Слесарь 3

Вот такое мне уже серьезно интереснее. Служивые, даже за небольшую выплату, охотно пойдут ловить жуликов.

«Правда, Рыжие такие себе жулики – сами могут поймать и наказать жестоко, кого угодно. Поэтому требуется народа побольше собирать на всякий случай», – напоминаю я себе, что имею дело с отпетыми и на редкость сплоченными бандитами.

В кабинете Тильса не оказалось, бегает где-то, поэтому я сразу направился к Приму.

Второй секретарь долго не хотел верить, что ему придется именно со мной сейчас обсуждать нужды Гильдии и согласование норм. Однако после получаса препирательств со мной, его апелляций к отсутствующему сейчас Бромсу, и моих к Старшим Гильдии, все же сдался и до обеда вникает со мной в длиннющий список. Видно по нему, что я немало потряс его своей энергией, умением считать в голове мгновенно, полным знанием норм довольствия. На обед я его выпустил все же, но обещал зайти завтра.

– Теперь в мастерскую и к Корну, потом на пост в трактир, пообедаю там же.

Глава 4

В мастерской меня встретил помощник Крипа, тот ушел в Ратушу заплатить налоги.

Арбалет стоит посередине, на столярном столе, частично разобранный. Гонс рассказал, что они обдумывают в устройстве, чтобы упростить и облегчить конструкцию, но не потерять в качестве. Пришлось хоть ему прочитать лекцию, какое изделие нам требуется создать:

– Главное для нас – вообще упростить все, что только можно. Вес не так важен, в Гвардии и ополчении народ крепкий, поносят без проблем и потяжелее машинку. Чем проще, тем меньше ломаться будет. Ремонтировать-то нам придется. Нам необходим такой продукт, чтобы самый простой, крепкий и выносливый. Пусть будет покондовее, попроще и не очень красивый. То есть полная противоположность арбалету Рыжих. Так что не увлекайтесь копированием именно этого образца. Я же вижу, что вы хотите такой же изобрести, но лучше сделать попроще, чем образец. Нужен продукт другого уровня, как я и сказал.

После всех внушений я ушел к Корну, понимая, что парни все равно будут делать что-то похожее на красивый арбалет Рыжих. Ничего, пусть сделают, на такое дорогое оружие будет спрос. Однако хорошие и даже фантастические деньги принесет именно массовая поделка для Гвардии и ополчения.

Пока можно не мешать Крипу с компанией, пусть делают, как могут. Может еще лучше Рыжей братии сотворят. Мешать настоящим мастерам нельзя, свою карма от этого только сильно ухудшается.

Корн опять налил мне стопку, радостно потирая руки. Единственный ученик пришел очень рано, поэтому старик думает, что я буду слушать его до вечера. Пришлось пообещать зайти в другой день, чтобы слушать его несколько часов кряду.

Но не сегодня. Сегодня я зашел только проверить слова чиновника насчет премии за донос на укрывающих ввезенные дорогие товары от налогов.

Будем называть свои действия соответствующими словами.

Именно такое действие – донос, зато очень правильный по сути своей. Как раз на плохих нелюдей, которые объявили на меня беспощадную охоту. На мое крепкое тело и симпатичное лицо, чтобы сделать все такое совсем мертвым.

Такой поступок для меня – второй реальный шаг к спасению жизни. Если удастся сдать Рыжих с поличным Страже или Гвардии, то, скорее всего, получится отправить часть из них или даже всех в кутузку до вынесения приговора.

И тем самым сорвать охоту на меня.

Но я гораздо больше рассчитываю на то, что всегда неукротимые Северяне окажут активное сопротивление служивым и нанесут серьезный урон или тотальный ущерб силовым органам. Зная про сложный и очень тяжелый характер Рыжих уродов, о такой возможности не так трудно догадаться.

«Чтобы настолько полные уроды без драки пережили конфискацию своего невероятного богатства какими-то презренными людишками, безропотно сдались и сели в каталажку – да ни в жизнь такого не будет. Полезут в драку обязательно, такая у них природа», – уверен я.

Если они даже потом узнают, кто именно причастен к хитрой подставе, мне-то уже все равно будет на их недовольство и страшную месть. Приговор вашему покорному слуге вынесен, поэтому обжалованию никак не подлежит. Останется Рыжих гораздо меньше на свободе – мне же легче станет выживать в Асторе.

Тем более, если обыск в усадьбе проведут тщательно и найдут спрятанные камни, могут тогда всю местную банду на рудники отправить, вместе со страшными до невозможности бабами.

Тогда в любом случае гнездо местное ликвидируют полностью, когда еще Рыжая братия из Гардии или Талака сюда подтянется. Да и тех тоже в город не пустят жить ни за что, сто процентов.

«Руки точно покороче сделают, меня уже так легко не достанешь потом. Хотя все равно находиться всегда под прицелом – тоже не жизнь», – понимаю я.

Поэтому придется мне на чердаке трактира дневать и ночевать, чтобы наверняка разобраться с Рыжими. Все про них вызнать желательно, когда уходят на работу, когда возвращаются, как открывают ворота и сколько их в Асторе. Драгер говорил, вроде, двенадцать рыл здесь живет, но ведь еще четверо приплыли вместе с нами.

Значит, теперь уже шестнадцать рыл их здесь имеется.

«Прихватить нужно обязательно Рыжих на таком горячем, явно контрабандном товаре, чтобы не смогли никак отвертеться. И так максимально погромче прихватить, чтобы не решили хитрые нелюди вопрос взяткой на месте», – решаю я первым делом.

Тем более еще премия полагается за очень нужное для города дело. Размер ее может оказаться весьма большим, если мои догадки про драгоценные камни окажутся верны.

Корн все подтвердил, но заметил, что премия может быть даже до четверти от конфискованного, если пришлось проявить личную доблесть при задержании отъявленных и злокозненных нарушителей. Или рисковать своими жизнью и здоровьем.

– Ну, с подобным героическим поступком проблем вообще не будет! Лично заколоть хотя бы одного Рыжего у меня руки чешутся давно, – говорю я, выходя из его лавки.

На всякий случай вернулся к кузнице и снова взял напрокат кольчугу у Водера, теперь уже на целую осьмицу. Кузнец, хоть и поворчал для вида, что изделие теряет товарный вид от постоянной носки, на самом деле деньги взял с удовольствием. Крип еще тогда рассказал мне, что кольчуга получилась слишком качественная и чересчур дорогая, на нее ни разу не нашлось покупателей за цену, объявленную кузнецом.

Но всегда упертый Водер в цене не уступает, так что пока сам на нее любуется постоянно. Ну, еще я сам теперь за ее наличие в свободном доступе искренне радуюсь.

Одевать не стал и быстро дошел до трактира, где заказал обед в комнату. И пару кружек пива. Посижу с комфортом, времени еще много до конца работы и торговли. Так сижу-жду, грызя копченые ребрышки и попивая пиво, осторожно поглядывая через ставни на усадьбу, так работать вообще можно, жизнь неплохо свои минуты отсчитывает.

Рыжие появились к пяти часам вечера, сначала четверо пришли из мастерской, судя по потрепанной рабочей одежде.

Потом еще двое явились, одетые явно получше и побогаче, наверно, уже продавцы из лавки вернулись домой.

Но вот предпринимаемые меры предосторожности меня опять удивили, Рыжие, как будто постоянно во враждебном окружении живут, по внешнему виду так все именно выглядит. Пока один идет открывать калитку в воротах, второй стоит на крыльце около двери, видно, что готов захлопнуть ее сразу, при первом признаке какой-то опасности. И у одного, и у второго имеются топоры, но арбалет только у того, кто охраняет дверь в дом. При этом он даже заряжен, болт уже лежит на ложе, вообще небывалая такая предосторожность налицо.

«Да, с кондачка нахрапом дом не взять. Если только из-за забора лучник обоих успеет положить. Драгер, пожалуй, сможет. Пока я видел всего восьмерых Рыжих и пару баб начал различать. Сколько еще в доме сидит – непонятно», – размышляю я.

Но, уже в наступающих неумолимо на город сумерках, меня ожидает довольно неприятный сюрприз. Пиво в «Лисе» Рыжие тоже уважают, как оказалось, поэтому вскоре я увидел, как из дома и потом со двора вышли сразу шестеро Северян. Вскоре они уже сидят в углу моего же трактира за столом, сплошь уставленным кружками.

Такую картину я смог с лестницы разглядеть, вечером вести наблюдение за объектом оказалось невозможно, двор усадьбы погрузился в полную темноту.

Еще я заметил, что этих шестерых уже никто не провожает, калитку они закрыли сами, своим ключом.

«Такой бандой просто никого не боятся в городе», – становится мне хорошо понятно.

Лестница находится с другой стороны от стола с Рыжей братией, за стойкой, поэтому я спокойно спустился, рассчитался за обед в номере и вышел на улицу. Кольчугу я одел на всякий случай.

Грита ждет меня дома, мы присели во дворе и общаемся с соседями. Кто-то рассказал, что сегодня в заброшенном доме нашли двоих бандитов мертвых, вроде, как порезали друг друга сами, если судить по словам стражников

Ну, порезали и порезали, никто жалеть не стал, но подруга моя на меня посмотрела, как будто впервые увидела. Потом еще дома в постели долго и настойчиво приставала, моих это рук дело или нет.

Я долго отшучиваюсь от слишком напористых расспросов:

– Говорят же, сами друг друга поубивали.

Так и не раскололся, девушка даже обиделась, но я оказался тверд, ничего не знаю, вчера не про этих рассказывал.

– Да разве похож я на убийцу? Совсем не похож ни капельки, – веселюсь я над Гритой.

– Убийцы – это страшные кривые мужики с большими ножами и топорами, – делаю я страшную рожу.

– А я, совсем наоборот, красивый и весь прямой! Вот, потрогай меня здесь. Теперь почеши здесь.

Рассказывать про подобные дела не стоит никому, тем более женщине, с которой пока только спишь.

Сегодня она с тобой гуляет, а через год с каким-нибудь офицером Гвардии или стражником уже сладко спит. Поэтому все твои темные дела и делишки становятся известны людям, кровно заинтересованным в повышении и продвижении по службе. А для ускорения процесса как раз требуется раскрыть пару глухарей с обязательной мокрухой.

«А тут, считай – чистосердечное признание. Остальное дознаватели на допросе выбьют обязательно, вместе с зубами и почками», – хорошо понятно мне.

Вот так, с шутками и прибаутками, я твердо отказался от приписываемых мне подвигов.

– Навалять по голове – могу, но убивать никогда не пробовал и не собираюсь. Спи уже, крошка-болтушка!

Гриту такое признание почему-то не устроило, она даже ушла в свою комнату спать, хлопнув, как всегда, громко дверью.

«Настойчивая она что-то слишком, то ли боится, то ли еще что. Или предпочитает с авторитетным убивцем жить, для спокойствия своего личного? Который не дрогнет своей рукой кому-то горло беспощадно перерезать ради любимой?» – задумался я.

– Ну, вполне может быть. Но я от такой сомнительной чести лучше откажусь, мне возможно всю жизнь в Асторе придется провести, поэтому никакие подобные слухи про меня вообще не требуются. У меня своих личных проблем с легализацией полной хватает, – решаю я, проваливаясь в сон.

Пора сходить в трактир, еще раз послушать надиктованную мной песню. Так у нее шикарно получается ее вытягивать, просто загляденье. Только придется большой и красивый букет купить, чтобы начать приучать к такому поздравлению местную публику, заодно и цветочный бизнес местный поддержать.

Утром за завтраком встретились с мужем Клои, Троном. Он опять ездил с обозом на рудники, говорит, что устал очень в пути на этот раз, сам думает пока осесть в городе:

– Бывает в нашем деле такое, вчера еще с нетерпением ждал, когда в путь, а сегодня уже невмоготу, как дома хочется остаться. Наверно, через полгода снова потянет выехать на дорогу. Теперь думаю пока на работу в городе устроиться. Может, Ольг, подскажешь такое хорошее место? Что быстро приняли в дело и с деньгами не обманывали!

Тут уже и я заинтересовался:

– Что руками умеешь делать?

Крип уже не раз жаловался, что очень не хватает рабочих рук. Ятош перешел на должность сторожа, молодые еще учатся и не могут работать на уровне мастеров, я в Ратуше теперь постоянно пропадаю. И с подводами заказов много, и арбалет нужно разрабатывать, в общем, очень нужны опытные люди. Да просто любые нужны. Сосед – крепкий мужик, основательный такой, сразу видно, что серьезно рукодельный.

– Да все умею, сломавшиеся подводы я ремонтирую в пути, в основном вообще один, – объяснил Трон.

«О, подготовился хозяин к разговору, ведь знает, чем я занимаюсь. Точно на хорошую плату рассчитывает. Да ее можно дать без проблем, мужик он солидный, на ученическую ставку не пойдет», – сразу понимаю я.

Будем ковать железо, пока горячо, не отходя от кассы.

– Тогда скажу, такой человек нам нужен. Можно прямо сейчас сходить в мастерскую, на людей посмотришь, себя хорошо покажешь.

– А с платой как будет?

– Такое хозяин решит, Крипом зовут. Но я тоже слово замолвлю, ко мне прислушаются, – с авторитетом заявляю я. – Сколько в обозе платили?

– Ну, золотой с половиной каждый раз выходило, – объявил Трон.

Понятно, это в среднем дней десять до рудников, там день-два погрузка и двенадцать дней обратно. Получается, золотой с небольшим в месяц выходил, плюс кормежка от хозяина.

«Вообще уже очень небольшие деньги для города на самом деле», – понимаю я сразу.

Зато жизнь – довольно тяжелая и весьма опасная. По солнышку-то хорошо ехать, а под дождем – мука несусветная, скорость падает, грязь налипает, самому приходится подводу подталкивать. Лихие люди, опять же.

В здешней реалии их еще почти нет, но ведь появятся рано или поздно. Кого из самого города попрут, кто с рудников убежит.

Да еще наша большая банда Крыс шороху информационного навела. Гильдии-то что, вырезали всех и дальше поехали, вот обычному обозу без дополнительной охраны никак не отбиться от такого количества жестоких нелюдей.

Да просто от одного десятка не отбиться при нападении из засады. Северные Крысы в ближнем бою крайне свирепые и бесстрашные существа, с такой их боевой стороной я уже лично познакомился.

Сразу пошли на работу договариваться, хозяин захватил рабочую одежду и вперед, устраиваться на новом месте. Крип оказался уже в мастерской, разговаривает с Ятошем. Мы подошли, я представил Трона, как опытного человека, потом мы с Ятошем отошли, оставив их договариваться самих.

– Как служба, чего подозрительно не заметил? – поинтересовался я у Охотника.

На всякий случай, могут меня ведь и здесь поджидать Рыжие уроды.

И прямо в точку попал, поведал мне сторож, что вечером были замечены в округе двое Рыжих. Ходили, все осматривали, но спрашивать ничего не спрашивали. Увидев Ятоша, сразу исчезли.

«Ценное знание. Вообще очень нужное мне. Значит, Рыжие уже курсе, что наемники не справились с работой. В подобном я и не сомневался, что в курсе. Теперь решили сами все разведать, может даже теперь вопрос приземлить захотят своими силами», – догадываюсь я.

С криминальным миром, чтобы совсем серьезным, в Асторе теперь реальный напряг. Имелась всего одна пара слабоподготовленных отморозков, начинающих киллеров, да и те резко повывелись. Путем агрессивной селекции с лично моей стороны.

Да, провел Рябой определенную работу, пускал, видно, за мной кого-то последить издалека. И информацию успел передать Рыжим, иначе как бы они успели меня отследить за эти пару дней. Я ведь на работу в одно и то же время теперь не хожу.

Придется пока ходить в мастерскую разными путями и возвращаться тоже каждый раз по новой дороге.

Где же меня могут поджидать? Где-нибудь на подходах к мастерской, пожалуй. Но и так везде могут. По спине пробежал холодок, ощущение наведенного арбалета и болта, пробивающего живот, надолго прописалось в голове. Постоял с Ятошем, попросив его особенно присмотреться, если Рыжие снова появятся.

– Не пугай их, только посмотри, где они спрячутся. Кажется, по мою душу явились, хотят мне нагадить.

Ятош прямо помолодел, блеск появился в глазах. Породу не вытравишь из Охотника, всегда готов в бой рвануть.

– Не переживай, все сделаю. Не люблю этот народ, сам понимаешь.

– Их все не любят, уродов Рыжих!

Трон тем временем уже переоделся в рабочее и пропал с Крипом в мастерской.

Думаю, без меня все решили. В найме на работу Крипу виднее, кого брать и за сколько. Да сам сосед не продешевит, мужик тертый, по жизни все уже повидал.

Ладно, мне в Ратушу пора. Но пошел туда другой дорогой, в обход мимо Речных ворот. На всякий случай.

Старшины не видно, зато знакомый стражник дежурит. Увидел меня и мой вопрошающий взгляд, отрицательно покачал головой. Даже печально покачал, ведь пока серебро мое не будет звенеть в его кармане. Значит, купцы еще не вернулись, а Редкен при них где-то служит.

Дай бог, вообще нескоро вернутся, хотя вряд ли. Астор – основной торговый партнер Астрии, со степью у южан торговать вообще не получается. Других вариантов у купцов нет пока, только в Астор продукты возить и товары в Астрию на обратном пути, с очень хорошей прибылью катаются между нашими странами.

В Ратуше насел на Прима сразу. Он-то при виде меня скривился, как будто перца пожевал. Я не подал виду, с большим энтузиазмом продолжаю продавливать мои списки. Ведь я уже понял, что все решает именно этот неприметный чиновник, секретарь второй степени Прим. Тильс еще совсем не в авторитете, Бромсу всегда некогда или просто лень вникать во все списки подробно, получается, все от такого незаметного винтика в администрации Ратуши зависит.

Мне все равно придется с ним плотно пообщаться, сначала продавить повышенное снабжение Гильдии, важен самый первый раз, потом по накатанной дороге гораздо проще окажется списки утверждать.

Видно, очень хочется Приму меня послать подальше, к тому же Тильсу хотя бы. Но он не уверен, имеет ли такое право по отношению к представителю полномочного силового подразделения. Поэтому только недовольно сопит, но терпит меня стоически.

Впрочем, в этот раз все пошло быстрее – видно, донес я все же до его сознания, что все плюшки и ништяки сверху для родной Гильдии отстою, не получится меня обдурить на голубом глазу.

Положено – позвольте выдать! А нам – получить и радоваться!

Тем более общаюсь с секретарем я очень вежливо, не перебиваю с возмущением, но все помню и ни в чем не уступаю. Если привезу такой обоз в Сторожку, как приготовил, Старшие меня на руках качать будут. Они-то даже не подозревают вообще, столько полезных и вкусных вещей мимо их носа проплывает, и мимо ртов всех остальных Охотников.

Все же централизованное снабжение – очень дорогого стоит, тем более если в богатом торговом городе.

Глава 5

Из Ратуши я сразу зашел к парням в трактир Мортенса, однако на месте Охотников не оказалось, гуляют, наверно, со своими женщинами по городу.

Попросил передать, что заходил Ольг, спрашивал Кроса и Драгера.

– Буду ждать их в «Лисе и Журавле»!

Домой заходить не стал, сразу дошел до Журавля, опять обед в номер и две пары свежего пива по случаю заказал.

– Если будут спрашивать, то я в четырнадцатом номере жду гостей, – проинструктировал парня на разливе пива.

Занял пост, наблюдаю, но ничего особо интересного не вижу, обычная бытовая деятельность нелюдей проходит перед глазами. Шарятся немного по двору, выливают горшки, стирают и сушат белье. Одна Рыжая в сопровождении двух Рыжих сходила на рынок, вернулась через часок с парой набитых корзин. Что примечательно, корзины тащит сама, мужской помощи не потребовалось, или просто у нелюдей так положено.

Я отлично перекусил и жду, попивая уже третью кружку пива, время тянется неспешно. Моя нервотрепка в голове понемногу успокаивается, меня здорово отпускает, я хочу лечь на кровать и поспать всласть. С трудом борюсь с собой, понимая, что могу проспать что-то важное.

А важно для моего выживания здесь все, любая незамеченная мелочь может пригодиться в определенный момент.

Наконец, к четырем часам, началось оживление на дворе, один молодой Рыжий убежал куда-то. Потом, еще через полчаса, почти бегом вернулись все четверо рабочих и двое торгашей из лавки.

А вот убежавший обратно не вернулся, что весьма интересно.

«Где же он спрятался? Наверняка, около мастерской меня ждет. Или около Ратуши?» – задаюсь вопросом.

Потом стало еще интереснее. Три пары Рыжих шустро разбежались в разные стороны, у двоих я заподозрил наличие арбалетов, судя по непропорционально раздутым мешкам за спиной.

Очень удачно, что на второй день наблюдения я уже столько всего увидел. Еще более удачно, что я лично наблюдаю суматоху, которая направлена, наверняка, именно против меня.

– Сто процентов именно против моей несравненной личности. Три пары засадников и еще один кочующий где-то свободный наблюдатель.

«Есть, о чем подумать, пока пиво не закончилось. Получается, мне лучше из номера сегодня и не выходить, целее буду? Все же, где меня ждут?» – пробую высчитать засаду.

Пара у дома, где-нибудь на подходах. Пара около мастерской или лавки Корна.

– Где еще двое? Может по улицам патрулируют, может у Мортенса ждут.

Скорее всего, около «Лисы» гуляют, Грита здесь работает, я к ней прихожу постоянно. Да, скорее всего, где-то рядом с трактиром крутятся.

– Где тогда два арбалета?

Один около мастерской, второй, пожалуй, что здесь остался. Место людное, близко вообще не станут подходить, сто процентов. Около дома в темноте на холодное оружие могут легко рассчитывать, там не так людно, как здесь.

Но все только мои предположения. Логику Рыжих я могу и не понимать до конца, да вообще, наверняка, не понимаю. Скоро стемнеет, из Лисы я смогу выйти незаметно. Рыжие в открытую рядом ждать меня не могут, в глаза тогда всем сильно бросаются. Каждый прохожий их сразу узнает, а известно всему городу, что они или в усадьбе сидят, или пиво в «Лисе» пьют иногда, а так просто по улицам вечером никогда не гуляют.

Каждый прохожий Рыжую братию опознает и запомнит, что в неположенном для них месте стоят, да еще ждут чего-то.

– Ладно, уже совсем на улице стемнело. Правда, сегодня эти уроды даже масляный фонарь над воротами повесили, в ожидании большой движухи жизнь себе облегчили. Но освещает он только место перед воротами.

Можно, конечно, дождаться, когда они все домой вернутся, если совсем о своем здоровье беспокоиться.

Только ведь, сидя в одном наблюдении, даже видя все движения врагов, войны мне никак не выиграть. Требуется хоть один физический удар нанести, серьезно спугнуть Рыжих. Чтобы завтра в местный налоговый отдел лыжи навострить с заявлением о подозрении на нарушение таможенных и мытных правил.

– Если кто-то, кое-где у нас порой честно жить не хочет…

Хотя в своей усадьбе они могут все надежно спрятать. Да еще по моему единоличному заявлению вряд ли пойдут внешне честных, хоть и очень противных нелюдей, так тотально обыскивать. Придется их прихватывать, когда они спрятанное достанут и в тот же Талак повезут.

Вот реально стопроцентный вариант! Только для него требуется создать правильные условия, как следует испугать местных Рыжих не по-детски.

«Что же я могу противопоставить таким уродам, если встречусь с ними в темном месте? Пара козырей у меня тоже есть», – прикидываю я.

Первое, в номере лежит качественная кольчуга. Вряд ли в меня будут стрелять бронебойным болтом, наверняка, самым обычным или срезнем. Против ножа или кинжала тоже выстоит, хотя противники гораздо сильнее обычного человека, но не сильнее меня все-таки. Физически не сильнее, однако во владении всякими смертоубийственными штуками явно превосходят инопланетного пришельца из гуманного такого мира.

Есть у меня еще второй козырь, который на людях применять очень не рекомендуется, но в темном углу можно, если только кое-где, иногда, порой…

И, самое главное, если тогда живых свидетелей не окажется.

На три-четыре средних удара маны у меня хватит или на пару очень сильных, таких, что с ног долой улетит любой противник. В таком разе придется кончать всех свидетелей, надеюсь, там будут числиться одни только Рыжие уроды. И сразу же смываться с места применения магии на всякий случай.

Правда, чтобы в Асторе кто-то мог заметить использование магии, я о таком не слышал. И не должен слышать, и знать не могу, не мой еще уровень. Но, мало ли, какие умения есть у отдельных людей? И у нелюдей тоже имеется?

Голову мне закрыть нечем, что реально печально, но в шлеме я буду выглядеть совсем нелепо, привлекая ненужное внимание. Внимание мне не требуется, возможно даже реальное убийство удастся оформить в самом удачном случае.

– Да уж, мечтаю убивать, и еще, как можно больше, а прошло всего-то три месяца жизни в новом мире!

Спустился по лестнице на половину пролета и тут же увидел, совсем не удивившись, того самого Рыжего, сидящего у стойки за маленьким столом, который рассчитан на четверых. Перед ним стоит сиротливо одна кружка, зато место расчетливо выбрано, он видит всех входящих. На него косятся посетители и даже обслуга, но он не обращает внимания ни на кого.