Лекарь Его Величества. Том 3

Это зависит от многого. Наш титул ниже, чем у Шуваловых, а значит, дело может закончиться не только дуэлью. Но и чем-то посерьёзнее, вроде отбирания нашего бизнеса или принуждения Андрея к работе, например. Ещё это зависит от степени тяжести нанесённого оскорбления и от личных качеств Шувалова.

Пока что он показался мне очень вспыльчивым.

— Как наша семья может загладить вину? — спросил я у графа Шувалова.

— Неделя отработки Андрея в качестве личного лакея моей дочери, — объявил барон Шувалов.

Что ж, не самое худшее из всевозможных наказаний. Даже сказал бы, справедливое.

Обычно на такую работу идут либо бастарды, либо представители самых бедных родов. Остальные лекари работают в клиниках.

Так уж сложилось, что работать одному дворянину на другого считается унизительным. И все предпочитают работать на империю.

— Но, господин Шувалов… — попытался возразить отец, но я не дал ему этого сделать.

— Хорошо, — кивнул я. — Начиная с завтрашнего дня. Завтра он прибудет к вам в особняк, уточните все детали.

Граф Шувалов кивнул, и они с дочерью гордо удалились.

— Николай, но ведь это отразится на нашей репутации, — помотал головой отец. — А у нас только-только начинает всё налаживаться.

— Это оскорбление дочери графа, отец, — холодно сказал я. — Он не на ногу ей наступил случайно. Нас могло ожидать и что-то похуже. Так что уж лучше так. Андрею это будет полезно.

— Никто и не спросил, хочу ли этого я, — буркнул брат.

— Потому что ты и так уже натворил делов, — отрезал я.

Эта ситуация в очередной раз наглядно показала, почему отец не доверил управление бизнесом старшему сыну. А ещё показала Андрея не с самой лучшей стороны, что оставило осадок у всех членов семьи.

— Может, нам пора уже уходить с приёма? — неловко спросил отец после пары минут напряжённого молчания.

Ему требовался совет. Видимо, такими вопросами отец готовит меня к роли главы нашего рода.

— Андрей точно отправляется домой, — ответил я и обратился к брату. — И завтра как штык будь с утра в доме у Шуваловых. Отец, вы с матерью пока останьтесь. Ситуация пошатнула наше положение, и надо как-то его выправлять. Так что продолжайте заводить знакомство и вести себя соответствующим образом.

Отец кивнул, соглашаясь со всем. И мы разошлись.

Пора заняться и другими проблемами. Например, всеми этими бесконечными попытками испортить пребывание нашей семьи на вечере.

Я поискал глазами в толпе и, наконец, увидел графа Елисеева. И решительно направился к нему.

— Добрый вечер, — кивнул я ему по всем правилам этикета. — Рад видеть вас на приёме.

Тот вздрогнул и медленно ко мне повернулся.

— Добрый вечер, Николай, — неуверенно ответил он. — Какая приятная неожиданность.

Актёр был из него плохой. Возможно, это связано с тем, что он всё ещё меня боится.

— Правда? — вскинул я брови. — А то мне показалось, что вы уже давно заметили, что моя семья здесь.

— Нет, — его глаза забегали из стороны в сторону. — Я понятия не имел, что вы здесь. Иначе уже бы подошёл поздороваться. Как ни крути, у нас с вами очень похожий бизнес.

«Он обо всём догадался!» — услышал я мысли графа Елисеева. Что и требовалось доказать. Даже запугивать дополнительно не пришлось, он сейчас и так мне всё расскажет.

Всё-таки граф слабый человек, раз подобным образом реагирует на страх. Раз у меня вообще получился трюк с эмоциями.

Сильные люди реагируют иначе. Например, начинают более активное противостояние. Так можно и вовсе вызвать у кого-то желание тебя убить. А потому страх я насылал очень избирательно.

Граф Елисеев хоть и знатный человек, но воля его слаба, а поступки низки. Не знаю, как он вовсе смог построить свой бизнес, будучи таким. Он мне не противник.

Но, скорее всего, у него сильные советники. И за счёт них держится вся система.

Хотя бы немного ускорю момент признания.

— Вы знаете, — доверительно сказал я Елисееву, — что очень часто людей можно перекупить? Если предложить им больше.

И этого небольшого блефа оказалось достаточно. Он понял мой намёк.

— Я не хотел вас здесь видеть! — процедил он. — Именно вас.

— И решили всеми способами испортить нам вечер, раз уж мы всё равно прошли, — подытожил я. — Низко, даже для вас.

— Вы всё равно ничего не докажете, даже если и попытаетесь как-то использовать эту ситуацию, — выдавил из себя граф Елисеев.

— Достаточно того, что вы признались, — пожал я плечами. — Я не буду раздувать из этого скандал на приёме. Однако теперь я буду иметь это в виду.

Закончив разговор, я отошёл, оставив графа в полнейшей растерянности.

Спустя ещё пару танцев на постамент, наконец, вышел и сам граф Щербатов.

— Господа, я бы хотел сказать, что очень благодарен вам всем за то, что пришли, — начал он. — Спасибо за поздравления, новый титул — это для меня большая гордость. Но часть меня всё равно навсегда останется тем простым графом, которого вы все знаете. Мне будет не хватать вас и этого замечательного города!

Гости зааплодировали, несколько уже успевших напиться гостей полезли на постамент с объятиями. Я выждал момент и тоже подошёл к Борису Петровичу.

— Поздравляю вас, — искренне сказал я. — Новый титул — это всегда почётно.

— Не так почётно как все думают, — усмехнулся он. — Но спасибо, Николай. Без вас у меня бы ничего не получилось.

— Я получил кредит, — сообщил я. — Мы можем завтра оформить все бумаги?

— Конечно, — кивнул тот. — Подъеду к вам в магазин с личным юристом, оформим договор продажи.

Мы пожали друг другу руки и разошлись. С делами было покончено, да и вечер уже подходил к концу, так что мы с семьёй отправились домой. Сегодня решил переночевать у них, отдохнуть и подпитать стража. Пока не прошло тринадцатое число, я всё равно сохранял его, для собственного спокойствия.

Уставшая Анна заснула прямо в машине, и отцу пришлось на руках отнести её в свою комнату. Мы же прошли на кухню, выпить чай и немного поговорить.

— Господин, вы останетесь сегодня на ночь? — обратился ко мне Захар. — Приготовить вам постель?

— Да, спасибо, — кивнул я.

Забываю, что теперь и у Авериных в доме есть дворецкий. Непривычное чувство, когда кто-то будет готовить тебе постель. Непривычное для меня, но привычное для всех аристократов.

— Может, расскажете уже мне, что учудил Андрей? — обеспокоенно спросила мама.

Я вкратце пояснил ситуацию, также упомянув о последующем наказании.

— А эта девушка точно сказала правду? — с надеждой спросила она.

Как и всякая мать, она изо всех сил хотела верить в непричастность сына.

— Точно, — с сожалением кивнул я. — И нам очень повезло, что всё ограничилось только этим.

— Но это снова ударит по нашей репутации, — повторил свои опасения отец.

— Значит, снова будем её восстанавливать, — пожал я плечами. — Мы покупаем целый завод по производству алхимических препаратов. Теперь от нас напрямую будет зависеть и бизнес Елисеевых, которым граф Щербатов отказал в покупке. Мы справимся.

Мы ещё немного поговорили и разошлись спать.

Утром, сделав дома все необходимые дела, я направился в магазин. Сегодня меня встретили Сергей и Егор.

— Доброе утро, Николай Владимирович! — бодро воскликнул Сергей. — Вас с открытия дожидается покупательница. Отошла сейчас куда-то, но обещала снова подойти.

Надеюсь, это была не Акулова. Хватит с меня встреч с Акуловыми на этой неделе.

— Хорошо, — кивнул я. — Позовите меня, как вернётся.

Я зашёл к себе в кабинет и успел немного поработать с бумагами, пока Сергей не вызвал меня в зал.

— Доброе утро, — смущённо произнесла молодая женщина. — Вас порекомендовала моя подруга, Мария Александровна.

Всё-таки она здесь замешана! Впрочем, реклама — это хорошо. Мало её никогда не бывает.

— Доброе утро, — кивнул я. — Слушаю вас.

— Мы можем поговорить… наедине? — попросила она.

С чем же она решила прийти, что даже стесняется обсуждать это в торговом зале? Ну, желание покупателя — закон, и я пригласил её в свой кабинет.

Кстати, родилась ещё одна идея для размышлений. Хорошо бы действительно сделать приёмный кабинет, чтобы покупателей, нуждающихся в консультации, принимать прямо там. А не в торговом зале.

Это и удобнее, и создаст большую конфиденциальность.

Подходящее помещение в нашем здании есть, надо только его должным образом оборудовать. Сейчас там дополнительный склад, но все препараты могут поместиться и в основном помещении для склада. Дополнительный существовал просто для удобства, но приёмный кабинет всё же, как выяснилось, важнее.

— Слушаю вас, — повторил я, когда мы расположились в кабинете.

— В общем, даже не знаю, как сказать, — выдохнула она.

Так, пока собирается с мыслями, просканирую-ка я её диагностической магией.

Я активировал нужную магию и не уловил ни одного патологического потока. Так, а если психологической… тоже всё в норме, только небольшая тревога.

— Говорите как есть, — сказал я ей. — Я лекарь, и вы можете рассчитывать на сохранение лекарской тайны.

— Я просто стесняюсь, — её лицо сделалось пурпурно-красным. — В общем, мой супруг… Хочет попробовать без презервативов. И я тоже. Ну и…

А, вот оно в чём дело. А то я снова начал гадать, почему в магазин пришла полностью здоровая женщина и попросила консультацию.

Она просто хочет приобрести алхимические контрацептивы. В нашем магазине продавались необходимые настойки из люцерны, клевера и полыни. Нужно было принимать их подряд двадцать один день, затем семь дней делать перерыв.

Ещё продавались всевозможные презервативы. Часть интимной жизни, и очень востребованный товар. Для всех категорий покупателей.

— Вам нужна настойка «Эгида», — ответил я покупательнице, а затем подробно расписал, как её принимать.

— Прекрасно, а вы… можете сами мне её продать? — попросила она. — Я вам-то с трудом сказала, а уж продавцу точно не смогу.

Какие сложности создала она с этой покупкой! Но я не стал её переубеждать. Это её дело, а моя задача — сохранить лояльность покупателя.

Я вышел в торговый зал за настойкой и принёс её женщине. Та сразу же рассчиталась, и довольная, но очень смущённая поспешила покинуть магазин.

А я решил не откладывать в долгий ящик свою новую идею.

— Егор, — подозвал я стажёра, — нужно перенести всё из этого помещения на основной склад. Здесь сделаем приёмный кабинет.

Тот без возражений кивнул и принялся выполнять распоряжение. Старательный работник.

Я сразу же занялся заказом мебели и всего необходимого, и уже к вечеру мне пообещали всё доставить. Это в очередной раз ударило по бюджету, но, несомненно, стоило того. Кто знает, сколько ещё покупателей стесняются говорить о своих проблемах.

Во второй половине дня прибыл граф Щербатов с личным юристом, и мы засели в кабинете за оформлением завода.

— Николай, это Павел Михайлович, мой юрист, — представил мне его граф Щербатов. — А это Николай Аверин, мой друг и покупатель.

— Николай, сумма у вас на руках? — спросил Павел Михайлович.

— Да, — кивнул я. — Как мы с господином Щербатовым и договаривались.

— Хорошо, — что-то разыскивая в бумагах, кивнул тот. — Меня смущает один момент…

И в этот раз без приключений не обойдётся!

— Вы о чём? — нахмурился Борис Петрович. — Сами же проверяли все документы и сообщили мне, что сделка пройдёт без проблем.

— Я просто сразу не учёл этого, — признался юрист. — Дело в том, что покупатель из баронской семьи, а не из графской. А бароны могут владеть только одним видом бизнеса.

— Как это не «учли»? — начал сердиться граф Щербатов. — Вы же юрист!

Я же пытался быстро обдумать ситуацию. Итак, снова всё упиралось в титулы. Как ни крути, всё в нашем мире сводится к этому.

— Но оба бизнеса из одной сферы, — возразил я. — Алхимия. И пусть один из них магазин, а другой завод, и там и там алхимические препараты.

— По закону, вы можете владеть сразу двумя видами бизнеса только с официальным разрешением графа, — заявил Павел Михайлович.

— Я — граф, и я разрешаю, — тут же заявил Борис Петрович.

— Нужно разрешение другого графа, раз вы покидаете наш город, — возразил юрист.

Так, значит, нужен граф, который выдаст мне подобное разрешение. А со многими людьми, имеющими подобный титул в этом городе, отношения у меня, мягко говоря, сложные.

— Может, попросите графа Якунина? — спросил у меня Борис Петрович. — Он говорил, вы очень помогли его сыну.

— Он уже сполна сделал для меня в ответ, организовав рекламу магазину, — возразил я.

И я не хочу быть ему обязанным. Нужен срочно другой вариант.

И тут мне пришла в голову очередная авантюрная идея.

— Я найду поручителя, — заявил я юристу. — Вы можете дать мне час времени?

— Как раз время обеда! — воскликнул граф Щербатов. — Тут неподалёку есть ресторан, как раз пообедаем.

Я был благодарен ему за поддержку. Она не выходила за рамки дружеской, но была очень кстати. Граф Щербатов и Пётр Михайлович отправились на обед, а я поспешно объявил продавцам об отлучке.

И поехал в главный филиал Елисеевского магазина.

Итак, я задумал заручиться поручительством графа Елисеева. Во-первых, потому что я не буду ему ничего должен. И так несколько раз закрывал глаза на его действия. Во-вторых, потому что он должен мне. По этой же причине.

На этот раз я попросил его секретаршу оповестить о моём визите, и только затем зашёл в его кабинет.

— Николай, добрый день, — обеспокоенно поздоровался Елисеев. — Чем могу быть обязан?

Он явно не был рад меня видеть.

— Я приобретаю завод у графа Щербатова, о чём вам наверняка уже известно, — ответил я. — И мне нужно разрешение от графа. Так как наша семья имеет титул барона, я пришёл взять у вас это разрешение.

— Но…

Он в шоке распахнул глаза, словно не поверил моим словам.

— Но вы мне его дадите без вопросов, — перебил я его. — Ведь нехорошо будет, если все узнают о ваших проступках на приёме графа Щербатова. Особенно если о них узнает сам граф Щербатов.

Правда, наша семья тоже успела отличиться одним «проступком». Но рассчитывал я на то, что слухи ещё не успели распространиться по городу.

— Взамен я забуду всё, что вы там устроили, и закрою глаза на всё остальное, — пообещал я.

Граф Елисеев молча посмотрел мне в глаза и тяжело вздохнул.

— Я выдам вам это разрешение, — наконец сказал он. — Тем более мне самому нужно сохранить контракт с этим заводом.

Так он выставил своё условие. И я согласился, поскольку и без того планировал оставить старые контракты.

Через пару минут нужная бумага была у меня, и я отправился назад в магазин. Где продемонстрировал её юристу.

— Разрешение от графа Елисеева? — удивился Пётр Михайлович. — Неожиданно.

— Но он же граф, так что оно должно подойти, — невозмутимо пожал я плечами.

— Да, разумеется, — кивнул тот. — Что ж, вот договор купли и продажи, подписывайте.

Мы с графом Щербатовым расписались в нужных местах, мне передали документы, и завод официально стал моим.

— Производство там круглосуточное, рабочие работают по сменам, — перед уходом сказал мне Борис Петрович. — Управляющим работает мой давний знакомый, Филипп Михайлович. Я уже предупредил его о вас, он будет ждать вас сегодня к восьми вечера.

Снова придётся просить Сергея остаться перерабатывать. Но я уверен, тот будет только рад лишней подработке.

— Хорошо, — кивнул я.

Граф Щербатов крепко пожал мне руку, и они с Петром Михайловичем ушли.

Я же принялся решать скопившиеся вечерние дела. Принял ещё несколько покупателей, после чего привезли доставку заказанной мною мебели.

Егор сразу же вызвался её собрать, чему я не стал препятствовать.

Сергей без проблем согласился остаться на несколько часов в магазине, и к восьми я отправился на свой завод. Осознавая, что у меня теперь есть ещё и завод!

Он находился не в самом Санкт-Петербурге, а за его пределами, как и все заводы нашего города. Поэтому добирался я до него довольно долго.

Теперь задача — найти общий язык с управляющим и понять, насколько ему можно доверять. И не будет ли требовать завод моего ежедневного присутствия.

Изначально я не знал, что на этой должности кто-то есть. И планировал, в крайнем случае, поставить на неё своего отца. Но так было даже удобнее. Если там уже работает знающий человек, будет гораздо проще.

Разумеется, я всё равно буду сюда приезжать, и уже запланировал ряд нововведений. Но отсутствие необходимости ездить сюда каждый день всё равно выручит.

Я добрался до завода и сразу же увидел толпу рабочих, которые стояли на улице. Просто молча стояли огромной толпой, ожидающей моего появления.

Я вышел из такси и направился к ним.

— Что здесь происходит? — громко спросил я.

Ко мне сразу же подошёл мужчина в деловом костюме. Он меня узнал, видимо, граф заранее предупредил о моём приезде.

— Меня зовут Филипп Михайлович, я здесь управляющий, — представился он. — У нас проблемы, Николай Владимирович. Рабочие устроили бунт.

Глава 4

Я только купил завод, а на нём уже какой-то бунт!

— Что они требуют? — спросил я у Филиппа Михайловича. — Выдвинули какие-то предложения, или недовольства?

— Пока что я с ними не говорил, не успел, — признался тот. — Ждал вас, мне сказали, что вы к восьми подъедете. Да и они только полчаса как вышли.

— Хорошо, — кивнул я.

Я вышел вперёд и встал напротив бунтующих.

— Господа, у вас есть главный? — громко спросил я. — Кто сможет вести со мной диалог?

Из толпы отделился один мужчина, одетый в синюю клетчатую рубашку.

— Со мной говорите! — ответил он. — Меня Тимофей зовут. Главный по цеху упаковки готовых препаратов.

— Меня зовут Николай Владимирович, я новый владелец завода, — представился я. — Сегодня подписал все бумаги. Можете изложить суть вашего недовольства?

— Зарплаты хотим выше! — выкрикнул Тимофей. — Или рабочий день короче! Пашем здесь сутками, а мы не лошади!

Остальные подхватили его крик, и снова начался гул.

Видимо, рабочие сговорились устроить забастовку сразу после смены владельца. А значит, понимают, что их не уволят.

— Сомневаюсь, что дело в этом, — поспешно прошептал мне Филипп Михайлович. — Многие из них уже долго работают на заводе, и таких происшествий ни разу не было. Зарплаты у них хорошие, любая переработка оплачивается. Созданы все условия, их доставляют сюда на автобусах, и…

— В чём тогда, по-вашему, дело? — перебил я его.

— В вас, — признался управляющий. — Бунт начался после того, как прошла новость о новом владельце завода. Это явно не простое совпадение. Думаю, они испугались, что условия их труда наоборот испортятся с вашим приходом на должность. Поэтому решили выступить на опережение. Ну и попытать счастье на увеличение зарплаты.

Это было более логичным объяснением. Граф Щербатов не производил впечатление человека, который стал бы издеваться над своими подчинёнными. Как раз наоборот, он всегда поддерживал простолюдинов, и это было заметно.

Тем более, факт возникновения бунта именно в день моей покупки действительно сложно назвать совпадением.

— Господа! — прокричал я, обращая на себя внимание рабочих. — Граф Щербатов — это замечательный человек и мой давний друг. Продал он свой завод, потому что вынужден уехать в другой город. И перед продажей он сказал мне, что рад, что хотя бы один из его заводов будет в надёжных руках. Я хорошо понимаю вашу тревогу. Если ваше недовольство действительно в уровне заработной платы, прямо сейчас я этот вопрос не решу. Ведь я даже не ознакомился со всеми документами. Но если оно связано с опасениями по поводу моей персоны, то вам нужно дать мне шанс.

— Зачем? — тут же выкрикнул Тимофей. — Как будто мы не знаем, что всем аристократам только денег бы получить. Борис Петрович был не таким!

А теперь мне и вовсе начинает казаться, что рабочих кто-то настроил против меня. Возможно, среди них есть подкупленный человек.

— Но вы не можете судить, какой я, даже этого не узнав, — ответил я. — Граф Щербатов не может остаться, это надо принять. Но на моём месте может оказаться кто-то другой, и тогда все ваши опасения оправдаются. Любой другой уже применил бы силу, а я разговариваю с вами на равных.

Пока я говорил свою пламенную речь, одновременно активировал психологическую магию. Сложный трюк, которым я пользовался однажды — успокоение всей толпы. Это потратило почти весь запас сил, но возымело эффект, вместе с моей речью.

— Нам надо посовещаться! — заявил Тимофей, разворачиваясь к остальным рабочим.

— Николай Владимирович, у завода есть охрана, можем действительно разогнать их силой, — прошептал мне Филипп Михайлович.

— Нет, — остановил я его. — Этим мы только усугубим ситуацию. Надо показать им, что я готов их слушать. Уверен, сейчас они примут правильное решение.

А под действием магии они точно смогут рассуждать логично, без влияния лишних эмоций. И это будет полностью их решение.

Спустя несколько минут Тимофей снова обратился ко мне.

— Если мы поймём, что условия становятся хуже, мы коллективно уволимся, — заявил Тимофей.

Рабочие явно блефуют, потому как остаться без рабочего места не хочет никто. Но сделаю вид, что поверил им.

— Я понял, — кивнул я. — Конфликт исчерпан?

— Да, — ответил Тимофей. А затем направился ко мне и протянул руку для рукопожатия.

Таким образом, он решил устроить мне ещё одну проверку. Дело в том, что большинство аристократов считали выше своего достоинства отвечать на рукопожатия простолюдинов. У меня таких предрассудков не было, и я уверенно пожал ему руку.

Чуть сильнее, чем пожал он. Хитрый приём, которым я показал, что всё равно остаюсь начальником.

Рабочие вернулись обратно на завод, и бунт был закончен.

Хотя уверен, что подстрекатель еще не раз себя проявит. Надо его вычислить и уволить. Ибо я не верю в такое «прекрасное» совпадение.

— Неловко, что с этого началось ваше знакомство с заводом, — проговорил Филипп Михайлович. — Если выдадите распоряжение, я их оштрафую.

— Оштрафовать придётся, — чуть подумав, кивнул я. — Потому как нарушение рабочего режима — это проступок. Но не перебарщивайте, пусть отделаются минимальными штрафами.

Спускать эту ситуацию с рук я не мог. Иначе бунты будут повторяться по поводу и без.

— Давайте я проведу вам экскурсию? — предложил управляющий. — Я с этого и хотел начать, пока не случилось всего этого.

— Хорошо, — согласился я.

Мы вдвоём прошли внутрь. Сам завод представлял собой огромное здание из серого камня, с толстыми стёклами, почти не пропускающими солнечный свет. Филипп Михайлович повёл меня за собой, и вскоре мы очутились в первом цеху.

— Это цех подготовки трав, грибов, цветов, — начал свою экскурсию он. — В основном, как вы можете видеть, он автоматический. Установлены измельчители, которые превращают в порошок все ингредиенты. Сушильные машины для высушивания. Помывочная зона, разумеется. И затем ингредиенты сортируют, укладывая в ящики.

Я осмотрел все машины, попутно оценивая их состояния. Оборудование не было новым, но всё было в отличном состоянии. Людей в этой части цеха работало немного, сейчас суетились только двое.

Мы прошли в другой цех.

— Это цех дистилляции и перегонки, — сообщил Филипп Михайлович. — Здесь происходит перегонка и очистка жидкостей.

Помещение было заполнено перегонными кубами, фильтрами, холодильниками. Многочисленными колбами с жидкостями и стеклянными трубками, которые создавали причудливую сеть.

Снова я проверил все приборы. Изнашивалось такое оборудование быстрее и требовало частой замены. Я отметил себе, что пару трубок уже пора было заменить. Причём поскорее, как закончим с экскурсией, обязательно скажу это управляющему.

— Цех смешивания, — проводил меня управляющий дальше. — Один из самых важных цехов. Здесь происходит, собственно, само приготовление алхимических препаратов. Здесь работают самые обученные из простолюдинов, строго по рецептам они осуществляют приготовление препаратов.

Рабочих здесь было гораздо больше, чем в предыдущих цехах. Потому что этот процесс автоматизировать было невозможно, и всё выполняли люди самостоятельно. Огромные кастрюли, колбы и прочие инструменты.

Нельзя сказать, что именно этот цех был самым главным. Все цехи играли свою роль во всей системе завода.

— Филипп Михайлович, — подбежал к управляющему один из рабочих. Кажется, он был из предыдущего цеха по перегонке. — Беда!

— Что случилось? — сразу же спросил я.

— Господин, — обратился рабочий ко мне, — трубка одна лопнула. Не выдержала давления жидкости и разорвалась.

Наверное, как раз одна из тех, которые я собирался заменить! Граф заранее предоставил список оборудования, требующее замены.