Тени прошлого

Даже Лукас сегодня выглядел, как настоящий маленький принц, в белоснежной рубашке и лиловом камзоле. На его тёмных, чуть вьющихся волосах сверкал золотой ободок с самоцветами королевской семьи. Астрид невольно подумала о том, что в последний раз видела его таким нарядным на коронации Мишель. От этой помпезности и вычурности почти воротило. Она не видела в этом дне и в этом знакомстве ничего праздничного, чтобы так выряжаться. Но, разумеется, для всех остальных её помолвка была настоящим торжеством.

Астрид заставила себя отвернуться, чтобы не видеть счастливого лица брата и строгого взгляда мачехи.

– Госпожа, прошу, – как ни странно, спасением стал загадочный лорд Вентор, указывая на мост, ведущий прямо к высоким кованым воротам замка.

Астрид пришлось подчиниться. Другого выбора, кроме как войти в замок, у неё всё равно не было. Она кинула тоскливый взгляд на карету, и призрачная надежда на волшебное спасение рассеялась в груди.

В душе разрасталась зияющая пустота. В голове было абсолютно пусто. Астрид рассеянно следовала за лордом Вентором, минуя однообразные серые коридоры. Она не думала о доме, не думала об отце или предстоящей свадьбе. Просто шла, и стук её каблуков отдавался в голове призрачным эхом.

– На самом деле, госпожа, боюсь, что Элдергард не сможет вас удивить.

Астрид невольно вздрогнула от тихого голоса, ворвавшегося в липкий туман её сознания, и подняла на лорда Вентора растерянный взгляд:

– Прошу прощения?

Он больше не улыбался. Смотрел на неё по-настоящему серьёзно, с пристальным интересом, словно пытаясь увидеть насквозь и добраться до самых отдалённых уголков её мыслей, вытянув всё тайное наружу. Астрид совсем не понравился этот взгляд.

– После красот Эринбурга Элдергард вряд ли сможет вас удивить, – терпеливо повторил лорд Вентор, свернув в очередной коридор. – Нам нечем похвастаться перед вами, госпожа.

Первые пару секунд Астрид казалось, что ей просто послышалось, но, кинув на лорда быстрый взгляд, она заметила на его губах заговорщическую улыбку. Это какая-то проверка или он просто пытается поддержать разговор? Астрид не очень понимала, что отвечать на подобное. Она не могла даже обернуться, чтобы увидеть в глазах Матильды подсказку, потому что лорд Вентор намеренно говорил очень тихо. Так, чтобы услышала только она.

– Так вы бывали в Эринбурге? – невинно поинтересовалась Астрид, надеясь, что голос не выдаст её растерянности.

– О да, – уже привычно усмехнувшись, кивнул лорд Вентор, и взгляд его потеплел, словно он вспомнил что-то очень хорошее. – Я бывал в Эринбурге. Чудесное место.

Астрид хотела с ним согласиться, хотела поддержать беседу о родном королевстве, что согрело бы душу, но она заставила себя промолчать. Несмотря на напускное дружелюбие, лорд Вентор не вызывал у неё ни капли доверия. Как и Элдергард с его жестокими обычаями и суровым климатом. Как и этот замок и все речи, что в нём звучали. Ей нужно быть осторожной со своими словами, если она хочет выжить.

– Если вам так будет угодно, – пожав плечами, сухо ответила Астрид, и больше лорд Вентор не пытался завести разговор, видимо поняв тщетность данной затеи.

Коридоры продолжали сменять друг друга, пока перед ними не выросла высокая кованная дверь, украшенная красно-золотыми узорами. Они сплетались воедино, образуя странный символ – серп луны, зависшей над мечом. Он показался Астрид до боли знакомым, но она не могла понять, где видела его до этого. И чем дольше она смотрела на символ, тем сильнее он слипался в глазах, превращаясь в один скомканный красно-золотой комок.

Голову вдруг прострелила ужасная боль. Астрид вскрикнула от неожиданности и зажмурилась, схватившись за виски. Кто-то словно ударил её под колени, и она упала на холодный каменный пол, едва успев выставить руку вперёд. Взгляд упёрся в красный ковёр, а золотой узор на нём, так похожий на тот, что украшал дверь тронного зала, внезапно поплыл перед глазами и рассыпался подобно песку, оставшись на ткани россыпью мелких точек. Сверху обрушился тяжёлый, удушливый запах чего-то отвратительного.

Астрид не понимала, что происходит. Боль нарастала, грозя разорвать голову на миллиарды маленьких кусочков. Она попыталась сделать вдох, чтобы хоть как-то уменьшить эту агонию, но мерзкий запах забил собой все лёгкие. Казалось, что её сейчас просто вывернет наизнанку прямо на глазах у всего двора… Астрид неосознанно сжала пальцы в кулак, ногтями царапая каменный пол. Это было похоже на пытку: не пошевелиться, не вздохнуть, не закричать. Всё, что оставалось – смотреть на красный ковёр перед собой, пока глаза слезились от запаха, боли и унизительного положения, в котором она оказалась. Почему никто не помогает ей встать?!

Что-то влажное вдруг прочертило дорожку по её щеке, и время будто бы застыло. Астрид в ужасе распахнула глаза. Алая капля, сорвавшись с её кожи, мучительно медленно упала на ковёр и растеклась там уродливой кляксой. Какого Фораса? Это… Кровь? Глаза жгло так сильно, что противиться больше не было сил. С трудом разлепив губы, она закричала, и мир на мгновение погрузился во тьму.

Астрид моргнула и обнаружила себя перед высокой дверью со странным узором. Она резко подняла вверх ладонь, удивлённо разглядывая аккуратно подстриженные ногти, словно не царапала ими пол пару мгновений назад. Астрид коснулась щеки и не нашла следов крови, а боль прошла, словно по волшебству. Как и мерзкий запах, что мешал вздохнуть.

Что за…

– Госпожа, всё в порядке? – заметив её смятение, осторожно поинтересовался лорд Вентор.

Астрид вздрогнула и растерянно обернулась: Матильда, Лукас, Мишель и все поданные, отправившиеся с ними на встречу к королю, смотрели на неё с тревогой и ожиданием. Внутренности обдало неприятным холодком – ничего из этого не было на самом деле. Всего лишь видение. Которых у Астрид не должно было быть…

Она заставила себя отвернуться и медленно, неуверенно кивнула лорду Вентору.

– Д-да, – голос всё же дрогнул, когда Астрид, разлепив пересохшие от волнения губы,выдавила из себя это простое, лживое слово.

Дверь медленно открылась, убрав с глаз странный, беспокойный узор. Астрид нервно вцепилась в подол платья, судорожно прокручивая в голове случившееся. Почему именно сейчас? Почему с ней?.. Чья-то рука подпихнула её в спину, заставив сделать шаг вперёд.

Их встретила свежая прохлада и яркий свет. По сравнению с остальным замком: душным, хорошо натопленным и пригвождающим к полу каменным сумраком, тронный зал ощущался глотком свежего воздуха. Устав разглядывать красно-золотой ковёр на полу, Астрид подняла голову вверх и замерла, на миг забыв, как дышать. Над ними простиралось величественное, гордое небо за стеклянным потолком, затянутое сизыми тучами. Завороженная открывшимся видом, она даже не заметила, как они прошли весь зал, остановившись перед каменной лестницей, ведущей к двум тронам. Они были грубо высечены из чёрного мрамора, словно специально оставленные неаккуратными глыбами, прикрытыми тёмно-синей тканью с гербом Элдергарда – странным летающим существом.

Астрид невольно вспомнила тронный зал Эринбурга с многочисленными окнами, заливающими солнечным светом всё вокруг, ненавязчивым рисунком на полу, мраморными колоннами в виде диковинных существ и двумя тронами, с душой высеченными в камне и украшенными ветками свежей сирени. Разница между двумя королевствами была столь велика, что невольно вызывала горькую усмешку. Никакой стеклянный потолок не мог осветить это место по-настоящему. Тёмное и неприветливое, оно представало перед гостями во всей своей красе – жестоким, холодным и бездушным.

– Королева Эринбурга Мишель Мендасиум, принцесса Эринбурга Астрид Мендасиум и принц Эринбурга Лукас Мендасиум, – громко объявил лорд Вентор, плавным, заученным движением указывая на каждого поочерёдно.

Как того требуют правила, Астрид чуть склонила голову в знак уважения, хотя ни капли этого уважения не испытывала. Она упрямо не смотрела на троны, блуждая рассеянным взглядом по залу, пока двор Эринбурга низко кланялся королю. Ей была неприятна сама мысль о том, что им вообще приходится выказывать уважение правителю королевства, что однажды чуть не стёрло их родной дом в пыль. Но она подавила в себе отвращение, дождавшись, пока принц и король поднимутся со своих мест, и наконец подняла свой взгляд.

– Король Элдергарда Рэндалл Экстоллент и наследный принц Эльтарион Экстоллент, – торжественно объявил лорд Вентор.

Какая-то неведомая сила ударила Астрид под дых, и она едва нашла в себе силы устоять на ногах. На помощь неожиданно пришла Мишель. Она подхватила её под локоть, но даже не взглянула в её сторону. Астрид задрожала, не зная, как справиться с накатившим на неё леденящим ужасом.

Надо смотреть. Нельзя отводить взгляда. Нельзя показывать слабости…

Рэндалл замер прямо перед ней, и его тёмные, неестественно тёмные глаза, в которых, казалось, пляшет сам Форас, внимательно оглядели её с ног до головы. Астрид уже знала, как будет выглядеть король Элдергарда… Волевой подбородок, острые скулы, правильный нос, бледная аристократичная кожа и пугающе тёмные глаза. Разве что улыбка на губах была скорее притворно дружелюбной, чем презрительной.

– О вашей красоте ходило много легенд. Кто-то даже поговаривал, что вы прекраснее самой Эрины. Должен признать, они были правы, – Рэндалл усмехнулся, но его глаза остались холодными.

Комплимент, который должен был взволновать и расположить Астрид к себе, не вызвал ничего, кроме тревоги. Никто и никогда не сравнивал её с Эриной. Особенно в Эринбурге…

В голове по-прежнему стоял туман, а горло сжимали когти страха. Астрид не могла вымолвить и слова, и единственное, на что её хватило – это выдавить слабую улыбку, которая должна была походить на смущение.

– Разумеется, несправедливо сравнивать вас с какой-то глупой легендой о несуществующей королеве магов, – продолжил Рэндалл, и только глухой бы не заметил, как похолодел его голос при упоминании магии. Но он практически сразу же взял себя в руки, вернув тону подобие дружелюбия. – Ваша красота здесь и сейчас. Надеюсь, Элдергард придётся вам по вкусу. Чувствуйте себя, как дома.

«Это уж вряд ли», – с ужасом подумала Астрид, пропустив от волнения первую часть его высокопарной речи. Она так ничего и не ответила, низко склонив голову в знак благодарности, лишь бы не смотреть в глаза королю. А потом вдруг вспомнила о присутствии молчаливого принца, застывшего в стороне. Внезапное видение и сбывшийся кошмар настолько сбили её с толку, что она даже не удосужилась рассмотреть будущего супруга повнимательнее. Конечно, окажись он вдруг безобразным уродцем, это едва ли спасло бы её от нежелательного брака, но простое любопытство никто не отменял.

К тому же, Эльтарион оказался вовсе не безобразен. Он был точной копией своего отца, за исключением разве что светлых глаз. И только глупец стал бы отрицать, что король Рэндалл хорош собой, но его холод, который не могла скрыть даже красота, обезображивал не хуже жестокой славы, что тянулась за ним кровавым следом. Однако, в отличие от отца, Эльтарион не выглядел столь же безжизненным и пугающим.

Астрид не могла понять, правда ли его красота обусловлена более мягкими чертами лица, или она просто пыталась себя в этом убедить, но на лице принца не было ни капли презрения или надменности. Впрочем, как и хоть какого-нибудь интереса к своей будущей невесте. Он оглядел королевский двор Эринбурга, скользнул взглядом по Лукасу и Мишель, едва заметно кивнув ей в знак приветствия, и наконец остановился на Астрид. Всего на миг, чтобы позволить их взглядам встретиться. А затем отвернулся, вновь сосредоточив внимание на Мишель.

Астрид едва заметно выдохнула. На неё смотрели по-разному: с уважением, восхищением, умилением или завистью, но никогда с таким равнодушием. Она испытывала что-то похожее на разочарование, смешанное с облегчением. Возможно, идея этого брака не только ей казалась сущим бредом.

– Как ты возмужал! – воскликнула Мишель, и её голос был пропитан такой теплотой, что Астрид невольно повернулась в её сторону.

Неужели она может так нежно сжимать в объятьях кого-то, кроме Лукаса?

– Прошло много лет, тётушка, – мягко ответил Эльтарион и обнял её в ответ. – Мне пришлось вырасти.

Мишель тихо засмеялась и отстранилась, чтобы заглянуть в его глаза. В её взгляде мелькнуло что-то похожее на беспокойство, но тут же сменилось гордостью. Она погладила Эльтариона по рукам, словно всё ещё не верила в то, что он действительно вырос, и широко улыбнулась. Так тепло и по-семейному, что у Астрид тоскливо сжалось сердце.

У неё из семьи остались лишь Матильда и Лукас. Раньше этого было вполне достаточно, но почему-то здесь, в Элдергарде, Астрид чувствовала себя до ужаса одинокой и брошенной. Наверное, когда-нибудь она так же увидит Лукаса повзрослевшим мужчиной и ей будет нелегко принять тот факт, что она так много пропустила в его жизни.

Внутренности неприятно резануло. Мысль о скорой разлуке причиняла боль, и Астрид попыталась отвлечься. Она невольно подумала о том, что Эльтарион очень высокий. Абсолютно глупая мысль, но это единственное, за что ей удалось ухватиться.

– А ты у нас значит будущий король Эринбурга, – с улыбкой сказал Эльтарион и присел рядом с Лукасом, протянув ему ладонь в знак приветствия.

Астрид удивлённо выгнула бровь. «Странный способ знакомства», – тут же подумала она, но нашла это милым. И даже его слова о короне Эринбурга, произнесённые столь тёплым тоном, не вызвали в ней привычной бури негодования. Отчего-то сразу было понятно, что Эльтарион не подразумевал ничего плохого, просто по-доброму обращаясь к ребёнку.

Собственно говоря, именно потому, что Лукас и был ребёнком, непосвящённым в истинное положение дел, и вышло так неловко:

– Приятно познакомиться, принц Эльтарион, – ответил он, довольный тем, как по-взрослому к нему обращаются, и важно пожал предложенную ладонь. – Но будущая королева Эринбурга Астрид.

Тронный зал погрузился в оглушающую тишину. Астрид не сдержала смешка, запоздало зажав рот рукой, однако взгляды всех присутствующих уже были прикованы к ней. Наивность Лукаса умиляла и ужасала одновременно. Не отреагировать на это было выше всяких сил. Особенно когда она увидела растерянное лицо Эльтариона. Огромных сил ей стоило проглотить очередной смешок, подступающий к горлу, но нужно было что-то сказать, пока это не сделала за неё Мишель.

– Прошу прощения, – больше не скрывая широкой улыбки, Астрид низко склонила голову в подтверждение своих слов. – Мой брат большой любитель неожиданных шуток.

Хватило одного быстрого взгляда, чтобы Лукас едва заметно кивнул, поняв, что взболтнул лишнего. Слова им были не нужны: они давно привыкли к молчаливым переглядываниям на виду у всего двора.

Астрид заставила себя рассмеяться, а за ней, быстро приняв правила чужой игры, последовали остальные. И, возможно, минутка её позора стоила того, потому что Эльтарион, рассмеявшись вместе со всеми, украдкой кинул на неё благодарный взгляд. Конечно, она бы прожила и без его одобрения, но это было всяко лучше полного безразличия. Кто знает, может быть, благодарность принца за спасение своей драгоценной чести ещё пригодится ей в будущем?

Разумеется, Рэндалл всё равно не поверил их маленькому спектаклю, Мишель недовольно поджала губы, а Матильда низко опустила голову, мысленно обещая высказать Астрид всё что думает. Но, Боги, как же хорошо, что это будет позже…

– А где Миранда? – сдержанно поинтересовалась Мишель, когда наигранное веселье стихло, но по её резкому движению, которым она поправила волосы, Астрид поняла, что мачеха нервничает.

– Ей нездоровится, – коротко ответил король, даже не взглянув в сторону сестры. – Иначе она бы обязательно встретила наших гостей. Миранда – моя дочь, и вы обязательно познакомитесь позже. В конце концов, мы скоро станем одной семьёй.

Последнее Рэндалл адресовал уже Астрид, впившись в неё странным взглядом и мерзко улыбнувшись. Несмотря на все попытки выглядеть дружелюбным, он вызывал необъяснимое отвращение и страх. Астрид не привыкла бояться чего-то, кроме собственной слабости, но «Элдергард» и «привычка» уже звучали до безобразия смешно. Пришлось медленно, осторожно кивнуть, потому что все слова опять застряли в горле липким комком тревоги. Если так пойдёт и дальше, то её самый главный страх стать молчаливым украшением двора точно воплотится в жизнь…

– Ну что ж, – продолжил Рэндалл равнодушным голосом, словно вся эта встреча порядком затянулась. – У нас ещё будет возможность познакомиться поближе сегодня за ужином. А пока вам покажут комнаты, где вы сможете отдохнуть после долгой, утомительной дороги.

Он коротко кивнул лорду Вентору, отдав молчаливый приказ, и, потеряв к Астрид всякий интерес, развернулся к Мишель. Лорд Вентор в мгновение ока вырос перед Астрид и сверкнул широкой улыбкой, закрыв собой весь обзор. План подсмотреть или даже подслушать разговор Мишель и Рэндалла с треском провалился. Не то чтобы Астрид действительно рассчитывала, что у неё это получится, но только глупец бы поверил, что они просто решили мило поболтать и обсудить годы разлуки.

Мишель не виделась с братом тринадцать лет, и было не похоже, что она хоть каплю рада «долгожданной» встрече. Семейные чувства в ней вызывал разве что Эльтарион – ещё более странный, молчаливый принц Элдергарда, который, стоило приёму закончиться, тут же испарился, будто только этого и ждал.

Всё было не так, как Астрид себе представляла. И это злило. Злило и пугало одновременно. Потому что она совершенно не знала, чего теперь ожидать.

– Госпожа, – напомнив о себе, лорд Вентор осторожно указал на дверь. – Пройдёмте, я покажу вам ваши покои.

Его улыбка стала натянутой, а Матильда вдруг подхватила её под руку, подгоняя в нужном направлении. Астрид поняла, что её зовут уже не в первый раз. Она обернулась напоследок, заметив, как Мишель следует за Рэндаллом, огибая грубые тёмные троны, и скрывается из виду. Её уход не давал Астрид покоя. Что она собиралась обсуждать с тираном? Ужасные манеры падчерицы и скорую свадьбу? Или захват Эринбурга и истребление всех магов до единого?

Астрид раздражало собственное бессилие. В этом замке она была не больше, чем девицей с богатым приданным. У неё не было ни знакомых, ни поддержки, ни какой-либо силы. Даже угрожай Эринбургу опасность – здесь Астрид была абсолютно бессильна. И это пугало…

– Что с тобой такое? – прошептала Матильда, ведя под руку Лукаса, который любознательно оглядывался по сторонам, впитывая в себя каждую деталь мрачно обставленного замка.

Он совсем ничего не понимал… Для него это было первым путешествием в жизни, и в отличии от Астрид оно не было омрачено угнетающим пониманием того, что путь домой навсегда закрыт. Лукас мог позволить себе безмятежно радоваться, воспринимая всё, как необычную смену обстановки. Для Астрид это было непозволительной роскошью.

– А что со мной такое? – рассеянно спросила она, пожав плечами.

Вопрос был до ужаса глупым, потому что она знала, что с ней буквально всё не так. Странные ощущения после видения и встречи с королём никуда не ушли. Они просто притупились в сознании, оставшись там неясной дымкой, которая медленно, слишком медленно, растекалась под кожей. Астрид не поняла, как они покинули тронный зал и прошли извилистые коридоры, оказавшись у каменных лестниц. Она даже пропустила тот момент, когда Мати забрала Лукаса у нянечек. Благо лорд Вентор наконец молчал, иначе Астрид точно не выдержала бы его назойливой болтовни.

– Ты бледнее смерти! Вот-вот и в обморок грохнешься, – с беспокойством заметила Матильда.

– Просто надо отдохнуть, – отмахнулась Астрид, но, честно говоря, совсем не была уверена в том, что и впрямь не упадёт в обморок прямо сейчас.

В голове стоял неприятный туман, и она из последних сил заставляла себя переставлять ноги, слепо следуя за лордом Вентором. Обратной дороги нет… Она уже в Элдергарде.

– Ваши покои, принц Лукас, – объявил молодой лорд, замерев у деревянной резной двери.

Астрид удивлённо моргнула, осознав, что они успели преодолеть вереницу лестниц и оказались на просторной полукруглой площадке. Башня – догадалась она, разглядывая широкие ступени, что вели дальше наверх. Придётся потрудиться, чтобы запомнить этот пролёт среди десятка похожих. Заблудиться в этом замке было проще простого… И с чего вдруг она уже начинает думать об Элдергарде, как о будущем доме?

Лукас с восторженным криком забежал в комнату, и Мати виновато обернулась:

– Я скоро вернусь. Помогу ему немного и приду, хорошо?

Астрид осталось лишь коротко кивнуть. Лукасу нужно было помочь обустроиться в комнате, пока не придут его нянечки, а она уже давно не ребёнок. Сама справится…

Но сколько бы Астрид не повторяла эту мысль у себя в голове, всё равно не смогла удержаться, чтобы не проводить закрывающуюся дверь взглядом. Вот она и осталась одна на растерзание врагу… Не так буквально, конечно, но лорд Вентор ей откровенно не нравился. Зато он, напротив, оставшись с ней наедине, вернул себе всё веселье, бодро проследовав к двери напротив с прилипшей к губам улыбкой:

– Не расстраивайтесь, госпожа. Ваша комната совсем рядом.

И казалось, что он сказал это достаточно вежливо, без намёка на грубость или насмешку, но Астрид всё равно ощетинилась, задетая снисходительным тоном.

– Как благородно, – раздражённо хмыкнула она и смерила лорда холодным взглядом, ядовито добавив. – Благодарю за радушный приём!

С этими словами она захлопнула дверь прямо перед его носом. Грубо, невоспитанно и сумасбродно. Зато полностью отдавая отчёт своим действиям.

Прикрыв глаза, Астрид устало привалилась лбом к двери. Боги! Как же ей хотелось остаться одной с самого утра. Отвратительного, неприятного раннего утра, оставшегося во рту привкусом слабости и бессилия. Она всё же тут, в Элдергарде, как того и хотела Мишель. В статусе знатной невесты для не менее знатного принца. Что дальше?

– Я зайду за вами в шесть, – прозвучал из-за двери приглушенный голос, и Астрид едва не зарычала, чтобы он убирался прочь. – Отдохните перед ужином. Вы и впрямь устало выглядите.

Она отшатнулась от двери, с трудом сдерживая рвущийся наружу крик, и прошипела сквозь зубы, сдирая с волос диадему:

– Идиот!

Ей показалось, что за дверью раздался смех, но это просто не могло быть правдой. Комната оказалась намного просторнее, чем Астрид себе представляла – светлая, с изысканной мебелью и мягким белым ковром по середине, что никак не вписывалось в общую обстановку замка с узкими мрачными коридорами и холодным камнем. Неужто Рэндалл решил показать, что она здесь вовсе не пленница, а желанная гостья? Сбить с толку своей вежливостью и комплиментами?

Однако стоило признать, что комната была довольно милой: широкая кровать с кремовым балдахином, напротив – камин из белого мрамора, не столь изысканный, как в Эринбурге, но всё равно навевающий приятные воспоминания. Возле камина стояло два кресла и стеклянный столик с вазой из фиолетового стекла. Астрид подошла поближе, разглядывая необычные цветы в вазе. Она никогда не видела таких прежде – насыщенно-бордовых с тёмными прожилками, напоминающими застывшую на камнях кровь. Её сундук принесли из кареты и поставили рядом с резным светлым шкафом, а в углу комнаты обнаружился стеллаж с книгами. Астрид бегло оглядела названия на разноцветных корешках: «Культура и история Элдергарда», «Великие подвиги рыцарей Элдергарда», «Летопись королей, от начала и до конца», «Как Бог войныЭнтел спас мир».

– Это вообще кто-то читает? – фыркнула она и, утратив к книгам всякий интерес, приблизилась к широкому окну во всю стену.

За полупрозрачной светлой шторой виднелась дверная ручка. Толкнув стеклянную створку, Астрид оказалась на просторном балконе, и открывшийся вид заставил её задержать дыхание. Столица Элдергарда предстала перед ней как на ладони. Всё такая же мрачная и неприветливая, но по-своему завораживающая своей тёмной загадкой. Отсюда хорошо был виден и величественный храм в правой части города, и извилистые улочки, вырисовывающие собой странный каменный узор, и яркий контраст богатых и бедных домов.

«Красиво», – невольно подумала Астрид и вспомнила свои покои в Эринбурге. Конечно, Элдергард никогда не сравнится с её домом: с доносящимся с океана солёным воздухом, переливистым пением птиц, сладким ароматом цветущих садов и игривым хохотом сирен, плещущихся в волнах. Он никогда не заменит ей солнца и тепла, но, если Рэндалл хотел сделать её пребывание здесь чуточку сноснее, у него почти получилось…

Несмелый поток восторженных мыслей резко оборвался. Астрид не поняла, в какой момент всё изменилось, затянув её в тошнотворный водоворот. Мир смазался в одно неясное пятно, и она едва успела ухватиться за ручку двери, ввалившись обратно в комнату.

Секунды знакомо растянулись в вечность. Голова закружилась, а колени подогнулись. Астрид попыталась выставить руку, чтобы смягчить падение, но с ужасом поняла, что не может пошевелиться. Она рухнула на ковёр, и по телу вдруг прошёл странный холод. Рядом раздался неясный шёпот, который подбирался всё ближе и ближе, протягивая к ней липкие лапы, пока не забрался в голову, заполняя собой всё сознание. Неразборчивый и шипящий, словно древнее опасное заклинание. Только вот она знала, что никаких заклинаний не существует. Тогда откуда вообще взялась эта мысль?