

То обстоятельство, что я снимаю номер с видом на усадьбу, Рыжим знать до самого конца строго не требуется. А то ведь может в голову прийти нелюдям такая мысль, если хотя бы раз увидят меня, спускающимся сверху.

Впрочем, сидеть тут до ночи с пивом всяко лучше, чем торчать на улице, прячась в тенях подворотни и сжимая острые ножи в руках.

Однако возник вопрос, как выйти незаметно и для него, и для пары Рыжих, вероятно контролирующих главный вход в трактир. Я поднялся на свой чердак и дождался девку из прислуги, которую душевно попросил вывести меня через черный ход. Мужчину самой Гриты, конечно, вывели без вопросов. Девка позвала того взрослого мужика из охраны, он без вопросов открыл дверь и выпустил меня в едва освещенный двор. Выход из него на улицу находится в полной темноте, я сразу повернул в обратную от своего дома сторону и двинулся по темной улице.

Сердце колотится, в каждом темном пятне мне чудится Рыжий с топором. Понемногу я вышел к Рыбным воротам, там, уже по неплохо освещенным улицам, добрался до своего дома. Где затаился в той самой нише, нырнув в нее, как в омут, готовый бить, вообще не глядя, кинжалом. В ней никого не оказалось, как я и думал.

Ждут меня с другой стороны, как пить дать. Помня, что разглядеть в нише кого-нибудь у меня не получилось ни разу, я надеюсь, что меня сейчас тоже не видно возможным наблюдателям.

Кто знает, какие умения найдутся у Северян, напрямую общавшихся всю жизнь с могучими Магами?

Что-то есть у некоторых из них за душой магическое, наверняка, что есть.

Стоя в тени, я слушаю пространство перед воротами, но никаких сильных эмоций не могу уловить. Никто, вроде, меня не ждет, сжимая кинжал или топор в руке. Очень захотелось просто зайти в ворота, спрятаться от неумолимых и сильных врагов, усилием воли я заставил себя, тихонько крадучись, пройти в тени от ворот и двинуться дальше.

Сейчас я знаю, что меня сегодня ждут, завтра будет то же самое, но постоянный страх за свою единственную жизнь уже ослабит меня. Жить, зная, что в любой момент тебя могут убить – достаточно тяжело. И вредно для психики нормального человека, не болеющего комплексом Главного на селе Нагибатора или Великого Пластилина.

– Нужен один внезапный удар и какая-то обязательная жертва среди Рыжего племени! – решаю я окончательно.

Дойдя до следующего угла, я опять остановился и подождал, пока эмоции врагов выдадут их, я-то сейчас никуда не тороплюсь.

Опять нет никого впереди. Идем дальше. Примерно десять минут я крадусь по темным улицам и переулкам, пока не услышал шум, доносящийся от трактира. До него оставалось метров сто пройти, когда сторожок в голове выдал мне, наконец, давно требуемый результат.

В переулке, слева от улицы меня ждут. Я почувствовал недовольство, злобу и решительность закончить тоскливое ожидание хорошим ударом. По моей голове, наверняка. Рыжие даже переговариваются в темноте, уверенные в том, что их никто не слышит.

Привыкнув давно к темноте, я хорошо различаю два сливающихся пятна за углом. Рыжие чешутся, рыгают, пердят и не беспокоятся о том, что звуки разнесутся далеко, на само место засады выходит тупиковая часть дома без окон.

«Правильное место выбрали для засады, не иначе, как заранее присмотрели, уроды!» – понимаю я.

Пришлось рискнуть и подобраться поближе. Двое Северян даже начали перекусывать, хрустя луковицами и жуя хлеб. Трактир отсюда хорошо виден, крыльцо освещено двумя фонарями, они спрятались в густой тени, и со стороны их трудно заметить, чего им вообще бояться. Стоят себе и стоят, захотелось прогуляться ночью, вот и все. Нечего предъявить, даже если Стража на них случайно выйдет.

Можно, конечно, Стражу на помощь позвать, только объяснить свою уверенность в готовящемся покушении я никак не смогу. Захотелось отложить стычку, просто добежав до Караулки и пожаловавшись стражникам на угрюмых бандитов Рыжих, ждущих кого-то в засаде, даже с арбалетом наготове.

Их отсюда шуганут, но и про меня всем станет известно, что именно я подал жалобу, значит – чего-то сам опасаюсь.

А мне просто позарез необходимо спугнуть уродов на вывоз бочек из города, для чего нужно хотя бы одного из них ранить внезапным нападением. Лучше убить, конечно, вообще обоих убить, но как справиться с ними сейчас – я не знаю.

Зря отдал арбалет в мастерскую, сейчас выстрелил бы наугад и точно одного подстрелил, может даже убил бы.

«Этого вполне хватило бы, вот бы они узнали свой же болт в теле одного из своих нелюдей», – мечтаю я сейчас.

И тут, через окна «Лисы» с раскрытыми ставнями, до меня донесся голос Гриты. Она начала концерт и даже охрана, стоявшая перед входом, поспешила зайти внутрь.

Красивая людская мелодия вызвала сильное недовольство у Рыжих, активно начавших материться на такое проявление ненавистной человеческой культуры.

Я пока достал из мешка пару припасенных по дороге камней, каждый весом по килограмму и еще шагнул поближе, замахиваясь со всей дури. На мое движение в пяти метрах крайний из Рыжих все же среагировал, начал поворачиваться ко мне. Камень хорошо попал ему по затылочной части голове и сбил с ног. Второй Северянин успел отскочить в сторону, предназначенный ему камень гулко ударился о стену.

Противник исчез в темноте, а я, просто не зная, что делать дальше, достал свой кинжал, выставив его перед собой, после чего замер, прислушиваясь. Слышно, как матерится получивший по голове, он уже встал и идет ко мне. Я отступил еще дальше и, оглянувшись, метнулся назад к следующему переулку.

Решил все же принести арбалет и устроить перестрелку в следующий раз.

– Такую попытку нападения запишем, как неудачную по сути своей.

До переулка оказалось метров пять, и я уже поворачивал за угол дома, как правый бок сильно обожгло, а тяжелый удар по ребрам чуть не бросил меня на колени. Тяжелый нож отскочил от кольчуги и запрыгал на камнях мостовой. Преодолевая рвущую боль, для чего пришлось стиснуть зубы, держась за бок, я выглянул за угол и увидел совсем рядом Рыжего, приседающего за своим лежащим ножом.

В такой напряженный момент я почувствовал себя домашним котенком, бросившим вызов паре матерых уличных собак.

Северянин нащупывает свой нож и, насмешливо глядя на меня, начинает подниматься на ноги.

Тогда я с силой кинул руку вперед, очень сильный магический удар прямо в лицо стер усмешку с лица Рыжего. Голова отлетела назад, из полу сидячего, очень неустойчивого положения, он всем телом приложился о камни. Мне послышался какой-то хруст, но точно назвать данный звук я бы не смог. Теперь он лежит передо мной, только его ноги дрожат, постепенно затихая. На автомате я присел и подобрал выпавший из руки Рыжего нож, сам не зная, зачем.

«А где же второй?» – обожгла вдруг меня паническая мысль.

Я одним прыжком перепрыгнул через лежащего Северянина и развернулся.

– Нет, сзади никого! А то уже показалось…

И тут я услышал, как тяжело дышит второй Рыжий, подковки его сапог позвякивают по мостовой. Он бежит со стороны моего дома, почему именно оттуда, я не смог сразу понять. И теперь быстро приближается к перекрестку, за которым стою я и где лежит тело его соплеменника.

Я по привычке спрятался в тени дома, не собираясь больше играть в героя. Разницу в наших боевых возможностях мне уже объяснили весьма конкретно одним ударом по ребрам.

Через пять секунд, когда мое сердце выдало десять ударов, из-за угла вылетел Северянин. В рассеянном свете, падающем из окна сверху, он оказался молодым парнем. Рыжий сразу понял, кто лежит перед ним на камнях и негромко взвыл, опускаясь на колени и откладывая в сторону уже заряженный арбалет. Видно, что глаза у него давно привыкли к темноте или сами они изначально лучше людей видят ночью. Он трогает тело соплеменника и несвязно что-то бормочет, будто пытаясь оживить того. Потом нагнулся совсем, почти лег на мертвеца и начал подвывать.

Что-то вытворяет из положенного у этих уродов действия при виде коварно убитого сородича…

Что произойдет дальше, я не стал ждать, нашумели мы уже здесь изрядно, поэтому мне пора очень срочно уносить ноги.

С двух метров я не сильно, но точно ударил маной по затылку Рыжего, он влип лицом в мостовую и вырубился, но почти сразу очнулся и поднял от камней свою голову.

Мне хватило всего пары секунд, чтобы подскочить поближе и вонзить с большой силой в шею врага нож его товарища. Ровно посередине, я даже почувствовал, как лезвие что-то перерубило по ходу движения. Подхватив арбалет с мостовой и, сливаясь с тенями, я рванул к своему дому.

На сегодня мне хватит подобных – чересчур волнительных приключений!

Глава 6

Перед нашей улицей я с большим трудом остановился. Пора успокоиться, отдышаться, привести себя в порядок и сделать на своем лице совсем невозмутимое выражение.

А то сейчас точно глаза в кучу собраны и взгляд совсем дикий после настолько кровавой развязки.

Не каждый день убиваешь своими руками на темных улицах города, пусть даже очень противных нелюдей, но все-таки разумных существ.

Ладно еще, если пришлось пробить мощным ударом маной с расстояния голову такого нелюдя о булыжник, торчащий из мостовой, а вот, когда нужно самому лично своей рукой перерубить шейные позвонки молодому в сущности нелюдю!

Который тебе сам пока вообще ничего не сделал! Те еще ощущения на самом деле появляются!

– Б-р-р-р!!! – прямо вздрогнул я, вспомнив ощущение появившегося и пропавшего сопротивления боевому ножу в шее Рыжего.

«Тут только так: или я их, или они меня! Без всяких угрызений совести!» – успокаиваю я свою совсем внезапно проснувшуюся совестливость.

«А все же я настоящий молодец, очень вовремя ману использовал!» – вдруг приходит другая мысль.

«Иначе бы первый матерый Рыжий точно второй раз не промахнулся бы мне в голову или ту же ногу! Такой меткий гад оказался!»

«В самый решающий момент ману пустил! Раньше себя не выдал и ни секундой позже не опоздал! Съели, гады?» – хочется закричать мне от переполняющего меня сейчас восторга.

Два – ноль и все в мою пользу! Утритесь, сволочи!

Арбалет я продолжаю сжимать в руке, он такой же точно, как тот, что стоит на столе в мастерской – насколько я могу рассмотреть при слабеньком свете из окна на первом этаже.

С другой стороны, они все из одного места, от одного производителя, так что сильно по конструкции отличаться не никак должны. Аккуратно снял все еще оставшийся на месте болт с ложа, спустил тетиву. Убрал все трофеи в мешок, поднатужившись, стащил кольчугу, после чего она так же отправилась к остальному добру.

Придется пройти мимо соседей, оставить мешок в комнате и внимательно осмотреться перед зеркалом. Особенно нужно одежду проверить, могли попасть на нее капли крови во время удара кинжалом. Как она там в темноте брызгала из шеи Рыжего, я, конечно, не видел, но обычно брызги здорово разлетаются в такой момент.

Еще очень сильно ноет бок, гематома будет большая, может даже ребро треснуло. Удар тяжелым, боевым ножом пришелся ровно в центр бока и весьма наглядно показал мне, кто здесь настоящий хозяин темной улицы.

А кто просто постоять рядом пришел и еще зачем-то в драку полез без какого-то надежного плана.

Бросаться камнями издалека – не такая плохая затея, будь засадник кто-то другой и еще просто один в засаде, смог бы его добить оглушенного. Но Рыжие – особенно крепкие существа, этот вскочил сразу же, даже после тяжелого удара смог невероятно метко метнуть нож в темноте на добрые пятнадцать метров.

Попал и тут же бросился следом, чтобы не дать мне уйти. Поторопился, конечно, с одним ножом так в бой кинуться, поэтому закономерно огорчился. Огорчился и тут же умер.

«Если бы не кольчуга, остался бы я лежать на мостовой, с дырой в боку и перерезанным горлом от уха до уха. Так, по известным всем слухам, Северяне отмечают победу в схватке и рекламируют свою свершившуюся месть», – понимаю я.

Все, я отдышался, пора мне в совсем безопасное место перебраться. Рыжих уродов на улицах еще много осталось, все активно меня ищут до сих пор. Но пока про свои серьезные потери точно не в курсе, поэтому можно спокойно добраться до дома и передохнуть.

К воротам снова подошел в готовности, что в нише кто-то окажется, но прошел во двор спокойно.

Соседи мне заметно обрадовались, сразу позвали за стол. Кто-то из более обеспеченных соседей отмечает свои именины, виднеется даже пару бутылей ресы и солидный бочонок с пивом, немного освещенные несколькими свечами и одной масляной лампой. Со всего дома набрали освещение для солидного праздника. Лица соседей то появляются в круге света, то снова пропадают в темноте.

«Вот выпить мне бы совсем не помешало, отпраздновать тоже свой настоящий второй день рождения», – отчетливо понимаю я.

Подчеркнуто неторопливо я подошел к столу, остановился и поздоровался. Постоял немного, как бы подумал и ответил, что схожу в туалет и вернусь. Так же не спеша поднялся в комнату, поприветствовал хозяев, разговаривающих на кухне. Трон сразу оживился и предложил выпить по поводу своего первого рабочего дня в очень хорошем месте у классного хозяина Крипа.

Попросил его подождать немного и, войдя в свою комнату, зажег свечу, только сейчас заметив, что пальцы все еще дрожат. Осмотрел, как смог, верхнюю одежду, даже снял все с себя на всякий случай.

На боку хороший такой надрыв треснувшей кожи, с ладонь длиной. Получается, нож мне почти плашмя прилетел, не острием.

Если бы острием или ручкой вошел, тогда бы точно ребро сломал или даже пару за раз.

Как Северянин смог так бросить его в полной темноте, да еще по смазанному пятну? Я же заворачивал за угол, несясь на всем ходу.

«Наверняка, они видят в темноте гораздо лучше людей или зрение магическим образом прокачано», – решаю я.

Было прокачано, а теперь уже нет. Мой магический сюрприз на раз побил его тоже серьезные козыри.

Стоя перед зеркалом, я тяжко вздохнул, понимая теперь отчетливо, в какую смертельную авантюру так легкомысленно ввязался. Спасли меня только кольчуга и магические удары.

«Хотя, ведь я и так только на них рассчитывал, без подобных козырей остался бы мирно спать в своем номере в „Лисе“», – напоминаю себе.

Спать и постоянно бояться, подгорал бы медленно на сковородке страха.

Только ведь нож мог и в голову прилететь, и в мою ногу. Хотя, конечно, попасть именно туда в темноте сильно посложнее будет, наверняка, Рыжий просто по смазанному силуэту с опережением кидал.

И ведь попал, урода сраный кусок, теперь – совсем-совсем навсегда мертвый.

– Ничего, зато я нанес Рыжей шобле первый и весьма сильный удар, пусть теперь твари побегают!

Я зашел на кухню и забрал хозяина с собой веселиться на улицу. Все же один он побаивается с женой спорить, ждет поддержки у меня. Клоя тогда тоже собралась и вышла за нами, подсела в женский угол.

Налили по штрафной, потом еще по одной, как сильно опоздавшим на праздник.

И только сейчас я почувствовал, как успокаивается мое дыхание и кровь, выходит из нее адреналин, дыхание становится расслабленным. Это так прекрасно – сидеть среди хороших людей, а не биться насмерть на темных улицах с могучими, безжалостными нелюдями, рискуя намотать свои кишки на какой-нибудь острый предмет, чтобы долго и мучительно умирать после этого.

Потом просто сижу, слушаю рассказы и байки, особенно веселит всех Трон, знающий по роду своей деятельности много забавных историй про дорогу и рудники. Про рудники истории оказались довольно мрачноватыми, но народ слушает с восхищением. Было высказано общее мнение от имени всех жильцов – очень здорово получается, что такой незаурядный рассказчик теперь станет проживать постоянно в городе, перестанет пропадать демон знает где, и еще начнет часто веселить народ.

Трон, в свою очередь, нахваливает меня, как нашедшего ему работу за пару минут, очень ему понравившуюся. Можно сказать, абсолютно по его профессиональному профилю.

Народ пьет пиво, я – ресу. Так здорово сидеть среди приятных людей, слушать новости и разные байки, что я не заметил, как время прошло, охрана трактира привела Гриту после выступления.

Милая не собиралась сначала оставаться с народом, но заметила меня и подсела рядом. Место ей сразу уступили поближе ко мне. Я чувствую ее теплое бедро, ощущаю вкусный запах молодой женщины, глаза ее смотрят внимательно на мое раскрасневшееся лицо.

Так круто получилось – после смертельной схватки сидеть за столом, чувствовать рядом свою женщину и радоваться жизни.

«За такие ощущения счастья я не остановлюсь ни перед чем, разберусь со всей бандой Рыжих, сделаю все, что можно и нельзя, чтобы так же дальше сидеть под деревьями, попивая ресу, и чувствовать себя при этом заново родившимся», – говорю себе.

Утром я проснулся пораньше, Грита еще посапывает рядышком. Потянулся в сладкой истоме и решил вставать, не дожидаясь завтрака.

Мне снова пора на свой наблюдательный пост. Важнейшая информация, полученная вчера, первый раз по-настоящему спасла мне жизнь. Приди я вечером на выступление Гриты, как обычно, получил бы болт меж ребер еще на крыльце, освещенном парой масляных фонарей. Там я стал бы отличной мишенью для ждавших меня Северных уродов.

Или вышел бы из трактира прямо к ним в лапы, ничего не подозревая.

Может моя способность и предупредила бы о ждущей именно меня засаде, но с летящим из темноты стремительным болтом она бы точно никак мне не помогла. Пришлось бы принять кусок острого железа в свое тело и долго помирать в муках.

А в том случае, если бы не предупредила, то отправился гулять мимо засады, получил бы по голове тупым предметом.

И очнулся бы, прикованный где-то в подвале усадьбы Рыжих, чтобы как следует помучиться перед неизбежной смертью. Конечно, не совсем обязательный такой конец тогда мог получиться. Кое-какие способности у меня есть, им хорошо понятные, наверняка. Может даже получилось бы у меня договориться с Рыжими, если они еще на Магов до сих пор работают.

«Назвался бы так же агентом Магов, благо теперь я хорошо знаю некоторые имена», – приходит в голову правильная идея.

«А если уже нет? Тогда очень печально. Или забудут про такую свою старую привязанность на одну только ночь, чтобы повеселиться, как они любят. Впрочем, умелые уроды могут на пару месяцев удовольствие для себя растянуть».

Поэтому главное для меня сейчас – разведка и информация, самому не светиться на улице и ждать новой подсказки! Тем более придется с места жительства пока исчезнуть на какое-то время.

Вдруг еще Стража меня как-то с ночной бойней свяжет. Или сами Рыжие сдадут, кого поджидали на темных улицах теперь уже мертвецы. Но не должны вообще точно так поступить, они сами будут разбираться со своими покойниками и мстить за них, такие они уж уроды, однозначно никого из властей впутывать не станут в свои грязные дела.

Конечно, пробитый затылок первого покойника – вопрос понятный. Можно дубинкой так пробить, тем более если внезапно напасть сзади. Только не деревянной, а железной палицей. Простое дерево на подобное точно не способно.

Со вторым мертвецом вопросов не возникнет, тоже удар ножом сзади. Рыжие свой нож обязательно опознают, скорее всего, но сообщать Страже никакие подозрения не станут точно.

Пора на суматоху в усадьбе полюбоваться, не скрою, очень приятное зрелище для меня теперь окажется. Готов прочувствовать весь свой восторг и счастье все же выжившего с большой долей удачи.

– Как там Рыжие своих павших хоронят? Сжигают, – как я слышал.

Конечно, в усадьбе я подобное аутодафе вряд ли увижу. Куда-нибудь за город повезут, значит, подводы обязательно нанимать будут, своих лошадей у них точно нет.

Осторожно высвободил руку из-под головы девушки, Грита недовольно заерзала и повернулась на другой бок, пихнув меня напоследок ногой в живот. Стойкая она девушка, постоянно борется за место на матрасе, пора все же кровать заказывать.

«Уже, наверно, можно, теперь не все так уж беспросветно получается для меня», – решаю я.

Оделся и направился к трактиру. Проходя мимо места схватки, скосил глаза по сторонам. Тела, конечно, уже убрали, но потеки крови еще не замыли. Народ побежал с раннего утра на работу и в Стражу сообщил про валяющиеся в закоулке тела. Приехала подвода, их погрузили и увезли в холодный подвал, а со следами схватки тут еще работать не умеют.

Как считается, преступника тянет на место преступления. Однако мне совсем не хочется там оставаться, даже не притормозил и не оглянулся ни разу.

«Ничего не знаю, что тут случилось ночью и никак своего интереса не покажу», – настраиваю себя.

Дело отлично сделано на какую-то свою часть, пора двигаться дальше по жизни. К чему оно меня приведет, еще не знаю. Но очень горжусь, что уже конкретно показал уродам, где крутые раки зимуют.

Странно, что раков я здесь еще ни разу не видел в продаже. Не употребляют Охотники и жители Астора такой продукт, можно заработать на новом продукте, представить, как крутой деликатес не для всех.

Или я чего-то не знаю про взаимоотношения с такими членистоногими у местных. Нужно у Корна будет спросить.

В трактире мне удивились, что я здесь не ночую, но хожу сюда постоянно, как на работу. Постояльцы спускаются на завтрак, зал уже хорошо заполнен народом. Заказал еду в номер и пару пива, естественно. Пора еще раз во время наблюдения отпраздновать победу, хоть пока только тактическую, однако все равно очень значимую для меня и моей жизни.

Надеюсь, что собьются сейчас уроды с темы моей неминуемой смерти, придется им всерьез начать шевелиться во всех направлениях, пытаться хоть как-то понять, кто так просто прихлопнул часть банды.

В номере ничего не изменилось, поэтому я сразу приступил к наблюдению. Теперь во дворе усадьбы стоят две подводы со скорбным грузом, вокруг которых толпятся все Рыжие. Провожать павших героев до места сожжения смогут далеко не все, поэтому сейчас некоторые из Рыжих навсегда прощаются со своими покойниками.

Быстро они нашли транспорт и получили своих покойников от той же Стражи!

Впрочем, кому они особо так нужны, чтобы тащить тела в Сторожку и там вскрытие делать? Скорее всего, стражники их сразу же к усадьбе привезли и предложили забирать соплеменникам.

Причина смерти на самом видном месте, поэтому Стража только зафиксировала трупы и все.

«Хотя, чего я полную ерунду несу? Тьфу! Чего-то я туплю серьезно! Тела сами Рыжие и нашли, они-то обязательно оказались в курсе, где кто кого поджидал!» – говорю себе.

Стража могла даже никого вообще не увидеть, если ночью сами уроды прошлись по подготовленным местам засады с новыми указаниями для своих боевиков.

Типа, трактир уже закрыт, клиент не появился, поэтому снимаем наблюдение до следующей ночи. Этот человечек оказался слишком труслив, чтобы выйти на улицу. Никуда он не денется, заплатит за свой вредный нрав и слишком чуткие уши.

«А кто это у нас тут лежит и уже совсем холодный? Так это же наши дорогие братья!» – представляю себе подобную встречу в ночи.

«Ага, что они теперь скажут, когда нашли перебитую засаду? Что человечек совсем не такая простая жертва? Даже для очень крутых бойцов, тем более собиравшихся напасть первыми и внезапно», – горжусь я собой сейчас.

Старый, очень крупный телом Северянин с крыльца толкнул речь перед собравшимися во дворе Рыжими. Наверняка обещает страшную месть и сплошное кровопролитие врагам нации, особенно вашему покорному слуге.

В данном случае такой буквальный оборот речи, очень не люблю я Рыжих нелюдей.

Собралось во дворе четырнадцать Рыжих, четыре женского пола и десять мужского. Двух в толпе уже не хватает, теперь с комфортом на повозках расположились и таращатся застывшими глазами в голубое, равнодушное небо.

В разгар церемонии к воротам подъехали на подводе с десяток стражников и в калитку постучали, судя по реакции Рыжей братии. Бабы убежали внутрь дома, остальные сгрудились около подвод. Самый главный вышел за ворота через калитку, которую за ним сразу же закрыли, а пара Северян приникли к щелям в воротах и окошку.

Недолгий разговор и стороны расстались, крайне недовольные друг другом. Главный из стражников просто плюнул на ворота. Рыжий сделал то же самое, только словами, судя по реакции остальных стражников.

Расследование двух смертей жителей города Стражей явно застопорилось из-за сильного нежелания нелюдей вмешивать в подобное дело служивых людей города. Что я наглядно понял и немного повеселел, правильно понимая, что Стража меня искать точно не станет.