Спящая душа

Она усмехнулась, но в голосе всё равно чувствовалась усталость.

– Кстати, познакомься. Это моя подруга Ирэн. Мы сидим за одной партой.

Девушка рядом с ней слегка кивнула.

– Приятно познакомиться.

– Взаимно, – ответил я.

– Я, кстати, Метиас, – вставил он, протягивая руку. – И давай сразу проясним: Димитрий тут на самом деле ни при чём. Джейстинс сам нарвался. Димитрий просто ответил.

– И вообще, – продолжил Метиас с самым серьёзным видом, – Димитрий, дабы загладить свою вину, приглашает нас всех сходить в кафе после сегодняшних занятий.

– Да? – удивлённо поднял брови я. – А я что-то такого не припомню.

Я сделал вид, что возмущён, но через секунду махнул рукой.

– Впрочем… согласен. Дабы загладить свою вину, приглашаю тебя, господин Метиас, и вас, благородные дамы, в кафе после занятий.

Я слегка поклонился, специально добавив в голос немного пафоса, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу после нашей изматывающей тренировки.

Мерелиана тихо рассмеялась.

– Правда, – продолжил я уже более серьёзно, – для начала мне бы пережить ту экзекуцию, которую нам обещала Элирия после занятий.

Метиас хмыкнул.

– Перерыв окончен! – прозвучал грозный голос Элирии. – Убираем мечи и остальное оборудование. Идём к мишеням для стрельбы.

По строю прокатился тяжёлый вздох. Кто-то тихо застонал, но спорить с ней, разумеется, никто не собирался. Мы быстро сложили деревянные мечи обратно на стойки, сняли шлемы и направились к другой части тренировочной площадки.

Там уже стояли ряды соломенных мишеней на разном расстоянии. Рядом на длинных столах лежали учебные луки и колчаны со стрелами.

Элирия взяла один из луков и легко натянула тетиву, словно проверяя оружие.

– Меч – это хорошо, – спокойно произнесла она. – Но иногда противник находится далеко. Поэтому сегодня вы познакомитесь с основами стрельбы из лука.

Она подняла стрелу и показала нам.

– Всё просто. Левая рука держит лук. Правая – тетиву. Стрелу кладёте на направляющую, фиксируете пальцами и плавно натягиваете.

Элирия повернулась к мишени, подняла лук и одним быстрым движением натянула тетиву.

Свист.

Стрела с глухим ударом вошла почти в центр мишени.

– Не дёргайте руки, – добавила она, не оборачиваясь. – И не пытайтесь стрелять силой. Лук любит спокойствие.

Она положила лук обратно на стол.

– Теперь берите оружие и пробуйте.

Мы разошлись по линии стрельбы.

Я взял один из луков. Он оказался неожиданно лёгким, но тетива была тугой.

– Надеюсь, это будет проще, чем мечи, – пробормотал Метиас рядом.

– Сомневаюсь, – усмехнулся я.

Я положил стрелу на направляющую и натянул тетиву. Плечи сразу же отозвались усталой болью после тренировки с мечами.

Прицелился.

Выдохнул.

Отпустил.

Стрела ушла вперёд и воткнулась в мишень… где-то в нижней её части.

– Неплохо для первого раза, – заметил Метиас.

Его собственная стрела воткнулась почти рядом с моей.

Рядом раздался звонкий смех Мерелианы.

– А у меня вообще мимо!

Мы обернулись. Её стрела торчала в земле в нескольких шагах от мишени.

Элирия медленно прошла вдоль линии стрелков.

– Для первого раза терпимо, – холодно произнесла она. – Но до меткости вам ещё очень далеко.

Она остановилась и посмотрела на нас.

– Продолжайте. У каждого – по двадцать выстрелов.

По площадке снова прокатился дружный стон.

Мы ещё несколько минут пытались попадать в мишени. Стрелы свистели, врезаясь в солому, иногда уходя в сторону или вовсе падая в траву. Руки уже дрожали от усталости, а пальцы неприятно ныли от тетивы.

Наконец Элирия подняла руку.

– Достаточно.

Все мгновенно опустили луки.

– Нам с вами предстоит ещё много работы, – спокойно продолжила она. – Но на сегодня хватит.

По строю прошёл облегчённый выдох.

Я уже собирался вместе со всеми направиться к выходу с площадки, как её взгляд остановился на нас.

– Димитрий. Джейстинс.

Мы оба невольно обернулись.

– Жду вас через десять минут в аудитории.

Она сделала короткую паузу.

– Остальные свободны.

Студенты начали расходиться, кто-то обсуждал тренировку, кто-то жаловался на боль в руках.

Метиас тихо присвистнул.

– Ну… удачи вам, – сказал он, хлопнув меня по плечу. – Чувствую, сейчас начнётся самое интересное.

Я тяжело выдохнул.

– Вот и я о том же…

В аудиторию к Элирии я шёл без особого волнения. По сути, правил академии мы не нарушили – просто немного увлеклись спором.

Когда я вошёл, Джейстинс уже был внутри. Он стоял у окна, скрестив руки на груди. Элирия находилась за своим столом и внимательно смотрела на нас обоих.

– В общем так, – сразу перешла к делу она.

Её голос был спокойным, но холодным.

– Мне плевать, что между вами происходит. И вообще плевать, какие у вас личные счёты. Но правила академии должны выполняться безукоризненно.

Она сделала паузу, переводя взгляд с меня на Джейстинса.

– А вы сегодня были очень близки к тому, чтобы перейти черту.

Джейстинс тихо фыркнул, но ничего не сказал.

– Поэтому в этот раз ваше наказание будет лёгким, – продолжила Элирия.

Она поднялась из-за стола и обвела рукой аудиторию.

– Вот эта аудитория должна сиять. С пола до потолка.

Она указала на стены, окна и светильники под потолком.

– Включая каждый абажур.

Затем она слегка улыбнулась.

– Когда закончите – можете быть свободны.

От нас с Джейстинсом одновременно вырвался тяжёлый вздох разочарования. Ни ему, ни мне совсем не хотелось заниматься уборкой сразу после такой тренировки.

Но спорить с Элирией никто из нас не собирался.

Когда дверь за ней закрылась, в аудитории повисла почти абсолютная тишина.

Мы молча взяли ведро, тряпки и принялись за работу.

Сначала вытерли столы и парты, потом окна, затем стены. Пыль поднималась в воздухе, заставляя иногда чихать, а руки после тренировки и так уже едва слушались.

Несколько раз наши взгляды пересекались, но никто из нас не сказал ни слова.

Иногда Джейстинс что-то недовольно бурчал себе под нос, но до споров дело так и не дошло. Видимо, усталость оказалась сильнее любых амбиций.

Работа постепенно продвигалась. Солнце за окнами медленно клонилось к закату, окрашивая аудиторию мягким золотистым светом.

Я протёр очередной абажур и на секунду остановился, разминая уставшие пальцы.

Мысли невольно вернулись к обещанию Метиаса и девушек дождаться меня в кафе. Эта мысль неожиданно согревала. После всего, что произошло за последние дни, было приятно знать, что кто-то просто ждёт тебя за столом с горячей едой и разговором ни о чём.

– Кажется… всё, – наконец произнёс Джейстинс, оглядывая аудиторию.

Я тоже огляделся.

Парты стояли ровно, окна блестели, пол был вымыт, а абажуры действительно выглядели так, будто их только что повесили.

– Похоже на то, – ответил я.

Мы ещё раз проверили аудиторию, поставили ведро и тряпки у двери и молча вышли в коридор.

Вечерний свет уже заполнял окна академии, а в коридорах почти никого не осталось.

Я глубоко вдохнул.

День выдался долгим.

И, похоже, это был только самый первый настоящий день моей новой жизни в академии.

Я поправил форму и направился к выходу.

В конце концов, меня всё ещё ждали в кафе.

Глава 10

В кафе я шёл в приподнятом настроении, радуясь тому, что эта экзекуция наконец закончилась.

Несмотря на усталость и боль во всём теле, мысли о тренировке почему-то вызывали у меня приятные воспоминания.

Размахивая мечом на площадке, я снова ощущал то самое тепло, которое обычно исходило от моего древа. Словно на мгновение я провалился в состояние медитации, даже не пытаясь сознательно войти в него.

Это чувство было странным, но удивительно правильным.

Будто тело само начинало понимать то, что разум ещё только пытался осознать.

И чем больше я об этом думал, тем сильнее меня не покидало ощущение, что сегодняшний день был лишь самым первым шагом к чему-то гораздо большему.

В этот момент краем глаза я заметил какое-то движение в кустах у дорожки.

Я резко остановился.

На секунду мне показалось, будто кто-то наблюдает за мной.

Я обернулся, внимательно всматриваясь в листву.

Но там никого не было.

Лишь лёгкий ветер едва заметно шевелил ветки.

Несколько мгновений я стоял, пытаясь понять, показалось ли мне это или нет. Затем тряхнул головой, отгоняя лишние мысли.

Скорее всего, просто усталость после тренировки.

Собравшись с мыслями, я снова зашагал по дорожке в сторону кафе.

Ребята сидели за столиком, непринуждённо общаясь.

Я подошёл и опустился на свободный стул.

– Ну вот и я, живой и относительно здоровый. Ну как вы тут без меня?

Мерелиана сразу повернулась ко мне.

– Что-то ты припозднился. Что, госпожа Элирия решила немного поиздеваться над вами?

– О, да, – усмехнулся я, усаживаясь поудобнее. – Измывалась над нами по полной программе. Завтра сами всё увидите.

Я сделал паузу, решив немного добавить интриги.

– А теперь давайте праздновать первый учебный день.

Мы сидели не обращая внимания на время, болтали веселились и праздновали. Мне начинала нравится моя новая жизнь, но к сожалению подходило время комендантского часа и нам пришлось расходиться, мы с Метиасом проводили девочек до их общежития и побежали в свое, время уже поджимало. На входе уже стоял ГмыХ. недовольно бурчащий.

– О спелись голубчики, сколько ждать вас можно еще, на часы смотрите в следующий раз, все уже давно по комнатам разошлись, а они гуляют, бедному ГмыХу отдыхать не дают.

– Прости, отмечали первый учебный день, вот немного и не уследили за временем. Обещаю, что больше такого не повториться, спасибо что пропустил.

– А ты когда успел с ним так сдружиться? – удивлённо спросил Метиас, когда мы поднимались по лестнице. – Я за всё это время от него только бурчание и слышал, а с тобой он прямо по-человечески разговаривает.

– Да как-то само получилось. С первого дня разговорились. Он, если честно, просто очень любит поболтать.

– Серьёзно? – хмыкнул Метиас. – А со мной он почему-то только рычит.

– Может, ты ему слово вставить не даёшь, – пожал плечами я. – Попробуй просто дать ему высказаться. Думаю, он тебе ещё половину академии в подробностях расскажет.

Метиас тихо рассмеялся.

– Ладно… надо будет попробовать.

Лёжа в кровати, я решил снова обратиться к своему внутреннему древу. За последние дни это стало почти привычкой. Образ возникал всё легче – будто разум сам знал дорогу к этому месту.

Я закрыл глаза и сделал несколько медленных вдохов.

Мир вокруг постепенно растворился. Исчезли стены комнаты, шум академии, тяжесть в руках и плечах после тренировки.

И вот оно снова появилось.

Моё древо.

Огромный чёрно-белый дуб возвышался передо мной, раскинув свои широкие ветви. Теперь он выглядел гораздо здоровее. Следы гнили, которые я видел раньше, почти исчезли, лишь кое-где напоминая о том дне, когда моё сознание едва не разорвали ментальной магией.

От древа исходило мягкое, тёплое ощущение. То самое тепло, которое я сегодня чувствовал на тренировке.

Я некоторое время просто стоял рядом, наблюдая за ним и позволяя этому спокойствию разливаться внутри.

Но сегодня я пришёл сюда не только ради этого.

Я вспомнил слова из той древней практики. За дубом должно было находиться ещё одно место. Дом. Пространство покоя – то, где сознание может укрыться и по-настоящему войти в медитацию.

Я сделал шаг вперёд.

Затем ещё один.

Медленно обходя ствол древа, я попытался представить то, что должно было находиться за ним.

Сначала там была лишь пустота.

Я сосредоточился, стараясь представить очертания дома. Небольшое строение, тихое место, где можно укрыться от всего мира.

И на мгновение мне даже показалось, что что-то начинает проявляться. Едва заметный силуэт, словно туманная тень среди света, пробивающегося сквозь ветви.

Но именно в этот момент тело напомнило о себе.

Усталость обрушилась на меня неожиданно.

Сначала мысли начали путаться. Затем образ древа стал расплываться. Ветви потеряли чёткость, земля под ногами словно ушла из-под контроля.

Я попытался удержать картину.

Ещё немного.

Ещё один шаг.

Но сознание уже предательски ускользало.

Образ древа растворился, словно его смыл тёплый поток сна.

И через мгновение я уже просто спал, так и не успев увидеть, что же скрывается за моим внутренним древом.

Утро встретило меня ужасной головной болью.

Я медленно открыл глаза и несколько секунд просто лежал, глядя в потолок. Каждая мышца в теле неприятно ныла после вчерашней тренировки, руки и плечи будто налились свинцом.

– Похоже, Элирия действительно решила сделать из нас солдат… – пробормотал я себе под нос.

Я осторожно сел на кровати, чувствуя, как протестует всё тело.

Но, несмотря на усталость и боль, настроение у меня было на удивление хорошим.

Сегодня должен был состояться первый урок магии.

Эта мысль мгновенно прогнала остатки сна.

Если вчерашний день был лишь знакомством с академией, то сегодня начиналось то, ради чего я вообще оказался здесь.

Я поднялся с кровати, потянулся и медленно направился умываться, пытаясь привести себя в более-менее живое состояние.

В голове крутилась только одна мысль.

Наконец-то я узнаю, как работает магия в этом мире.

Наспех умывшись и позавтракав, я отправился в академию.

У входа меня уже ждал Метиас.

– Доброе утро! – бодро сказал он. – Слушай, а ты был прав, спасибо! Я сегодня просто сказал ГмыХу «доброе утро», спросил, как дела… и его как прорвало. Минут пятнадцать болтал без остановки! А я-то думал, он угрюмый и нелюдимый, даже немного побаивался его. А он, оказывается, просто поговорить любит.

Я усмехнулся.

– Да я и не удивлён, что вы нашли общий язык. У вас явно много общего.

Метиас остановился и прищурился.

– Эй! Это ты на что намекаешь? Я что, на гоблина похож?

Я пожал плечами.

– Ну, иногда…

Он громко рассмеялся и толкнул меня плечом.

– Да ты сам не лучше.

Так, переговариваясь и посмеиваясь, мы неспешно дошли до учебного корпуса. Утро только начиналось, и на территории академии постепенно появлялись студенты. Кто-то торопился на занятия, кто-то стоял у входа, обсуждая вчерашний день.

– Слушай, – сказал Метиас, – если урок магии окажется таким же, как вчерашняя тренировка, я, пожалуй, сразу сбегу.

– Поздно, – усмехнулся я. – Нас уже записали.

Мы поднялись по знакомой лестнице и вошли в аудиторию. Там уже было несколько студентов, рассевшихся по партам.

Мерелиана и Ирэн сидели на своих местах и что-то оживлённо обсуждали. Увидев нас, Мерелиана сразу помахала рукой.

– О, вот и герои вчерашней тренировки!

– Доброе утро, – кивнул я, подходя ближе.

– Ну как, выжили после наказания? – с лёгкой улыбкой спросила Ирэн.

Метиас тяжело вздохнул.

– Если уборку аудитории можно назвать выживанием – то да.

Мерелиана тихо рассмеялась.

– Ничего, это ещё только начало. Я уверена, Элирия для нас ещё много интересного приготовила.

– Не сомневаюсь, – пробормотал Метиас.

Мы заняли свои места за партами, ожидая начала урока.

– Итак, лекции по магии у вас буду вести я.

С этими словами в аудиторию вошёл ректор Дранвель Кхаргрим.

Он медленно прошёл к кафедре, окинув нас внимательным взглядом. В аудитории сразу стало тихо.

– Прежде всего запомните главное правило, – продолжил он. – Для использования магии необходима строгая дисциплина. Магия не терпит хаоса и легкомыслия.

Он на секунду сделал паузу, словно давая нам время осмыслить сказанное.

– Сегодня мы начнём с самого простого и одновременно самого важного. Вы научитесь проявлять свою ауру. Это первый шаг к пониманию собственной магии.

Ректор сцепил руки за спиной и медленно прошёлся перед первым рядом парт.

– После этого мы определим, к какой стихии склонна ваша мана. У каждого из вас она своя, и именно от этого будет зависеть ваше дальнейшее обучение.

Он остановился и внимательно посмотрел на нас.

– А теперь начнём.

– Для того чтобы высвободить вашу ауру, вы должны закрыть глаза и представить образ, близкий и знакомый только вам, – продолжил ректор. – После того как образ проявится, мысленно потянитесь к нему, и он потянется к вам. Со временем всё будет происходить гораздо быстрее. В будущем вам будет достаточно одного усилия воли, чтобы вызвать свою ауру.

Я закрыл глаза.

Долго искать нужный образ мне не пришлось.

Я сразу потянулся к своему древу.

Значит, я всё делал правильно.

Дерево откликнулось мгновенно. Тёплое, спокойное ощущение снова разлилось внутри, словно оно действительно отвечало на мой зов.

Я мысленно попросил у него немного силы.

Когда я открыл глаза, то сразу понял, что что-то изменилось.

От меня исходило яркое золотое сияние.

Оно мягко окутывало всё моё тело, словно лёгкое пламя, которое не обжигало, а наоборот – наполняло спокойствием и силой.

Я оглянулся по сторонам.

Не только у меня начало проявляться сияние.

Вся аудитория постепенно наполнялась мягким светом.

У некоторых учеников аура проявилась почти сразу. Вокруг них появлялось ровное и устойчивое свечение – спокойное, будто тихий огонь.

У других всё происходило куда сложнее.

Кто-то сидел с закрытыми глазами, напряжённо сжав кулаки, и вокруг него лишь едва заметно дрожала слабая рябь света, словно воздух над горячими камнями.

У одного из студентов аура вспыхнула на мгновение, но тут же погасла.

– Не напрягайтесь, – спокойно произнёс ректор, медленно проходя между партами. – Магия не любит насилия над собой. Вы должны почувствовать её, а не выдавить силой.

Метиас рядом со мной нахмурился, закрыв глаза ещё крепче.

Вокруг него медленно начала проявляться мягкая синеватая дымка. Сначала она была едва заметной, но постепенно становилась плотнее.

– Получается… – тихо пробормотал он, не открывая глаз.

Через несколько парт от нас Мерелиана сидела совершенно спокойно.

Её аура вспыхнула почти сразу.

Мягкое золотистое сияние окружило её фигуру, хотя и заметно слабее, чем-то, что исходило от меня.

Несколько студентов с удивлением посмотрели в нашу сторону.

У кого-то аура проявлялась зелёным оттенком, у кого-то голубоватым. У пары учеников свечение было совсем слабым – лишь лёгкая рябь вокруг рук.

А один парень вообще открыл глаза и растерянно посмотрел на свои ладони.

– У меня… ничего, – пробормотал он.

– Не у всех получается с первого раза, – спокойно ответил ректор. – Это нормально.

Он остановился посреди аудитории.

И только сейчас, кажется, заметил меня.

Его взгляд на мгновение задержался на золотом сиянии вокруг моего тела.

– Димитрий… очень хорошо, – произнёс ректор. – Признаться, я ожидал от вас нечто подобное ещё после нашего первого разговора.

Он слегка кивнул.

– В таком случае попрошу вас первым подойти ко мне для определения направления вашей магии.

Я поднялся со своего места и подошёл к кафедре. На ней стоял хрустальный шар, очень похожий на тот, с помощью которого нас регистрировали в первый день.

– Поскольку вы уже освоились с высвобождением вашей ауры, – продолжил ректор, – попробуйте усилием воли направить её не из всего тела, а только из ладоней. Сконцентрируйте поток и направьте его в шар.

Я кивнул.

– Хорошо… сейчас попробую.

Я снова вызвал свою ауру.

Золотое сияние мягко окутало меня, как и раньше. Но теперь нужно было сделать то, чего я ещё не пробовал.

Я попытался представить, как энергия выходит из ладоней.

Ничего не получилось.

Поток всё так же равномерно исходил из всего тела.

Я нахмурился и решил попробовать иначе.

Закрыв глаза, я сосредоточился на самом ощущении этой силы. На тёплом золотом свете, который исходил от меня.

И вдруг… получилось.

Я словно нащупал этот поток.

Ощутил его.

И усилием воли собрал его в ладонях.

Когда я открыл глаза, то увидел яркое золотое сияние, вырывающееся из моих рук.

Я сразу направил его в шар.

Хрустальная сфера мгновенно вспыхнула.

– Отлично… – тихо сказал ректор.

Он внимательно наблюдал за шаром.

– Итак… посмотрите.

Я опустил взгляд.

Внутри сферы вихрящиеся цвета начали медленно перемешиваться. Основной цвет был ярко-оранжевый, словно раскалённый огонь. Но среди него появлялись зелёные и серебристые всполохи.

– Это значит, что вам подвластна стихия огня и света, – продолжил ректор. – Кроме того, я вижу выраженную склонность к магии лечения… и к ментальной магии.

Он поднял на меня взгляд.

– Вы действительно уникальны в своём роде. Такое сочетание встречается крайне редко.

Он слегка нахмурился.

– А теперь остановите поток.

Я кивнул.

Но в этот момент понял, что что-то не так.

Я попытался прекратить поток энергии из ладоней.

Ничего не произошло.

Наоборот.

Сияние стало ярче.

Поток усилился.

Я снова попытался его остановить, но энергия словно больше не подчинялась мне.

– Ректор… – выдохнул я.

И в следующий момент из моих ладоней вырвался мощный поток света.

В аудитории раздались испуганные голоса.

Голова резко закружилась.

Силы словно начали стремительно покидать тело.

Я попытался удержаться на ногах, но мир перед глазами уже начинал темнеть.

Через мгновение ноги подкосились.

Я упал.

Где-то вдалеке слышались встревоженные голоса.

Но они быстро растворялись в нарастающей тишине.

Перед глазами медленно расползалась пустота.

Интерлюдия. Дранвель Кхаргрим.

После того как Димитрий рухнул на пол, в аудитории мгновенно началась неразбериха.

Несколько студентов вскочили со своих мест. Двое из них первыми подбежали к нему – его сосед по парте и вторая «золотая» в группе, эльфийка Мерелиана. Похоже, за эти дни они уже успели сблизиться с парнем.

– С ним всё в порядке, – спокойно произнёс я, поднимая руку, чтобы остановить панику.

Студенты замерли, прислушиваясь.

Я присел рядом с Димитрием, быстро проверил дыхание и пульс.

– Он потерял контроль над своей магией и выпустил слишком большой объём силы за один раз. Это серьёзная нагрузка для неподготовленного организма.

Я поднялся и посмотрел на аудиторию.

– Как я уже говорил вам всем: магия – это прежде всего дисциплина и самоконтроль.

Затем я перевёл взгляд на парня, который первым подбежал к Дмитрию.

– Ты.

Он мгновенно выпрямился.

– Сбегай в медицинское крыло и передай, что у нас магическое истощение от перегрузки. Пусть пришлют носилки.

Парень кивнул и тут же выбежал из аудитории.

Я снова посмотрел на остальных студентов.

– До утра он придёт в себя. Ничего критичного не произошло.

Затем спокойно добавил:

– А теперь прошу всех вернуться на свои места.

В аудитории постепенно восстановилась тишина.

Пока мы ожидали лекарей, я невольно обдумывал результаты сегодняшнего тестирования.

Группа оказалась весьма интересной.

И дело было не только в Димитрии.

Я перевёл взгляд на эльфийку, которая всё ещё стояла рядом с ним.

Мерелиана.

Когда она коснулась шара, тот вспыхнул мягким золотым светом. Основной цвет внутри сферы был светло-голубым с золотыми переливами.

Воздух и свет.

Для эльфов это довольно типичное сочетание, но уровень силы у неё был заметно выше среднего. При должной подготовке она сможет стать весьма сильным боевым магом поддержки.

Рядом с ней сидела её подруга – Ирэн.

Её шар окрасился в глубокий зелёный цвет с лёгкими серебристыми всполохами.